Светлана Гололобова.

Урод рода человеческого



скачать книгу бесплатно

– Я побегу на кухню. Барыня велела принести ей чаю. – Сказала Катерина.

Горничная молниеносно побежала на кухню, а Егор остался у двери. Через мгновение дверь резко распахнулась и в гостиной появилась Дарья. Егор, не ожидавший ее появления, подпрыгнул на месте и, открыв рот, вытаращился на барыню.

– Чего вытаращился? Али не учили тебя, что перед барыней, голову склонять нужно? – Заговорила Дарья.

Егор мгновенно наклонил голову. Дарья с важным видом прошла мимо него и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж к ее покоям. Егор долго смотрел вслед своей новой хозяйке. Ее горячий нрав понравился ему. «Не то, что моя пустоголовая медовая Катерина». – Подумал он.

 
                                *****
 

Барыня с опаской поглядывала на часы, мирно тикающие на камине. Через час должен был прийти Глеб Алексеевич. Она провела рукой по мерцающему ожерелью и позвонила в колокольчик. Необходимо было подготовиться к приходу мужа.

Какое-то неприятное предчувствие закралось глубоко в душу. Она разрывалась между досадными мыслями о прошлой ночи с ним и нежностью, которую он показал ей за обедом.

Дарья отложила ожерелье на туалетный столик. Несмотря на проведенный в безделье день, она чувствовала усталость. От беспокойной ночи под глазами появились синяки. На тощем бледном лице еще отчетливее выделись скулы. Она услышала скрип двери и повернулась. В комнату вошла незнакомая девушка и, наклонив голову, присела в реверансе.

– Добрый вечер, барыня.

– Где Катерина? – Резко спросила барыня.

– Она себя плохо чувствует. У нее поднялась температура. – Пояснила служанка.

– Принеси воды и наполни кадку. – Приказала барыня, так как знала, что горячая вода поможет приобрести румянец.

Служанка поспешила выполнить указания хозяйки.

Вечером перед сном Дарье нравилось принимать горячие водные процедуры. Она натирала тело пахучим мылом, а затем служанки обливали ее водой. Мылась она в глубокой деревянной кадке, которую по ее распоряжению привезли из имения ее родителей. По субботам она предпочитала париться в бане и обливаться холодным квасом.

Дарья присела на край дивана. Ее почему-то расстроило отсутствие Катерины. Она не могла понять, что же происходит в ее душе. Почему из-за какой-то служанки у нее упало настроение?

Приняв водные процедуры и надев ночную сорочку, она прилегла на кровать, и стала ждать прихода мужа.

Барыня прождала несколько часов, но Глеб Алексеевич так и не появился в ее комнате. К полуночи Дарья задула свечи и легла спать. Глубокой ночью заскрипела дверь и Дарья проснулась. В комнату вошел Глеб Алексеевич. Неустойчивой походкой он медленно направился к ее кровати. Цепляясь за стену, барин поставил на пол подсвечник и завалился на кровать. Дарья почувствовала острый запах алкоголя.

– Что, дорогая женушка, уж не ждала своего любимого супруга? – Промычал Глеб Алексеевич и быстро снял с себя халат. – Видишь, я пришел к тебе, как и обещал.

Готова ублажать своего супруга? Давай, покажи мне, на что способна и я подарю тебе еще побрякушку. Все ведь вы бабы одинаковые продажные. Знатного ли происхождения али из простолюдин. Все одни. Все одинаковы.

Глеб Алексеевич протянул руку к Дарье и резко сорвал с нее сорочку.

– Вот, вижу сегодня, ты одела для меня прозрачную накидку. Вчера была прочнее.

Дарья стиснула зубы от обиды. Ее муж вновь оскорблял ее. Скулы предательски дернулись и на глазах появились слезы.

Глеб Алексеевич поднял голову и, пытаясь сфокусировать взгляд на лице своей жены, произнес:

– Полно плакать. Я бабским слезам не верю. Все они напускные. Такие невинные. Чего ты ждешь? Ублажай меня! – В его голосе звучала злость. – А может мне опять позвать Катерину? Вот и ей тогда подарки буду дарить.

