Софи Джордан.

Невинный соблазн



скачать книгу бесплатно

– Не такая уж плохая мысль, тетушка. Я подумаю над твоим предложением, – произнесла Мередит и отвернулась, чтобы дорогая родственница не заметила, как кривятся ее губы, когда она пытается не рассмеяться.

– В близнецах нет никакой нужды. И одного ребенка вполне хватит, – выходя из детской комнаты, фыркнула тетушка Элеонора.

Мередит нахмурилась. Услышанное ей совсем не понравилось. Уж слишком много холодного расчета прозвучало в словах тети! Хотя первоначально идея тетушки Мередит не понравилась, теперь она смотрела на их план с куда большей симпатией. Она полюбит ребенка, окружит его заботой, всем тем, чего ей не хватало в детстве. С такими мыслями Мередит еще раз осмотрела комнату.

Проветрена. Шторы подняты. В целом веселенькая комнатушка. Вследствие вполне понятных причин Мередит все эти годы даже не заглядывала в детскую. Теперь, рассматривая только что заново отполированную колыбель, молодая женщина ощущала нечто сродни сожалению. Если бы все повернулось по-другому, сейчас в этой комнате жили бы ее дети. У большинства двадцатипятилетних женщин уже есть по нескольку ребятишек. Нагнувшись, Мередит подняла с маленького детского столика лежавшую на нем деревянную лошадку-каталку. Время откололо от игрушки одно из деревянных ушей. Молодая женщина крепко сжала пальцами салазки подставки.

В этот миг Мередит поняла, что соображения собственного благополучия отнюдь не исчерпывают мотивов ее поступков. Она страстно хотела ребенка, и это желание было главной причиной того, что племянница пошла на поводу у тетушки. Такое открытие испугало Мередит. Значит, мотивы ее поступков отнюдь не полны альтруизма.

Желая вернуть себе прежнюю решимость, она едва слышно произнесла:

– Дело сделано. Назад дороги нет.

Резко кивнув головой, девушка поставила лошадку-каталку на столик, а затем слегка толкнула ее. Игрушка закачалась вперед-назад.

– Премиленькая комнатка, – молвил кто-то у нее за спиной.

Мередит резко выпрямилась. Щеки ее вспыхнули румянцем. Она повернула голову: в дверном проеме стоял мистер Гримли. Молодая женщина мысленно дала себе зарок никогда больше не озвучивать собственные мысли. Эта привычка небезопасна, если у тебя есть тайны.

Поверенный семьи Брукширов приехал еще вчера. Мередит была несказанно рада этому, ведь не ей придется сообщать Николасу Колфилду о том, что фортуна повернулась к нему спиной.

– Я решила позаботиться обо всем заранее. – Женщина обвела рукой детскую комнату.

– Да, моя Мэри всегда подготавливает уютное гнездышко до появления на свет Божий каждого из наших детей. Супруга называет это материнским инстинктом.

Мистер Гримли со всезнающим видом раскачивал вперед-назад свое дородное тело на каблуках башмаков.

– Да уж, – произнесла Мередит, чтобы сказать хотя бы что-то.

– Не могу выразить словами, как был бы счастлив старый граф, если бы дожил до этого дня. Его сильнейшим желанием было увидеть детскую вновь обитаемой.

Мередит почувствовала себя виноватой.

Брукширы наверняка перевернулись бы в своих могилах, если бы им сказали, что она выдаст безродного сироту за следующего графа. Женщине пришлось напомнить себе – у Эдмунда была возможность воспользоваться всеми правами законного супруга. Он сам ее отверг. У нее нет выбора. От благоразумия Мередит зависит не только ее собственная судьба, но и будущее близких ей людей.

– Я едва не забыл, зачем сюда прибыл, – хихикнул стряпчий, сокрушенно покачивая головой. – Только что приехал ваш деверь. Дворецкий провел его в гостиную, а я вот пришел за вами.

