Сергиевская Ирина.

Клады Москвы. Легендарные сокровища, тайники и подземелья



скачать книгу бесплатно

Вполне понятно, что грабительская политика государства в первые послереволюционные годы заставляла бывших хозяев – тех, кто решил уехать за границу, и тех, кто оставался в России, – прятать свои сокровища, чаще всего в мало кому известные глубокие подвалы, входы в которые замуровывали. Тайники находили в особняке Шереметевых, в доме графов Строгановых, в доме Бобринских. Отыскана была, казалось, пропавшая навсегда знаменитая коллекция миниатюр Великого князя Николая Михайловича.


Проморгали!

Со слов президента московского клуба кладоискателей «Раритет» Николая Соловьева известно: советские власти «прошляпили» бесценный клад, спрятанный в бывшем особняке графини А. А. Олсуфьевой на Поварской (дом 50). До сих пор не утихают споры, что за клад находился тайнике роскошного дома и кто был его хозяином. Попытаемся разобраться в этом.

Особняк, по своей архитектуре напоминающий европейские замки эпохи Ренессанса, был построен в 1887 году по заказу князя Б. В. Святополк-Четвертинского, ведшего свое происхождение от самого Рюрика. Проект был заказан архитектору Петру Самойловичу Бойцову, который к тому времени уже построил для князя дом в его загородной усадьбе на Рублево-Успенском шоссе.


Особняк Святополк-Четвертинского – Олсуфьевых – ЦДЛ


Князь не успел пожить в своем новом роскошном замке. После его неожиданной смерти наследники продали особняк графине Александре Андреевне Олсуфьевой, статс-даме и гофмейстерине великой княгини Елизаветы Федоровны. Позже, в эмиграции, графиня Олсуфьева написала и издала воспоминания о великой княгине. Графиня и ее супруг – генерал от кавалерии, филолог и писатель граф Алексей Васильевич Олсуфьев – были близко знакомы со знаменитым поэтом Афанасием Фетом, который посвятил графине одно их своих стихотворений.

Главная достопримечательность особняка – это роскошное оформление его интерьеров, которые сохранились до нашего времени в практически нетронутом виде. Убранство парадных залов особняка выполнено в готическом стиле, в залах находятся роскошные камины, стены обтянуты дорогими тканями, над лестницей висит большой гобелен, готические окна украшены изысканными цветными витражами.

Внутри дом устроен как небольшой ренессансный замок. Входящий попадает на деревянную темную лестницу, ведущую в парадные гостиные. И, как в средневековье, лестница таит потайные двери, по которым можно незамеченным пройти на потайные хоры парадной гостиной. Особенно поражает роскошный парадный зал с высокими окнами с цветными витражами и удивительной красоты лестницей, выполненной без единого гвоздя, опирающейся на колонны из сандалового дерева с барельефами графа и графини Олсуфьевых.


Колонны из сандалового дерева с барельефами графа и графини Олсуфьевых


В этом доме Олсуфьевы прожили счастливые дни.

Дети, а затем и внуки, росли в красивой обстановке дома. Главная гостиная зала напоминала залу готического флорентийского дворца. Стрельчатые окна, искусная резная лестница, ведущая на хоры, на потайной балкон, вход куда был спрятан за дверью на главной лестнице. Дом иногда напоминал загадочный лабиринт, казалось, что комнаты так перепутаны, что выйдя из одной и пройдя в другую, ты не сможешь отыскать первую.

Дети росли в многоязыковой среде: мать предпочитала читать и писать на французском; любимая няня Кета изъяснялась по-немецки; особый учитель обучал английскому; дед разъяснял старославянский, а во время ежегодных родительских поездок во Флоренцию все семейство погружалось в итальянскую стихию.

Вся эта счастливая и мирная жизнь закончилось в 1917 году. Спасаясь от большевиков, Олсуфьевы покинули Россию и обосновались в Италии, на своей вилле «Русалка». Фамильный дом национализировали и заселили городскую бедноту, которая и жила в этих стенах до 1925 года. Затем дом занял отдел детских учреждений при ВЦИК и детский сад. Заведующая этим садом Е. Месина рассказывала, что однажды к ней пришли две пожилые дамы из бывших и попросились переночевать в детском доме. Она отказала, но дамы были настойчивы и пришли снова. Когда им не удалось проникнуть в дом легально, они под покровом ночи пробрались на территорию особняка, разрыли клумбу и по подземному ходу проникли сперва в подвал, а потом на первый этаж, где под полом был оборудован вместительный тайник. Утром служащие обнаружили лишь разобранные половые доски, пустой тайник и тонкий аромат дорогих французских духов.

