Сергей Сухинов.

Ярость Звездного Волка



скачать книгу бесплатно

– Что с тобой, отец – ты себя плохо чувствуешь? – неожиданно рядом прозвучал встревоженный девичий голос.

Ахав нахмурился. На палубу судна спрыгнули его дети, Ольма и Илия. Также как и отец, они были одеты в теплые, на меховой подкладке комбинезоны, испещренные застежками-молниями: в бурном морекосме карманы для рыбака – самое надежное хранилище для мелких инструментов. На ногах у ребят были отличные унты с подошвами из кожи морских рошей – их многочисленные присоски надежно удерживали моряков на скользкой от соленых брызг палубе. За плечами Илии висел большой, не по его худенькой фигуре рюкзак, а рослая Ольма сгибалась под тяжестью сумки, набитой, судя по всему, вяленым мясом. Старик залюбовался дочерью – к счастью, она пошла не в него, а унаследовала от покойной матери горделивую осанку, крепкие округлые бедра, длинные стройные ноги – ни дать, ни взять – синьора из Замка! И личико у нее премилое – круглое, как луна, с небольшим курносым носиком, чудной ямочкой на подбородке и серыми детскими глазами, всегда очень серьезными и в то же время удивленными. Короткие, по-рыбацки горшком стриженные волосы (а то, не дай бог, запутаются от ветра в сетях при спуске невода!) придавали Ольме задорный мальчишеский вид. Словом, по их деревенским понятиям – красавица, кровь с молоком. И хотя девчонке всего пятнадцать, вокруг нее уже вьются здоровенные сыновья старого Макса и даже Рол, зять самого старосты, не прочь зайти, якобы мимоходом, во двор и поболтать с Ольмой, вводя ее в краску своими красноречивыми взглядами.

А вот с сыном вышла незадача. Видимо, в неудачный день родила его Рада – вот и вышел Илия хилым, остроносым мальчишкой, вялым и задумчивым. С малых лет сверстники изгоняли его из игр, взрослые же вообще его не замечали – всем было ясно, что рыбака из этого парня не выйдет. Только один поселковый пастырь сжалился над Илией, научил его читать и писать – и с тех пор мальчик вечно пропадал в церковной библиотеке, листая толстые, никому ненужные книги. Пастырь нахвалиться на него не мог, обещал ходатайствовать за Илию перед священным Синодом Замка. Мол, хорошо бы мальчику, несмотря на низкое происхождение, позволили учиться в рыцарском колледже – поселку сейчас, как никогда, нужны образованные люди. Жаль, подумал Ахав, некому передать на старости лет свой опыт…

Но сегодня, похоже, ребята собрались идти вместе с ним в плавание – и старика это вовсе не обрадовало.

– За солонину – спасибо! – спокойно сказал он, стараясь скрыть раздражение. – У меня запасов в камбузе на неделю, не больше, а путь предстоит далекий – всякое может случиться. А вот спальные мешки, Илия, ты напрасно тащил – мне в рулевой рубке и одного матраса хватит.

Мальчик со вздохом облегчения опустил объемистый рюкзак на палубу и укоризненно посмотрел на старшую сестру.

– Ну вот, я же тебе говорил, что отец нас не возьмет! Только зря рано встали… – он сладко зевнул, с прищуром глянув на розовый шар Некры, наполовину уже поднявшийся из-за горизонта. – Ого, сколько сегодня водоворотов!

Ольма, насупившись, упрямо встряхнула головой.

– Я сказала – значит, мы пойдем сегодня на охоту! Отец, тебе уже не двадцать лет, две пары ловких рук в плавании тебе не помешают.

Никто из рыбаков не выходит в морекосм один, даже силач Вольдер и тот берет с собой дочерей…

– Да, но его дочерям уже за тридцать, и от мужиков их разве что по юбкам отличишь – невольно усмехнулся Ахав, вспомнив неудачливое семейство Вольдера, в котором ни один жених не задерживался больше месяца. – И потом, они девки умелые, любая из них и гарпун в кита метнуть сможет, и тушу разделает не хуже отца. А вы у меня… – он досадливо махнул рукой и, больше не споря, пошел в рубку.

