Тереза Ромейн.

Сезон соблазна



скачать книгу бесплатно

И пусть в сердце Джеймса закралась тревога, он тем не менее твердо решил жениться на Луизе и отступать не желал, поэтому поступил так, как считал единственно правильным: взял ее руки в свои и произнес:

– Дорогая, пожалуйста, не расстраивайся из-за того, что не встретила меня на пороге. Сегодня отличная погода, и я приехал раньше, чем обещал. Пока тебя не было, я напился ароматного чая и отведал вкуснейшего печенья в весьма приятной компании.

Луиза перевела взгляд на детей, которые сидели в отдалении на диване, жевали печенье и весело болтали, и ее темные глаза стали круглыми от изумления, но голос, когда заговорила, был абсолютно спокойным:

– Как мило, что вы уже познакомились. Скоро мы станем одной семьей, так что, думаю, ты простишь нам несколько необычный прием.

«Скоро мы станем одной семьей…» Джеймсу не следовало забывать об этом, и он поспешил заверить, надеясь, что Луиза не заметит небольшой запинки:

– Конечно.

Джеймс подвел девушку к креслу с мягкими подушечками, что стояло возле чайного столика, но, едва опустившись на сиденье, она нахмурилась и заерзала:

– Господи, да что здесь такое?

Чуть приподнявшись, Луиза достала из-под себя мятую стопку нот и в замешательстве подняла взор на Джулию.

– А вот и ноты нашей Эмилии! – воскликнула та. – Я совсем забыла про них!

Джеймс тут же вспомнил, как совсем недавно она ворвалась в гостиную, громогласно изрыгая ругательства, и спросил:

– Значит, именно их вы искали, когда с воплями вбежали сюда?

– С воплями? – ужаснулась Луиза, переводя взгляд с Джеймса на Джулию и обратно, и уголки ее рта дрогнули. – Мне ужасно жаль, что я пропустила столько интересного.

– Вздор! Никто не вопил, – заявила Джулия, буравя взглядом жениха сестры. – Вообще-то мы даже подробно обсудили этот вопрос.

Луиза кивнула.

– В таком случае его светлость просто дразнит тебя.

– Как можно? Никогда бы не осмелился дразнить твою сестру! – возразил Джеймс с невозмутимым выражением лица.

Джулия не успела зажать рот и прыснула со смеху, а отсмеявшись, спросила, протягивая тарелку сестре:

– Будешь сандвичи с кресс-салатом?

– Нет, спасибо. Я знаю, как ты их любишь, поэтому можешь все съесть сама.

В ее темных глазах зажглись озорные искорки, и Джеймс понял, что Луиза прекрасно знает, что ее сестра терпеть не может кресс-салат.

– Я… в меня больше ничего не влезет, – пролепетала та. – Так наелась, что, боюсь, за ужином не смогу проглотить ни кусочка.

– Так ты уже успела съесть несколько сандвичей? – приподняла брови Луиза. – В таком случае распорядимся, чтобы тебе их готовили чаще.

Джеймс поспешил поднести чашку к губам, чтобы не рассмеяться, и внезапно его внимание привлекло выражение тревоги на лице Луизы – даже брови сведены на переносице, – с каким она разглядывала стопку нот, которую снова взяла в руки.

Джеймс не понимал, что вызвало у нее беспокойство, но уж, во всяком случае, вряд ли он.

Глава 2
Виконту угрожает смертельная опасность (к счастью, как выяснилось, мнимая)

– Не ешь рыбу, Джеймс! – прошипела Джулия, сидевшая за столом напротив виконта.

Джеймс настороженно покосился на блюдо с форелью, обложенной ломтиками лимона.

Он не любил, когда подают рыбу с головой, хотя в остальном форель выглядела вполне безобидно, поэтому, не зная, что ответить, лишь что-то буркнул под нос.

Леди Оливер со смехом приструнила дочь:

– Боже мой, Джулия, лорд Мэтисон может подумать, что мы хотим отравить его.