Дарья сглотнула слезы. Дрожащей рукой она прикоснулась к груди своего супруга.

– Ниже. Говорю тебе, опустись ниже и целуй. – Прохрипел Глеб Алексеевич.

Дарья подчинилась и, наклонившись, поцеловала волосатый пупок своего мужа. Как и накануне к ней подступил тошнотворный ком.

– Что ты копаешься? Давай же целуй. – Нетерпеливо требовал он.

Дарья повиновалась и стала ласкать его, но этот маленький отросток упорно не хотел подниматься вверх. Дарья еще сильнее огорчилась. Она поняла, что если отросток не поднимется, то она не сможет удовлетворить своего мужа. Дарья старалась изо всех сил, но у нее ничего не получалось.

Вскоре барыня услышала тихое сопение своего супруга, быстро переходящее в храп и поняла, что он уснул. Дарья, не знала радоваться ли ей этому, или же, наоборот. Остаток ночи она сможет провести без этих оскорбительных мучений. Дарья взяла покрывало и села в кресло. Она пришла в замешательство. А может, она ни на что не способна как женщина? Возможно, она вовсе неинтересна своему мужу как женщина? Барыня прикрыла глаза. Тревожные мысли не давали ей покоя. На рассвете она наконец-то забылась сном.

 
                                *****
 

Утро выдалось пасмурным. Дарья проснулась под звонкий шум дождя. Капли воды, с грохотанием разбиваясь о стекло, оглушительно выстукивали барабанную дробь. Сильный ветер с легкостью гонял тучи по небосводу.

Дарья посмотрела на кровать. Глеба Алексеевича в ее комнате уже не было. Она, с болью в сердце, вспомнила события прошедшей ночи. Закутавшись потеплее, барыня подошла к окну. Там виднелся небольшой парк. Пожелтевшая осенняя листва падала с могучих дубов и кленов. Ветер молниеносно подхватывал золотые листья и кружил их, словно задавая ритм их танцу. Деревья, склонив перед всесильным ветром свои роскошные кроны, покорялись стихии. Прикованные навечно к месту, они не смели противостоять сильнейшему среди них.

А вот воробьи, всегда веселые и чирикающие, явно застигнутые врасплох, не подчинились стихии и в панике, обгоняя друг друга, пытались укрыться под деревянными скамейками. Промокшие и взъерошенные, они толкали и клевали сородичей. Каждый из них желал найти еще не промокшее и теплое место.

Дарья вздохнула. «У воробьев все почти, как у людей. Каждый рассчитывает найти место потеплее». – Подумалось ей.

Стук колес и цокот копыт заставил Дарью перебросить взгляд с птиц на подъездную дорогу, ведущую к дверям особняка. Она увидела дорогой экипаж, запряженный двойкой ловких лошадей. Он уезжал от дома. Дарья узнала в нем экипаж своего мужа. В этом экипаже они приехали после свадьбы. Статные лошади бойко чеканили копытами по вымощенной брусчаткой дороге и быстро удалялись. Глеб Алексеевич уехал. Дарья перевела дыхание. В ее распоряжении будет несколько часов, чтобы прийти в себя и подумать о своем поведении с мужем.

Она позвонила в колокольчик, и в комнате показалось довольное, светящееся и ликующее лицо Катерины. Она мило улыбнулась своей хозяйке, присела в глубоком поклоне и не стала ждать распоряжений, а налила в фарфоровый кувшин воды.

– Барыня, позвольте умыть вас, прежде чем остынет водица.

По нахальному поведению любовницы своего мужа, барыня поняла, что они были близки в это утро и, желая напомнить, кто хозяйка в этом доме, проговорила:

– Пойди, прочь. С этого дня ты не будешь у меня в услужении. Станешь мыть полы.

Дарья взяла колокольчик и с силой принялась звонить. На требовательный звук прибежала экономка. Дарья видела ее лишь однажды и то мельком. Повелительная, крупная женщина подбежала к барыне и сделала легкий поклон.

