Ульрике Швайкерт.

Святой и грешница



скачать книгу бесплатно

Ulrike Schweikert

Die Dirne und der Bischof



© Blanvalet Verlag, 2008

© DepositРhotos.com / iofoto, обложка, 2015

© Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2015

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2015

* * *

Моей подруге Зибилле Шредтер и моему любимому мужчине Петеру Шпреману



Пролог

Туман расползался над Майном и окутывал крепость Мариенберг, которая только и возвышалась над его вихревыми волнами и наблюдала из темных окон за просторными владениями епископа Иоганна II фон Брунна. Казалось, что и река, и широкая дуга каменного моста исчезли, у подножия горы не видно было и предместья с его тремя монастырями и колокольнями.

Двое мужчин, споря, тащили тяжелый мешок вверх по береговому склону между незаметными в тумане поленницами дров к воротам в городской стене. Обычно в это время они были закрыты, но под мощным ударом плеча со скрипом растворились.

– Что ты собираешься делать? – прошептал мужчина пониже и, скривившись, взвалил мешок себе на плечи. – Что мы здесь ищем?

– Укромное место для нашей ноши. Ты забыл? – проворчал второй.

– Как такое забудешь? – фыркнул первый и поправил мешок. – Но почему мы не выбросили ее в Майн? Разве это не подходящее место для нее?

Высокий мужчина, сплюнув на землю, подался вперед по переулку предместья. Он старался идти тихо и осторожно, чтобы вовремя заметить приближение совершавшей обход стражи.


– Возможно, это и подходящее место, но не то, которое он имел в виду. Он сказал, что она должна исчезнуть – исчезнуть навсегда. И дал абсолютно точные указания по поводу того, как это должно произойти!

Коротышка старался не отставать и не спотыкаться в темноте.

– Ты хочешь закопать ее? – спросил он с насмешкой и был очень удивлен, когда его напарник кивнул.

– Да, мертвым место под землей.

– Ты хочешь зарыть ее на кладбище? – недоверчиво переспросил низкорослый и посмотрел на возвышающуюся перед ними колокольню церкви Святой Гертруды, но в ответ ничего не услышал.

Они шли вдоль кладбища, не останавливаясь. Дома, чередующиеся с садами, становились все беднее. Справа от них можно было разглядеть ров реки Кюрнах, а за ним городскую стену, отделяющую предместье Плайхах от старого центра города. И в этот момент низкорослого осенило.

– Ты собираешься закопать ее среди евреев! Таков был приказ? – прошипел мужчина сквозь зубы. – Должно быть, он ее ненавидел. Иначе милостиво позволил бы похоронить среди виноградников!

Второй кивнул и велел опустить мешок на землю.

– Нам следовало бы ее сначала раздеть. К чему рисковать!

Он снял кинжал с пояса, разрезал мешок и начал грубо срывать одежду. Напарник, ворча, помогал ему:

– Ты испортишь платье, и мы не сможем его продать.

– Продать? Идиот! Ты хочешь вырыть себе могилу? Мы сожжем его!

Прежде чем он услышал возражения в ответ, раздался шум.

От церкви приближался свет и доносился звук шагов. Долговязый непристойно выругался и быстренько столкнул обнаженное женское тело вниз по склону, прямо в мутную воду реки Кюрнах. Ни секунды не колеблясь, он схватил одежду и мешок и, пригнувшись, помчался прочь через старое еврейское кладбище. Его напарник последовал за ним. Они добежали до квартала Хаугер и, тяжело дыша, упали в густые заросли в одном из садов. Некоторое время подельники настороженно прислушивались, однако не услышали ничего, что отличалось бы от обычных звуков ночи.

Низкорослый первым решился нарушить тишину:

– Думаю, стражники не заметили нас.

– Надеюсь, что так оно и есть, – ответил второй и выругался.

– Что будем делать? – неуверенно спросил его напарник, немного помолчав. Куст крапивы обжигал его голые икры.

