Татьяна Альбрехт.

Избравший ад: повесть из евангельских времен



скачать книгу бесплатно

Симон был серьезен. Взглянув на него, Иуда едва сдержал смех.

– Да?.. Но у них не было Авраама и Моисея. Что они могут знать о Предвечном?

– И то верно!.. Тьфу! С чего это меня на умные разговоры потянуло! Скажи, а римляне тоже живут в скорби?

– Не знаю. Я с ними мало общался, – по губам юноши скользнула горькая улыбка. – Редкий римлянин унизится до беседы с евреем[12]12
  Евреи, как и все другие народы, были для римлян варварами. Но в принципе отношение к евреям в Римской империи было вполне лояльное, иудаизм был разрешен и даже популярен среди жителей Рима. Гай Юлий Цезарь в качестве благодарности за помощь в борьбе с Помпеем во время гражданской войны 49–48 годов до н. э. разрешил евреям публичное отправление богослужения в Риме. Известно, что синагоги существовали в Вечном Городе уже в правление императора Августа (27 год до н. э. – 14 год н. э.). Более того, в различных общественных мероприятиях для жителей Рима власть уважала обычай шаббата. Но при преемнике Августа императоре Тиберии (14–37 годы) евреи попали в немилость, т. к. некая знатная римская матрона была обманута ими. В чем именно состоял обман, источники умалчивают. В наказание синагоги были закрыты, священная утварь сожжена, 4000 еврейских юношей взяты на военную службу в Сардинию.


[Закрыть]
.

– В твоих словах гнев и обида. Напрасно, наверно, им просто не понять нас, вот они и презирают то, чего не знают. Не стоить тратить свой пыл на это.

– Не стоит, но все-таки горько.

– Забудь! Ты вернулся домой, здесь все свои, все родное. Здесь твоя земля.

– На которой хозяйничают римляне[13]13
  Установление власти Рима над территорией Иудейского царства осуществлялось в несколько этапов. В 63 году до н. э. Помпей Великий, воспользовавшись распрей царевичей из рода Хасмонеев, выступил в роли третейского судьи и установил над Хасмонейским царством протекторат республики. Фактически царство стало сателлитом Рима. В 40 году до н. э., после нашествия парфян, Ирод, тетрарх Галилеи (будущий Ирод Великий), бежал в Рим и, заручившись поддержкой сената, был избран царем Иудеи. В 37 году до н. э. ему с помощью римских войск удалось взять Иерусалим и изгнать парфян. Все правление Ирода проходило под ненавязчивым, но явным контролем Рима. После смерти Ирода царство было разделено между тремя его сыновьями. В 6 году н. э. старший сын Ирода Архелай был отстранен от власти императором Августом, его часть царства перешла под прямое управление империи. Другие части царства Ирода сохраняли формальную независимость вплоть до 41 года, когда Иудею восстановили в прежних размерах (то есть, в размерах Иудейского царства до завоевания его Селевкидской державой) и отдали в управление Ироду Агриппе.

Такое положение сохранялось вплоть до Иудейской войны.


[Закрыть], – вздохнул Иуда. – Да и вернулся я как-то не по-настоящему: так давно не был на родине, отвык от нее, тем более, уезжал мальчишкой, а вернулся взрослым. Скажи, много ли изменилось за последние семь лет, Симон?

Хозяин задумался, снова наполнил свою чашу из бочки, отхлебнул на ходу и вернулся на место. Кислый запах зелья распространился по всей комнате.

– Да как сказать… Вроде, все по-прежнему. Римляне действительно хозяйничают, как хотят, правда, новый наместник, пожалуй, лучше прежнего. Синедрион[14]14
  В Иудее высшее религиозное учреждение, а также высший судебный орган в каждом городе, состоявший из 70 человек. Иерусалимский синедрион, естественно, был выше всех остальных.