– Барыня, эта прохвостка, чем-то прогневала вас? – Встревожилась она.

Катерина с ухмылкой посмотрела в сторону Дарьи. В ее глазах читалась победа. Дарья, почувствовав в этой девушке силу и скрытую угрозу, оторопела от такого поворота событий.

– Нет. – Смогла выговорить барыня. – Эта служанка ничем меня не прогневала. Я хочу, чтобы ко мне прислали более молодую и проворную служанку.

– Но, барыня, – попыталась возразить экономка, – барин строго велел Катерине быть подле вас в услужении. Молодые служанки неопытные и неуклюжие. Того и глядишь, то воду прольют, то поднос с едой опрокинут. А Катерина у нас уже несколько лет.

Дарья еще больше опешила. «Барин велел» – Эти слова оглушили ее. Она не могла понять, как может ее муж так жестоко с ней поступать? Как он может свою любовницу ставить в услужение жены? Выхода не было приходилось пока мириться с этим.

Не желая показывать поражения, Дарья твердо, произнесла:

– Если того пожелал мой супруг, пусть так и будет, но отныне, приказываю привезти мне девицу и обучать ее.

Экономка кивнула в знак согласия и вышла из комнаты.

Дарья подошла к Катерине и, глядя ей в глаза, грозно заговорила:

– Девка, знай, свое место. Ты прислуга и не можешь за меня принимать решения, во сколько и когда мне умываться. Я ясно выражаюсь? И не испытывай моего терпения.

– Да, барыня. – Катерина присела в поклоне. – Мне все ясно. Простите меня барыня, я подумала, что вам будет приятно, что я забочусь о том, чтобы Вы не простудились, умываясь прохладной водой. Простите меня невежу.

Дарья глубоко вздохнула. Пытаясь перевести дух от хамства этой служанки, она присела на край кровати и стала смотреть в окно. Выпады Катерины ее одновременно злили и приводили в какое-то приятное возбуждение. Была в Катерине какая-то женская первобытность и непосредственность.

 
                                *****
 

Катерина лежала обнаженной на куче сена в конюшне. Егор, натягивая рубаху, стоял рядом с ней. Девушка перевернулась со спины на живот и, выгнувшись, словно кошка, довольно потянулась. В конюшне было прохладно, и Катерина накинула на себя старое покрывало. Одной рукой она взяла сухую травинку и, заигрывая с Егором, принялась щекотать его голень.

– Перестань Катерина. Мне пора работать. Надобно лошадей кормить.

– Егор, милый, давай еще чуточку позабавимся. Мне без тебя так одиноко.

– Катерина, одевайся. Нас тута могут увидеть. Я недавно похоронил жену, а уже тешусь здесь с тобой.

– Вот, как ты заговорил! – Катерина рассердилась его словам. – Жену свою ты похоронил несколько месяцев назад. Позапамятовал, что жену не любил? Ты любил только меня. Ты всегда жаждал ее смерти. А когда она заболела, то спал и видел, как бы она поскорее Богу душу отдала. Что молчишь, Егор? Я говорю неправду? Когда она болела, ты не отвергал меня? И даже когда она умирала, мы развлекались на этом самом месте. Забыл что ли? Что с тобой, Егор? Я тебя в последние несколько дней не узнаю. Ты поменялся. С тех пор, как увидел нашу барыню, ты сам не свой.

При упоминании о барыне, Егор вздрогнул. Катерина заметила это и продолжила:

– Может ты в нее влюбился? Да она же страшилище.

Она засмеялась. Привстала и принялась дразнить своего возлюбленного.

– Ты может, и не ведаешь, какая она тощая, но я, то ее видела. Тебе такие бабы не по нраву. Да и что ты размечтался? Кто ты и кто она? Она барыня… госпожа…

– Не мели чепуху Катерина. – Грубо ответил Егор.

– Егор, ты только мой и твое сердце должно принадлежать мне одной. – Голос Катерины стал грозным. – Не зли меня. Я не потерплю, если ты о ком думать станешь…

– Мое сердце и душа давно принадлежат тебе. Кроме тебя мне никто больше не нужен. Сколько можно об этом твердить?

