Тилли Бэгшоу.

Сидни Шелдон. Безрассудная



скачать книгу бесплатно

– Никому из нас это не нравится, господин президент, – сказал Грег Валтон. – Но какова альтернатива? Если мы не вытащим Дрекселя сейчас, немедленно, как бы нам не пришлось любоваться его мозгами, растекшимися по монитору. Если мы не начнем действовать согласно этим разведданным…

– Я знаю. Я знаю! Но что, если его там нет? Я имею в виду – если британцы так чертовски уверены, почему они не вытащили оттуда своего парня?

У президента были причины для паники: и конгресс, и американская общественность требовали сделать все возможное для спасения Хантера Дрекселя. Но если разведданные, полученные от британцев, верны, то, чтобы спасти Дрекселя, нужно провести военную операцию в стране Евросоюза. И так на Соединенные Штаты обрушилась критика за то, что войска были отправлены в Пакистан, чтобы вывезти оттуда Усаму бен Ладена.

А теперешняя история – совершенно другое дело.

Словакия – союзник, демократическое государство Восточной Европы. Тамошний президент и граждане вряд ли обрадуются тому, что в их воздушное пространство вторгнутся американские военные вертолеты и «морские котики» начнут прыгать с них в горы – те самые горы, которые, как категорически утверждают словаки, никогда не служили надежной гаванью ни для «Группы-99», ни для любых других террористов.

И что, если словаки правы, а британская разведка ошибается? Что, если Хейверс пошлет войска, а Дрекселя там не будет? Если хотя бы один житель Словакии прольет из-за этого свой кофе, президента Хейверса выволокут на заседание ООН и забросают тухлыми яйцами раньше, чем кто-нибудь вспомнит о нарушении международного законодательства.

– Может быть, они его отпустят, – неуверенно, пытаясь убедить самого себя, произнес президент.

Все трое одновременно с таким недоумением посмотрели на своего главнокомандующего, что тот смутился:

– Я просто имел в виду, что такая возможность не исключена.

– Полагаю, британцы тоже так думали… до прошлой недели, – заметил Грег Валтон.

– Но, может, то, что произошло с капитаном Дейли, единичный случай… – возразил президент, хватаясь за соломинку. – Помрачение ума. В конце концов, «Группа» никогда раньше не проявляла склонности к насилию.

– Зато чертовски убедительно проявила сейчас, сэр, – хмуро произнес генерал Макнейми. – Неужели мы действительно можем пойти на такой риск?

– Мне совершенно непонятно, почему они вообще похитили Хантера Дрекселя. – Президент Хейверс досадливо провел рукой по волосам. – Я имею в виду, с какой целью? Никудышный журналист, азартный картежник, уволенный из «Вашингтон пост» и «Нью-Йорк таймс». Каким образом такой человек может относиться к одному проценту населения, против которого, как утверждает «Группа», она борется? Насколько я понял, он едва в состоянии оплачивать свои счета. Что он может символизировать?

– Он американец, – спокойно заметил фэбээровец Милтон Бак.

– И этого достаточно?

– Для некоторых, – согласился Грег Валтон. – Эти люди необязательно мыслят рационально, сэр.

– Черт знает что! – Президент сердито покачал головой. – То они посылают всплывающие воздушные шары на чужие мониторы и штурмуют сцену во время церемонии «Оскара», а то вдруг снимают фильмы с настоящим убийством.

Я хочу сказать, Господи Исусе, а дальше-то что? Начнут сжигать людей в клетках? Это все какой-то дурной сон. Это же Европа!

– Освенцим тоже Европа, – мрачно заметил генерал.

Наступила напряженная тишина.