Сердце сильнее забилось у нее в груди. Так скоро? Фарс уже начался!

– Миледи! Не тревожьтесь. – Взяв графиню под руку, мистер Гримли вывел ее из детской комнаты. – Ваш деверь вполне дружелюбен, разве что немного груб в обращении.

Внезапно у Мередит пересохло в горле. Она тяжело сглотнула и бросила колючий взгляд на стряпчего, пока они вместе спускались по ступенькам лестницы вниз. Груб? Грубыми были викинги. Грубыми были пираты. Что Гримли имеет в виду?

– Сообщенная вами новость оказалась для него полной неожиданностью, но он, заверяю вас, воспринял ее как истинный джентльмен. Понимаю, поверить в это непросто, однако мой клиент не особо горит желанием становиться титулованной особой. Я бы рискнул предположить, что ваша новость рассматривается им сродни своеобразному избавлению.

Как мистер Гримли и предполагал, поверить в это было непросто. С какой стати Николас Колфилд не желает обрести богатство, влияние и престиж, сопутствующие титулу графа Брукшира?

Тетушка Элеонора уже разливала в гостиной чай в любимый веджвудский фарфор хозяйки дома. Не на шутку разволновавшись, Мередит старалась не смотреть на деверя. Она позволила мистеру Гримли усадить себя на небольшой диванчик подле тети… Затем Мередит неоправданно долго поправляла складки ткани на своих многочисленных юбках и лишь после этого, набрав полные легкие воздуха, подняла взгляд на незнакомца.

Дюжий мужчина, возвышавшийся напротив нее подобно могучему дубу, представлял собой резкий контраст со всей дамской обстановкой гостиной. Нет, он никак не мог быть Эдмунду братом. Этот смуглолицый человек с темными волосами и не менее темными глазами совсем не походил на типичного бледнолицего англичанина. Загорелая кожа… высокие скулы… квадратная челюсть… Мередит вспомнила об испанском пирате, герое готического романа, который она втайне от взрослых читала и перечитывала в подростковом возрасте.

Мужчина поклонился, когда мистер Гримли представил его.

– Леди Брукшир, – тихо произнес он.

Зычные модуляции его голоса произвели на Мередит странное действие… Отличного покроя сюртук облегал его широкие плечи. На женщину оказали впечатление мужественность и привлекательность деверя. Пока Гримли продолжал представление, ужас у нее в душе все усиливался. И это олицетворение мужественности является Николасом Колфилдом? Ее ноздри трепетали, ловя едва ощутимый запах леса и кожи седла. Пальцы его руки коснулись ее пальцев. Она взирала на темные волосы его склоненной в поклоне головы и думала, столь же они шелковисты на ощупь, как на вид. Он окинул ее пристальным взглядом, а затем, выпустив ее руку из своей, присоединился к мистеру Гримли, который болтал о всяческом вздоре.

Оправившись от первоначального шока, Мередит мысленно принялась составлять список причин, по которым этот джентльмен не мог быть Николасом Колфилдом. Во-первых, в отличие от Брукширов, мужчина не был голубоглазым. У Эдмунда, к примеру, глазки были малюсенькие, невыразительные, водянисто-голубоватые. Как этот незнакомец мог быть потомком графа Брукшира? Глаза Николаса Колфилда излучали блеск темного красного дерева. «Он, – с ужасом осознала Мередит, – самый симпатичный мужчина из всех, кто до сих пор встречался мне на жизненном пути». Горячая кровь прилила к ее щекам. Ей стало стыдно из-за своих недостойных мыслей.

«Соберись!» – приказала себе Мередит, стараясь сосредоточиться на предмете общей беседы.

К счастью, внимание деверя было обращено на мистера Гримли и он не заметил ее смущения. От глаз тетушки Элеоноры, однако, не укрылся неподобающий интерес племянницы к мужчине. Пожилая женщина вопросительно приподняла брови. Мередит постаралась сосредоточиться на том, о чем говорит мистер Гримли.

