Стивен Эриксон.

Дом Цепей



скачать книгу бесплатно

За спиной Карсы прозвучал голос Байрота:

– Нам следует разбить лагерь на другом конце этой долины, предводитель. Коням нужен отдых.

– Видно, твой конь притомился, Байрот, – ответил Карса. – Слишком часто ты пировал. Надеюсь, наш поход снова сделает из тебя настоящего воина. Слишком часто ты валялся на соломе в последнее время.

А Дэйлисс на тебе скакала.

Байрот рассмеялся, но больше ничего не сказал.

Дэлум заговорил:

– Моему коню тоже нужно отдохнуть, предводитель. На этом лугу можно разбить удобный лагерь. Здесь водятся кролики, и я расставлю на них силки.

Карса пожал плечами.

– Значит, тянут меня к земле две тяжёлые цепи, а не одна. Боевые кличи ваших желудков оглушили меня. Что ж, будь по-вашему.


Разводить костёр было нельзя, поэтому пойманных Дэлумом кроликов съели сырыми. В прежние времена это было бы рискованно: кролики часто разносили болезни, по большей части смертельные для теблоров. Но с появлением Ликов в Скале хвори покинули племена теблоров. Безумие, впрочем, по-прежнему поражало их, но к сумасшествию ни еда, ни питьё не имели никакого отношения. Старейшины иногда говорили, мол, бремя, возложенное на того или другого теблора Семью богами, оказалось слишком тяжким. Разум должен быть силён, а сила обретается в вере. Для слабого человека, для того, кто поддался сомнениям, обряды и ритуалы становились клеткой, застенком, заключение в котором вело к безумию.

Воины сидели вокруг небольшой ямки, выкопанной Дэлумом для кроличьих костей, и за едой почти не разговаривали. Небо над их головами померкло, и звёздное колесо вновь пришло в движение. В скорых сумерках Карса прислушался к тому, как Байрот обсасывает кроличий череп. Гилд всегда заканчивал трапезу последним, ни кусочка не оставлял, а завтра даже снимет тонкий слой жира, оставшийся на шкурке. Наконец Байрот бросил череп в ямку и облизал пальцы.

– Я, – сказал Дэлум, – обдумал дальнейший путь через земли ратидов и сунидов. Нам лучше не выбирать дороги, которые выведут нас против чистого неба или голых скал. Потому нужно идти нижними тропами. Но они подведут нас ближе всего к стойбищам. Думаю, теперь стоит путешествовать не днём, а ночью.

– Тогда лучше напасть, – кивнул Байрот. – Передвинуть камни очага, украсть перья. Может, прибрать несколько душ спящих воинов.

Карса сказал:

– Если будем прятаться днём, не увидим дыма и не поймём, где расположены стойбища. По ночам ветры переменчивы, они не помогут нам найти очаги. Ратиды и суниды – не глупцы. Они не будут разводить огонь под природным навесом или у голых скал – отблесков пламени на камне мы не увидим. К тому же наши кони лучше видят днём и реже спотыкаются. Поскачем днём, – закончил он.

Некоторое время Байрот и Дэлум молчали. Затем Гилд откашлялся:

– Это будет война, Карса.

– Мы полетим через лес, точно ланидская стрела, что меняет направление на каждом сучке, ветке и камне. Мы соберём ревущую бурю душ. Война? Да.

Ты боишься войны, Байрот Гилд?

Дэлум сказал:

– Нас трое, предводитель.

– Да, мы – Карса Орлонг, Байрот Гилд и Дэлум Торд. Я сражался с двадцатью четырьмя воинами и всех их убил. В боевой пляске я не знаю себе равных – будешь это отрицать? Даже старейшины говорили обо мне с почтением. А ты, Дэлум, носишь восемнадцать языков у пояса. Тебе по силам разглядеть след призрака, услышать, как камешек упадёт в двадцати шагах. И Байрот: во времена, когда мышцы твои ещё не заплыли жиром, разве не ты голыми руками сломал хребет одному буриду? Не ты ли повалил наземь боевого коня? Жестокая ярость дремлет в тебе, и наш поход её разбудит. Будь на нашем месте иные три воина… да, им бы следовало проскользнуть по тёмным, извилистым тропам, перевернуть камни в очагах, своровать перья да сломать шею-другую посреди лагеря спящих врагов. Такая слава достойна любого другого воина. Но нас? Нет. Ваш предводитель сказал своё слово.