У баронессы были такие же светлые, как у Джулии, волосы и глаза. Гостя она приняла с теплотой и радушием и сразу же расположила к себе.

– Не бойся, не подумает! – заявила Джулия. – Ведь будь рыба действительно отравлена, я вряд ли стала бы предупреждать его об этом: наоборот, предложила бы отведать кусочек. Нет, Джеймс, никто не собирается тебя травить.

Аргументы Джулии слегка шокировали гостя, и он пробормотал:

– Рад это слышать.

– Всему свое время, – как ни в чем не бывало продолжила Джулия. – Как только узнаем тебя получше, может, и начнем подсыпать яду.

Луиза сдержанно кашлянула.

– Думаю, виконта такая перспектива вряд ли обрадует. И потом, первый семейный ужин с нами – и уже угроза жизни.

– А чего ждать? – беззаботно заявила Джулия. – Боже мой, да мы постоянно подтруниваем друг над другом. Это же весело! Если с тобой так общаются в этом доме, значит, признают своим.

Она с улыбкой взглянула на Джеймса, и у него перехватило дыхание. Да что это с ним? Ведь не от ее же шуточных угроз он так разволновался. Похоже, жизнь в этом доме была полна неожиданностей, и это ему определенно нравилось.

– Ну, довольно, – мягко остановил падчерицу лорд Оливер, – уймись. С нашей стороны было бы невежливо лишать гостя возможности попробовать все блюда. Милорд, форель восхитительная, так что рекомендую отведать! Уверен, она вам понравится. Я сам поймал ее в озере, расположенном неподалеку отсюда.

Джеймс взглянул на сестер, и те одновременно покачали головой, давая понять, чтобы не прикасался к рыбе. Джулия к тому же еще и одними губами произнесла «нет».

Хоть Джеймс и был заинтригован, все же решил последовать их совету.

– Благодарю вас, барон, но остальные блюда выглядят не менее аппетитно, так что, боюсь, не смогу попробовать все.

Лорд Оливер спокойно выслушал отказ гостя и обратился с каким-то вопросом к супруге. Джеймс потерял нить разговора и перестал прислушиваться к нему. Кажется, речь зашла об органических удобрениях из экскрементов – проще говоря, о навозе.

Барон, как и Луиза, темноволосый и кареглазый, обладал высоким ростом и благородной осанкой, однако небрежность в одежде и манеры, которые никак нельзя было назвать изысканными, лишали его наружность светской утонченности. Джеймс понял, что его будущий тесть не в курсе модных светских тенденций и понятия не имеет, что допустимо обсуждать за столом, а на какие темы табу.

– Джеймс, – услышал он шепот Джулии и вернулся к действительности.

Леди и лорд Оливер тем временем продолжали оживленно обсуждать полезные свойства для сельского хозяйства навоза.

– Так почему все-таки не следует есть рыбу? – так же тихо решил выяснить Джеймс.

– Папа не позволяет ее потрошить – считает, что с потрохами вкуснее.

Джеймс содрогнулся от отвращения, а Джулия, вдруг осознав, что сказала лишнее, ахнула:

– О боже! Мне не следовало произносить при вас это ужасное слово – «потроха».

Луиза приподняла бровь:

– Тем не менее ты произнесла его дважды. Стыдись! Что подумает о нас виконт!

– Все в порядке, – постарался успокоить невесту Джеймс. – Это далеко не худшее слово, которое я слышал из ее уст сегодня.

Как и рассчитывал Джеймс, у Джулии отвисла челюсть, а потом она с шумом выдохнула, выразив так свое негодование.

– Милорд, мы еще не рассказывали вам о нашем новорожденном теленке? – вдруг прогремел лорд Оливер, намереваясь вовлечь гостя в разговор.

– Пожалуйста, зовите меня просто Джеймс. Что касается вашего вопроса, то отвечу на него отрицательно: я еще не имел чести слышать о приплоде вашего скота. Примите мои поздравления!

