Юлия Резник.

Не ты



скачать книгу бесплатно

Пролог

– Му?ра… Му?ра, эй…

– Чего тебе?

– Реши мне восьмое задание! Будь человеком…

Маша закатила глаза и, бросив осторожный взгляд в сторону сидящей в соседнем ряду подруги, шепнула:

– Горе луковое… Какой у тебя вариант?

– Третий…

– Так… Ладно. Здесь не трудно… – пробормотала себе под нос, не совсем уверенная, что Лиза ее услышала. Конечно, вряд ли бы у нее возникли сомнения в том, что подруга выполнит ее просьбу, но Маша считала себя обязанной, так сказать, подтвердить сам факт взятия на себя обязательств. Ну… чтобы Лизетте спокойней сиделось. В общем, Мура была редкой дурой. Отказывать не умела категорически. Тем более – своей единственной подруге. Сколько раз она ей помогала в ущерб себе же? Не счесть! Например, только на прошлой контрольной ее лишили двух баллов из-за переданной Лизке шпоры, которую эта дубина не сподобилась даже убрать из тетрадки. Так тупо спалиться могла только она! А главное, ее, Муру, подставить.

Закусив краешек ручки, Маша сосредоточилась на задаче и, вырвав из небольшого блокнота серый в клеточку лист, застрочила формулы.

– Ну, ты там скоро? Мне еще переписывать…

Нет, вы посмотрите на нее! Переписывать… Что бы она запела, если бы ей самой пришлось вычислить энергию фотоэлектрона при неизвестной длине волны?! Впрочем, не стоит и пытаться. Где Лизавета Самойлова, а где квантовая физика?

– Лови…

– Мурушкина! Ты уже все написала? – зычным голосом солистки местного ансамбля песни и пляски поинтересовалась физичка.

Маша вся сжалась и молча потупила взгляд. Только не хватало, чтобы ее опять засекли! Дерьмо!

– Еще бы нет! У нее скоро мозги через уши полезут, – заржал местный дурачок Антонов. Ну, это Мура его дурачком считала. Сам-то он себя мнил не абы каким остроумным. Клоун! А публика схавала, ознаменовав процесс поедания не самой удачной шутки раскатистым смехом.

– Хоть у кого-то в вашем классе должны быть мозги… – философски заметила физичка, не догадываясь даже, что дала Антонову нехилый такой повод лишний раз наехать на Муру. Плюсуй к обнаруженной шпоре – и все. День накрылся.

Прерывая невеселые мысли Маши, прозвенел звонок. Одноклассники нестройным рядом потянулись к учительскому столу, а после – вон из класса.

– Фух! Вроде, пронесло, – шепнула Лиза, приземляясь рядом с подругой на осиротевший раздолбанный стул.

– Ага. Слава богу. Мне нужен высший бал, не то запорю четвертную.

– И твоя горгона тебя сожрет… – страшным шепотом озвучила Машкины перспективы Лизетта и, чего скрывать, была недалека от истины. Мать у Маши действительно была очень строгой. Кто-то бы даже сказал – деспотичной, но она сама старалась об этом не думать. Потому что родителей не выбирают, и что толку тогда тереть эту тему?

– Да уж… Сожрет, и не подавится.

– Ну и хрен с ней. И с оценками тоже. Я тут, наконец, придумала, как тебя с Богатыревым свести.

– Ха-ха. Очень смешно, Лизетта, – скривила губы Маша и резкими, дергаными движениями принялась собирать вещи в рюкзак.

У нее на этот счет был пунктик. Чинно выстроенные ряды ручек и карандашей в пенале, линейка, ластик, транспортир и циркуль. Тетради по всем предметам со старательно законспектированными темами. Учебники строго по расписанию. Ну, какой дурак в одиннадцатом классе таскал за собой столько барахла? Максимум – тетрадка да ручка. Одна. На все случаи жизни. Маша догадывалась, что этот ее заскок насчет порядка был обусловлен неспособностью управлять собственной жизнью…

– Эй, ты че, думаешь, я прикалываюсь? Машка…

– Угу. Именно так. Потому что ты совсем планочная, если считаешь, что Сева хотя бы посмотрит в мою сторону.

