Си-Джей Редвайн.

Королева тьмы



скачать книгу бесплатно

C. J. Redwine

The Shadow Queen

Copyright © 2016 by C. J. Redwine

Школа перевода В. Баканова

© Фокина Ю., перевод на русский язык, 2018

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательствво «Э», 2018

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

***

Посвящается моему папочке,

который воспитывал меня в уверенности,

что я всё смогу.



Посвящается моей мамочке,

которая, поощряя мою тягу к сочинительству,

каждую неделю водила меня в библиотеку,

где я брала очередную книгу

сказок братьев Гримм.



Посвящается Хизер —

моей родной сестре, но также и сестре по духу.

Милая Хизер, с меня причитается

апельсиновый леденец!



Давным-давно, в незапамятные времена…

Со смертью королевы дворец пошатнулся и с тех пор как бы начал давать усадку. Отец Лорелеи больше не улыбался, а если улыбнуться заставляли обстоятельства, то на его лице появлялась вымученная гримаса. Младший брат кричал и плакал во сне, но по утрам не мог вспомнить своих кошмаров. При матушке пальчики Лорелеи то и дело покалывало, словно иголками; матушка, смеясь, обещала дочке расцвет магической мощи, доставшейся ей по наследству. Теперь, после матушкиной гибели, щекочущие покалывания сменились болью. По венам принцессы пробегали огневые волны; девочке казалось, что она способна землю сотрясти, и она приказывала себе быть осторожной.

Маленькая Лорелея жаждала перемен. Что угодно, лишь бы королевский дворец вновь стал домом для счастливого семейства. Тем временем король Морканта убеждал овдовевшего короля Рэйвенспира жениться, дабы не ослаб союз двух государств. Отец Лорелеи внял убеждениям и взял в жены свою свояченицу Ирину, родную сестру покойной жены. Ирина, войдя в замок второй супругой короля, вселила надежды в сердце Лорелеи.

Поначалу принцесса думала, что жизнь действительно налаживается. Принц практически сразу стал звать Ирину мамой, и ночные кошмары рассеялись как дым. Король снова улыбался, его впалые щеки округлились – Ирина умела и разжечь королевский аппетит, и пробудить фантазию королевского повара. А с принцессой мачеха-тетка подолгу секретничала и даже учила ее управлять магической силой, которой обладала и сама.

Лорелее казалось, она вновь обрела мать.

Она была почти счастлива.

Но всё обернулось ложью.

Понимание приходило медленно, слишком медленно; так вновь обретает чувствительность занемевшая рука или нога. Принцесса стала замечать странные вещи. Например, яблоки: при свете свечей они отливали сочным глянцем, однако стоило надкусить кожицу, как в ноздри бил запах гнили. Отец, брат и придворные каждый вечер ели эти яблоки, а Ирина следила, чтобы ни кусочка не осталось.

Ирина говорила, что яблоки необходимы всякому, по чьим жилам кровь не гонит магическую силу.

По мере того как прибавлялось преданности в остекленевших глазах короля и придворных, темница полнилась теми, кто не желал подчиняться Ирине. Вскоре соседние королевства отозвали из Рэйвенспира своих послов – ведь король соглашался говорить с ними только в присутствии Ирины. Она же принимала решения, король лишь озвучивал их послам. Итак, послы были отозваны, замок затянула паутина колдовства. Всюду Ирина расставила силки лжи, не попадаться в которые удавалось лишь принцессе.

В страхе за отца принцесса решила действовать. Она разрушит чары Ирины, она всех спасет.

Принцесса всё тщательно продумала. Время было выбрано правильно. Дневное тепло еще не улетучилось, но в тронный зал уже проникла приятная прохлада. Королевское семейство любило по вечерам сидеть здесь, сквозь широкие окна в массивных рамах наблюдая, как загораются на бледном небосклоне первые звездочки. Отец расположился подле Ирины; взгляд его блуждал по залу, ненадолго задерживаясь на сыне. Принц играл с ручным ужиком, которого Ирина подарила ему на седьмой день рождения. Королевские стражники не сводили глаз со своей госпожи, и по их взглядам Лорелея понимала: королева для этих воинов дороже и милее самой жизни.

Сильно пахли яблоки на золотом блюде. Свита блаженно склабилась на Ирину, и каждая расслабленная улыбка была тронута гнилью.

Принцесса специально не надела перчатки. Пальцы ее дрогнули, когда она вцепилась в предплечье Ирины; во рту стало горько от страха. В венах принцессы взыграла магическая мощь; кровь принесла эту мощь в самые кончики пальцев, и принцесса распознала злобу и яд в сердце королевы Ирины.