Байрот взглянул на Дэлума и ухмыльнулся:

– Давай поднимем головы и взглянем на звёздное колесо, Дэлум Торд, ибо мало таких зрелищ нам осталось.

Карса медленно поднялся:

– Ты должен идти за своим предводителем, Байрот Гилд. Без лишних вопросов. Твоя трусость может отравить всех нас. Верь в победу, воин, или возвращайся домой.

Байрот пожал плечами и откинулся на спину, вытянув ноги в меховых сапогах.

– Ты – великий предводитель, Карса Орлонг, но глух к шуткам. Я верю, что ты снискаешь ту славу, которой ищешь, и мы с Дэлумом воссияем рядом с тобой, – как меньшие луны, но всё равно воссияем. Для нас и того довольно. В этом можешь не сомневаться больше, предводитель. Мы здесь, с тобой…

– И оспариваете мою мудрость!

– О мудрости мы вообще ещё не говорили, – ответил Байрот. – Мы – воины, как ты и сказал, Карса. И мы молоды. Мудрость – удел стариков.

– Да, старейшин, – фыркнул Карса, – которые отказались благословить наш поход!

Байрот рассмеялся:

– Такова наша правда, и нам нести её в наших сердцах – неизменную и горькую. Но когда вернёмся, предводитель, мы увидим, что эта правда изменилась за время нашего отсутствия. И окажется, что благословение всё же было дано. Подожди, сам увидишь.

Глаза Карсы широко распахнулись:

– Старейшины солгут?

– Разумеется, солгут. И потребуют от нас признать эту новую правду, и мы признаем – должны признать, Карса Орлонг. Слава нашего успеха должна сплотить народ – жадно хранить её лишь для себя не просто глупо, но смертельно опасно. Подумай об этом, предводитель. Мы вернёмся в деревню лишь со своими рассказами. Да, конечно, мы принесём какие-то трофеи в подтверждение своих слов, но если мы не разделим с ними славу, старейшины позаботятся о том, чтобы наши рассказы познали яд недоверия.

– Недоверия?

– Да. Они поверят, но лишь если смогут приобщиться к нашей славе. Поверят, если мы, в свой черёд, поверим им – уверуем в изменённое прошлое, в не данное благословение, ставшее данным, в то, что вся деревня провожала нас в поход. Все до единого пришли, так они скажут и в конце концов сами в это поверят, запечатлят эту сцену в памяти. Тебе по-прежнему непонятно, Карса? Если так, лучше нам больше не говорить о мудрости.

– Теблоры презирают игры обмана, – прорычал Карса.

Байрот некоторое время молча разглядывал его, затем кивнул:

– Верно. Всё так.

Дэлум забросал ямку землёй и камнями.

– Пора спать, – сказал он, поднимаясь, чтобы ещё раз проверить стреноженных коней.

Карса смотрел на Байрота. Ум его, точно ланидская стрела в лесу, но поможет ли это ему, когда мы обнажим клинки и со всех сторон зазвучат боевые кличи? Вот что бывает, если мышцы зарастают жиром, а к спине прилипает солома. Умение биться словами ничего тебе не даст, Байрот Гилд, разве что язык твой не так быстро высохнет на поясе ратидского воина.


– Не меньше восьми, – пробормотал Дэлум. – И скорей всего, один юнец. Два очага. Они убили седого пещерного медведя и несут добычу.

– Значит, они зазнаются, – кивнул Байрот. – Это хорошо.

Карса нахмурился, глядя на Байрота:

– Почему?

– Нужно знать мысли врага, предводитель. Они себя чувствуют непобедимыми, это делает их беспечными. Есть у них кони, Дэлум?

– Нет. Седые медведи уже знают, что значит конская поступь. Если они и брали на охоту псов, то ни один не выжил.

