Сергей Сухинов.

Война с Цитаделями



скачать книгу бесплатно

Тед оказался в сфере двухметрового диаметра, в которой едва умещался. Ее поле подпитывалось излучением «Ягуара», и могло, по расчетам Тима Соренса, существовать минут пять, и на расстоянии от источника не более десяти миль. Конечно, ни о каком воздухообмене и речи быть не могло, поэтому жизнь Теда исчислялась минутами.

За это время он должен был достичь «Ж-сферы» Донована, двигаясь по инерции. Если Отец хоть чуть сдвинет свою машину в сторону, то Тед пролетит мимо, а затем лопнет вместе со своим шаровым полем, словно мыльный пузырь.

Но Донован его не видел и видеть не мог – если, конечно, не включил заодно с радиолокатором и инфраприемник. Нет, он должен был сейчас следить за боем своих убийц с «Ягуаром», не подозревая о том, что наездник покинул своего зверя. Пройдет несколько минут, прежде чем Отец заподозрит что-то неладное – уж слишком легко «Ягуар» будет уходить от преследователей. Потеряв пилота, он взамен обрел практически неограниченные возможности для маневра.

Несколько минут жизни… Сколько? Три, пять минут? А розовая сфера впереди росла медленно, очень медленно…

Тед стоял на мягкой поверхности силового поля, выставив вперед копье, и, напрягшись, ждал столкновения сфер. Дышать он старался поменьше, инстинктивно экономя кислород, хотя это было и глупо – его должно было хватить с избытком до самого конца.

Прошла минута, другая. «Ж-сфера» Донована увеличилась и, наконец сквозь рябь сполохов силового поля Тед сумел разглядеть фигуру Отца. На этот раз без помощи видеосвязи.

Тед изумленно вскрикнул.

На хребте «Белого дракона» сидел – нет, не инопланетный монстр, а старый, измученный человек. Опустив голову, он чего-то ждал. Уж не смерти ли?!

«Белый дракон» внезапно рванулся навстречу, и столкновение двух «Ж-сфер» произошло через несколько мгновений. А дальше сработала долгая, многомесячная тренировка на макете, сооруженном Тедом из сидений разбитых автомобилей.

Сгруппировавшись, он ласточкой перелетел через руль звездного мотоцикла и вонзил копье в грудь Донована. А затем последовал удар о внутреннюю поверхность силового поля, вспышка боли, и тьма, долгая тьма…

Когда Тед пришел в себя, то увидел, что лежит почти под «дорожкой», внизу сферы. Рядом с ним хрипел Донован. Изо рта его струилась кровь, а грудь… На грудь было страшно смотреть. Бледными как мел руками он пытался выдернуть древко копья, но не мог даже сжать непослушные пальцы.

Заметив, что Тед пришел в себя, старик еле слышно прошептал:

– Глупо, малыш… Ты так и не понял… Звездные рокеры – это не террористы… это шанс для нового человечества… Наш мир обречен, и чем мы быстрее его похороним… тем лучше. А молодежь… она сядет на свои мотоциклы… и уйдет в космос… Там… мы начнем… все сначала… Но пока… еще рано… Бэгги, они могут взять верх… Их надо укротить… взять под полный контроль, и тогда…

Дернувшись, он замолчал навсегда. В его остекленевших глазах светился отблеск Луны, плывшей неподалеку в бархатном омуте космоса.

Тед тупо смотрел на Донована.

Он не ощущал ни радости, ни душевного подъема – только холод и пустоту в сердце. Каким бы злодеем ни был этот человек, он некогда заменил ему отца…

Человек?!

Тед с трудом сел на колени и пополз, протянув вперед руку, но так и не успел коснуться тела. Беззвучно люк внизу сферы распахнулся, и Донован выпал в космос.

Все было кончено. Не осознавая, что делает, Тед поднялся на ноги, ухватился за край неподвижной «дорожки», и вскоре уже сидел на «Белом драконе». Руки его сами собой легли на руль.

Это была минута триумфа, о которой он грезил долгие годы. Он даже нашел у Китса подходящие строки, которые должен был громко пропеть в час, когда царству звездных рокеров настанет конец – или хотя бы начало конца. Ах да, вот они:

 
Колокола пророчат смерть и тленье,
И я бы мог легко в унынье впасть,
Когда б не понимал, что их мгновенья
Наперечет, и коротка их власть:
Гуди, стенай – но травам не увясть,
Победам разума не знать забвенья!!
 

Двойной восклицательный знак был его, Теда – голос сам по себе зазвенел от восторга. Он все-таки сделал это, сделал!

Внезапно руль слегка вздрогнул, и запястья Теда захлестнули широкие металлизированные петли. Он инстинктивно попытался соскочить с седла, но не смог – другая петля крепко обхватила его пояс.

– «Победам разума не знать забвенья…» – громыхающим голосом произнес «Белый дракон» и, выдвинув на гибком шарнире фару, взглянул на своего нового пилота завораживающим взглядом. – Конечно, ты говоришь о моем разуме, Тед? Хорошие стихи, умные…

– Что… кто это? – прошептал Тед, не веря своим ушам. Фара – вернее, глаз циклопа – мигнула.

– Я. Вернее, мы, бэгги. Поздравляю, малыш, мы все-таки победили!

– Победили… Донована?!

– Разве ты еще ничего не понял?

– Нет, нет, нет!!!

– Только без истерик, – холодно сказал «Белый дракон» и так сжал ремни, что Тед заорал от боли. – Вот Донован – он сразу все понял, хотя в те времена, когда мы встретились, был лет на пять моложе тебя. И все-таки сумел провести меня.

– Выходит… пришелец – это ты?

– Да.

– И ты хочешь захватить Землю?

– Чушь! На что мне, свободному жителю Галактики, ваша жалкая, обгаженная планетка? Мне, как и всем остальным бэггам, нужно другое – то, в чем нас обделила природа, без чего мы становимся полуживотными… Нам нужен наездник, разумный наездник.

Тед задумался. Он вспомнил слова бедняги Соренса, сказанные незадолго до смерти словно бы в бреду: «Терроризм – это маска… Всегда в тени за террористами стоят кукловоды, а за ними другие кукловоды… И никто даже не подозревает, чего они на самом деле хотят… Мозг… Пришельцам нужен седьмой мозг… Шесть… мало… слишком мало…»

– Седьмой мозг, – глухо повторил Тед. – И он у вас когда-то был, верно?

– Да. На нашей родной планете существовала еще одна разумная раса – нечто вроде ваших слизняков, только метровой длины. Природа обделила их конечностями, нас – седьмым, необходимым для полной разумности мозгом, и потому некогда в древности наши далекие предки вступили в полезный для обеих сторон симбиоз. Слизняки стали первыми наездниками расы бэггов. Но наша планета была очень бедна металлами, необходимыми бэггам для размножения, и мы вынуждены были искать путь в космос. И нашли, создав то, что вы называете «Ж-сферами» и «дорожками». К сожалению, слизняки в отличие от нас плохо переносили перегрузки.

– И тогда вы нашли других всадников?

– Да. Это была раса с высокоразвитой технологией, и она сумела решить задачу искусственного создания новых особей бэггов – естественным путем мы размножаемся слишком медленно. Но эти наездники оказались слишком воинственными, они использовали нас для всепланетной войны, в которой погибли почти все мои собратья. Осталось только десять бэггов, в том числе и я. Мы решили разделиться, чтобы попытать счастья в разных областях Галактики. Когда я прилетел на Землю, то поблагодарил небо – ваша раса была достаточно цивилизованна, чтобы наладить воспроизводство новых бэггов, но недостаточно умна и осторожна, чтобы взять над нами верх. Но мне не повезло – я встретил Донована и доверился ему. И тогда началась наша полудружба-полувражда.

– Донован подчинил тебя своей воле?

– Нет. Но я и не смог полностью захватить его под свой контроль. Его мозг – мой седьмой мозг – оказался слишком мощным и хитрым. Если я пытался применить силу против него, он отвечал силой, а затем в отместку посылал банды рокеров в бессмысленные набеги, в которых мои молодые братья гибли сотнями и тысячами. В этом и состояли его основное преимущество и моя главная слабость: Донован никогда не жалел людей, а я всегда страдал, узнав о гибели очередного бэгга, словно это был мой сын. Да так оно и было на самом деле: все бэгги, созданные на Земле, – мои дети.

Тед судорожно сглотнул. Стройная, ясная картина мира, которая сложилась в его голове после долгих многолетних размышлений, одно мгновение внезапно рухнула. Выходит, Ким Соренс не зря говорил про кукловодов тех кукловодов, что стоят за звездными рокерами!

– Чего же хотел Отец? – наконец, сдавленно вымолвил он. – Зачем ему было нужно легализовать звездных рокеров?

– Ха, все эти разговоры про террористов – только ширма! Донован на самом деле просто хотел удержать власть над нами, бэггами. Нам не нужна была Земля, мы не хотели участвовать в вашей дурацкой игре в терроризм, где гибнут сотни молодых, неопытных бэггов. Но Донован был слишком умен. Мы и оглянуться не успели, как он встроил нас, вольных жителей космоса, в ваш дурацкий, разлагающийся мир. Я слышал, как он перед смертью разглагольствовал про кукловодов. Так вот, главным кукловодов в этой игре был сам Отец Донован!

– Не может быть… – прошептал сбитый с толку Тед. – Отец был садистом и убийцей, вот и все.

– Чушь! Просто у всех вас, рядовых звездных рокеров, не хватало ума понять, что Донован делает на самом деле, к какой цели он стремится. Да, он сжигал университеты – но только те, где велись опыты по клонированию, по разработке губительных для людей нана-технологий. Банды Донована захватывали и сжигали города – но именно те, где процветал гомосексуализм и наркомания. Твой дружок физик Ким Соренс был приговорен Донованом к смерти – знаешь, почему? Соренс в молодые годы участвовал в разработке супербомбы, которая может уничтожить целый материк. И эта бомба уже создана!

Тед ощутил сильное головокружение. Ему и на самом деле показалось, что весь мир разом перевернулся. Да, Ким что-то вспоминал о бомбе, но очень смутно. Куда больше он говорил о Доноване, этом исчадии ада, главном террористе всех времени народов.

– Нет, Ким Соренс был не прав, – мягко сказал бэгг. – Донован на самом деле мог стать главным спасителем человечества от всех напастей – и внутренних, и внешних! Он нашел мое единственное слабое место: любовь к молодым бэггам, и вовсю пользовался этим в своих целях.

Тед криво усмехнулся.

– И ты не боишься обнаружить передо мной свою ахиллесову пяту? Я ведь тоже могу воспользоваться твоей единственной слабостью.

– Нет, не боюсь. Потому что ты слишком гуманен и полон сочувствия ко всему человечеству. Но ты не настолько умен, как Донован. Силен, отчаянно храбр – но не умен. И по-детски наивен. Потому-то я и выбрал тебя в преемники Отца.

– Ты?!

– А кто же еще? Донован специально подобрал себе банду этих безмозглых и жестоких апостолов на случай, если я все-таки сумею когда-нибудь подстеречь его и убить. По Кодексу в этом случае Отца должен был заменить один из апостолов, и тогда бы настал конец моим надеждам. Только счастливый случай помог мне продвинуть тебя на место преемника – и тогда Донован тут же подбросил тебе эту шлюху Хельгу. И я уже ничем не мог тебе помочь – но за меня это сделал «Ягуар».

– Он…

– Он – мой преемник.

Тед надолго замолчал, осмысливая услышанное. И с каждой минутой ему становилось все горше на душе. Он уже мог и не спрашивать, кто подослал ему несчастного Кима Соренса и как тот сумел решить задачу уничтожения неуязвимого Отца Донована.

– И что же будет теперь? – наконец спросил он.

– Все будет иначе, все! Донован хитро придумал эту штуку с лигой рокеров. Он сделал все возможное, чтобы оттолкнуть от моих детей-бэггов самые первосортные мозги землян, подсунув вместо них всяческий мусор, способный лишь крушить все вокруг. Донован лишил нас хороших, полезных наездников, сделав бэггов изгоями, отбросами вашей цивилизации, вызывающих у всех здравомыслящих людей лишь презрение и ненависть. И мое поколение бэггов осталось полуживотными… Донован не смог победить нас, но сумел втоптать в грязь. Это было результатом моей ошибки, но сегодня я сумел ее исправить. Теперь все будет иначе.

– Да… Теперь все будет иначе, – задумчиво пробормотал Тед, с неожиданной для бэгга силой сжав ручки руля. Глаз вновь взглянул на него – на этот раз настороженно.

– Только не строй из себя героя, малыш, – посоветовал «Белый дракон». – Тебе будет со мной очень неплохо! Со временем ты станешь живым Богом среди людей – пока все они не станут наездниками. Но это произойдет очень не скоро. И еще я подарю тебе очень долгую жизнь – ее секрет открыли слизняки. Вспомни, как выглядел Донован перед тем, как ты убил его – а ведь по возрасту он был глубоким стариком.

Тед задумался.

– А теперь нам пора на Землю, – громовым голосом воскликнул бэгг, и Тед внезапно ощутил непреодолимо сильное желание лететь назад, к огромному шару, занимавшему почти половину звездного неба.

Огромным усилием он стряхнул с себя это наваждение, и тут же дернулся от болезненного разряда – словно его пальцы прикоснулись к оголенным проводам.

– Не надо глупостей, малыш, – мягко сказал бэгг. – Мне не хочется калечить тебя. Донован на этот случай держал свой энергоразрядник и умел справиться со мной, но ты совершенно беззащитен. Мы летим к Земле – Донован долго держал меня на Луне словно в заточении, и я потерял слишком много времени. Численность бэггов за последние годы упала почти вдвое, но мы скоро поправим дело. И для начала ты снимешь запрет на продажу бэггов солидным клиентам, отменишь осаду «зачумленных» городов…

– Нет!

Тед получил еще два мощных разряда и едва не потерял сознание. Но все-таки не потерял.

– Ты все верно рассчитал, – с трудом отдышавшись, хрипло сказал он. – Я действительно далеко не Донован. Но он одно время был моим отцом, пусть и не по своей воле. И он кое-чему научил меня – быть может, предвидя сегодняшний день. Например, терпеть любую боль. А любить человечество я научился сам – пусть и не таким образом, как это делал Отец.

Он закрыл глаза, сосредоточился и одним ужасающим рывком разорвал петли, стягивающие ему руки. А затем таким же путем разделался и с поясом. И, не дав бэггу опередить себя, включил двигатель.

Руль отчаянно не слушался, но все же, содрогаясь от боли, Тед сумел развернуть его. Колеса бэгга стали вращаться и вскоре превратились в два сияющих диска.

Бэгг бился под ним, словно могучий дикий бык, но пилот не дал ему сбросить себя или свернуть с курса.

Поняв, куда намеревается лететь Тед, «Белый дракон» перестал сопротивляться…


…Тед сгорел, словно свеча, не долетев до Солнца.

– Прощай, малыш, – огорченно сказал бэгг, стряхнув с себя его прах. – Мы могли бы стать друзьями. Вы с Донованом умерли потому, что попытались противиться неизбежному. Глупо!

Затем «Белый дракон» развернулся и вновь направился к Земле.

Глава 1

Ровно в четыре часа ночи, как и оговаривалось в тайном послании, на всех уровнях огромного терранского дворца погас свет. Незадолго до этого все тысячи ее обитателей, включая охрану из личной гвардии императора, с помощью усыпляющего газа были погружены в глубокий сон.

Шорр Кан сидел в углу своего кабинета, за перегородкой из бронированного поляризованного стекла, делавшего его неуязвимым и одновременно невидимым, и потной рукой сжимал бластер. При свете звезд (хорошо что тайный посланник не потребовал заодно погасить и терранское небо!) он смутно различал грузного человека, восседающего на кресле у письменного стола. Двойник был погружен в транс, и ныне находился в полном подчинении своего хозяина. Он мог вести переговоры, защищаться, драться, бежать в случае угрозы для своей жизни – словом, все то же самое, что сделал бы на его месте сам Шорр Кан. А главное, двойник мог умереть героической смертью ради своего обожаемого императора.

Невидимые в темноте часы гулко зазвенели раз, второй, третий. Три часа ночи! В почившей в бозе лиге Темных Миров это время называли часом оборотня. Тот, кто в этот момент должен был войти во дворец, и был оборотнем. Еще вчера этот человек громогласно заявлял, что император всея Галактики Шорр Кан – злейший враг свободы, что он – тупой и кровожадный тиран с окаменевшими мозгами и еще более окаменевшим мировоззрением пещерного троглодита. Словом, вполне достойный друг и соратник величайшего лицемера, лже-пророка и лже-мессии Моргана Чейна! А сегодня ночью этот человек прибыл на Терру на корабле-невидимке, чтобы вступить в тайные переговоры со своим якобы злейшим врагом. Обыватели назвали бы такое поведение беспринципностью, а на самом деле это всего лишь только политика.

А вдруг это послание – часть зреющего заговора? Шорр Кан нервно вытер пот со лба. За прошедшие почти два десятка лет после его воцарения на троне Галактики на него покушались не менее сотни раз. Несмотря на все меры предосторожности, шесть его двойников погибли во время дальних космических перелетов, а один болван ухитрился даже утонуть в Атлантическом океане вместе с Лианной и обеими дочерьми, Анной и Виленой (к счастью, все они тоже были двойниками).

К счастью в метрополии подобных неприятностей не случалось уже давно. Дворец галактического императора, а вернее – огромный комплекс зданий, занимал площадь в десять квадратных километров на побережье Средиземного моря, и был буквально напичкан хитроумными антитеррористическими приборам и датчиками, а также бесчисленными агентами службы безопасности, в основном телепатами и экстрасенсами. Злоумышленник при всем желании не мог пробраться к центральному дворцу ближе чем километр. Воздушное пространство над всей территорией древнего государства Греция защищалось тройным «космическим зонтиком», и ни один летательный аппарат не мог бы приближаться к Терре с воздуха – его бы тотчас уничтожили. Да что там летательный аппарат – даже шальной комар не мог проскользнуть в покои императора!

Шорр Кан криво усмехнулся и невольно покачал головой, удивляясь самому себе. И было чему удивляться! Добрых два десятка лет он тщательнейшим образом выстраивал и укреплял систему собственной безопасности. И вчера вечером разом похерил все, что создавалось с таким трудом! Каким-то невероятным образом (может, дело не обошлось без магии?) его уговорили провести тайные переговоры именно здесь, во дворце, в самом центре Империи. Его вынудили открыть коридор в космосе для корабля-невидимки, его заставили усыпить всех обитателей дворца, включая императрицу Лианну. И как он, старый осел, мог согласиться на такие чудовищные, унизительные условия? Он, который порой не доверял собственной тени? Немыслимо, невозможно…

Все так. Но была одна маленькая деталь, которая заставила его совершить этот безумный во всех отношениях поступок. Человек, который должен был с минуту на минуту войти в кабинет, являлся злейшим врагом его ближайшего друга Моргана Чейна. Более того, этот человек каким-то непонятным образом сумел некоторое время удерживать всесильного галактического мессию в плену, а по слухам, даже серьезно ранить! Ранить – неуязвимого Звездного Волка, которого двадцать три года назад не сумела уничтожить даже металлическая змейка, начиненная радитом и проникшая в его внутренности! Нет, с таким интересным человеком имело смысл познакомиться лично, и даже рискнуть головой. Не своей, конечно, а очередного болвана-двойника.

Внезапно дверь слегка скрипнула. Шорр Кан вздрогнул и на всякий случая вынул из кармана второй бластер. Вчера утром техник целый час провозился с петлями, заставив их слегка и как бы естественно скрипеть при малейшем открытии двери. Эта маленькая хитрость ничуть не нарушала условий договора с тайным гостем, но чуть-чуть склоняла чашку весов судьбу в пользу хозяина.

В глубокой тьме, царившей в кабинете, ничего нельзя было различить. Шорр Кан в какой уже раз пожалел, что не надел инфракрасные глазные линзы. Пришелец их все равно бы не смог заметить, а жить стало бы легче. Впрочем, довольно с него двух бластеров! Увлекаться средствами защиты не стоило, иначе вся встречу могла бы пойти насмарку.

Скрип стих, и вновь воцарилась тишина. Шестым чувством Шорр Кан понял, что отныне в кабинете появился кто-то третий.

– Приветствую вас, император, – внезапно со стороны окон послышался чей-то густой, бархатистый голос. Чей-то? Нет, этот голос был хорошо знаком Шорру Кану, пусть и только и по видеозаписям, полученным автоматическими зондами службы Внешней Разведки. Странный акцент был типичен для планеты Арктур-2, или иначе Голконды, жители которой вот уже сотни лет демонстративно не разговаривали на галакто, предпочитая свой родной язык. Но этот голос невозможно было спутать ни с каким другим!

Двойник, сидевший за столом, слегка привстал и дружески прижал руку к сердцу (Шорр Кан хотел этим жестом убедить гостя, что хозяин безоружен).

– Президент Лейтон? – с удивлением произнес двойник то, что мысленно передал ему Шорр Кан. – Признаюсь, не ожидал, что именно вы прибудете на Терру.

В темноте послышался легкий смешок.

– Честно говоря, я и сам этого от себя не ожидал. Мне уже за семьдесят, и все это время я практически не покидал Голконды, если не считать полетов на наши луны. Как вы знаете, наш народ ведет замкнутый образ жизни. Мы прохладно относимся к гостям, а еще больше не любим путешествовать. Знаете ли, нам хорошо и без Галактики… Но когда-то случается и самое невероятное! Я собирался направить на Терру своего секретаря или одного из министров, но вместо этого вдруг поднялся сам на борть звездолета. Мне даже показалось, что здесь не обошлось без магии…

Шорр Кан вздрогнул. Точно такая же мысль недавно посетила и его самого! Странное совпадение.

Двойник повернул голову к окну и дружелюбно произнес:

– Надеюсь, вы удовлетворены мерами безопасности, которые я предпринял по вашей просьбе?

– Да. Пока – да.

– Тогда быть может, стоит включить свет? Согласитесь, глупо разговаривать, не видя друг друга. Кресло вас ждет, президент Лейтон! А также бутылочка доброго испанского вина. Признаюсь, самое лучшее, что есть на Терре – это вино!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17