Едва держась на ногах, Лорелея произнесла заклинание, после которого всё должно было измениться в королевском дворце:

– Накх рашк. Да будут найдены все нити проклятого колдовства, да будут отданы они четырем ветрам!

Королева рывком высвободилась – но было поздно. Магическая мощь девочки-принцессы успела проникнуть в ее плоть, пронзить всё тело, через ступни перейти в мраморный пол, рассыпаться по мерцающим плитам тысячей тончайших, сияющих побегов. То был волшебный, очищающий свет. Часть витых лучей устремилась к стражникам, к принцу и королю. Другая часть принялась рвать и разметывать паутину лжи, на которой зиждилась власть новой королевы.

С отцовских глаз упала пелена. Король вспомнил все события последних шести месяцев – и громогласно велел схватить и обезглавить Ирину. Стража, с которой было снято заклятие, бросилась выполнять приказ. Ирину постигло секундное замешательство. Она застыла, одну руку простерши к принцессе, другую – к королю. В эту-то секунду к ней и подскочили стражники. Король заслонил собою сына и дочь. Сверкнули мечи. Раздались крики.

И тогда Ирина захохотала.

Принцессу бросило в дрожь, когда ближайшие к Ирине стражники упали как подкошенные, схватившись за лица. С содроганием принцесса смотрела, как слезает, пузырясь, кожа с людской плоти, а сама плоть отваливается от костей; как булькает кровь, словно передержанная на огне похлебка.

– Дети мои, бегите! Спасайтесь! – крикнул король, соединяя их руки. – Лорелея, береги брата!

Девочка стиснула ладошку маленького Лео и повлекла его за собой в боковой коридор, в конце которого находились комнатки слуг.

Ирина подхватила ужика, шепнула над ним заклинание – и ужик обернулся огромной гадюкой. Извиваясь на залитом кровью полу, тварь приблизилась к королю и вонзила ему в горло смертоносные клыки.

– Нет!

Принцесса остановилась и хотела броситься к отцу, но Ирина воздела руки и обеими ладонями коснулась стены.

По стене пошли трещины, камни зашатались. Пол заходил ходуном под ногами королевских детей, колонны рассыпались в прах. Сотрясались уже и другие стены, в полу зияла расщелина. Гадюка жалила тех, чья смерть замешкалась.

Взгляды принцессы и королевы встретились, скрестились над кровавым озером, над стонами, криками и грохотом. Ирина улыбнулась. За спиной Лорелеи качалась стена, готовясь рухнуть на девочку.

Лорелея стояла под градом камней, в облаке черной удушливой пыли. Она попала в ловушку, она умрет, и кто тогда защитит ее брата от чудовища, захватившего рэйвенспирский трон?

Большая, сильная рука схватила принцессу за запястье, дернула. Принцесса оказалась в нише. Перед ней на коленях стоял Габриль – начальник королевской стражи. Его темные глаза были устремлены на принцессу; его голос был спокоен.

– Бежать сможете, ваше высочество? – спросил Габриль, подхватывая принца на закорки.

Лорелея не хотела бежать. Она хотела видеть отца. Она хотела остаться дома.

Или сразиться с Ириной.

Увы – Ирина, даром что называла Лорелею дочкой, лишь делала вид, что открывает ей магические секреты. Лорелея внезапно поняла, что ничегошеньки не знает об управлении магической мощью.

Тогда она взяла Габриля за руку, сказала брату: «Не бойся». И они побежали.

Девять лет спустя

Глава 1

– Вас никто не видел? – спросил Габриль, подталкивая Лорелею и Лео к амбару.

Закатное солнце золотило его смуглую кожу. Бывший начальник королевской стражи за эти годы поседел, вокруг темных глаз появились морщинки. Военной выправки Габриль не утратил, но постоянная тревога за королевских детей ссутулила его плечи. Этой же тревоге Габриль позволял затуманивать взор в минуты, когда, как он думал, никто его не видит.

– Мы остались незамеченными, Габриль.

Лорелея Дидерих, Кронпринцесса Рэйвенспирская, наследница трона в бегах, поспешила войти в полутемный амбар. Строение находилось на заброшенной ферме на окраине горной деревушки Фельсиген и было столь хлипко, что, казалось, могло рассыпаться от порыва ветра.

– Вы уверены? – Габриль шагнул к Лео, стал помогать принцу с тачкой, груженной сеном. Вдвоем они втолкнули тачку в амбар.

– Успокойся, Габриль. Мы же Багрянородные Бунтари. Никто нас не увидит, пока мы хотим оставаться невидимыми.