– О, это весьма интересная история! – с энтузиазмом воскликнул лорд Оливер. – Видите ли, бык никак не хотел покрывать одну из наших породистых коров, и тогда я решил…

– Папа! – осадила его Луиза, с беспокойством поглядывая на Джеймса. – Я не уверена, что виконту интересны подробности.

– Да? – растерянно пробормотал лорд Оливер. – Я веду себя бестактно? Милорд… то есть Джеймс, тебе никогда не доводилось слышать об искусственном осеменении скота?

– Э-э… – протянул Джеймс. – Нет, лорд Оливер, эта сторона жизни прошла мимо меня. Я совсем недавно стал обладателем титула и владельцем запущенного поместья.

Он не стал уточнять, что не намерен приобретать опыт в ведении сельского хозяйства. Джеймс скорее надел бы женское платье и в нем щеголял в высшем обществе, чем согласился присутствовать при родах у коровы.

Джеймс поймал на себе виноватый взгляд Луизы и ободряюще ей улыбнулся, вдруг развеселившись. Впервые в жизни он ужинал под столь не подходящие для трапезы разговоры. К этому, конечно, придется привыкать, но Джеймс всегда быстро адаптировался к новым условиям жизни.

Его улыбка стала шире, когда он подумал, как отреагировала бы его мать на разговоры о полезных для плодородия почвы экскрементах и рыбьих потрохах. Одно из двух: благовоспитанная виконтесса или предпочтет сделать вид, что ничего не слышала, или придет в сильнейшее негодование и закатит истерику. В любом случае Джеймс хотел бы присутствовать при этой сцене.

– А ну, Луиза, – попросил лорд Оливер, принимаясь за пресловутую форель, – расскажи-ка нам, как вы с Джеймсом познакомились. Конечно, я рад, что виконт посватался к тебе, но из твоих писем мы мало что узнали об истории ваших отношений.

Луиза, потупив взор, уставилась в свою тарелку и бесцветным голосом произнесла:

– Рассказывать в общем-то нечего, папа. Мы познакомились на балу в конце светского сезона. Виконт стал ухаживать за мной, и мы встречались под присмотром тети Эстеллы. Вы же знаете, как это бывает.

Неужели так оно все и было? События развивались так стремительно, что Джеймс с трудом припоминал историю своего знакомства с Луизой. Когда брак его сестры рухнул и в обществе разразился скандал, мать вызвала его в Лондон и в недвусмысленных выражениях посоветовала жениться, чтобы восстановить репутацию семьи. Джеймс на своем опыте знал, что бессмысленно возражать виконтессе, когда та что-либо вбила себе в голову. Эта женщина порой пугала Джеймса, хоть и была его матерью.

Невесту он себе нашел очень скоро, но поспешность не отразилась на качестве выбора. Луиза была девушкой умной, воспитанной, порядочной, а главное – способной быстро принимать решения.

Похоже, и она спешила выйти замуж, точно так же как Джеймс – жениться. Но почему?

За размышлениями поначалу он не заметил, что Джулия загрустила и ушла в себя: в общем разговоре за столом участия не принимала, – и это удивило. Ее обычная оживленная болтливость куда-то исчезла, когда речь зашла об отношениях с Луизой. Джулия изо всех сил делала вид, что ей неинтересна эта тема: сидела молча, потупив взор и размазывая вилкой по тарелке остатки еды.

Несмотря на отсутствующий вид, Джулия слышала каждое слово, произнесенное за столом, и чувствовала, что Луиза чего-то недоговаривает, а бросив на сестру внимательный взгляд, заметила, как та покраснела.

В какой-то момент Джулия вдруг почувствовала комок, подступивший к горлу, и, чтобы успокоиться, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Приступ удушья прошел, но возобновился снова, стоило ей заметить, какими взглядами обменялись Луиза и Джеймс: так смотрят друг на друга те, кого связывает не только знакомство.

