Юлия Цыпленкова.

Серые камни. Часть 1



скачать книгу бесплатно

Альвия остановилась у стены, уперлась ладонями в ее холодную поверхность, закрыла глаза и выдохнула:

– У-уф.

Нужно было успокоиться, взять себя в руки. Она не может убить посланца Тайрада и развязать тому руки для новой бойни. Эли-Харт не упустит такой шанс, ни за что не упустит. В глазах остальных соседей он будет прав, и тогда легко найдет союзников, которые поддержат любые его требования. Нет-нет. Надо взять себя в руки. Прямо сейчас. Отвлечься, переключиться на что-нибудь другое…

«Кто первым познал твою страсть? Дин-Таль?», – всплыл в голове вопрос Райверна. Альвия криво усмехнулась и покачала головой. Она оттолкнулась от стены и устремила слепой взгляд перед собой. Нет, Тиен не был первым. Тот, кому лиори позволила первому познать ее тело, оказался ошибкой. Глупой и досадной ошибкой, и Перворожденная исправила ее, как только осознала…

* * *

– Запомни, дочь, любовь и счастье – не те чувства, о которых должен мечтать правитель.

Лиор похлопал своего коня по лоснящейся шее и посмотрел на Альвию, ехавшую рядом.

– Но ведь вы любите мою матушку, отец, – возразила девушка. – Почему же мне говорите о том, что чувства правителю непозволительны?

Отец усмехнулся.

– Я – мужчина, Али. Я всегда и во всем главный. Так устроена жизнь, дитя мое. Мужчин Боги создали сильными, чтобы защищать и управлять. Женщин же сотворили нежными и слабыми, чтобы они радовали взор своего мужа, оберегали его дом и подчинялись установленным им законам. Твоя матушка – хрупкий цветок. Моя любовь к ней не несет угрозы риорату. Она не полезет в мои дела, побоится строить козни. Рядом с ней я могу позволить себе некоторую слабость. Женщине же, возвысившейся над мужчинами, придется быть сильной всегда. Женщины легче и быстрей верят в красоту слов и попадают в ловушку чувств. Они способны полностью отдать себя избраннику, но кем окажется избранник? Ты не должна позволять управлять собой, не должна идти за своим мужчиной послушной овцой, потому что ты другая. Я воспитывал тебя так, как воспитывают мужчин, чтобы ты была не просто равной им, ты должна быть над ними. Запомни, Альвия, выбирая себе мужа, ты должна получить слугу, а не хозяина. Поэтому я отказывал все эти годы вторым сыновьям, братьям и племянникам других лиоров. Не смей допускать борьбы за власть, не вздумай возвысить мужчину, но главное, не позволяй себе его любить. А если Богам будет угодно послать тебе испытание страстью, твой мужчина должен запомнить раз и навсегда, что он останется под твоей властью. Ты сильна не только телом, но и духом, потому я знаю, что в этой битве ты одержишь победу. Я научил тебя не бояться боли телесной, но ты сможешь выдержать и боль душевную. Ты услышала меня, дочь?

– Да, отец, я услышала вас и запомнила каждое слово…

* * *

Да, она запомнила. И когда пришло время, после первой войны с Эли-Хартом, после того, как ее душа перестала кровоточить, Альвия задумалась о том, что Эли-Боргу нужен наследник.

Оглядевшись, лиори заметила одного из молодых риоров. Он был мил, улыбчив, смотрел на госпожу с обожанием, умел развеселить ее и, кажется, даже нравился. К тому же он заметно уступал в твердости духа остальным, чем-то напомнив Альвии ее матушку. Перворожденная сочла, что этого достаточно. Впрочем, огласить свое решение она не спешила, продолжала присматриваться к избраннику.

