Стивен Эриксон.

Полночный прилив



скачать книгу бесплатно

Steven Erikson

Midnight Tides


© Steven Erikson, 2004

© А. Андреев, А. Юшенкова, П. Кодряной, С. Рюмин, перевод на русский язык, 2016

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2017

* * *

Кристоферу Порожному



Благодарности

Глубочайшая благодарность старой команде: Рику, Крису и Марку – за подробные комментарии к роману. А также Кортни, Кэму и Дэвиду Кеку за их дружбу. Как всегда, спасибо Клэр и Боуэну, Саймону Тэйлору и команде «Transworld»; Стиву Доналдсону, Россу и Перри; Питеру и Нику Краутерам, Патрику Уолшу и Говарду Морхэйму. А также работникам «Tony’s Bar Italia» – за этот, уже второй роман, который они заправили своим кофе.

Действующие лица

Тисте эдур

Томад Сэнгар, глава рода Сэнгаров

Урут, жена главы рода Сэнгаров

Фир Сэнгар, старший сын, оружейник шести племен

Трулл Сэнгар, второй сын

Бинадас Сэнгар, третий сын

Рулад Сэнгар, четвертый, младший сын

Майен, нареченная Фира

Ханнан Мосаг, колдун-король союза шести племен

Терадас Бун, старший сын рода Бунов

Мидик Бун, второй сын

Бадар, неокропленный

Ретал, воин

Канарт, воин

Корам Ирард, неокропленный

Холб Харат, неокропленный

Матра Брит, неокропленный

Рабы-летерийцы у тисте эдур

Удинаас

Пернатая Ведьма

Хулад

Виррик

Летери во дворце

Эзгара Дисканар, король Летера

Джаналл, королева Летера

Квиллас Дисканар, принц и наследник

Уннутал Хебаз, преда (командующая) летерийской армии

Брис Беддикт, финадд (капитан) и королевский поборник, младший из братьев Беддиктов

Морох Неват, финадд охраны принца Квилласа Дисканара

Куру Кван, седа (чародей) короля

Нисалл, первая наложница короля

Турудал Бризад, первый консорт королевы

Нифадас, первый евнух

Герун Эберикт, финадд королевской гвардии

Трибан Гнол, канцлер

Лаэрдас, маг в свите принца

На севере

Бурук Бледный, торговец на севере

Сэрен Педак, аквитор Бурука Бледного

Халл Беддикт, посланник на севере, старший из братьев Беддиктов

Некал Бара, чародейка

Арахатан, маг

Энедиктал, маг

Йан Товис («Сумрак»), атри-преда в Пределе фентов

В городе Летерас

Тегол Беддикт, житель столицы, средний из братьев Беддиктов

Хеджун, сотрудница Тегола

Риссар, сотрудница Тегола

Шанд, сотрудница Тегола

Калас, сторож

Бири, торговец

Хальдо, владелец заведения

Бугг, слуга Тегола

Ублала Панг, преступник

Харлест, домашний охранник

Ормли, лучший крысолов

Рукет, главный следователь гильдии крысоловов

Баберд, гильдия крысоловов

Блестка, гильдия крысоловов

Рубин, гильдия крысоловов

Оникс, гильдия крысоловов

Сверк, гильдия крысоловов

Кубышка, девочка

Шурк Элаль, воровка

Селуш, облачительница усопших

Паддерант, подручный Селуш

Урул, старший официант Хальдо

Инчерс, горожанин

Хулбат, горожанин

Тербл, горожанин

Унн, бедняк-полукровка

Делисп, мамаша борделя «Храм»

Прист, садовник

Чахотка, головорез

Зеленый Свин, печально известный маг прошлого

Другие

Вифал, оружейник мекросов

Ринд, нахт

Мейп, нахта

Пьюл, нахт

Та, кто внутри

Силкас Руин, одиночник-элейнт тисте анди

Скабандари Кровавый глаз, одиночник-элейнт тисте эдур

Готос, яггут

Руд Элаль, мальчик

Стальные прутья, солдат

Корло, маг

Полуклюв, солдат

Улшун Прал, имасс




Пролог

Первые дни раскола Эмурланна

Вторжение эдур, эпоха Скабандари Кровавого глаза

Время Старших богов


Закрученные, пропитанные дымом тучи плакали кровавым дождем.