Лео захлопнул дверь, покосился на выпачканные штаны и вздохнул.

– Правда, не мешало бы нам подыскать другую маскировку.

– Я тебе уже говорила, Лео, – не употребляй эти слова. Что до нашей маскировки, она идеальна, – наставительно сказала Лорелея. Не снимая перчаток, она возилась с пуговицами потрепанного полушубка.

– Кошмарна, ты хочешь сказать, сестра, – усмехнулся Лео, стирая с лица грязь. Он нарочно измазал щеки, чтобы больше походить на деревенского парнишку, ведь их с Лорелеей действительно могли заметить на пути из Фельсигена к северо-восточному гарнизону королевы. – А не нравятся Багрянородные Бунтари – пожалуйста, у меня еще несколько прозвищ, на выбор. Двое Достойных, например – как тебе? Или лучше Двое с Большой Дороги? Правда, тогда мы получаемся вроде разбойников…

– Мы, Лео, и есть разбойники. – Лорелея сложила полушубок по швам. – По крайней мере в глазах королевы.

– Это несущественная деталь, – произнес Лео, поглаживая мешки с награбленным добром, плотно уложенные в тачке.

– Сегодня мы не сплоховали, – сказала Лорелея.

Габриль пересчитывал мешки со съестными припасами. Ирина все деревни обложила податью. Крестьяне должны были снабжать пропитанием королевские гарнизоны, хотя у тех уже и так скопилось припасов достаточно, чтобы полгода кормить все деревни у отрогов Фалькрейнских гор. Но крестьян, конечно, никто не кормил. То, что не в состоянии была сожрать Иринина армия, просто гнило. Таким способом Ирина неустанно напоминала подданным, кто владеет королевством Рэйвенспир, кому принадлежит здесь всё, до последнего пшеничного колоса.

– За два месяца – шесть вылазок. Шесть деревень, где люди нам верны и готовы оказать поддержку, когда я предъявлю свои права на трон. Будем продолжать такими темпами – к весне завоюем преданность всех, кто живет в Фалькрейнских горах.

Лео расплылся в неотразимой улыбке.

– Насколько проще было бы завоевать их преданность, открыв крестьянам наши истинные имена. Кстати, назваться можно Дерзновенным дуэтом…

– Если мы немедленно не откочуем в другую деревню, вам обоим грозит петля, – полушепотом произнес Габриль. – Давайте-ка собираться. С первыми лучами солнца мы должны двинуться в путь. Подозреваю, что вас всё-таки заметили.

В открытое окно влетела самка кречета и опустилась Лорелее на плечо, надежно закрепившись когтями на специальном кожаном ремешке. В клюве птица держала свежепойманную мышь.

– Я спряталась в фургоне еще прежде, чем он покинул Фельсиген, а когда мы проехали примерно час, Саша отвлекла охрану. – Лорелея, так и не снявшая перчаток, погладила птицу. – Что касается Лео…

– Я так удачно сыграл роль фермера из Морканта, что и подозрений возникнуть не могло, – перебил Лео. Он принялся рассказывать, твердо произнося согласные звуки: – Догадайся, Габриль, с чем я подступил к сборщикам подати! Я заявил, что мои козы, видя разор в Рэйвенспире, мрут от огорчения!

– Лео столько времени препирался со сборщиками податей, что я успела спрятаться в фургоне. При этом Лео не дал им себя разглядеть и запомнить.

Лорелея отодвинула от лица убитую мышь.

«Это подарок. Съешь на ужин».

Как всегда, Лорелея прочла мысли Саши.

«Спасибо, только я ведь мышей не ем. Кушай сама».

Мышиная шерстка коснулась ее щеки. Саша уже представляла, как распорет клювом шкурку и вонзится в мышиную плоть; ее мысли передались Лорелее, и она сглотнула, постаравшись сделать это незаметно для птицы. Хорошо, конечно, что девять лет назад она нашла умирающего птенца кречета и с помощью магии вдохнула в него жизнь. Саша не раз выручала Лорелею, но порой телепатическая связь между девушкой и хищной птицей давала первой слишком много нежелательной информации о помыслах второй.

«Странные эти люди. Отличная ведь мышь – крупная, жирная».

Саша слетела на пол и принялась терзать свою законную добычу.

– Да, спектакль удался, – повторил Лео, взъерошив темные кудри.

– Не знаю, как у тебя получается, – произнесла Лорелея.

Габриль осмотрел мешки и прохромал к щели в стене амбара. Приложившись щекой к доскам, он долго щурился в щель.

– Ты ведь никогда не был в Морканте. Три года назад случайно услышал разговор тамошних жителей – и вот, пожалуйста, сам при желании говоришь как истинный моркантец. Я бы так не смогла даже под страхом смерти.

Лео улыбнулся.

– Это потому, что ты хороша только в колдовстве, а я – во всех остальных делах.

Габриль отвернулся от щели.

– Довольно разговоров. Лорелее нужно попрактиковаться в своем искусстве, пока солнце не зашло. Лео, хватай мешки, тащи наверх. Потом верный человек их заберет и раздаст пищу нуждающимся.

Лео нахмурился.

– Почему мешки всегда таскаю именно я?

– Потому, что я хороша только в колдовстве, а ты – во всех остальных делах. – Лорелея хитро улыбнулась.

– Добрая сестра так не сказала бы, – вздохнул Лео, взваливая на спину мешок.

В углу амбара лежал тряпичный узел. Габриль поднял его, развязал. В узле оказались веревка, трутница и огромный, величиной в половину ладони, изумруд.

С бьющимся сердцем Лорелея опустилась на колени, стала снимать перчатки. Ладони вспотели от волнения, перчатки поддавались туго.

Она давно поняла: грабить фургоны и заручаться поддержкой крестьян отнюдь не достаточно. Как и устраивать нападения на дорогах; как и продвигаться всё дальше на юг, всё ближе к Кёнигштадту, столице Рэйвенспира. Эти действия, может, и укрепляют ее собственные позиции, одновременно ослабляя Иринины, – но эффект от них чисто номинальный.

Чтобы справиться с самой могущественной мардушкой, вышедшей из Морканта за последние сто лет, необходим тщательно продуманный план. Девять лет назад Лорелея пыталась противостоять королеве – и заплатила за это жизнью отца. Всё потому, что ее детский разум не мог предвидеть всех вариантов.

Второй раз Лорелея эту ошибку не допустит.

– Эти вещи я выменял у беженца из Элдры. Ни одна из них не касалась рэйвенспирской земли, – пояснил Габриль.

Лорелея сказала «спасибо» и возблагодарила Небеса за то, что ее голос не дрогнул на этом слове.

– Значит, этих вещей не коснулись чары Ирины, изгадившие нашу землю. Значит, если я притронусь к этим вещам, Ирина не сможет установить через прикосновение связь со мной и не поймет, что я жива.

– И не узнает, где мы находимся, – подхватил Лео, стоявший на шаткой лестнице. – Это тоже очень важно.

– Да, я помню, – откликнулась Лорелея.

Она не забывала об этом ни на миг. Прикосновение Лорелеи к предмету, пропитанному чарами Ирины, позволяло последней вычислить пасынка и падчерицу. А если учесть, что для удержания власти Ирина распространила свои чары буквально на все и вся, то любой предмет мог выдать беглецов. Поэтому разум Лорелеи не знал покоя, а душа не переставала трепетать от страха.

Лорелее оставалось одно – практиковаться в колдовстве всякий раз, когда Габриль добывал вещи, не тронутые тлетворными чарами Ирины. А были эти предметы большой редкостью. В королевстве, где Ирина, подобно пауку, своими чарами высасывала жизнь из самой земли, гноила на корню посевы и умерщвляла скот, любая мелочь могла стоить жизни Лорелее и ее брату.

– Если устала, так никто тебя не неволит, – произнес Габриль, видя замешательство принцессы. – Завтра попрактикуешься.

– Нет, сейчас.

Голос Лорелеи чуть дрогнул.

– Ты знаешь, как это делается, – продолжал Габриль. – Примени наиболее подходящее заклинание. Пусть твоя мощь сделает дело за тебя. Ты сильна. Ты способна подчинить себе сердце всякого живого существа; ты видишь суть вещей. Не нужно страшиться своей натуры, Лорелея. Быть мардушкой – не хорошо и не плохо. Не ты выбирала такую судьбу. Важно другое – для каких целей ты используешь магическую силу.

Габриль считал, что Лорелея боится собственных способностей – ведь в Рэйвенспире, кроме нее и королевы Ирины, никто не занимается колдовством. И пускай себе так считает, рассуждала Лорелея. В Рэйвенспире магические способности не передаются по наследству, как в Морканте, откуда была родом мать Лорелеи; в Рэйвенспире принято страшиться колдунов. И если какая-нибудь мардушка решится покинуть родные края и откочевать к югу, ей обеспечены проклятия и гонения всех слоев населения.

