Уилбур Смит.

На краю света



скачать книгу бесплатно

Таита сохранял молчание, но выражение его лица переменилось: румянец на его щеках побледнел, взгляд стал трезвым.

– Я не боюсь, – сказал он наконец.

– Скажи правду: ум твой наполняют сладострастные образы и бессознательные стремления, не так ли?

Таита закрыл глаза и сжал челюсти.

– Она уже заразила тебя своим злом, – безжалостно продолжал Деметер. – Начала опутывать своими чарами и искушениями. Эос исказит твое восприятие. Вскоре ты станешь сомневаться, что она – зло. Будешь видеть в ней самую прекрасную, благородную и добродетельную из женщин. И начнешь считать злом меня – того, кто настраивает тебя против нее. Когда это случится, она разделит нас и уничтожит меня. А ты с радостью и по своей воле сдашься ей. И Эос восторжествует над нами обоими.

Таита встряхнулся всем телом, словно избавляясь от облепившего его роя ядовитых насекомых.

– Прости меня, Деметер! – вскричал он. – Теперь, после того как ты предупредил меня о ее умысле, я почувствовал, что поддался усыпляющей слабости. Я потерял власть над своим разумом. Твои слова верны: меня охватили странные желания. Огради меня, великий Гор. – Таита застонал. – Я и не думал, что вновь испытаю такие страдания. Мне казалось, что муки вожделения остались для меня далеко позади.

– Раздирающие тебя эмоции не имеют отношения к твоей мудрости или твоему рассудку. Это проникающая в душу зараза, отравленная стрела, выпущенная из лука великой колдуньи. Однажды она напала на меня таким же самым образом. И ты видишь, во что я теперь превратился. Зато освоил искусство выживать.

– Научи меня. Помоги мне противостоять ей, Деметер!

– Я невольно выдал тебя Эос. Мне казалось, что я ускользнул от нее, но на самом деле она использовала меня как охотничью собаку, приведшую ее к новой жертве. Однако теперь мы должны вместе противостоять ей как одно целое. Это единственный способ отразить ее нападение. Но прежде всего нам следует покинуть Галлалу. Долго сопротивляться, находясь в одном месте, невозможно. Если ей трудно будет обнаружить наше местонахождение, то, соответственно, и затруднительно сосредоточить на нас все свои силы. Мы же должны непрестанно ткать защитную ширму, скрывающую наши передвижения.

– Мерен! – требовательно позвал Таита.

Его помощник явился мгновенно.

– Как быстро мы будем готовы выехать из Галлалы? – спросил маг.

– Тотчас приведу лошадей. Но куда мы едем, господин?

– В Фивы и в Карнак, – ответил Таита и посмотрел на Деметера.

Тот кивнул.

– Нам следует заручиться поддержкой из каждого доступного источника, мирского или духовного, – сказал он.

– Фараон – избранник богов и самый могущественный среди людей, – согласился Таита.

– А ты главный среди его приближенных, – заметил старец. – Мы отправляемся этой же ночью и едем к нему.

Таита ехал на Дымке, Мерен следовал за ним по пятам на одной из других лошадей, приведенных с равнин Экбатаны. Деметер покачивался в паланкине на спине своего верблюда.

Таита держался рядом. Маги переговаривались через отдернутый полог паланкина, перекрывая беседой негромкий шум, производимый караваном: позвякивание уздечек, топот лошадиных и верблюжьих копыт по желтому песку, тихие голоса стражников и слуг. В течение ночи они дважды останавливались, чтобы отдохнуть и напоить животных. На каждой остановке Таита и Деметер творили заклинание сокрытия. Объединенные их силы были огромны, и сотканная завеса казалась совершенно непроницаемой. Сколько оба ни вглядывались и ни вслушивались в тишину окружающей ночи, перед тем как продолжить путь, им не удавалось обнаружить ни малейшего признака враждебного присутствия Эос.

