Тесса Дэр.

Связанные судьбой



скачать книгу бесплатно

Эдмунд отскочил назад и закричал что было сил:

– Помогите! Помогите! Убийца!

– Нет, дорогой! Тут нет никакого…

– Убийство! – завизжал мальчик, выскочив за дверь и помчавшись по коридору. – Убийство!

Шарлотта посмотрела на Гренвилла.

– Не стойте там. Нам нужно остановить Эдмунда.

– Я мог бы перехватить его в холле, но что-то мне подсказывает, что это бессмысленно.

И уже через минуту в библиотеке появился ее заботливый хозяин, сэр Вернон. За ним последовала самая нежелательная в данный момент персона – миссис Хайвуд.

– Шарлотта, – нахмурилась она. – Я обыскала весь дом. А ты была здесь?

Сэр Вернон остановил кричавшего сына.

– Что случилось, мой мальчик?

– Я слышал крики. Как будто здесь кого-то убивали. – Эдмунд показал на гостей пальцем. – Это они.

– Тут никого не убивали и не кричали, – вмешалась Шарлотта.

– Мальчик все перепутал, – добавил лорд Гренвилл.

Сэр Вернон положил руку сыну на плечо.

– Расскажи мне, что именно ты слышал.

– Я был наверху, – начал Эдмунд. – Сначала кто-то начал кричать, вот так: «А-а-а!»

Шарлотта замерла, когда мальчишка принялся воспроизводить все страстные звуки, которые слышал в последние четверть часа. Каждый вздох, каждый вопль и стон. Не возникало никакого сомнения, чем именно здесь занимались и что конкретно услышал Эдмунд. Теперь присутствующие сделают вывод, что всем этим занимались мисс Хайвуд и лорд Гренвилл.

И хрюкали.

И пользовались шнуром.

В самых жутких кошмарах Шарлотта не могла представить себе подобную сцену.

– Тут кто-то страшно рычал, и я слышал, как кричала какая-то дама. Поэтому я побежал вниз, чтобы посмотреть, в чем дело. – Он направил свой обвиняющий перст на диванчик под окном. – Вот где они находились вдвоем.

Вид у сэра Вернона был весьма взволнованный.

– Ну что ж, – сказала миссис Хайвуд. – Я искренне надеюсь, что лорд Гренвилл все объяснит сам.

– Пардон, мадам. С чего вы взяли, что это не ваша дочь должна нам все объяснить? – Сэр Вернон пристально взглянул на маркиза. – В Лондоне ходят кое-какие слухи.

Шарлотта съежилась.

– Сэр Вернон, нам нужно поговорить наедине, – сказал лорд Гренвилл.

Нет-нет! Разговор наедине обернется для нее ужасными последствиями. Все должны услышать правду здесь и сейчас!

– Все было не так, – заявила Шарлотта. – Абсолютно все.

– Вы хотите сказать, что мой сын солгал, мисс Хайвуд?

– Нет, просто… – Она сдавила переносицу. – Это недоразумение. Ведь ничего не случилось. Никто не убит, никто вообще не пострадал. Не было никакой веревки. Лорд Гренвилл подвязывал шнуром штору.

– А почему, интересно, штора оказалась отвязанной? – спросил сэр Вернон.

– Тут что-то лежит на полу, – объявил Эдмунд.

Когда он поднял предмет, сердце Шарлотты остановилось.

Это была подвязка.

Подвязка в виде алой ленты.

– Это не мое, – возмутилась она. – Впервые вижу эту подвязку.

Клянусь!

– А что насчет этого? – Мальчишка перевернул ленту и показал вышивку на ней.

На ленте оказалась вышита буква С [2]2
  Начальная буква имени героини на англ. яз. (Charlotte). Далее все упоминаемые имена дам, которых героиня подозревает в адюльтере, тоже начинаются на эту букву вне зависимости от того, как пишутся по-русски.


[Закрыть]
.

Шарлотта бросила отчаянный взгляд на лорда Гренвилла:

«Что теперь?»

Миссис Хайвуд заговорила громко и отчетливо.