Последние летучие крепости, объятые огнем и изрыгающие черный дым, покидали небо. Падая, они пропахивали в земле глубокие борозды и разлетались со страшным грохотом мириадами кровавых камней по кучам трупов, устилавших землю до горизонта.

От людных городов остались усыпанные пеплом развалины; встающие над ними громадные дымы, несущие к небу следы разрушения, – дымы, наполненные сором, размолотой плотью и брызгами крови, – закручивались вихрями рассеянного тепла и расползались по небу.

Посреди уничтоженных армий легионы победителей собирались на центральной равнине, большей частью покрытой точно пригнанными плитками – там, где остатки летающих крепостей не вырыли глубоких воронок, – хотя выстроить ровные ряды мешали бесчисленные трупы поверженных. И смертельная усталость. Легионы принадлежали двум союзным армиям; и было ясно видно, что одной из них пришлось гораздо хуже, чем другой.

Расправив окутанные кровавым туманом крылья стального цвета, Скабандари спускался, пронзая вспененные тучи; он моргал третьим веком, прочищая небесно-голубые драконьи глаза. Снижаясь широкими кругами, дракон наклонил голову, обозревая своих победоносных отпрысков. Серые стяги легионов тисте эдур яростно колыхались над строящимися воинами; насколько мог судить Скабандари, в живых осталось не меньше чем восемнадцать тысяч из его теневого племени. Вечером будет плач в шатрах первых поселенцев – день начался с того, что больше двухсот тысяч тисте эдур вышли на равнину. И все же… их достаточно.

Эдур ударили в восточный фланг армии к’чейн че’маллей вслед за волнами опустошительной магии. Строй противника был рассчитан на лобовую атаку, и солдаты разворачивались навстречу угрозе с фланга со смертельной медлительностью. Словно клинок, легионы эдур ударили в сердце армии врага.

Снижаясь, Скабандари видел тут и там полночные знамена тисте анди. В живых осталась лишь тысяча, а то и меньше. Потрепанным союзникам победа далась тяжело. Они сошлись с охотниками К’елль, элитой кровавых армий трех Матрон. Четыреста тысяч тисте анди против шестидесяти тысяч охотников. Другие батальоны – и анди, и эдур – атаковали летающие крепости; они ведали, что отправляются на верную смерть, и их жертва стала в тот день главной для общей победы: летающие крепости не смогли прийти на помощь армиям на равнине. Сама по себе атака на четыре летающие крепости принесла лишь незначительный результат, ведь опустошительная ярость Короткохвостых, пусть и малочисленных, давно известна, – но она дала время тисте Скабандари и его союзнику одиночнику-дракону обрушиться на небесные цитадели, использовав Пути Старвальд Демелейн, Куральд Эмурланн и Куральд Галейн.

Дракон скользнул туда, где высилась неровная гора трупов к’чейн че’маллей, отмечающая последнюю линию обороны одной из Матрон. Куральд Эмурланн разметал защитников, лишь дикие тени еще порхали на склонах. Скабандари расправил крылья, взметнув душный воздух, и приземлился на кучу тел рептилий.

Через мгновение он принял образ тисте эдур. Кожа цвета кованого железа, свободные длинные седые волосы, худое лицо с острым носом, пронзительные, близко посаженные глаза. Широкий рот с опущенными углами губ, никаких морщин. Высокий гладкий лоб, украшенный шрамом наискосок, мертвенно-бледным на смуглой коже. На кожаном ремне двуручный меч, на бедре – перевязь длинных ножей; плечи укрыты чешуйчатым плащом – еще свежей и блестящей шкурой Матроны.

Он стоял, покрытый брызгами крови, и смотрел, как строятся легионы. Командиры эдур, взглянув на него, принялись отдавать приказания войскам.