Если Джим Хейверс пошлет «котиков» и операция увенчается успехом, то станет героем, во всяком случае, дома. Разумеется, этим он будет обязан британцам. Джулия Кабот уже потребовала больше информации по глобальной сети «Группы-99» и источникам ее финансирования, в частности по Алтее, то есть информации, которой ЦРУ не особенно хотело делиться. Если все получится, у президента Хейверса не останется выбора: придется делиться, хотя оно того стоит. Его рейтинги взлетят выше головы.

С другой стороны, если Дрекселя нет там, где, по словам британцев, он должен находиться, крайним сделают его, Хейверса, а не Джулию Кабот. Репутация Америки за рубежом рухнет ниже плинтуса, а он может попрощаться с надеждой на второй срок.

Президент закрыл глаза и медленно выдохнул. В эту минуту Джим Хейверс ненавидел Хантера Дрекселя так же люто, как «Группу-99».

Как до такого дошло?

– К чертям собачьим! Давайте войдем в страну и вытащим оттуда этого сукина сына.

Глава 3

Хантер Дрексель прижал радио к уху, стараясь не пропустить ни слова. Сквозь потрескивание помех голос диктора Всемирной службы Би-би-си был едва слышен: «Пока усиливается беспокойство за жизнь похищенного американского журналиста Хантера Дрекселя, в военной академии Сандхерст в Беркшире прошла минута молчания в память о капитане Роберте Дейли, жестокое убийство которого террористической «Группой-99» потрясло на прошлой неделе весь мир».

Хантер подумал: значит, теперь они террористическая «Группа-99» – и горько рассмеялся. Забавно, как одно небольшое убийство меняет все.

Две недели назад Би-би-си не могла нарадоваться на «Группу-99», как и прочие мировые СМИ, которые лебезили перед «Хакерами Робин Гуда», будто юные фанатки на концерте бой-банда «Уан Дирекшн».

А с другой стороны, чем он, Хантер, лучше их? В конце концов, он тоже превратно судил о «Группе-99». Когда его похитили, он как раз работал над статьей о коррупции во всемирном фрекинг-бизнесе. В особенности его интересовали миллиарды долларов, перетекающие между Соединенными Штатами, Россией и Китаем, и секретность, с которой заключались контракты на бурение, в то время как нефтяные гиганты всех трех стран делили баснословные доходы. В Хьюстоне, Москве и Пекине разрабатывались устные договоренности, вопиющим образом противоречившие международному торговому законодательству. В то время Хантер считал «Группу-99» своим союзником, таким же противником необузданной коррупции в энергетическом бизнесе, как и он сам. По иронии судьбы, он направлялся в московский офис Камерона Крю, основателя и владельца «Крю инкорпорейтед» и одного из очень немногих «хороших парней» во фрекинг-бизнесе, когда его затащили в подворотню, усыпили хлороформом и затолкали в багажник «мерседеса», причем не кремлевские головорезы, а те, кого он считал союзниками.

Он мало что помнил о долгом путешествии к этой хижине, разве что смену автомобиля и недолгий полет на вертолете.

А через несколько дней в хижине появился Боб Дейли, которого Хантеру представили как соседа по комнате. Все выглядело исключительно цивилизованно: теплые постели, радио, сносная еда и, к восторгу Хантера, колода карт. Если нужно, он мог существовать и без свободы, даже секс был роскошью, без которой можно обходиться, но жизнь без покера теряла смысл. Они с Бобом играли каждый день, иногда часами напролет, делая ставки камешками, как детишки. И если бы не вооруженные часовые за дверью хижины, Хантер вполне мог убедить себя, что принимает участие в каком-нибудь студенческом розыгрыше или телевизионном реалити-шоу. Даже часовые выглядели неуверенно и слегка смущенно, словно понимали, что шутка зашла слишком далеко, но не знали, как выйти из игры, не потеряв лицо.

За исключением Аполло.

Хантер ненавидел это тупое греческое прозвище за претенциозность, но раз уж нет другого имени для ублюдка, застрелившего Боба, приходится пользоваться этим. Аполло, в отличие от остальных, был агрессивен, вспыльчив и преисполнен ощущением собственной важности. Хантер хоть и считал его садистом и скотиной, но все-таки не думал, что он готов пойти на убийство.