– Как что? Вернемся и отчитаемся о выполнении поручения. А получив деньги, постараемся как можно дольше не приближаться к Вюрцбургу.

– Мы не похороним ее на еврейском кладбище? – уточнил коротышка и отодвинулся от крапивы.

– Разве ты не видел, что я сбросил ее в Кюрнах? Неужели ты думаешь, что я буду на ощупь искать труп в тине, пока меня не схватит стража и не бросит в одну из башен? Нет! Тело сгниет в тине. Даже если его найдут, к тому времени мы будем далеко отсюда. Мы сделали свое дело и заслужили вознаграждение.

– То есть ты не собираешься рассказать о нашем… э-э-э… промахе?

– Ты считаешь меня придурком? – прошипел долговязый. – Я жив и, как и ты, хотел бы еще какое-то время наслаждаться этим! Так и будет, если мы не поведем себя как идиоты.

– Да поможет нам святой Килиан! – вздохнул низкорослый и перекрестился.

Его напарник ухмыльнулся:

– С каких пор святой Килиан стал покровителем бездельников и убийц?

– Я не убийца! – возразил низкорослый. – И ты тоже.

– Нет, не убийца, – согласился долговязый, когда они выходили из города через неохраняемые ворота. – Иной раз это можно поручить и приличным людям.

Коротышка еще раз обернулся в сторону старого еврейского кладбища, перекрестился и прошептал:

– Река Кюрнах поглотила ее. Пусть Господь будет милостив к ее душе.

Но он дважды ошибался. Во-первых, река Кюрнах не поглотила ее тело. Оно зацепилось за одну из многочисленных речных плотин, которые позволяют держать ров вокруг города заполненным водой. Женское тело с нежной белой кожей наполовину виднелось из воды. Мутная вода скрывала только ноги и одну руку. Во-вторых, женщина не была мертва. Душа еще не покинула ее, хотя уже несколько часов витала в кромешной тьме.

Подельники ошибались еще в одном: отнюдь не стражники спугнули их, помешав выполнить поручение.

Глава 1

– Вильгельм, ну что опять? – пошатываясь, спросил мужчина заплетающимся языком и снова поправил съехавшую на лоб шляпу.

– Я должен отлить, – ответил его собутыльник, направляясь ко рву. Он был так же пьян, как и его друг, держащий в руках сосновую лучину.

– Тебе нужно сделать это именно здесь? Ты можешь отлить и за притоном. Я хочу, наконец, выпивку и бабу!

– Во-первых, ты достаточно выпил. Я, кстати, тоже, – усмехнулся Вильгельм и громко отрыгнул. – Во-вторых, у тебя не встанет, и, в-третьих, мне нужно отлить, иначе в меня уже ничего не влезет! – Он начал возиться с ширинкой. – Роберт, иди сюда и посвети мне!

– Слушаюсь, мой командир, – засмеялся Роберт и подошел, шатаясь.

Вильгельм опустил камзол, позабыв о давлении на мочевой пузырь. Его голос казался почти трезвым.

– Посвети-ка туда. Что это?

Роберт послушно сделал несколько шагов. Свет лучины скользнул по земле и осветил высокие сорняки и заросли кустарника. Вильгельм велел товарищу остановиться и осмотрел примятую траву, которая уже начала подниматься. Его взгляд устремился к воде, где светлело что-то большое. Не отводя глаз, он медленно двинулся вперед и постепенно разглядел живот, упругую грудь и руку, заброшенную за голову с длинными белокурыми волосами.

– Баба, – пробормотал Роберт, уставившись на тело. – Молодая баба.

Вильгельм подошел еще немного ближе.

– И, кажется, мертвая молодая баба.

– Живые они нравятся мне больше, – попятился Роберт. – Пойдем! В борделе тепло и весело, и нам дадут выпить.

Но Вильгельм не слушал друга, он спустился ниже, пока его обувь не коснулась мутной воды. Он присел и, откинув указательным пальцем белокурые локоны, произнес:

– Красивая мертвая молодая баба.