– Да послушай ты! Танька Завьялова встречается с Сашей Рудым, а у них сейчас с Севой намечается баттл!

– И что?

– Завьялова завтра устраивает вечеринку по случаю дня рождения. Твой Богатырев будет там!

– Прекрасно. А мне что с того?

– Танюха позвала весь класс!

– Ты разве не знаешь, что ко мне подобные приглашения имеют весьма посредственное отношение?

– А кто это сказал? Придем, как ни в чем не бывало. Звала ведь всех? Звала! А тебе что главное? Правильно. Понравиться Богатыреву! А что там Завьялова подумает… Ну, не выгонит же она тебя?

– Понятия не имею. Но судьбу испытывать не хочу.

Маша не врала. Нет, она, конечно, больше всего на свете хотела стать девушкой Богатырева, однако… Лет в десять она так же мечтала выйти замуж за Тимати, но бракосочетание почему-то не состоялось. В общем, отрезвленная реальностью, Мура не слишком-то торопилась хмелеть мечтой. Мечты разбиваются, как правило, вдребезги, и эти осколки, шрапнелью по сердцу – совсем не то, что ей было нужно. Она и без всяких дополнительных потрясений чувствовала себя разбитой.

– Да брось! Я тебе шмотки нормальные подгоню, накрашу… Станешь на человека похожа, может, и шанс появится, ммм? Что скажешь?

Она отказывалась до последнего. Тем более, что мать никуда бы ее не пустила. Но в последний момент их с отцом пригласили в гости, и…

– Слушай, это платье не слишком короткое?

– Да ты че?! Сисек у тебя нет, а вот ноги – отпадные. На них и упор… Да сядь ты, что ж ты крутишься?

– Ты мне кисточкой тычешь в глаз!

– Так замри, и не моргай! Ну… Что скажешь?

Маша встала с мягкого пуфика и мазнула взглядом по собственному отражению в зеркале. Что думает? Думает, что они явно переборщили. Ноги, которыми Лизка так восторгалась, в глазах самой Муры выглядели далеко не так идеально. Подобно двум макаронинам, они торчали из-под слишком короткого и не по размеру подобранного платья Лизетты. А черные колготки в сетку и вовсе портили всю картину, до смешного утончая ее и без того худые конечности.

– Говорю тебе, Машка, ты – бомба. Вот еще губы накрась…

Наверное, их появление на вечеринке Завьяловой было действительно неожиданным. Потому что на секунду все разговоры стихли. Как Маше удалось выдержать взгляды присутствующих и не убежать, она не понимала. Наверное, помогла Лизетта, которая, как ни в чем не бывало, всучила хозяйке бутылку шампанского (каждому полагалось приходить со своим пойлом), и потащила её в гущу событий.

Севу они отыскали практически сразу же. В небольшой трешке вообще было довольно трудно потеряться… А уж если ты, к тому же, нарцисс, привыкший быть в центре внимания, так и вовсе говорить не о чем! Маша застыла взглядом на объекте своего обожания и на ощупь опустилась в кресло.

– Да, не пялься ты так на него! – шикнула Лизка, больно дернув Муру за руку.

Маша послушно кивнула, но Всеволод мощным магнитом притягивал ее взгляд. Она была влюблена в него уже лет семь, наверное. Безответно влюблена, безнадежно. Парень был звездой их школы. Красивый и популярный, да к тому же еще и при деньгах. Сева мог получить любую, даже самую красивую девушку. У Муры изначально не было шансов. Она смотрела на вещи трезво и не питала особых иллюзий, что, впрочем, никак не охлаждало её болезненно-острых чувств.

– На, вот… Глотни. Может, расслабишься? – Лизетта протянула Муре стакан с каким-то коктейлем и тоже покосилась на компанию, собравшуюся вокруг Богатырева.

