Юлия Цыпленкова.

Серые камни. Часть 1



скачать книгу бесплатно

– Наш товарищ нездоров, мы можем проводить его в покои? – спросил Холлер, продолжая стискивать плечо Райверна.

Дин-Одел сбросил руку хартия и расправил плечи.

– Со мной всё хорошо, – уже твердо повторил он. – Мы готовы последовать за вами.

– Прошу, – распорядитель направился вперед, посольство Эли-Харта двинулось следом.

Дин-Одел опередил своих товарищей, те обменялись за его спиной встревоженными взглядами. Райверн яростно растер лицо ладонями, заставляя себя очнуться. Что, собственно, произошло? Ничего. Ничего! Лиори давно должна была сделать выбор, и по Боргу могли бегать уже пара ее отпрысков. И это было бы правильным! Эли-Боргу нужны наследники, а без законного избранника их рождение невозможно. Всё верно, всё так, как должно быть. Он знал, что это произойдет рано или поздно, как знал, что уже никогда не встанет на место, которое занял Дин-Таль.

– Проклятье, – тихо выругался Райверн.

Он всё это прекрасно осознавал, но… Но нутро отозвалось на слова лиори черной волной протеста и негодования. И как бы сейчас Райверн не уговаривал себя, что он не смеет ревновать, что былое никогда не вернется, разум оказался глух к собственным доводам. Риор раз за разом вспоминал, как Дин-Таль оборачивается к Альвии, что-то говорит ей, и в голове билось только одно слово – вор. Вор! Ревность всё сильней затягивала в вязкий омут, лишала возможности сделать хотя бы один вдох. Очертания Борга вдруг смазались перед взором Райверна, и он покачнулся, слепо выставив перед собой руку.

– Архон, – тут же выругался Холлер и стремительно поравнялся с Дин-Оделом. – Райв…

– Со мной всё хорошо, – отчеканил Райверн, в третий раз повторив свое заклинание.

– Тебе лучше… – начал Трим, оказавшийся по другую руку изгнанника, и тот резко обернулся и ухватил горца за горло:

– Не смей мне указывать, – прошипел Райверн, бешено сверкнув глазами.

Придворные успели уже удалиться, и никто не увидел эту вспышку ярости, кроме стражи и распорядителя. Дин-Одел выдохнул, отпустил Трима и независимо повел плечами. Холлер, покачав головой, обменялся взглядом с товарищем. Тот на мгновение скривился, бросив на боржца злой взгляд, но тряхнул коротко остриженными волосами и выдохнул, заставляя себя успокоиться. Впрочем, безумца озабоченность и злость горцев волновали мало.

Он вошел в большую трапезную залу, не видя ничего и никого вокруг, кроме тех, кого желал видеть. Сейчас изгнаннику были безразличны и взгляды бывших соотечественников, и вновь притихшие голоса. Взор чуть расширенных глаз был устремлен на лиори.

– Высокородный риор, – остановил его распорядитель, когда Дин-Одел прошел мимо него.

Райверн поджал губы, бросил еще один взгляд на Альвию, кажется, совсем не замечавшую его, и последовал на указанное место. В этот раз Перворожденная отошла от обычая. Посольства усаживали ближе к правителю, но сегодня место хартиям определили в удалении от лиори, на другом конце длинного стола. Придворные скрывали их от взора Перворожденной, как и ее от взгляда того, кого она не желала видеть, но была вынуждена терпеть.

Ладонь Холлера легла на плечо Райверна, хартий надавил, заставляя Дин-Одела усесться.

Они с Тримом разместились по обе стороны от изгнанника, закрывая его от боржцев мощным телом Трима. Впрочем, Райверн, кажется, растерял весь пыл, как только оказался сидящим на стуле. Его взгляд устремился на стол, и риор затих, перестав обращать внимание на тех, кто находился в трапезной. Горцы немного расслабились и понадеялись, что разум возвращается к их товарищу. Ему было плевать и на эти чаяния хартиев, он продолжал гореть в костре своей памяти…

* * *

– Здесь красиво…

Прозрачный ручей с хрустальным перезвоном бежит по круглым камешкам. Под ногами стелется изумрудным ковром мягкая трава. Солнечный свет заливает рощу, ныряет в густые кроны деревьев, сползает по шершавым стволам и, крадучись, подбирается к девушке, присевшей возле ручья. Она сложила ладони чашей и опустила в прохладную воду, зачерпнула ее и повернулась к молодому риору, щурясь от яркого света.

