Софи Ханна.

Идея фикс



скачать книгу бесплатно

– Я знаю, – откликнулась я, пребывая в странном внутреннем оцепенении. На самом деле я больше не понимала, что же знаю в реальности.

– Ты хоть немного представляешь, как это трудно – жить под тенью подозрения, когда ты не сделал ничего плохого? – продолжал Кристофер. – Думаешь, я не догадываюсь, о чем ты думаешь? «Кит помешан на компьютерах. Он вполне мог за несколько мгновений заставить то тело появиться и исчезнуть. Может, он даже сам убил бедняжку».

– Ничего подобного я не думаю! – всхлипнув, крикнула я. Я не позволяла себе зайти так далеко. – Мне не нравится подозревать тебя, ничуть не нравится. Если б этот дом одиннадцать по Бентли-гроув находился в любом другом месте, кроме Кембриджа…

Вернувшийся сверху Сэм К. стоял на пороге гостиной. Много ли он услышал?

– Я скажу вам, что намерен сделать, – заявил он. – Я сам переговорю с полицией Кембриджа. Вероятно, они уделят этому делу больше внимания, если для начала с ними поговорю я.

– Так вы видели?.. – У меня екнуло сердце, и я вытянула руку, указывая наверх, в сторону нашего офиса.

– Нет, я не видел трупа. Или какой-то крови.

– Но…

– Вполне вероятно, что вы переутомились и у вас возникла своего рода… мимолетная галлюцинация. Как вы определили это раньше? Обманчивое восприятие? Однако в то же время нельзя отвергать того, что вы рассказали мне, поскольку… – Полицейский вздохнул. – Поскольку вы позвонили Саймону Уотерхаусу, а не мне. Саймон – как раз тот, кто вам нужен. Я не в состоянии превратиться в него, но, за неимением лучшего, поступлю так, как поступил бы он: отнесусь к вашим словам серьезно.

– Спасибо, – пролепетала я.

– Не благодарите меня… я лишь его дублер, – с улыбкой заметил Сэм. – Вы сможете поблагодарить Саймона, увидев его в следующий раз.

Только после того как он уехал, я сообразила, что могли означать его последние слова: ему известно, что я встречалась с Саймоном раньше.

* * *

Вещественное доказательство №: CB13345/432/20IG


Кавендишская начальная школа

Ведомость № 586

Дата: Понедельник 30 ноября 2009 года


Котята в Кавендишской школе!

В прошлую среду у нас состоялось на редкость интересное собрание в первом классе! Бесс, кошка Маркуса, родила пятерых котят, и его мама и папа принесли их в школу! Мы чудесно провели время, играя с этими прелестными пушистыми гостями, а позже с большим интересом поговорили о домашних питомцах и о том, как мы заботимся о них, поэтому мы приносим нашу огромную благодарность Маркусу и его родителям за предоставление нам возможности такой превосходной радости общения! Ниже приводятся два очаровательных описания от детей первого класса…


Вчера днем в школу принесли котят Маркуса. Чорные пушистики с белыми пятнашками, они выглядели очень умными и ловкими. Мне удалось паймать одного из котят, одного из этих милых и пушистиков, хотя у них очень острые розовые коготки.

Один из них спрятался за пионином. Я слышал, как громко мурлыкал один котенок. У них маленькие синие глаза. Получилось здорово, очень весело.

Заметка Гарри Брэдшоу

Вчера Маркус и его мама принесли к нам на сабрание котят, и мы говорили о том, как лучше ухаживать за питомцами они были савершено плерестными, некоторые чорные с белыми пятнышками. Их мама, кошка Бесс, осталась дома. Мне удалось подержать четырех котят, они такие мяхкие, как будто из пуха.

Заметка Тилли Гилпатрик

4


17 июля 2010 года


Чарли не знала, как быть со своей девичьей фамилией. Она и не задумывалась над этим вопросом, пока Саймон не затронул его по прибытии в аэропорт.