– Что-то не верится, что с таким ритмом можно читать, не сбиваясь, а склеек я не услышал…

Маша навострила уши. Музыка – вот единственная тема, о которой Богатырев мог говорить день и ночь. Возможно, если бы ей удалось продемонстрировать ему свои познания в области хип-хопа, он бы и обратил на нее внимание? Неплохой план. А для смелости, и правда, не помешает выпить…

– Да по хрен ритм, каким бы он не был зачетным! – возмутился один из приятелей Севы, – он одни и те же парты читает каждый баттл. Х*йня невыносимая!

– Да, норм настелили, – парировал Сева, – че ты докопался? Третий трек вообще пизд**ейший.

В обнимку с Завьяловой к Богатыреву подкатил Рудый. Если они и впрямь собираются баттлиться, то замес будет – чума. Жаль, она не услышит его живьем.

– Че трете? – поинтересовался Саня, приложившись к бутылке с пивом.

– Да так… Обсуждаем новых звезд на небосклоне хип-хопа…

– Этих петухов? Да их лошат всем миром… – скривился Рудый.

– Лошение петухов, как ты изволил выразиться, сделало им такой пиар, который этим ребятам в жизни никогда не светил. Что называется, хорошими делами прославиться нельзя, а напишешь какой-нибудь высер, станут все над ним глумиться и лошить, дык, отрицательный пиар – он, сцуко, тоже пиар. Будет имя этого обосранца на весь инет греметь.

– Точняк… – согласились в толпе.

– Ну, ты, Сева, знаешь, я по американскому рэпу прусь. А эта тема меня вообще не заряжает.

– Американский рэп давно уже превратился в петушатник. Кто скажет, что Lil Wayne или какой-нибудь Flo Rida не петух?

– А Wiz Khalifa? Я вообще думала, это баба, – пробормотала Маша, и только по наступившей в комнате тишине поняла, что озвучила свои мысли вслух. Сердце ухнуло куда-то вниз, дыхание перехватило. Сжавшись в комок, Мура бросила отчаянный взгляд на подругу, проклиная себя за болтливость. А потом случилось неожиданное. Сева рассмеялся, а вместе с ним и все присутствующие.

– Точняк, – сказал он и поманил ее к себе пальцем.

Маша не помнила, как к нему подошла. Только Лизкин тычок в спину в памяти отпечатался. А дальше – провал… Сева что-то ей рассказывал, спрашивал, смеялся. Ему было весело с ней.

– Вот, закинься, классная штука…

Маша послушно взяла бокал из его рук и отпила. Она не придала значения слову «закинься», она пребывала в какой-то прострации, эйфории… Тот, о ком она так долго мечтала, сидел на расстоянии вытянутой руки. Мир искрился и переливался на солнце. Она была счастлива!

– Слушай, а как ты смотришь на то, чтобы отсюда свалить?

– Совсем? А… куда?

– Да, куда-нибудь. Здесь слишком многолюдно, не находишь?

Маша кивнула завороженно, наблюдая за его нервными, покрытыми татуировками, пальцами. С тех пор, как она видела Севу в последний раз, тот забился еще сильнее. Вот и на шее появился какой-то новый узор… Дракон, или демон? Мура не разобрала. Хотя картинка мира в ее глазах стала необычно наполненной и яркой.

– Эй, Маш… Ты куда собралась? – спохватилась Лизетта.

– Ммм? Сева сказал, что подвезет меня до дома.

Девушка подозрительно покосилась на подругу и, обхватив ее щеки ладонями, поинтересовалась:

– Ты как вообще, норм? Не перебрала?

– Да что мне будет?

– Ну, смотри. Если что, сразу спать ложись, чтобы мать не засекла. Не то она тебе покажет…

Сева не дал им договорить. Схватил Муру за руку и потащил прочь из квартиры.

– Ух, ты… Классная у тебя тачка, – восхитилась девушка, озираясь по сторонам.

– Спасибо. На поступление в универ родители подарили. А ты? Где учишься?

Маша и не надеялась, что Сева ее запомнил, поэтому слова парня ее не слишком задели. А что действительно имело значение, так это то, что он, наконец, ею заинтересовался!

– Оканчиваю школу. Буду в политехнический поступать… А куда мы едем?

