Юлия Резник.

Похмелье



скачать книгу бесплатно

– О, нет! – простонал Антон. – Только не это, Юлька. Даже не проси. Я за тебя лучше отработаю, хочешь?!

– Не-а! – строго сдвинула бровь девушка. – Будешь читать. Так я смогу иметь хотя бы отдаленное представление о том, что вообще происходит на сцене.

– Серьезно? Мне кажется, что даже после прочтения либретто там сложно хоть что-то понять. Лично для меня в этой всей лабуде понятно только оно – мужики нацепили колготки. И никакой сюжет не способен отвлечь меня от раздумий на тему, зачем это им в принципе понадобилось. Хоть убей, я могу думать только об этом.

Юлька рассмеялась, кинула в рюкзак свои вещи, натянула куртку.

– Не хочешь забуриться в бар?

– Неее, эти барышни меня уработали. Я домой, зализывать раны. И, Тош, ты все-таки закажи эти чертовы амортизаторы. Если бы я могла, сама бы заказала. – Юлька как-то неловко пожала плечами и отвернулась. Вот, вроде бы, и смирилась уже со своим диагнозом, и научилась жить, но все равно комплексы порой вырывались наружу. Память была забавной штукой. Она забывала счастливые моменты, хотя и цеплялась за них изо всех сил. Но прекрасно помнила все свои унижения родом из детства, несмотря на все попытки забыть. В голове звенели слова первой учительницы о том, какая Юлька непроходимая тупица, и что ее непременно нужно отправить в класс для умственно отсталых. Маленькая Юля не до конца понимала, что это за класс такой, но попасть в него она панически боялась. Да и «тупицей» быть не хотелось. С нее вечно смеялись…

– Эй, ну, ты чего? Да закажу я тебе эти чертовы амортизаторы!

– Спасибо, Тош.

– Дел то. Пойдем, подвезу!

Глава 4

Как Юлька и думала, папик привез совершенно не то, что нужно. Потом он долго краснел, пыхтел и сыпал нравоучениями. Юлька, сцепив зубы, все это выслушивала, и по пятому кругу объясняла, в чем он не прав. Через полчаса она уже готова была головой биться о стены, а больше всего на свете хотелось его послать. Это Юлька умела делать красиво. Не зря работает в мужском коллективе. Здесь крепким словцом было никого не удивить.

– Юлька, ну, ты чего скисла совсем, а? Ну хочешь, мы этому гаду пару куриных белков через шприц в обивку загоним? Пусть повоняет, че… Он же воняет нам тут уже второй день – и ничего.

– Да ну, Тош, скажешь тоже. Это ведь и не его машина. А блондинко то чего страдать должна? Из-за того, что у нее мужик гнилой?

– Из-за тупости своей непроглядной!

– Слушай… Давай не будем об умственных способностях рассуждать, а? Даже если она тупая, как пробка, это ведь не ее вина, понимаешь? Это природа….

– Ладно-ладно, я понял, – стушевался парень. – Я же ничего такого, Юль… Это ж не про тебя, и все такое…

Юлька бодро улыбнулась:

– Я знаю, Тош. Иди, может, ты с ним пожестче поговоришь? Достал он меня, как горькая редька.

В общем, Антон ей и помог. Каким-то магическим образом избавился от мужика, и остаток рабочего дня прошел в тишине и спокойствии.

– Ну, что, какие планы на вечер? – поинтересовался Антон.

– Никаких.

У меня завтра годовщина смерти папы. Ты ведь помнишь, что меня завтра не будет?

Антон растерялся, и Юлька поняла, что ничего-то он и не помнил. А еще ему неловко, как всегда бывает, когда человек не знает, что сказать. Все эти банальные слова поддержки не каждому даются. Вот и у Тошки язык будто к небу прирос.

– Забыл, – честно признался он. – А хочешь, я тебя отвезу на кладбище? Или вы с мамой поедете?

– Нет. Мама рано с утра заскочит, перед работой. А я попозже подтянусь. Мне еще панихиду нужно заказать.

