Юлия Рябинина.

Только не я



скачать книгу бесплатно

Глава 1

– Ясь, – жаркий шепот подруги опалил ледяную кожу щеки, отчего волосы на затылке зашевелились.

– Бр-р, как же холодно, – поежилась я и поджала пальцы ног в замшевых валенках. Хмыкнула про себя. Как знала, что произойдет фигня какая-то, надела не осенние ботинки, а теплые валенки.

– Ясь.

Толчок локтем в бок отвлек от размышлений.

– Верка, прекрати, – шикаю на подругу, – синяки останутся, – потерла оледеневшей ладонью ребра.

– Да ты вообще как будто не здесь, – надула она губы.

– Вообще-то, сейчас урок, – шиплю на нее, вскользь бросаю взгляд на учителя, что стоит у доски и рассказывает новую тему.

– Ясь, – снова подруга обжигает кожу щеки жаром, – давай уйдем, а? Я совсем задубела.

Она складывает ладошки лодочкой и прячет в них нос, быстро-быстро дует внутрь. Пытается, видимо согреться.

– Вер, не выдумывай, остался всего один урок. Потерпи, – отвечаю ей и лишь на секунду поворачиваю голову в ее сторону.

– Елисеева, встань!

Я замерла на месте и медленно повернула голову к учителю.

– Что смотришь, вставай, – командует она, и я, опершись ладонями на столешницу, встаю из-за парты.

– Извините, Елена Владимировна…

Взгляд в парту и не поднимать до тех пор, пока эта грымза будет отчитывать. Ну, Верка, ну, удружила. Скашиваю взгляд в сторону подруги, но та уткнулась носом в книгу и не смотрит по сторонам.

– Уже поздно извиняться, Есения. Я так понимаю, ты новую тему знаешь лучше меня.

В голосе слышу подвох, эти ехидные нотки и шаркающие шаги по полу не предвещают ничего хорошего.

– Елена Владимировна, я не хотела вас перебивать, – начинаю оправдываться и слышу только себя. Ни смешка, ни вдоха постороннего, хотя нас тридцать пять человек в классе.

– Да, я вижу, как не хотела. Видимо, поэтому ты мне мешаешь вести урок, – учительница останавливается возле меня. – К доске, – шипит мне в ухо. – Расскажи-ка нам, Елисеева, законы Кеплера, – она подталкивает меня к доске, на которой развешаны астрономические карты.

– Ну, Елена… – начинаю упираться. Астрономия – это вот точно не моя наука, не люблю я ее и не понимаю.

– Не запрягла, Елисеева! А ну, марш к доске, и подружка твоя пусть тебе поможет. Дашина, вставай и марш за Елисеевой, – рявкает она так громко, что я подпрыгиваю на месте.

Понурив плечи, иду через длинные ряды парт.

– Первый закон: каждая планета движется по эллипсу, – слышу голос Димки со второй парты.

Я признательна ему за то, что пытается помочь, сжимаю кулак перед собой в знак благодарности и, будто ступаю на эшафот, делаю шаг на импровизированный подиум возле доски. Наконец-то поднимаю взгляд и устремляю его прямо перед собой.

– Первый закон Кеплера гласит, что каждая планета движется по эллипсу, – выговариваю на выдохе то, что сказал мне Димка.

Бросаю мимолетный взгляд на Верку, та до сих пор тащится между рядами парт, и возвращаю взгляд на парня, что активно шепчет мне правильный ответ.

Звонкий хлопок по парте, и мы все вздрагиваем одновременно.

В классе повисает молчание.

– Ты, что, Волков, думаешь, я глухая? – взвилась грымза и, подскочив с моего стула, на котором вальяжно раскинулась, в несколько широких шагов оказалась возле Димки. – Сколько можно валять дурака?

Она орет ему в ухо, и я вижу, как из ее рта брызжет слюна, оседая на щеке парня.

– Елисеева вконец обнаглела, все пытается выехать за счет того, что на выступления постоянно ее выталкивают, – она резко выпрямляется и смотрит мне в глаза. – Ты что, думаешь, что сможешь заработать своими песенками себе на хлеб?