– Ещё лучше.

Некоторое время назад теблоры спешились и теперь сидели на корточках у самой кромки леса. Дэлум уходил вперёд, чтобы разведать расположение лагеря ратидов, – прокрался по высокой траве среди невысоких пней так, что ни один лист не шелохнулся.

Солнце сияло высоко в небе, в сухом, горячем воздухе – ни ветерка.

– Восемь, – проговорил Байрот и ухмыльнулся Карсе. – И юнец. Его нужно убить первым.

Чтобы выжившие были опозорены. Он считает, что мы проиграем.

– Оставьте его мне, – сказал Карса. – Я брошусь в атаку и окажусь потом на другой стороне лагеря. Все выжившие воины обернутся ко мне. Тогда в бой вступите вы двое.

Дэлум удивлённо моргнул:

– Ты хочешь, чтобы мы ударили в спину?

– Да, чтобы уравнять число. Затем каждый вступит в свой, равный поединок.

– В атаке будешь уклоняться и пригибаться? – спросил Байрот. В глазах его появился блеск.

– Нет, я буду бить.

– Тогда они остановят тебя, предводитель, и ты не сможешь добраться до другого конца лагеря.

– Меня не остановят, Байрот Гилд.

– Их девять.

– Тогда узри, как я спляшу.

Дэлум спросил:

– Почему нам не поскакать на конях, предводитель?

– Я устал от разговоров. Следуйте за мной, но медленно.

Байрот и Дэлум обменялись взглядами, затем Байрот пожал плечами:

– Мы станем тебе свидетелями.

Карса отстегнул кровь-деревянный меч, обеими руками взялся за обтянутую кожей рукоять. Древесина была багровой, почти чёрной, блеск масла создавал иллюзию того, что боевой знак парит в пальце от клинка. Кромка казалась прозрачной там, где загустело втёртое в волокна кровь-масло. На лезвии не было ни единой зарубки, лишь волнистые углубления там, где сами собой затянулись следы прежних битв, ибо кровь-масло помнило прежнюю свою форму и не терпело повреждений. Карса поднял перед собой меч, а затем скользнул в высокую траву и, ускорив шаг, вошёл на бегу в боевую пляску.

Добравшись до кабаньей тропы, которую указал Дэлум, он пригнулся и ступил на плотно утоптанную землю, не сбившись с шага. Широкое, листовидное остриё словно вело его вперёд, прорезало свой собственный бесшумный путь через колодцы света и тени. Карса побежал быстрее.

В центре ратидского лагеря трое из восьми взрослых воинов сидели на корточках вокруг куска медвежьего мяса, которое только что извлекли из свёртка оленьей кожи. Ещё двое сидели рядом, положив оружие на колени, и втирали в клинки густое кровь-масло. Оставшиеся трое стояли и беседовали друг с другом всего в трёх шагах от кабаньей тропы. Юнец остался на дальнем конце.

Вылетев на поляну, Карса достиг предела скорости. До семидесяти шагов теблор мог бежать вровень с идущей галопом лошадью. Он ударил как гром. Мгновение назад восемь воинов и юнец отдыхали после охоты, а теперь головы двоих снёс один горизонтальный взмах. В сторону полетели обрывки кожи и обломки костей, кровь и мозги плеснули в лицо третьему ратиду. Тот пошатнулся и отпрыгнул влево, только затем, чтобы встретиться с обратным взмахом меча Карсы: удар пришёлся ратиду под подбородок. Удивлённо распахнутые глаза ещё успели увидеть, как внезапно завертелась поляна, а затем вспыхнула тьма.

Не сбавляя шага, Карса подпрыгнул, чтобы не споткнуться о голову воина, которая с глухим стуком покатилась по земле.

Те ратиды, что втирали в клинки масло, уже вскочили и подняли оружие. Они разделились и бросились вперёд, чтобы напасть на Карсу с разных сторон.

Урид расхохотался и прыгнул к трём воинам, которые ещё сжимали в окровавленных руках разделочные ножи. Поставив меч в позицию ближней защиты, он низко пригнулся на бегу. Все три малых клинка попали в цель, пронзили рубаху, кожу, мускулы. Инерция потащила Карсу дальше, так что ножи вырвались из ладоней ратидов, оставшись в теле. Он развернулся, взмахнул мечом, отсёк пару рук и завершил удар подмышкой, так что вырвал плечо вместе с лопаткой – плоская лиловая кость, обвитая сетью пронизанных венами связок, вместе с конвульсивно сжатой рукой взмыла к небу.

Один из врагов с рычанием рухнул под ноги Карсе и крепкими руками обхватил его бёдра. Продолжая хохотать, предводитель уридов резко опустил меч, так что рукоять с хрустом врезалась воину в затылок. Руки разжались.

Справа свистнул меч, направленный в горло Карсе. Не опуская лезвия, воин крутанулся на месте и встретил вражеский клинок своим. Столкнувшись, оба меча громко зазвенели.

Карса услышал за спиной шаги другого ратида, почувствовал движение воздуха, который рассекал клинок, направленный ему в левое плечо, и молниеносно бросился на землю, накренившись вправо. И в полёте вытянул руки, рубанув мечом наискось. Клинок прошёл точно над оружием врага, рассёк пару толстых запястий, вспорол живот от пупка и ниже, вырвался наружу между рёбрами и тазом.

Продолжая вращаться в полёте, Карса возобновил удар, потерявший силу при столкновении с костями и плотью, вывернул плечи вслед за клинком так, чтобы тот прошёл под телом урида и вынырнул с другой стороны. И обрубил ногу последнего ратида на уровне лодыжки. Затем земля молотом врезалась в правое плечо Карсы. Он перекатился, прикрываясь мечом, но не смог полностью отразить нисходящий удар – боль огнём вспыхнула в правом бедре – и оказался вне пределов досягаемости воина, который затем завопил и неуклюже отступил назад.

Инерция переката позволила Карсе оказаться в приседе, отчего кровь хлынула из раны на правой ноге, и боль пронзила левый бок, спину под правой лопаткой и левое бедро, откуда по-прежнему торчали ножи.

И тут он оказался лицом к лицу с юнцом.

Не больше сорока лет от роду, ещё даже не достиг полного роста, тонкорукий и тонконогий, как и многие Неготовые. В глазах застыл ужас.

Карса подмигнул ему, а затем развернулся, чтобы сойтись в бою с одноногим воином.

Тот завопил неистово, отчаянно, и Карса увидел, что подоспели Байрот и Дэлум. Воины включились в игру: их клинки отсекли ратиду вторую ногу и обе руки. Вражеский воин извивался на земле между ними, поливая кровью смятую траву.

Карса оглянулся и увидел, как юнец исчезает в лесу. Предводитель улыбнулся.

Байрот и Дэлум нагнали отползавшего ратида и принялись отрубать новые куски от его рук и ног.

Разозлились, понял Карса. Он ведь никого им не оставил.

Не обращая внимания на жестокую забаву своих спутников, предводитель выдернул разделочный нож из бедра. Кровь потекла, но не рывками, так что артерию удар не задел. В боку клинок отскочил от ребра и застрял межу кожей и слоями мускулов. Карса выдернул его и отбросил в сторону. Последний нож – в спине – достать было труднее, потребовалось несколько попыток, чтобы как следует ухватиться за окровавленную рукоять и вытащить его. Будь клинок чуть длиннее, достиг бы сердца. Из всех мелких ран эта будет самой докучливой. Меч рассёк ему бедро и врезался в ягодицу – это уже серьёзнее. Рану придётся тщательно зашить, некоторое время скакать верхом и ходить будет больно.

Расчленённый ратид замолк – то ли из-за потери крови, то ли из-за последнего, смертельного удара, и Карса услышал тяжёлую поступь Байрота. Новый крик – Дэлум принялся проверять других павших.

– Предводитель.

Голос урида дрожал от гнева. Карса медленно повернулся.

– Да, Байрот Гилд.

Лицо здоровяка потемнело.