– А что это такое?

– Да, ничего, – отмахнулась Юлька. – Не бери в голову.

– Ладно… Ну, так я тебя хоть сейчас подвезу?

– Ага, давай.

До дома домчали быстро. Здесь вообще было недалеко. Когда погода позволяла, Юлька всегда ходила пешком. Ей было полезно. Для фигуры. Но сегодня опять пошел дождь, и девушка поленилась топать, несмотря на то, что на работе у нее и имелся дежурный зонт.

– Высади меня у продуктового.

– Хорошо. С тобой сходить? Ну, там… цены подсказать, или…

– Нет-нет! В супермаркетах уже не обманывают. И за сроком годности вроде следят.

– Ну, смотри, мне не трудно.

Юлька кивнула. Случалось, что она просила кого-то с собой сходить в магазин. Бывали в ее жизни прецеденты… Однажды она зашла купить себе новые джинсы в, как ей казалось, скромный магазин, а оказалось, что они просто космически дорогие. Было неловко отказываться от товара уже на кассе из-за недостатка денег. Ну, и обманывали ее частенько. Именно от этого обмана исподтишка на душе становилось наиболее гадливо.

– Мне твоя помощь в другом нужна. Не забудь – найди мне где-нибудь это чертово либретто. И ничего не планируй на четверг. Нас ждет незабываем вечер, – шаловливо подвигала бровями Юлька. – С Дон Кихотом.

Ответом ей был жалобный стон. Юлька засмеялась и вышла из машины. Двери перед ней никто не открывал – Тошка был простым парнем, чуждым всяких церемоний. Этим он ей и нравился. В нем абсолютно не было понтов. В напрочь фальшивом мире, окружающем девушку, Антон был, как глоток свежего воздуха. Точно так же, как дядя Леша, или любой другой парень из их небольшой команды.

В супермаркете было немноголюдно. Юлька купила помидоры, огурцы и банку тунца. Она старалась придерживаться норм правильного питания, поэтому на ужин салат – самое то. Иногда, конечно, хотелось чего-нибудь жутко вредного, но тут Юльке приходилось выбирать – или вкусно поесть, или более-менее пристойно выглядеть. Из чистого тщеславия девушка выбирала последний вариант.

Приготовив на скорую руку ужин, девушка быстро поела, набрала полную ванну горячей воды с пеной, и в блаженстве в нее погрузилась. Для Юли каждодневная горячая ванна стала обычной необходимостью. Так руки отмывались хотя бы частично. Ни в каком душе такого бы не случилось. А в ванной… Мазут отмокал. Не весь, конечно, но, в любом случае, руки выглядели более-менее прилично. Спасал еще черный шеллак на коротких ногтях, который Юлька обновляла каждые две недели.