Не выдерживаю взгляда учительницы, опускаю глаза. Верка так и осталась стоять посреди класса. Коза-предательница.

– Я к следующему уроку буду готова, Елена Владимировна, – отвечаю ей и поджимаю губы.

– А мне к следующему уроку будет уже поздно, Елисеева. Садись, два, – рычит она и, задевая меня плечом, проходит к своему месту. – Волков, к доске. Дашина, ты долго будешь идти? – командует нами грымза. – Давай, Елисеева, не создавай пробку, садись на место.

Знаю, что спорить с ней бесполезно и уговаривать – тоже, вот и Димке из-за меня досталось, досада. Сталкиваемся с парнем плечом к плечу в проходе между партами.

– Прости, – шепчу ему одними губами и виновато прячу взгляд.

– Все нормально, – слышу его веселый голос, и на душе тут же становится теплее.

Когда уже уселась на стуле и приготовилась слушать Димку, дверь неожиданно открылась и в кабинет вошла директриса.

– Здравствуйте, – зычный голос сотрясает стены помещения.

Мы все встаем в знак приветствия и в один голос отвечаем ей:

– Здравствуйте, Тамара Игнатьевна.

Высокая статная женщина оглядывает нас одним взглядом, есть ощущение того, что видит она всех и сразу, и не укрыться никому от ее серых холодных глаз, цвет которых напоминает снеговые тучи.

– Садитесь, дети, – взмах руки, и все по команде садятся на места. – А вы что застыли? – вскидывает она одну идеально прорисованную бровь, обращая свое внимание на Верку и Диму. – Садитесь по местам, у меня для вас новость. Не самая хорошая, конечно, но, как говорится, имеем то, что заслужили, – она горько усмехается. – Уж не знаю, чем наш дом прогневал вселенную, но сей факт имеется, и его не оспоришь. Вам, мои дорогие, придется этот новый год встречать по разным местам, и скорее всего, некоторым придется уехать в другой город.

По классу пронеся встревоженный шепот, а Верка, что уже жалась к моему боку, крепко схватила меня за руку и больно стиснула ладонь. Но я на нее даже не обратила внимания. Вся я сосредоточилась на том, как Димка расправил плечи и, вытянувшись в струнку, внимательно слушал директрису. Я уже предчувствовала что-то неладное.

– Все подробности происходящего не хочу вам объяснять, да и вряд ли они вам нужны, – тем временем продолжила женщина, – но, как вы заметили, в нашем доме наступила зима, а все почему? – она подошла к окну, отдернула занавеску и, дотронувшись до батареи рукой, выглянула во двор, что-то с интересом там высматривая. – Сейчас все вернетесь в свои комнаты и соберете самые необходимые вещи, которых вам должно будет хватить примерно на месяц. Думаю, этого времени будет вполне достаточно, чтобы устранить неполадки.

Директриса поджала губы и зло дернула штору, а мы все как один вытянули шеи и повернулись в сторону окна в надежде увидеть то, что увидела там Тамара Игнатьевна. И в тот самый момент, когда женщина сделала шаг в сторону выхода, прозвенел звонок. Все тут же вскочили с мест и, уже не обращая внимания на преподавателей, гурьбой кинулись к окнам. Верка, перешагнув через меня, потащила вместе со всеми смотреть, что же там такого интересного. Мне ничего не оставалась, как последовать за ней. Я, конечно, дернула руку, попытавшись высвободиться из ее захвата, но эти клешни намертво приклеились моей ладони, и скорее бы я вывихнула себе кисть, нежели смогла освободиться. Поэтому, привстав на носочках, я тоже попыталась выглянуть из-за плеча одноклассницы во двор, но рост не позволял этого сделать. Приготовившись подпрыгнуть, я уже даже присела немного, когда на плечи легли чьи-то руки. Я оторопело оглянулась через плечо.

– Димка, – выдохнула, а у самой колени затряслись.