– Полагаю, тебе придется обновить документы, – заметил он, кивнув на ее паспорт.

Она не поняла, что он имеет в виду, и уныло пыталась скрыть свое потрясение, услышав его пояснение. Саймон посмеялся над ней.

– Не переживай, – бросил он, – я лишь предположил, что ты захочешь сменить свою фамилию на мою, но если тебе не хочется, то я возражать не буду.

– Правда? – спросила Чарли, мгновенно встревожившись за его благодушное настроение, осознавая, что в лучшие времена оно бывало хрупким и постоянно находилось под угрозой исчезновения.

Она обдумала второй вариант: да, она предпочла бы остаться Чарли Зейлер. Честно говоря, ее удивило, что Саймон мог бы предпочесть иное. Досадуя на себя за то, что оказалась не готовой к столь важному обсуждению, она быстро решила, что поступит так, как захочет он. Бывают фамилии и менее благозвучные, чем Уотерхаус.

Впрочем, оказалось, что на сей раз настроение Саймона ничем не омрачилось.

– Конечно, правда, – заверил он жену. – Какая разница, как тебя будут называть? По-моему, это всего лишь наследственный ярлык.

– Точно, – подхватила Чарли с непроницаемым лицом. – Ведь если подумать, меня могут просто называть сержантом полиции женского пола за номером пять-четыре-четыре-три-семь, верно?

С той самой минуты вопрос фамилии поглотил все ее мысли. А как поступают другие замужние женщины? Ее ближайшая соседка Мэрион Грегори, а также приятельницы Кейт Комботекра, Стейси Селлерс, Дебби Гиббс – все они поменяли девичьи фамилии. Оливия, сестра Чарли, собиравшаяся выйти замуж в будущем году, пыталась убедить Доминика, ее предполагаемого мужа, что им следует взять двойную фамилию Зейлер-Ланд.

«Либо пусть он остается Ландом, а я сама стану Зейлер-Ланд, – вызывающе заявила она Чарли. – Если Дом хочет путаться в подгнивших оковах старомодных традиций, то пусть мучается. Ему не удержать меня от более прогрессивных взглядов».

Отлично зная сестру, Чарли подозревала, что это стремление Оливии имеет слабое отношение к принципиальной позиции – скорее ей просто хочется обзавестись двойной фамилией.

Чарли Зейлер-Уотерхаус. Нет, об этом и речи быть не может! В отличие от Лив, Чарли не зарилась на аристократические прибамбасы: двойная фамилия будет смущать ее, не говоря уже о новом поводе коллегам изводить ее, придумывая новые прозвища.

– А почему бы нам вообще не выбрать совершенно новую фамилию? – крикнула она плескавшемуся в бассейне Саймону. Точнее, он лежал на надувной лодчонке, которая покачивалась на водной глади бассейна, когда они прибыли на виллу. В данный момент лодочка медленно дрейфовала, а его раскинутые конечности вяло шевелились, отмокая в воде. Иногда Саймон пользовался руками как веслами, чтобы развернуться или прокатиться в другой конец бассейна, а разок или два оттолкнулся ногами от борта, видимо, проверяя, не хватит ли одного толчка, чтобы лодка довезла его до противоположного борта. Толчка не хватало – слишком большим оказался бассейн.

Около полутора часов, делая вид, что читает свою книгу, Чарли тайком поглядывала на него. О чем он там размечтался?

– Саймон! – позвала она его наконец.

– Гм?

– В каких эмпиреях ты витаешь?

– Ты что-то сказала?

– Я подумала, может, мне не надо брать твою фамилию… почему бы нам просто не выбрать новую фамилию? Общую семейную фамилию.

– Что за глупость? Так никто не делает.

– К примеру, Чарли и Саймон Геррера.

– По-моему, это фамилия Доминго?

– Именно. Мы могли бы стать основателями новой традиции: фамилия первого встреченного в медовый месяц человека становится новой общей семейной фамилией.

Доминго был смотрителем здешней виллы: этот молодой атлет и заядлый курильщик, загоревший до шоколадного цвета, немного говорил по-английски и, по всей видимости, жил в дальнем конце сада в деревянном летнем домике типа шале. Он встретил Саймона и Чарли в аэропорту и привез их на виллу «Los Delfines», а чуть позже устроил им ознакомительную экскурсию по дому и саду, не спросив их согласия, – возможно, из-за нехватки словарного запаса – и не поинтересовавшись, не желают ли они сначала отдохнуть, повременив с таким знакомством до утра. Экскурсия заняла около часа: в доме Геррера останавливался перед каждым техническим устройством или прибором, жестами привлекая к нему их внимание, прежде чем в полном молчании продемонстрировать, как они действуют.

Чарли не испытывала ни малейшего волнения. Она прошла через деревянную калитку, темневшую в высокой белой стене, увенчанной желобчатой черепицей, вдохнула теплый пряный воздух сада, увидела бассейн, блестевший подобно гигантскому аквамарину, и мгновенно влюбилась в этих испанских «Дельфинов». Если ей пришлось вытерпеть пантомиму Доминго, показывающего, как надо проворачивать ключи в замочных скважинах входных дверей и управляться с охранной сигнализацией, чтобы им позволили остаться здесь на две недели, то такую цену она с радостью заплатила за роскошь испанского отдыха.

Все вокруг выглядело идеально. Так идеально, что Чарли встревожилась, насколько же они с Саймоном проигрывают в сравнении с окружающей обстановкой. Вдруг своим появлением они испортили гармонию этого совершенства? Она понимала, что глупо сравнивать себя с другими людьми – сравнивать их с Саймоном с другими семейными парами, – но как же трудно было удержаться от подобных сравнений! Чарли не знала никаких других новобрачных, отправившихся в свой медовый месяц с такой секретностью, точно они в прошлом были бандитами, новообращенными в ценных осведомителей, и посему, в соответствии с программой охраны свидетелей, место их пребывания хранилось в строжайшей тайне. Кэтлин, мать Саймона, панически боявшаяся полетов, как и вообще почти любых перемен реальной жизни, не смогла бы переварить мысль, что ее сын сядет в самолет, поэтому Саймон сообщил ей, что на медовый месяц они с Чарли поедут на поезде и отдохнут в Торки. Кэтлин спросила, где они будут жить, на случай, если ей срочно понадобится связаться с ними. Ее сын мог бы назвать какой-то реальный или вымышленный отель в Торки, но он знал, что через пару дней Кэтлин непременно попытается связаться с ним и обнаружит, что он солгал, и поэтому ему не оставалось ничего иного, как отказаться дать такие сведения.

– Нет никакой крайней необходимости, – твердо заявил Саймон. – А если и появится, то придется немного подождать.

Кэтлин расстроилась, и в ход пошли слезы и мольбы. В какой-то момент, после одного из ее фирменно занудных воскресных обедов, она упала на колени и обхватила ноги сына. Ему с трудом удалось высвободиться от нее. Чарли пребывала в шоке, в том числе и потому, что никто из родни, включая самого Саймона, явно не удивились такому поведению. Майкл, его отец, также не выказал удивления. Его единственным словесным вкладом в спор стало небрежное бормотание. «Прошу тебя, сын, – обратился он к Саймону. – Пожалуйста, сын, дай ей шанс связаться с тобой. Облегчи мне жизнь».

К великому облегчению Чарли, ее жених проявил твердость. Правда, сперва, к ее крайнему замешательству, он принял родительское приглашение на семейный обед и в грядущее воскресенье.

– Ты обезумел? – резко спросила его Чарли. – Все ведь повторится… в точности, как было на прошлой неделе.

– Ну и пусть, тогда я выкручусь так же, как на прошлой неделе, – заявил он.

Ему нравилось думать, что мать не контролирует его жизнь, однако в то же время, как и настаивали родители, им пришлось ехать аж до самого Торки, где их наконец-то поженили. «Сделаем ложь более правдоподобной», – оправдался Уотерхаус, не желая признавать абсурдности ситуации. Чарли предпочла бы заключить брак в бюро регистрации Спиллинга: ее раздражала мысль, что место их свадьбы выбрано патетически настроенной свекровью. Но жених заглушил ее протест: «Мне казалось, тебе нравится Торки. Разве не поэтому мы сделали вид, что отправимся туда на медовый месяц?»

Как ни странно, Кэтлин не пыталась навязать им венчание в церкви, как опасалась Чарли, и не высказала никаких возражений, когда Саймон сообщил, что на регистрации, кроме них самих, будут только два свидетеля, роль которых его матушке никак не светила.

– Она успокоится, – заверил он свою невесту. – Осознав, что от нее ничего не ждут. Подумай об этом: обычно на свадьбах мать жениха проводит львиную долю дня, любезно принимая и обихаживая гостей. Такая роль маме решительно не по зубам. Поэтому в случае подобного выхода в свет она обычно предпочитала внезапно заболеть, и в итоге папе тоже приходилось оставаться дома и приглядывать за ней.

Родители Чарли с благодарностью узнали, что их присутствия не требуется. Отец ее всему на свете предпочитал гольф. Он мог бы сделать передышку ради дочери и постараться порадоваться ее свадьбе, но быстро нашел бы повод для погружения в плохое настроение. День, проведенный без гольфа, Говард Зейлер считал злополучным, и для ощущения полнейшего горя достаточно было лишить его возможности сыграть в любимую игру.

– А как тебе нравится Мелвилл? – крикнул Саймон жене в ответ, продолжая покачиваться на глади бассейна.

– Гм? – отозвалась Чарли.

– В качестве нашей новой фамилии.

– Почему Мелвилл?

– В честь Германа Мелвилла[12]12
  Герман Мелвилл (1819–1891) – американский писатель и моряк, автор классического романа «Моби Дик».


[Закрыть]
.

– Тогда почему бы не Дик?

Саймон нацелил на супругу пару пальцев, выразительным жестом изобразив букву «V». «Моби Дик» был его любимым романом. Он перечитывал его ежегодно и, естественно, притащил с собой в Испанию. Должно быть, по его мнению, медовый месяц предназначен для чтения, так почему бы ему не перечитать избранное? Но почему же он тогда с удовольствием предается праздному плаванию, словно ему больше ничего не хочется делать? Даже листья и лепестки цветов на поверхности бассейна, казалось, прилагают больше целенаправленных усилий.

Почему он не занимается сексом с женой?

Разве не положено проводить бо?льшую часть медового месяца в постели? Или так бывает, только если парочки не спали вместе до свадьбы?

Чарли вздохнула. Разве она ждала слишком многого? Долгие годы избегая любых физических контактов с ней, в этом году Саймон решил, что наконец настало время консумировать их отношения. С тех пор все пошло прекрасно. Ну, почти прекрасно. Чарли по-прежнему не смела брать на себя инициативу: она чувствовала, что ее любимому это не понравится. Также было очевидно, что разговоров – непосредственно после соития или вообще на интимную тему – тоже следовало избегать. Или Чарли сама воздвигла воображаемые барьеры, которых вовсе не существовало? Может, Саймону не меньше, чем ей самой, хотелось спросить: «Тебе нравятся наши сексуальные игры, или ты только надлежащим образом исполняешь супружеский долг?» Физически он выглядел удовлетворенным, но всегда казался чертовски отстраненным – глаза закрыты, губы безмолвно сжаты. Временами он вообще был почти бесстрастен, как робот.