Лиори приблизила к себе молодого мужчину, позволяла сопровождать себя во время поездок по риорату и на прогулках. Они скакали рядом на охотах, на пиру Альвия не отказывала ему в возможности ухаживать за собой и с удовольствием танцевала. Всё это привело к тому, что Перворожденная поняла, что не устояла перед обаянием риора. И однажды ночью они стали близки. К чему стеснения, когда в этом мужчине ты видишь будущего мужа? Так подумала тогда Альвия.

Любовник был нежен и нетороплив. Лиори почти не ощутила боли, и утро впервые встретила в мужских объятьях. И первым неприятным сюрпризом был игривый шлепок по мягкому месту. Это показалось так… неуважительно. Увидев гнев в глазах госпожи, риор умерил прыть. Продолжал угождать и веселить.

Через некоторое время лиори донесли, что ее избранник похвалялся их связью. Он возомнил о себе столь много, что умудрился вести себя вызывающе с приближенными Перворожденной. Сам же риор уверял, что это зависть и пустой навет, и был столь искренен, что Альвия растерялась, не зная, кому верить. Постельные утехи еще больше сблизили ее с выбранным высокородным, и в сердце лиори зажглась опасная искра, которую она не спешила погасить, думая, что в силах не дать вспыхнуть пожару любви. Впрочем, теперь она знала, что это была страсть и потребность в чужом тепле, но вряд ли могла назвать то чувство влюбленностью.

Следующим огорчением стало осознание, что любовник начал пользоваться выгодами своего положения. Ненавязчивое восхищение новым жеребцом в конюшнях Перворожденной, и конь сменил хозяина. Восторг при виде богато отделанного меча, и вот он уже в руках наложника госпожи. Рассказ с удрученными вздохами о тяжелом положении родственника или знакомца риора, и те получают более доходные места. В какой-то момент Альвия осознала происходящее и отправилась спросить ответа с любовника. И успела вовремя.

– Когда лиори объявит меня своим мужем, я подарю тебе ожерелье, какого нет даже у Альвии, – вещал риор, лежа в постели с одной из придворных лейр.

– Ты слишком торопишься, – возразила дама.

– Она ест с моих рук, я делаю с ней, что хочу.

– Вот как, – холодно произнесла Альвия, останавливаясь на пороге опочивальни. – Риор Дин-Тьер, я освобождаю вас от обязанности кормить вашу госпожу с рук. Она в этой услуге больше не нуждается. – И ушла, не слушая отчаянных возгласов в спину.

Он умер. Слетел с лестницы со свернутой шеей, а уж когда повредилась шея высокородного глупца: до падения или после – никто этим вопросом не озадачился. Приближенные вздохнули с облегчением – их госпожа не утратила ни разума, ни стержня, легко покарав мерзавца. Всё, что было получено риором от Перворожденной, отправилось по приютам и в хранилища Борга. Люди, занявшие доходные места через его протекцию, были лишены должностей и попали под следствие. А любовница покойного подверглась порке прилюдно и была выдана обманутому супругу, дальше участь прелюбодейки решал ее муж. Альвия исправила свои ошибки, запомнила и больше их не повторяла. Она уже не спешила приближать к себе кого-то, и о чувствах позволила себе думать лишь как о помехе ее власти.

Тиен Дин-Таль стал вторым и пока единственным мужчиной лиори Эли-Борг, задержавшись в ее жизни на целых четыре года. Впрочем, всё это никак не касалось Райверна Дин-Одела, и посвящать его в свою жизнь Альвия не собиралась.

Тряхнув головой, лиори избавилась и от этих воспоминаний. Она ощутила, что гнев пошел на убыль, и голова начала прояснять. Перворожденная вернулась в ту часть покоев, где был накрыт стол, но там уже царил порядок. Прислужницы знали свою работу, и как только лиори исчезла за внутренними дверями, они успели всё убрать, не привлекая внимания госпожи.

– Спать, – велела себе Альвия.