Ольма расцвела славной улыбкой, подмигнула растерянному брату – видишь, я же говорила! – и направилась на корму к люку, ведущему в трюм. Там, внизу, в одном из тесных помещений с единственным иллюминатором, находился камбуз, в котором царил вечный бедлам. А Илия остался на палубе и продолжал любоваться рассветом.

Шхуну, тем временем, сильно качнуло – это прилив поднял киль с песка, и тут же звонко запел туго натянувшийся якорный канат. Ахав защелкал тумблерами на приборной доске, включая питание гиростабилизаторов и двигателей, управляющих такелажем. Дав машинам как следует разогреться, он потянул на себя красный рычаг и снял этим шхуну с якоря.

– Эй, юнга! – хрипло крикнул он, выглядывая в боковое окно. – Чего загляделся – беги, поднимай паруса! Да смотри, не свались с грот-мачты в воду, я тебя вытаскивать не собираюсь…

Он не договорил – левый окуляр проклятых очков вновь забарахлил. И сразу сердце Ахава тревожно сжалось. Он увидел стальную палубу космобота, на которой, ухватившись за решетчатые поручни, стоял Илия, обтянутый золотистой чешуей скафандра. Лицо мальчика, закрытое прозрачной пленкой мембран-шлема, мертво отсвечивало голубым светом звезд. На его плечах висел небольшой черный горб – это была космомедуза, жительница далекого Альтаира. Медлительное, апатичное существо обладало способностью перерабатывать в кислород космическую пыль, солнечные лучи, разреженные газы и даже микрометеориты. Космомедузы были неприхотливы, легко приспосабливались к любым внешним условиям и потому широко использовались в Галактике вместо громоздких баллонов со сжатым воздухом. Для того, чтобы медуза невзначай не выплюнула из своего короткого хоботка мундштук аэросистемы и не обрекла человека на гибель от удушья, мундштук изготавливался из сладкой как карамель пластмассы, любимого лакомства этого странного существа. Бр-р-р, только подумать, что и он, Ахав, и Ольма в реальности тоже одеты не в теплые комбинезоны, а в такие же чешуйчатые облегающие скафандры с черными медузами за спиной…

Изображение вновь мигнуло – и восстановилось в своем привычном преобразованном виде, ласкающем глаз любого человека. Ахав увидел, как Илия, оживившись, начал ловко взбираться по скобам грот-мачты, выполняя его приказ.

«А хороший сегодня будет день!» – подумал старик, взглянув в безоблачное небо. Включив обзорные экраны, он стал осторожно выруливать, уводя шхуну от берега.

Дети нечасто отправлялись с ним в плавание – и всегда это приносило удачу. А удача нужна сейчас, как никогда…

Шхуна обогнула остров и взяла курс на юго-восток – туда, где, по сообщению старосты, вчера вечером Наблюдатели заметили стадо крупных китов. Киты шли по сильно вытянутой орбите вокруг Полдии, приближаясь к планете в перигее не более чем на триста лиг. Судя по траектории, стадо было чужим, внесистемным, из числа межзвездных странников. За ночь киты вполне могли перейти на параболическую орбиту и покинуть систему Некты – и тогда Ахав мог, в лучшем случае, надеяться лишь на встречу с секачом, ветераном-одиночкой. Шкуры этих свирепых хищников (не зря некоторые из них служили самому Врагу!) обычно были покрыты глубокими шрамами от схваток с такими же буйными бродягами, и ценились в замке невысоко. Зато потроха были у инженеров Управления нарасхват – хорошо промытые и очищенные от жира, они использовались в боевых арсеналах фортов.

