Сергей Вольнов.

Зона Посещения. Живая легенда



скачать книгу бесплатно

Всё остальное – существование. Оно не стоит даже того, чтобы о нём думать. Это как бы вынужденная ноша того, кто желает посвятить себя истинной жизни, пока что представляемой лишь в фантазиях – вроде ложки дёгтя в бочке нирваны.

Разве требуется ещё что-то?..

Поиск, поиск ради достижения результата, безостановочный и неутомимый. Жизнь как поиск, даже если он обречён на нескончаемость. Тем более! Значит, жить нужно вечно. Как здорово, что это с ним случилось и он стал таким, какой есть сейчас, обрёл себя нового, настоящего, хоть и в другом, кажущемся ненастоящим мире. Да и разве ж он ненастоящий?.. Только кажется таким. Ведь Слав в нём воистину живой, а там, где может быть жизнь, там настоящее и есть.

Вот и его дом. Отправная точка. Не конец, а НАЧАЛО пути.

– Спасибо, вы лучший на этом свете водитель! – расплатившись, от всей души поблагодарил Слав, выбрался наружу и захлопнул за собой дверь такси.

Чтобы открыть ту самую, единственную нужную ему дверь, сначала надо позахлопывать все прежние.

Вот о чём думал человек, шагая к своему подъезду.

Значит, всё не так уж плохо на сегодняшний день!

Его ждали сны.

Его звала мечта…

«На автопилоте»

Утром Слав проснулся и сразу вспомнил, чем занимался накануне. В памяти маяком светило обретённое убеждение: искать! Правда, он пока абсолютно не понимал, как именно. Умываясь, взглянул в зеркало на небритую физиономию с синими тенями под карими глазами и счёл, что выглядит вполне по-сталкерски. Перекусил и отправился на работу. Настроение держалось прекрасное, чуть ли не эйфорическое. Казалось, все проблемы исчезли, разрешились. Торговые дела спорились, исполнялись в быстром темпе; за день он переделал столько, сколько не сумел за неделю до этого.

Метания и муки отодвинулись в подсознание. Фантазии насытились и на какое-то время оставили его в покое. Слав чувствовал себя совершенно опустошённым и в этой связи – неожиданно счастливым. Его вдруг потянуло с кем-нибудь пообщаться. Но о чём можно было разговаривать с соседями по офису, он так и не придумал. Возникла идейка подкатить к какой-нибудь девушке, но, перебрав варианты, менеджер понял, что его не привлекает ни одна из особ женского пола, работающих с ним в одном коллективе. Иначе он предпринял бы хоть одну попытку хоть с кем-то из них раньше. То есть ещё до прочтения шедевральной Книги, конечно.

Для утоления телесной потребности некоторые из них, может, и сойдут. Но Слав не хотел изображать желание, он стремился по-настоящему желать. Раньше он как бы осознавал, чего хочет, и продолжал этого хотеть, однако от этого ясного понимания цель теряла недоступность, а значит, и часть привлекательности. А ведь что такое человек вообще? Человек – желание. Он подобен лампочке. Вспыхивает – погасает, то едва горит, то пылает настолько ярко, что в одиночку разгоняет всю тьму в зале. Вот для того, чтобы не погасло, и надо желать по-настоящему, не мимолётно.

Заварив себе лапши, Слав наконец-то отвлёкся от бесконечной офисной суеты.

На миг представил, что он там, в Зоне, заваривает лапшу горячей водой из термоса на привале и употребляет, обжигая язык, готовый в любой момент схватить и задействовать оружие, а вокруг угрожающе потрескивают «электры» и «жарки»… Но сегодня реальные, повседневные дела и заботы вышли на первый план, пришлось вспомнить, что у него всё-таки есть физическое тело, которому нужно питаться чем-то и платить за свет и тепло. Для этого нужно получать деньги, а чтобы получать, нужно элементарно впахивать.