Она направилась в опочивальню, но, уже стоя на пороге, замерла, глядя на пустую кровать. Осознание того, что эту постель больше некому согревать, вызвало неприятный озноб. Лиори поежилась, обняла себя за плечи, откинула голову назад и прикрыла глаза.

– Я всё сделала правильно, – прошептала она. – Мои решения верны и неоспоримы.

Покой не вернулся. Перворожденная снова посмотрела на кровать, прикусила нижнюю губу и решительно шагнула вперед. Она заставила себя думать о завтрашнем Совете, о докладе шпионов Дин-Вара, о чем угодно, только не об отвергнутом ею мужчине…

– Да за каким Архоном?! – вдруг воскликнула Альвия, взмахнув рукой.

Она стремительно развернулась и направилась прочь из покоев. Ей нужно было просто переговорить со своим адером и советником, ничего больше! Всего лишь выплеснуть напряжение в короткой беседе, потом можно вернуться в свои покои и спокойно заснуть. Уже дойдя до лестницы, Альвия вдруг остановилась. Зачем? Что изменит ночной разговор? Только породит ненужный соблазн и сожаления. Нет, надо вернуться и прекратить думать о том, о чем уже стоит забыть. Сомнения – слабость.

Лиори обернулась, литы застыли за ее спиной, ожидая окончательного решения госпожи: идти, куда она вознамерилась, или вернуться в покои. Альвия поджала губы и… продолжила путь, возвращаться в пустую опочивальню она не спешила. Уже не уговаривая себя, что всего лишь хочет поговорить с верным ей риором, Перворожденная уверенно шла к его покоям.

– Это всего лишь привычка, – шепнула лиори, найдя взглядом нужные двери. А привычки имеют свойство забываться… со временем. Забудется и эта.

Альвия не стала посылать вперед лита с предупреждением, она сразу вошла в покои Дин-Таля и увидела его. Тиен сидел в кресле перед затухающим камином. Он широко расставил ноги, уместил на разведенных коленях локти, но руки, как и голова риора, безвольно свисали вниз. Тяжесть его раздумий и уныние ощущалась и в позе высокородного, и в самом воздухе. Лиори облизала вдруг пересохшие губы и сделала еще один шаг. Дин-Таль вскинул голову и обернулся. Брови его удивленно поползли вверх, и уже через мгновение адер стоял на ногах.

– Моя госпожа, – он склонил голову, однако тут же вскинул ее, и в глазах риора отразилась тревога: – Что-то случилось?

Лиори пожала плечами. Она прошла до камина и поворошила угли кочергой, после подкинула полено и обернулась к Дин-Талю, он продолжал ждать ответа.

– Я встречалась с Оделом, – заговорила Альвия. – Опоила его снадобьем нашего чародея, но так ничего и не узнала. Он нес только чушь.

– Какую чушь? – глухо спросил риор, не сводя взгляда с Перворожденной.

– Чушь, – отмахнулась лиори, не желая говорить о том, что произошло в ее покоях. – Одна надежда на Ферима. Вряд ли шпионы сумеют узнать что-то полезное.

– Что говорит Ирэйн?

– Кажется, не против предложения Тайрада. Я дала ей время подумать…

Лиори резко оборвала себя. Альвия вдруг почувствовала себя неуютно и глупо. Зачем она всё это говорит сейчас? Впрочем, если не говорить хоть о чем-то, тогда как объяснить самой себе этот поздний визит? Перворожденная отвернулась от риора, ее взор устремился к разгорающемуся огню. Небольшое пламя уже лизало новую пищу, которую ей подбросили, и еще не остывшие угли вокруг подмигивали лиори красными всполохами. Женщина прикрыла глаза и вздрогнула, когда за ее спиной послышались стремительные шаги. Широкие мужские ладони накрыли плечи и рывком развернули ее к Тиену Дин-Талю. Альвия откинула голову назад, не спеша открыть глаз. И ее губы обожгло жадным поцелуем.