После купания девушка включила фильм, который давно хотела посмотреть, и наконец-то прилегла. Устала… То ли фильм был неинтересным, то ли звезды так сошлись, но Юлькины мысли унеслись куда-то далеко – в счастливые дни сопливого детства. К отцу, которого боготворила малышкой, и который вот уже пятнадцать лет находился в лучшем мире. Да, Юле очень хотелось верить, что этот лучший мир был. Так было проще. Знать, что папа в принципе есть. Пусть где-то там, далеко, счастливый и молодой… Наблюдает за нею и, возможно, гордится. Да, он бы непременно гордился ею. Такой уж был человек. Добрый и светлый. Справедливый. За эту справедливость отец и поплатился. Он, как и Юлькина мама, работал судьей. В девяностые быть честным вершителем справедливости было практически невозможно. Не позаришься на деньги, так другим прижмут… Компромат, угрозы семье – в ход могли пустить все, что угодно. В то время братки не гнушались ничем. Мама рассказывала, что чудом было уже то, что они эти девяностые пережили. А беда нагрянула немного позже. Когда, вроде бы, остались в прошлом бандитские разборки, рэкет и прочая грязь. Отцу поручили дело о незаконной продаже земли, которую предыдущие градоначальники гектарами раздавали под совершенно сомнительные стройки. И, что удивительно, следствие сработало на все сто. Доказательства были железобетонными, и все процедуры соблюдены – не придерешься. Адвокаты, кончено, пытались вставлять палки в колеса, но так и папа был высококлассным профессионалом. Он их уловки вычислял на раз-два, и дело шло к совершенно определенному завершению – посадке виновных. Тогда стали давить. Юлька не знала подробностей даже сейчас. И не особо хотела их знать, если честно. Просто однажды ее выкрали. По дороге из школы запихнули в вонючую машину и куда-то повезли. Ей было дико страшно. Она даже описалась. Почему-то об этом Юля до сих пор вспоминала с большим стыдом. Ее удерживали в качестве приманки. Преступники пытались выманить отца, которому по долгу службы выделили охрану, и добраться до которого было гораздо тяжелее, чем до его ребенка. Почему охрану не выделили и членам отцовской семьи, Юлька даже сейчас не понимала. Так случилось… Похитители написали ей на бумажке текст, и велели зачитать на камеру. А Юля не могла. Ей и в букваре-то буквы давались с большим трудом. Что уж говорить о криво написанных на бумажке каракулях? Они совали бумагу ей под нос, и что-то орали, а Юлька тряслась и не могла выдавить из себя ни звука.

Несмотря на то, что видео с девочкой в главной роли снять так и не получилось, бандитам все же как-то удалось выманить ее отца. Он улизнул из-под присмотра охраны и пошел на встречу с похитителями. Отец погиб в попытке спасти ее – Юльку. Она всегда помнила об этой его жертве. И тайком винила себя, хотя сейчас, спустя годы, и понимала, что это было, по крайней мере, глупо. И вот уже пятнадцать лет папы нет…

Юлька раздраженно щелкнула пультом от телевизора и встала с постели. Вот нужно было ей все это вспомнить, на ночь глядя! Ладно завтра весь день в расстроенных чувствах, но а сегодня чего ее разобрало?! Уселась на подоконник. В окно стучал дождь, и от ветра по стеклу скребла ветками раскидистая черемуха. Только в такие моменты Юлька жалела, что жила одна. Не с кем было поговорить, и некому поплакаться. Посидев так еще некоторое время, девушка выпила теплого молока с медом и пошлепала в кровать. Уснула уже под утро.

Утром, как и говорила, смоталась в церковь. Мама не была особенно набожной, а Юлька где-то услышала, что покойникам там очень помогает, когда на Земле за них кто-то молится. Вот и взяла на себя эту функцию. Добровольно. Слушая красивое пение церковного хора, Юля вспоминала отца. Стараясь делать это без грусти. Покойники не любят, когда по ним плачут. Это делает их несчастными. Отстояв панихиду, девушка заказала такси и поехала на кладбище. По дороге купила две темно-бордовые, практически черные розы. Юлька любила кладбища. Может, это кому-то и покажется странным, но ей там было как-то спокойно. Идти мимо могил, разглядывая памятники и надгробные плиты. Гадать о том, какой была судьба человека, и был ли он счастлив? Вот только сегодня погода не располагала к таким прогулкам. Шел мелкий-мелкий дождь. Под ногами квакала глинистая почва, а промозглый ветер пригоршнями бросал в лицо мелкие листочки акации. Юлька зашла за оградку, положила розы на надгробье, коснулась рукой холодного мокрого гранита:

– Привет, папочка.