Странно это как. Откуда-то внутри зародилась паника, и теперь она перла наружу. Оттого, видимо, и прошибла меня дрожь. Боязнь чего-то нового, неизвестного затопила разум.

– Не переживай, Яся, – голос парня нежно ласкает слух, и я невольно откидываюсь спиной на его грудь, а он прижимает меня ближе, будто обнять хочет, но сдерживает эмоции, нельзя здесь, при всех.

Мы решили, что подождем еще немного, до весны, а когда выйдем отсюда, обязательно поженимся сразу. Это его обещание мне. Димка в тот вечер, когда делал мне предложение, на колено встал и подарил колечко обручальное, которое теперь я ношу на шее на цепочке. Рано еще об этом говорить всем. Не хочу. Слишком много недоброжелателей. Украдкой я бросила взгляд на грымзу. Она зыркает по сторонам, нас всех оглядывает с какой-то животной ненавистью. И спасибо Димке, что загородил меня от нее, потому что ко мне у нее свое «личное» отношение.

– А ты не знаешь, что там произошло? – спрашиваю я шепотом, так тихо, чтобы слышать мог только он.

– Да, пацаны говорили, что ночью теплотрассу прорвало, которая проложена к нашему детдому. Стоп, – он дергает меня за руку, и я тут же слышу недовольное Веркино бурчание.

– Ясь, ну, дай посмотреть, – дергает она руку, и Дима выгибает бровь, удивленно смотрит на меня.

Я пожимаю плечами. Тогда парень, недолго думая, толкает подругу в спину. Та резко разворачивается, но так и замирает с открытым ртом.

– Руку отпусти, – улыбается он.

Секундное молчание с двух сторон, подруга сверлит парня немигающим взглядом, но зрительный контакт разрывает грубый голос Елены Владимировны.

– Одиннадцатый "А", освободите класс, – громогласно произносит она, четко проговаривая каждое слово.

Верка отпускает мою руку, обходя нас, подхватывает свой рюкзак с парты и выходит вслед за классом в коридор. Мы с Димой следуем за всеми.

– Елисеева! – окликает меня грымза, и я застываю в дверном проеме, с опаской оглядываюсь на нее.

– Доклад мне принесешь после новогодних каникул, только после него аттестую, – она замолчала на миг, а я уже приготовилась выслушать самую нелепую тему, по которой мне придется его писать. – Законы Кеплера.

Не выказав не единой эмоции, киваю ей и выхожу в коридор, где меня ждут два моих самых родных человека, которые так близки мне и так далеки друг от друга.

– Не такая она и плохая, как кажется, – улыбаюсь Диме и пристраиваюсь с правого бока, машу Вере рукой, подзывая к нам, но она словно прилипла к подоконнику.

– Дима, не обижайся, пожалуйста, – смотрю на парня, а у самой щеки пылают от смущения, – я к Вере пойду, ведь вещи нужно собирать, а то она ждет.

Парень оглядывается на подругу, вскользь пробегаясь по ней совсем недружелюбным взглядом, и снова поворачивается ко мне.

– Жду тебя на нашем месте через два с половиной часа, – он заглядывает мне в глаза, – надеюсь, тебе хватит этого времени?

Активно киваю, а щеки еще сильней разгораются смущением.

– Тогда беги, а то подружка твоя меня испепелит своим яростным взглядом.

Машу ему рукой, уворачиваюсь от поцелуя в щеку, пропускаю толпу ребят и быстрым шагом иду к Вере. Та демонстративно вскидывает руки вверх и издает протяжный выдох.

– Ну, наконец-то, Яська, – она подхватывает меня под локоть и, наклонившись к уху, зло шипит: – Как ты можешь общаться с этим занудой?

– Прекрати, – отмахиваюсь от нее, но девушка уже прилипла к моему боку и теперь, ни на шаг не отступая, идет со мной нога в ногу в корпус «зэт», где расположена женская половина детского дома.

– Не прекращу, – упрямо вздернув подбородок, говорит она. – Я же вижу, что он втягивает тебя в какую-то сумасшедшую историю. И не надо мне лапшу на уши вешать. Я все вижу, – тычет она себе в глаза двумя пальцами, а потом переводит их на меня.