Руки Альвии уперлись в грудь высокородному и почти сразу безвольно скользнули вниз, повиснув вдоль тела.

– Ты пришла, – услышала Перворожденная срывающийся шепот.

– Я хотела поговорить, – негромко ответила лиори.

– Ложь, – усмехнулся высокородный.

Альвия медленно открыла глаза и встретилась со взглядом Тиена. Она вновь уперлась ему в грудь и несильно толкнула. Дин-Таль отшатнулся и замер, чуть склонив вперед голову. Его взгляд исподлобья остановился на губах лиори, еще влажных после поцелуя.

– Ты забываешься, риор, – холодно произнесла Перворожденная.

– Забываюсь, – не стал спорить адер. – Когда ты так близко я забываю самого себя.

Лиори приподняла уголки губ в улыбке и неспешно шагнула к риору. Гибкая, грациозная, опасная… Альвия скользнула взглядом по открытой части мужской груди, видневшейся в распахнувшейся в вороте рубашки, затем посмотрела в глаза и ухватила пальцами за подбородок.

– Почему ты еще не спишь?

– Я спал, – хрипло ответил высокородный, продолжая смотреть на губы лиори.

– Сидя?

– Сидя, стоя, во время беседы с Дин-Варом, пока шел по Боргу, и когда отдавал распоряжения. Ты отправила меня в нескончаемый кошмар, лиори.

– А сейчас? Ты всё еще в кошмаре, Тиен?

– Кошмар прервался сладкой грезой, я получил отдохновение.

– Сладкие грезы слишком быстро тают, риор.

Ладони высокородного сжались на талии Альвии.

– Я удержу свою грезу подольше, раз уж она явилась ко мне.

– А если я прикажу отпустить?

Дин-Таль ухмыльнулся одним уголком губ, и правая его ладонь накрыла затылок Перворожденной.

– Ослушаюсь.

– Новолуние лишает мужчин разума? – изломила бровь лиори.

– Ты, Али, ты, – с вымученной улыбкой ответил риор и вновь завладел ее губами.

Альвия не сопротивлялась. Она подалась навстречу мужчине, с жаром прижалась к крепкому сильному телу, оплела руками шею и прерывисто вздохнула под напором губ высокородного.

– Мучительница, – застонал Тиен, отрываясь от податливого рта. Его жадный взгляд блуждал по лицу госпожи. – Жестокая… моя…

Альвия закрыла глаза, прячась от взгляда риора, слишком много всего таилось за зеленью пронзительных глаз высокородного: мука, жажда, боль и нежность. Его чувства будоражили, пугали, подавляли и… манили.

– Али…

Ресницы Перворожденной дрогнули, и глаза открылись. Лицо Дин-Таля вдруг исказилось:

– Я не смогу без тебя, – сдавленно выдохнул он.

Альвия порывисто подалась ему навстречу, сжала голову риора ладонями и прижалась к губам, не давая ему продолжить. Она целовала его с ожесточенной отчаянностью, словно приняла вызов на битву, выплескивая напряжение, ярость и тоску, которая пригнала ее в покои адера в ночной час. И он, поддавшись порыву безумства госпожи, забыл о нежности. Пальцы Тиена, до этого покоившиеся в волосах лиори, сжались в кулак. Он оттянул голову Альвии, заглянул в глаза и вновь набросился на нее, теперь целуя шею. На коже госпожи заалели пятна засосов.

Дин-Таль опустился к ключицам…

– Ах! – вскрикнула Альвия, когда риор укусил ее.

Она ухватила риора за волосы, рывком оторвала его голову от себя и криво ухмыльнулась. Дин-Таль ответил такой же усмешкой, больше похожей на оскал. Ему тоже было что выплеснуть, и эта скрытая ярость и боль, которые он испытал, услышав приказ о женитьбе, сейчас отразились в его глазах обжигающими всполохами.

– Злишься, – удовлетворенно произнесла лиори.

– Убил бы, – признался адер Эли-Борга.

– И что потом?

– Потом сдох бы, скуля над твоим трупом, как шелудивая дворняга, – закончил Дин-Таль.

– Хорошо, что ты не осмелишься тронуть меня.

Усмехнувшись, Альвия с силой толкнула риора в грудь. Он отшатнулся и упал на стол. Тут же выпрямился и снова хищно ухмыльнулся, когда она шагнула к нему и сжала в кулаках ткань рубахи на широкой мужской груди.

– Потому что ты нужен мне живым, Тиен Дин-Таль.

– Я тебе нужен, – ответил он, обхватил лиори за талию и, развернувшись, усадил на стол…

А когда всё закончилось, и сладкая судорога отступила, лиори отвела волосы Дин-Таля, сжала его голову ладонями и улыбнулась, глядя ему в глаза. После притянула к себе и затихла, ощущая опустошение, легкость и… покой. Ей было хорошо, уютно. Альвия вновь улыбнулась своим мыслям и провела пальцами по спутанным волосам любовника. Он поднял голову, посмотрел на лиори и все-таки произнес то, что ему так и не дала договорить Перворожденная:

– Я люблю тебя.

– Я знаю, – негромко ответила Альвия, продолжая улыбаться.

Чуть позже, когда она лежала на постели Тиена, куда любовники успели перебраться, лиори смотрела на своего адера и продолжала о чем-то думать. Дин-Таль, лежа на боку, подпер голову кулаком. Он поглаживал второй рукой обнаженное бедро Перворожденной и, кажется, тоже думал. Только его мысли была заметно тяжелей. Мужчина немного хмурился, и Альвия, протянув руку, разгладила кончиком пальца складку, залегшую между бровей любовника. После блаженно потянулась и села, подтянув колени к груди.

– Тиен, я все-таки нарушила слово, – сказала она.

Дин-Таль поднял на госпожу вопросительный взгляд.

– Я нашла тебе невесту, Тиен. Но, раз я нарушила свое слово, то ты можешь отказаться от моего выбора.

Глаза риора сердито сверкнули. Он тоже сел и теперь сверлил взглядом лиори.

– Почему сейчас? – глухо спросил Тиен. – Почему не днем, когда я вновь стану только твоим приближенным?

– Я хочу сейчас, – пожала плечами лиори.

– Тогда я воспользуюсь данным мне правом и откажусь, – резко ответил высокородный и встал с кровати.

– Даже не узнаешь про мою избранницу для тебя? – насмешливо Альвия. – Возможно, мой выбор не так плох. К тому же оглашение и свадьба – это дело не пары дней.

– Нет, – твердо произнес адер Эли-Борга.

– Даже не любопытно узнать ее имя?

– Мне плевать на имя той курицы, которую ты хочешь мне подсунуть, – раздраженно отмахнулся Дин-Таль, направляясь на выход из опочивальни.

– Высокородный риор, – ледяной тон лиори заставил мужчину остановиться и обернуться. Перворожденная поднялась с ложа, гордая и величественная, несмотря на отсутствие одежды. Она вздернула подбородок и сухо закончила: – Если вы считаете свою лиори курицей, то я, пожалуй, прикажу вас казнить за оскорбление достоинства повелительницы риората.

После прошла мимо остолбеневшего адера и направилась к остаткам своего платья. Накинула его и удрученно покачала головой, так идти по собственному замку было нельзя. Альвия обернулась, в поисках плаща риора и встретилась с ним взглядом.

– Плащ, – потребовала Перворожденная, Дин-Таль, молча, указал на гардеробную. – Принеси.

Риор поднял свои штаны, натянул их и отправился исполнять приказание, но, уже накинув плащ на плечи лиори, развернул ее к себе лицо и заглянул в глаза:

– Почему не сказала, как есть, сразу? – хрипловато спросил Дин-Таль.