– Вы приехали прямиком из Лондона, лорд Брукшир? – спросил стряпчий. – Надеюсь, грязь на дорогах не сильно испортила ваше путешествие.

Мередит сдержала свое недовольство, когда Гримли, обращаясь к ее деверю, назвал его лордом Брукширом. Женщина успокоила себя тем, что все это лишь временно.

– Нисколько. Я проскакал всю дорогу верхом и получил огромное удовольствие.

– Неужели? Вы проделали большой путь, милорд, – от удивления у Гримли даже округлились глаза. – Должно быть, вы отличный наездник…

– Предпочитаю ездить верхом, а не в карете.

Взгляд Николаса Колфилда остановился на Мередит. На сей раз мужчина не спеша осмотрел женщину, что называется, с ног до головы. Этот взгляд светился твердостью и непреклонностью. Мередит решила, что правильно поступила, приняв предложение тетушки. На вид деверь казался грубым, жестоким человеком. Такой вполне может выбросить на улицу их всех.

Чуть заметная ухмылка скривила его губы – давно отрепетированная, предназначавшаяся множеству женщин до нее. Эта улыбка должна была продемонстрировать Мередит, что ему известно, какое впечатление его мужская красота производит на представительниц слабого пола. «Высокомерный красавец», – подумала девушка. Чтобы скрыть от него свое смущение, Мередит, приподняв подбородок, обратила взгляд на скучного стряпчего.

– Призн?юсь, не ожидал вас здесь застать, мистер Гримли, – мягким тоном произнес Колфилд, переведя взор с нее на стряпчего. – Мне казалось, вы временно отошли от этого дела.

Тетушка Элеонора и Мередит встревоженно переглянулись. Время настало! Сейчас их «новость» станет достоянием того, кого они пытаются обобрать. От страха у Мередит сжалось сердце. Мистер Гримли посмотрел на нее так, словно раздумывал, как будет лучше донести до Колфилда неприятную для него весть.

– Ну… Ладно… Я получил письмо от леди Брукшир… Приятная новость… – Гримли теперь едва бормотал себе под нос, словно и сам не верил в правдивость последнего утверждения.

Колфилд, прищурив глаза, взирал на нее, явно ожидая каких-либо пояснений.

– Я… – Голос был хриплым. Женщина сглотнула. Теперь она постаралась выговаривать слова твердо, уверенно, чтобы голос не дрожал. – Мистер Колфилд! Недавно я поняла, что у меня будет ребенок. – Краска стыда залила ее лицо. Никогда в жизни она и представить не могла, что будет говорить о столь деликатных материях совершенно чужому ей человеку.

Темные глаза деверя даже не моргнули. Единственное, что нарушило его безучастность, – едва различимое подергивание подбородка. Мередит понятия не имела, что могут означать эти движения. Мужчина не отрываясь смотрел на нее темно-карими глазами. Молчание затянулось. Мередит хотела отвернуться, опасаясь, как бы по выражению ее лица Колфилд не догадался о чем-то, но пронзительный взгляд его очей приковывал. Почему он молчит?

В конце концов Мередит смогла отвернуться и беспокойно заерзала на диванчике. Женщина надеялась, что деверь примет ее смущение за обычную неловкость, вызванную тем, что подобного рода деликатные вещи обычно не обсуждают в присутствии посторонних мужчин, пусть даже он приходится ей родней.

Наконец он заговорил спокойным голосом. Казалось, мистер Колфилд и впрямь ничуть не удручен подобным поворотом событий.

– Мистер Гримли! Полагаю, вы здесь для того, чтобы объяснить нам все те изменения, которые несет за собой рождение этого младенца?

– Мы оказались в весьма щекотливом положении. Мои коллеги находят сложившуюся ситуацию весьма… интригующей, – при слове «ситуацию» мистер Гримли хихикнул.

Мередит захотелось отвесить пощечину этому дураку. Колфилд, безусловно, не видит в происходящем ничего веселого.

– После проведенных мной консультаций можно сказать, что положение дел таково: в настоящее время Николас Колфилд является графом Брукширом, обладающим всеми правами на имущество, деньги и титул…

Мередит в ужасе застыла, сложив руки на груди и не в силах возразить что-либо. Должно быть, это какая-то ошибка… Мистер Гримли заверил ее, что Колфилд не станет злоупотреблять правами на наследство… Что за несуразица? Неужели присутствие Колфилда настолько испугало поверенного их семьи?

От Колфилда не ускользнула перемена выражения ее лица. Ему даже хватило развязности подмигнуть ей. От такого отсутствия такта женщина поджала губы.

– В случае, если у леди Брукшир родится сын, – продолжал тем временем мистер Гримли, – титул переходит к нему. До своего совершеннолетия опекуншей состояния юного графа будет назначена леди Брукшир. В случае рождения девочки, боюсь, никакое вспомоществование ни ей, ни вам, миледи, не предусматривается. – Стряпчий откашлялся, явно борясь со смущением, вызванным тем, что ему приходится сообщать графине о столь неприятной перспективе. – Ужасный промах со стороны покойного графа, но таков уж закон, миледи.

Чертов закон! Мередит едва заметно кивнула головой и натянуто улыбнулась, жалея, что не имеет возможности сказать мистеру Гримли, что она лично думает о британском законодательстве.

– Если родится девочка, я выделю содержание ей и леди Брукшир, – безмятежным тоном сообщил мистер Колфилд.

Вздох удивления сорвался с губ Мередит.

Не менее удивленная услышанным, тетушка Элеонора взглянула на племянницу поверх расставленного перед ней чайного сервиза.

Неужели они могли заблуждаться и он готов взвалить на себя заботу о родне покойного сводного брата? Так просто? Молодая женщина окинула взглядом суровые черты его лица. Маловероятно. Скорее всего, он просто красуется своим великодушием перед мистером Гримли. Ни одно из произнесенных им слов ничего не значит. Даже если деверь сейчас не кривит душой, как надолго его хватит? На год? На десять лет? А что, ежели и с ним произойдет несчастье? Что случится, если мистер Колфилд внезапно умрет? Она снова будет вынуждена бороться с бедностью один на один.

– Превосходно! Я предполагал, вы так и поступите, милорд, – воодушевился мистер Гримли, а затем, подавшись вперед, уперся руками себе в колени. – Отнюдь не всегда подобного рода затруднения решаются с такой легкостью и щедростью. Что значит истинное аристократическое воспитание!

– Не спешите причислять меня к аристократии, – довольно сухо ответил Колфилд.

Мередит стало немного не по себе от мысли, что она обманывает по-настоящему благородного джентльмена. Почувствовав тошноту, женщина прижала руку к животу. Лучше бы она возненавидела его. Лучше бы Николас Колфилд оказался жадным негодяем, недостойным наследства. Ради успокоения ее совести ему следовало быть таким.

– Вы должны знать, что у меня на иждивении живут моя тетушка и страдающий от болезни отец, – произнесла Мередит и затаила дыхание.

Она ожидала увидеть тень сомнения на его лице, ждала, что вот сейчас он либо выдвинет дополнительные условия, либо откажет в щедрости ее родне, но у мистера Колфилда не выросли рога на голове и раздвоенный хвост сзади… по крайней мере пока…

– Ничего страшного, – невозмутимо сказал он.

Мередит нахмурилась. Они с Эдмундом одной крови. Со временем негодяй в его девере обязательно проявит себя.

– А еще есть кое-кто из слуг… с необычной внешностью… Вы, возможно, не захотите держать их в доме… Я чувствую определенную ответственность по отношению к ним… – Мередит гордо приподняла подбородок. Ее заявление просто обязано рассердить деверя.

– Полагаю, вы имеете в виду вашего колоритного дворецкого?

– Да. Шрам Нелса производит неприятное впечатление на некоторых гостей этого дома, – произнесла Мередит.

– Призн?юсь, несколько необычный выбор дворецкого.

– А как по мне, у него весьма внушительный вид.

Выслушав столь своеобразное описание внешности бывшего кулачного бойца, мужчина слегка приподнял бровь.

– Пожалуй, что так. Ни один непрошеный гость мимо него, думаю, не проскочит.

– Да, – ледяным тоном согласилась Мередит.

– Если уж я решу избавиться от кого-либо из слуг, то предложу ему перейти к вам в услужение с условием, разумеется, что он не зря будет есть свой хлеб. Терпеть не могу бездельников. Я никому не позволю злоупотреблять вашим великодушием.

Пальцы Мередит непроизвольно сжались в кулаки. Не нуждается она в его советах насчет того, как вести хозяйство. На протяжении долгих лет она превосходно со всем справлялась без посторонней помощи.

– Я и сама неплохо разбираюсь в людях…

«А в Эдмунде ошиблась», – напомнил ей тонюсенький голосок, прозвучавший у нее в голове.

Но это случилось давным-давно. В те годы она еще была наивной девчонкой. Теперь грезы о любви не мешают ее рассудительности.

– Значит, все решено, по крайней мере пока? – спросил мистер Гримли.

Как бы ей хотелось уведомить мистера Колфилда, чтобы он не особо радовался своей временной власти над ее судьбой. Вот только сейчас заявить ему, что у нее непременно родится сын, Мередит просто не могла.

– Вы слишком великодушны, милорд, – вместо этого произнесла графиня. – Могу я осведомиться, каковы ваши планы на ближайшее будущее?

– Мне бы хотелось погостить здесь пару недель, переговорить с управляющим, убедиться, что, пока имение находится в моей собственности, им управляют должным образом, сколь бы ни был скоротечен этот период. В вашем деликатном положении вам вредно беспокоиться о подобного рода делах.

Мистер Гримли энергично закивал, выражая тем самым свое полное согласие.

– Замечательно! Каждому джентльмену следовало столь ответственно относиться к своим обязанностям.

Мередит потребовалась недюжинная сила воли, дабы не высказать мужчинам все, что она о них думает. Деликатное положение! Ха-ха-ха! Что такого деликатного мужчины находят в беременности? Скорее уж Колфилд хочет убрать ее со своей дороги, а сам распоряжаться ее жизнью и хозяйством так, как ему заблагорассудится. Наверняка он относится к тому типу мужчин, которые любят командовать всем, что находится в сфере их жизненных интересов. Напыщенный наглец! Она уже несколько лет управляет поместьем без посторонней помощи! Ей никто не нужен!

– Как вам угодно, – натянуто улыбнувшись, произнесла Мередит, – но я полагаю, вы найдете дела поместья в полном порядке. Я управляла Оук-Раном во время частого отсутствия мужа.

– Но не особенно частого, как мне представляется, – склонив темноволосую голову, произнес мужчина, глядя на ее живот.

Женщина покраснела. Святые небеса! Он что-то подозревает или просто не воздержан на язык? Как бы там ни было, она тот час же поспешила встать на свою защиту… быть может, излишне поспешно…

– В последний раз живым я видела мужа в Бате. Мы с тетушкой оставались в городе около двух недель… А вскорости после этого он скончался…

Мередит заблаговременно сочинила все детали их встречи. Это было крайне разумно, учитывая тот факт, что в последний раз она видела мужа около трех лет назад. Тогда Эдмунд вместе с целой компанией приехал охотиться в Оук-Ран. К счастью, они с тетушкой на самом деле ездили в Бат. Это частично подтверждало ее историю. Маловероятным казалось, чтобы кто-то решился утверждать, будто Эдмунд ни разу не посетил ее во время пребывания на курорте.