– Мне постоянно нужно подтверждение этого и словами и делом. – Катерина протянула руку к Егору. – Иди же ко мне. Я хочу еще.

– Нет, Катерина. Я уже сказал, что иду кормить лошадей.

– Как хочешь. – Обиделась Катерина. – Тогда я не скажу тебе, о чем недавно разговаривала с барином.

Егор застыл на месте.

– О чем же?

– Ты же идешь кормить лошадей, и у тебя нет времени поговорить об этом? – Съехидничала Катерина.

– От пары минут они не сдохнут с голоду.

– Я…. – Катерина умолкла, интригуя своего возлюбленного.

– Продолжай. – Конюх начинал злиться.

– Так вот, – продолжила она, – на днях, вернее перед отъездом хозяина в его именье, я улучила удобный момент и поговорила с ним о барыне.

– И?

– И сказала ему, что его жену надобно обучить искусству любви?

– А он?

– Ему показалось это хорошей идеей. Он дал мне неделю срока. Сказал, когда вернется, молодая жена должна уметь любить его, не хуже опытной куртизанки.

– Так чего же ты ждешь?

– Барыня не так проста. В день его отъезда, она чуть не выгнала меня. Хотела сделать из меня поломойку.

– А ты?

– Я не дала сделать этого. – Она радостно улыбнулась.

– Когда приступишь к занятиям?

– Не знаю, – Катерина пожала плечами, – я же не могу прямо сказать об этом. Не скажу же я, что хозяин дал мне такой приказ. Она рассерчает, и прикажет выгнать меня или сослать на каторгу.

– Так хозяин же не позволит ей сделать с тобой что-либо.

– Эта особа своенравная, с характером. С ней нужно быть осторожной. Она все – таки хозяйка и в ее руках много власти.

– Может ты права.

– Сегодня, когда я буду ее купать, то попытаюсь…. – Она загадочно улыбнулась.

– Какая ты у меня умница! – Радостно воскликнул Егор и, приблизившись к Катерине, поцеловал кончик ее носа.

– Я знаю. – Заговорщически улыбнулась Катерина.

Глава 4.
Познание

Наступил вечер. Дарья в который раз посмотрела в сторону окна, прислушиваясь к стуку колес. Ее муж несколько дней назад отбыл в свое имение. Он уехал, даже не попрощавшись с ней. Она до сих пор пребывала в растерянности. Дороги назад уже не было. Дни, проведенные в доме мужа, стали дня нее сущим кошмаром. Если она попытается сбежать от мужа, примут ли ее дома? Нет. Домой нельзя. Там ее бегство признают позором, и она будет вынуждена скитаться вечно без куска хлеба. Каждый вечер она горячо молила Бога о помощи. И каждый день присутствие в этом доме чего – то нехорошего, не давало ей покоя. Барыня, пытаясь отвлечься и собраться с мыслями, взяла в руки четки и со злостью стала перебирать мелкие бусины.

На туалетном столике небрежно лежало ненавистное ожерелье с жемчужинами и бриллиантами, подаренное мужем. В приоткрытом ларце виднелось изумрудное ожерелье. Взгляд барыни устремился в их сторону. Если ожерелья продать, то она сможет прожить на вырученные деньги какое-то время. Дарья отбросила четки и задумалась:

«Что если я убегу, но не домой, а за границу и там продам эти украшения»? – Сначала эта идея ее немного взбодрила, и она стала размышлять о побеге. «Сколько за них можно выручить денег?» – Подумала она. Немного поразмыслив, она все же отбросила эту мысль.

– Нет. – Произнесла она вслух и повертела головой. – Это невозможно. Муж пошлет за мной погоню и далеко мне уйти не удастся. Потом, быть может он заставит меня выпороть и я стану посмешищем. В приличном обществе дверь для меня будет закрыта навсегда. Нет. Это не выход.