– Ничего не поделаешь, – ответил его друг. – Пойдем уже!

Вильгельм, проигнорировав такую настойчивость, пробормотал:

– Странно, почему она здесь лежит?

Роберт вздохнул и тоже спустился.

– Наверное, потому что она умерла здесь. Почему же еще! А теперь оставь ее. Возможно, это была чума! Не прикасайся к ней, ради бога.

– А где ее одежда? – заинтересовался Вильгельм.

– Откуда мне знать? – пожал плечами Роберт и осмотрелся. – В любом случае здесь ничего нет. Может быть, она раньше ее сняла или кто-то другой это сделал и забрал одежду с собой.

– Точно! – воскликнул Вильгельм. – Вряд ли она сама разделась и осталась здесь умирать!

На лице Роберта появилось недоумение.

– Значит, это дело для старосты или совета. Нас это определенно не касается. – Он начал взбираться по склону. – Ну, а теперь пойдем! Я почти протрезвел, потому что ты докучаешь мне мертвецами. За это с тебя одна шлюха и один кубок вина. – Он повернулся и обезоруживающе ухмыльнулся. – У меня не осталось ни монеты, чтобы расплатиться, а ты мой друг и не сможешь допустить, чтобы я терпел нужду, пока ты предаешься радостям.

– Ну ты и подлец, Роберт, коварный подлец!

Вильгельм поднялся и, вздохнув, посмотрел на свою грязную обувь. Его друг расхохотался.

– Ты не сможешь мне отказать!

– Наверное, так и следовало бы сделать… – Вильгельм остановился посреди предложения и, упираясь ладонями в бедра, наклонился вперед.

– Что это? Подойди ближе, мне нужен свет!

Роберт отчаянно замотал головой.

– Нет, нет, нет! Мне не нравятся мертвецы.

– Но там, в воде, что-то есть. Оно блестит как золото!

В мгновение ока Роберт очутился возле него и наклонился вперед, освещая лучиной воду.

– Где? Я ничего не вижу.

Вильгельм зачавкал подошвами по илу.

– Вон там, немного дальше, левее!

– Теперь и я вижу! – вскрикнул от радости Роберт.

Намочив штаны и обувь, он прошлепал пару шагов по воде и выловил золотую цепочку, на конце которой висел плоский овальный медальон. Каплеобразный рубин, обрамленный мелким жемчугом, сверкал в свете факела. Роберт присвистнул и торжественно вытянулся, расправив камзол на груди.

– Сегодня все-таки мой счастливый день! Мой друг, я дарю тебе столько шлюх, сколько ты сможешь оприходовать.

Вильгельм язвительно ухмыльнулся.

– Старая мадам может предложить всего шесть девок.

– Хочешь сказать, что справишься со всеми? – фыркнул Роберт. – Сегодня ночью? В твоем состоянии?

– Что значит – в моем состоянии? Я уже абсолютно трезв и полон сил, – возмутился его друг.

Роберт рассмеялся и взял его под руку.

– Тогда я хочу это видеть!

Они позабыли о теле на берегу. Однако не успели сделать и пару шагов, как легкий вздох и движение, которое Вильгельм уловил краем глаза, заставили его остановиться.

– Это ты вздохнул?

Роберт покачал головой.

– Нет. Хотя, возможно, и я, в предвкушении радости от грудей, которые скоро будут у меня в руках?

– Чушь! – Вильгельм нерешительно повернулся и уставился на белое женское тело, тихо и неподвижно лежащее в воде. Ему показалось. Конечно же, ему показалось! Мертвецы не вздыхают и не двигаются. Он почувствовал облегчение, но не успел отвернуться, как тело снова вздрогнуло, образовав на воде медленно расходящиеся круги волн. Роберт тоже увидел движение.

– Думаешь, она еще жива?

Вильгельм нерешительно наклонился и положил свою ладонь на шею женщине. Кожа под пальцами была холодной, но он отчетливо ощущал биение внутри. Ее губы дрогнули, и раздался вздох.