– Не могу поверить, что лорд Гренвилл – настоящий джентльмен! – мог так бесстыдно и в такой шокирующей манере повести себя с моей дочерью.

«О нет!»

– Могу лишь прийти к выводу, что он был обуреваем страстью! – объявила мамаша. И шепнула дочери: – Я никогда еще так не гордилась тобой.

– Мама, пожалуйста. Не устраивай сцен.

Но, конечно, именно этого и хотела миссис Хайвуд. Она не могла упустить возможность закатить скандал, если в результате ее дочь будет обручена с маркизом.

О господи! Шарлотта ведь хотела предостеречь его, а теперь ее самые большие страхи воплотились в реальность.

– Я говорю правду, мама. Ничего не было.

– Не важно, – прошептала миссис Хайвуд. – Люди будут думать, что здесь кое-что произошло.

Нужно было срочно что-то предпринять.

– Это не моя подвязка! На мне сейчас надеты обе. И я могу доказать это. – Шарлотта наклонилась и схватилась за край юбок.

Мать хлопнула ее сложенным веером по рукам.

– При всех? Ты этого не сделаешь!

А как иначе она могла доказать, что на ней две подвязки, сэру Вернону, который верил, что подвязка только одна?

Еще раз Шарлотта попыталась объяснить случившееся.

– Мы здесь просто беседовали с лордом Гренвиллом.

– Беседовали? – Миссис Хайвуд принялась энергично обмахиваться веером. – О чем, хотелось бы узнать?

– Убийство! – опять заверещал Эдмунд. – У-бий-ство, у-бий-ство, у-бий-ство!

– Не было никакого убийства! – воскликнула Шарлотта. – И вообще ничего непристойного. Мы говорили о…

– О чем? – резко спросил сэр Вернон.

И тут в разговор вступил лорд Гренвилл. Остановив миссис Хайвуд прикосновением к руке, он откашлялся и дал абсолютно правдивый – и напрочь всех поразивший! – ответ:

– Мы говорили о свадьбе.

Глава 2

На следующее утро Пирс сидел за столом у себя в комнате, потягивая из чашки кофе и массируя виски. В голове стучал кузнечный молот.

– Как именно это произошло? – В углу Ридли чистил щеткой синее пальто хозяина. – Объясните еще раз.

– Не уверен, что получится, да и пальто можно не чистить.

Ридли пожал плечами и продолжил работать щеткой.

– Мне все равно. Меня это успокаивает.

– Ну, как хочешь.

С бытовой точки зрения Ридли вроде как его камердинер, но для Пирса скорее коллега по службе английскому правительству, партнер, обладающий полным доверием, и равный во всем профессионал. Ридли в усадьбе Паркхерста, как обычно, внимательно прислушивался к разговорам слуг, а в это время Пирс вращался среди знати. Ему очень не нравилось просить приятеля разыгрывать из себя лакея.

– Когда началась кадриль, я направился в библиотеку, – попытался Пирс восстановить ход событий прошлого вечера и найти в них какой-то смысл. – Планировал начать расследование.

Расследование! То была истинная причина его присутствия на загородном приеме. Сэр Вернон Паркхерст пребывал в полном неведении о том, что его кандидатуру рассматривали для назначения на весьма ответственный пост. Правительству был нужен заслуживающий доверия спецпосланник, чтобы разобраться в кое-каких запутанных коррупционных делах в Австралии. Проверка представляла собой довольно простую процедуру. Если бы не одно «но».

За последние несколько месяцев этот человек был уличен в растрате небольшими суммами, довольно нерегулярно – сотня фунтов здесь, две сотни там. Кроме того, не раз исчезал из Лондона на несколько дней. Вроде бы ничего серьезного, но подобное поведение могло обернуться большими проблемами. Скорее всего, это страсть к картам, а может, любовница. Нельзя было исключать и шантаж.

Если у сэра Вернона имелись секреты, за которые приходится платить, чтобы их не разгласили, то Пирс должен был их узнать. В этом и заключалась его задача.