Вплоть до 1917 года Поварская считалась самой аристократической улицей в Москве, среди ее домовладельцев была одна княжеская и семь графский семей. Именно в этом особняке собиралась самая влиятельная в России масонская ложа, так как граф Василий Алексеевич Олсуфьев был известным масоном.

Предполагают, что именно он спрятал в тайном хранилище не только фамильные сокровища, но и сакральные масонские артефакты, старинные рукописи и секретные документы, а также золотые предметы, принадлежавшие Ложе. Есть надежда, что найденный тайник не единственный в родовом гнезде Олсуфьевых и когда-нибудь таинственные реликвии вольных каменщиков явят себя.

В начале 1930-х годов в особняке Олсуфьевой разместился Центральный дом литераторов, более известный как ЦДЛ. Это было легендарное место – здесь в разные годы бывали все известные советские и русские писатели, его посещали и высокие гости из-за границы – известный датский физик Нильс Бор, превосходный художник Рокуэлл Кент, президент США Рональд Рейган, а также Марлен Дитрих, Жерар Филипп, Джина Лоллобриджида и многие другие. Позже в парадных залах особняка открылся знаменитый ресторан ЦДЛ, ставший культовым местом у московской богемы. Здесь исключали из писателей Пастернака. Здесь читали свои рукописи, спорили, отмечали юбилеи, а иногда и просто забегали выпить чашечку кофе Твардовский, Симонов, Шолохов, Фадеев, Зощенко, Окуджава и др. Здесь выпивали, ссорились и мирились члены советской культурной элиты, вели переговоры ельцинские олигархи. В 1995 году в этом здании была зарегистрирована Великая ложа России, здесь же и отпраздновали это событие.

Дважды, после почти полувекового изгнания, приезжали в Москву из Италии и навещали свое родовое гнездо на Поварской внучки графа Олсуфьева – Мария и Дарья. Обе они стали писательницами: старшая, Мария, известна как переводчица на итальянский язык русских писателей, младшая, Дарья – тем, что была замужем за любимцем Муссолини Юнио Валерио Боргезе, и своим литературными трудами путеводителями – «Старый Рим» и «Гоголь в Риме».

Именно в своем бывшем доме, ставшем Домом писателей, переводчица Мария Васильевна Олсуфьева встречалась с друзьями и даже справляла с ними новогодние праздники. Все изменилось с изменением политического климата в нашей стране. Когда Солженицын попросил именно Марию Васильевну стать переводчицей его «Архипелага Гулаг», она стала в Советском Союзе персоной нон грата. Приоткрывшиеся было для нее двери на родину захлопнулись – теперь уже навсегда.


Легенды и мифы

В ресторане ЦДЛ и сегодня царит атмосфера Москвы XIX века. В Дубовом зале клуба-ресторана еще парит дух Александра III, посещавшего дом графини А. А. Олсуфьевой. По преданию, государь, почтивший как-то своим посещением Олсуфьева, споткнулся и сломал ногу, поднимаясь из этого зала по узенькой лесенке. Согласно легенде, по ночам в знаменитом ЦДЛ происходят жуткие вещи. Оживают звуки и тени, неожиданно зажигается хрустальная люстра, подаренная еще Сталиным, пронзительно скрипит массивная дубовая лестница, по которой время от времени поднимается тень русского Императора.

Радость и проклятие великих открытий

Рок и мистика рода Юсуповых

Легендарный род Юсуповых окружен ореолом неразгаданных тайн и волнующих легенд, а их дворцы и усадьбы – слухами о роковых проклятиях, таинственных призраках и несметных сокровищах.

Что нашли: фамильные сокровища и реликвии князей Юсуповых

Где нашли: палаты Юсуповых, Большой Харитоньевский переулок, д. 21


Палаты, приносящие несчастье

В Большом Харитоньевском переулке за нарядной чугунной оградой стоит одно из самых загадочных зданий старой Москвы – палаты князей Юсуповых. Украшенный изысканной белокаменной резьбой дворец поражает воображение каждого, кто видит его впервые. Пережив несколько реконструкций, он чудесным образом сохранил свою первозданную красоту и удивительный дух былых столетий.

