Татьяна Зырянова.

Культурогенетика



скачать книгу бесплатно

Следует акцентировать те авторские статьи, монографии и коллективные работы, которые послужили фундаментом для формирования нашей концепции: об истории в целом [3; 22; 78; 81; 86; 90; 104; 169; 259; 265–266; 314; 333; 352; 367; 369–370; 375; 383; 384; 391; 397]; об истории культуры, о духовных проблемах в исторической точке пересечения настоящего и будущего с позиции осмысления прошлого [7–8; 9; 20; 34; 35; 36; 50–51; 53; 61; 69; 77; 95; 99-100; 156; 159; 160–162; 164–168; 165; 166; 167; 168; 169; 175–176; 177–178; 181; 182; 183; 188; 190; 199; 205; 212–213; 224; 226; 244–245; 247; 252; 257; 261; 264; 268; 269; 270; 271; 277–278; 280; 287; 290; 300; 305–308; 310; 315; 320; 321; 334; 341; 357–362; 363; 366; 371–374; 376; 385; 386; 391; 392; 397; 412; 425]; о близких к истории культуры ракурсах [6; 11–12; 13; 14; 16; 19; 21; 23; 24; 27; 29; 32; 34; 36; 45; 48; 54; 57; 58; 60; 65; 67; 75; 88; 89; 91; 97; 102; 103; 107; 108–109; 112; 113; 115; 120; 157; 163; 177–178; 180; 185; 187; 209; 220; 221; 229; 232; 236–238; 242; 246; 260; 263; 267; 274; 288; 292; 293; 312; 316; 319; 324; 328; 331; 332; 339; 345; 350; 353; 354; 364; 365].

Сопредельные науки. Наши интересы пересеклись с проблемами семиотики, мы обращались к текстам Ч. Пирса, Д. Мида, Р. Барта, Ю.М. Лотмана, Г.П. Щедровицкого [23; 79; 209; 241; 325–326; 406–407].

Социология, наука об обществе, дает возможность опереться на целые пласты исследований – настолько разнообразны ее отрасли и направления сегодня. Мы сошлемся на те источники, которые имеют отношение к нашей теме [34; 48; 65; 82; 89; 108–109; 111; 159; 163; 180; 301; 305; 331; 335; 342–344; 350; 364; 406; 423].

В своей работе мы оперировали понятиями психологии и психофизиологии человека [297; 298; 299; 338].

Назовем в этой связи ученых, повлиявших на наш подход: это – Б.Г. Ананьев [299], Р. Арнхейм [11–12; 299], А.Г. Асмолов [15–16], В.М. Бехтерев [38], А.А. Брудный [44], Д. Брунер, А.В. Волошинов [58], Л.С. Выготский [62; 299], С. Гроф, Н.Я. Дорфман [102], А.В. Запорожец, В.П. Зинченко [119], А.А. Кроник [192], B.C. Кузин [195], Б.Ф. Ломов, А.Р. Лурия, Дж. А. Миллер [260] И.П. Павлов [279], Я.А. Пономарёв [291], В. Райх, С.Л. Рубинштейн [317], И.М. Сеченов [329], Ю.В. Тихонравов [368], Д.Н. Узнадзе [382], Г.Х. Шингарев, В.А. Шкуратов [404], Л.Г. Юлдашев.

В данном исследовании использованы компендиумы, хрестоматии, антологии, энциклопедии, универсальные и тематические словари, альбомы, атласы, справочники [9; 21; 83; 158; 169; 174; 202; 208; 223; 255; 272; 330; 335; 336–337; 338; 297; 298; 299; 311; 320; 338; 352; 367–368; 387; 393; 401; 409; 410; 412; 420].

1.3. Объект и предмет исследования

В работе речь пойдет о закономерностях, присущих европейской ветви культуры (включая Византию, Россию и современную евроамериканскую культуру). В этом состоит ограничение темы.

Объект – культурные циклы как форма бытия ментального содержания.

Предмет – сценарий ментальной программы человечества.

Это – закономерность, связывающая всю совокупность ментальных моделей, проявляемых в культуре, в историческое целое.