«О боже, да что это со мной!» – в ужасе мысленно воскликнула Джулия, вдруг осознав, что ей неприятно видеть, как эти двое переглядываются, это причиняет ей страдания, но уходить тем не менее не хотела. Казалось, никакая сила не смогла бы вытащить ее из-за стола и оторвать от зеленых глаз, которые так недавно лучились теплотой и весельем, а сейчас были холодны и походили на окна с закрытыми ставнями.

– Я обнаружил Луизу в библиотеке, куда забрел совершенно случайно, – рассказывал Джеймс под довольное хмыканье лорда и леди Оливер, и голос его звучал ровно и спокойно. – Дело в том, что просто заблудился в чужом доме и вместо комнаты, где играют в карты, зашел в библиотеку. Представьте себе, Луиза уединилась там во время самого грандиозного бала сезона! Я сразу же понял, что она сторонится шумной компании и танцевать не любит. Прийти к такому выводу было несложно, поскольку она сама дала мне это ясно понять. Я догадался, что она не желает никого видеть, как только переступил порог комнаты.

Эти слова привлекли внимание Джулии. В отличие от нее самой Луиза не позволяла себе резких замечаний, а в последнее время была особенно скрытна и сдержанна. Ни Джулия, ни родители ничего не знали о существовании Джеймса до тех пор, пока он не прислал письмо, в котором попросил у лорда Оливера руки Луизы. Возможно, он вел себя дерзко, и Луиза дала ему отпор в резкой форме? Нет, сестра никогда не согласилась бы выйти замуж за наглеца и грубияна.

– Так что же все-таки ты сказала Джеймсу, Луиза? – не выдержала наконец Джулия, попытавшись мысленно оправдать собственное любопытство: «В конце концов, я имею право задать этот вопрос, хотя бы для того, чтобы расширить свой словарный запас».

Румянец на щеках Луизы стал еще гуще, а Джеймс рассмеялся, и от его низкого грудного голоса по телу Джулии забегали мурашки.

– Я могу повторить слово в слово – настолько сказанное поразило меня: «Если вы пьяны, то ступайте на балкон подышать свежим воздухом. Незачем, чтобы вас стошнило здесь, среди великих книг, хотя никто их в этом доме не читает».

– Хочу сказать в свою защиту, – поспешно вступила в разговор Луиза, – что ты был не первый, кто вошел в библиотеку в тот вечер, но, правда, самый трезвый.

– Я был абсолютно трезв, – подчеркнул Джеймс. – Просто, как я уже сказал, плохо ориентировался в чужом доме.

– Луиза где угодно обнаружит библиотеку, – заметила Джулия. – У нее нюх на книги.

Несколько пар глаз с удивлением уставились на нее, и девушка почувствовала, что краснеет. Она не собиралась привлекать к себе внимание присутствующих за исключением, пожалуй, гостя, однако ее болтливость сделала свое дело.

Поскольку Луиза по-прежнему выглядела смущенной, по мнению Джулии, ее следовало подбодрить комплиментом:

– Луиза у нас настоящий книгочей: таких умниц, как она, еще поискать. Я точно знаю, что все книги в нашей библиотеке, даже самые скучные и старые, те, что собирал еще наш дедушка, она прочитала.

Возможно, это Джулия зря сказала, поскольку Джеймс мог счесть Луизу «синим чулком» или, хуже того, заподозрить в излишней религиозности. По мнению Джулии, сам Джеймс вряд ли читал подобные книги: уж слишком лукавы его зеленые глаза, да и смотрел он так, словно понимал, что она хочет увести в сторону разговор от темы помолвки.

Луиза снова потупила взор, но вскоре ее лицо озарилось улыбкой. Ей нравилось, когда восхищаются ее образованностью, тем более что многие соседи расценивали любовь к чтению как проявление эксцентричности. Кроме того, судя по всему, она с облегчением восприняла то, что они наконец отклонились от обсуждения темы предстоящего замужества и заговорили на другую. Румянец смущения сошел с ее лица, и Джулия порадовалась было своему успеху, но тут заговорил Джеймс, и она снова почувствовала стеснение в груди.