– Ты позволил юнцу сбежать. Теперь нам придётся его ловить, и это будет нелегко, ибо он, а не мы дома в этих землях.

– Он и должен был сбежать, – ответил Карса.

Байрот нахмурился.

– Ты ведь умён, – заметил Карса, – почему это тебя так удивляет?

– Он вернётся в деревню.

– Да.

– И расскажет о нападении. О трёх воинах-уридах. Вспыхнет ярость, все схватятся за оружие. – Байрот едва заметно кивнул, прежде чем продолжить. – Начнётся охота на трёх уридских воинов. Пеших. В этом юнец уверен. Будь у них кони, верхом бы и атаковали. Трое против восьмерых – поступить иначе было бы безумием. И вот охотники уверят себя в том, что знают, кого и как нужно искать. Трёх пеших воинов-уридов.

Подошёл Дэлум и теперь безо всякого выражения смотрел на Карсу. Тот сказал:

– Пусть скажет Дэлум Торд.

– Скажу, предводитель. В голове юнца ты посеял образ. Там он укоренится, краски его не поблекнут, но расцветут. Эхо предсмертных криков будет звучать всё громче в ушах. Знакомые лица, искажённые вечной болью. Этот юнец, Карса Орлонг, станет взрослым. И не согласится следовать за другими, но поведёт. Должен вести; и никто не осмелится бросить вызов его ярости, сверкающему клинку в его руках, маслу его воли. Карса Орлонг, ты создал уридам врага, какого мы никогда не знали прежде.

– Однажды, – провозгласил Карса, – этот предводитель ратидов преклонит передо мной колени. В этом я клянусь. Клянусь на крови его сородичей.

В воздухе вдруг разлился холод. Поляну окутала тишина, которую нарушало лишь приглушённое жужжание мух.

Глаза Дэлума широко распахнулись, на лице застыл страх. Байрот отвернулся.

– Этот обет погубит тебя, Карса Орлонг. Ни один ратид не встанет на колени перед уридом. Разве что труп к дереву прислонить. Ты желаешь невозможного, и это – путь к безумию.

– Лишь одна клятва среди многих, – бросил Карса. – И все я исполню. Узри, если осмелишься.

Байрот отвлёкся от осмотра шкуры и очищенного от плоти черепа седого медведя – ратидских трофеев – и оглянулся на Карсу.

– А у нас есть выбор?

– Пока дышишь – нет, Байрот Гилд.

– Напомни мне, чтобы я как-нибудь рассказал тебе, Карса Орлонг.

– О чём рассказал?

– Как это – жить в твоей тени.

Дэлум шагнул к Карсе:

– Твои раны нужно обработать, предводитель.

– Да. Но пока – лишь ту, что оставил меч. Мы должны вернуться к лошадям и скакать быстро.

– Как ланидская стрела.

– Верно, именно так, Дэлум Торд.

– Карса Орлонг! – окликнул его Байрот. – Я соберу для тебя трофеи.

– Благодарю, Байрот Гилд. Шкуру и череп мы тоже забёрем. Их вы с Дэлумом можете оставить себе.

Дэлум обратился к Байроту:

– Возьми их, брат. Седой мех больше пойдёт тебе, чем мне.

Байрот благодарно кивнул, затем указал на расчленённого воина:

– Его уши и язык твои, Дэлум Торд.

– Да будет так.


Из всех теблоров ратиды разводили меньше всего коней; несмотря на это, между полянами они проложили широкие тропы, по которым могли скакать Карса и его товарищи. На одной из полян уриды застали врасплох одного взрослого и двух юнцов, которые пасли шестерых боевых коней. На полном скаку с обнажёнными мечами воины смели ратидов и задержались, только чтобы собрать трофеи и коней – каждый повёл в поводу двух скакунов. За час до наступления темноты уриды подъехали к развилке, проскакали около тридцати шагов по нижней из двух троп, затем выпустили поводья и погнали ратидских коней вперёд. Они набросили своим коням на шею, чуть выше ключицы, одну короткую верёвку и, осторожно направляя шаги животных, повели их задом наперёд, пока не вернулись к развилке, откуда поскакали по верхней тропе. Отъехав на полсотни шагов, Дэлум спешился и вернулся, чтобы скрыть следы копыт.