Точку зрения на объект и предмет раскрывают основные полагания исследования.

Раскроем их как ведущую гипотезу. Она имеет несколько ярусов. История человечества может быть осмыслена в особом ментальном ракурсе, в котором предположительно существует единая «программа», или ментальный сценарий истории. Этот сценарий разворачивается в историческом времени как последовательность ментальных формаций.

Содержание менталитета остается константным на протяжении больших циклов ментальных формаций и определяет качество формации. Оно существует как ментальная целостность – особые «духовные скрепы» общества, доминанта ментальной формации. Мы считаем, что за каждой известной нам исторической культурной эпохой вполне может быть обнаружена определенная ментальная целостность.

Оставаясь константным на протяжении формации, ментальное содержание постоянно модифицируется в культуре. В циклах жизни культуры проявляется неповторимая историческая совокупность – модус ментального содержания. Он реализуется как культурный взрыв.

Ментальное содержание воплощается в формах культуры и может быть реконструировано путем анализа устройства этих форм, декодирования и распредмечивания культурных артефактов.

Рассмотрим основную последовательность уровней, раскрывающую связь предмета с объектом исследования.

В пределах культурного цикла каждая устойчивая ментальная доминанта выступает в качестве закона, ценностно-нормативной модели, определяющей содержание культуры. Конструкция менталитета, выражающая актуальное представление о реальности, выступает конфигуратором культурного содержания определенной эпохи. Основной парой понятий, раскрывающей обозначенную двойственность начал, является сочетание «содержание и форма»: ментальное содержание и формы культуры. Первая особенность, фиксируемая при взгляде с позиции общества, – порождение культурой механизмов, с помощью которых до человека доносится ментальное содержание. Мы последовательно анализируем, как именно на протяжении истории человечества происходит смена и осуществляется накопление набора механизмов («парк машин») культуры. Культурные механизмы имеют цивилизационный и технико-технологический аспекты. Вторая особенность открывается при условии, если обратиться к каналам культурной трансляции. Культурная коммуникация дает возможность удерживать значения, присущие данной культуре. На пути от содержания к форме осуществляется выражение ментального содержания. С этой целью в культуре и создаются соответствующие механизмы и способы выражения в них. Такую связку находим, например, в эстетическом ракурсе, где данная пара обнаруживается в коммуникации за счет систем эстетического выражения. Выражение базируется на образе, а образ несет с собой коллективные значения и формирует личностные смыслы. Потоки образов сообщают ментальное содержание.

Выразительно организованная коммуникация может быть исследована и в других ракурсах, например семиотически, когда речь идет о знаковых системах, языках и т. д. Здесь же, в семиотическом пространстве, можно убедиться, что именно определенная последовательность знаков выражает присущие данной культуре неповторимые значения (линейная последовательность) и смыслы (партитурная последовательность).

Текстовая специфичность свойственна также культурам прошлого: по выражению К. Юнга, они представляют собой «кладбища знаков», по которым мы только и можем реконструировать значения, воссоздавая таким способом ментальные доминанты.

На основе сказанного сформулируем ведущую гипотезу и наметим маршрут ее разворачивания:

• ментальное содержание порождается единой программой (менталитет человечества);

• культура транслирует ментальное содержание, соответствующее определенному историческому периоду;

• механизмы культуры и системы выражения образуют в истории непрерывно усложняющийся законосообразный ряд;

• культурные артефакты несут на себе отпечаток механизма трансляции и особенности, связанные со способами выражения содержания.

Такова логика исследования, обусловившая иерархический путь: от менталитета – к артефактам культуры.

Вторая часть гипотезы состоит в том, что каждый из обозначенных уровней имеет свои циклы жизни, и эти циклы – вложенные, они взаимосвязаны по вертикали и горизонтали. Отсюда – концептульное содержание данной работы: ментально-циклический подход к теории и истории культуры. Отсюда и методология: многоуровневая сборка методов, от философского – до конкретно-научного.

1.4. Цель и задачи исследования

Цель и задачи продиктованы акцентированной темой и принятым методом: тема – учение о культуре в динамическом ракурсе, метод – экзистенциальная системогенетика и теория циклов.