Тяжко выдыхаю. Вот как у нее так получается? Все хорошее и светлое она выворачивает и превращает в пошлость, греху подобную.

– Вера, если не хочешь поругаться, то лучше помолчи, – строго говорю подруге и вижу, как она громко сглатывает рвущиеся наружу слова.

– Ладно, я помолчу, но знай, я за тобой наблюдаю, – девушка тряхнула головой и, не отпуская мой локоть, отвернулась в другую сторону.

Глава 2

– Ясь, как думаешь, куда нас отправят? – подруга хаотично расталкивает вещи по сумкам. – Я даже не знаю, что с собой брать.

Она суетиться, и возникает такое ощущение, что уезжаем не на месяц, а насовсем.

– Я даже не могу предположить, Вер, – честно отвечаю девушке и аккуратно кладу теплый свитер в дорожную сумку.

Вещей у меня не много, да и не люблю я эту все суету. Директриса сказала, что максимум на месяц, значит и не стоит весь гардероб пихать с собой.

– Это значит, и новый год мы будет встречать на чужбинке, – горько вздыхает Вера.

– Вера, прекрати ерничать, – корю, подругу, которая, усмехаясь своим же словам, перебирает наряды для новогоднего вечера.

– Как думаешь, какое взять? – поочередно прикладывает она к плечам нарядные платья.

– Возьми два, – советую ей, потому как выбрать действительно трудно, – может пригодиться.

– Точно, – радостно кивает подруга моим словам. – Яська, – подходит ко мне и сжимает крепко за плечи.

Смотрю, а у нее в глазах озорные огоньки горят.

– Нет, ну ты представь. Мы наконец-то вырвемся из этих уже опостылевших стен, и увидим что-то новенькое.

Отпускает меня и отходит к своей кровати, раскидывает руки и падает на спину.

– Я счастлива, если что, подруга. Не могу поверить в такое чудо.

Сижу, хлопаю глазами. От Веры такого не ожидала, да и что сказать-то ей? Меня, например, все устраивает, и уезжать я не хочу вовсе. Хочу отмечать праздники с нашими ребятами в кругу знакомых лиц.

– Ой, не знаю, Вер, – решилась возразить подруге, – мне страшно, если честно.

Признание выскочило изо рта быстрее, чем я смогла над ним поразмыслить.

– Что? – вскочила девушка с кровати. – Что за ерунда, Яська, мы же вместе будем! Как там говорится, «один за всех, и мы друг за друга».

Она улыбается во все тридцать два, а вот мне не смешно, неспокойно как-то, но я все равно растягиваю губы в улыбке.

– Я буду очень рада, если все сложится так, как ты говоришь, – отвечаю ей.

– Непременно, детка, – ухмыляется Вера и падает обратно на кровать.


Как прошло два с половиной часа, я и не заметила. Вещей оказалось не так уж и мало, да и в комнате перед отъездом нужно было навести порядок. Поэтому раздавшийся телефонный звонок стал для меня неожиданностью.

– Дима? – не скрываю удивления в голосе, одновременно смотрю на часы. – Ой, Дима, прости, – короткий выдох, – я совсем потерялась во времени…

– Ну, я и не сомневался, что твоя соседка заболтает тебя. Так что ожидал этого, Есения, поэтому и ждать долго не стал.

Вот почему-то даже от его тона, что сейчас слышу в телефоне, щеки покрывает яркий румянец смущения.

– Извини, – еще раз говорю в трубку, а сама язык прикусываю.

Может, Верка и права, как-то странно на меня действует Дима, уж очень часто я чувствую себя без вины виноватой.

– Да все, проехали, Ясь. Ладно, буду ждать тебя внизу возле доски расписаний, говорят, там списки распределения вывесили, – говорит он.

– Хорошо, через… – но парень уже отключил телефон.

– Вот я тебе говорю, Ясь, этот твой Димчик – козлина редкостная.

Я перевожу непонимающий взгляд на подругу.

