Татьяна Хмельницкая.

Перехлестье веков. Не Этот Мир



скачать книгу бесплатно

© Татьяна Хмельницкая, 2016

© Марина Рубцова, иллюстрации, 2016


Корректор Юлия Вишневецкая


ISBN 978-5-4483-4991-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Мир планеты Джакка в Галактике Лепесток розы, где успешно сосуществуют магия и высокие технологии, а фаворитка короля решает деликатные вопросы государственного масштаба. Расследование загадочных похищений артефактов ведет в соседнюю страну и ложится на хрупкие женские плечи. Но все оказалось совсем не тем, чем виделось на первый взгляд. Непримиримые враги становятся союзниками, а верные друзья – врагами, если конечная цель – неограниченная власть. И только одному человеку под силу распутать клубок интриг, прекратить череду нераскрытых убийств и вернуть покой союзному государству.


Корректор: Юлия Вишневецкая

Иллюстратор: Марина Рубцова

Пролог

Никогда не знаешь, кто тебе не годится в мужья, пока не выйдешь замуж.


Пять лет назад


Я выключила плеерон, и его экран, словно зеркало, отразил моё лицо. Вздохнула и положила переговорное устройство слева от себя на постель, выключила ночник. Обняв подушку, зарылась под одеяло в надежде вздремнуть, глаза кололо и хотелось их почесать. Общалась несколько часов подряд в Сети на форуме. Беседа выеденного яйца не стоила, но обсуждение зашло в такие глубины, что вызвало азарт и утянуло всех участников за собой на дно. Закруглились, когда кто-то напомнил, что скоро рассветёт.

М-да, хотела ненадолго отвлечься от работы, а пропала на целую ночь. Теперь предстояло, борясь со сном, засучив рукава, впрягаться и трудиться, трудиться не покладая рук. Жаловаться на жизнь бессмысленно– сама во всё это влезла и теперь не выбраться…

Я слишком задержалась с исполнением глиняных табличек в стиле древних биритов для знатного дома в столице. Не шла работа и всё тут. Она касалась Трудных времен нашей страны. Надлежало больше узнать о конкретном эпизоде истории продолжительностью в несколько месяцев. В нём пращуры заказчика жили, бунтовали, сражались. Сегодня последний день, отведенный мне по срокам, указанным в договоре. Следовало закончить и скомпоновать заказ.

Поняв, что ничего не знаю о периоде, оговоренном изначально, полезла в Мировую сеть на сайты и форумы. Обидно, что поздно спохватилась, было бы гораздо больше времени для спокойного обдумывания изображения. Теперь задача сводилась к копированию существующего сюжета и добавлению в него чего-то индивидуального. Не плагиат, конечно, но тяжело решалась на подобные эксперименты. В итоге рылась на историческом форуме, расспрашивала знающих людей. Достоверность в моём деле оборачивалась огромным доходом, а я собиралась подзаработать.

Всё, что мне нужно, выяснила довольно быстро. Я не первый раз обращалась на этот форум, на нём контактировали очень хорошие историки.

Меня там тоже знали и снова помогли. А потом не смогла отказать себе в удовольствии пообщаться на отвлеченные темы в одном из блогов. Потому и увязла, не сумев вовремя сказать себе: «Стоп».

Нет, уснуть сегодня уже не получится.

Я выбралась из-под одеяла, снова включила ночник и села. Взяв плеерон, сверилась с записью о восходе Красной звезды на текущий день. До рассвета оставались считанные минуты. Раз не получилось подремать, то почему не порадоваться красоте зарницы?

Поднявшись, я направилась к шкафу и достала из него брюки, ботинки и куртку. Натянув одежду, вышла в просторный холл.

Я жила одна и никого разбудить не боялась, но свет включать всё равно не стала. Пересекла помещение и юркнула за дверь на улицу. Прислонилась к колонне крыльца, вдохнула прохладный влажный воздух. Пахло сыростью и ранними цветами.

Чернота отступала под напором зарницы. Огонь утра вспышкой загорелся на востоке и понемногу занимал небосклон. Он прокладывал себе дорогу к чертогу будущих сумерек, точно властный муж быстро направлялся в будуар молодой жены. Он знал, что там его ждала страсть новой ночи и рождение призрачных звёзд.

Теперь я сожалела, что вышла на крыльцо своего двухэтажного дома, а не вылезла на крышу. На ней можно было не только насладиться красотой появления дня, но и на короткое время проникнуться чувством свободы, безвременья и безответственности.