– На время она потеряла нас, но риск остается всегда, – сказал Деметер. – Особенно мы уязвимы во время сна. Нам двоим не следует спать одновременно.

– Мы никогда впредь не ослабим бдительности, – согласился Таита. – Я буду остерегаться глупых ошибок. Я недооценил нашего противника и позволил Эос застать меня врасплох. Мне стыдно за свою слабость и опрометчивость.

– Я стократ более виновен, чем ты, – признал Деметер. – Боюсь, Таита, мои силы быстро тают. Мне следовало наставлять тебя, а я повел себя как юный послушник. Нам нельзя допустить новых провалов. Мы должны нащупать уязвимое место нашего врага и нанести по нему удар, не обнаруживая себя.

– Вопреки всем твоим стараниям, я слишком мало знаю об Эос и плохо понимаю ее. Тебе следует передать мне все подробности, вызнанные тобой за время испытаний, какими бы ничтожными с виду или банальными они ни казались, – сказал Таита. – Ибо сейчас я слеп, а на ее стороне все преимущества.

– Из нас двоих ты сильнейший, – отозвался Деметер. – Но ты прав. Вспомни, как стремительно она действовала, когда мы встретились, и она почуяла объединение наших сил. Ей потребовалось всего несколько часов, чтобы обнаружить нас. С этого момента ее атаки против меня станут более безжалостными и коварными. Мы не должны отдыхать до тех пор, пока я не передам тебе все, что узнал о ней. Неизвестно, сколько мы пробудем вдвоем, прежде чем Эос погубит меня или вобьет между нами клин. Каждый час на счету.

Таита кивнул:

– Тогда давай начнем с самого важного. Я знаю, кто эта женщина и откуда взялась. Теперь нужно выяснить, где она сейчас. Где ее искать, Деметер?

– Со времени бегства из храма Аполлона, когда Агамемнон и его брат Менелай разграбили Илион много веков назад, она скрывалась во множестве логовищ.

– Где произошла ваша судьбоносная встреча?

– На острове в Срединном море, ставшем с тех пор оплотом морского народа, этой нации корсаров и пиратов. Тогда Эос обитала на склонах огромной дымящейся горы под названием Этна. Этот вулкан плевался огнем и серой, а столб ядовитого дыма вздымался до небес.

– Она давно там поселилась?

– За несколько столетий до того, как ты или я появились на свет.

– Да, это действительно давно. – Таита сухо хмыкнул. Потом его лицо снова посуровело. – Возможно ли, что Эос до сих пор на Этне?

– Ее там больше нет, – без колебаний ответил Деметер.

– Откуда такая уверенность?

– К тому времени, когда я сбежал от нее, я почти обессилел телом, ум мой находился в смятении, душевные силы растратились от пережитых тяжких испытаний. Я пробыл ее пленником немногим более десяти лет, но каждый год я старел на целый век. И все-таки мне удалось сбежать, воспользовавшись прикрытием могучего извержения вулкана. Мне помогли жрецы одного маленького, незначительного бога, храм которого стоял в долине у восточного подножия Этны. Они переправили меня через узкий пролив на материк в маленькой лодчонке и препроводили в другой храм своей секты, спрятанный в горах, где и препоручили заботе братьев. Те добрые жрецы помогли мне собрать силы, еще оставшиеся у меня, которые пригодились мне, чтобы отразить необычайно смертоносное заклятие, посланное Эос мне вслед.

– Не мог ли ты обратить его против нее самой? – спросил Таита. – Не поразил ли колдунью ее же собственной магией?