Казнь Боба повергла в настоящий шок не одного Хантера, а весь лагерь. Его часовые искренне ужасались тому, что произошло: кто-то плакал, кого-то рвало, но ни у кого не хватило смелости хоть раз осадить Аполло.

Вот она, новая реальность. Все оказались в ней по самую макушку.

Радиосигнал слабел. Хантер безнадежно крутил ручку настройки, пытаясь найти хоть что-нибудь, что угодно, лишь бы забыть про страх. За свою журналистскую карьеру он не раз бывал в опасных ситуациях: попадал под обстрел в Алеппо и Багдаде, едва избежал гибели при крушении вертолета в Восточной Украине, но в зоне военных действий его поддерживал адреналин. Там некогда бояться и легко проявлять отвагу. Здесь же, в тишине хижины, где компанию Хантеру составляла лишь опустевшая кровать друга да собственные лихорадочные мысли, страх наваливался как гигантская черная жаба, выдавливая весь воздух из тела и надежду из души.

«Они убьют меня, убьют и похоронят в лесу рядом с Бобом».

В самом начале, в первые часы и дни после гибели Боба, Хантер еще осмеливался надеяться: «Кто-нибудь меня найдет, ведь все сейчас ищут: британцы, американцы… Кто-нибудь обязательно появится и спасет…» – но шли дни, и никто не приходил, надежда умирала.

В радиоприемнике что-то громко затрещало и сигнал окончательно заглох. Хантер неохотно забрался обратно под одеяло и попытался заснуть. Все тело ныло от изнеможения, но сознание только набирало обороты. Образы мелькали перед внутренним взором, как пули: мать в чикагской квартире, в обшарпанном кресле, вне себя от беспокойства; последняя любовница, Фиона из «Нью-Йорк таймс», орущая на него в день отъезда в Москву из-за того, что он ей изменял: «Надеюсь, кто-нибудь из путинских головорезов забьет тебя до смерти монтировкой. Говнюк!»; Боб Дейли отпускает одну из своих дурацких острот в ночь перед тем, как сняться в том видео. В ночь перед тем, как Аполло вышиб ему мозги…

Его тоже заставят записать видео? Осталась ли на объективе кровь Бобби?

Ледяные мурашки ужаса поползли по телу, впиваясь в кожу, как иголки.

«Нет! Я должен отсюда выбраться!»

Хантер резко сел, хватая ртом воздух, пытаясь унять взбунтовавшийся кишечник. «Прошу тебя, Господи, помоги мне! Покажи, как отсюда выбраться!»

До этой минуты он даже не догадывался, как отчаянно не хочет умирать. Может, именно сейчас он точно понял: это обязательно произойдет. Любая спасательная миссия уже отыскала бы его.

«Никто не знает, где я, а значит, никто не придет…»

И в самом деле, с какой стати кому-то его спасать? Хантер Дрексель никогда не проявлял особой любви к своему отечеству, так какое он имеет право ждать любви от него? Хантер никогда толком не понимал смысл патриотизма. Преданность стране или идеологии всегда была для него непостижима. Его особенно интересовали такие люди, как члены «Группы-99», полностью посвятившие свою жизнь благому делу. Почему? Хантер Дрексель видел мир исключительно через отдельных людей. Личности имели значение. Идеи – нет. У Хантера было гораздо больше общего с мировоззрением и политическими убеждениями «Группы-99», чем с убеждениями Боба Дейли, хотя Боб был хорошим человеком, в отличие от Аполло, или как там его по-настоящему зовут. В конечном счете только это имеет значение, а не ярлыки, которые навешивают на каждого: солдат, радикал, террорист, шпион.

Это всего лишь пустые слова, и ничего больше.