– Да, она жива! – сообщил Вильгельм.

– Что нам теперь с ней делать? – спросил Роберт. – Я в полной растерянности, потому что не слишком часто нахожу голых баб в городских канавах.

Вильгельм прикусил губу.

– Наверное, было бы правильно привести старосту или хотя бы стражников.

Роберт, видя, как исчезают радости ночи, глубоко вздохнул.

– Прощай, веселый бордель, – посетовал он. – Ты думаешь, это одна из девок старой мадам? Это бы все объяснило. Она вышла с клиентом и упала в обморок, а он испугался, так как решил, что девка умерла. Клиент оставил ее здесь, а сам удрал. – Он засиял. – Ну, как, я решил загадку?

Вильгельм покачал головой.

– Может быть, все было именно так. Нам нужно отнести ее обратно. Мадам сама разберется, что с ней делать. – Вильгельм взял ее за запястья. – Давай помогай!

Радуясь тому, что они все же идут в бордель, Роберт подхватил девушку за ноги и помог отнести ее вверх по склону. Предместье лежало во тьме, но из дома перед городской стеной, отграничивающей еврейское кладбище, сквозь пергаментные окна пробивался тусклый свет. Мужчины потащили девушку в бордель. Дважды они споткнулись, один раз тело выскользнуло у них из рук и упало на траву, но девушка так и не пришла в себя. Из ее уст не вырвался даже стон. Она казалась больше мертвой, чем живой.


Слова приветствия застряли у мадам в горле, когда ее взгляд упал на безжизненное обнаженное тело, которое внесли два молодых человека. Они осмотрелись и положили его на стол, справа от двери. Глиняная кружка, упав, разбилась. Четыре полуголые девушки, сидевшие за другим столом с двумя клиентами, замолчали и уставились на них. Слышны были только звуки двух пар, однозначно занимающихся за ширмой делом, ради которого мадам и давала работу своим девочкам.

– Что вы мне принесли? – тихо спросила хозяйка и нерешительно подошла ближе. Она убрала девушке волосы с лица. – Что вы с ней сделали?

– Мы? – возмутился Роберт. – Как вы могли подумать?

– Я ничего не думаю, – возразила хозяйка борделя. – Я просто спрашиваю, и это не запрещено, если вы тащите в мой дом труп!

Звуки за ширмой стихли. Эльза не знала, мужики выдохлись или ее слова ошеломили их. В любом случае все навострили уши: и те, кто находился в просторном помещении борделя, и те, кто скрывался от посторонних глаз за ширмой.

– Она не мертва, – уточнил Вильгельм. – По крайней мере, пока не мертва.

Хозяйка положила руку сначала на шею, затем на грудь незнакомки и кивнула.

– Жанель, принеси одеяло! – крикнула она девушке, сидящей за другим столом.

Полненькая француженка поспешила выполнить приказ.

– Это одна из твоих девок? – поинтересовался Роберт.

– Возможно, – пробормотала мадам, отводя взгляд. – Почему ты спрашиваешь?

– Мы должны знать: оставлять ее у тебя или думать дальше, что с ней делать.

– Кроме того, нам интересно, что с ней произошло. Она вышла с посетителем? Ты знаешь, с кем она была в последний раз? – вмешался Вильгельм.

– Вы хотите сказать, что не ваши руки последними касались ее кожи?

– Только для того, чтобы вытащить ее из реки Кюрнах и принести сюда, – заверил Вильгельм.

Хозяйка, Эльза Эберлин, которую чаще называли «мадам», посмотрела на молодых людей. Она давно их знала, точно так же как и их отцов: мясника, состоявшего в совете, и владельца процветающего ювелирного цеха. Юноши были легкомысленными, что касалось вина, игр и девок, но не злыми.

Эльза поверила им.

Из-за ширмы вышел клиент, поправляя выцветшую рясу, и мадам пожелала викарию спокойной ночи. Вскоре после этого и второй клиент – Гербер, живущий здесь, в предместье Плайхах, с женой и четырьмя детьми, – зашнуровал свой камзол и ушел, зевая.