Пришлось согнать в кучу разбежавшиеся мысли. Привести в порядок свою растёкшуюся личность, хотя ещё сегодня утром это казалось почти невозможным, а вчера вечером – абсолютно ненужным. Сталкерские грёзы, конечно же, по-прежнему не казались детскими и несерьёзными, но приобрели отчётливый оттенок наивности, что ли. Из-за того, что слишком невероятны по меркам этой реальности. И оттого может стать очень и очень грустно… Вот чтобы не грустить, Слав решил пока что пресекать все эти идеи и заставлять себя сосредоточиваться на текущих задачах. Существовать в автоматическом режиме. Лелея надежду, что искомое найдётся. Ведь не зря считается, что самое лучшее человеком находится вдруг, как бы случайно, не правда ли?..

Начало пути

Теперь Слав решил подойти к вопросу с информационной стороны. До этого он был слишком увлечён, захвачен сутью и не находил времени, чтобы снизойти до практического, материального изучения темы. А сейчас, когда твёрдо, во что бы то ни стало, решил отыскать ВЫХОД, ему понадобилась некая осязаемая основа, для начала – в виде точных данных. Стартовая площадка для поиска.

Первыми он набирал самые банальные запросы типа «Стругацкие», «Зона Посещения», «Пикник на обочине». У человека, живущего в середине «нулевого» десятилетия двадцать первого века, на вооружении имелись поисковые системы – наиболее эффективное достижение эпохи интернета. Собственно, Слав поначалу не особенно понимал, что и для чего делает; процесс возникновения потребности в информационной подоплёке происходил скорее подсознательно, чем сознательно.

Интуитивно нащупывая тропку к искомому знанию, он конспектировал крупицы информации – интернет, конечно, почти всемогущ, но не все способны им пользоваться и его использовать по назначению. На бесконечных виртуальных просторах помимо нужных Славу данных также громоздились исполинские кучи хлама и спама.

В общем, вот что он нашёл в качестве «пролога». Борис Натанович Стругацкий, 1933 года рождения, пишет с пятидесятых годов прошлого столетия. Старший брат, Аркадий, 1925 года рождения, жил в Москве, умер в девяносто первом, достаточно давно, и не успел дожить до распада СССР, краха системы идеологической цензуры и триумфального освобождения фантастической литературы из полуподполья.

Биографии братьев, их авторская библиография. Общая информация. Кое-что про работу над текстом «Пикника на обочине», в основном о том, что с изданием повести в Советском Союзе были большие проблемы, и это неудивительно. О том, что «Пикник на обочине» оказался по всем статьям рекордной книгой Стругацких, и по количеству переводов на другие языки, переизданий за границей в том числе.

Но главного, именно того, о чём Слав хотел узнать, к чему тянулся, в мировой сети не нашлось. Только некоторые данные и даты, касающиеся личностей авторов. Только, опять же, разного рода информация о других произведениях. Однако ничего конкретного о том, где, когда и как зародилась идея «Пикника», что послужило вдохновляющим посылом, каким образом появились в воображении братьев картины мира, где случилось Посещение… Может, следовало обратиться к мемуарам Стругацких? Они же так называемые «Комментарии к пройденному». Возможно, удастся за что-то зацепиться в воспоминаниях.

Попутно Слав пытался читать другую фантастику, разных авторов, но у него не получалось зайти дальше главы-двух, все тексты казались пресными и скучными, для него – «ни о чём». Скорей всего, на самом деле они такими не были, но удержать внимание, погрузить в другие миры не смогли – до такой степени Слав заразился «Пикником». Можно сказать, стал одержим той реальностью, её деталями, идеей…

С деталями-то всё понятно, а вот в идею Слав пытался проникнуть раз за разом и не мог. Сверхзадача у литературного произведения, как правило, одна, очень редко больше, но здесь она лежала прямо на поверхности, слишком нарочито выставлялась напоказ, и это вызывало подозрение, что не всё так просто, и чтобы до конца её понять, нужно, чтобы случилось… озарение, что ли.

«Счастье всем, даром…»

И что бы это значило? Имеет ли отношение к реальности, в которой живёт Слав? А эти многочисленные намёки по всему тексту, что где-то там, между строк, а то и за пределами страниц, есть что-то ещё… И эта рваная, фрагментарная композиция произведения, с незаполненными лакунами между четырьмя частями сюжета. Что прячется в пробелах, можно гадать сколько угодно… В общем, гадай не гадай, хоть загадайся. Любителю разгадывать ребусы в самый раз.

Поневоле Слав всё-таки взялся набрасывать что-то похожее. Вопреки своим принципам занялся вторичным «фанфиканством», просто не мог не попытаться, но у него получалось хуже, получалось не то. Смахивало на дешёвую подделку, какой-нибудь контрафакт вместо оригинального бренда – название то же, а начинка другая.

Хотя в своё оправдание он мог бы сказать, что и не ставил себе цель на самом деле писать по-настоящему. Просто пытался утолить хоть как-то непреодолимую тягу к той реальности. Неудивительно, что первая, вторая, третья, пятая такая попытка изложить внутренние образы и картины, конвертировать их в слова, понятные во внешней среде обитания, приводили его по кругу, уже через несколько абзацев, к одному и тому же – к оригинальной версии из книги Стругацких.

Таким образом, несколько суток Слав провёл за основательным изучением темы и в потугах что-то передать словами. Казалось бы, всё, что нашлось в интернете, он проштудировал. В итоге сделал два вывода. Откуда взялась идея «Пикника» – неясно. Точно так же неведомо, связана ли информация о Зонах Посещения, просочившаяся по неким каналам из неких сфер в воображение братьев Стругацких, с реально существующей где-то как-то вселенной, крохотные фрагменты которой описаны в «Пикнике на обочине».

В общем, прояснения не наступило, наоборот, желание найти ответы в сети породило ещё больше вопросов. Вместо ожидаемого облегчения предстояло продолжать мучиться неизвестностью ещё сильней. Слав отчаянно пытался ухватить суть, но не знал, за какое место хватать, и не знал, суть ли он ухватит или очередной фантом…

Фильм Андрея Тарковского «Сталкер», который Слав наконец-то посмотрел, ничем не помог. Потому что совсем не о том повествовал. Зона и сталкеры в нём использовались с другой целью. Хотя сам по себе фильм понравился, очень даже. Атмосферой в первую очередь, порой до щеми в груди напоминавшей те ощущения, которые он испытывал, когда мечтал о мире по-настоящему своём, в который хотел бы уйти…

И вдруг в один из вечеров просиживания за компьютером ему в голову пришла очевидная, но почему-то ускользавшая раньше мысль. Скорей всего, мешал комплекс провинциального парня, который в столицах не бывал и со знаменитыми персонами знаком не был.

А что, если спросить обо всём одного из создателей Книги?! Борис Натанович-то жив, к счастью… Кому ж ещё рассказать, как оно было, поведать истину, как не человеку, который принимал непосредственное участие в написании! В том, с чего начиналось проникновение в реальность проекций картин того мира…

Сначала идея приняла закономерную форму: спросить автора на его официальном сайте, задать вопрос в офлайн-интервью, которое там ведётся и не прекращается. Но, промучившись некоторое время, Слав с сожалением понял, что совершенно не знает, как формулировать, с чего начать и чем закончить. Фразы путались, нужные никак не хотели появляться в мыслях и выстраиваться правильным порядком, а ненужные, наоборот, не хотели убираться или становиться нужными. Да и не очень-то ему хотелось публично, на всеобщее обозрение, выставляться со своим живейшим интересом.

Конечно, получить ответы было ценнее стеснения, но чтобы получить ответ, сначала нужно правильно задать вопрос. А кто сам для себя не может чётко сформулировать, что он хочет знать, тот и останется ни с чем. Его просто не поймут, о чём спросил, не уловят смысла спрошенного.

Поэтому если и спросить, то лично. То есть встретиться в реальности, с живым человеком. Тогда, может, и слова подберутся единственно верные. Благо, где проживает Борис Стругацкий, ни для кого не тайна: Град Петра, улица Победы, дом 4.

Но ехать в Питер?.. Вот так, ни с того ни с сего заявиться? Всё бросить – и в путь? А-а, ну и пусть, когда-то же нужно начинать двигаться! Если хочешь идти, придётся сделать первый шаг. Даже если он будет в неправильном направлении, важен сам факт, что случилось действие. Слова превратились в дело.

Взять отпуск за свой счёт на работе или найти ещё какие-то поводы. В крайнем случае бросить всё к чертям и просто уехать.