[Закрыть]
снова возглавляет Аннах, вернее, конечно, его сын, но все-то знают, кто настоящий хозяин. Саддукеи[15]15
  Название одной из трёх древнееврейских религиозно-философских школ, возникших в эпоху расцвета династии Маккавеев (около 150 г. до н. э.). Эти три направления – саддукеи, фарисеи и ессеи – в основных чертах выросли на почве Закона Моисея и представляли лишь продукт различного отношения к способу применения его в жизни. Иосиф Флавий в «Иудейских древностях», с целью сделать понимание еврейских сект доступным для нееврейских читателей, сравнивает, на основании некоторого внешнего сходства, саддукеев с эпикурейцами, фарисеев – со стоиками, ессеев – с пифагорейцами.


[Закрыть]
, как всегда, спорят с фарисеями, а теперь еще новая напасть – зелоты[16]16
  Социально-политическое и религиозно-эсхатологическое течение в Иудее, возникшее в эпоху Маккавеев во 2-й половине I века до н. э. и оформившееся окончательно в середине I века н. э. Основной целью зелотов было упразднение эллинистического влияния и свержение римского владычества. Для достижения этой цели считались пригодными любые средства.


[Закрыть]
!

– А кто они? – оживился Иуда. – В своих странствиях я про них кое-что слышал, но очень смутно.

– Да кто ж разберет? Одни говорят – святые, борцы за свободу Израиля, за чистоту жизни старых времен, другие называют разбойниками, убийцами, фанатиками. По мне, так кучка безумцев. Говорят, они не пьют вина и не притрагиваются к женщинам. А хуже всего, везде, где могут, они устраивают беспорядки, подбивают людей к бунту, убивают римлян и даже евреев, преступивших Закон.

– Интересно! А ты их когда-нибудь встречал?

– Нет! – энергично затряс головой Симон. – И даст Бог, не придется! Мне своих забот хватает.

– Ах ты Силен[17]17
  В древнегреческой мифологии демон, сатир, сын Гермеса и нимфы, воспитатель, наставник и спутник Диониса. Обычно изображался в виде толстого добродушного старика верхом на осле.


[Закрыть]
! Тебя послушать, так хоть новый потоп, лишь бы твоя харчевня оказалась в Ковчеге!

– А чем плохо? Я сам живу и другим не мешаю. Что такого?

– Да нет… ничего… Я так, о своем… Что там еще? – Иуда резко обернулся, привлеченный шумом за соседним столом.

Двое бродяг яростно рвали друг другу бороды, выкрикивая нечленораздельные ругательства и угрозы, остальные подначивали, столпившись вокруг.

– Это что еще такое? – возмущенно накинулся на них хозяин. – Заплатите и убирайтесь вон! На улице деритесь сколько угодно.

На него не обратили внимания, драчуны, бывшие уже изрядно во хмелю, принялись азартно мутузить друг друга, пока с грохотом не повалились на стол, разлетевшийся на куски вместе со всем, что на нем было. Компания дружно расхохоталась. Парочка так и осталась лежать среди костей, черепков и досок.

– Да что же это! Вы здесь все переломаете! А ну выметайтесь!

– Трухлявая бочка! Ты на кого поднял голос! – накинулся на Киренеянина самый огромный из бродяг, тот, кого они называли Абу.

– Я говорю, гоните монету и убирайтесь! У меня приличное заведение!

– Никуда мы не уйдем! Еще вина! – верзила тяжело обошел остатки стола и всей тушей облокотился на плечо Иуды, стараясь удержать равновесие.

– Этого еще не хватало! Прочь, мразь! – Иуда брезгливо оттолкнул оборванца.

Тот отлетел к стене, на мгновение опешил. Потом побагровел.

– Ты! – взревел он. – Молокосос! Да я от тебя мокрого места не оставлю!

Ринувшись на юношу, он хотел схватить его за горло, но Иуда оказался проворнее: отскочил, и, увернувшись от массивного кулака, так ловко сделал подсечку, что верзила грузно плюхнулся на пол, сильно ударившись затылком.

– Ах ты, щенок! – вскричали остальные.