Бывают моменты, когда кажется, что окружающий мир слишком близко подобрался к дому, въелся в стены, потолок, рабочее место. Бытовая суета давила на меня, раздирала на части. Я находилась в постоянной круговерти историй, лиц, повествований, тщательно записанных и присланных мне заказчиками в качестве видеороликов для создания сюжетов табличек на исторические темы.

Хотя, кому расскажи, не поверят, что, живя в доме на окраине небольшого посёлка возле самого леса, можно испытывать усталость от динамичности и водоворота сменяющихся событий. Но это так – я устала и желала уехать далеко от здешних мест, побыть наедине со своими мыслями, мечтами, книгами, рисунками. Может даже элементарно выспаться, ведь последние два года работала, словно заведенная машина.

Но у меня заказ, и он важен, чтобы, получив деньги, условиться с Виртом о небольшом отпуске. К тому же, я хотела прояснить ещё один вопрос, точнее предположение, догадку… В общем, сама не знала, как назвать то, о чём собиралась поговорить, но это напрямую касалось недавнего нашего с ним разговора под «настоечку от переутомления» моего собственного приготовления.

Вирт Вольный – друг, сосед и работодатель. С трёх лет Вирт путешествовал по разным странам вместе с родителями. Они, будучи магами искусства – Эрганами, прививали ребенку знание заклинаний и любовь к художественному ремеслу. Кочевая жизнь помогла Вирту не только увидеть мир, но и создать собственное впечатление о нём. Именно то самое мировоззрение и отражалось в эскизах, работах, дизайне интерьеров, что выходили из-под стилуса Вирта и красовались на экране плеерона. Похоже, многие разделяли его видение жизни, раз поток заказов не иссыхал.

Сосед славился на всю страну увязкой репликационных форм скульптуры с нынешними течениями в искусстве. В какой-то момент его наброски стали востребованными настолько, что приобрели статус специфического направления, которое так и назвали: Виртурианским.

Мой отец был сильным Эрганом, а я – не то и не сё. Скорее я чувствовала в себе некую магическую струю эрганики, очень тонкую, иногда пересыхающую и не грозящую перерасти в поток магической силы, как положено, с малых лет. Папа не показывал вида, но я чувствовала, что он смерился с таким положением вещей и признал: его дочь не из тех, кто в состоянии увековечить свое имя, совершив прорыв в ремесле. Не говоря уже о революции в узком направлении искусства, которое выбрала и сделала профессией.

Я овладела только несколькими практиками, и все они относились к резке по глине. Обычный середнячок, чего с меня взять? Моё существование – непрерывное противостояние себе, без победителей и побеждённых, с царящей ленью и романтикой. Это стало стилем жизни, от которого трудно отказаться. Сосед перевернул моё бытующее кредо, и вот уже несколько лет противостоять приходилось желанию поспать и помечтать, глядя на занимающийся рассвет или угасающий день.

Хм, «дружок»… Вот подумала и самой смешно стало. Каким же может быть дружком взрослый мужчина двадцати семи лет отроду для семнадцатилетней девицы, коей я являлась? Вот именно – никаким. Ладно, заменю наставником… Нет, тоже не подходит.

Опекун! Самое оно для Вирта.

М-да-а-а, опекал он меня чересчур рьяно. Буквально шагу не давал ступить, но я не в обиде. Вирт – талантливый маг и художник, в отличие от меня. Вообще не понятно, каким боком я стала частью его творчества, но такова реальность, и отказываться от неё не собиралась.

Нашему тесному сотрудничеству с Виртом около четырех лет. Началось оно с абсолютно счастливого семейного эпизода. Отец выгодно женился. Её зовут Мэр Лесная из клана Лесных. Она – оборотень, нравится папе. Они приглашали меня поехать с ними в их замок, но я отказалась. Причин тому существовало много, и все веские, так, по крайней мере, я пыталась объяснить отцу. На самом же деле просто не хотела уезжать из тихого места, которое считала своим домом, малой родиной. Здесь всё дышало воспоминаниями о маме. Я нуждалась в ней, пусть она стала энергией, силой, ушла в пространство магии, как все урождённые бириты. Было ещё что-то, удерживающее меня на этом месте. Мне казалось: я получу некий знак и только тогда уеду из этих мест.