Барыня встала и медленно прошлась по комнате. Ходьба иногда помогала ей прогнать плохие мысли и сосредоточиться.

– Что же делать? – Она закрыла голову руками и остановилась. Ведь должен же быть какой-то выход? В голову ничего не приходило.

В комнате было зябко. Огонь, горевший в камине и круглосуточно поддерживаемый прислугой, не мог утолить озноб. Он не давал ощущения теплоты и покоя. С момента отъезда мужа, молодая барыня практически не выходила из своих покоев. Весь этот громадный дом стал выглядеть мрачным. Дарье казалось, что дом живой. Он принял ее враждебно, и чтобы подружиться с ним, придется приложить немало усилий. За каждой стеной, за каждым уголком ей виделись какие-то тени. Слышался легкий, едва уловимый шепот дома. И этот шепот был зловещим.

Молодая барыня краем уха услышала едва уловимый треск половицы и резко обернулась. За спиной стояла Катерина. Горничная, как и всегда, была румяна и свежа. Лицо ее расплылось в широкой улыбке. Барыня, каким-то внутренним, еще непонятным ей чутьем, осознала, что за этой улыбкой кроется коварство и нечеловеческая хищность, которой ей стоило опасаться. Она почуяла, что горничная ведет с ней какую-то игру, но правила и смысл той игры ей пока были не ясны. Дарья включилась в игру и решила играть…

– Барыня, я стучала, но вы не ответили. Вот я и решила войти и спросить, не нужно ли чего?

Дарья, прилагая массу усилий, чтобы сдержаться и не закричать на эту особу, сухо ответила:

– Подкинь поленьев в камин, я замерзла.

Катерина, не убирая милой улыбки, выполнила приказ и бросила несколько больших дровин. Огонь в мгновение ока, словно дикий зверь, схватил поленья и поглотил их. Поленья, сопротивляясь натиску врага, стали трещать. Чтобы унять треск, горничная потормошила поленья кочергой. В комнате потеплело, но Дарья по-прежнему мерзла.

– Придвинь кресло поближе к камину. Я хочу погреться. – Отдала барыня следующее распоряжение.

Катерина стремительно, с какой-то мужской силой, передвинула кресло в нужное место.

– Барыня, не изволите ли почитать? Может вам принести книгу из бариновой библиотеки?

– Нет. Резко сказала Дарья. Она не хотела признаваться в том, что не умеет читать и не знает грамоты. Незаметно для себя она соврала. – У меня сейчас нет желания что-либо читать. Принеси мне пяльцы, нити и иголки. Я буду вышивать.

Катерина вышла из комнаты, а спустя минуту вернулась и принесла все необходимое для вышивки. Дарья расположилась в кресле у камина, взяла кусок материи, вставила его в пяльцы, поставила красную нить в иголку и воткнула ее в ткань. Узор не шел в голову. Она вздохнула и отложила вышивку. Нет. Вышивать не хотелось. Горничная стояла рядом и ждала новых указаний.

– Принеси сюда пару ведер горячей воды. – Распорядилась барыня.

Катерина удивленно вытянула лицо. Улыбка сошла, но спрашивать горничная ничего не стала и беспрекословно вышла из комнаты. Барыня, глядя вслед своей служанке, пожала плечами. «Может быть, Катерина боится, что я заставлю ее мыть полы? – Подумала она. – Как странно. То эта Катерина смотрит торжествующе, то заискивает? В чем же дело?» Дарья не находила решения. Все равно надо быть настороже с этой девицей.

Горничная вернулась. Ее сопровождали две служанки, которые несли тяжелые ведра. Девушки поставили ведра на пол. От горячей воды пошел белый пар.

– Наполните кадку, я желаю согреться. – Сказала, Дарья, вставая с кресла.

Служанки перелили воду в кадку. Катерина тем временем подошла к туалетному столику, достала из кармана своего платья пару стеклянных пузырьков и поставила их на столик. Она взяла один из пузырьков, открутила колпачок, вернулась к кадке и накапала несколько капель в воду. Дарья, нахмурив брови, вопросительно посмотрела на свою горничную.