– А что непонятного, ты посмотри на свое лицо!

Ее возмущению нет предела, она, будто самовар, распыхтелась, и пар начинает валить изо всех щелей. Невольная улыбка касается моих губ, и подруга вскакивает из-за стола, где только что восседала.

– Я тебе серьезно говорю, а ты лыбишься! Да ты в тряпку с ним превратилась, ведешь себя, как бедная овечка Сью!

Такой по ее понятиям должен был быть обидный подтекст в этих словах, что я не сдержалась и засмеялась в голос.

– Вера, не могу над тобой, – через несколько секунд безудержного смеха на глазах выступают слезы.

Подруга стоит в позе воительницы, руки скрестила и подбородок вздернула вверх, ну, Жана д’Арк настоящая.

– Вера, расслабься, пожалуйста, – корчусь я от смеха.

– Дурочка ты, Яська, – обиженно отворачивается от меня подруга и садится обратно за стол.

– Вера, не обижайся, – вытираю тыльной стороной ладони слезы с глаз, – но ты такая смешная, я не могла удержаться.

– Знаешь, – ее голос вдруг стал тише, – я не могу на это смотреть спокойно, потому что до сих пор перед глазами стоит картина из детства, как после смерти предков сестра привела в дом мужа своего новоиспеченного. Мудак гребаный катался, как сыр в масле, сестра его обстирывала и обкармливала…

Я затаила дыхание, а смех где-то в горле застрял. Вера очень редко делилась историями из прошлого, поэтому про нее я знала лишь одно: что родственников у нее, как и у меня, нет, что сестра была, но умерла, а вот подробности ее смерти Верка не рассказывала никогда.

– Он работал, приносил денег в семью, а потом оказалось, что он игроман. Сестра плакала сильно, просила бросить все это, и знаешь, он обещал, а потом как-то не пришел домой. Сестра поизвелась вся, телефон пооборвала звонками, а потом пришли они. Оказалось, что этот проигрался по-крупному и свалил, а кому теперь отдавать долг, как думаешь?

Этот вопрос явно был адресован мне, но я не стала отвечать подошла сзади к Верке и обняла ее.

– А ты знаешь, что сделала она? Эта дрянь просто взяла и умерла, отравилась таблетками, все как в мыльных операх, – ее голос дрогнул, но говорить она не перестала, – бросила меня одну.

Сжимаю ее плечи сильнее, прижимая затылок к своей груди.

– Вера, – шепчу в макушку.

– А меня забрали в детдом, на тот момент мне было семь, – она хватает меня за запястья и крепко сжимает их. – Мне почему-то Димка напоминает Олега, Ясь. Я тебя прошу, не встречайся с ним. Ты становишься на себя не похожа, когда он рядом. Дима будто поглощает тебя собой, и ты становишься его тенью…

Она расцепляет руки и целует мою ладонь, а у меня по позвоночнику мурашки бегут.

– Нет, Вер, – отнимаю руки у подруги, – ты ошибаешься, у нас с Димой совсем иные отношения, – делаю короткие шажки к выходу. – Он совсем другой, – а у самой голос дрожит.

Быстро выхожу за дверь, даже не оборачиваясь.

– Не может этого быть, – шепчу себе под нос. – Верка просто ревнует или завидует…

Проговариваю варианты и прислушиваюсь к внутреннему голосу, но он молчит. Сбегаю по лестнице, стараюсь выкинуть все из головы. Конечно, и подругу жалко, оказывается, у нее все не так просто, как, например, у меня. Родители погибли, а вскоре и бабушка умерла, и вот я здесь.

Ладонь скользит по холодным перилам, я будто во сне переставляю ноги, потому что вся я нахожусь сейчас с Верой в комнате. Зря я, наверное, ушла, ей сейчас требуется моя поддержка. Замираю посредине и принимаю решение идти обратно. Резко поворачиваюсь и чуть ли не нос к носу сталкиваюсь с девушкой.

– Ой, – от неожиданности отступаюсь, не удерживаюсь на месте и кубарем лечу вниз.

– Яська! – слышу откуда-то сверху.