– Я собирался быстро обыскать его письменный стол, чтобы найти гроссбух с записью расходов или какие-нибудь письма, но она мне помешала. А мы даже не были представлены друг другу. Вошла, не постучав. Эта девушка показалась мне… вызывающей.

– И хорошенькой.

– Думаю, да.

Отпираться не имело смысла. Ридли не был слепцом. Мисс Хайвуд весьма хороша собой. И в самом деле – эти полные живости глаза, эта широкая смелая улыбка. А еще соблазнительная фигурка…

– И очаровательной, гарантирую.

– Может быть.

– Как порыв свежего ветерка, – восхищался Ридли, продолжая работать руками. – Как луч невинности, как поток солнечного света, который согрел ледяное черное сердце закоренелого шпиона.

Пирс пренебрежительно фыркнул и снова принялся за кофе, чтобы положить конец разговору.

Вот черт! Ридли слишком хорошо его знал, и в общем-то оказался прав.

Дворцы и парламенты, в которых лорд Гренвилл провел большую часть своей жизни, воспринимались им как подмостки бесконечного спектакля. Любой, с кем он сталкивался там, от королей до куртизанок, играл свою роль. Особняк Паркхерста был просто очередной сценой для еще одного спектакля. И, надо сказать, довольно скучного.

Неожиданно на сцену ворвалась эта девушка – очаровательное создание в розовом платье, худшая актриса из всех, кого он знал. Она путалась в репликах, пустила под откос сценарий. Что бы она ни делала, как ни старалась, Шарлотта Хайвуд не могла быть никем другим, кроме как самой собой.

Такое качество редко встречалось и казалось каким-то освежающим. Пирс, как говорится, в полной мере испытал на себе силу ее очарования. Это мимолетное наслаждение может дорого обойтись ему.

– Я позволил мисс Хайвуд кокетничать слишком долго, – признался он. – И нас застукали. Любые объяснения в данной ситуации лишь спровоцировали бы новые вопросы.

Например, такой: как он вообще оказался в личной библиотеке сэра Вернона? Пусть лучше хозяин думает, что его гость отыскал укромный уголок, чтобы соблазнить хорошенькую особу, чем узнает правду.

– Такие ошибки для вас не характерны, милорд, – сказал Ридли.

Уж это точно.

Пирс потер лицо руками. Нет никакого смысла зацикливаться сейчас на этом. Нужно двигаться дальше. Честно признать свои ошибки и исправить их, если возможно. Если нет, хотя бы минимизировать ущерб.

Прошлой ночью у него имелся другой выход из катастрофической ситуации. Можно было, например, не сознаваться, что он имеет какое-то отношение к происшествию, покинуть сцену с «убийством», отказаться от задания и бросить невинную девушку на растерзание чудовищам.

Или можно исполнить свой долг каким-то другим способом?

– Естественно, вы поступите благородно, – заметил Ридли. – Как поступаете всегда.

Пирс с иронией посмотрел на него. Оба понимали, что благородство – вещь, ускользающая при работе подобного рода. О, они изо всех сил старались поймать это пленяющее ощущение героического и патриотического. В конце концов, именно в этом крылась причина, по которой они занимались своей работой. Но пока погони не приносили заметного успеха. А вот стыд и чувство вины следовали по пятам.

Лорд Гренвилл уже по опыту знал, что лучше всего не копаться в себе. В последнее время он вообще не пытался анализировать свои действия. То немногое, что осталось от его благородства, скрывалось за ложью, пряталось во мраке.

К сожалению, случай с мисс Хайвуд станет точно таким же, как и другие. Она заслужила лучшего отношения, чем то, которое Пирс собирался продемонстрировать ей сегодня.

Он постучал пальцем по папке перед собой. В ней содержалась информация обо всех проживающих, гостях и слугах поместья Паркхерст, включая Шарлотту Хайвуд.

– Ты уже просмотрел данные. Изложи коротко.

Ридли пожал плечами.