Когда в небе уже проявилось звёздное колесо, уриды сошли с каменистой тропы и выбрали для ночлега небольшую прогалину в лесу. Байрот отрезал для всех по куску медвежьего мяса. Затем Дэлум отошёл, чтобы почистить коней мокрым мохом. Скакуны устали, поэтому на ночь их не стали стреноживать, чтобы звери могли погулять по прогалине и размять шеи.

Осмотрев свои раны, Карса обнаружил, что они уже начали затягиваться. Такова была природа теблоров. Удовлетворённо кивнув, предводитель уридов вытащил флягу с кровь-маслом и принялся чинить свой клинок. Как только Дэлум вернулся, они с Байротом тоже принялись править оружие.

– Завтра, – проговорил Карса, – уйдём с этой тропы.

– Спустимся на широкие, лёгкие пути в долине? – уточнил Байрот.

– Если поторопимся, – заметил Дэлум, – можем за один день проехать все земли ратидов.

– Нет, поведём коней выше, по козьим и овечьим тропам, – ответил Карса. – И всё утро будем двигаться назад. Затем снова спустимся в долину. Байрот Гилд, когда погоня покинет деревню, кто останется в ней?

Здоровяк расправил свой новый медвежий плащ и закутался в него, прежде чем ответить:

– Юнцы. Женщины. Старики и калеки.

– А псы?

– Нет, их тоже заберут в погоню. Значит, предводитель, мы нападём на деревню.

– Да. А затем пойдём по следу погони.

Дэлум набрал полную грудь воздуха и долго не выпускал его.

– Карса Орлонг, деревня наших жертв – не единственная в этих землях. Только в первой долине ещё по меньшей мере три поселения. Пойдёт молва. Все воины возьмутся за мечи. Всех псов отвяжут и пустят в лес. Воины нас, может, и не найдут, но псы – отыщут.

– А нам останется, – пророкотал Байрот, – преодолеть ещё три долины.

– Малых долины, – уточнил Карса. – И мы пересечём их по южному краю, откуда день или даже больше ехать до северных отрогов и сердца ратидских земель.

Дэлум сказал:

– Такой гнев воспылает в сердцах, что они пойдут за нами даже в долины сунидов, предводитель.

Карса перевернул клинок на коленях, чтобы заняться другой стороной.

– На это я и надеюсь, Дэлум Торд. Ответь мне, когда суниды в последний раз видели урида?

– Когда видели твоего деда, – сказал Байрот.

Карса кивнул:

– А мы хорошо знаем ратидский боевой клич, верно?

– Ты хочешь развязать войну между ратидами и сунидами?

– Да, Байрот.

Воин медленно покачал головой:

– Мы ещё не справились с ратидами, Карса Орлонг. Твои планы заходят слишком далеко, предводитель.

– Узри, как они сбудутся, Байрот Гилд.

Байрот поднял с земли медвежий череп. Нижняя челюсть всё ещё держалась на куске хряща. Урид отломил её и отбросил в сторону. Затем вытащил из мешка моток кожаных ремешков и принялся крепко обматывать череп по скулам, оставляя длинные концы внизу.

Карса с любопытством смотрел на его усилия. Даже для Байрота череп оказался бы слишком тяжёлым шлемом. К тому же пришлось бы выламывать снизу самые толстые кости – вокруг отверстия, в которое входил хребет.

Дэлум поднялся:

– Лягу спать, – объявил он и пошёл прочь.

– Карса Орлонг, нет ли у тебя ремешков? – спросил Байрот.

– Конечно, бери, сколько хочешь, – ответил Карса, поднимаясь. – Выспись сегодня, Байрот Гилд.

– Обязательно.


Первый час после рассвета уриды слышали лай псов где-то внизу, в долине, но когда воины вернулись назад по узкой тропе над обрывом, он постепенно стих. Когда же солнце приблизилось к зениту, Дэлум высмотрел извилистый спуск, по которому и двинулись спутники.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19