– А теперь, вы двое! – хозяйка снова обратилась к ремесленникам. – Раз уж вы здесь, вам не помешает расслабиться после такой передряги.

Роберт одобрительно кивнул.

– Вина? Колбасы и хлеба? Игра в кости и одну из девочек?

– Одну девку? – весело фыркнул Роберт. – Мы хотим всех! И дюжину кружек вина! – Он бросил цепочку с медальоном на стол у покрытых тиной стоп бесчувственной девушки. Мадам схватила ее и, придвинув масляную лампу, начала жадно рассматривать украшение. Затем она настороженно взглянула на молодых мужчин.

– Это твое? Я не хочу, чтобы получилось так, что я возьму это, а завтра сюда ворвется разъяренный отец или староста в поисках краденого.

– Ты хочешь меня обидеть, жалкая сводница? – Роберт угрожающе подбоченился.

Глаза хозяйки заблестели, но спустя мгновение она безропотно потупила взгляд.

– И в мыслях такого не было. Сегодня ночью берите все что хотите.

Роберт на радостях захлопал в ладоши и кивнул своему другу.

– Теперь докажи свои громкие слова на деле. Я жду с нетерпением!

Вильгельм ухмыльнулся в ответ.

– Ну, хорошо, я начну с Мары и Грет. Пойдемте, мои сладкие, но сначала выпьем вина.

Обе шлюхи не заставили себя долго уговаривать. Мара принесла кувшин, затем они затянули молодого человека на устеленный грязными одеялами и подушками соломенный матрац. Прежде чем ответить на поцелуи Грет, Вильгельм посмотрел на хозяйку, не отводившую взгляда от укрытой одеялом незнакомки.

– Что с ней случилось? – заинтересованно спросил он.

– Я пошлю за банщиком. Возможно, она придет в себя. Не думай больше об этом и предавайся заслуженным радостям.

Вильгельм кивнул, и Мара прижала его к подушке. Он еще успел заметить, как Роберт с двумя девками исчез за ширмой. Мужчины за столом попрощались и, положив в вытянутую руку хозяйки требуемое количество монет, вышли из борделя.

Эльза подождала, пока молодые люди попросят еще вина и девочек, а потом просунула руку под затылок найденной девушки.

– Анна, возьми ее за ноги! – велела она девке, обслуживавшей викария.

Они отнесли неподвижное тело за вторую ширму и положили на одну из кроватей. Простыни были в пятнах и разили потом и выделениями. Эльза придвинула лампу.

– Мамочка, ты ее узнаешь? – спросила Анна и, сморщив лоб, наклонилась над бледным лицом.

Хозяйка покачала головой.

– Может, ты?

– Она не здешняя. По крайней мере, не из предместья Плайхах.

Эльза согласилась с ней.

– Но откуда она? И что она голая делала в городском рву?

– Она сама нам расскажет, когда придет в себя. Она ведь очнется? – Маленькая женщина с невзрачными русыми волосами вопросительно посмотрела на хозяйку борделя.

Эльза пожала плечами.

– Этого я сказать не могу. – Она немного отодвинула одеяло. – Посмотри на синяки на шее и на виске. И в волосах есть кровоточащая рана. Кто-то ее душил, и она получила как минимум два удара по голове.

– Мне сходить за банщиком? – спросила Анна.

Мадам задумалась. Банщик ничего не делает просто так. И точно не будет ничего делать бесплатно, учитывая ночное время и тот факт, что речь идет об удушенной и избитой девушке. Хотя, возможно, ее еще можно спасти. Она молода и красива и могла бы отработать свои долги. Если выживет…

– Да, приведи его, – кивнула Эльза.

Не успела Анна уйти, как хозяйка сбросила одеяло. Она внимательно обследовала неподвижное тело, ощупала ноги и руки, потрогала волосы и немного раздвинула ноги, чтобы осмотреть половые органы. Внезапный стук в дверь заставил ее вздрогнуть. Эльза быстро накинула одеяло на девушку и поспешила к двери.

Перед дверью с факелом в руке стоял высокий широкоплечий мужчина с короткими седыми волосами. Его строгое лицо было тщательно выбрито. Он держался необычно прямо и лишь слегка наклонил голову, когда мадам открыла ему дверь.

– Какая приятная неожиданность, – сказала она без особой радости в голосе и сделала шаг назад, пропуская его в дом. – Чем обязаны вашему визиту?

Гостю пришлось немного наклониться, чтобы не задеть шляпой притолоку. Он воткнул сосновый факел в держатель на стене и лишь потом ответил:

– Эльза, не пытайся умаслить меня, тебе пора бы понять, что со мной это не пройдет. Кроме того, тебе не нужно делать вид, что мой визит доставляет тебе радость.

– Ты же знаешь, – вздохнула она, – что я ничего против тебя не имею, но кому хочется принимать в своем доме палача? Даже для меня в этом нет ничего хорошего.

Мейстер Тюрнер понимающе кивнул.

– И все-таки это моя работа: следить за тем, чтобы в борделе все шло как положено.

Эльза вызывающе скрестила руки на обвисшей груди.

– Все так, как и должно быть.

– Да? – палач приподнял седые брови. – Как ты думаешь, сколько времени прошло с тех пор, как прозвенел колокол, оповещая горожан, что пора отправляться домой?

– Не знаю, – уклонилась хозяйка от ответа, – я его не слышала. – Но тебе хорошо известно, что в такое время я не могу прогнать своих клиентов. Когда им сюда приходить, чтобы расслабиться? Когда на небе солнце, они должны работать, а по воскресеньям и пятницам – идти в церковь. Для нас остается только ночь. Я несу ответственность за своих девочек. Как мне их кормить, одевать, если они не заработают денег?

Палач поднял указательный палец.

– Ты все правильно говоришь. Воскресенье! Когда начинается воскресенье? Когда встает солнце?

– В полночь, – проворчала хозяйка угрюмо. – Уже действительно так поздно?

Посетитель кивнул и указал на ширму, за которой раздался восторженный возглас.

– Кто у тебя там?

– Никаких священников, женатых мужчин, евреев, – прошипела Эльза, – только два честных неженатых ремесленника, желающих получить немного удовольствия.

Палач одобрительно кивнул.

– Хорошо, я не буду вешать на тебя штраф. Это закон епископа и совета, не мой.

– Ха, епископ! – озлобленно выпалила Эльза. – Ему не следует так задаваться. Поучает меня, как мне обходиться с моими девочками, в то время как сам в своей крепости кувыркается в постели с содержанками!

– Осторожно, Эльза, ты переходишь границу, – предупредил ее палач.

– Неужели? – пробурчала мадам. – У нас нельзя говорить правду?

– Иногда разумнее этого не делать, – посоветовал палач.

Эльза ухмыльнулась.

– Значит, ты не отрицаешь, что наш епископ похотливый кобель?!

– Я бы не стал так выражаться, – возразил палач, но уголки его рта дрогнули.

– Мне бы хотелось знать, сколько его нагулянных детей бегает по Мариенбергу! Во всяком случае, не секрет, что он засыпает деньгами своих содержанок, а от нас, порядочных граждан, вымогает все новые налоги.

Палач задумчиво кивнул. Он не стал ничего говорить по поводу того, что Эльза относит себя к порядочным гражданам.

– Да, и не только это. Он продает и закладывает все что можно. Каноники не знают, как осадить его или убрать, пока он не все разбазарил. С другой стороны, епископ велит собирать милостыню и приносить в Мариенберг.

– Капитулу придется туго, если он будет защищать свой трон с оружием, – сказала хозяйка.

– Город должен будет решить, на чьей он стороне. И мы с тобой знаем, что ни один бюргер или безземельный крестьянин добровольно не вступится за епископа. И нам не останется ничего другого, кроме как пойти против него.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное