Степан Мазур.

Слёзы Солнца



скачать книгу бесплатно

Посвящаю цикл матери. Любимому, родному человеку. Ты никогда не сдавалась и не опускала рук. Живи же долго и счастливо.

Люблю тебя, мама…



Пролог

«Пламенеющий меч», иначе – Фламберг, взвился в воздух, играя на солнце загнутыми гранями. Он не был затемнённым, и одинаково безразлично слепил врагов и хозяина, пуская «зайчика» в глаза. Европейский двуручный меч с клинком с волнообразными лезвиями обладал большей поражающей способностью, чем стандартные мечи.

Русский меч оруженосца витязя подался навстречу. Это оружие было более лёгким, «полутороручным», похожим на бастард[1]1
  Меч с удлинённой пятой клинка.


[Закрыть]
. Меч без проблем хватался одной или двумя ладонями, добавляя к рукояти хват за пяту[2]2
  Не заточенная часть клинка у рукояти.


[Закрыть]
. Длинное лезвие позволяло достать врага с расстояния, а дол[3]3
  Выемка в клинке для облегчения общего веса меча.


[Закрыть]
делал клинок более лёгким и быстрым. Скорость и лёгкость играли решающее преимущество в сражении один на один. Вдобавок, прямой клинок с обоюдоострыми лезвиями не пускал в небо солнечный зайчик, как его оппонент, и не слепил обладателя потому, что был «воронён на сталь». Этот секрет натурального затемнения металла давно канул в лету, сменившись кислотным или щелочным дополнением процесса.

Клинки встретились, высекая искры. Оба хозяина мечей отступили, готовые к новой атаке. Светловолосый юноша, тот, что держал фламберг, тяжело дышал. Грудная клетка ходила ходуном, голая спина блестела на солнце крупными каплями пота. Длинные, прямые «пшеничные» локоны слиплись на лбу и у висков. Волосы вдоволь насобирали в траве листьев, колючек и мелкого сора – хозяин локонов не раз катался по земле, брошенный неприятелем.

Глаза блондина смотрели остро, по-звериному, выискивая брешь в обороне противника. От тяжести двуручного мяча болели запястья, ломило плечи, а ноги после тяжёлой тренировки начинали остывать, подкашиваться. Утром снова будет болеть пресс. За спиной носить пять килограммов – как нечего делать, а махать им на вытянутых руках более пяти минут – сложно.

С непривычки. Но никакие гири и штанги не давали телу более выносливых и крепких мышц. Работали все части тела. Потому блондин терпел и заставлял тело двигаться, бороться с молочной кислотой, оставшейся с прошлой тренировки.

Второй боец, с не менее длинными волосами, только чёрными и вьющимися, как виноградные лозы, опустил меч пониже. Он держал три с лишним килограмма чёрного булата, секрет полноценного изготовления которого так же затерялся в веках. Ветер, играясь, подхватил локоны цвета ночи и затрепетал. Веки боевого партнера опустились.

– Нападай.

Обладатель фламберга взревел, нагнетая ярости, и кинулся на противника, нанося рубящий удар сверху. Меч оппонента взлетел навстречу, выбивая клинок из ослабевших рук.

Блондин и потеряв меч, не остановился. Обезоруженный кинулся на врага с голыми руками, сшибая с ходу ног противника. Мечом ещё необходимо успеть воспользоваться, не лёгкий ножик.

Оба противника покатились по траве, продолжая борьбу. Остановившись, некоторое время смотрели друг другу в глаза, затем расцепились, развалившись на мягком осеннем ковре, сотрясая воздух богатырским смехом.

– Ты ещё Слэшера попросил бы отца достать! И так руки дрожат. – Усмехнулся чернявый боец.

– Это английский двурушник двух метров? – Блондин запрокинул руки за голову. – Он в дипломатический чемодан не помещается.

– Ещё и весит до восьми килограмм. Ими рубились только самые могучие из рыцарей. Обоими руками. Не слезая с коней.

– Ага, сколько не смотрел на доспехи «могучих рыцарей» – по виду все как на подбор мелкие, тощие дохляки. Ещё и месяцами в этих доспехах в походах бродили. В банях не мылись. Запах соответствующий. А потом почему-то ведьм жгли, выпрашивая у девок, кто и откуда чуму и прочие пакости периодически насылает? И почему все чешется? Всех красивых женщин твои могучие рыцари пожгли. Оставались только такие, что лучше в поход. Вот и бежали на восток в крестовые походы за экзотикой. А если на Русь заглядывали – то просто лёд таял. От эмоций и чувств.

– Что поделаешь? Все войны из-за женщин, – чернявый поднялся и с лязгом загнал меч в ножны. Рукоять обдала приятной прохладой – мечу понравилась тренировка. Одушевленный артефакт витязя одобрил занятия.

Повернувшись к брату, чернявый продолжил.

– Европа дряхлела, застаивалась. Нужна была новая кровь. Вот и шли… проливать чужую.

– Да и какие они к лешему могучие, если у славянских воевод меч легче пуда считался детским? А пуд – шестнадцать килограмм. – Блондин рывком поднялся и стал оборачивать Фламберг кожаной тряпицей. А после стянул крепким чёрным шнурком и повесил за плечи на кожаную перевязь. Ножны на меч с изогнутым лезвием не налезали при всём желании. – А если вспомнить, сколько весили палицы богатырей, то вовсе диву даёшься. Прочие брали прямо дерево, вырывали с корнями, обжигали корни в костре, да так вместо дубин и бились. Эх, и разгул душе был!

Чернявый усмехнулся, подначил:

– Ну и нашёл бы Скъявону – меч далматских славян. И полегче, и побыстрее. Или ты на вырост брал? Чтобы поясницу сорвать? Коня твоего я не вижу. Или ты с великанами в доспехах дерешься?

– Ты же этим машешь, как хворостинкой, а я что, на другой грядке рос? – Возмутился блондин, потирая украдкой перетружденные запястья. – Либо мы с тобой на равных, либо никак. Я всё равно тебя догоню.

– Я никуда не бегу, чтобы меня догонять.

– Ты и когда стоишь… всех оставляешь позади, – вздохнул брат.

Оба пошли к проезжей дороге к оставленным на съезде мотоциклам. Босые ноги ступали по мягкому зелёному ковру. На усталых лицах улыбки. Оба бойца были довольны полученной нагрузкой. Тела хорошо разогрелись тренировкой. Лишь неторопливо накатывала усталость, но это дело поправимое. Достаточно выпить травяного настоя со смородиновым вареньем. Витамина С в лесной ягоде гораздо больше, чем в лимоне. Север его быстрее запасает, чем солнечный юг.

Настроение подпортили. Со стороны лесной стоянки послышалось:

– Оружие на землю! Руки за голову! Мечи боевые?! Холодное оружие таскаем!? – Из-за кустов выполз помятого вида полицейский с грозным пистолетом системы «Макарова» в руке.

Чернявый медленно повернулся к брату, буркнул:

– Вопрос на зацепку. Какого лешего в лесу делать этому органу правопорядка? Улики ищет? Или грибы собирает?

Блондин поскрёб подборок, выдав предположение:

– Может, новое подразделение? С этими последними реформами чего только не начудят. Хотя, этот вроде без камуфляжа. Недоукомплектован?

– Руки за голову! Лицом в траву! – Заорал, брызгая слюной и краснея лицом, разгневанный блюститель законности.

Чернявый положил ножны на траву и медленно развёл руки в сторону. Показывая свободные ладони.

– Слушай, мужик, ты прав, конечно. Но не совсем.

– А может и вовсе не прав. – Охотно добавил блондин. – Мы что с мечами на медведей охотимся? Или белок истребляем? Уверяю, никакого урона окружающей среде или зверям. Тем более, людям.

– Нет здесь никого, кроме тебя. Мы просто тренируемся. Ты же зарядку делаешь по утру? Ну…хотя бы раз в году. Или на сборах. Вас ещё тренируют? И…

– Ты мне зубы не заговаривай! Сейчас протокол оформлять будем.

– А что страшного произошло? Заточенные лезвия на клинках? – Продолжил – блондин. – Так мы не первый год рубимся, хоть и не так часто, как хотелось бы.

– Расслабься, мужик. – Добавил чернявый. – Спрятанные заточки в рукаве куда опасней. Их не видать. А этих стальных «друзей» в длину более метра так просто не спрячешь. К тому же они надёжно покоятся на перевязи за спиной. Пока достанешь, пока извлечешь из ножен, пока нападёшь. Куча времени, чтобы убежать потенциальной жертве.

– Да и никакой ребёнок случайно не поранится. – Подхватил блондин. – Даже если захочет. Место безлюдное. Чего прицепился?

Полицейский выстрелил в воздух, прервав речь. Хлопок разлетелся по лесу эхом, спугнув птиц и мелких грызунов.

– Вот где логика? Если бы мы были самыми злостными преступниками, то носили бы оружие скрытно. А это оружие для духа, а не для… – как ни в чем не бывало продолжил блондин. Выстрел его нисколько не смутил. Напротив, глаза загорелись.

Мужик в помятой форме закричал:

– Именем конституции…

– …инопланетной федерации, – прервал чернявый. – Да брось. Законы на бумаге не всегда приемлемы в жизни. Или ты тоже винтик системы?

– Кстати, всегда хотел спросить, почему у вас «школа»? – Хихикнул блондин. – Милиции, там, полиции. Суть одна. По факту же – школа, а не «институт», «академия» или хотя бы какой-нибудь захудалый «университет»?

Блондин, не поворачиваясь к брату, послал невербальный пакет информации, иначе – астральный диалог[4]4
  Астральный диалог (авторское*) – невербальное средство общения второго уровня при передаче пакета информации мыслей-образов непосредственно в мозг собеседника. Более развитая форма телепатической связи. Астральный диалог превосходит словесный и телепатический обмен гораздо меньшим количеством времени на передачу информации. Он так же способен на передачу образов, как и при телепатии.


[Закрыть]
, который был слышен только «приёмником».

– Согласись «университет» на слух выглядел бы куда более достойно. Или «академия правоохранительных органов». Вообще шик! А тут какой-то чахлый полицейский, закончивший школу. Не солидно же. На мировом уровне ржут. Там полицейские академии.

– Не доводи его раньше времени.

– В ауре чёрные провалы. Это и есть наш объект. Цель обнаружена.

– Задачу понял.

Помятая форма на лже-полицейском была простима в лесу, но бегающие глаза выдавали сильное волнение. Не боевой задор, не глаза волка. Глаза шакала. По лицу «стража порядка» расползлась странная ухмылка. Губы задрожали от непонятного предвкушения. Рука с пистолетом задрожала, выдавая напряжение. Вторая рука поспешно расстегнула пару пуговиц на рубашке. Странный полицейский прицелился в ногу, палец напрягся.

– Стоять, суки, не то всех постреляю. Замерли и не двигаемся, а не то всех продырявлю!

– Ага, предупредительный в ногу. Потом в затылок уползающему при попытке к бегству. – Вновь отправил блондин невербальный посыл, приготовившись войти в сверхскоростное движение. Тело было достаточно разогрето и готово к этому, но брат опередил.

– Да откуда вы, мать вашу, берётесь?! – Крикнул чернявый вслух и на огромной скорости уже поднырнул под руку маньяка, тычком в локоть выбивая пистолет. В следующие мгновения пинком по коленной чашечке он повалил мужика на землю и сел сверху, выворачивая руки и прижимая ногами и рукой. Свободной рукой похлопал по карманам. Документов или удостоверения при задержанном не оказалось. Только бумажник с несколькими тысячами рублей крупными купюрами.

Блондин, немного раздосадованный тем, что не успел первым достать цель охоты, достал из-за пояса небольшую рацию и нажал тугую кнопку, буркнул:

– Леопард «Тени». Приём.

– Вас слышим, приём, – тут же зазвучало в эфире.

– Сравните описания… – Блондин присмотрелся к задержанному, принявшись перечислять, – … карие глаза, короткая причёска, средний рост. Особые приметы: под правым глазом шрам трёх сантиметров, на левом ухе средних размеров родинка. Документы отсутствуют. Оделся полицейским. Форма воняет. Новенькая. Только со склада.

– По фотороботу всё сходится. Закатайте рукав правой руки.

Чернявый разорвал таёжному гостю рукав, оглядел руку: область вены была покрыта синюшным оттенком, мелкими же чёрными точками была исколота большая область кожи. Наркоман.

Чернявый кивнул брату, блондин снова нажал кнопку:

– Всё, сходится. «Лесной охотник» у нас. Зафиксировано неоднократное применение наркотических средств. Ждём команды на ликвидацию. Приём.

– Вас понял, запрашиваю. – Буркнула рация и умолкла, обрабатывая запрос по всем параметрам Антисистемы.

Блондин опустил руку с рацией. На мразь под братом смотрел без тени жалости. Грязь она и есть грязь. Либо смываешь, либо заражаешься. Без вариантов. Его поймали после первого убийства, но отпустили из-за недостатка улик. Эта заминка развязала убийце руки и стоила жизни ребёнку. А маньяк получил приставку «серийный».

Чернявый ткнул пальцем меж рёбер маньяка, обронил:

– Покайся перед переплавкой. Я только одного не пойму. У вас же, наркоманов, не стоит. Или ты когда ребёнка или женщину видишь, возбуждаешься назло природе? Начинающий нарик, значит.

– А мы-то чем твой интерес возбудили? Длинными волосами или тем, что можно доколубаться из-за мечей? – Добавил блондин. – Хотя, на ловца и зверь бежит.

– Чего? – Включил непонятку подозреваемый. – Я поссать в лес ходил. Грибы смотрел. Птичек слушал.

– Да ты не придуривайся. Вы это любите. Ты не первый. И, увы, не последний. Где пистолет то взял? Чёрный рынок с остатков Украины? – Вздохнул чернявый.

– Почте давно похер, что приходит из-за границы. – Добавил блондин.

Маньяк попытался вырваться. Чернявый надавил коленом на лопатку, а вторую руку заломил до хруста в плечевом суставе. Маньяк закричал.

– Суки, пустите!!! Пожизненное за нападение на сотрудника правоохранительных органов!

Пинок блондина в лицо носком ботинка отбил желание кричать вместе с передним выбитым зубом.

– Тише, зверей перепугаешь. Кто твои кости потом обгладывать будет? Ксиву забыл купить с костюмом. А сам костюм в секс-шопе брал? Последний раз спрашиваю, где взял оружие?!

«Полицейский» захлюпал носом и… заревел.

– Я жду признания, – спокойно напомнил чернявый, поворачивая вывернутую руку.

Блондин достал диктофон. Включил запись. База, базой, информация достоверна в девяносто восьми процентах случаях, да и тёмная аура убийцы тоже о многом говорит, но нет ничего лучше, чем чистосердечного признания по факту, которое случайно обнаруживают на месте преступления настоящие правоохранительные органы.

Сначала раздавались лишь слёзы. Но некоторое время спустя из задержанного полилось, как из забитой канализации после обильных дождей.

– Семеро! Пять мальчиков и две девочки! Маленькие, свеженькие, чистенькие! Я никогда так не развлекался! Вот это жизнь! Вот это наслаждение!!!

Слушали эту торопливую речь несколько минут. Затем чернявый без замаха врезал в челюсть, оборвав признание. Блондин остановил запись, протёр диктофон о штаны задержанного и положил на траву. Белёсое крошево со сгустками крови полетало на траву с губ задержанного.

– По нашим данным жертв было пять. – Вздохнул блондин. – Надо бы службу наводок подкорректировать.

В руках запищала рация.

– На связи.

– Данные подтверждены. Повторяю – данные подтверждены. Приём.

– Вас понял. Конец связи, – обронил блондин и убрал рацию. – Это он.

Чернявый повернул маньяка лицом к себе. В спокойных глазах псевдо-полицейский прочитал свой приговор.

Обжалованию не подлежит.

– Будешь в аду, передай своим первое правило Антисистемы: наркоманы, маньяки и предатели отправляются на переплавку немедленно по обнаружению. В нашем суетливом мире просьба больше не воплощаться.

Светловолосый потянулся к перевязи меча, но брат остановил взглядом.

– Не марай благородного оружия. Нелюдь подобного не заслуживает.

Брат кивнул и поднял с земли оброненный полицейским пистолет Макарова.

– Лимит беспредела достигнут. Лови предупредительный в голову.

Выстрел повторно прокатился по лесной полосе, перепугав редких птиц и затухая на окраине. Блондин поднял глаза к небу. Там красиво, кустистые облака рисуют картины. Низко летают птицы перед дождем. На горизонте виднеются пики гор.

– Светило дарит тёплый день всё так же ярко и добросовестно, позволяя людям жить.

– Людям, а не нелюдям. – Добавил чернявый, глядя иным зрением на затухающую тёмную ауру.

– А здесь… здесь самим надо разбирать, что правильно, а что нет. Без советчиков. Мозг дан людям в индивидуальном порядке, на фабриках никого не штамповали. – Добавил блондин.

Чернявый положил руку на плечо брата:

– Пойдём, Лео. Жизнь ждать не будет. Война забирает всех лучших: героев, мудрецов, пророков. А вот такие сидят в тылу и гниют. Зачистка нужна не на границах. Она нужна здесь, внутри. Нет порядка внутри – никакие осколки ряженой армии не спасут.

Леопард посмотрел в большие зелёные глаза, улыбнулся:

– Пойдём, брат. Дел ещё много. Верю, когда-нибудь Гений вернёт нашему государству расстрельную статью и мир станет немного чище.

– А пока поработаем и в неурочный час. – Тихо добавил тот, кто взял себе имя Скорпион, и сел на мотоцикл.

Часть первая:
«Преодоление»

Глава 1
Больничный заключённый

Десять лет назад.

Москва. Больница номер №.

Сон улетучился, как мимолётное видение. До неправдоподобия живой, красочный. Такой не может быть эта унылая, серая жизнь. Тяжело и жалко возвращаться в реальный мир. Сознание цеплялось за край дремоты изо всех сил. Но режущий свет больничной лампы был неумолим, отрезая всякое отступление в царство грёз.

Тупая боль пробила заслон век и ворохом песка пробежалась по зрачкам. Испуганный мальчишка, прячась от света, натянул одеяло по самую макушку. Не тут-то было – одеяло полетело на мокрый пол, выхваченное сильной рукой технички. Зычный командирский голос объявил подъём по всей строгости скверного характера.

В детском больничном отделении объявлялся приход утра. Прекрасное начало нового дня для мальца неполных шести лет.

Мальчик мигом натянул майку, шорты. Не глядя, влез в старые, стоптавшиеся тапочки. Всего на два размера больше – большая удача для бесхозного больничного заключённого. Шоркая обувкой, приблизился к ржавому крану. Мутная хлорированная вода тонкой струйкой потекла между пальцев. В замусоленное зеркальце на пациента по фамилии Корпионов смотрело осунувшееся лицо. Нехватка кислорода, витаминов, извечные приёмы ненужных лекарств и чуждые организму уколы из абсолютно здорового малыша выстроили за два года дряхлого старца с мешками под глазами и почти убитой волей к жизни.

Всё начиналась совсем не так. Были родители: мать и отец. Вполне состоятельная чета Корпионовых. Мальчик смутно помнил, что был единственным ребёнком в семье. Его даже назвали Сергием, а не каким-нибудь там Сергеем, Серёжей или даже Серёженькой, коих вдоволь было в отделении.

Самый любимый, красивый и единственный ребёнок в семье Сергий был счастлив ровно до того момента, как в семейный автомобиль не влетел КАМАЗ. Пьяный водитель не заметил, что движется по встречной полосе. Автомобиль, как сказали, сложился гармошкой, оставив жизнь лишь мальчугану. После аварии, когда встал вопрос об усыновлении, как оказалось, маленький Сергий остался один, лишённый всего кроме фамилии. Потому с детства чернявый парнишка мог надеяться лишь на себя, подмечая все детали замкнутого мирка, в котором оказался заперт на долгие годы. Но где-то в глубине сердца ещё теплилась искра с верой в светлое будущее.

Сергий чувствовал себя не таким, как все, но объяснить этого не мог. Кому было дело до его почти реальных снов, где росли огромные деревья и люди летали над снегом как птицы? Порой он даже гулял по другим планетам. Но кто в это поверит? Любые вопросы натыкались на стену непонимания взрослых, отмашки от его бурной фантазии.

Юный Корпионов понял, что помощи ждать неоткуда и смирился с тем, что каждый день пациентов навещают родные и близкие, а его никто и никогда. Постепенно мальчик привык к постоянному одиночеству среди больничной суеты. Одиночеству и почти постоянному чувству голода.

Это всё длилось неопределённо долго. Как вдруг и этот привычный мир пошатнулся. На вчерашнем обходе врачей Сергий узнал, что вскоре переводится в детский дом. По решению консилиума докторов он больше не мог занимать койко-место, и считался вылечен от всех тяжёлых болезней раз и навсегда. Иммунитет обещал восстановиться. Со временем.

Впервые услышав для себя эту новость, Сергий испугался. Никогда ранее он не думал о переезде из больницы. Мечтал – да, но чтобы так сразу ехать в неизвестное место – страшно. А если детдом то место, о котором он много раз слышал от более старших мальчишек, которых направляли оттуда на лечение, то попадать в этот самый дом совсем не хотелось. Не на день, не на неделю – там придётся жить до совершеннолетия. Двенадцать лет в месте, о котором с ужасом рассказывали пациенты. Двенадцать лет в месте, которое ещё хуже больницы. Что вообще может быть хуже больницы с её бесконечным запахом лекарств и хлорки?

– Надо бежать, – услышало отражение в зеркале шёпот пациента. Он сам испугался сказанных слов. – Бежать, – вновь прошептали обветренные губы, которые шелушились совсем не от ветра.

Сергий уныло посмотрел на свои тапки. Пусть на улице и тёплые весенние денёчки, но в такой обуви далеко не убежишь. Даже забор не перелезть.

– Отойди, шпендик, – раздался голос над ухом, и весомая рука оттолкнула от умывальника.

Десятилетний новенький. Только вчера положили в отделение, а ведёт себя как король. Прикидывается новым «боссом». Надо его проучить!

Сергий набрал в ладошки воды и приготовился. Пусть не зазнаётся.

Новоявленный босс, стоя за спиной, попытался пнуть упрямого малолетку, отодвинуть от умывальника, но широким замахом захватил лишь воздух. Враг извернулся, подбросил воду над громилой и по закону гравитации холодный душ обрушился на голову и потёк за шиворот новенькому.

Корпионов, победно улыбаясь, пулей вылетел в коридор, хлопнув дверью до грохота стекла в ней. Вся палата взорвалась смехом от крика новенького. Он врезался в закрытую дверь и, чертыхаясь, дёрнул её на себя, спеша догнать наглеца. За это время Сергий успел отбежать на приличное расстояние. Взял форсаж, разгоняясь до максимальных способностей бега в тапочках. Бежал, пока за спиной не послышались проклятья, и тапочки не слетали с ног. Вышло примерно тридцать метров.

Шлёпая босыми ступнями по холодному полу, резко остановленный спринтер подошёл к медсестре.

– Корпионов! Опять ты бегаешь? Будешь на посту полдня по стойке «смирно» стоять, пока я домой не уйду! – Заверила она.

– Он пинался!

– У тебя вечно кто-то пинается, дерётся, один ты ни при чём. Всё, будешь наказан.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4