– Да, есть здесь неподалеку чумовое местечко. Оттуда звезды видны. Красиво…

Маша тупо кивнула головой и откинулась на подголовник. Ее и саму уносило куда-то к звездам. Один трек сменял другой, а тонкие пальцы Севы, гладили ее по ногам. И было легко-легко, будто из ее головы выкачали все мысли и страхи…

– Эй, детка, иди сюда…

– Зачем? – спросила тупо, оглядываясь по сторонам.

– Я сделаю тебе хорошо. А ты сделаешь хорошо мне. Ты ведь этого хочешь, правда?

Конечно, она хотела сделать ему приятно. Просто тогда Мура не понимала, что под этим подразумевается.

Тем временем забитые пальцы Севы скользнули вверх по ее ногам, задрали подол платья повыше…

– Эй… Ты что делаешь?

– Я делаю тебе хорошо… – шепнул Богатырев, касаясь руками девичей груди. Маша зажмурилась и рассмеялась. Все происходящее было таким нереальным! В голове кружилось, тело стало как будто невесомым и зажило своей жизнью. Пальцы на груди сжались сильней. За ненадобность Маша не носила лифчик, и сейчас касания парня ощущались необычайно остро. Дыхание перехватило.

– Нравится?

Она ничего не ответила. Лишь сильней рассмеялась, все хуже воспринимая реальность. Руки Севы опустились по ее животу, ухватили резинку колгот и дернули вниз.

– Эй, ты что задумал?

– Я тебе сейчас покажу…

Щелкнула пряжка ремня, вжикнула молния. Сева обхватил ладонь Маши рукой и сунул себе в штаны.

– Погладь его… Вот так, сильнее… – он обхватил член поверх ее руки и пару раз дернул. – Пожестче, детка! Ну же, давай… Что ты как неживая? Ты же хочешь его? Хочешь?!

Видимо, для того, чтобы удостовериться в силе ее желания, Севины пальцы скользнули Маше между ног. Раздвинули девственные складочки, надавили на клитор и по сухому скользнули внутрь.

– Нет-нет, подожди! – запротестовала девушка, – что ты делаешь? – и снова этот дурацкий смех!

– Пытаюсь тебя трахнуть…

– Трахнуть? – несмотря на все попытки сконцентрироваться, сознание к Маше возвращаться не спешило. – Я ни с кем еще… Подожди…

– Целка, что ли? Ну, так, поздно уже… Смотри, как я тебя хочу. А ты… Ты меня хочешь?

Мура облизала губы. Разве могло быть иначе? Она ведь так сильно его любила…

– Конечно, – шепнула девушка.

– Знаешь, что… А давай-ка ртом. Не охота мне с тобой возиться…

Маша с трудом понимала намеки парня, а вот как на них реагировать – не понимала вообще. Тогда он рукой надавил ей на голову, опуская к собственному вздыбленному члену.

– Ну же, малышка… Возьми его…

Она не помнила, что было дальше. По саднящим губам лишь могла догадаться, что все же сделала… сделала… Черт… Сделала Севе минет! Слава богу, мать с отцом загостились… Не то бы досталось Муре по самое не хочу. И за поздний приход, и за внешний вид, и за явно нетрезвое состояние! Пронесло, так пронесло. А главное, что на нее нашло? Почему она вела себя, как распоследняя шлюха? Неужели алкоголь так подействовал? Ведь не так уж много она и выпила… Не зная, куда деть глаза со стыда, Маша встала с кровати, но и шага ступить не смогла. В голове стучали молоты, к горлу подступила тошнота. Со стоном уткнулась лицом в ладони и снова опустилась на постель. Все, что случилось накануне – было ужасно. Но… Сева был с ней! Они были вместе! Господи… А что, если он предложит встречаться? Она же умрет от счастья!

Выходные для Маши прошли в каком-то угаре. Оказалось, что она потеряла телефон, и Сева не мог с ней связаться. Да что там! Она даже Лизке не могла позвонить, чтобы обо всем рассказать и посоветоваться. Еще и мать наорала… Дабы убить поскорее время, Мура взялась за подготовку к итоговому тестированию, но, так ничего и не сделав, захлопнула задания. Эмоции разрывали на куски, она не могла усидеть на месте. В понедельник в школу летела на крыльях. Ворвалась в полупустой класс, бросила рюкзак на парту.