Один из них бросился на Иуду, но тот снова увернулся и ударил нападавшего по лицу. Бродяга отлетел. Другой запустил в юношу куском доски, но промахнулся. Иуда накинулся на остальных. Ловким приемом сбив с ног ближайшего, он «пригладил» его деревяшкой, следующий получил удар в живот, от чего согнулся пополам и затих. Последний, видя, как оборачивается дело, решил, что связываться не стоит, и проворно проскользнул к выходу. Юноша начал отряхиваться, но тут предводитель шайки бросил в него нож. Иуда едва успел пригнуться. Его захлестнула ярость. Бросившись на бродягу, он одним могучим ударом сшиб его на землю и схватил за горло так, что у того глаза вылезли из орбит.

– Жалкое отродье! – он чуть ослабил хватку. – Благодари Бога, что я не хочу марать о тебя руки! Забирай свой сброд и убирайся! Чтобы больше тебя здесь не видели.

– Только пусть сначала заплатит! – выступил на авансцену Киренеянин, успевший за время потасовки привести на помощь Иуде нескольких молодцов.

– Верно! – проворно отцепив от пояса Абу кошель, юноша бросил его трактирщику. – Держи! – Он отпустил бродягу, поднялся. – Вставай и выметайся вместе со всей компанией.

Провожаемые ледяным взглядом Иуды и угрюмыми взорами молодцов из соседней столярной мастерской, оборванцы кое-как убрались вон, прошипев на пороге какую-то нечленораздельную угрозу.

– Как мне благодарить тебя? – бросился Симон к Иуде, едва они скрылись.

– Да, есть за что благодарить! – усмехнулся тот. – Посмотри, какой разгром.

– Это пустяки! Если бы не ты, было бы хуже, и они бы не заплатили.

– Сомневаюсь, что их жалкие медяки окупят этот бардак.

– Не важно! Главное, они сюда больше не сунутся. Они ведь трусы, а ты нагнал на них страха. Где это учат так драться?

Юноша брезгливо отряхнулся, подобрал нож, внимательно осмотрел.

– Гляди-ка, хороший клинок. Украл где-нибудь. Возьми – пригодится. А драться я научился у греков. Они жуткие забияки, обучают этому искусству в специальных школах[18]18
  Иуда говорит о палестрах и гимнасиях – древнегреческих школах, в которых общеобразовательная программа сочеталась с интенсивным курсом физической подготовки. Палестрами также назывались площадки для занятий спортом.


[Закрыть]
.

– Тьфу! Нечисть! – благочестиво выругались присутствующие.

Иуда расхохотался.

– Конечно, нечисть. Но, как видите, такое умение может пригодиться.

– Да уж!.. Но я надеюсь, ты невредим?

– Совершенно. А ты вовремя струсил и привел подмогу.

– Да видишь ли, мой господин…

– Ладно, я не в укор. Дай воды, и я пойду.

Симон поднес юноше полную чашу, тот жадно выпил, отцепил от пояса кошель и протянул трактирщику.

– Держи.

– Куда так много?

– За разгром.

– Убери. Я не могу взять. Я и так в долгу у тебя.

– Оставь. Вино и мясо у тебя превосходны, так что заработал. Бери, не серди меня.

– Ладно, как прикажешь, господин, – промямлил Киренеянин, робко принимая кошель.

Иуда направился к выходу.

– Прощай, Певец вина! Благослови тебя Бог.

– И тебя, господин, – почтительно поклонился хозяин. – Заходи, я буду счастлив.

– Еще бы, старый хитрец! – рассмеялся юноша.

– Нет! Не потому, что так щедро платишь. Придешь без денег – голодным не останешься, клянусь.

– Ловлю на слове, Симон. Смотри! – с порога махнув рукой трактирщику, Иуда скрылся в шумной сутолоке улиц.

2

Жаркое утро превратилось в раскаленный полдень. Иерусалим бурлил. Люди бежали по улице, шарахаясь от легионеров и храмовой стражи. В знойном воздухе стоял немолчный шум от топота ног, криков, лязга оружия. Солдаты усердствовали. Взбешенные потасовкой на площади, они хватали всех без разбора и особенно не церемонились.

Иуда неторопливо шел по улице, не обращая внимания на всеобщую суету. Надменно-уверенный вид, которому он научился в странствиях, степенная походка, богатая одежда и ледяное спокойствие служили юноше надежным щитом. Его не трогали, беспрепятственно пропуская через все посты. Сначала он собирался домой, но представил причитания испуганной матери, ворчание отца и свернул к Яффским воротам.