– Эос, видимо, в самодовольстве потеряла бдительность, недооценила оставшиеся у меня силы и не установила должной защиты. Я направил возвратный удар в ее естество, которое по-прежнему видел внутренним оком. Злодейка находилась совсем недалеко. Только узкий пролив разделял нас. Мой ответный удар был направлен точно и тяжко поразил ее. Я слышал болезненный вопль, раскатившийся по эфиру. Потом Эос исчезла, и я решил, что уничтожил колдунью. Приютившие меня жрецы потихоньку навели справки у собратьев с подножия Этны. Те сообщили, что женщина исчезла, а ее обиталище стоит пустым. Я не тратил попусту времени, наслаждаясь победой, и, едва достаточно окреп, чтобы покинуть свое убежище, сразу отправился на самый край земли, на ледяной континент, подальше от Эос, насколько возможно. Там я подыскал место, где можно залечь тихо, как испуганная лягушка, забившаяся под камень. И правильно сделал. Совсем скоро, лет через пятьдесят или меньше, я ощутил пробуждение Эос, моего врага. Сила ее, казалось, возросла многократно. Эфир вокруг рассекали смертоносные дротики, которые она наугад бросала в меня. Точно определить мое местонахождение ей не удавалось, и хотя многие заклятия пролетали совсем близко от моего убежища, ни одно не попало в цель. Каждый день превращался в борьбу за выживание, а я тем временем разыскивал кого-то, кто станет моим наследником. Мне хватило ума не отвечать на ее атаки. Всякий раз, почувствовав ее приближение, я тихонько перебирался в другое укрытие. Наконец я понял, что есть на земле одно-единственное место, где Эос никогда не станет искать меня. Я тайно вернулся на Этну и спрятался в тех самых пещерах, что когда-то были обиталищем для нее и темницей для меня. Эхо ее злого присутствия оставалось таким мощным, что заглушало источаемые мной слабые флюиды. Я скрывался в горах, а со временем почувствовал, что ее интерес ко мне угасает. Ее поиски стали беспорядочными, а потом вовсе прекратились. Возможно, Эос поверила, что я сгинул или ослабел настолько, что больше не представляю для нее угрозы. Я таился до тех пор, пока с радостью не ощутил твоего присутствия. Когда жрица богини Сарасвати открыла твое внутреннее око, я уловил произведенные этим событием колебания в эфире. Затем появилась звезда, которую ты называешь Лостра. Собрав в кулак свои жалкие силы, я пустился в путь к тебе, ведомый ею.

Когда Деметер договорил, Таита некоторое время молчал. Сидя на Дымке, он покачивался в такт ее плавной поступи. Плащ, обернутый вокруг головы мага, оставлял только щель для глаз.

– Значит, на Этне ее нет, – промолвил он наконец. – Где же она тогда?

– Я же говорил, что не знаю, – напомнил Деметер.

– Ты должен знать, даже если думаешь, что не знаешь, – возразил египтянин. – Сколько ты прожил у нее? Десять лет, по твоим словам?

– Десять лет, – подтвердил Деметер. – Каждый год длился целую вечность.

– Тогда ты знаешь ее как никто другой из живущих. Ты впитал в себя часть ее, она оставила свои следы: на тебе и внутри тебя.

– Она только забирала, ничего не давая взамен, – отозвался старец.

– Ты тоже получал что-то от нее, хотя и не в равной мере. Соитие мужчины и женщины никогда не бывает совершенно бесплодным. Ты до сих пор хранишь знание о ней. Возможно, оно так болезненно, что ты прячешь его даже от самого себя. Позволь помочь тебе и извлечь его на поверхность.

Таита принял на себя роль строгого следователя. Он был безжалостен, не делал скидки на почтенный возраст своей жертвы, на слабость и болезни как тела, так и духа. Египтянин вытягивал из него всякое воспоминание о великой колдунье, каким бы расплывчатым и глубоко сокрытым оно ни являлось. День за днем он копался в голове спутника. Их путешествия это не задерживало: ехали они по ночам, избегая палящего пустынного солнца, а перед рассветом разбивали лагерь. Как только устанавливали шатер Деметера, маги укрывались в нем от зноя и Таита возобновлял допрос. Постепенно, осознав всю степень пережитых старцем мучений, выказанных им храбрости и стойкости, позволивших ему выжить в долгой борьбе с Эос, он проникся к нему симпатией и восхищением. Но не позволял жалости отвлечь себя от дела.

Наконец стало очевидно, что больше Таите почерпнуть нечего, но итог трудов его не обрадовал. Откровения Деметера носили характер поверхностный и несущественный.

– Жрецы Ахурамазды в Вавилоне практикуют одно заклятие, – сказал он тогда Деметеру. – Оно погружает человека в глубокий сон, граничащий с самой смертью. И тогда получают возможность проникнуть в его ум на большое пространство и время, вплоть до дня его рождения. Каждая подробность его жизни, каждое сказанное или слышанное им слово, каждое виденное лицо становятся известными им.

– Да, – кивнул Деметер. – Мне приходилось слышать об этом. Ты сведущ в этом искусстве, Таита?

– Ты доверяешь мне? Готов полностью открыться передо мной?

Деметер устало закрыл глаза, смиряясь с неизбежным.

– Во мне и так уже ничего не осталось. Я представляю собой сухую корку плода, из которого ты выжал все до капли с той же жадностью, как прежде это сделала колдунья. – Он провел костлявыми пальцами по лицу и помассировал веки. Потом открыл глаза. – Я полностью вверяюсь тебе. Твори это заклятие, если оно тебе подвластно.

Таита взял подвешенный на цепочке золотой амулет Лостры и слегка раскачал его перед глазами Деметера.

– Сосредоточься на золотой звезде. Изгони из головы все прочие мысли. Ты не видишь ничего, кроме этой звезды, не слышишь ничего, кроме моего голоса. Ты утомлен до глубины души, Деметер. Тебе нужно поспать. Позволь себе провалиться в сон. Позволь сну окутать твою голову, словно меховым одеялом. Спи, Деметер, спи…

Постепенно старик обмяк. Веки его затрепетали, потом замерли. Он лежал как покойник на погребальном ложе, но тихо дышал. Одно из век приоткрылось, но глаз закатился так далеко, что виднелся только белок, слепой и матовый. Маг погрузился в глубокий транс, но, когда Таита задал ему вопрос, он ответил. Голос его был нечетким и слабым, каким-то загробным.

– Обратись назад, Деметер, – призвал Таита. – Плыви вспять по реке времени.

– Да, – последовал ответ. – Я откатываю годы назад, все дальше и дальше… – Голос его окреп, становясь более живым.

– Где ты сейчас?

– Стою пред Этеменанки, Домом основания Земли и Неба. – Голос у Деметера стал молодым, звонким.

Таита хорошо знал это здание: огромный зиккурат в центре Вавилона. Сложенный в виде гигантской пирамиды, он состоял из каменных блоков, окрашенных в цвета земли и неба.

– Что ты видишь, Деметер?

– Обширное открытое пространство, самую середину мира, ось неба и земли.

– Видишь ли ты стены и высокие террасы?

– Стен нет, но я вижу рабочих и невольников. Их так много, как муравьев на земле и саранчи в небе. Я слышу их голоса.

Тут Деметер заговорил на разных языках, многоголосьем человеческих наречий. Некоторые из них Таита распознавал, другие оставались непонятны. Вдруг Деметер вскричал на древнем шумерском:

– Давайте построим башню высотой до самого неба!

Таита с изумлением осознал, что его спутник был свидетелем основания Вавилонской башни. Путешествие сквозь годы привело их к самому началу времен.

– Теперь мы перемещаемся вперед на столетия. Ты видишь Этеменанки во всей его красе, видишь, как цари поклоняются на вершине зиккурата богам Белу и Мардуку. Иди по времени вперед!

Таита направлял Деметера и видел его глазами возвышение и падение могущественных царей, слышал описание событий, которые давно затерялись и забылись в глуби времен. До него доносились голоса мужчин и женщин, которые обратились во прах много веков тому назад.