«Гелле» уже не раз доставалось от «огненных плевков» этих бывалых чудовищ, а однажды исполинский нарвал едва не потопил ее, протаранив правый борт блинным рогом. Но и цена риска была высока – если он, Ахав, прибуксирует к причалу Порта хотя бы небольшого секача, то Управление охотно погасит весь долг. Ему сейчас нужно немного удачи. Богиня судьбы не должна от него отвернуться!..

Пройдя небольшой островок Увию, давно потерявший свою атмосферу и потому годный лишь под склад горючего, рыбак увидел Замок. Могучий, высотой в лигу утес черным перстом возвышался среди кипящих волн прибоя. У его подножия, на узкой полосе каменистой отмели, размещались многочисленные причалы, склады, ангары, среди которых сновали сотни людей в коричневых комбинезонах Технической службы. А там, высоко в звездном небе, на вершине утеса, громоздились мрачные серые бастионы, тройным кольцом окружавшие гранитную корону дворца Звездного ордена. Хрустальные шпили его мощных башен пылали разноцветными огнями в лучах восходящего солнца. Но даже этот чудесный фейерверк не мог рассеять гнетущего впечатления, которое производил тяжелый кулак Замка, нависший над миром.

Ольма неслышно подошла к Ахаву и, не отрывая от дворца зачарованных глаз, сказала:

– Отец, завтрак готов! Я постою у штурвала сколько надо, ты не торопись, поешь как следует…

– Только не сейчас, дочка, – глухо ответил старик, с неприязнью глядя на гнездо звездных рыцарей. – Когда отойдем подальше от Замка, я включу автоштурман и сам спущусь в камбуз. А ты, Ольма, лучше иди в трюм и помоги Илии готовить гарпуны – Чую, завтра день у нас будет нелегкий…

* * *

К вечеру «Гелла» ушла далеко от Полдии. Зеленая планета превратилась в инверс-изображении в гигантский материк, а затем подернулась дымкой тумана и пропала из поля зрения. На морекосме поднялось сильное волнение, шхуну стало качать, и пенистые валы то и дело перекатывались через палубу. Ахав, нахмурясь, спустил грот-бромсель и, умело управляя кливером, выровнял корабль. Механические тяги, управляющие парусами, работали не слишком надежно, особенно на бизань-мачте, и это грозило шхуне стать мало управляемой во время шторма. Если бы на «Геллу», хоть на полчаса, поднялся инспектор Управления, то скорее всего опломбировал бы шхуну, а он, Ахав, схлопотал бы солидный штраф. Слава богу, что чиновники из Замка редко опускались до такой мелочи, как рыбацкие суденышки – если, разумеется, дело не шло о ее добыче…

Ольма и Илия стояли в рулевой рубке за спиной отца и с восхищением наблюдали, как ловко капитан «Геллы» управляется со штурвалом и несколькими десятками рычагов и тумблеров на панели управления. Понятно, они приуныли, когда отец суровым голосом приказал им немедленно спуститься в трюм и не мешаться у него под ногами.

– Папа, но сейчас же начнется самое интересное! – заныл Илия, умоляюще глядя на отца. Его обычно бледное личико порозовело, бесцветные глаза оживились настолько, что в них стал поблескивать даже огонек азарта. Такое с ним случалось лишь в дни, когда на Один заглядывал какой-нибудь бродячий торговец. Среди груд хлама, разложенных прямо на песке у причала, порой попадались старые потрепанные книги, при одном виде которых Илия просто обмирал. Но сейчас мальчишку возбудил близившийся шторм! «Неужто я ошибся, и парень может со временем стать моряком?» – с волнением подумал Ахав, через плечо поглядывая на сына.

Но он остался неумолим.

– Вниз, я сказал! – закричал он, с трудом удерживая штурвал. – Пора откачивать воду из трюма! Ольма, что ты стоишь?

Девушка презрительно хмыкнула, но молча потащила за руку упирающегося брата за собой по отчаянно раскачивающейся палубе. Ахав, скосив глаза на зеркало заднего обзора, проследил, как цепляясь за медные поручни, дети добрались до кормового люка, и сосредоточился на управлении шхуной.

Неподалеку среди бурных волн резвилась стая крупных тунцов, белый альбатрос с протяжным криком пронесся над кормой, словно о чем-то предупреждая. Старик встревожился – чутье говорило ему о надвигающейся опасности. Справа по курсу он увидел два скалистых острова – это было инверс-изображение двух наиболее крупных лун Полдии. В этих местах нужно было держаться настороже – не дай бог, шхуна попадет в одно из течений, стремительно несущих свои холодные воды прямо к береговым отмелям! В этом случае «Гелле» не миновать столкновения с подводными рифами…

Ахав взялся левой рукой за рычаг управления такелажем, резко уменьшил парусность и развернул судно боком к ветру. Шхуна замедлила скорость, но штурвал стал яростно вырываться из усталых рук рыбака. Ветер крепчал, подняв высоко над волнами желтые хлопья пены. Первой не выдержала латанная-перелатанная бизань-мачта – под натиском разгулявшегося шторма она вдруг треснула, с грохотом переломилась пополам и обрушилась на палубу. Оставшиеся мачты угрожающе раскачивались, теряя остатки парусов. Обливаясь потом, Ахав пытался удержать судно на нужном курсе, но «Гелла» так и норовила свернуть к островам. «Что же ты, старушка, – шептал старик, чувствуя, что теряет последние силы. – Не подведи, родная, не подведи!..»

И тут ветер стих так же внезапно, как и возник несколько минут назад.

Ахав облегченно вздохнул и, включив автоштурман, на негнущихся ногах вышел из рубки. Опершись спиной о борт, густо облепленный пеной, он горестно оглядел «Геллу», которая превратилась в жалкого инвалида. Бизань-мачта была переломлена пополам, от грот-мачты осталось едва две трети, бом-кливер и кливер напоминали решето. Такой неудачи с ним давно не случалось…Ни о какой охоте на китов и речи уже не могло идти – дай бог, чтобы суденышко вернулось к родным берегам!

Перешагивая через обломки мачт, к нему уже спешили дети. Илия был бледен и растерян, а Ольма еще более посуровела – глаза ее сузились, губы недобро сжались в узкую полоску.

– Отец, нам надо возвращаться! – задыхаясь от волнения, крикнул Илия, не обращая внимания на яростные взгляды сестры. – Разве «Гелла» может идти дальше без парусов?

– Сам знаю, – сквозь зубы ответил Ахав, опустив от стыда голову. – Но на следующей неделе к нам придет сборщик налогов – и чем я буду с ним расплачиваться? Придется отдать «Геллу» в счет долгов, а самому на старости лет подаваться в ловцы губок. Ладно…

– Ничего не ладно! – возмущенно сказала Ольма, с сочувствием глядя на обескураженного отца. – Ты не сможешь жить без шхуны! Лучше я пойду в Замок служанкой или прачкой…

– И не думай об этом! – в бешенстве закричал Ахав и, подскочив к девушке, отвесил ей оплеуху. – Чтобы я больше не слышал от тебя таких слов! Дочь китобоя Ахава – и пошла в шлюхи к пузатым чинушам?

Ольма отшатнулась. ее мокрое от брызг лицо исказилось от обиды и боли. Опомнившись, Ахав понял, какую он сделал глупость. Девушка-то пошла вся в него – сплошной комок гордости и упрямства. Теперь эта обида надолго встанет между ними, никаких извинений Ольма и слушать не захочет…

Илия ласково погладил вздрагивающее плечо сестры, укоризненно глядя на отца. Ахав нередко отвешивал ему затрещины, особенно, когда тот допоздна задерживался в церковной библиотеке – но Ольму до сих пор никто и пальцем не тронул.

Старик вздохнул, отвернулся и, заложив руки за спину, угрюмо пошел на корму. Альбатрос с оглушительным криком вновь пронесся у него над головой. Ахав встрепенулся, поднял голову – и увидел невдалеке от судна кита.

* * *

Гигант-одиночка – таких Ахав встречал всего дважды за свою долгую жизнь – плыл в полулиге от шхуны, выбрасывая высоко в небо сразу шесть фонтанов. Горб лоснящейся туши поднимался над волнами словно холм. Широкие плавники мягко ударяли о воду, мощный хвост, оснащенный тремя рядами зазубренных костянистых гребней, оставлял за собой пенистый след.

Мертвой хваткой вцепившись в поручни, Ахав хмуро рассматривал многочисленные шрамы, покрывавшие кожу гиганта. Да, это был секач, кит-бродяга, ветеран, закаленный в бесчисленных схватках – судя по длине и окраске гребней, ему было лет триста, не меньше. Но как же так… патрули Управления не могли пропустить такого исполина! Они подняли бы по тревоге весь рыцарский флот и бросили в этот район, по крайней мере, крейсер или даже линкор. Вместо этого он, Ахав, на старой, полуразбитой посудине, должен дать отпор врагу!

К нему тихо подошел сын и, затаив дыхание, следил за секачом. Вместо испуга в мальчишке впервые проснулся охотничий азарт.

– Отец! – вдруг крикнул он хриплым от возбуждения голосом. – Гарпуны готовы к бою! Ох, и везет же…

Ахав не успел обернуться, как позади послышались торопливые шаги – сын уже спускался в трюм, в их крохотный арсенал.

– Стой! – закричал рыбак, теряя самообладание. – Стой, я сказал, сопляк! Здесь командую я!

Ольма, забыв о недавней обиде, успокаивающе погладила отца по плечу.

– Это наш единственный шанс, отец! – мягко сказала она. – Если мы возьмем этого кита, то расплатимся со всеми долгами – еще и на жизнь останется. Чего ты медлишь – нам, наконец, улыбнулась удача…

– Удача? – горько сказал Ахав, взяв дочь за плечи, повернул ее лицом к парусам. – Ты считаешь, девочка, что мы справимся с таким гигантом – втроем, на старом, потрепанном суденышке?

Девушка тихо спросила:

– Ты боишься за нас? Скажи – если бы ты был один, то рискнул?

Рыбак опустил глаза и буркнул:

– Но я же не один… Ладно, иди в арсенал и помоги Илии. Попробую подойти к киту с подветренной стороны… а там посмотрим. Ну, живо!

Ольма ободряюще улыбнулась ему и бросилась к люку, Ахав же, чертыхаясь, направился назад. в рубку. Было безумством нападать на секача. Если кит рывком уйдет в глубину, то тросы всех шести гарпунов не выдержат… А если они не лопнут, то будет еще хуже – потерявшая остойчивость «Гелла» может завалиться на бок и пойти ко дну. Секач еще мог, поднырнув под килем, выйти «Гелле» за корму – и сжечь ее двумя-тремя «огненными плевками». Да мало ли у матерого, закаленного в смертельных переделках кита, способов разделаться с одиноким суденышком? Можно биться об заклад, что его хребет истыкан обломками гарпунов, а в широких складках хвоста застряли останки разбитых кораблей.

Ахав уже начал разворачивать шхуну, когда ему в голову пришла неожиданная мысль. Всем известно, что секачи никогда не подходят близко к обитаемым мирам. Их стихия – это планеты-гиганты с водородно-метановой атмосферой, где они любят понежиться, питаясь обломками кристаллических металлов – так же, как земные киты живут в скоплениях океанского планктона. Выходит, это не просто одинокий бродяга, а разведчик! Разведчик Белого кита! Секач наверняка скрывается здесь, между лунами, чтобы по команде Хозяина глубоко нырнуть и одним рывком достичь Замка. Крейсера, стоящие на приколе в порту, будут застигнуты врасплох! Так было сорок лет назад на орбите Тернии, крупной планеты в системе Альбатроса, где Замок был разрушен почти до основания. И так было восемь лет спустя, на пути Замка к созвездию Девы, где была потоплена половина рыцарского флота, а он, Ахав, потерял ногу, встретившись на «Гелле» с Белым китом.

У Ахава перехватило дыхание. Удерживая штурвал правой рукой, он дотянулся левой до тумблера радиосвязи и закричал:

– Порт! Говорит шхуна 12–16! Порт, вас вызывает 12–16…

Несмотря на то, что он вызывал Замок на аварийной волне, в динамике ничего не было слышно, кроме шума и треска.

– Говорит 12–16! Порт, вы слышите меня? Отвечайте…

И вновь ответом ему был только шорох помех. Но откуда им быть здесь, в тридцати лигах от Замка? Никакие космические силы не могли погасить аварийную связь. Никакие – кроме…

Он заорал, надеясь, что не работает только прием и дежурные Порта слышат его:

– Говорит 12–16! К замку движется кит-секач со скоростью 6 кабельтовых в час! Координаты… – он скосил глаза на экран автоштурмана и скороговоркой выпалил несколько десятков цифр. – Порт, вы слышите меня? Похоже, секач готовится нырнуть, чтобы внезапно напасть на крейсера! За ним идет Белый кит! Вы слышите – Белый…

Он не успел договорить – из переговорной трубки, связывающей рубку с арсеналом, послышался испуганный крик сына:

– Отец, секач разворачивается в нашу сторону! Он хочет напасть на нас! Гарпуны готовы к бою…

Шхуна, раскачиваясь и отчаянно скрипя, сумела развернуться так, что кит оказался впереди по курсу. Но и флегматичный гигант явно обратил на нее внимание. Все шесть сверкающих на солнце фонтанов еще выше взметнулись в небо, голова исполина приподнялась над волнами – и секач устремился навстречу «Гелле». Через несколько секунд кит сможет накрыть их «огненным плевком» и тут же протаранит охваченные пламенем останки шхуны, разметав по волнам их в мелкие щепки. «Наверное, перехватил мою передачу, – с отчаянием подумал старик. – Теперь секач не успокоится, пока не пустит нас ко дну!»

Продолжая удерживать штурвал, Ахав не глядя положил левую руку на боевую панель. Дисплей прицела засветился бледно-зеленым светом, обрисовывая красной линией тело кита в проекции на плоскость атаки. На туше исполина темными пятнами были выделены зоны наибольшей уязвимости, в которые компьютер прицела предлагал метать гарпуны. Рядом загорелись синие цифры – оценки вычислителя, в какой последовательности и по каким зонам следует наносить удары. Но Ахав даже не взглянул на них – сощурившись, он смотрел, как секач раскрывает пасть, готовясь к плевку. Пять секунд, четыре, три…

– Отец, ну стреляй же! – раздался из переговорной трубки испуганный голос Илии.

Старик дождался мгновения, когда пасть кита раскрылась полностью, обнажая ряд желтых ребристых зубов, способных раскусить корпус «Геллы» как пустой орех, и только тогда не глядя вдавил кнопки. Шхуна дрогнула – и тут же за бортом вспенились следы двух гарпунов-торпед. Выдерживая между собой интервал метров в пять, гарпуны молниеносно достигли цели. первый их них попал точно в пасть киту, а второй, сделав крутой вираж, ударил по правому плавнику. И в этот момент секач «плюнул».

Рыбак отшатнулся, увидев стену яростного пламени. Паруса на фок-мачте сразу же вспыхнули, конец бушприта оплавился. В корпусах мачт немедленно вскрылись пожарные лючки и автоматические помпы выбросили пышные струи пены, сбив пламя до того, как оно успело набрать силу. «Гелла» вновь поднялась на дыбы – это Ахав залпом выпустил еще три гарпуны и сразу же резко увел судно влево, накренив его так, что паруса едва не коснулись гребней волн. Разъяренный секач бросился вперед. Это был страшный миг – шхуна могла попасть под удар гигантского хвоста и превратиться в груду щепок. Но попавшие в него гарпуны сделали свое дело, и кит промахнулся всего на метр-два.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18