– Эдмунд не любил сельскую жизнь. Он предоставил управление имением мне.

– В Оук-Ран нет управляющего, милорд, – заявила тетушка Элеонора, хлопая глазами над краем чашки, словно сова. – Моя племянница и сама вполне успешно управляется с имением. Эдмунд всецело доверял ей.

Последнее утверждение было чистейшей воды ложью. Тете просто хотелось, чтобы посторонние поверили, будто брак Мередит и Эдмунда был вполне сносным.

– Да, – молвила Мередит. – Мне бы не хотелось злоупотреблять вашим великодушием. Полагаю, вам не терпится вернуться в Лондон.

– Как бы там ни было, а мне хочется задержаться на какое-то время в Оук-Ране.

Немного обиженная его излишней настойчивостью, Мередит постаралась придать своему лицу кроткое выражение.

– С радостью. Я не желаю, чтобы у вас сложилось впечатление, будто вам здесь не рады. Это ведь ваш дом, – произнесла женщина, поднимаясь с диванчика. – Хотите увидеть вашу комнату и, быть может, отдохнуть перед ужином?

Прежде чем Колфилд успел ответить, дверь гостиной резко распахнулась. В комнату, широко ступая, вошел отец Мередит. Все от неожиданности застыли на месте. С развевающимися во все стороны растрепанными седыми волосами ее отец походил на умалишенного, сбежавшего из дома скорби. Кровь застучала в висках, когда Мередит осознала, что у отца выдался очередной из его «плохих дней».

С убийственной злобой старик уставился на Колфилда своими сверкающими глазами. Для человека семидесяти лет, который б?льшую часть жизни простоял за кафедрой проповедника, он отличался удивительной подвижностью. Прежде чем кто-либо успел ему помешать, старик ринулся на Колфилда. Мередит услышала слабый хруст и искреннее пожелала, чтобы так скрипнули старческие суставы отца, а не треснули от удара ребра мистера Колфилда.

– Свинья! – завизжал старик, хватая Колфилда за шейный платок. – Папистская[2]2
  Папистский – который исповедует идеи папизма – религиозно-политического течения, пропагандирующего распространение религиозной и политической власти Папы Римского.


[Закрыть]
свинья!

А затем начался ад кромешный…

Глава 4

Тетя Элеонора завизжала. Кто-то опрокинул чайный сервиз. Фарфор, разбившись, засыпал осколками ковер. Мередит бросила прощальный взгляд на превратившуюся в мусор любимую посуду. Мистер Гримли звал кого-нибудь на помощь. Слуги, словно небольшая вражеская армия, ворвались в гостиную, преумножая хаос одним своим присутствием. Все это время мистер Колфилд не терял хладнокровия, хотя отец Мередит пытался задушить гостя его же собственным шейным платком.

– Молю вас! Не бейте его! – стараясь перекричать поднявшийся гвалт, причитала Мередит.

– У него больная спина! – беспомощно размахивая руками в воздухе, визжала тетушка Элеонора. – Не повредите ему спину!

– Но он, дьявол его побери, пытается задушить меня, – недоверчиво глянув на графиню, произнес Колфилд, осторожно высвобождаясь из удушающих объятий старика.

Все это заняло не более минуты, однако она показалась всем бесконечно долгой. Только после того, как Нелс, похожий на огромного медведя, крепко, но бережно схватил старика, напряжение немного спало.

– Дочь! Не доверяй ему! – указывая на незнакомца искривленным подагрой перстом, завопил безумец. – Он папист! Меня не проведешь! Они шныряют тут повсюду. Он замыслил убить королеву…

Остальную часть бреда старика уже никто не слышал, так как безумца вывели из гостиной и повели в его комнату, вверх по лестнице.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7