Видя моё сопротивление переезду, папа отправился к соседу, Вирту, и долго о чем-то с ним разговаривал. Я стремилась подслушать, стоя у широких резных дверей дома Вольного, улизнув из-под пристального взора мачехи. Наплела ей с три короба, прошмыгнула к соседским дверям и… ничего не узнала. Пришлось возвращаться, ждать папу.

Когда отец вошел в дом, между нами состоялся разговор. Его исход меня радовал – я оставалась под присмотром Вирта и на папином попечении. Сосед согласился, что обеспечение для такой девушки, как я, вещь необходимая, и тут же сделал предложение отцу на моё участие в первом его крупном проекте по реставрации одного ветхого дома. Так, собственно, всё и закрутилось.

На следующий день молодожены отбыли, а Вирт нагрузил меня работой, явившись с эскизом глиняной таблички в стиле древних биритов. Сосед объяснил, что получил подряд и ему нужны глиняные таблички с изображением события из Трудных времен для чистовой отделки. Хозяевам виделось что-то необычное, цивилизованное, но без подражательства современному дизайну.

Я хорошо помню тот проект, ведь для меня он стал первым. По задумке Вирта, внутреннее убранство помещений должно было отделываться камнем, и лишь одна стена в кабинете хозяина полностью выкладывалась глиняными табличками с рассказом о днях Сурового Противостояния и обретении суверенитета.

Житие биритов, зарисовки из Трудных времен и Противостояния – всегда модно и патриотично. Отчасти это заслуга Вирта, ведь он стал открыто применять и культивировать напоминание об ошибках древности и давал возможность привнести в обычную жизнь немного истории, пусть крохотной, семейной, но вплетенной в общее полотно времён.

Бириты – это первые чародеи, рождённые на Джакке. Легенда умалчивает, каким образом произошел генезис, мутация или превращение некоторых людей в магов и как попали на планету древние камни, заряженные волшебством. Достоверно известно одно: сила выбрала джаккайцев, доверилась, пропитала их изнутри, соединившись с кровью, текущей по жилам. Дала возможность касаться её неисчерпаемого пространства.

Тот, кто родился биритом, в семье биритов считался урождённым и носил фамилию, начинающуюся с буквы «Р» – общего символа, которому поклонялись древние маги. Других магия выбирала сама. Их назвали одарёнными. Сила – затейница, и куда она качнёт свои качели, чтобы посвятить кого-то в чародеи, предположить трудно. В семьях урождённых могли появиться люди без Дара, а среди людей – появиться малыш с магической силой.

Волшебникам Мирсы, моей родины, выпала честь стать первыми владельцами самого сильного артефакта на Джакке, и они неправильно им распорядились. Объявили войну соседнему государству, Хиссе, и проиграли. Победителей не судят, но как быть побеждённым?

Наступили Трудные времена, сменившиеся Суровым Противостоянием. Нет, это не была новая военная компания, скорее согласие с навязанными страной – победителем, Хиссой, условиями. Биритам пришлось отказаться от собственного языка, традиций, земли. Они стали арендаторами просторов, которые когда-то принадлежали им. Рента за пользование землёй переправлялась в Хиссу.

Суровое Противостояние – испытание трудностями и унижением, рабским положением. Оно длилось без малого три века, пока однажды за биритов не вступилась Судьба. Был объявлен «Брачный Фол» для наследника Хиссы, и девушки из всех колониальных стран могли принимать в нём участие.

Вот тогда-то урождённой биритке из древнего рода удалось изменить ход истории, поднять свой народ с колен, просто выйдя замуж. Дальше – больше. Она так очаровала наследника державы-победительницы, что тот разрешил нашей стране стать независимой, почти, но всё-таки независимой. В знак получения суверенитета, правителя страны стали называть Сувереном, а отобранные королём Хиссы в давней войне артефакты вернулись на свои места в храмы.

Вирт показал заказчикам таблички, сделанные мной к первому проекту, компонуя их на собственных дизайнерских макетах, и получил подряд. Потом уже заказы сыпались как из рога изобилия, и я перестала успевать лепить таблички. Вирт открыл собственный салон, что и привело не только к обогащению, но и славе.

М-да, приятно быть частью большого искусства, но забывать про сон, еду и романтику не собиралась. Долго думала, как мне быть, пока идея сама собой не посетила мою голову. Я изобрела резак, который назвала ширитом.