Симон увидел его издали, радостно вышел навстречу.

– Приветствую тебя, господин! Как славно, что ты решил заглянуть ко мне! – воскликнул он, распахивая перед Иудой дверь.

– Здравствуй, Симон! – улыбнулся юноша. – Ты опять за свое? Мы же договорились, чтоб ты не называл меня господином.

– Прости, мой почтенный друг! Но у тебя столь надменный вид сегодня, язык сам собою повернулся.

– Это для солдат, чтоб не лезли. В странствиях я усвоил: чем уверенней держишься, тем меньше тебя трогают.

– Это точно! Но проходи же! Пить хочешь?

– А ты как думаешь?

– Несколько мгновений с твоего позволения!

– Не суетись, Симон! Я не тороплюсь.

Хозяин исчез. Иуда прошел во внутреннюю комнату, сорвал с головы тюрбан, пригладил взмокшие волосы. Возник хозяин, поставил перед ним кувшин, положил лепешки и тихо удалился. Иуда налил себе чашу и стал медленно пить мелкими глотками, прислушиваясь к шуму на улице. Появился Симон.

– Все разбежались – боятся. В городе Бог знает, что творится.

– Знаю. Шум до небес.

– Ты позволишь нарушить твое одиночество?

– Конечно! Присоединяйся.

Киренеянин поставил на стол еще один кувшин с египетским напитком, сел рядом. Они отсалютовали друг другу чашами.

– Бога ради, расскажи, что происходит? Отчего все так перепугались? Кого ищут?

– Не знаешь? Ты не был на площади?

– Делать мне там нечего!

– Ох, Симон! Так и конец света наступит, а ты не заметишь!

– Тем лучше – испугаться не успею.

Иуда рассмеялся, но тут же снова стал серьезным.

– Может ты и прав по-своему! – задумчиво сказал он.

– Но все же что случилось? – нетерпеливо переспросил Киренеянин.

– Во время объявления приговора несколько смельчаков попытались отбить осужденного.

– Вот безумцы!

– Да? А по-моему, молодцы. Их здоровье!

Юноша одним долгим глотком опустошил чашу.

– Ага! Вон что из-за них началось! Осию все равно не спасли, а в городе теперь неделю будут сплошные обыски и облавы.

– Брось! Тебя кто тронет?

– Захотят – тронут. Зачем лишний раз раздражать римлян?

– А что, сидеть, сложа руки?

– Не лезть на рожон.

– Не путаешь ли ты рассудительность с трусостью?

– А хоть бы и так! Я, по крайней мере, никому не сделал зла. А из-за этих безумцев римляне хватают всех без разбора, врываются в дома. Кому от этого лучше?

– Не будет в Иудее[19]19
  Иуда может употреблять этот топоним в двух значениях.
  1. «Земля Иуды», впервые упомянута в Библии в Книге Второзакония (Втор. 34: 2). В качестве надела этого колена простиралась от Мёртвого до Средиземного моря (Нав. 15:1—12) и включала Иудейскую пустыню, Иудейские горы, Иудейскую низменность, значительную часть гор и низменности Негева.
  2. Иудеей также называли Южное царство – одно из двух государств, возникших после распада Израильского царства в Х веке до н. э. Было уничтожено Вавилоном в 586 году до н. э., затем, при Кире Великом (537 год до н. э.) возрождено, в Иерусалиме был заново отстроен Храм. С 320 года до н. э. стала частью эллинистического мира, была под властью Птолемеев, затем Селевкидов. Восстание Маккавеев освободило Иудею из-под власти Селевкидской Сирии (141 год до н. э.), на ее территории было создано независимое Хасмонейское царство. В 63 до н. э. году в результате борьбы за трон между царевичами, римский полководец Гней Помпей включил ее в состав римской провинции Сирия. Формально Иудея сохранила независимость, но стала политически подчиненной Риму. Последним царем Иудеи был Ирод Великий. После его смерти территория царства была разделена между его сыновьями. Галилея и Заиордания были отданы Ироду Антипе, земли к северу от них – Ироду Филиппу, Иудея с Самарией – Архелаю. В 6 году до н. э. Архелай был смещен императором Августом, власть над Иудеей была передана римскому наместнику (префекту / прокуратору).