Скабандари обратил взор на северо-запад, прищурившись на клубящиеся тучи. Через мгновение из туч появился костяно-белый громадный дракон – во всяком случае, крупнее самого Скабандари в образе дракона. Он тоже был забрызган кровью… и по большей части своей собственной, поскольку Силкас Руин сражался со своим племенем анди против охотников К’елль.

Скабандари следил, как приближается союзник, отступив на шаг, только когда громадный дракон опустился на вершину холма и тут же сменил образ. На голову выше одиночника тисте эдур и все же ужасно худой; мышцы вились канатами под гладкой, почти прозрачной кожей. Когти какого-то хищника мерцали в густых длинных белых волосах воина. Тело Силкаса Руина покрывали раны от ударов меча. Большая часть доспехов пропала, открыв голубые жилы, ветвящиеся под тонкой кожей на безволосой груди. На ногах и на руках запеклась скользкая кровь. Ножны справа и слева на поясе были пусты – оба клинка сломались, несмотря на вплетенное в них чародейство.

Скабандари склонил голову в приветствии.

– Силкас Руин, брат по духу, самый верный союзник. Взгляни на равнину – мы победили.

Бледное лицо альбиноса тисте анди перекосило в беззвучном рычании.

– Мои легионы поздно пришли тебе на подмогу, – сказал Скабандари, – и мое сердце разрывается от горя по твоим павшим. Но все же мы овладели вратами. Путь в этот мир принадлежит нам, и сам мир лежит перед нами… на разграбление нашим народам, нашим империям.

Руин смотрел на равнину, и его руки с длинными пальцами сжимались. Легионы эдур выстроились неровным кольцом вокруг последних оставшихся в живых анди.

– Смерть пропитала воздух, – прорычал Силкас Руин. – Даже говорить трудно.

– Нам хватит времени обсудить новые планы, – сказал Скабандари.

– Мои воины перебиты. Теперь ты окружил нас, но защита запоздала.

– Очень символично, брат. В мире есть и другие тисте анди – ты сам так сказал. Тебе непременно нужно найти первую волну, и ты обретешь новые силы. А потом придут и другие. Мой и твой народы залечат раны поражения.

Силкас Руин нахмурился еще сильнее.

– Сегодняшняя победа горька.

– К’чейн че’маллей почти не осталось. Мы повидали много мертвых городов. Теперь стоит только Морн – на далеком континенте, где короткохвостые сейчас порвали цепи в кровавом восстании. Враг разделенный – враг почти разбитый, мой друг. У кого еще в этом мире найдутся силы противостоять нам? Яггуты? Их немного, и они разрозненны. Имассы? Как может тягаться каменное оружие с нашим железным? – Он помолчал и продолжил: – Непохоже, чтобы форкрул ассейлы нас осуждали. К тому же их с каждым годом становится все меньше и меньше. Нет, мой друг, сегодняшняя победа положила мир к нашим ногам. И тебе не грозят гражданские войны, какие подтачивают Куральд Галейн. А меня и моих последователей минует раскол, поразивший Куральд Эмурланн.

– Раскол, к которому ты сам приложил руку, Скабандари, – хмыкнул Силкас Руин.

Он все еще разглядывал армии тисте внизу и не заметил вспышки гнева, вызванной его бездумным замечанием; вспышка угасла мгновение спустя, и на лицо Скабандари вернулось равнодушное выражение.

– Мир принадлежит нам, брат.

– На северном хребте стоит яггут, – сказал Силкас Руин. – Он видел битву. Я не подходил близко, почуяв, что начинается ритуал. Омтоз Феллак.

– Ты боишься этого яггута, Силкас Руин?

– Я боюсь неизвестности, Скабандари… Кровавый глаз. Еще многое нужно узнать об этом мире.

– Кровавый глаз?

– Ты не видишь себя, – сказал Руин. – Я дал тебе это имя – из-за крови, которая теперь застит тебе взор.