– Все могло быть намного хуже. Она происходит из семьи джентри. Это несколько поколений деревенских землевладельцев со средним, но верным доходом. Ее отец умер, оставив трех дочерей и ни единого сына. Его поместье перешло к кузену, а девочки получили весьма скромное приданое. Шарлотта – младшая среди них. Старшая – Диана – в юности страдала астмой, поэтому семья переехала к морю, чтобы поправить ей здоровье. Вот здесь начинается кое-что интересное.

Пирс допил кофе до горького осадка на дне чашки.

– И?…

– Они отправились в Спиндл-Коув.

– Спиндл-Коув? Что-то знакомое.

– Перед замужеством леди Кристиан Пирс тоже провела там какое-то время.

– Вайолет? Ты прав. Это интересно. – Насколько он помнил, парочка сейчас обосновалась на юге Франции.

– Спиндл-Коув – это небольшая деревушка. Ее основала дочь сэра Льюиса Финча как тихую гавань для девушек с некоторыми особенностями поведения. Девушки придерживались там строгого режима. По понедельникам прогулки на природе. По вторникам морские купания. По средам работы в саду. По четвергам…

– Вообще-то мне не требуются подробности, – поторопил коллегу Пирс. – Вернемся к Хайвудам. У нее есть какие-нибудь связи?

– Тут две новости: хорошая и плохая.

– Начни с плохой, пожалуйста.

– Старшая сестра замужем за местным кузнецом.

Лорд Гренвилл покачал головой.

– Не могу поверить, что мамаша ей позволила. Должно быть, не было другого выхода.

– И хорошая: средняя сестра сбежала с виконтом.

– Да, Шарлотта упоминала об этом. С каким именно виконтом?

Раздался стук в дверь. Когда Ридли открыл, в коридоре стоял дворецкий.

– Вас хочет видеть виконт Пейн, милорд, – объявил он.

Закрыв дверь, Ридли усмехнулся.

– Вот с этим самым виконтом.


– Колин? Неужели ты?

– Моя любимая маленькая сестренка!

Шарлотта бросилась к нему через всю гостиную, чтобы крепко обнять своего зятя.

– Как тебе удалось так быстро приехать?

– Твоя матушка прислала письмо с курьером. А у меня врожденный талант осуществлять скоростные броски на север.

– Я так рада, что ты здесь.

Колин все уладит. Или, точнее, в свойственной ему обезоруживающей манере договорится обо всем, сгладит углы, сведет скандал на нет, и тогда они сядут за ленч.

«Ленч» звучало заманчиво. Этим утром Шарлотта не смогла съесть ни кусочка, хотя голод давал о себе знать.

– Пожалуйста, скажи мне, что не собираешься предпринять какую-нибудь глупость типа вызова на дуэль, – попросила она. – Ты же знаешь, что как стрелок я намного лучше тебя. Минерва никогда мне этого не простит.

– Не будем говорить о дуэли. В этом нет необходимости.

Шарлотта вздохнула с облегчением.

– Ну слава богу!

– Сегодня утром Гренвилл собирается сделать тебе предложение, и я согласился позволить ему это.

– Предложение? Но это абсурд! Мы оба… Мы ведь всего лишь разговаривали.

– Наедине, – подчеркнул Колин.

– Но мы спрятались лишь тогда, когда в комнату кто-то зашел.

– Да, на диванчике у окна. – Он многозначительно посмотрел на нее. – Где вы слушали то, что происходило во время страстного свидания.

Шарлотта грустно вздохнула.

– Мы ничего не делали.

Колин с сомнением приподнял брови.

– Мне самому не один раз удавалось выходить сухим из воды в разных переделках. Не могу поверить, что между вами ничего не было.

– Мы ничего такого не делали, говорю же тебе. Ты мне не веришь?

– Верю. Я тебе верю, детка. Но если только те таинственные любовники не объявятся, больше никто не поверит. И, откровенно говоря, чистая правда о том, что вас застали наедине и в непосредственной близости друг от друга, дурно отразится на твоих перспективах. Это было неблагоразумно с твоей стороны, Шарлотта.

– С каких это пор тебя заботит благоразумие? Ты сам заядлый повеса.

В знак протеста Колин вскинул вверх палец.