[Закрыть]
лучше, пока мы себе не хозяева. Я прожил на родине всего полгода, не покидал Иерусалима, а уже насмотрелся! Проклятые римляне за людей нас не считают!

– Ну да! При своих правителях жили тоже не сладко! Я-то помню!

– Подожди! Что там? – Иуда вскочил, внимательно прислушиваясь.

Уличный гул стал осмысленным. Где-то поблизости раздался шум драки, лязг оружия, потом послышался топот стремительно бегущего человека. Вдалеке звучала тяжелая слитная поступь легионеров. Юноша выглянул в окно и увидел еврея в грязной изодранной одежде. Вжимаясь в стены, затравленно озираясь, он искал, где скрыться от солдат. Иуда в мгновение ока собрался и кинулся к выходу.

– Спасибо, Симон. Увидимся! – бросил он, на ходу швырнув на стол монету.

– Куда ты так сорвался? Ох, Махайра, не лез бы ты в эти дела!

– Учи ученого!

Иуда догнал бегущего, схватил за руку. Тот резко обернулся, выхватывая нож.

– Тише! – юноша невозмутимо отстранил от себя клинок. – Спокойно! Я хочу помочь. Иди за мной!

– Кто ты?

– Может, мы присядем, и расскажу тебе историю своей жизни? – насмешливо огрызнулся Иуда. – Я знаю, где спрятаться. Доверься мне.

Беглец с сомнением взглянул на него, но пошел следом.

Мало кто даже из здешних жителей знал этот укромный уголок у самой городской стены. Они сидели, прислушиваясь к уличному шуму. Иуда внимательно разглядывал спасенного – маленького худощавого совсем молодого человека с колючими, близко посаженными глазами, курчавыми волосами и редкой бородкой. Его старый хитон был изодран и заляпан кровью, худые руки беспокойно сжимали нож, который он так и не вложил в ножны. Юноша заметил, кровавые пятна на хитоне свежие, одно из них – на плече – постепенно увеличивается.

– Ты ранен?

– Да так, ерунда. Царапина.

– Не похоже. Дай-ка взглянуть.

Беглец напрягся, но позволил Иуде подойти. Юноша обнажил кровоточащую рану на правом предплечье.

– Царапина? С такой царапиной ты не пройдешь и двух стадий[20]20
  Стадий – единица измерения расстояний в древних системах мер многих народов, введенная впервые в Вавилоне, а затем перешедшая к грекам и получившая греческое название. Длина стадия была разной у различных народов, от 172 до 230,5 метров. Птолемеевский и римский стадий равнялся 185 метрам. Скорее всего, именно им пользовались в Иудее времен Нового Завета.


[Закрыть]
! Позволь-ка.

Иуда разорвал подол своей туники, осторожно обтер рану и наложил повязку. Кровь остановилась.

– Спасибо! – изумленно сказал беглец. – Все-таки кто ты и зачем спас меня?

– Ты не доволен? Еще не поздно – патрули где-нибудь рядом.

– Я не о том. Почему ты помог мне?

– Я всегда думал, не нужно причины, чтобы помочь человеку.

– Но ты очень рисковал.

– Знаю. И что? Все ведь обошлось.

– Еще не совсем.

Иуда с усмешкой взглянул на него.

– Не беспокойся. Я знаю, как выбраться из города.

– Да кто ты такой?! Какое тебе до меня дело?

– Зовут меня Иуда. А дело мне есть до всякого попавшего в беду человека.

– Допустим, – отстранился беглец, не сводя с него подозрительного взгляда. – Но ты меня не знаешь.

– Взаимно. Что из этого?

– Зачем тебе спасать меня, да еще рискуя собой?

Иуда начал злиться.

– Ты не доволен? Не хочешь принять мою помощь? – он встал, осторожно выглянул на улицу. – Пожалуйста, иди на все четыре стороны, тебя сразу схватят, в таком-то виде.

Беглец оглядел себя.