Билась над инструментом длительное время, но результат превзошел все ожидания. Ни одна Магическая экспертиза, оценивая стартовую стоимость таблички, не могла определить, что рисунок нанесен ширитом, а не выполнен вручную с вложением в них чародейства. Мне работаться стало веселее и быстрее. Лепила таблички без малого четыре года и могла бы ещё долго продолжать в том же духе, радуясь жизни и не задумываясь о будущем, если бы не разговоры, что стал вести Вирт.

На днях, зайдя ко мне вечерком по-соседски на бокальчик крепкой настойки от переутомления, Вирт попросил показать новые таблички для очередного проекта. Я, словно школьница, стояла рядом с креслом, в котором устроился мужчина, и подавала глиняные прямоугольники. Работодатель, которого включал Вирт внутри себя в такие моменты, придирчиво вглядывался в рисунки, водил над каждым прямоугольником рукой, прислушиваясь к ощущениям, и откладывал проверенный.

Когда пересмотрел все, улыбнулся и сказал:

– Ох, и жулик ты, Мина! Удивительно, что до сих пор каждая твоя работа признана индивидуальной по исполнению, с содержанием прикладной магии.

– Хочешь подать на меня иск в Харукку за мошенничество? – бурчала я в ответ.

– Уж скорее подам прошение о скорейшем твоем замужестве, чтобы сняли с тебя Наложение.

– Ага, хочешь от меня избавиться? И чем я тебе так насолила?

– Послушай, у тебя способности, – начал мужчина, – и грех зарывать их в землю. К сожалению, пока не проявился твой основной талант из-за Наложения, но мозги людям пудрить ты умеешь. По моим размышлениям, очень успешно. Придумать такое, что даже экспертиза не может отличить подделку от оригинального полотна, не каждому удаётся! Я подозреваю, что твой Дар очень силён, раз проявляется такими выплесками через инструменты. Есть возможность ускорить обряд снятия Наложения через замужество.

– И о таланте мне говорит человек, именем которого названо целое направление в дизайне. Замечу, что всё это при жизни мастера.

– Перестань, Мина, – махнул рукой Вирт. – Но знаешь, в чём-то ты права. Я потратил много сил, чтобы менять мир, преобразуя домашнее пространство человека, а тебе удаётся поменять всё, не прилагая особых усилий.

– Ну почему? Сложность при такой работе – в создании своеобразного изначального плетения заклинаний для ширита. Сюжеты из времен Противостояния или Трудных не отличаются большим разнообразием. Я придумала наполнение общего, признаться, длинного заклинания для резака, которое стало основой для ряда табличек, которые участвуют во всех твоих работах. Остальное дело техники, истории отдельной семьи или клана. К слову сказать, дела семейные тоже повторяются, и копировать их удаётся с успехом, немного изменяя общие черты.

Я прошла к плетёному любимому креслу, которое стояло напротив кресла Вирта, уселась в него, увязнув в горе подушек. Взяв в руки бокал с настойкой, отхлебнула. По гортани потекла приятная тягучая жидкость. Я чувствовала, как она медленно проникает в желудок и по жилам начинает струиться жизненная сила.

Да, Вирт прав, тот Дар, что покоился внутри моего существа, давал возможность наполнять бытовые вещи особой силой. Вот как сейчас это происходило с настойкой, которую я приготовила месяц назад. Во время варки я непрерывно читала заклинание, написанное мною. Оно простенькое по звучанию, но какой эффект! Буквально горы хочется свернуть.

– Ключевое слово в этом объяснении – «длинного», – хмыкнул Вирт, напомнив о себе, наблюдая за мной. – Зато любимое – «копировать».

– Ну тебя! – отмахнулась я.

Пухлые губы мужчины раздвинулись в улыбке, обнажив ряд белоснежных зубов. Вообще господин Вольный красавец в самом истинном смысле этого слова. Огромные глаза, прямой нос, скулы высокие и такие острые, что порезаться можно. Преувеличение, конечно, меня занесло с остротой скул, но уж очень красиво они выглядели. Всегда одет с иголочки, по последнему писку столичной моды.

Странно, что такой гений мужской красоты и стати ходил в холостяках. Но как по мне, это придавало его облику ореол пикантности. Девушки, наверное, с ума сходили, пытаясь понять, какой должна быть его будущая избранница. Мне тоже интересно, но уже столько лет прошло, а ожидание знакомства с дамой сердца маара Вольного затягивалось.

– Ты очень талантлива… в будущем.

– Скажешь тоже… Да хоть бы и так, дело в другом: кому это нужно? Никому. Я останусь здесь и буду вечно прозябать, рисуя для богатеев истории их семей.