Обычно Юля подолгу разговаривала с отцом. Рассказывала ему о забавных случаях, произошедших на работе, делилась с ним планами. Но не сегодня. Проклятая погода… За полчаса, проведенных на кладбище, девушка продрогла буквально до костей. Даже зубы стали противно стучать. А дождь и ветер, казалось, только усиливались. Вот тебе и октябрь, который обычно был вполне себе сносным. Изменения климата, что называется, налицо. К воротам Юлька уже практически бежала. Практически – потому, что по расплывающейся под ногами грязи передвигать ноги нужно было достаточно осмотрительно. Иначе можно запросто упасть. Выскочив на асфальтированную дорожку, ведущую к воротам, Юля немного замедлилась. Осмотрелась растерянно. Ни одной машины такси на парковке перед кладбищем не наблюдалось. В стороне – остановка, но пока к ней дойдешь… Да и автобус здесь ходит крайне нерегулярно. С надеждой повернула голову к небольшому кафе, расположенному здесь же – немного в стороне. Похоронный бизнес нынче процветал, и предприимчивые бизнесмены умудрились втиснуть кафе даже на кладбище. Почему бы и нет? На поминках можно было неплохо заработать… На Юлькин скромный взгляд, заведение было довольно сомнительным, но разве у нее был выбор? Заскочила на крыльцо, открыла тяжелую дверь. Интерьер вполне приличный. Никаких тебе бархатных штор и прочей атрибутики, с которыми у Юли стойко ассоциировались подобные заведения. Легкий тюль на окнах, светлые стены, кофейные скатерти на столах. Вполне приличная барная стойка. За которой сидел только один человек. Юлька пожала плечами и уселась за столик. Сейчас выпьет чаю, согреется, и сразу позвонит в такси. Прошло минут пять, а к ней никто так и не подошел. Юля встала со стула и потопала к бару. На светлом кафельном полу от ее ботинок оставались некрасивые грязные следы.

– Эй… Здесь есть кто-нибудь живой? – Юлька сначала спросила, а потом поняла двусмысленность своей фразы. Понял ее и сидящий в сторонке мужчина. Хмыкнул. Юлька не могла поверить своим глазам. Да и Олег, судя по всему, тоже очень удивился.

– Привет. – Девушке ничего не оставалось, кроме как поздороваться с выпивохой. Да-да, он опять пил. Возле него на стойке стояла полная рюмка водки на тонкой ножке и блюдце с яркими кружочками лимона. И что, спрашивается, он получше места для пьянки не мог найти, с его-то деньгами? А главное, более подходящего времени. Еще даже не обед.

– Привет, Юля.

Ну, надо же! Запомнил, как ее зовут… Пока Юлька гадала, стоит ли продолжать разговор, из недр кухни наконец-то появился бармен. Юля заказала чайник зеленого чая и снова вернулась взглядом к Олегу, который одним махом опрокинул в себя содержимое рюмки и жестом приказал бармену повторить.

– Чего смотришь? – нахмурился он.

– Гадаю, как так получилось, что мы снова с тобой встретились. Еще и на кладбище.

– А что ты тут делаешь?

– Приехала к отцу. У него годовщина смерти. А ты… ты к сыну, наверное, приезжал? – осторожно поинтересовалась Юлька. Олег зыркнул на нее, и снова схватился за рюмку.

– Это не поможет, – вздохнула девушка, кивком головы указывая на чарку.

– Да, а ты в этом большой специалист?

– Нет. Не специалист. И вполне себе отдаю отчет, что бывают такие ситуации, когда даже печень предлагает выпить. Да только не выход это. Совсем.

Олег промолчал, но к стопке не прикоснулся. Вскоре Юльке принесли чай, и она, наконец, пригубила горячего. К столику возвращаться не хотелось. Ей почему-то казалось жутко неправильным, что Олег был сегодня один. Так гораздо тяжелее справиться с болью. А то, что та его переполняла, было видно невооруженным взглядом.

– Олег, а хочешь, я тебя домой отвезу? – предложила девушка неожиданно даже для себя самой. Мужчина моргнул и перевел на нее уже несколько расфокусированный взгляд. Алкоголь начинал действовать…

– Зачем?

– Чтобы ты не сидел здесь один.

Юлька видела, что мужчина мало что понял из ее объяснений, но все же согласился с ее предложением. Кивнул головой, встал осторожно с высокого стула. Дождь прекратился, но все равно на улице было пасмурно, и бушевал ветер. Машина Олега находилась в стороне, за зданием кафе. Поэтому Юлька ее и не увидела. Олег пикнул сигналкой, девушка забрала у него ключи, открыла дверь и уселась за руль. Мужчина немного помедлил, но все же разместился на пассажирском сиденье.