– Хо-хо, вы поглядите, кто заявился! Муза, собственной персоной… – заржал кто-то в толпе. Мура покосилась в сторону скучковавшихся ребят и молча подтянула шлейку на сумке. Она привыкла игнорировать поддевки. Огородила свою душу забором, обнесла колючей проволокой. Чик-чик, я в домике. И пофиг все.

– Че молчишь, Мура??

И к этому она тоже привыкла. Стоило ей впасть в немилость у этих шакалов, как ее вполне пристойная кличка Му?ра (производная от Мурушкиной) превращалась в обидную Муру?. Ну, как – обидную? Это они так считали, ей же все было по боку. Ну, или она хотела, чтобы так было. Скорее второе, конечно.

– Эй, соска, ты че молчишь?! Или правда себя звездой возомнила? Не, ну, конечно, не каждое видео набирает столько лайков… Тут я согласен! Ну, так, и мы не чужие…

Маша застыла. Из слов Антонова в мозгу отпечаталось только шипящее «сссоссска». Так бы, наверное, говорили змеи, если бы им был дан голос. Сссссосссска… Маша сглотнула и втянула голову в плечи. Дверь в класс резко распахнулась, с грохотом ударяя о стену. Чуть толкнешь посильнее – всегда так. Но ограничитель никто так и не догадался установить.

– Машка… Ну, слава богу! Ты куда пропала? Звоню тебе, и звоню…

– Что случилось, Лизетта? – отрешенным голосом поинтересовалась Мура у подоспевшей подруги.

– Маш…

– Да говори уже, чего тянуть?

– А ты сама… еще ничего не знаешь?

Маша закусила губу и покачала рыжей головой. Придурки из класса продолжали свой стеб, и с каждым их брошенным словом нервы девушки натягивались все сильней.

– Так, пошли на хрен отсюда… – Лизка схватила Муру за руку и под всеобщий смех потащила прочь из класса. А потом они шли по раскаленной на майском солнце улице и молчали. Это была спасительная тишина. Вряд ли Маша была готова к правде…

– О каком видео трепался Антонов?

– Мур, ты только не парься сильно, ладно? Никто ж не знает, о ком там шла речь?

– Где – там?

– Да, на этом чертовом баттле. Я тебе говорила… Короч, там Рудый заводил… Ну, и… Ты только не обижайся, ладно? И близко к сердцу не принимай…

– Ага… ты к теме уже переходи, Лизетта. Мне к чему эти реверансы?

– Так вот. Рудый вкатил, что у Севы телка страшная, как смерть, намекая на ваш с ним совместный уход… Мол, Севе только такие, страшные, и дают… Дерьморэпчик был, техничная тараторка…

– А Богатырев, что? – сглотнула Маша.

– А Богатырев – козел, Мура. Апнул темку… И себе давай. Нет, фристайл был хороший, сильный, но тема скользкая, понимаешь? И этот утырок накидал, что если бы Рудый знал, какая ты классная минетчица, то забрал бы свои слова обратно.

– Я – минетчица?

– Ну, ты же понимаешь, что имен никто не называл… Но все присутствующие у Завьяловой и так догадались, о ком идет речь…

– У Завьяловой в гостях был весь класс…

– Ну и фиг! Выпускной через месяц. Тебе интересно, что эти придурки подумают?

Мура не нашлась, что ответить. Только головой покачала и отступила на шаг.

– Эй, ты куда?

– Я домой пойду, Лизка… Что-то жарко, сил нет.

– Ты, главное, не парься. Через неделю все и не вспомнят, что было! – крикнула Муре вдогонку Лизетта. Та качнула головой и, ничего перед собой не видя, побрела вверх по улице.