– Сильно сказано, Силкас Руин, и странно услышать такое от тебя. – Скабандари пожал плечами и аккуратно пошел по шатким трупам. – Говоришь, яггут…

Скабандари обернулся, но Силкас Руин стоял к нему спиной и не отрываясь смотрел на немногих выживших последователей на равнине.

– Омтоз Феллак, Путь льда, – сказал Руин, не оборачиваясь. – Что он замышляет, Скабандари Кровавый глаз? Хотелось бы знать…

Одиночник эдур снова двинулся к Силкасу Руину.

Он нагнулся к отвороту левого сапога и вытащил кинжал с гравированным лезвием. Чародейство играло на стали.

Последний шаг – и кинжал вонзился в спину Руина.

Тисте анди содрогнулся и взревел…

… а легионы эдур разом развернулись на анди и бросились со всех сторон, завершая последнюю бойню дня.

Магия оплела волнистыми цепями Силкаса Руина, и альбинос тисте анди рухнул на землю.

Скабандари Кровавый глаз присел рядом на корточки.

– Так и бывает у братьев, увы, – пробормотал он. – Править должен один. Не двое. Как ни велик этот мир, Силкас Руин, раньше или позже началась бы война между эдур и анди. Теперь только один будет управлять вратами. И только эдур смогут проходить через них. Мы выловим всех анди – кто из них сможет противостоять мне? Они уже, почитай, мертвые. Один народ. Один правитель.

Он встал, слушая крики последних воинов анди с равнины.

– Да, я не могу убить тебя совсем – ты слишком могуществен. Я отнесу тебя в подобающее место, к корням, земле и камням этого искалеченного двора.

Он снова обернулся драконом. Громадная когтистая лапа обхватила недвижного Силкаса Руина, и Скабандари поднялся в воздух в шуме крыльев.

До башни было меньше сотни лиг на юг; лишь низкие обветшалые стены, окружающие двор, говорили, что строили башню не яггуты, что она вознеслась рядом с тремя яггутскими башнями сама по себе, по законам, неведомым ни богам, ни смертным. Вознеслась… и ждала появления тех, кто будет заключен навечно. Созданий смертельной силы.

Таких, как одиночник тисте анди, Силкас Руин – третий и последний из сыновей Матери Тьмы.

И уйдет с пути Скабандари Кровавого глаза последний настоящий противник среди тисте.

Три сына Матери Тьмы.

Три имени…

Андарист, давным-давно отказавшийся от своей силы в ответ на горе, которое нельзя исцелить. И никому неведомо, что горе принесла моя рука.

Аномандр Рейк, порвавший со своей матерью и со всем родом. Он исчез, прежде чем я успел с ним разобраться. Исчез и вряд ли когда появится вновь.

И теперь – Силкас Руин, который уже вскоре познакомится с вечным узилищем Азатов.

Скабандари Кровавый глаз радовался. За свой народ, за себя. Этот мир он завоюет. Только первые поселенцы анди могли бы встать на его пути.

Не представляю, кто смог бы мне противостоять…

Скабандари Кровавому глазу и в голову не приходило поинтересоваться, куда отправился тот сын Матери Тьмы, который исчез.

И даже не это было его главной ошибкой…


На ледяном уступе северного хребта одинокий яггут начал плести чародейство Омтоз Феллак. Он видел разорение, которое принесли два одиночник-элейнта со своими армиями, и не сочувствовал к’чейн че’маллям. Они все равно вымирали, по сотням причин – и совсем не заботили яггута. И захватчики не беспокоили его. Он давно уже разучился беспокоиться. И бояться. И, надо признать, удивляться.

Он издали ощутил предательство, отзвук вспышки магии и пролитую кровь. Из двух драконов остался один.

Привычное дело.

А потом, чуть позже, отдыхая в ходе ритуала, он почувствовал, что кто-то стоит у него за спиной. Старший бог явился в ответ на жестокий разрыв миров. Как и ожидалось. И все же… кто именно? К’рул? Драконус? Сестра Холодных ночей? Оссерк? Кильмандарос? Сечул Лат? Давно привыкший к безразличию, яггут тем не менее уступил любопытству и обернулся к вновь прибывшему.