Наконец язык загипнотизированного стал заплетаться, голос потерял силу. Таита положил руку ему на лоб, холодный, как могильная плита.

– Успокойся, Деметер, – прошептал египтянин. – Спи. Оставь свои воспоминания былому. Вернись в настоящее.

Старец вздрогнул и расслабился. Он проспал до заката, а проснулся естественно и спокойно, будто с ним и не происходило ничего необычного, и чувствовал себя окрепшим и свежим. Он с аппетитом поел принесенных Таитой фруктов и попил кислого козьего молока; их спутники тем временем сворачивали лагерь и грузили на верблюдов шатры и поклажу. Когда караван тронулся в путь, Деметер почувствовал себя достаточно сильным, чтобы пройтись немного рядом с Таитой.

– Какие воспоминания исторг ты из меня, пока я спал? – поинтересовался он с улыбкой. – Я ничего не помню, поэтому, должно быть, ты ничего и не узнал.

– Ты присутствовал при закладке фундамента Этеменанки, – сообщил Таита.

Деметер застыл на месте и ошарашенно уставился на него:

– Я тебе такое сказал?

Вместо ответа Таита привел несколько реплик, воспроизводя голоса и языки, услышанные от Деметера во время транса. Деметер понял каждое выражение. Ноги у него вскоре устали, но энтузиазм только рос. Он забрался в паланкин и растянулся на матрасе. Таита ехал рядом, и беседа магов продлилась всю ночь напролет. Наконец Деметер задал вопрос, главный для них обоих:

– Говорил ли я про Эос? Смог ли ты обнаружить какие-нибудь сокровенные воспоминания?

Таита покачал головой:

– Я старался не встревожить тебя и не спрашивал напрямую, а позволял твоим воспоминаниям течь своим чередом.

– Как охотник со сворой собак, – сравнил Деметер и сухо хохотнул. – Берегись, Таита, как бы в погоне за антилопой ты не поднял львицу-людоедку.

– Твои воспоминания простираются так далеко, что обнаружить в них Эос – все равно что пересекать безбрежный океан в поисках некой особой акулы среди великого их множества. Можно провести еще целую жизнь, прежде чем мы случайно наткнемся на твои воспоминания о ней.

– Тебе следует направить меня на нее, – без колебаний предложил Деметер.

– Я беспокоюсь о твоем здоровье, если не о самой жизни, – возразил Таита.

– Отправим свору псов по следу этим утром? На сей раз ты можешь дать им почуять запах львицы.

Остаток ночи они провели в тишине; каждый погрузился в свои мысли и воспоминания.

При первых лучах зари путники добрались до крошечного оазиса, и Таита велел устроить привал среди финиковых пальм. Пока ставили шатры, погонщики покормили и напоили животных.

– Деметер, не желаешь ли ты немного передохнуть, прежде чем мы предпримем следующую попытку? – спросил Таита, едва маги остались наедине в главном шатре. – Или ты готов приступить немедленно?

– Я отдыхал всю ночь и готов начать сейчас.

Таита внимательно посмотрел на него. Лицо старца выражало спокойствие, взгляд выцветших глаз излучал безмятежность. Таита поднял амулет Лостры.

– Твои веки тяжелеют. Сомкни их. Ты чувствуешь покой и безопасность. Твои члены тяжелеют. Тебе очень удобно. Ты слышишь мой голос и ощущаешь, как на тебя нисходит сон: благословенный, глубокий, исцеляющий сон…

Деметер погрузился в транс быстрее, чем во время первой их попытки, – он становился все более восприимчивым к внушению Таиты.

– Есть гора, изрыгающая дым и пламя. Ты видишь ее?

Мгновение Деметер лежал совершенно неподвижно. Губы его побледнели и задрожали. Потом он резко мотнул головой:

– Нет горы! Не вижу я никакой горы! – Голос у него стал хриплым и надтреснутым.