– Я был заядлым повесой. Сейчас я отец семейства. И позволь довести до твоего сведения следующее: несмотря на то что Минерва будет оспаривать древнюю максиму, которая гласит, что исправившиеся повесы становятся наилучшими мужьями, она первой согласится с тем, что мы превращаемся в самых заботливых отцов. Когда я раньше входил в бальный зал, то видел сад, полный цветов, готовых к тому, чтобы их сорвали. А теперь я вижу свою дочь. Дюжины своих дочерей.

– Похоже на озабоченность.

– Это ты мне говоришь? – Он пожал плечами. – На мой взгляд, я слишком хорошо знаю, какие непристойные мысли возникают в головах у мужчин.

– В голове лорда Гренвилла не возникало ничего непристойного. У него самый пристойный ум, с которым мне приходилось сталкиваться.

Однако Шарлотте самой вдруг стало интересно. Она вспомнила, как сильно колотилось его сердце, когда они стояли на том узеньком диванчике. Как он удерживал ее в объятиях. Вспомнила его лукавую улыбку.

«Я говорю о занятиях любовью, мисс Хайвуд. По крайней мере эту малость вполне возможно вынести».

Шарлотту бросило в жар.

– Я еще не готова выходить замуж, – призналась она. – Да, мне хочется повеселиться во время лондонского сезона, и я не планировала так скоро начинать рассматривать предложения.

– Ну да, кто-то уже говорил про планы, построенные на песке. Уверен, это из Священного Писания.

– Нет, это из баллады Роберта Бёрнса [3]3
  Бёрнс Роберт (1759–1796) – шотландский поэт.


[Закрыть]
.

– Правда? – Колин равнодушно пожал плечами. – Я редко читаю. В том смысле, что «редко» означает «никогда». Тем не менее мне кое-что известно о любви и о том, как она может посмеяться над человеком.

– Тут не может быть и речи ни о какой любви! Мы едва знакомы. Ему точно так же не нужен этот брак, как и мне.

– О, я в этом сомневаюсь.

– Почему?

Колин склонил голову набок. Лорд Гренвилл сидел в кресле в другом конце этой длинной узкой комнаты. Шарлотта не видела, как он вошел. Маркиз сидел все это время здесь?

– Потому что, глядя, как он смотрит на тебя, хочется взять в руки дубину и расколотить что-нибудь.

– Колин, ты не из тех, кто хватается за дубину.

– Знаю! Поверь мне, я точно так же обеспокоен столь разительными переменами в себе, как и ты.

– И тем, что все это не ко времени.

Зять положил руки ей на плечи.

– Выслушай его, детка. Взвесь все хорошенько. Уж это ты можешь себе позволить. Я поддержу любое твое решение. Но принимать его придется тебе самой.

Шарлотта кивнула в ответ.

После женитьбы на Минерве Колин стал единственным мужчиной в их семье. Тем не менее у него никогда не было особого авторитета. И хотя Шарлотта ценила свою независимость, она в то же время тяготилась ею.

Она никогда не знала своего отца. В детстве ей не хватало присутствия рядом сильного мужского плеча. Старшего брата, например, или дяди. Какой-нибудь кузен тоже сгодился бы. Просто чтобы в комнату вошел мужчина: мудрый, опытный, понимавший ее стремления и интересы – и сказал бы: «Отправляйся наверх, Шарлотта, отдохни. Я все возьму на себя».

– Отправляйтесь наверх, Шарлотта, отдохните. – Лорд Гренвилл встал из кресла и пересек комнату. – Я все возьму на себя.

Нет-нет-нет!

Это совсем не тот человек!

И почему он называет ее по имени? Такой воспитанный джентльмен должен соблюдать правила приличий. Фамильярность допустима только среди членов семьи.

Или у парочек, которые уже помолвлены.

Шарлотта уставилась на ковер под ногами.

– Мы пока друг другу никто, милорд.

– Полагаю, да. Но это ненадолго.

Колин поцеловал ее в щеку.

– Оставляю вас наедине.