Цель – разработка и теоретическое обоснование теории и истории культуры на базе современной философии и общенаучного интегративного комплекса. Эта цель достигается через раскрытие концептуального ядра и метода – путем их последовательного уточнения на нескольких уровнях. Исходя из поставленной цели, мы сформулировали основные исследовательские задачи.

1. Провести теоретический анализ истории и современного состояния культурологии: общей теории и истории культуры. В качестве самостоятельного продукта создать общий метод и совокупность частных исследовательских методик.

2. Развернуть модель содержания культурологии на основе экзистенциальной системогенетики.

3. Создать системную модель культуры.

4. Создать генетическую модель жизни культуры в обществе.

Для решения поставленных задач проведен анализ теоретических оснований – исторических и логических предпосылок, лежащих в основе формирования теории и истории культуры.

Не менее важными оказались: операция обобщения существующих подходов и систематизация научно-теоретического базиса.

Реализация поставленных целей предполагает обращение к трем уровням:

• к уровню содержания культуры;

• к уровню устройства общества и механизмов культуры в нем;

• к уровню формы, на которой основывается всякое выражение и в которой живет содержание.

Это и есть три основных уровня задач исследования. Каждый уровень обеспечен своими методами.

При решении первой, содержательной, задачи мы обращаемся к философскому и общенаучному анализу контекста, в который вписаны общество и его культура. Это – метаисторический уровень, задающий динамический контекст анализу истории общества и генезиса культуры.

Во втором случае ставится задача выяснения места культуры в обществе как в общем виде, так и в динамике.

На последнем, нижнем, уровне мы обращаемся к анализу выражения ментального содержания в форме артефактов культуры, и это обязывает выявить способы воздействия культуры на человека.

1.5. Теоретико-методологические основы работы

Совокупность поставленных задач мы должны решить апробированными методами.

Они различаются на трех главных уровнях исследования, поэтому для нас актуальна проблема иерархического единства методологической основы.

Объединяет все методы в целое аппарат философии – во-первых, современный интегративный межнаучный комплекс системогенетики – во-вторых. Исследование методологически опирается на работы данного направления [3–5; 18; 22; 37; 43; 52; 53; 63; 76; 105; 189; 198; 253; 267; 258; 259; 265–266; 281–285; 287; 289; 294–296; 301; 304; 345–349; 356–362; 369–370; 371–374; 375; 380–381; 383; 403; 405; 414–415; 421–423]. Важно отметить, что законы философии и номология системогенетики распространяются на все разновидности эволюции любых систем, а значит, и на общество, и на культуру [356–358; 360–361].

Культура исследуется на среднем уровне, являющемся системным. Здесь, на этом уровне, набор методов модифицируется. Вначале идет системный анализ общества, в который культура вписана, затем – анализ ее функций.

Один из выводов работы состоит в том, что культура не может быть обозначена в качестве особого объекта в ряду других природных и неприродных объектов. Культура имеет деятельностное измерение, она проявлена как деятельность людей и как особая форма организованности в обществе. И в данном ракурсе есть возможность обозначить совокупность функций культуры в обществе и особых механизмов, реализующих эти функции. Исследование данного ракурса имеет более чем полувековую традицию, хотя как целое ракурс еще не сложился окончательно. Мы добавляем к нему ментальную составляющую, благодаря чему культура приобретает определенность в ценностно-нормативном освещении. Здесь мы применили основные методологические приемы верхнего уровня, которые конкретизируются и наполняются фактическим материалом истории.

1.6. Научная новизна работы

Представленный текст организован концептуально. Он изначально включает в себя обозначенную выше гипотезу, а системный анализ культуры позволяет раскрыть ее ключевые функции. Этот анализ проделан и по отношению к надсистемам культуры, и по отношению к месту культуры в обществе, и по отношению к человеку. В таком варианте теория и история культуры вписаны в контекст ментосферы [5], существующей в виде особого полевого образования и в данном случае ставшей опорным субстратом, материальным основанием, за счет которого культура наделяется действенностью. Следовательно, по предмету и методу культурология способна оставаться в поле наук классического типа.

Данная связка сразу указывает на главный признак научной новизны работы, поскольку концептуально представленной аргументации в литературе нет. Это не значит, что не было попыток связать менталитет и культуру, – они в науке XX века были. Но в ранних теориях отсутствовало представление о субстратной основе менталитета, к тому же часто за этим термином скрывалось вообще другое понятие. Менталитет и культура связаны причинно-следственным образом и существуют как сложное и закономерное целое, живущее на нескольких уровнях. Речь идет о синхронизации циклов культуры с большой ментальной программой, то есть о закономерности в масштабе истории. И циклогенетический, ментально-циклический, подход [3–5; 121–155] эту закономерность выявляет в глобальном диапазоне, в частности такое исследование, распространенное на поле искусства, проводилось автором в истории культуры, в истории искусства, в истории мировой литературы, в истории русской литературы, мировой художественной культуры, – с выявлением ментальных смыслов [121–155].

В методологическом плане для исследования используется весь набор достижений классической науки и неклассической науки XX-го и начала ХХI-го веков. Рассмотрены все ключевые парадигмы, однако прежде всего освещены системность и генетический подход. Применены также герменевтические техники и приемы – на уровне анализа содержания и форм культурных артефактов. Генетический подход к исследованию проблем культуры указывает на второй признак научной новизны концепции. Генезис культуры раскрывается в циклическом отображении. В отличие от большинства авторов, пишущих о циклах культуры, мы даем одновременный срез на трех системных уровнях. В связи с многоаспектностью освещаемой проблематики отметим, что все заданные в исследовании уровни минимально необходимы для выявления специфики культуры.

Системность, генетика и циклические представления соединились в нашей методологии в единство. Итоговая уровнево-циклическая картина дает возможность опереться на модель истории, многомерно проанализировать современное состояние культуры и дать прогноз ее генезиса. Подчеркнем тот факт, что мы исходим не из социологии и не из тенденций развития социальных институтов и технологий, – в данном исследовании движение намечено непосредственно от верхнего, надсистемного, уровня в направлении к уровню культурных артефактов. Специально проведен анализ историографии культуры во второй главе.

Приняты во внимание и достижения в философии и науке XX века, от экзистенциализма до постмодерна и далее. Это – линия герменевтики, включающая: анализ глубинных структур понимания и рефлексии, логические, филологические, психологические и философские концепции строения смысла, выявление форм существования смысла в артефактах культуры и искусства, поиск скрытых смыслоорганизующих и смыслосодержащих резервов художественного текста лингвистического и внелингвистического планов, интерпретации культурных проявлений в ментально-циклическом контексте. Роль герменевтики усиливается, как правило, на рубеже столетий, когда проявляется тенденция подведения итогов в когнитивном ключе. Герменевтика развивается наряду с познанием и его продуктами: знанием, идеальными моделями и т. д. Мы принимаем эту линию, используя совокупность нетрадиционных принципов и приемов исследования, выработанных в экзистенциальной системогенетике – в новом междисциплинарном интегративном научном комплексе [4]. И это – третий существенный признак новизны работы: включение в единство операций познания и понимания. Он особенно важен при переходе от теории к педагогической и проектной практике и требует тонких различений. В исследованиях, предшествовавших данной работе, был создан метод художественной герменевтики, вобравший в себя системогенетический, эстетический и герменевтический инструментарий [133]. Частично он применен и здесь. Научная новизна исследования в данной сфере состоит в разработке инноваций филологического образования в целом на основе ментально-циклического комплекса идей и методов. Концепция, таким образом, аргументированно создаёт широкий спектр методологических и методических возможностей для экстраполяции знания и инструментария культурогенетики на всё социогуманитарное пространство в целом. Ценность её очевидна – она может обеспечить в образовательном плане перспективу структурированного представления: о сложнейших процессах и явлениях в истории культуры, о каузальной закономерности появления тех или иных культурных доминант в конкретно данные исторические эпохи.

В работе предлагается способ упорядочения специальной предметной области знания, которая выступает и в качестве интегративной теории, и в качестве метода, охватывающего ряд традиционных областей знания. Мы стремились к синтезу значительной совокупности разноуровневых подходов и получили результат, обладающий научной новизной, дающей ёмкое освещение гуманитарной сферы.

Когда теоретическая система такого рода приобретает очертания целостности, в ней возникает новое качество – так называемый эффект «дельта плюс системы». И в данном случае новое знание организовано как особый конфигуратор, воссоединивший множество подходов в единую теоретическую конструкцию.

Новое при этом есть то, что не содержится в отдельных подходах. Достижением можно считать схематизацию и визуализацию общей модели. Наконец, отметим, что предложенный в работе метод позволил выйти на прогноз развития культуры.

1.7. Теоретическая и практическая значимость исследования

Теоретическая значимость исследования заключается в получении результатов, благодаря которым можно составить новое представление о соотношении менталитета, общества и культуры сразу на нескольких уровнях.

Первый уровень – уровень философских обобщений. Он раскрывает культуру как сложно устроенное явление, живущее в истории общества по определенным законам. Здесь мы обращались: к философской гносеологии, методологии, аксиологии, к социальной философии, философии науки и техники, к философии истории, философии культуры и к социологии культуры.

Второй уровень – уровень общенаучных и межнаучных обобщений. Он демонстрирует инвариантные модели содержательного наполнения культуры и способов ее бытия. На этом уровне соединились: системные, генетические, циклические, метатаксономические, герменевтические, квалитологические, семиотические и другие взгляды.

Третий уровень – уровень теории и истории культуры. Он создает историческую панораму воззрений на культуру, давая возможность всесторонним образом подойти к синтезу теоретической модели культурологии.

В итоге: предложен новый способ упорядочения материала для соответствующих разделов теории и истории культуры; сформулирована теоретическая концепция; наработан связанный понятийный аппарат культурологии в указанном ракурсе. На этом фундаменте выстроен метод (совокупность принципов), развернутый в систему исследовательских приемов и частных методик. Таким образом, теоретическая значимость работы заключается в разработке оригинальной системы предмета культурологии (концепция, теория, методы).

Практическая направленность. При постановке задач мы ориентировались на актуальные проблемы современной культурной практики и образования в широком смысле. Практическая значимость работы состоит и в том, что ее результаты можно применить сразу во многих областях знания: в философии культуры, в социологии культуры, в теории и истории культуры, а также в ряде прикладных аспектов.

1. В философии и социологии культуры результаты могут представлять интерес в качестве теоретического ядра, раскрывающего эволюцию общества и генезис культуры в нем.

2. В теории и истории культуры результаты исследования можно рассматривать как теоретическую модель, относящуюся к разряду циклических и иерархических моделей теории и истории культуры.

3. В прогностике использован системоциклогенетический метод прогнозирования развития культуры.

Совокупность взглядов способна выступать в качестве системообразующего ядра, что очень важно прежде всего в педагогическом аспекте. В педагогике данное исследование способно выполнять, как минимум, три функции: выступать теоретической моделью, оборачиваться методом, проявляться основой для подготовки учебных программ (включая технологии, методики, приемы и формы образования и подготовки). Эти возможности многообразно апробированы автором на практике, причем в широком спектре дисциплин.

Данное исследование способно служить прежде всего для образовательных целей, потому что теория культуры доведена здесь до схем высшей степени абстрактности, а следовательно, ее можно редуцировать. Все представленные в тексте модели многократно апробированы в учебном процессе, их использование дало педагогические эффекты в широчайшем диапазоне: от обзорной лекции – до университетского курса (ННГУ им. Н.И. Лобачевского), а также по профильным направлениям (профессиональная подготовка культурологов).

Для потребностей образования существует настоятельная необходимость предъявить в сжатой форме модели и принципы, лежащие в основе культурологии. Такие попытки осуществляются постоянно, ведь в каждый период развития науки накапливается новая информация, и она требует своего актуального обобщения и осмысления.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Поделиться ссылкой на выделенное