Если Хантер Дрексель как-то себя позиционировал, то исключительно как журналиста. Написанное что-то значит. Правда что-то значит. Вот и вся идеология Хантера.

Он окинул взглядом деревянную хижину, служившую ему домом последние несколько месяцев, и попытался успокоить дыхание. Тяжелую деревянную дверь подпирал обрубок ствола, снаружи посменно дежурили часовые. После смерти Боба окно крест-накрест забили железными прутьями. За дверью на многие мили простирался непроходимый лес – армия высоких темных сосен, грозно качающихся над толстым снежным покрывалом. Когда фантазия разыгрывалась особенно буйно, Хантер и Боб придумывали планы побега, все до одного безумно рискованные, абсурдно нелепые, вроде тех, что прекрасно смотрелись бы в комиксах. Но все они были рассчитаны на двоих. В одиночку побег совершенно невозможен. Единственный выход отсюда – тот, которым уже воспользовался Боб Дейли.

Хантер снова лег. Он еще не совсем успокоился, но гипервентиляция легких больше не грозила. Спокойствие, вот ключ. Пусть идет как идет. Но как смириться с собственной смертью?

Мысли перешли к истории, которую он услышал по радио вчера, о греческом принце, повесившемся в Сандхерсте.

Ахилл. Похоже на те имена, что дают себе члены «Группы-99». Вокруг смерти этого юноши идет заламывание рук, началось официальное расследование.

Как всегда, в этой истории Хантера зацепил человеческий фактор.

Молодой человек, имевший в жизни все, что пожелает, почему-то выбрал смерть.

Возможно, если Хантер поймет этот порыв, толкнувший юного принца в объятия смерти, он будет меньше бояться?

Хантер Дрексель постепенно забылся тревожным сном.


Сначала возникло негромкое жужжание, будто рой насекомых, затем звук усилился, и вскоре стало ясно, что это шум вращающихся лопастей вертолета.

– Димитрий, – один из охранников Хантера схватил своего напарника за плечо, пытаясь разбудить. – Слушай!

Второй охранник просыпался медленно. Ему было всего девятнадцать. Оба юноши – французы, еще год назад в это же время они изучали в Париже информатику. К «Группе-99» оба присоединились ради развлечения, за компанию с друзьями, потому что в общих чертах поддерживали идею, что надо сбить спесь с мировых супербогатеев. Никто из них толком не понимал, каким образом они оказались в лесу под Братиславой, вооруженные пулеметом и посиневшие от холода.

К тому времени, когда парнишки поднялись на ноги, в небе засверкали проблесковые огни. Теперь весь лагерь заливал слепящий свет. А потом прогремели первые выстрелы.

– Черт! – Димитрий заплакал. – Что делать?

Вертолеты рокотали так громко, что они почти не слышали друг друга.

– Бежать! – заорал его напарник.

И они побежали. За спиной раздавались выстрелы, друг упал на землю, но Димитрий продолжал бежать до тех пор, пока ноги не превратились в кисель, как будто из них ушла вся сила.

Палатки лагеря подковой окружали хижину. Кроме того, здесь было два блочных здания: одно использовалось под арсенал, второе – под командный центр (с генератором, спутниковым телефоном и ноутбуком, изготовленным по особому заказу). Второе здание находилось ближе, и Димитрий, спотыкаясь, побежал к нему. Вокруг из палаток выскакивали члены группировки с обезумевшими от страха глазами. Кое-кто размахивал пистолетом, но в основном все были безоружны.

Атлас и Кронос, немецкие парни, подняли руки, и Димитрий в ужасе увидел, как они падают, скошенные градом пуль, и умирают, дергая руками и ногами, как пляшущие марионетки. И в этот момент что-то ударило его сзади: не пуля и не камень, а порыв ветра, такой сильный, что сбил с ног.

Вертолеты приземлились, и внезапно все превратилось в хаос, огни и грохот.