– Я нисколько не сомневаюсь, что Луиза обладает острым умом: она всегда поражала меня силой своего интеллекта, – но я был покорен ее смелостью.

– Смелостью? – удивилась леди Оливер. – Это вы о Луизе?

Джеймс кивнул:

– Да. Меня, аристократа с громким титулом, впервые в жизни поставила на место юная леди. Не хочу петь Луизе дифирамбы, но обычно мамаши и их дочери на выданье ведут себя иначе с потенциальными женихами.

– Это правда, – вымолвила Луиза, вперив взор в свою тарелку. – Что касается нас, то все произошло очень быстро: виконт попросил моей руки, и вы, папенька, дали свое согласие.

Несмотря на спокойный тон, Луиза явно сильно нервничала, о чем свидетельствовал ее поступок: она машинально взяла с блюда кусок форели, положила себе на тарелку, подцепила чуть-чуть вилкой и поднесла к губам. И только когда рыба оказалась во рту, Луиза поняла, что натворила.

Джулия наблюдала за действиями сестры как зачарованная. Несмотря на отвращение, которое отразилось на лице, она не выплюнула гадкую рыбу в салфетку, как поступила бы другая на ее месте, Луиза, всегда строго следовавшая светским манерам, потянулась за бокалом, однако тот оказался пуст.

– Возьми мой, – прошептала Джулия.

Луиза бросила на сестру взгляд, исполненный благодарности, и стеснение в груди, которое та все еще чувствовала, окончательно прошло.

Глава 3
О завтраке как самом важном приеме пищи

На следующее утро Джеймс проснулся в куда более добром расположении духа, чем накануне. Крепкий продолжительный сон освежил его, и он с оптимизмом встретил новый день. Непредсказуемость членов семейства Оливер заинтриговала его. Интересно, что его ждет сегодня? В доме невесты неожиданности подстерегали на каждом шагу.

Возможно, его втянут в дискуссию о проблемах свиноводства, или, может, подадут к столу живую курицу, пойманную рано утром лично лордом Оливером, или… Фантазия Джеймса разыгралась. Пожалуй, в такой необычной семье юные леди подчас оставались без присмотра, и ему удастся побыть наедине с…

О ком он думал сейчас? О Луизе, конечно! Почему нельзя остаться наедине с невестой?

Джеймс подошел к окну и взглянул на небо. Утро выдалось солнечным и ясным, таким же ясным, какими были мысли Джеймса. Душа его наполнилась вдруг покоем и безмятежным чувством приятия этого прекрасного мира.

С помощью своего придирчивого слуги Делани Джеймс облачился в простой костюм, соответствующий, по его мнению, сельскому образу жизни: синюю куртку, белоснежную рубашку, бледно-желтые панталоны, и – начищенные до зеркального блеска ботфорты, после чего быстро привел в порядок легкие каштановые волосы, стойко выслушав бурчание слуги по поводу своей не отвечающей столичной моде прически.

Однако Джеймсу было сейчас не до моды. Он с нетерпением ждал встречи с невестой и ее необычной семьей: впервые они собирались провести вместе весь день. Безоблачное голубое небо и бодрое самочувствие поднимали настроение, и Джеймс, напевая вполголоса, спустился по парадной лестнице в малую гостиную на завтрак. С каким наслаждением он съел бы сейчас стейк и яичницу!

Однако в столовой его ожидало разочарование: там никого не было – ни завтрака, ни домочадцев.

Сбитый с толку, Джеймс огляделся по сторонам. Изысканные часы показывали десять. Он слышал, что в сельской местности обычно встают рано, однако в доме стояла мертвая тишина, как в могиле.

Что происходит? Куда подевались слуги? Где маленькие шумные дети? А сами хозяева, Луиза и Джулия? Джеймс в недоумении стоял посреди гостиной, когда за его спиной хлопнула дверь, раздались легкие шаги, а затем послышался тихий женский голос:

– Черт побери…

Такое мог произнести здесь только один человек.