Припекало полдневное солнце. Чарли размышляла, не пора ли предложить Саймону зайти в дом и еще разок намазаться защитным кремом. Тогда она могла отправиться за ним и… Нет. Она завела хорошее правило – никогда и никого не провоцировать на секс, и была намерена неуклонно придерживаться его. Однажды – давно, на одной вечеринке, задолго до их официальной помолвки – Саймон на редкость грубо отверг ее заигрывания. И Чарли твердо решила, что никогда больше не позволит такому случиться.

За ее спиной раздался какой-то шум… звук чьих-то шагов. Доминго. Женщина напряглась, но потом вздохнула с облегчением, увидев, что смотритель вооружен граблями и мотыгой: он ведь здесь работает, только и всего. Вилла утопала в роскошном саду, и сад этот, очевидно, являлся для кого-то гордостью и радостью – может, для Герреры, может, для его хозяев. Такого бурного и разнообразного цветения, собранного в одном месте, Чарли еще в жизни не видела: огненно-красные, бордовые, фиолетовые, сиреневые, ярко-синие, оранжевые и желтые цветы контрастировали с множеством оттенков зеленого. Никакого сравнения с большинством бледных английских садов. Чарли особенно любила представлять перевернутые лилейники, тогда их белые колокольчики выглядели как маленькие абажуры.

Отложив книгу, она направилась к бассейну. Не потому, что хотела быть ближе к Саймону, а потому что изрядно перегрелась и ей требовалось охладиться. По мраморным римским ступеням женщина спустилась в воду.

– Водичка как раз то, что надо, – заметила она. – И не холодная, и не слишком теплая. Похожа на горячую ванну, набранную пару часов назад.

Ее муж не ответил.

– Саймон?

На чем же он так сосредоточен, что даже не слышит ее, хотя она плещется прямо рядом, у него под носом?

– Гм? Прости. Что ты сказала?

Вряд ли ей стоило повторять. Хотя жаль упускать такую возможность – раз уж она привлекла его внимание, надо сказать что-то более существенное.

– Я паникую всякий раз, как Доминго направляется в нашу сторону.

– Боишься, что он опять будет испытывать наше терпение, показывая, как работают очередные выключатели?

– Нет, вовсе нет… Но его мобильный номер есть на вебсайте. То есть благодаря ему мы можем оказаться в доступности для связи.

Саймон с трудом принял сидячее положение, постаравшись не перевернуть лодку.

– Тревожишься из-за моей мамы? Она же не знает, где мы. Никто не знает.

– Оливия знает.

Рассердится ли он, что она поделилась с сестрой тем, что надлежало хранить в секрете? Вероятно, нет. Чарли поборола желание выяснить, удалось ли ей полностью завладеть его вниманием.

– Когда я сообщила Лив, какова цена за это местечко, она упросила меня показать ей фотографии. Пришлось показать и рекламу виллы на вебсайте.

– Надеюсь, она ничем не поделится с моей мамой?

– Меня беспокоит не Кэтлин, – сказала Чарли, – а работа.

Саймон пренебрежительно хмыкнул.

– Две недели Форум безопасных условий проживания сможет обойтись без тебя.

– Я имела в виду твою работу. Мое отсутствие никого не колышет.

– Что, ты переживаешь из-за Снеговика? После месяцев предвкушения того, что он называл своим творческим отпуском от вечных проблем Уотерхауса? Едва ли ему взбредет в голову разыскивать меня. Знаешь, что он сказал мне на прощание перед моим уходом? «Давайте-ка, Уотерхаус, мы оба по максимуму отдохнем за эти две недели. Может, сам я и не буду посещать в данный период ничего более экзотического, чем мой кабинет или столовую, но без вашей неизменно чумовой деятельности у меня будет настоящий душевный и праздничный отдых».

– Уж поверь мне, Пруст с нетерпением дожидается твоего возвращения. Буквально считает деньки.

– Не шути так, – предостерег Саймон.

Его не радовала мысль, что он может вызывать у босса чувства, отличные от раздражения.

– Мы оставили Лив и Гиббса одних, – вспомнила Чарли. – Что, если Лив продолжала накачиваться спиртным и, напившись, выболтала секрет Гиббсу, а он…

Ей не хотелось озвучивать возможные действия Криса на тот случай, если сказанное способно увеличивать вероятность событий.

– Гиббсу? – Уотерхаус рассмеялся. – Да Гиббс, даже сидя рядом со мной, рта не раскрывает! Чего ради ему грузить себя моими поисками в Испании? Ни малейшего повода!

– Да для начала поисков достаточно всего лишь чуть менее заурядного дела, и тогда каждому придет в голову: «Вот если б Саймон был здесь, если б мы могли спросить, что он думает…».

– Нет, никому это не понадобится. Скорее они подумают: «Слава богу, что с нами нет Уотерхауса, а то он усложнил бы все дело».

– Ты же сам понимаешь, что это неправда. Сэм Комботекра так не думает. И Гиббс тоже…

– Черт, Чарли, прекрати, ради бога! Оливия не скажет Гиббсу, куда мы уехали, и Гиббс ничего не скажет Сэму, и в ближайшие пару недель Сэм не столкнется с трудностями, о которых стоило бы поговорить со мной. Договорились? Отдыхай спокойно!

Саймон был прав: вряд ли их потревожит кто-то из Спиллинга. Так почему же Чарли не могла избавиться от тревоги, так основательно обосновавшейся в груди, что у нее перехватывало дыхание?

– Я весь ваш на две недели, так что считайте, вам не повезло, – сказал Уотерхаус. – Как там говаривал наш остроумный Марк Твен? «Мне пришлось перенести множество неприятностей, хотя лишь изредка они имели место в реальности». В общем, высказывание в его духе. Посмотри-ка туда, – предложил он, показав в сторону двух деревьев, в промежутке между которыми маячила на горизонте гора.

– На что смотреть-то? – уточнила Чарли.

– На гору. Видишь очертания?

– Очертания горы?

– Нет, черты лица. Похоже, у этой горы есть своя физиономия.

– Ничего не вижу. Ты подразумеваешь, что углядел там глаза, нос и рот?

– И брови, и, по-моему, я даже вижу ухо. Неужели ты не видишь?

– Нет. – Чарли попыталась не выдать своего раздражения. – Я не вижу никакого лица на той горе. Оно хоть симпатичное?

– Должно быть, обман зрения… игра света, но… Интересно, изменятся ли его черты, когда сдвинется солнце. Наверное, сейчас просто тени так причудливо легли на скалистые уступы.

Чарли еще долго вглядывалась в очертания горы, но так и не обнаружила ничего явно похожего на физиономию. Как ни глупо, но она почувствовала, что упустила нечто важное. Лодка Саймона успела прибиться к другому борту бассейна. «Может, для поддержания хорошей формы, – подумала Чарли, – стоит тоже немного поплавать?» Отныне она твердо решила не паниковать при виде направляющегося к ней Доминго, несмотря на то, что перед ее мысленным взором опять мгновенно возник поразительно четкий образ того, как он подстерегает их с Саймоном за кустами со словами: «Телефон. Англия», помахивая своим мобильным.

– Чарли? – услышала женщина голос мужа.

– Мм?

– Как бы ты поступила, если б… – Саймон покачал головой. – Нет, ерунда, – оборвал он себя.

– Но о чем ты хотел спросить? – заинтересовалась его супруга.

– Пустяки. Забудь.

– Ты же знаешь, что я не смогу забыть, – возразила она. – Лучше скажи.

– Да, в сущности, нечего говорить.

– Нет, скажи!

Как бы ты поступила, если б я попросил у тебя развод? Как бы ты поступила, если б я захотел, чтобы мы спали в отдельных комнатах?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Поделиться ссылкой на выделенное