Американцы кричали:

– На землю! Ложись!

Димитрий завизжал, как перепуганный ребенок, но внезапно чьи-то руки подхватили его под мышки и потащили в командный центр.

– Успокойся! Все будет хорошо. – Голос прозвучал решительно и хладнокровно.

Димитрий вцепился в Аполло, как в спасательный круг, и пронзительно закричал:

– Они нас всех убьют!

– Ничего подобного. Это мы их убьем.

Димитрий увидел, как Аполло зубами вытащил чеку и швырнул ручную гранату в тех, кто расстрелял его друзей. Тут же в воздух взметнулись тела с оторванными ногами и руками.

– Держи. – Аполло протянул ему гранату. – Целься в вертолет.


Тем временем в хижине Хантер Дрексель забился под стол.

Грохот «чинуков»[4]4
  Американский военный вертолет CH-47.


[Закрыть]
показался ему самым прекрасным звуком на свете.

«Они здесь! Они меня нашли!»

Даже выстрелы, знакомое пулеметное «та-та-та-та-та», памятное по Ираку и Сирии, ласкали слух, как колыбельная или материнский голос.

С грохотом дверь хижины не столько открылась, сколько взорвалась, разметав фонтан щепок. Дым за несколько секунд заполнил комнату. В ушах стоял звон, глаза защипало. Он слышал голоса, крики, но все казалось приглушенным, как будто доносилось из-под воды. Хантер ждал, что сейчас кто-нибудь войдет: солдат или пусть даже один из его похитителей, – но никого не было. И тогда он решился: пополз на животе, нащупывая путь туда, где раньше была дверь.

Оказавшись снаружи, Дрексель быстро пришел в себя. Звезды сверху. Снег внизу. Американцы – они ли это? – в основном впереди и справа, лицом к лагерю. Слева то, что осталось от «Группы-99»: они заняли оба блочных здания и отстреливаются. Выстрелы в темноте мелькают, как светлячки, а время от времени все освещает проблесковик, и тогда можно было увидеть бегущих людей. Прямо перед Дрекселем, совсем рядом, упали, сраженные выстрелами, сразу три американских солдата. Похоже, его похитители не собирались сдаваться без боя.

Какой-то скулеж слева, похожий на стон раненого животного, заставил его обернуться.

– Помогите!

Хантер пополз на звук и увидел распростертого на снегу англичанина, юношу с кодовым именем Персей, к которому испытывал определенную симпатию. За тощие цыплячьи ноги и дурацкие очки с толстыми линзами он дал ему прозвище Ботан. Они часто играли в покер. Славный мальчик.

Но сейчас он беспомощно лежал на холодной земле, широко раскрыв глаза от шока. Вокруг него расплывалось темно-красное пятно. Посмотрев ниже, Хантер с ужасом увидел, что у мальчишки нет ног.

– Я умру?

– Нет, – соврал Хантер и лег рядом с ним.

– Я почему-то не чувствую ног.

– Просто очень холодно, да и шок в придачу. Все будет хорошо.

Персей открыл глаза, снова закрыл – ему осталось совсем недолго – и прошептал:

– Прости. Я вовсе не хотел… всего этого.

– Знаю. Это не твоя вина. Как тебя зовут по-настоящему?

– Д-джеймс, – с трудом выговорил умирающий.

– Откуда ты, Джеймс?

– Хакни.

– Хакни? Хорошо. – Хантер погладил юношу по голове и спросил: – И как оно там, в Хакни?

Но тот уже не смотрел на него.

– У тебя есть браться или сестры, Джеймс? Джеймс?!

Юноша в ответ испустил долгий прерывистый вздох и замер.

Глаза Хантера наполнились слезами, а тело захлестнуло гневом… нет, не гневом, яростью!

Джеймс был его другом и всего лишь ребенком, мать вашу!

И он завопил: весь скопившийся за последние несколько дней страх выплеснулся из него в этом диком, животном вопле бешенства и утраты. В тот момент ему было плевать, выживет он или умрет, вообще плевать! Нежно погладив холодный лоб мертвого Джеймса, Хантер поднялся на ноги и помчался в сторону «чинуков».

Тут это и случилось.

Один из вертолетов взорвался. Огненный шар, как комета, взлетел в воздух на несколько сотен футов. Хантер потрясенно смотрел, и ему в голову вдруг пришло, что американцы вполне могут проиграть это сражение. Все происходило совсем не похоже на то аккуратное спасение, на которое они рассчитывали.

Все шло неправильно. Солдаты умирали. «Группа-99» сопротивлялась, сражаясь за жизнь.

Хантер побежал дальше, что еще он мог сделать? Он решил бежать, пока кто-нибудь его не остановит, пока ему не оторвет ноги, как Джеймсу, или пока пуля не прошьет ему череп, как Бобу Дейли, или пока он не станет свободным, чтобы написать правду о том, что произошло сегодня ночью, правду обо всем…

Огни становились все ярче. Они ослепляли. Хантер подумал, что уже пробежал мимо командного центра «Группы-99», но точно сказать не мог. В это секунду второй «чинук» ожил, взревев, и его лопасти начали стремительно вращаться всего в нескольких ярдах от того места, где он стоял. Хантер смотрел, как вертолет взмыл на несколько дюймов над землей, как в него начали запрыгивать люди в камуфляже, а затем сверху протянулась рука, чтобы вытащить его из кровавого побоища.

– Запрыгивай!

Из «чинука» высунулся американский солдат, протягивая Дрекселю руку. Он был моложе, но гораздо увереннее Хантера, и слова его прозвучали командой, а не предложением.

Мгновение Хантер колебался, замерев, как кролик в свете прожектора, и подумал об истории, из-за которой его похитили. О правде, горькой истине, которую многие так желают скрыть.

Когда окажется на борту вертолета, сможет ли он ее поведать? Завершит ли когда-нибудь свою миссию?

Хантер оглянулся. Десятки трупов усеивали обуглившиеся останки лагеря, что был его миром в течение последних нескольких месяцев. Все произошло за какие-то несколько минут. Плохие парни и хорошие парни, а также наивные мальчишки лежали тут убитые, как скот на бойне. Так же был убит несчастный Боб Дейли. А теперь уверенный в себе юный американец протягивает руку, предлагая Хантеру выход. Как раз то, о чем он столько молился.

– Запрыгивай!

Хантер Дрексель, с благодарностью взглянув в глаза своему спасителю, повернулся и убежал в ночь.

Глава 4

– Что значит «убежал»?

Президент Джим Хейверс с недоверием отвел трубку от уха.

– Он убежал, сэр, – повторил генерал Тедди Макнейми. – Дрексель отказался садиться в вертолет.

Наступило долгое молчание.

– Мать вашу!.. – сказал президент.

– Что значит «убежал»?

Премьер-министр Британии устало потерла глаза.

– Я не знаю, как еще можно сказать, Джулия! – рявкнул президент Соединенных Штатов. – Он отказался садиться в вертушку. Убежал в лес. Мы облажались.

«То есть ты облажался, Джим», – подумала Джулия Кабот и принялась лихорадочно соображать, как бы это получше обыграть.

– Мне уже успел позвонить президент Словакии, орал во всю глотку, – зло продолжил Хейверс. – Генеральный секретарь ООН также потребовал от меня объяснений, причем срочно:

– И что вы ему сказали?

– Пока ничего.

– А что намерены?

– Что Дрекселя там не было: его успели куда-то переправить, но удалось нейтрализовать кучу террористов.

– Отлично! – похвалила Кабот.

– Я могу рассчитывать на вашу поддержку?

– Разумеется, Джим. Как всегда!

Президент Хейверс выдохнул.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7