– Кажется, ты хотел пить?

Он не хотел, его жажда была иной. И все-таки, глядя в глаза своей спутницы, вдруг ощутил, как пересохло в горле. Риор опустился на колени подле дочери лиора, сжал ладонями ее руки и почувствовал, как вода убегает сквозь тонкие пальцы Альвии.

– Пей же, – говорит она. Губы лейры подрагивают, она пытается сдержать улыбку, но она всё равно прорывается наружу. Смущенная, чистая, ласковая…

Райверн нагнулся к ее ладоням, сделал глоток и вновь посмотрел на девушку. Ее глаза были закрыты, и на губах играла всё та же улыбка, вдруг затмившая солнечные свет. И Райв не удержался. Он склонился и осторожно коснулся губами приоткрытых уст Альвии. Ее ресницы дрогнули, и глаза открылись.

– Что ты делаешь, Райверн? – спросила она шепотом.

– Утоляю жажду, – также шепотом ответил молодой риор.

– Я ведь предложила тебе воды.

– Ее мне не хватило.

– Перед тобой ручей, в нем воды точно хватит.

– Даже море не избавит от моей жажды.

– Что же поможет тебе, Райв?

– Твое дыхание, Али, если ты позволишь выпить его с твоих губ.

– Зачем тебе мое дыхание?

– Без него я задохнусь.

– Какая странная жажда. И как часто она мучает тебя?

– Каждый раз, когда я думаю о тебе.

– Значит, ты умрешь без моего дыхания?

– Умру.

– Я хочу, чтобы ты жил, Райверн Дин-Кейр. Выпей столько, сколько тебе нужно и утоли свою жажду.

– Али…

* * *

Райверн судорожно выдохнул и вынырнул из темных вод своей памяти.

Его шальной взгляд остановился на наполненном кубке. Дин-Одел сжал позолоченный сосуд в кулаке и единым махом осушил его. Терпкое темно-красное вино обожгло гортань, потекло дальше, подогревая и без того бушующее внутри риора пламя. Но этого было мало. Всего лишь капля, не замутнившая чистых вод ручья, обещавшего совсем иную жизнь восемь лет назад. Райверн махнул рукой, и виночерпий снова наполнил его кубок.

– Не отходи, – велел риор.

Второй кубок опустел так же быстро, как первый, за ним третий и четвертый, пока Холлер решительно не вырвал хмельную чашу из руки Дин-Одела.

– Довольно, – отрывисто произнес хартий.

– Да, – согласился Райверн. – С меня довольно.

Трим переводил тревожный взгляд с изгнанника на распорядителя, уже второй раз давшего знак, что они могут подойти к лиори и поздравить ее с важным событием в жизни риората. Это был обычай, такой же, как и их присутствие на оглашении имени избранника. Отказаться – оскорбить повелительницу Эли-Борга, как и всех ее подданных.

– Архон, – выругался горец. – Нам нужно идти к лиори.

– Так чего же мы сидим? – Райверн первым поднялся с места. – Нам ведь есть, что сказать Перворожденной и ее… избраннику, – последнее слово он выплюнул, вложив в него брезгливость и презрение.

– Тебе лучше остаться здесь, Райв, – Холлер сжал плечо боржца, вновь пытаясь его усадить.

– Ты тоже хочешь сказать мне, что я мертвец? – язвительно спросил Райверн.

– Что за глупость…

– Только мертвец не может поднять зад со стула и исполнить свой долг, – зло усмехнулся изгнанник и скинул руку хортия с плеча. – В Архон, я еще существую!

Он вышел из-за стола и устремился к Перворожденной.

– Чтоб ты сдох, Райв, – в сердцах выругался Трим.

Дин-Одел полуобернулся и ответил с кривоватой ухмылкой:

– Ты опоздал со своим пожеланием, это уже случилось восемь лет назад.

– Райв, нашими устами говорит сам господин, помни об этом, – негромко воззвал к разуму безумца Холлер.

– О лиорах вообще забыть очень сложно, – усмехнулся тот.

Хартии догнали Райверна и пристроились по обе стороны от него. Вино, казалось не бравшее высокородного риора, пока он вливал в себя кубок за кубком, наконец, дало себя знать. Его бросило в жар. Глаза, и без того шальные, теперь засияли лихорадочным блеском. Дин-Одел тряхнул головой, пытаясь разогнать хмель, но не преуспел, и кровь, отравленная ядом горечи и ревности, еще яростней вскипела в жилах, застилая взор красным туманом злости. И все-таки Райверн еще хватался за остатки трезвого рассудка, потому шепнул Холлеру:

– Говори ты, Хол, иначе я сорвусь.

– Хорошо, – кивнул хартий. – Я буду краток.

– Ты уж постарайся.

Послы Эли-Харта, внушительные и опасные даже без оружия, приблизились к возвышению, на котором стоял стол лиори. Здесь же сидел ее избранник и особо приближенные риоры и лейры. Горцы остановились в нескольких шагах и склонили головы перед повелительницей Эли-Борга. Она ответила легким кивком. Взгляд Альвии скользнул с Трима на Холлера, минуя Дин-Одела. Кажется, для Перворожденной между двумя горцами вообще никого не было. Райверн стиснул зубы и постарался не замечать лиори, как и она его. Взор изгнанника остановился на Дин-Тале.

– Перворожденная, – донесся до изгнанника сквозь вязкий туман голос Холлера, – позвольте…

Адер почувствовал тяжелый взгляд, повернул голову и уже не отворачивался, ответив прямым взором чуть суженных глаз.

– Пусть Боги благословят ваш союз и одарят великой милостью…

Одел продолжал буравить взглядом Дин-Таля. Тиен поджал губы, его рука, до того расслабленно лежавшая на поверхности стола, вдруг сжалась в кулак, и Райверн ухмыльнулся, когда адер на мгновение отвел взгляд.

– Тебе всегда не хватало силы, – произнес изгнанник, сделав шаг вперед.

Трим спешно ухватил Райверна за плечо, пытаясь остановить его. Изгнанник отмахнулся от хартия, словно от надоедливой мухи и сделал еще шаг вперед, не сводя взгляда с адера Эли-Борга.

– Молчишь?

– О чем мне говорить с тобой? – спросил Тиен. На его скулах играли желваки, но риор еще пытался сохранить спокойствие.

– Тебе нечего сказать мне, мой названный брат? – ухмылка Райверна стала больше похожа на оскал.

– В моем роду не было предателей, – отчеканил Дин-Таль.

– А в моем не было слабаков и клятвоотступников, – зло парировал Дин-Одел. – Но капля твоей крови засела в моих жилах и отравляет мою кровь ядом лжи и лицемерия.

– Довольно! – прогремел голос лиори.

– Райв, – зашипел Холлер, ухватив изгнанника за локоть.

Литы шагнули вперед, закрывая своими телами стол Перворожденной. Хартии потянули за собой Райверна, но тот вырвался и бросился вперед. Клинки литов мгновенно, выхваченные из ножен, уперлись ему в грудь, но Одел даже не заметил их.

– Прикрываешься чужими телами, Таль?! – воскликнул изгнанник. – Проклятый лжец! В тебе нет смелости выйти сюда и взглянуть мне в глаза? Адер! – язвительный смешок посла Эли-Харта разнесся по зале в наступившей тишине. – Ты змей, который жалит в спину! Сколько времени заняла твоя охота, прежде чем стрела коснулась цели? Эта добыча не по твоим зубам, Таль! Варлах не склонится перед трепетной ланью, он перегрызет ей горло…

– С меня хватит, – мотнул головой адер, порывисто поднимаясь с места.

Он стремительно обошел стол, намереваясь ответить зачинщику склоки, но гневный окрик Альвии, наполненный властной силой, громовым раскатом обрушился на всех, кто находился в зале:

– Прекратить! – после указала на Тиена: – Не подпускать.

Она вышла из-за стола и направилась к Дин-Оделу. Тот отпрянул от литов и развернулся в сторону Перворожденной. Пригнув голову, будто зверь, он исподлобья следил за приближением Альвии. Глаза лиори потемнели от ярости, разбуженной выходкой Райверна, и все-таки собой она владела лучше, потому ничего, кроме глаз, не выдало того, что сейчас чувствует повелительница Эли-Борга. Дин-Таль приблизился со спины бывшего друга, но литы шагнули ему навстречу, не давая подойти к послу Тайрада и госпоже. Оба хартия замерли в нескольких шагах от обезумевшего товарища. Выходка Райверна ошеломила их, и что делать дальше, горцы не представляли: скрутить старшего в их посольстве – унизить его на глазах боржцев, встать с ним рядом – погубить дело господина. И мужчины остались наблюдать за событиями.

Альвия подошла к Райверну, окинула высокомерным взглядом, и губы ее брезгливо скривились.

– Как смеешь ты омрачать мой праздник, Райверн Без Имени? – вопросила она, глядя в глаза изганнику.

– Райверн Дин-Одел, – ответил тот, криво усмехнувшись. – Таково имя, данное мне господином взамен отнятого когда-то. Лиори это известно.

– Я не признаю фальшивого имени, – надменно произнесла Перворожденная. – Это кличка пса, данного ему хозяином. Имя получают при рождении, остальное лишь прозвища. Но твой род отрекся от тебя, и теперь ты Райверн Без Имени, или же Райверн С Прозвищем.

Райверн втянул воздух сквозь стиснутые зубы, но ответить не успел.

– Лиори, – Холлер сделал шаг вперед, – вы оскорбляете посла лиора Эли-Харта. Нижайше прошу простить меня за дерзость, но посольство – это уста и достоинство господина, пославшего его. Унижая риора Дин-Одела, вы унижаете и Перворожденного Тайрада Эли-Харта.

– Вы смеете мне указывать? – Альвия стремительно обернулась к хартиям, и горцы спешно склонились перед ней.

– Лишь напоминаю, лиори, – с почтением ответил Холлер.

– У меня отличная память, высокородный риор, можете не сомневаться, – ровно ответила Перворожденная, – поэтому Дин-Одел еще жив.

– И всё еще измучен жаждой, – неожиданно произнес Дин-Одел, пропуская мимо ушей слова Альвии.

Она вздрогнула, обернулась к нему, мгновение смотрела таким же полубезумным взглядом, и вдруг лицо лиори исказилось гримасой ярости:

– Не смей, – зашипела Альвия, – не смей напоминать мне о том, что я когда-то…

– Но ты помнишь об этом, – Одел сделал шаг к лиори, окончательно забывшись, и литы скользнули бесшумными тенями, тут же отрезав посланника Эли-Харта от госпожи. – Ты помнишь!

– Это воспоминание стало самой горькой отравой, – ответила Перворожденная.

– И все-таки ты не забыла. Кто бы ни терся подле тебя, ты не забыла!

И показное спокойствие лиори истаяло. Она отвернулась к столу, уперлась ладонями в его поверхность и тяжело нависла сверху. Альвия стиснула зубы, постаралась дышать глубоко и ровно, но попытка оказалась тщетной. Огонь ярости бушевал в лиори, грозя превратить в пепел тяжелый деревянный стол, на который она оперлась, ища поддержки.

– Прочь, – прохрипела лиори. – Я желаю, чтобы послы немедленно убрались из Эли-Борга.

– Это ответ нашему лиору? – спросил Холлер. – Вы отказываете в сватовстве?

– Архон, – выдохнула Перворожденная.

Тайрад ведь мог на это рассчитывать… Может, это и было его тайным помыслом? Присутствие предателя выведет ее из равновесия, и Альвия в порыве гнева совершит ошибку, убив посла, или изгнав всё посольство. Тогда нападения не миновать, и все намерения удержать мир еще несколько лет пойдут прахом. Отличный повод разыграть оскорбленный вид – лиор Эли-Харта предлагал мир, но ему отказали в этом.

Втянув воздух сквозь стиснутые зубы, Перворожденная развернулась к хартиям, уже вновь не замечая Райверна. Взгляд ее остановился на Холлере, и Альвия выдавила:

– Вы можете передать своему господину, что я согласна. После подписания союзного договора мы назначим день свадьбы лейры Ирэйн Борг и высокородного риора Лотта Дин-Дорина. Вам же надлежит немедленно покинуть Борг и без задержек в дороге вернуться в Эли-Харт. Иначе я нарушу закон о неприкосновенности посольства. Я всё сказала.

Хартии склонились, больше не говоря ни слова. Они приблизились к Дин-Оделу, ухватили его под руки и потащили прочь, но Райверн все-таки вывернулся и в последний раз взглянул на Альвию.

– Мы всё еще не закончили, – произнес он, но за шорохом голосов отмерших придворных риора уже не услышали. Только горцы.

– Ты сошел с ума, Райв, – тихо прорычал Трим.

– Лиору это не понравится, ты чуть не отправил в Архон всё наше посольство, – отчеканил Холлер.

– На всё плевать, – мотнул головой Дин-Одел, ему никто не ответил.

А спустя час посольство Эли-Харта покинуло Борг, спеша отвезти господину радостные вести.

Глава VI

Солнце, едва выглянувшее из-за тяжелых туч, вновь скрылось за серыми небесными исполинами. День приближался к полудню, и в замке, оставленном за спиной, вновь разгорался пир. Но празднество шло на земле Эли-Харта, и пировали там хартии, боржцы покинули шумную свадьбу вскоре после того, как подтвердилась чистота невесты, отданной лиори Эли-Борга за племянника лиора Эли-Харта. Белоснежная простыня с красным пятном осталась висеть на крепостной стене – Ирэйн Борг превратилась в Ирэйн Дорин, вступив под сень рода своего супруга.

Перворожденная ехала в карете, окруженная личной охраной. Она предпочла одиночество, потому придворные дамы, приглашенные на свадьбу Ирэйн, сидели в других каретах. С лиори ехали только две служанки, но их молчаливое соседство не мешало Альвии. Единственная знатная соседка, которая делила с Перворожденное уютное нутро ее экипажа, осталась в чужом риорате. Жених лиори – риор Дин-Таль возглавлял отряд и подъезжал к карете Альвии лишь время от времени, чтобы обменяться с ней несколькими фразами, после возвращался на свое место.

Лиори выглянула в окно, они уже пересекли границу между риоратами и ехали по земле Эли-Борга. Впрочем, в самое сердце Эли-Харта Перворожденная и не намеревалась ехать. Одним из ее условий было и место проведения свадьбы. Доверия к будущему родственнику за время подготовки не появилось, Тайрад успел сделать всё, чтобы Альвия даже в храме присматривалась к нему, пытаясь разгадать скрытые помыслы. Поэтому, несмотря на древние традиции, в замок жениха невеста так и не доехала. Для торжества был подготовлен замок риора Дин-Фариса, находившийся в Хартийском предгорье. С его стен даже можно было увидеть отряд боржцев из пограничной крепости, объезжавший границу риората.

Тайрад не спорил, лишь уточнил, не будет ли тогда Альвии угодно принять гостей в Борге? На это он получил категоричное «нет». Впрочем, ответ этот был облачен в вежливую форму: «Традиции велят невесте отправиться в дом жениха ее, дабы род будущего супруга мог принять ее под сень свою и одарить благодеяниями, ибо надлежит деве стать той ветвью, что принесет древу рода новый побег. А что иное земля родины мужа, как не его родной дом? Пусть не будут нарушены традиции предков. Свадьба пройдет в замке Фарис».

Поспорив в переписке, стараясь вырвать для себя наиболее выгодные условия союза, и как можно меньше поступиться своим, правители двух риоратов, наконец, пришли к общему соглашению и назначили день свадьбы. В этом Перворожденные оказались удивительно единодушны, кажется, им обоим хотелось побыстрей закончить с этим делом, потому сватовство Эли-Харта, произошедшее в конце весны, увенчалось свадьбой уже на исходе лета. Пока лучшие портные Эли-Борга обшивали лейру Ирэйн, подготавливая ей свадебные наряды, мастеровые Эли-Харта спешно приводили замок Фарис в надлежащей вид.

Но если Тайрад и не был заинтересован в затягивании свадьбы, то у Альвия на это просто не оказалось повода. Донесения шпионов не внесли никакой ясности. Подслушанные обрывки разговоров, сплетни слуг, пьяная похвальба стражников из замка лиора – всё это подтверждало лишь то, что сосед собирается использовать женитьбу племянника с выгодой для себя и риората. Это никак не расходилось с выводами самой лиори и ее советников, потому причины к тому, чтобы затянуть свадьбу не нашлось. Смирив гордыню и затаенную ненависть к властителю Эли-Харта, Перворожденная сказала окончательно «да» и поставила подпись под договором.

И вот свадьба прошла. Сейчас процессия уже ехала по родной земле, но смутная тревога, время от времени напоминавшая о себе, вновь подняла голову. Альвия, выглянув в окно, окинула пытливым взглядом литов, но лица ее охранников были спокойны. Лиори откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза, пытаясь понять, что может ее волновать? Она начала перебирать в уме все события, произошедшие за время следования в Фарис и последующую свадьбу, пытаясь отыскать причину для тревоги, но пока ничего подозрительного не видела. Возможно, всё дело было в давнем недоверии Эли-Харту…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

сообщить о нарушении