– Куда тебя отвезти? Где ты живешь?

Олег помедлил:

– В склепе… Я живу в склепе. – Юлька вообще не поняла, что он имел в виду, и пока судорожно соображала, как бы уточнить его слова, Олег перешел совсем на другую тему. – Знаешь, я ведь так и не зашел на кладбище. Не смог. Я вообще за два прошедших года там был всего один раз – на похоронах. Скажешь, слабак? Возможно. Только знаешь, я не могу смотреть на это тире… Совсем не могу…

Юлька понимала все меньше. Для нее вообще очень неожиданными стали услышанные откровения. Таким не делятся с практически незнакомыми людьми. Или, наоборот, здесь сработал эффект попутчика?

– Тире? – осторожно уточнила девушка, выкручивая руль.

– Да, тире… На надгробье… Дата рождения, дата смерти, а между ними – тире. Ни палочка, ни галочка, ни запятая – тире. То главное и единственно важное, что отражает всю нашу жизнь, и то единственное, на что мы можем повлиять. Понимаешь?

– Да… – неуверенно начала Юлька, но потом, откашлявшись, подтвердила более твердым голосом: – Да!

– И в этом тире для меня так много всего сосредоточено. Короткий след Димкиной жизни. Яркий, заметный след.

Юлька молчала. В словах Олега было столько горя. Оно душило и переполняло так, что даже захотелось открыть окна машины, чтобы впустить немного воздуха. Она не представляла, как он жил с этой болью внутри.

– Знаешь, Олег… А давай не поедем в твой склеп. Поехали ко мне. Помянем твоего Димку.

Глава 5

– Странные какие-то выходят поминки, – заметил Олег, уже сидя у Юльки в кухне. Он не смотрел на нее, гипнотизировал глазами чашку чая, которую сжимали его большие холеные руки. Юля как-то сразу обратила на них внимание. Она вообще всегда смотрела на руки людей. Видимо, тому были причиной собственные комплексы. Ее конечности были абсолютно неженственными. Загрубевшая, обветренная кожа, камушки мозолей, и это если их получится нормально отмыть, что случалось нечасто. А так и вовсе – кошмар.

– И ничего не странные. Пить на поминках, между прочим, церковь запрещает. Это уже наши люди придумали на кладбище с бутылкой ходить.

– А ты откуда знаешь… ну, про церковь?

– Специально узнавала, из-за отца, – пожала плечами Юлька и пригубила свой чай. – Хотелось все делать правильно.

– Правильно – это хорошо, – прокомментировал Олег, не отрывая взгляда от чашки. Юльке казалось, что он практически полностью протрезвел. Однако это не мешало ему вести себя странно. А чего она, собственно, хотела, приглашая в дом совершенно незнакомого мужчину? Ей просто стало его безумно жалко. Вот бывает так. Сначала кажется, что человек того не стоит, и вообще – сам виноват, а потом вдруг – бац! И мнение меняется кардинально.

– А хочешь есть? – вдруг предложила Юлька, не зная, как еще поддержать разговор, и как отвлечь его от боли, которая, она видела, грозила завладеть Олегом с новой силой. Он тоже удивился.

– Есть?

– Да. Хочешь, я тебе яичницу приготовлю? Ничего толкового у меня нет, но вот яичницу – могу. Когда ты последний раз ел?

Олег посмотрел на нее как-то странно и пожал плечами:

– Не помню.

– Ну, вот! Кто ж пьет на голодный желудок? Еще и когда из закуски – один лимон.

– Я там побоялся что-нибудь из еды заказывать, – почесал затылок Олег и снова отвел взгляд. Наверное, не только Юльке было неловко.

– Ага. Кафе на кладбище… бррр. Часто ты там заседаешь?