– Да… Но как же быть? – растерянно спросил он.

– Если перестанешь задавать дурацкие вопросы и подождешь меня, я принесу тебе другую одежду.

Иуда поднялся. Беглец схватил его за руку.

– Постой! Где ты ее возьмешь?

– Вот наказание! Попрошу у легионеров!.. Доверься мне!

Юноша быстро вернулся, неся в руках большой узел. В нем оказался поношенный, но еще вполне пригодный хитон, лепешки и бурдюк воды.

– Держи. Переодевайся и поешь.

Облачившись в новое платье, беглец жадно приник к воде. Иуда внимательно рассматривал его.

– Ты идти сможешь?

– Что? А… Да это не рана – сущий пустяк!

– Я заметил, – с иронией заметил Иуда. – Ладно, идем.

– Куда?

– Туда, где безопасно.

– Куда? – настойчиво повторил беглец.

– За городские стены. Там в таком виде ты вполне сойдешь за обычного путника, если конечно не будешь размахивать ножом и злобно сверкать глазами на солдат.

Беглец вспыхнул.

– Не учи меня. Я знаю, как себя вести.

– Ну, извини. Так ты идешь?

– Да. Но как мы выберемся из города?

– Через ворота, естественно, – пожал плечами юноша.

– Ты с ума сошел! Там всюду стража.

– Ну и что?

– Нас схватят!

– Ищут затравленного беглеца в лохмотьях. А мы с тобой… – Иуда оценивающе оглядел его. – Чем не богатый торговец со своим слугой?

Беглец в возмущении вскочил.

– Что?!

– Как хочешь. Можешь сидеть здесь или идти один. Я не настаиваю.

Спасенный долго с удивлением и сомнением смотрел на Иуду.

– Бог тебя знает, кто ты и откуда взялся. Но я почему-то верю тебе, – задумчиво произнес он. – Ладно, идем.

Они осторожно выбрались из закоулка. Сделав знак подождать, Иуда вышел на середину улицы, внимательно осмотрелся и жестом подозвал беглеца. Тот подошел, вопросительно взглянул на юношу. Иуда улыбнулся.

– Держись рядом, но немного сзади. Так будет смотреться естественнее.

Спасенный отпрянул, увидев, как лицо юноши в один миг изменилось, став чужим и презрительно-надменным. Иуда вскинул голову и неторопливо пошел вперед.

Выйдя на улицу, ведущую к Шхемским воротам, беглец невольно замедлил шаг: впереди со всех сторон поблескивали доспехи патрулей.

– Спокойно! – тихо сказал Иуда. – Не смотри на них как обезьяна на удава. За мной.

Он уверенно двинулся вперед, беглец, помедлив, зашагал следом. Иуда по дороге останавливался возле торговцев, приценивался к товарам. Со стороны его действительно можно было принять за скучающего богача, убивающего время.

Спутник в изумлении наблюдал за ним, не забывая, впрочем, хоть как-то соответствовать. Замешкавшись в толпе, он налетел на легионера, сильно толкнув его в спину. Римлянин гневно обернулся.

– Да чтоб тебя, неуклюжий дурак!.. – загремел он гневно, хватаясь за меч.

Беглец сжался, рука его невольно потянулась к ножу.

– Что случилось? – рядом с ними возник Иуда.

– Тебе какое дело? – огрызнулся легионер.

– Это мой слуга. Закхей, что ты опять натворил? – юноша прекрасно изобразил гнев грозного хозяина.

– Слуга? Тогда научи его ходить по улицам. Он едва не сшиб меня с ног.

Взгляд, брошенный Иудой на молодого человека, был весьма красноречив. Тот виновато опустил голову.

– Прости, почтеннейший, – обернулся юноша к римлянину. – Он недавно из Галилеи, не привык к большим городам.

– А ты сам кто такой? – все еще хмуро спросил солдат.

– Иуда бен Никодим из колена Левина к твоим услугам, – с холодной вежливостью представился юноша.

– Что ты здесь делаешь?

– У меня должна была быть деловая встреча, но из-за безумия, что творится в городе, мой партнер опаздывает. Я просто убиваю время.

– Встреча? С кем?

– Торговец тканями из Дамаска.

– Понятно. Ладно, идите. Только приглядывай за этим. У нас сегодня не самое благодушное настроение.

– Не беспокойся, почтенный. Sapienti sat[21]21
  Разумный поймет (латынь).


[Закрыть]
. Vale[22]22
  Стандартное выражение прощания в классической латыни. Можно перевести как «Прощай» или «Будь здоров».


[Закрыть]
, – пряча усмешку, ответил Иуда.

Римлянин изумленно взглянул на него, но потом махнул рукой и исчез в толпе.

Юноша некоторое время смотрел ему вслед, потом кивнул своему спутнику и пошел к воротам. Они смешались с толпой и беспрепятственно миновали стражу. Оказавшись за городской стеной, беглец ускорил шаг и хотел сразу свернуть с дороги, Иуда удержал его.

– Куда? Мы еще в пределах видимости стражников? Если будешь метаться и суетиться, немедленно вызовем подозрение. Держи себя в руках.

Они отошли достаточно далеко, когда Иуда, наконец, свернул на незаметную тропинку. Спасенный покорно шел за ним. Тропа привела их к небольшому гроту в холме, рядом с которым росло несколько чахлых деревьев.

– Пришли, – просто сказал юноша. – Это тихое местечко. Здесь никто не бывает, кроме пастухов во время гроз и случайных путников.

Беглец молча оглядывался.

– Пристанище не самое лучшее, но другого я не знаю. Можешь без опаски провести здесь ночь. А дальше сам разберешься, что делать.

Беглец устало опустился на камень у входа. Иуда протянул ему котомку.

– Здесь вода и немного еды. На ночь и утро хватит. А дальше в окрестностях города много селений. Прощай. Да поможет тебе Господь.

Он неторопливо пошел прочь.

– Погоди!

Юноша остановился, обернулся, насмешливо глядя на беглеца. Тот подошел.

– Спасибо, – тихо сказал он. – Ты рисковал собой, не спрашивая, кто я, что натворил. Я в долгу перед тобой.

– Нет, – покачал головой Иуда. – Я поступил, как хотел. Ты ничем мне не обязан.

– Но ты не знаешь даже моего имени. Или знаешь?

Юноша рассмеялся.

– Нет. А должен? Но я не спрашиваю. Захочешь, скажешь сам, нет – твое дело.

– Меня зовут Товия. А как ты догадался, откуда я?

– В смысле?

– Заговаривая зубы легионеру, ты сказал, я из Галилеи. Это правда. Как ты узнал?

– По выговору. Речь галилеянина[23]23
  Галилея – историческая область на севере Израиля, на границе с Ливаном. Ограничена Средиземным морем на западе, Изреельской долиной на юге и Иорданской долиной на востоке. Традиционно делится на Верхнюю и Нижнюю Галилею. В третьем тысячелетии до н. э. Галилею заселили хананеи. Во втором тысячелетии до н. э. здесь появляются хурриты, хетты и египтяне. Затем страна включается в состав Израильского царства. Согласно Библии, 20 городов Галилеи царь Соломон подарил тирскому князю Хираму. В 722 году до н. э. Галилея входит в состав Ассирийской державы, местное население выселяется и заменяется ассирийскими колонистами. В 539 году до н. э. Галилея переходит под власть Персии. В 333 году до н. э. у персов Галилею отвоевывают войска Александра Македонского, начинается колонизация земель греческими и македонскими колонистами. После этого периода Галилея несколько раз переходила из рук в руки между эллинистическими династиями Птолемеев Египта и сирийских Селевкидов. Начиная с правления Хасмонеев и Маккавейских войн (середина II века до н. э.) до завоевания римскими войсками в 63 году до н. э. Галилея неоднократно подвергалась грабительским набегам со стороны Иудейского царства. В конце I века до н. э. Иуда Галилеянин (Гавалонит) вместе с несколькими иудейскими священниками устроил беспорядки в городе Сепфорис, чем спровоцировал приход римских войск в Галилею, в результате чего она была опустошена, большинство местного населения перебито, остальные проданы в рабство. В евангельскую эпоху у евреев-галилеян было отличающееся от языка жителей Иудеи наречие (Мк. 14:70).