Согласно старинному преданию, первое строение на месте Юсуповского дворца было возведено в XVI веке самим Иваном Грозным. Однажды грозный царь, проезжая верхом через сосновый бор, зацепился за ветку собольей шапкой, которая упала в снег. Царь воспринял это как знак свыше, приказал вырубить на этом месте вековые сосны и на широкой поляне вознести охотничий дворец, названный Сокольничьим, и провести тайный подземный ход от дворца в Кремль. Это был целый подземный лабиринт, позволявший царю неожиданно появляться в нужном месте и в нужное время, когда его ждали меньше всего.

Точная дата постройки Юсуповских палат и имена строителей неизвестны. Но, по воспоминаниям Феликса Юсупова, построили их родовой дворец зодчие Барма и Постник, те самые, что создали собор Василия Блаженного. Однако специалисты уверены, что его утверждение ошибочно. На этом месте в то время действительно стоял охотничий домик Грозного, но от него, кроме подвалов и таинственных подземелий, ничего не сохранилось.

По слухам, в охотничьем дворце имелся не только подземный ход, но и подземная тюрьма, с пыточными, каменными мешками и прикованными узниками. По словам экстрасенсов, энергия непогребенных тел незримо влияла на роскошные хоромы, невольно принося несчастье всем своим хозяевам. Их словно преследовал злой рок. Никто не обрел здесь счастья: одни были сосланы, другие казнены, третьи попали в опалу.

В 1891 году страшным слухам нашлось подтверждение – во время ремонтных работ в нижней части дома было найдено таинственное подземелье с загадочным тоннелем, в котором лежали останки узников, прикованных цепями к стенам. Еще несколько скелетов было найдено в нишах бывшей домовой церкви в верхнем этаже палат. Остается только гадать, как они туда попали. По рассказам Феликса Юсупова, в детстве он думал, что души замученных царем-извергом живут где-то здесь, и вечно боялся встретиться с привидением.


Родовое гнездо князей Юсуповых


Археолог И. Я. Стеллецкий в 1933 году тщательно обследовал палаты и обнаружил скрытые под настилами и замурованные входы в таинственный тоннель. Во дворе им были обнаружены четыре загадочных люка, вход в подземную галерею, а также выложенный кирпичом подземный ход под Мясницкую улицу, дом князя Пожарского на Лубянке и легендарную Меншикову башню.

По Москве поползли слухи, что в лабиринтах подземных ходов спрятаны несметные сокровища Ивана Грозного, а возможно, и его знаменитая библиотека.


Любопытные факты

По словом эзотериков, наличие замурованных скелетов и непогребенных тел лишь подтверждает версию о наличии клада и сокровищ времен Ивана Грозного, т. к., по народным поверьям, клады оберегают убитые, «заклятые» люди, зарытые в том месте, где лежат сокровища. Души этих людей не находят покоя, они прикованы к кладу и вынуждены вечно охранять его. По слухам, такие невольные кладовники иногда являлись людям во сне с просьбой освободить их. Как уверяют очевидцы, слова погубленных всегда были очень похожи, например, такие: «Освободи ты меня от заклятия, отпусти мою душу на покаяние. Вот уж двести лет я томлюсь и мучаюсь. Злые люди убили меня, добро мое ограбили и зарыли вместе с телом на острове на болоте. Если бы только убили меня, да так и оставили, я бы мученический венец приняла. А душегубы заколдовали меня и клад». Считалось, что если кто-то добудет заколдованный клад, то освободит заклятого. Однако дело это трудное и очень опасное, да и без особого завета и заговора тут не обойтись.

Говорят, некоторым искателям сокровищ все же удавалось проникать в тайны подземных хранителей, но обходилось им это очень и очень дорого. Вид «кладовников» столь ужасен, что некоторые кладоискатели, повстречав их в подземельях, выходили оттуда совершенно помешанными и уже не могли поправиться всю оставшуюся жизнь. Еще хуже приходилось тем, кто наталкивался в подземельях на кости «заживо погребенных», – мертвецы, охраняя свои клады, внезапно оживали, как только кто-нибудь приближался к их сокровищам.


Легенды легендами, а дворец, возведенный над подземными палатами с замурованными узниками, действительно приносил своим владельцам одни несчастья. Первый достоверно известный владелец старинных палат – сподвижник Петра I, вице-канцлер П. П. Шафиров, которому за заслуги и преданность царь пожаловал большие владения с каменным домом близ Мясницкой. Однако вскоре вице-канцлер был обвинен в казнокрадстве, а конфискованный у него дом в 1723 году был отдан графу П. А. Толстому, начальнику страшной Тайной канцелярии, главе следственной комиссии по делу царевича Алексея.

Вскоре после новоселья в результате борьбы за власть Толстой оказался в опале и был сослан вместе с семьей в Соловецкий монастырь, где вскоре и умер, а каменные палаты пожалованы за верную службу Алексею Волкову, ближайшему помощнику светлейшего князя Меншикова. Через полгода «светлейший» попал в опалу, его сослали, а палаты у секретаря отобрали. В 1727 году палаты стали «Юсуповскими». Их хозяином стал князь Григорий Дмитриевич Юсупов-Княжево, получивший роскошные хоромы от самого Петра II за верную и усердную службу. С тех пор почти двести лет они находились в Юсуповском роду. Однако и князьям Юсуповым царские хоромы не принесли счастья и радости.


Портрет графа Петра Андреевича Толстого.

Худ. Иоганн Готфрид Таннауер


Князь Григорий Дмитриевич Юсупов-Княжево получил роскошные хоромы от Петра II


Роковое проклятие

По семейному преданию, древний род Юсуповых берет свое начало от Абубекира, тестя пророка, правившего после Мухаммеда всем мусульманским родом. Имя знаменитому роду дал хан Ногайской Орды Юсуф-мурза. Видя растущее недовольство своих подданных, он решил заручиться поддержкой Москвы и обезопасить своих сыновей, отослав их ко двору Ивана Грозного.

По семейным преданиям, Юсуф, явившись к русскому царю, скромно попросил: «Великий государь, дозволь жить на Руси сыновьям бедного Юсуфа!». Но царь, наслышанный о его несметных богатствах, засмеялся и ответил: «Бедный? Да ты можешь купить всю Россию!».

С тех пор Россия сделалась отечеством для потомков Юсуфа, которые верой и правдой служили русским государям, не изменяя мусульманской вере и получая за службу пожалования.

Так, Иль-мурзе был пожалован на берегах Волги целый город Романов с посадом. Именно здесь произошло событие, круто изменившее судьбу Юсуповского рода.

В царствование царя Федора Алексеевича правнук хана Юсуфа Абдул-мурза принимал у себя в вотчине патриарха Иоакима и, по незнанию православных традиций, накормил его в страстную пятницу скоромной пищей – запеченным гусем. Патриарх принял гуся за рыбу, отведал и похвалил, а хозяин возьми да скажи: это, мол, не рыба, а гусь, и повар мой столь искусен, что может приготовить гуся под рыбу. Заподозрив, что «нехристь» обманом довел его до греха, патриарх впал в ярость. Скандал дошел до царя, который в качестве наказания лишил мурзу всех прежних пожалований и потребовал, чтобы тот принял православие.

Абдул-мурза думал три дня и три ночи и, наконец, крестился под именем Дмитрий, а фамилию взял в память своего знаменитого предка Юсуфа – Юсупов-Княжево. С тех пор в интерьерах юсуповских дворцов, как напоминание об этом судьбоносном решении, всегда встречается изображение гуся.


Изображение легендарного гуся


После крещения Абдул-мурзы все его имения были возвращены, что положило начало легендарному фамильному богатству. Только род Юсуповых, самый богатый род после Романовых, мог позволить себе владеть сокровищами, ранее принадлежавшими чуть ли не всем королевским дворам Европы. Радость от обладания несметными богатствами омрачало только одно: страшное фамильное проклятие.

По преданию, в ночь крещения новоиспеченному князю Дмитрию было видение. Внятный голос произнес: «Отныне за измену вере не будет в твоем роду в каждом его колене более одного наследника мужского пола, а если их будет больше, то все, кроме одного, не проживут долее 26 лет». По рассказам матери Феликса Юсупова, узнав о «измене вере отцов» потомками хана, его соплеменники прибегли к услугам колдуньи, которая также прокляла некогда всесильный род, наложив на него замысловатую порчу, вплоть до полного уничтожения рода.

По слухам, ногайское проклятие было усилено еще одним страшным родовым проклятием. Юсуповы были прокляты царевичем Алексеем за то, что один из них, Григорий, поддержал Петра I, обрекшего своего сына Алексея на верную смерть. Как бы то ни было, родовое проклятие сбывалось неукоснительно. Сколько бы детей у Юсуповых ни рождалось – до 26 лет доживал только один. Причем от проклятия непостижимым образом страдали не только мужчины, но и женщины и даже внебрачные дети любвеобильных князей.

Согласно предсказанию, только один сын Абдулы-мурзы наследовал отцу. Это был Григорий Дмитриевич, верно служивший Петру Великому, генерал-лейтенант, коему Петр повелел именоваться попросту князем Юсуповым. У Григория также только один сын дожил до зрелых лет. Это – князь Б. Г. Юсупов, губернатор Москвы, сын которого Николай стал самым знаменитым представителем славного княжеского рода.

Князь Николай Борисович Юсупов, блистательный вельможа «золотого века Екатерины», сенатор, министр, член Государственного совета, был первым директором Эрмитажа, заведовал всеми театрами России, был русским посланником в Италии, выполняя множество личных тайных поручений Екатерины Великой. Он был единственным в истории верховным маршалом на коронации трех русских императоров – Павла I, Александра I и Николая I. Сиятельный князь был удостоен практически всех существовавших тогда российских орденов и наград. По слухам, когда подошло время предоставить ему очередную награду, жаловать было уже нечего. Тогда изготовили специально для него уникальную жемчужную эполету и поднесли вместо ордена. Императрица всячески благоволила умнейшему, блестящему, с изысканными манерами князю и, по слухам, сделала его своим фаворитом.

Елизавета Петровна Янькова, оставившая обстоятельные воспоминания о жизни дворянской Москвы «за пять поколений», так пишет о нем: «Князь Юсупов – большой московский барин и последний екатерининский вельможа. Государыня очень его почитала. Говорят, в спальне у себя он повесил картину, где она и он писаны в виде Венеры и Аполлона. Павел после матушкиной смерти велел ему картину уничтожить. Сомневаюсь, однако, что князь послушался. А что до князевой ветрености, так причиной тому его восточная горячность и любовная комплекция. В архангельской усадьбе князя – портреты любовниц его, картин более трехсот. Женился он на племяннице государынина любимца Потемкина, но нравом был ветрен и оттого в супружестве не слишком счастлив…


Князь Николай Борисович Юсупов.

Худ. Иоганн Баптист Лампи Старший


…Богатств своих князь и сам не знал. Любил и собирал прекрасное. Коллекции его в России, полагаю, нет равных. Последние годы, наскуча миром, доживал он взаперти в своем московском доме. Когда бы не распутный нрав, сильно повредивший ему во мненьи общества, он мог быть сочтен идеалом мужчины».

Немало лет князь Николай Борисович провел за границей. Находясь в Париже, князь был нередко зван на вечера в Версаль. Людовик XVI и Мария Антуанетта были с ним в дружбе. Князь мог похвалиться дружбой и с прусским королем Фридрихом Великим, и с австрийским императором Иосифом II. В Европе князь Николай покупал предметы искусства и для Эрмитажа, Гатчины и Павловска, и для личного своего музея. За короткое время она пополняется западноевропейской живописью и скульптурой, оригинальными рисунками, редкими гравюрами, камеями, часами, табакерками, ценными книгами. Так, знаменитая библиотека Юсуповых насчитывала более 55 тысяч томов, среди которых – более 400 инкунабул.

К концу XVIII века в его коллекции были «Лежащая Венера», приписываемая Тициану, мужской портрет Веласкеса, парные портреты Рембрандта, картины Лоренцо Лотто, Доменикино, Тьеполо, ван Дейка и многих других. Итальянские и французские мастера, голландцы и фламандцы, англичане и немцы XVII–XVIII веков – вот основа галереи.


Княгиня Татьяна Васильевна Юсупова, урожденная Энгельгардт, жена князя Н. Б. Юсупова. Худ. Иоганн Баптист Лампи Старший


В 1793 году князь Николай женился на племяннице князя Потемкина, Татьяне Васильевне Энгельгардт, положившей начало знаменитой коллекции юсуповских драгоценностей. В ее коллекцию входили более 180 печатей на ониксах, сердоликах и других камнях. По словам современников, у Татьяны Васильевны Юсуповой была «женская слабость» – хорошие драгоценности.

Обратимся к воспоминаниям князя Феликса: «Княгиня была дельным человеком и думала о красе ногтей. Особенно любила украшения и положила начало коллекции, впоследствии знаменитой. Купила она брильянт „Полярная звезда“, брильянты французской короны, драгоценности королевы Неаполитанской и, наконец, знаменитую „Перегрину“, жемчужину испанского короля Филиппа II, принадлежавшую, как говорят, самой Клеопатре. А другую, парную к ней, говорят, царица растворила в уксусе, желая на пиру переплюнуть Антония. В память о том князь Николай велел повторить на холсте фрески Тьеполо из венецианского палаццо Лабиа „Пир и смерть Клеопатры“. Копии и ныне в Архангельском».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43