– Какой смысл говорить о том, от чего ты отказался? – пожала плечами Альвия.

– Я не знал имени невесты…

– Ты не хотел его знать.

– Это несправедливо! – воскликнул риор. – Ты убедила меня в том, что о тебе не стоит даже мечтать, потом приказала найти себе невесту в указанный срок. Как мне могло прийти в голову, что ты сейчас говоришь о себе?

Альвия склонила голову к плечу, с подчеркнутым интересом рассматривая своего адера, наконец, поцокала языком:

– Того ли риора я поставила во главе своей рати? – вопросила она. – Не выслушав и не обдумав, вы, высокородный, принимаете решение и объявляете о нем. Так в чем же несправедливость, риор Дин-Таль? В том, что вы отмахнулись от сведений и поспешили вынести суждение? Или же в том, что, узнав суть дела, осознали, что собственным языком произнесли решительное – нет?

– Проклятый Архон, – пробормотал мужчина с досадой. После вновь поднял взгляд на Перворожденную: – Моя госпожа во всем права, и я поступил глупо и неосмотрительно. Но на то у меня имелись причины, и лиори о них прекрасно известно.

Альвия приподняла брови и усмехнулась:

– Мне неизвестны причины, по которым стоит пренебрегать тем, что до вас хотят донести, высокородный риор. Вы занимаете должность столь ответственную, что для вас не может существовать такого слова как «поспешность». Чувства не могут служить оправданием скорому решению. Я желаю, чтобы вы запомнили мои слова, адер. Если я обнаружу подобную неосмотрительность еще хоть в чем-то, я буду… разочарована. Доброй ночи, риор Дин-Таль.

И она, обойдя помрачневшего мужчину, направилась на выход из его покоев.

– Я не имею права забрать свое «нет»? – услышала лиори и обернулась. Тиен стремительно приблизился к ней, вновь сжал плечи: – Али, не казни меня.

– Разве вы услышали указ о вашей казни? – удивилась лиори.

– Услышал. Еще днем. – Он мотнул головой и шумно выдохнул. – Я прошу тебя о снисхождении. Ты же знаешь, что я не вижу рядом с собой другой женщины. И ты знаешь, что я мечтаю о тебе не ради власти и благ. Мои чувства неоспоримы, и только они являются причиной того, что из тысяч женщин я выберу тебя. Жизнь моя, умоляю, не наказывай меня за глупую поспешность.

Перворожденная вежливо улыбнулась.

– Поговорим завтра, риор Дин-Таль. Этот день был нелегким, и я устала. Добрых снов.

– Боги, Али, ты наказываешь меня…

– Доброй ночи, высокородный риор, – твердо повторила лиори.

Он судорожно вздохнул, отступил и склонился:

– Доброй ночи, Перворожденная.

Альвия дошла до двери, но вдруг замерла на мгновение, обернулась и взглянула на хмурого мужчину:

– Как вы знаете, риор Дин-Таль, я своих решений не меняю. Во-первых, я желаю, чтобы вы женились. Во-вторых, я желаю, чтобы вы женились на мне. И ваш отказ – это такая мелочь, которая меня мало волнует. Я сказала о нем из доброго расположения к вам, не больше. Да или нет, сути не меняет – я собираюсь выйти за вас замуж и родить от вас своего наследника. Надеюсь, ваши кошмары с этой минуты прекратятся. Добрых снов, Тиен, – она озорно улыбнулась и вышла прежде, чем риор успел хоть что-то сказать.

Дин-Таль еще с минуту слепо смотрел на закрывшуюся дверь, после протяжно выдохнул и усмехнулся:

– Эта женщина сведет меня с ума. – Вдруг широко улыбнулся и тепло произнес: – Моя лиори… Моя! – подошел к креслу, упал в него и уставился шальным взглядом в темноту за окном, понимая, что уснуть ему после всего вряд ли удастся.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

сообщить о нарушении