[Закрыть]
ни с чем не спутать.

– А ты совсем не прост! – Товия подозрительно прищурился. – Кто же ты все-таки?

– По-моему, я представился, – тон юноши стал отчужденным, ему явно надоели эти расспросы.

– Это ничего не объясняет.

– По крайней мере, тебе известно, кто я.

– Подожди! Ты назвал легионеру настоящее имя?

– Конечно.

– Зачем? Это же опасно.

– Чем? У него не возникло подозрений в моей лояльности, – усмехнулся Иуда.

– Да, ты совсем не прост, – повторил Товия. – А что ты сказал легионеру на латыни?

– «Разумный поймет». Отличное выражение!

– Многозначно получилось. Но откуда ты знаешь язык нечестивцев?

– Я много чего знаю.

– И все-таки я не понимаю. Ты выглядишь, говоришь, ведешь себя как богатый знатный человек, оказываешься в бедном квартале, рискуя собой, спасаешь незнакомца от римлян. Перевязываешь его, достаешь одежду, еду, выводишь из города. Почему?

Иуда присел на большой камень у входа, поправил сбившийся ремешок на сандалии. На его лице была скука.

– Ну и вопросы ты задаешь! В том квартале есть одна харчевня, которую я очень люблю. Увидев тебя, сразу понял, что происходит – я ведь был на площади. А почему решил помочь… Просто так! Думай, что хочешь. Я сделал то, что сделал.

– Ты был на площади! Так ты знаешь, кто я?

– Догадываюсь.

Товия изумленно смотрел на Иуду.

– Что ж, – тихо произнес он, – надеюсь, ты не окажешься моим злым демоном и не погубишь меня. Но я не спрашиваю больше, вижу – это бесполезно.

Юноша рывком поднялся, в его глазах вспыхнул гнев.

– Оригинальная у тебя манера благодарить! Ладно, в конце концов, мне дела нет, что ты обо мне думаешь. А о безопасности своей персоны можешь не волноваться. Я грязными делами не занимаюсь.

Он снова зашагал прочь. Спасенный догнал его, схватил за руку.

– Я обидел тебя? Прости. Какой ты, однако, вспыльчивый.

– Такой же, как ты доверчивый.

– Мне доверчивым быть нельзя.

– О! Я понимаю, – с иронией ответил юноша. – Что ж, по крайней мере, до утра у тебя есть над чем подумать. А мне пора – вечереет, родня хватится. Прощай. Удачи.

– И тебе, Иуда. Благослови тебя Бог. Может, еще встретимся.

– Кто знает.

Иуда махнул рукой и вышел на тропу. Товия наблюдал за ним, пока он не скрылся за поворотом, потом подхватил котомку и скрылся в гроте.

3

– Неблагодарный мальчишка! Я заставлю тебя повиноваться мне! – это было последнее, что расслышал Иуда перед тем, как хлопнуть дверью.

Он выбежал из дома, не обращая внимания на гнев отца и причитания матери, и поспешил миновать их тихую улочку, лишь изредка оборачиваясь на удивленные взгляды привлеченных шумом соседей.

Юноша стремительно шел по городу. Очередная размолвка с родителями на этот раз закончилась настоящим скандалом, он знал: теперь у него долго не возникнет желания возвращаться домой.

Иерусалим окутал его удушливым зноем и вовлек в водоворот обычной сутолоки и суеты. Отдавшись ему, Иуда пошел куда-то, став одной из песчинок толпы. Но это не принесло успокоения. Выбравшись из людского потока, он остановился и задумался, куда деваться. Возникшая было мысль о таверне Киренеянина, сразу исчезла. На душе было так скверно, что впору напиться. А этого совсем не хотелось. Постояв немного, Иуда огляделся. Золото храмовой крыши полыхнуло ему в лицо. Он зажмурился, опустил голову. Золотые блики скользили по камням мостовой, по лицам и фигурам прохожих. Иуда провел рукой по лицу. Но это был не мираж. Еще раз оглядевшись, юноша печально улыбнулся.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6