Маше часто казалось, что она родилась по ошибке. По какому-то недосмотру судьбы. В то время, как ее сердце разрывалось от любви на части, её саму никто никогда не любил… Волоча за собой ноги, девушка поднялась по ступеням, трясущимися руками открыла входную дверь. Бессильно опустила с плеча рюкзак и, привалившись к стене, отдышалась. Чувствуя себя невыносимо грязной, прошла в ванную. Закрыла пробкой слив и включила воду. Поймала в зеркале собственное отражение. Взгляд пустой и пугающе-равнодушный, пересохшие, покрытые корками губы… Мура коснулась их пальцами, но тут же брезгливо отдернула руку. Грязная, жалкая, никому не нужная… Можно было сколько угодно отрицать очевидное, прятать взгляд под отросшей рыжей челкой, коротая жизнь в мыльном пузыре собственной отстраненности… А можно было все прекратить. Перекрыть ток боли по венам. Не сводя глаз с собственного отражения, Маша открыла навесной шкафчик, нашарила рукой упаковку лезвий, которые отец, по старинке, использовал для бритья, извлекла одно и, надавив, что есть силы, провела им по запястью. Равнодушно покосилась на алые капли крови, медленно стекающие на пол. Повторила движение. И еще, и еще… Наступив на лужицу собственной крови, забралась в ванну. Слез не было.

Глава 1

Спустя два года


Мура, Мууууур.

– Господибожемой! Ну, чего тебе, Лизетта?!

– Слушай, давай сопромат закосим… Ну, ведь сил никаких нет!

– Сил у нее нет! А мне еще на работу чухать!

– Тогда, может, ты и работу… того?

Маша покосилась на подругу и, заправив выбившуюся из хвоста прядь за ухо, с намеком покрутила пальцем у виска:

– Прости, Лизетта. Мне кушать иногда надо. А значит, и на работу ходить.

Самойлова тяжело вздохнула и тоскливо уставилась в окно. Интересно, зачем их делают такими огромными? В качестве дополнительной пытки для бедных, измордованных бесконечной зубрежкой студентов? Смотрите, мол, убогие, как там, на улице, хорошо! Вам же век света белого не видать… Ну, в ближайший месяц – так точно. Вот не иначе как летнюю сессию изобрела инквизиция!

– Ну, хоть один разооочек, – без всякой особенной надежды на положительный результат вновь закинула удочку Лиза.

Машка только лишь закатила глаза, и в который раз за день попыталась сосредоточиться на словах лектора.

Нет, Самойлова понимала подругу – что обижаться? Это у нее родаки мировые. Уж ей так точно еще года три можно смело сидеть на их шее, а вот Мура… М-да. Вот кому действительно не повезло. Или, напротив… Может, и лучше, что все так случилось? С тех пор, как Машка съехала от родителей к деду, она как будто ожила! И пофиг, что от бесконечной учебы и работы осунулась вся и почернела. Но ведь глаза светятся, и улыбка все чаще расцветает на губах без их нескончаемых наставлений и упреков.

– А я бы на работу, как на праздник бежала, если бы у меня был таа-а-акой начальник! – зашла с другого боку Лизетта.

– Начинается…

– Нет, ну, а что? Почему ты не хочешь хотя бы попробовать?! Он же тебе нравится!

– Нравится… – обреченно согласилась Мура.

– Вот… А ты что?

– А я что?

– Дык, в том-то и дело, что ничего! Юбку бы надела, или кофточку с вырезом… Подчеркнула бы хоть как-то свои прелести!

– Ну, какие прелести, Лиз? – сдвинула темно-рыжие брови Мурушкина.

– А такие! Красивая ты, Мура, но забиииитая. Твою маманю за это четвертовать надо!

– Ага…

Что «ага», Лизка так и не поняла! Но переспрашивать или, боже упаси, настаивать на своем не стала. Потому что Мура тем самым, пугающим до трясучки, жестом потерла шрамы на своем запястье. Она делала это непроизвольно, обычно, когда волновалась.

– Мур…

– Ну?

– Он крутой, да?

– Кто?

– Ну, твой босс.

– Нормальный, – пожала плечами Маша, – правильный мужик.

– Только староват немного, но тебе как раз такой и нужен.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5