– Замужество с магом могло бы исправить ситуацию. А если этот маг ещё и с репутацией, то…

Вирт прав, для меня это лучший исход и возможность попасть в касту, для которой я рождена, а заодно и попрощаться с ненавистным ремеслом. Вирта жалко, но мне кажется, он быстро подберет себе кого-нибудь для работы по глине. Я своему преемнику готова подарить ширит.

– До «Фола» ещё год, – напомнила я. – И не факт, что представители общин заинтересуются мной настолько, что дадут «Лат» для переезда в один из городов для участия в отборе. У меня за душой лишь приданое, которое я сколотила сама, щедрость папы и его жены. Допускаю, что это немало… Ладно, ладно, не ухмыляйся. Это много, даже слишком, чтобы найти достойную партию. Но тут возникает вполне разумная неуверенность уже другого порядка. Представь: снимут Наложение, и окажется, что я стану врагом семьи будущего мужа. Вдруг заложенная внутри меня магия идёт в разрез с магией семьи избранника? К тому же, через год мне будет только восемнадцать, а официально без «Лата» подавать заявку на «Фол» можно с двадцати. Так что… я в пролёте.

– Вот потому замужество и было бы для тебя возможностью получить всё в обход традиции. Ты ведь урождённая биритка, тебе и карты в руки. Биритам всегда отдают предпочтение на «Фоле» и предоставляют «Лат».

Да, идея с участием в «Фоле» и обретением мужа неплохая… Я не из тех девушек, что мечтают о любви до гроба, и вполне реально оцениваю свои возможности. Что с меня взять, кроме приданого и родословной? Нет, правда. Ничего ведь не имею.

О замужестве Вирт заговорил впервые за четыре года, так сказать «под настоечку». Вот уже несколько дней я не могла забыть тот разговор. Ощущение такое, что сосед пытался донести до меня саму идею замужества. Ясно, что его попросил папа, и мне это совсем не нравилось. Если отец что-то задумал – сделает. Но мне давалось время, раз тон беседы носил характер намёка и гипотетической выгоды. Только и меня нужно знать, пусть даже разговоры о возможном будущем имели несерьёзный тон, сама мысль предстоящих перемен укреплялась в голове и рождала панику и неотвратимость событий.

Конечно, я сделала вид, что ничего не поняла, и, по обыкновению, отшутилась, но идея замужества не отпускала. Я взвешивала все «за» и «против», приходя к мысли, что однажды это случится. Дошло до того, что решилась сама объявить «Фол». А что, в самый раз. Деньгами и связями Боги не обидели, красотой– тоже, приданое за мной дадут. Вполне достойная невеста, если не зарываться, а поискать кого-то в своём кругу. О недостатках этого мероприятия можно подумать и после снятия Наложения. Бороться за чью-то любовь считала невозможным для себя, а вот внимать любовным притязаниям и отвечать на них сердцем – по мне.

Так что… замуж мне нужно и вся надежда на «Фол», только папу следует подготовить. Лучше зайти к решению по организации отбора через Мэр. Уверена, что мачеха поддержит идею и даже сама напишет прошение Суверену на проведение мероприятия, а папу заставит его подписать.

Ладно, что я всё о грустном и о грустном? Пора и за работу. Вернётся дружок– напомню недавний разговор, ведь надо выяснить подробности, прозондировать почву, извлечь основные мысли для организации «Фола», чтобы потом подготовиться к доказательству собственных идей перед родственниками.

Заря уже в полнеба. Красота!

Я вошла в дом. Из холла свернула в коридор и оказалась в мастерской. Посетовав на свою судьбу, уселась за рабочий стол и взяла очередную глиняную табличку. Погладила её ровную поверхность и почувствовала тепло, исходящее от камня. Зафиксировала ощущения, ещё раз просмотрела набросок сюжета, выполненный на бумаге, и схватилась за резак. Сделала первый надрез.

Для меня начало работы сродни таинству магии. Но, к сожалению, это первое и последнее родство с магией в создании сюжета. Дальше только работа. Кропотливая, выверенная, без возможности исправить рисунок. Потому следовала линиям эскиза чётко, не отвлекаясь на разные пустяки. Я произнесла заклинание для эпизода, что наметила. Без нажима стала водить по глиняному полотну остриём ширита. Он сам вгрызался в обожженную в печи поверхность. Получалось идеально. Филигранность важна – она залог хорошего заработка.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5