Пусть лучше Габриль пребывает в уверенности, что Лорелее жутко от собственной волшебной силы, не то догадается еще, что Лорелея до сих пор помнит и тепло Ирининой руки, и слова заклинания, которое должно было разрушить Иринины чары. Что до сих пор слышит вопли и чует запах крови Ирининых жертв, умирающих под обломками королевского замка. И что ее ладонь до сих пор хранит жар ладошки Лео, а в ушах звучит напутствие обреченного отца. Если Лорелея не превзойдет Ирину силой, Лео ей не защитить. И не спасти свое королевство.

Тогда она обречена вместе со всем и всеми.

Лорелея поспешно взяла с одеяла изумруд. Светясь в сумерках, драгоценный камень тяжело лежал в ее ладони. Лорелея до боли стиснула зубы, колдовская мощь поднялась по артериям прямо к сердцу, а потом устремилась в пальцы. И сердце изумруда отозвалось, открылось принцессиной воле.

– Рашт лож! Покажи мне мои мысли.

Энергия Лорелеи хлынула в драгоценный камень. Девушка подбросила сокровище, и в воздухе изумруд взорвался сотней острых игл, которые устремились к двери амбара, готовые атаковать вторженца, которого пока не было.

– Сегодня у тебя всё очень быстро получилось, – заметил Габриль, потеплев глазами.

– Просто я думала об Ирине.

Точнее, Лорелея подумала о том, как жаждет отомстить Ирине за смерть отца и разорение королевства.

– Тяжело, девочка? – спросил Габриль.

– А ты как считаешь? – Лео закатил глаза и, поспешно подхватив очередной мешок, направился к лестнице.

Лорелея опустила руку. Иглы вновь слились в дивный зеленый камень.

– Нет, не очень тяжело. Самоцветы отлично проводят магическую энергию. Почти не сопротивляются. Похоже, им самим нравится менять форму. А если ты, Габриль, хочешь узнать, насколько я преуспела в колдовстве, дай мне попрактиковаться на твоей ноге.

– Ни за что, – отрезал Габриль, для верности выставив кулак.

Левую ногу он сломал в ту самую ночь, когда спасал королевских детей. Кости ему соединили кое-как, в полевых условиях; понятно, что они срослись неправильно. Габриль не обращал на свою травму внимания – куда важнее ему было спрятать от Ирины принцессу и принца. Отношения Габриля с Лорелеей отравляли только ее попытки заняться исцелением ноги.

– Послушай, Габриль…

– Нет, это ты послушай! Много месяцев я, как и другие придворные, находился во власти чар Ирины. Кто знает, как скоро человек очищается от этого яда? Быть может, так и живет всю жизнь оскверненным. Пойми, девочка: если во мне остался яд, а ты прикоснешься к моей ноге голыми руками, Ирина нас вычислит. А ты должна вернуть королевство. Вот и прикинь, можем ли мы пойти на такой риск.

Своим тоном Габриль ясно дал понять: возражений он не потерпит.

– Подумай, стоит ли всё ставить на карту ради какой-то там стариковской ноги!

Лорелея стиснула кулаки, загоняя подальше магическую силу.

– Эй, там! – позвал Лео. – Кто мне поможет последние мешки перетащить наверх, пока заря еще не померкла? Не то в темноте я себе шею сверну!

Габриль погладил длинные черные волосы Лорелеи.

– Вдобавок, девочка, мне совсем не больно.

– Лжешь. Тебе ужасно больно.

– Ты тоже лжешь. Ты очень, очень устала, – улыбнулся Габриль и продолжал, понизив голос: – Силой ты не уступаешь Ирине. Уже в восьмилетнем возрасте ты сумела разрушить чары могущественной и опытной мардушки, а последние девять лет не прошли для тебя даром.

– Вдруг я не знаю чего-то важного? Вдруг я ошибусь, Габриль?

С болью в голосе Лорелея добавила:

– Вдруг Ирина меня победит? Тогда некому будет защитить Рэйвенспир.

Про себя она подумала: и некому будет защитить Лео.

– Поэтому ты решила еще полтора года подождать с возмездием? Ведь не далее как в нынешнее лето ты разработала отличный план.

– В нашем случае полтора года – это вечность, – заявил Лео, спрыгнув с предпоследней ступени. – Мы могли бы хоть завтра нагрянуть в столицу и сказать: «Что, не ожидала, змея подколодная? А мы живы! Мы не умерли, зато ты сейчас умрешь!» И ты бы сразу превратила Ирину в плесень.

– А если я не сумею? Если сил или опыта не хватит?

Слова повисли в воздухе. Стало слышно, как Саша цедит клювом мышиный мозг.

Лео сел напротив сестры, встретил ее взгляд. Темные глаза, такие же как у Лорелеи, снова стали серьезными.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7