Ого, неожиданно… и интересно.

Маэль, Старший властитель морей, был широк и коренаст; темно-синяя кожа переходила в бледное золото на горле и обнаженном животе. Гладкие светлые волосы свободно свисали с его широкой, почти плоской макушки. А в янтарных глазах Маэля горела испепеляющая ненависть.

– Готос, – проскрежетал Маэль, – какой ритуал ты готовишь в ответ?

Яггут нахмурился.

– Они натворили дел. Мне придется чистить.

– Лед, – фыркнул Старший бог. – У яггутов на все один ответ.

– А какой ответ у тебя, Маэль? Потоп или… потоп?

Старший бог смотрел на юг. Мышцы на скулах напряглись.

– Мне обязательно нужен союзник. Кильмандарос идет через прореху.

– Остался лишь один одиночник-тисте, – проговорил Готос. – Видимо, он сразил своего компаньона, а потом доставил его под присмотр переполненного двора башни Азатов.

– Опрометчиво. Он считает к’чейн че’маллей единственным противником в этом мире?

– Вероятно. – Яггут пожал плечами.

Маэль помолчал какое-то время, потом сказал со вздохом:

– Своим льдом, Готос, не разрушай все это. Наоборот, я прошу тебя… сохранить.

– Зачем?

– У меня есть на то причины.

– Рад за тебя. И какие же?

Старший бог посмотрел сердито.

– Наглый ублюдок.

– А что такое?

– В морях, яггут, время течет явно. В глубинах – течения безграничной древности. На мелководье шепчет будущее. Приливы и отливы сменяют друг друга бесконечной чередой. Таковы мои владения. Таково мое знание. Запечатай разорение своим проклятым льдом, Готос. Заморозь тут само время. Сделай так, и я буду у тебя в долгу… однажды это тебе пригодится.

Готос обдумал слова Старшего бога и кивнул.

– Пожалуй, можно. Хорошо, Маэль. Отправляйся к Кильмандарос. Прихлопните этого тисте элейнта и рассейте его народ. Но торопитесь.

Маэль прищурился.

– Почему?

– Я чую далекое пробуждение – увы, не такое далекое, как тебе хотелось бы.

– Аномандр Рейк.

Готос кивнул.

Маэль пожал плечами.

– Предсказуемо. Оссерк встанет на его пути.

– Снова? – Улыбка яггута обнажила массивные клыки.

Старший бог, не сдержавшись, улыбнулся в ответ.

И хотя они улыбались, не было радости на ледяном уступе.


1154 год Сна Огни

Год Белых жил в Черном дереве

Три года до Седьмого завершения летери


Он очнулся, ошалевший от соли, голый и наполовину погребенный в белом песке посреди вынесенных штормом обломков. Над головой кричали чайки; их тени носились по рябому берегу. У человека свело внутренности, он застонал и медленно повернулся на бок.

Тела, обломки… На мелководье шуршало крошево быстро тающего льда. Вокруг ползали тысячи крабов.

Великан приподнялся на руки и колени, и его вырвало желчью на песок. В голове ухали мучительные удары, от которых он наполовину ослеп; не сразу удалось повернуться и сесть прямо. Он еще раз огляделся.

Берег там, где берегов не было.

Вчера вечером из глубин всплывали ледяные горы. Одна, самая большая, достигла поверхности прямо под плавучим городом мекросов. И развалила город на части, словно плохо связанный плот. В истории мекросов не сохранилось упоминаний, даже отдаленно напоминающих катастрофу, свидетелем которой стал великан. Внезапно и полностью уничтожен город в двадцать тысяч жителей. В голове это не укладывалось до сих пор, как будто память хранила невероятные образы, порождения горячечного мозга.

Но он знал, что ничего не вообразил. Он был всему свидетелем.

И каким-то образом выжил.

Солнце пригревало, но не обжигало. Небо над головой было не голубым, а молочно-мутным. И чайки, теперь он ясно видел, были не чайками. А рептилиями с бледными крыльями.