– Нет! – зашипела она и потянулась, чтобы схватить его за рукав. – Колин, нет! Ты не можешь бросить меня.

Но тщетно. Зять увернулся и вышел из комнаты.

У нее не осталось другого выхода, кроме как обратиться к маркизу. Шарлотта отметила усталость в его взгляде. Судя по всему, Гренвиллу было не до сна этой ночью. Так же как и ей. Однако он нашел время принять ванну и побриться. Сейчас на нем был темно-синий утренний сюртук в дополнение к безукоризненным на вид светло-коричневым бриджам и до блеска начищенным сапогам.

Шарлотта никогда не доверяла людям, которые настолько хорошо выглядели по утрам.

Она заправила непокорную прядь волос за ухо.

– Вы ведь не можете всерьез сделать мне предложение руки и сердца.

– Могу и делаю. Я дал слово вашей матери, сэру Вернону и вашему зятю вдобавок.

Шарлотта недоверчиво замотала головой.

– Это просто немыслимо!

Маркиз промолчал в ответ.

– Извините, – сказала она. – Я не хотела, чтобы это прозвучало бесчувственно. И словно вы последний мужчина на земле, которого я выбрала бы себе в мужья. Я не настолько глупа, чтобы утверждать нечто подобное. Мне всегда казалось странным, когда женщины говорят такие вещи. Последний мужчина – это как? Я о том, что в мире полно преступников и тупиц. Но даже если не считать их, то вряд ли найдутся миллионы тех, кто принимает ванну.

– Значит, вы хотите сказать, что я занимаю положение выше среднего.

– В верхней четверти шкалы, и очень уверенно. Именно поэтому вы заслуживаете лучшего, чем женитьба на первой попавшейся нахальной девчонке, которая буквально кинулась вам на шею.

На его губах промелькнула едва заметная улыбка.

– Почему вы решили, что были первой?

О боже! Он вновь стал милым и очаровательным. В такое время суток рановато для утонченного юмора. Шарлотта еще не привела в готовность механизмы своей защиты.

– Вы ведь маркиз и дипломат.

– Я пока не страдаю амнезией. И хорошо помню, кто я такой.

– Тогда вы должны вспомнить следующее: вам нужна жена элегантная и воспитанная. Превосходная хозяйка дома.

Лорд Гренвилл посмотрел на нее, и от его взгляда Шарлотте стало неуютно.

– Все, что мне нужно от брака, мисс Хайвуд, это наследник.

Она громко сглотнула.

– Мне нет нужды жениться ради денег или связей, – продолжил он. – А вы получите свою выгоду. Что касается меня, то мне нужна молодая здоровая невеста – предпочтительно интеллигентная и добрая, – которая родит мне детей, чтобы уверенно продолжался мой род. Ситуация, в которой мы оказались, пусть и неожиданно, пойдет нам обоим на пользу.

– Значит, вы предлагаете брак, основанный на общей выгоде, – заключила Шарлотта. – Простая сделка. Ваше богатство в обмен на мое чрево.

– Это весьма грубое описание.

– Но разве не честное?

Возможно, ему действительно не была нужна практичная и элегантная спутница жизни. Может быть, дружеское общение он сумеет найти где-то на стороне, и все, что ему потребуется, – это способная родить молодая жена, которая не будет приставать со своими чувствами.

Вот и еще одна причина отказать маркизу.

Он подвел ее к двум креслам и пододвинул одно из них, чтобы Шарлотта села. Она как раз ощущала слабость во всем теле.

– Наверняка брак вам представлялся совсем по-другому, – заметил маркиз. – Мне кажется, вы найдете мое предложение весьма подходящим. Когда станете леди Гренвилл, у вас будет прекрасный дом. Вообще-то их несколько.

– Да, – тихо произнесла Шарлотта. – Я помню, вы говорили про пять домов.

– У вас также будут деньги на карманные расходы, право на наследство, доступ в высшие круги общества. Когда появятся дети, не нужно становиться нянькой при них. В общем вы получите все, что только пожелаете.

– За одним важным исключением.

– Скажите, что это, и оно у вас тоже будет.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5