– Бывает. – Мужчина нахмурился и снова уткнулся в чашку. Юлька достала из холодильника сосиски, помидоры и зелень, тщательно ее вымыла, обсушила бумажным полотенцем, обдумывая его короткий ответ.

– Может… тебе все-таки стоит дойти? – Она не стала уточнять, куда конкретно. Вопрос был понятен и ему, и ей. Другое дело, что право раздавать советы у Юльки было довольно-таки сомнительным. Как она могла понять боль отца, потерявшего единственного сына? А без этого, ей ли его упрекать в отсутствии какой бы то ни было решительности?

– Не могу. Столько раз пробовал, но так и не смог. – Прозвучал неожиданно правдивый ответ. – Слабак, – добавил горько. Юлька оторвалась от нарезки помидоров, глянула на мужчину. Тут же отвернулась, обтерла руки бумажным полотенцем, и поставила на огонь сковороду.

– Ты не слабак, – заявила Юлька, в полной уверенности в собственных словах. Девушка, хоть убей, не понимала, почему она пришла к такому выводу. Не могла этого объяснить даже себе. А тем более Олегу, в ответ на его вопросительный взгляд.

– Ты не знаешь меня. – Парировал резко, опрокидывая в себя остатки чая. Юля была уверена, что с гораздо большей радостью тот бы выпил чего, погорячее. Ага.

– Ты не слабак. Горе каждый переносит по-своему. Только и всего.

– Бред. В тебе либо достаточно силы, чтобы его пережить, либо – нет.

– И ты считаешь, что в тебе ее недостаточно? Верно? – Юля выключила огонь, смахнула омлет на тарелку, и поставила ту перед гостем.

– Именно так, – резко ответил Олег, вставая из-за стола.

– Тогда почему ты все еще жив, а не покоишься рядом с сыном на кладбище?

Он буквально задохнулся от этих ее слов. И разозлился. Юля видела злость в его карих глазах.

– Потому что для того, чтобы залезть в петлю, нужны стальные яйца. А как мы уже знаем, у меня их нет.

– Это ты так решил! – крикнула вслед уходящему мужчине Юля. – Лично я верю, что с яйцами у тебя… эээ… все в порядке. – Да, это прозвучало несколько двусмысленно. Именно поэтому Юлька запнулась на половине предложения, а потом и вовсе закусила губу. Будто бы это и не она вовсе ляпнула эту чушь. Олег замер уже в дверном проеме, оглянулся недоверчиво. Словно и он не мог поверить, что Юля такое сморозила. А потом они рассмеялась. Громко и весело. Вместе, разгоняя смехом скопившееся в кухне напряжение.

– Возвращайся к столу, пока совсем не остыло, – отсмеявшись пробормотала девушка. Почему-то снова стало неловко. Олег неуверенно пожал плечами, но к столу все же вернулся.

– А ты почему не ешь? – спросил, разделяя вилкой омлет на кусочки.

– Не хочется как-то после кладбища. Мне и спустя пятнадцать лет такие походы нелегко даются, что уж говорить о тебе…

– А что случилось с твоим отцом? – спросил Олег, чтобы не думать о своем.

– Его убили.

– Димку тоже убили. Димка – это мой сын.

– Я знаю, Олег. О вашей истории трубили все более-менее значимые СМИ.

– Да… Благодаря Вере.

Они снова замолчали, думая каждый о своем. Зашумел чайник, Юля встала со своего места.

– Будешь еще чай?

– Давай. Слушай, а что у тебя с руками?

Порхающие в процессе приготовления чая Юлькины руки на секунду замерли, а потом как-то нервно возобновили свою работу.

– Это из-за работы.

– А ты, что, работаешь? Я думал, что ты студентка.

– Нет. Не студентка. Я работаю… Автомехаником. – Юля опустила на стол две чашки чая и снова села, устремив взгляд в окно. Дождь наконец-то закончился, и тонкие солнечные лучи, пробивающиеся сквозь тучи, окрасили серое затянутое небо золотом. Было красиво.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5