В голове все перемешалось, по мне словно танк проехался. Лежу, не шевелюсь.

– Ясь, – чувствую, как плеча касается рука Веры.

Открываю один глаз, вроде все нормально, ничего не кружится, следом открываю второй.

– Жива?

Гляжу на подругу, а та кивает мне в ответ, и улыбка растягивает губы.

– Вот это кульбит сделала, – она начинает смеяться, – че больно? – тычет пальцем мне в бок.

Передергиваю плечами.

– Да я не знаю, вроде, нет, – отвечаю ей и сажусь на попу.

– Ясь, там всего-то пять ступенек, а ты падала так, как будто с вершин Эвереста, – и она начинает ржать.

– Сучка ты, Верка, – ударяю подругу по плечу, – я просто испугалась, – обиженно дую губы.

– Давай вставай, – сквозь смех говорит она, – а то тебя уже, наверное, заждались.

– Черт, точно, – поднимаюсь на ноги и делаю первый шаг, – так вроде вся цела, пошли.

Только спустившись на первый этаж, я поняла, что ногу все же повредила, хоть, скорее всего, и не сильно. В щиколотке чувствовалось неприятное ощущение тянущей боли. Неосознанное прихрамывание не осталось незамеченным.

– Все-таки поломалась, – вздыхает Вера и берет меня под руку.

– Это громко сказано, подруга, – улыбаюсь, – потянула связки, наверное.

Возле доски с расписанием толпился народ. Кто-то возмущенно вскидывал руки вверх и выражался, кто-то тихо хихикал, тыча пальцами в сенсорные экраны гаджетов. Как я понимаю, пробивали адреса и названия тех детдомов, по которым нас распределили. Но все это вскользь, я вижу всю картину боковым зрением, потому что в толпе выискиваю высокую худощавую фигуру Димы, его светлую шевелюру с модной прической. Но его нет среди учеников. Тяжко вздыхаю и, поддавшись Веркиной воле, следую за ней, не сопротивляясь.

Девушка, не задерживаясь ни на миг, будто Халк, расталкивает узкими плечами человеческие массы, пробирается к доске, а я смотрю ей в спину и удивляюсь такой пугающей напористости такой маленькой и шустрой девчонки.

– О, вот, смотри, смотри, – слышу ее звонкий голос, – наше крыло.

Я подхожу ближе, и изо рта вырывается судорожный выдох.

– Нет! – почти кричит она.

– Да, – слышу на ухо голос Димы, и он, обхватывая меня за плечи, притягивает к себе спиной.

– Ясь, я не хочу без тебя, – в голосе подруги слышу слезы.

Она поворачивается ко мне, и ее лицо в миг меняется, в глазах разгорается огонь ненависти. Я смотрю на подругу и поднимаю брови вверх в умоляющем жесте. Вера смотрит то на меня, то на парня, поджимает губы и, проходя мимо нас, сухо кидает:

– Я попрошу Тамару Игнатьевну оставить нас вместе.

Чувствую, как она толкает плечом Диму, и тот тихо смеется, от чего волосы на макушки шевелятся.

– Мелкая фурия, – он отпускает меня и берет за руку. – Ты рада?

Вглядываюсь парню в лицо. Правильные черты лица, прямой нос и чуть пухлые губы, родинка над верхней губой и добрые голубые глаза, на которые спадает непослушная челка.

«Да, ну врет все Верка, – думаю про себя, отметая все домыслы подруги, – Димка идеальный парень, и я его люблю».

– Конечно, рада, – отвечаю ему, – а в какой детдом мы едем? – спрашиваю его, потому что не успела прочитать, а только увидела, что с Верой мы в разных группах.

– Это интернат, Яся, – слышу в голосе Димы скрытую тревогу.

– Странно, а почему интернат? – не поняла я.

– Ну, видимо, мест не хватило, – поясняет Дима, хотя и без его объяснений все понятно.

– Жаль, что Вера с нами не поедет, – качаю я головой. – Может, действительно сходить к директрисе и попросить нас отправить вместе?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5