– Это масло лаванды. Оно успокаивает и согревает тело. С такой волшебной водой, к вам ни одна простуда не пристанет. – Пояснила Катерина и на лице ее снова заиграла улыбка.

По комнате распространилось приятное, но чуть резковатое благоухание. Дарья втянула носом терпкий аромат. После Катерина помогла хозяйке раздеться и усадила ее в кадку так, что на поверхности осталась только голова. Затем она отошла обратно к столику, взяла второй пузырек и вернулась к кадке.

– Что в этом пузырьке? – Поинтересовалась Дарья.

– Здесь, – Катерина загадочно посмотрела на стеклянный флакон, – находиться чудодейственное масло, исцеляющее многие недуги.

– Какие же недуги ты у меня нашла? – Барыня усмехнулась.

– Это масло волшебное. Оно не только лечит, но еще преподносит теплоту телу и душе. Вы перестанете мерзнуть. Я вотру масло в вашу кожу.

– Ты что ж чародейством али колдовством занимаешься? – Возмутилась Дарья и привстала.

– Отнюдь нет. – Попыталась заверить ее горничная. – Мой отец прислуживал у лекаря и передал мне часть своих знаний.

– Не думала, что прислуга может обладать знаниями? В моем доме прислуга была невежественна и не могла даже думать. – Уколола ее Дарья.

– Хоть я и была прислугой, каковой и являюсь до сих пор, я всегда была свободна в передвижении и не выполняла работу прислуги. Когда я жила в доме у лекаря, то училась у отца тайнам врачевания травами. Лекарь обучил меня латыни и письму.

Учеба у меня неплохо получалась, но продолжалась недолго. Когда я была совсем молодой, лекарь продал меня. Меня купила одна женщина по имени Илоиза – содержательница борделя. Дела лекаря пошли плохо, и он был вынужден меня продать. Илоиза увидала меня случайно, когда пришла за лекарством. Я ей понравилась. Лекарю Илоиза заплатила немалые деньги. Она меня наряжала в красивые одежды и заставляла каждое утро разносить снадобья перепившимся мужикам. Когда я подросла, то она ввела меня в ремесло куртизанки. Я не могла ей перечить. За потраченные Илоизой деньги, мне пришлось отдавать долг.

Рассказ Катерины привлек внимание барыни. В тот момент горничная говорила искренне и фальши в ее словах не ощущалось. Дарья прониклась к ней жалостью и отбросила на время свою неприязнь.

– Как интересно. И чему же ты научилась в ремесле?

– В борделе меня учили ублажать мужчин. Каждый мужчина, приходивший в дом Илоизы, знал, что не зря тратит свои деньги. – Ответила Катерина.

– И по сколько мужчин за ночь ты обслуживала?

– От одного до трех человек. Хуже всего, когда ко мне в комнату приходило по несколько юных, перепившихся богатеньких франтов. Они любили развлекаться и хвастаться друг перед другом, показывая на что способны. Они полностью меня изматывали. После таких посещений я по несколько дней лежала в кровати, набираясь сил. – Продолжала она свой рассказ. В ее словах слышалась боль и печаль. – Женщине, не прошедшей через семь кругов ада, не понять этого.

– Илоизе не жаль было тебя?

– Не знаю. – Она пожала плечами. – Господа платили ей немалые денежки. За денежки она терпела все, даже их хамское поведение.

– А как же ты попала в этот дом? В дом моего мужа?

Катерина минуту помолчала, раздумывая.

– Как-то раз, около пяти лет тому назад в наш любовный дом зашел Глеб Алексеевич. Он был чем-то сильно расстроен и попросил привести к нему девицу. Ему привели несколько девушек на выбор, и он выбрал меня на ночь. Я сумела отвлечь барина. Мои ласки так понравились барину, что он стал частенько захаживать ко мне. Он был одинок и через некоторое время выкупил меня для своих утех. Я крайне благодарна барину за его благородный поступок. Он спас меня от этих похотливых, вечно жаждавших ласки, юнцов.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6