– На горе живет красивая женщина, – настаивал Таита. – Самая прекрасная на свете. Ты видишь ее, Деметер?

Деметер задышал часто, как собака, грудь его раздувалась, подобно кузнечным мехам. Таита чувствовал, что теряет его: пациент сражался с трансом, пытаясь вырваться из него. Он понимал, что это может стать их последней попыткой – следующую старец едва ли переживет.

– Ты слышишь ее голос, Деметер? Улови сладкую мелодию ее слов. Что говорит она тебе?

Теперь Деметер боролся с невидимым противником, катаясь по матрасу. Колени и локти он прижал к животу, свернувшись в шар. Затем руки и ноги его вдруг вытянулись, а спина выгнулась колесом. Он залопотал что-то как безумный, забормотал и захихикал. Деметер стиснул челюсти так, что один из зубов раскрошился; он выплюнул обломки вместе с кровью и слюной.

– Успокойся, Деметер! – Тревога закипала в Таите, как вода в котелке. – Лежи смирно! Тебе больше ничто не угрожает.

Деметер задышал ровнее, а потом вдруг выдал длинную тираду на известном только посвященным языке тенмасс. Слова его были странными, но тон – еще страннее. Звучал голос уже не древнего старца, а молодой женщины, приятный и мелодичный. Такой музыкальности речи Таита не слышал никогда.

– Огонь, воздух, вода и земля, но господин им огонь, – говорила она.

Каждый плавный переход интонации отпечатывался в мозгу у Таиты. Он понимал, что никогда не сможет забыть этот звук.

Деметер снова упал на матрас. Тело его обмякло, сомкнутые веки трепетали. Дыхание выровнялось, и грудь перестала бурно вздыматься. Таита испугался, что сердце старца не выдержало, но, припав ухом к ребрам, услышал тихий размеренный стук. Он с облегчением осознал, что Деметер пережил потрясение.

Таита дал ему поспать оставшуюся часть дня. Когда Деметер проснулся, по нему не было заметно никаких следов перенесенных испытаний. Старец не обмолвился о них и, похоже, вообще ничего не помнил.

Подкрепляясь жарким из молочного козленка, два мага обсуждали текущие дела каравана. Они прикидывали, насколько удалились от Галлалы и скоро ли доберутся до роскошного дворца фараона Нефера-Сети. Таита выслал вперед гонца, чтобы предупредить царя об их приезде, и оставалось только гадать, как тот их примет.

– Хвала Ахурамазде, единственному истинному свету, на эту несчастную землю не обрушивалось более новых бед, – сказал Деметер.

– Огонь, воздух, вода и земля… – как бы невзначай обронил Таита.

– …Но господин им огонь, – продолжил Деметер как ученик, повторяющий выученный наизусть урок.

Он зажал рот ладонью и пораженно воззрился на Таиту. Наконец, оправившись от потрясения, спросил:

– Огонь, воздух, вода и земля: четыре основных элемента творения. С чего вдруг ты назвал их, Таита?

– Лучше ты скажи, Деметер, почему ты упомянул, что огонь – господин им всем?

– Молитва, – прошептал Деметер. – Гимн.

– Что за молитва? Кому гимн?

Пытаясь вспомнить, Деметер побледнел.

– Не знаю. – Голос его дрожал от муки. – Я никогда прежде его не слышал.

– Слышал, – возразил Таита с интонацией строгого следователя. – Подумай, Деметер! Где? Кто?

Потом вдруг он переменил тон. Обладая талантом подражателя, он заговорил трогательно-нежным женским голосом, который воспроизвел Деметер во время транса:

– Но господин им огонь.

Деметер ахнул и закрыл уши ладонями.

– Нет! – вскричал он. – Говоря этим голосом, ты кощунствуешь. Совершаешь мерзкое богохульство! Это голос лжи, голос колдуньи Эос!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

сообщить о нарушении