– Доброе утро, Джулия, – не оборачиваясь, поздоровался Джеймс.

Девушка ахнула:

– О нет! Я снова допустила оплошность…

– Какой вывод я должен сделать из такого приветствия, которое вряд ли можно назвать радушным? – с улыбкой на губах спросил Джеймс.

Джулия покраснела и, поправив прическу, до такой степени растрепанную, что волосы того и гляди рассыплются по плечам, заявила:

– Это не было приветствием, и ты это знаешь. Каждый раз, когда мы встречаемся, я попадаю впросак: врываюсь в комнату и чертыхаюсь. Поверь, я не так часто это делаю. Во всяком случаю, когда врываюсь в комнату, то не обязательно чертыхаюсь. Со мной это происходит сейчас из-за волнения, связанного с твоим приездом. Мы все немного свихнулись из-за тебя. Ну вот: я снова употребила грубое слово. Доброе утро, Джеймс! Мне давно уже следовало это произнести. Во всяком случае, еще до того как я помянула черта и…

– Спасибо! – прервал ее Джеймс. – Ты реабилитировалась, надлежащим образом поздоровавшись со мной.

Джулия хотела было еще что-то сказать, но, видимо, передумала и, вздохнув, крепко сжала губы. Джеймс решил сменить тему разговора:

– Мы должны были сегодня встретиться за завтраком, не так ли? – В его желудке при упоминании о завтраке заурчало. – Но в столовой нет ничего съестного.

На лице Джулии отразилось сожаление.

– Право, мне очень жаль, но это я во всем виновата. Поверь, мне хотелось просто проявить внимание к гостю. Мы вообще-то завтракаем часов в восемь утра, но ведь городские жители никогда так рано не встают, поэтому я распорядилась, чтобы слуги прибрали стол после нашего завтрака, а для тебя накрыли снова.

– А кому предназначалась ругань, когда ты вошла в столовую?

– Я не думала, что слуги поймут мое распоряжение буквально и не оставят вообще ничего. Поэтому представь себе мое изумление при виде совершенно пустого стола, хотя горничная с верхнего этажа доложила, что ты проснулся и спускаешься по парадной лестнице в гостиную.

Джеймса озадачили ее слова.

– Горничная с верхнего этажа? Я никого из слуг не видел и не слышал.

Джулия хмыкнула со снисходительностью взрослого, который объясняет ребенку прописные истины:

– Ты и не должен был их видеть и слышать. Они же слуги. Хорошая прислуга ненавязчива, особенно с гостями. Горничная была предупреждена, поэтому докладывала мне обо всех твоих перемещениях по дому. Остальные слуги этим утром тоже из кожи вон лезли, выполняя свои обязанности. Везде было хорошо убрано и вычищено. Никогда не видела, чтобы они работали с таким рвением. По-видимому, прислуга пытается произвести на тебя благоприятное впечатление.

Джеймс засмеялся, а Джулия, добавила, стараясь успокоить голодного гостя:

– Не сомневаюсь, что сейчас они готовят тебе завтрак.

Девушка опустилась в кресло – Джеймс последовал ее примеру – и поинтересовалась:

– Не сочти за чрезмерное любопытство, но скажи честно: ты когда-нибудь занимался домашним хозяйством? Управлял штатом прислуги?

– Нет, никогда. Я совсем недавно стал владельцем поместья Николса, доставшегося мне по наследству, но никогда не жил в нем. До тех пор моим единственным обиталищем было холостяцкое городское жилье. Из прислуги у меня один лакей.

– О, прошу прощения.

– Нет, все в порядке. Мне придется всему учиться, иначе и жена, и прислуга будут считать меня круглым дураком, что гораздо хуже, чем мнение одной-единственной будущей родственницы, которая считает меня недотепой.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Поделиться ссылкой на выделенное