Он поднялся. Боль в голове утихала, зато все тело охватила дрожь, а глотку яростным демоном пыталась разодрать жажда.

Кружащие ящерицы закричали по-другому, и человек отвернулся от моря.

Появились три существа, перебравшись через бледные пятна травы над линией прилива. Существа человеку по пояс, чернокожие, безволосые и с острыми ушками на совершенно круглых головах. Бхока’ралы – в юности он видел таких, когда торговое судно мекросов вернулось из Немила, – только эти оказались мускулистыми, раза в два тяжелее тех живых игрушек, которых торговцы привозили в плавучий город. Существа направились прямо к нему.

Он огляделся в поисках подходящего оружия и заметил в плавнике большой сук – сгодится как дубинка. Ухватив сук, великан стал ждать бхока’ралов.

Они остановились, уставив на него желтоватые глаза.

Средний махнул рукой.

Идем. Смысл жеста – совсем человеческого – понять было нетрудно.

Человек вновь осмотрел побережье – насколько он видел, ни одно тело не шевелилось, и крабы беспрепятственно пировали. Он еще раз взглянул на странное небо и пошел навстречу трем существам.

Они развернулись и повели его по траве.

Подобной травы человек прежде не видел – длинные закрученные треугольники с острыми, как лезвия, краями – это он понял, пройдя по зарослям и обнаружив, что ноги покрылись порезами. Дальше протянулась равнина, на которой лишь изредка виднелись пятна той же травы. Между ними бесплодная земля покрылась соляной коркой. Несколько каменных глыб торчали тут и там – все разные и очень острые, не тронутые непогодой.

Вдали стоял одинокий шатер.

Бхока’ралы подвели человека к нему.

Подходя, он заметил, как струйки дыма пробиваются в острие шатра и через занавес, обозначающий вход.

Сопровождающие остановились и новым жестом направили его ко входу. Человек, пожав плечами, пригнулся и протиснулся внутрь.

В мутном свете сидела фигура; черты лица скрывал капюшон. Перед фигурой стояла жаровня, от которой понимался пьянящий дым. У входа стояла хрустальная бутыль, лежали сушеные фрукты и буханка темного хлеба.

– В бутыли ключевая вода, – проскрипел на мекросском хозяин шатра. – Не спеши, подкрепись после сурового испытания.

Пробормотав слова благодарности, человек схватил бутыль.

Когда жажда унялась, он принялся за хлеб.

– Благодарю, незнакомец. – Человек помотал головой. – От этого дыма ты плывешь перед моими глазами.

Раскат сухого кашля, видимо, означал смех; потом хозяин, похоже, пожал печами.

– Лучше плыть, чем тонуть. Увы, так я облегчаю боль. Я не задержу тебя надолго. Ты – Вифал, кузнец-оружейник.

Человек замер, нахмурив широкий лоб.

– Да, я Вифал, из третьего города мекросов. Города больше нет…

– Печально. Ты единственный выживший… благодаря мне, хотя вмешиваться не следовало.

– Куда я попал?

– В никуда. В странствующий осколок. Я принес сюда какую-никакую жизнь, по воспоминаниям о доме. Мои силы возвращаются, хотя муки изломанного тела не стихают. Но послушай: я сказал и не закашлялся. Уже неплохо. – Искалеченная рука появилась из рваного рукава, чтобы подбросить семян в угли жаровни. Семена затрещали, дым повалил гуще.

– Кто ты? – спросил Вифал.

– Падший бог… которому нужно твое мастерство. Я все приготовил к твоему появлению, Вифал. Место для жилья, кузницу, материалы, которые понадобятся. Одежду, еду, воду. И трех верных слуг, ты их уже видел…

– Бхока’ралы? – фыркнул Вифал. – Да что они…

– Не бхока’ралы, смертный. Хотя были когда-то. Теперь это нахты. Я назвал их Ринд, Мейп и Пьюл. Они выведены яггутами и быстро учатся всему, что понадобится.

Вифал попытался встать.

– Благодарю тебя за спасение, падший, но я покину тебя. Вернусь в свой собственный мир…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное