Татьяна Луганцева.

Запутанная нить Ариадны



скачать книгу бесплатно

© Т.И. Луганцева, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

Глава 1

– Спорт – это жизнь! – всегда внушал Дмитрию Карасёву отец, в прошлом известный спортсмен. – Ты должен уметь всё – и плавать, и стрелять, и драться. Регулярные физические нагрузки – это основа правильного образа жизни и польза для здоровья. И, наконец, спорт воспитывает характер, делает человека сильным и выносливым.

И Дима с утра до вечера гонял по спортивным секциям, пока его родители не оказались на грани развода. Дело в том, что мама была далека от спорта и имела на сына совсем другие виды. Любовь Петровна хотела, чтобы Дмитрий хорошо учился и вырос умным, эрудированным и интеллектуально развитым человеком.

Отец в свою очередь тоже не отступал, и Дмитрий, желая сохранить семью, и учился блестяще, и в спорте достиг больших успехов. Он получил первый разряд по плаванию, дошел до мастера спорта в боксе, а еще окончил юридический институт с отличием. Правда, такие нагрузки не прошли даром, и Дмитрий получил нервный срыв.

Чтобы как-то отвлечься, он по приглашению институтского друга Жени, заядлого альпиниста, отправился в путешествие по горам Кавказа.

Свежий воздух и снег на вершинах гор, ослепительное солнце и звездные ночи пленили Дмитрия, и несколько лет он посвятил альпинизму, покоряя горные вершины по всему миру.

Отец был категорически против этого увлечения сына, считал его совершенно пустым занятием.

– Я столько сил вкладывал в твои тренировки! Я так гордился твоими спортивными достижениями! – сокрушался Валерий Иванович Карасёв. – Ты должен выходить на ринг и побеждать противника, а не лазить по горам!

– Мальчик окончил юрфак с красным дипломом! – не соглашалась с мужем Любовь Петровна. – Для того чтобы по голове всё время получать? Вот, дополучался уже! Тянет только в горы – и всё! А мог бы фирму открыть и жить припеваючи! Это всё ты со своим спортом! Сам на нем помешан, так думаешь, и другие должны?

Но Дмитрий не обращал внимания на перепалки родителей и продолжал уделять большую часть времени любимому занятию, даже вошел в сборную России по альпинизму и участвовал в спортивных соревнованиях. Кроме того, с Женькой Карцевым и еще несколькими коллегами Дмитрий проводил обучение и организовывал коммерческие туры для начинающих альпинистов и скалолазов. Таким образом, любимое занятие помимо морального удовлетворения приносило еще и хороший доход.

Успел Дмитрий обзавестись и семьей. Едва окончив институт, он женился на бывшей сокурснице Алле, и вскоре у них родился сын. Правда, Алла редко видела мужа дома, но, похоже, ее это не очень огорчало. Главное, что Дмитрий обеспечивал семью, и обеспечивал неплохо.

Но однажды случилась трагедия. Дмитрий, Евгений и еще один их товарищ, шагая в одной связке, совершали восхождение на очередную вершину. На одном из участков они попали под камнепад. Камни перебили веревку, и мужчины сорвались вниз. Единственным выжившим остался Дмитрий, однако он сильно покалечился.

За жизнь Димы боролись лучшие врачи.

Полгода он был подключен к аппарату искусственного дыхания. Отец за год до трагедии умер от сердечного приступа, Алка, жена, ушла с сыном к другому, поэтому ухаживала за Дмитрием мама, постаревшая от горя на десяток лет.

Врачи не давали никаких утешительных прогнозов, даже когда Дима пришел в себя. И вот в тридцать лет Дмитрий оказался калекой, прикованным к инвалидному креслу.

Он начал тяжелое восхождение – только не на гору, а к жизни. Если бы не его сильный, волевой характер, ничего бы не получилось. В то, что он встанет и вернется к нормальной жизни, не верил никто, кроме Любови Петровны. Друзья, конечно, помогали, но Диме было тяжело видеть жалость в их глазах, и вскоре друзей не осталось. Бывшая жена не разрешала ему видеться с сыном. Действительно, зачем? Что он теперь мог им дать? А помогать ему она не имела ни малейшего желания. Он для нее больше не существовал. Теперь у нее была совсем другая жизнь, и в этой жизни для бывшего мужа уже не было места. Дима все чаще с благодарностью вспоминал отца, который выработал в нем умение преодолевать трудности. И через три года он встал на костыли, а еще через пять лет уже ходил, только слегка прихрамывая и опираясь на трость.

С состоянием души оказалось намного сложнее. Если физическое здоровье можно было поправить постоянными упражнениями, то методик по тренировке душевного здоровья не существовало. Как забыть, что погиб друг, что предала некогда любимая женщина, что из-за переживаний подорвала здоровье мать, что он теперь не видит единственного сына? Горькие мысли рвали Дмитрию сердце.

Чтобы отвлечься от безрадостных дум, Дмитрий с головой ушел в работу. Вспомнив про свое образование, он организовал юридическую фирму. Доход фирма приносила небольшой, но на жизнь хватало. Судиться из-за имущества с бывшей женой Дмитрий не хотел, он был выше этого. Но пригрозил Алле судебным разбирательством, если она будет препятствовать его встречам с сыном. Алла разрешила видеться с ребенком.

– Может, я поспешила уйти от тебя, Карасёв? Не ожидала, что ты выкарабкаешься, – сказала бывшая жена.

– Извини, что выжил, – ответил Дмитрий. – И правильно, что ушла.

Мужчиной он был видным – высокий, под метр восемьдесят, сильный, поджарый, с широкими плечами. И, несмотря на хромоту, отбоя от женщин у него не было. Дмитрий периодически встречался то с одной, то с другой, но о женитьбе больше не думал.

Жил он один в загородном доме, но мать часто приезжала к сыну прибраться и приготовить еду, а еще поругать за непорядок, грязную посуду и забытые под кроватью женские трусики.

– Мне надо жить с тобой! – заявляла Любовь Петровна.

– Ой, мамуля, отстань, – морщился Дмитрий. – Ты только нервничать будешь! А я, когда встречу хорошую девушку…

– Ты встретишь! – ворчала Любовь Петровна. – Конечно! Опять какую-нибудь шалаву. Ты же на простых добрых девок, хороших хозяек, не смотришь. Тебе красавицу подавай, как Алка твоя, с ногами от ушей. И мозгами как у курицы. Стерва, каких поискать. Твоя-то бывшая обобрала тебя, как липку. О такой снова мечтаешь?

– Перестань, пожалуйста, мне на мозги капать, мамулечка, очень тебя прошу, просто умоляю, – сердился Дмитрий. – Ну что ты меня пилишь и пилишь? Не живется тебе спокойно? Отстань от меня, не мучай. Мужчина не должен до пенсии жить с матерью – это закон.

– Вырастила на свою голову! – ворчала Любовь Петровна. – С матерью жить не хочет…

– Я уже большой, чтобы жить с мамой, – улыбнулся Дмитрий. – А если тебе что-то надо, ты мне только скажи, и всё будет.

– Да знаю я! Мы с мужем, царствие ему небесное, вырастили хорошего сына, и спасибо богу, что он не забрал его у меня! – заплакала Любовь Петровна, вытирая глаза носовым платком.

– Мама, ну опять ты за старое? У меня всё хорошо. Видишь, я живой и здоровый!

– Вижу… Здоровый… – не унималась мать. – А вот счастливый ли?

Глава 2

Дмитрий вошел в нотариальную контору. Он остановился у нужной двери и постучал.

– Войдите! – послышался голос из кабинета.

Дмитрий вошел и остановился на пороге, глядя на пожилую женщину в строгом двубортном темно-синем пиджаке.

– Дмитрий Валерьевич Карасёв? – строго спросила дама, поднимая на него начальственные глаза, отрываясь от бумаг, лежащих на столе.

– Да, это я. Зачем вы меня пригласили?

– Присаживайтесь.

Дмитрий сел и вытянул поврежденную ногу.

– Меня зовут Елена Степановна, я юрист по вопросам наследства. Вы знали Евгения Викторовича Карцева?

Сердце Дмитрия учащенно забилось.

– Да, конечно.

– Кем он вам доводится?

– А это что, допрос? Другом он мне доводится, самым настоящим другом, да и учились мы вместе, – ответил Карасёв.

– Другом… – протянула Елена Степановна и взяла в руки какую-то бумагу. – Вот и Евгений Викторович указал, что вы его друг…

– У нас что, вечер воспоминаний? – уточнил Дмитрий.

– Вы не в цирке, молодой человек, – нахмурилась дама.

– Извините…


– Господин Карцев составил завещание…

– Вот как? – удивился Дмитрий.

– Да. Как ни странно, но я его запомнила.

– И чем же он вам запомнился? – поинтересовался Дмитрий.

– Приятный молодой человек. Почти мальчик, а составил завещание. Такое не очень часто бывает.

– Порой жизнь заставляет думать о смерти.

Дама вздохнула.

– Согласна с вами. Я поинтересовалась, почему он задумался о своей последней воле, а господин Карцев ответил, что занимается опасным делом. Я, конечно, поинтересовалась, каким таким делом, а он ответил, что альпинизмом.

– Всё верно, – кивнул Дмитрий.

– Вы тоже альпинист? – спросила нотариус.

– Было дело, пока не случилось несчастье, – ответил Дмитрий и указал на больную ногу.

– Господин Карцев еще пояснил, что у него несколько дней нехорошие предчувствия, вот он и решил написать завещание. Вы знали об этом? – спросила Елена Степановна.

– Нет, – честно ответил Дмитрий. – Он ничего мне не рассказывал ни о предчувствиях, ни о завещании.

– Всё свое имущество, включающее квартиру, помещение под офис и приличную денежную сумму, Евгений Викторович завещал в равных долях вам и своей двоюродной сестре, госпоже Зайцевой Аделине Алексеевне. Вы с ней знакомы? – Нотариус оторвалась от бумаг и посмотрела на Дмитрия.

– Нет, впервые слышу, что у Евгения была сестра.

– Да, была и есть, – заметила Елена Степановна. – Вы с ней наследники в равных долях.

– Неожиданно.

Елена Степановна помолчала, а потом тихо произнесла:

– С завещанием господина Карцева произошла чудовищная ошибка. Через полгода после гибели господина Карцева к нам в контору пришли двое: молодая женщина, по документам Зайцева Аделина Алексеевна, и мужчина, представившийся Дмитрием Валерьевичем Карасёвым…

Дмитрий насторожился, ожидая продолжения рассказа.

– И не надо на меня так смотреть. Естественно, я не поверила им на слово. Они показали паспорта, а я умею разбираться в документах, уж поверьте мне, – заторопилась нотариус. – И даже сейчас могу поклясться, что документы были настоящие. Я не заподозрила подвоха. На мой взгляд, всё было чисто. Простите, а где были вы в то время? Не мог у вас кто-нибудь позаимствовать паспорт?

– Я полгода был в коме. Теоретически любой человек мог воспользоваться моим паспортом, – пожал плечами Дмитрий. – А к чему сейчас об этом говорить?

– Вам что, всё равно? Сработали мошенники. То, что предназначалось вам, ушло грабителям! Недавно я узнала, что всем имуществом завладела эта самая Аделина Алексеевна, двоюродная сестра вашего друга. Мужчина, который назвался вашим именем, отказался от имущества в ее пользу. Наверное, Зайцева заплатила этому типу за поход к нотариусу. Очень, видать, наглая особа! И раз уж этот факт открылся, можно, конечно, заявить на нее в полицию. Но мой совет – сходите к ней и потребуйте свою долю, пригрозив тюрьмой. Ее контакты я вам дам, – и Елена Степановна зашуршала бумагами.

– Знаете, я не нуждаюсь… Я достаточно зарабатываю, – сказал Карасёв.

– Вот только не надо изображать благородного рыцаря! К тому же это не вам решать и не мне. Завещание – воля человека-заявителя. Если бы ваш друг захотел всё оставить своей родственнице, то и оставил бы. Но половину своего имущества он завещал вам, а значит, так оно и должно быть. И теперь только от вас зависит, накажут ли интриганку.

– Я понял вас и обязательно схожу к этой Аделине, – пообещал Дмитрий. – Самому интересно…

– А я должна покаяться перед вами, – вдруг выдала Елена Степановна.

– Я не священник, – попытался отшутиться Карасёв, но по серьезному взгляду нотариуса понял, что разговор еще не окончен.

– Я сыграла в этом деле малопочтенную роль, – вздохнула Елена Степановна. – Но есть и радостное известие. Конечно, я прошляпила подставу, виновата, но я еще и забыла вручить Карасёву Дмитрию Валерьевичу послание, которое Евгений Викторович Карцев написал в моем присутствии и запечатал в конверт. Слава богу, это послание не попало в руки негодяя. Как послание выпало из папки, ума не приложу. Конверт затерялся в бумагах, и я нашла его недавно, совершенно случайно, разбирая документы для отправки в архив. Я позвонила Зайцевой, чтобы разыскать Карасёва, так как его телефон не отвечал. Но когда я спросила, где могу его найти, Зайцева сначала не поняла, о ком идет речь, а потом попросила больше не беспокоить ее. Эта Аделина Зайцева явно испугалась. Я сразу заподозрила неладное. А теперь, разыскав вас, понимаю, что оказалась права. А искала я вас, чтобы вручить послание, и прошу прощения, – сказала Елена Степановна и протянула Дмитрию конверт. – Извините.

– Благодарю, – улыбнулся Дмитрий и положил конверт в портфель.

Глава 3

Дмитрий заглянул в кабинет директора салона красоты.

– Аделина Алексеевна? – спросил он.

– Я занята, – буркнула женщина, перекладывая на столе какие-то бумаги.

– Я все-таки войду.

Дмитрий прошел в кабинет и, не дожидаясь приглашения, присел на удобный, мягкий стул. С огромным интересом он молча принялся рассматривать Аделину.

Госпожа Зайцева была очень красива – лет тридцати пяти, глаза серо-голубые, светлые волосы подстрижены под каре, ухоженное лицо с безупречным макияжем. Оно и понятно: дама работала в салоне красоты. Об этом напоминал и идеальный маникюр на длинных ногтях. На директоре была светло-кремовая шелковая блузка с большим бантом на впечатляющей груди.

Дима понимал, что смотреть именно на грудь было верхом неприличия, но ничего не мог с собой поделать. Взгляд то и дело возвращался к этому чуду природы.

Аделина Алексеевна в свою очередь тоже рассматривала наглого посетителя – брюнета в темной водолазке, со смуглой кожей и темными, чуть раскосыми глазами. В руке тот сжимал трость.

– Я поняла. Вы по поводу Кеши? Вам было назначено на вечер, – нарушила затянувшееся молчание хозяйка кабинета.

– Мне? – уточнил Дима.

– Ну, вы же похоронный агент? – поджала губы Аделина.

– Нет, я по другому вопросу.

– Интересуюсь, по какому такому вопросу?

– А вы не догадываетесь?

– Вы пришли мне загадки загадывать? Простите, у меня мало времени.

– Мне кажется, нам есть о чем поговорить.

– Вот как?

– Вы удивлены?

– Слушайте, молодой человек, покиньте мой кабинет, или я сейчас вызову полицию.

– Даже полицию? А вот с этим я не спешил бы, – ответил Дима. – Боюсь, именно полиция вам как раз и не нужна. Разрешите представиться. Дмитрий Валерьевич Карасёв. Ваш покорный слуга и компаньон по всему этому… – он обвел глазами помещение, – хозяйству.

Аделина выронила ручку, резко встала и подошла к окну. Она оказалась невероятно хрупкой – осиная талия, узкие бедра и длинные худые ноги. Это еще больше усиливало контраст с большой грудью. Понять, какого она роста, не представлялось возможным, потому что сейчас на ней были туфли на высоченных шпильках.

Женщина задумчиво смотрела в окно.

– Выжил, значит…

– Не совсем понял…

– А чего непонятного? Не в крестики-нолики же пришел играть. Последнее, что я знала, так это то, что ты лежишь в коме и никто гроша ломаного не дает за твою жизнь.

– А ты и обрадовалась? – уточнил Дима, тоже переходя на «ты».

Разглядывая директоршу, он думал только о том, какая же она красивая, и злился на себя за то, что в голову лезли такие странные мысли, совсем не подходящие к ситуации.

– Я надеялась, что ты помрешь и этот разговор никогда не состоится, – посмотрела на него Аделина, и в ее глазах застыл лед.

– Я тоже не так представлял нашу встречу. Вернее, я вообще ее не представлял, – улыбнулся он, – но раз уж она состоялась, давай знакомиться.

– Я уже знаю, кто ты, да и ты пришел по адресу…

Дмитрий подошел к ней. Они оказались одного роста с учетом ее шпилек.

– Откуда такая ненависть ко мне? – спросил Дмитрий. – Или ты весь свет ненавидишь?

– Или… – поджала губы Аделина. – Что, пришел меня обчистить, так же как обчистил свою жену?

– Кого? – удивленно поднял брови Дима.

– Ты подонок, как и все мужики, – пожала плечом Аделина. – Хочешь вызвать полицию? Валяй! Арестовывай! – И Аделина протянула ему руки, словно призывая надеть наручники.

– Мне чужого не нужно. Я за своим пришел! Насколько мне известно, квартиру ты продала, поэтому я конфискую это помещение и не буду сообщать в полицию. А ты со своим симпатичным личиком останешься на свободе.

– Зачем тебе салон красоты? – спросила Аделина.

– А чем плохо? Готовый бизнес. Меня, может, на прекрасное потянуло.

– Оно и заметно! – хмыкнула Аделина. – Это все, что у меня есть.

– Я не виноват, что ты потратила все деньги, поэтому…

Но договорить Дмитрий не успел, в кабинет заглянула девушка с короткой стрижкой.

– Аделина Алексеевна, там одна дама скандалит, просит директора.

– Пошла она! – взорвалась Аделина, и девушку словно ветром сдуло.

– Знает твой крутой нрав? – усмехнулся Дима. – Вот видишь, у тебя клиенты недовольные. Точно надо наводить порядок!

– Хватит стебаться. Нужен салон? Забирай! Но избавь от твоего общества. – Аделина положила ключи на стол и вышла из кабинета.

«И это все? – удивился Дима. – Ни страха, ни сожаления, ни слез. Даже неинтересно. Была женщина, и нет женщины, только запах дорогого парфюма остался. Комета!»

Глава 4

Спустя три недели

Дмитрий остановил свой черный «БМВ» у обычной хрущевки, вошел в подъезд и поднялся на второй этаж. На его долгий настойчивый звонок долго не открывали, но потом все же дверь приоткрылась и женский голос из глубины квартиры произнес:

– Проходите на кухню! Деньги без сдачи на столе! Пиццу там же оставьте!

Дима вошел в маленькую прихожую и заглянул в такую же маленькую комнату.

– Ну в чем дело?! Я же сказала – на кухню! – недовольно произнесла Аделина, а это было именно она, хотя с последней встречи ее было не узнать.

Аделина сидела на неприбранной кровати в длинной ночной рубашке когда-то белоснежного цвета. Волосы были спутаны, по лицу размазана косметика. На полу валялись пустые бутылки. На тумбочке стояли две рюмки, чашки с недопитым кофе и пепельница, полная окурков. На постели по диагонали лежал какой-то голый парень.

– Федя, – толкнула его Аделина, – слышь?! Вставай! Какой-то наглый разносчик пиццы! Пялится на меня!

Парень ответил ей что-то нечленораздельное.

– Хороша, ничего не скажешь! – покачал головой Дмитрий, прошел к окну и отдернул штору, подняв облако пыли. – Фу! Ужас какой! – выругался он. – Я то похоронный агент, то разносчик пиццы.

– Миша, вставай! Нас грабят! – снова толкнула парня Аделина.

Тот сел на кровати и тряхнул головой. Было понятно, что он не совсем ориентируется во времени и пространстве. Однако через минуту он встал, сжал кулаки и, подгоняемый Аделиной, пошел на непрошеного гостя. Дмитрий вывернул ему руку, и, вытолкав из квартиры взашей, спустил с лестницы. Туда же он выкинул и его вещи.

– Ты что делаешь? Это беспредел! – возмутилась Аделина.

– Это ты тут устраиваешь беспредел. А еще женщина! Посмотри, бардак кругом, мужик какой-то…

– Мораль мне вздумал читать? – удивилась Аделина, безуспешно пытаясь сдуть челку с лица. – Может, это мой жених! А ты вот так, походя, разрушил мою жизнь!

– Конечно, жених. Ах, какая неприятность! – тряхнул головой Дмитрий. – Только ты даже не знаешь, как его зовут – Миша или Федя?

Аделина насупилась.

– Оденься и кофе налей! – сказал Дима.

– А чего ты командуешь в моем доме? – захлопала она большими ресницами. – Из салона выжил, Федю выгнал… или Мишу? – задумалась Аделина, чем очень развеселила Дмитрия, и он, махнув рукой, пошел на кухню.

Дмитрий включил электрочайник и быстро нашел растворимый кофе и сахар. В ванной зажурчала вода, и вскоре появилась Аделина в ярко-красном халате, туго завязанном на тонкой талии. Лицо ее было необычно бледно и без косметики выглядело совсем молодым.

– Хозяйничает тут… – продолжала бубнить она.

– Хорошо, что ты меня вообще вспомнила.

– Такое забудешь, – посмотрела Аделина на гостя из-под длинной челки.

– Кофе будешь? – спросил он, упорно не замечая ее хмурого настроения.

– Буду, налетчик.

Дима налил вторую чашку и искоса посмотрел на Аделину.

– Сахар, молоко?

– Ничего, – ответила она, – пивка бы…

Дмитрий поставил перед ней чашку и сел напротив.

– Взбодрись и пой! Ой, извини.

Аделина стрельнула в него глазами.

– Что? Что-то разнюхал про меня? Наверное, не успокоишься, пока не посадишь.

– Такой цели я не ставил, – честно ответил Дмитрий. – Но узнать кое-что узнал.

– Интересно… Что обо мне в народе говорят? – Аделина обхватила горячую чашку обеими руками. Ее явно трясло.

– Зайцева Аделина Алексеевна, тридцать четыре года. Кстати, очень хорошо выглядишь, – отвесил Дима ей комплимент, но Аделина даже глазом не повела.

Весь ее вид говорил о том, что к комплиментам она привыкла, а слова Дмитрия ее вообще не волнуют.

– Растила тебя мама и отчим, который появился в вашей семье, когда тебе было пять лет. Девочкой ты росла умной, одаренной и, естественно, красивой. Впрочем, я повторяюсь.

Губы Аделины дрогнули в улыбке.

– Если когда-нибудь в старости я захочу написать биографию, то обязательно попрошу тебя!

– Девочка окончила музыкальную школу, где были отмечены ее артистические способности. Мама отвела ее в театральную студию. Там Аделину сразу заметили и пригласили в детский мюзикл на главную роль. Девочка пела и плясала.

– Танцевала, – поправила его Аделина. – Пляшут пьяные люди в сельском клубе, и ты, видимо, тоже… А про девочку интересно рассказываешь…

– Но в двенадцать лет после болезни у нее пропал голос. Аделина перестала петь и ушла из мюзикла, – продолжал тем временем Дима. – Окончив школу, она с первой же попытки поступила в театральный институт на актерский факультет, что доказывало ее неординарные способности. Пусть она не стала певицей, но актрисой, и очень хорошей актрисой, вполне могла стать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4