Главное, вперёд и не останавливаться…

Не туда…

Поезд тронулся с места, и здание вокзала поплыло назад. Слав сидел в купе на нижней полке и глазел в окно на провожающих, встречающих и сошедших здесь пассажиров, скопившихся на перроне. Очертания нагруженных чемоданами и сумками людей, деталей вокзального здания и разнообразных железнодорожных конструкций смывались всё стремительнее и стремительнее – тем сильнее, чем быстрее состав набирал скорость.

Характерный перестук колёс, отсчитывающий убегающие в прошлое мгновения. Время в пути будет не таким уж и долгим. Завтра к вечеру поезд прибудет в конечный пункт назначения. И это ежесекундное приближение желаемого, ощущение достижимости цели вызывало небывалое ликование. Неподдельную радость. Наконец-то, наконец! Предвкушение не перемешивалось с волнением, только с нетерпением. Погружённый в свои мечты Слав не замечал своих соседей по купе, даже не думал, есть ли они, не удосуживался следить, что происходит вокруг… Немного вернулся он к окружающей реальности уже ночью, когда мир за окном потемнел.

Едущий в Питер путник решил, что пора спать. Вот бы очутиться, хотя бы во сне, в другом мире, куда он так стремится попасть… Том мире, который уже стал его частью. Может, находясь в движущемся поезде, получится этак невзначай выход найти… Парень мечтательно вздохнул, улёгся, подобрал ноги, не раздеваясь и одеялом не укрываясь.

Так и лежал, отвернувшись к стенке, до самого утра. То ли спал, то ли бредил наяву, но видел, как ходит сталкером в Зоне, наблюдал картину мира, где реально свершилось Посещение, во всех деталях и красках.

О да, теперь-то он найдёт нужную дверь, если она вообще есть!.. Если младший Стругацкий был одним из двух, подглядевших в замочную скважину, то с его помощью найдётся способ отворить и шагнуть сквозь проём, разделяющий миры. Войдя в поезд, Слав как раз занёс ногу для первого шага через грань…

Слух поневоле насторожился. Из соседнего купе доносились отдалённый перебор гитарных струн. Чей-то голос там пел, и, прислушавшись, Слав распознал знакомые строки припева. Это была песня группы «Кино»: «…Но всё, что мне нужно, – это несколько слов и место для шага вперёд!»

Снова песня Виктора Цоя в тему происходящему, в самые важнейшие для него моменты. Знаки дороги, похоже…

Ну, что ж, так даже веселее. Слав представил, что это возле костра собрались сталкеры, и кто-то наигрывает на гитаре, поёт. Хотя в повести у Стругацких подобных картин не описывалось, увиденная мысленно сценка выглядела очень романтично. Слав, затерянный во тьме, пришедший из ночи, стоял за пределами круга света от костра, и оттуда, из огненного оазиса, к нему доносились песни под гитару… Там, где-то, когда-то, как-то сталкеры собрались тесной компанией, у них привал. А может, это коварная аномалия, иллюзия, подлый мираж. Сунься туда, и смертушка сожрёт тебя, только рожки да ножки останутся…

Вот в таком духе Слав и «витал в облаках». Сейчас он был мальчиком, которому отец пообещал купить завтра вожделенный велосипед… Для него заветной мечтой было перемещение в мир сталкеров, не больше и не меньше. Оказалось, вполне способен человек жить только одной конкретной мечтой, наполнив себя ею изнутри. Всё остальное, внешнее, – сны, туманы, полузабытые воспоминания.

Сквозь постылость нежеланного, но окружающего мира он ехал вперёд, оставляя километры дороги позади. С каждым стуком колёс ближе к мечте. За окнами проносились города, сменялись пейзажи, пассажиры заходили и выходили. На каких-то станциях поезд стоял подолгу, где-то почти не стоял. Хотя вполне возможно, весь этот поезд призрачный и только снится ему, а на самом деле Слав уже осуществил мечту, находится в мире Посещения, спит и видит сон о том, как по железной дороге едет к берегам Невы…

Наушниками MP3-плеера закрыться от окружающих звуков… Под музыку витать ещё удобней. Минуты летели гораздо быстрее, и не нужно было возвращаться к скучной действительности. Песня за песней, все вместе – в одну нескончаемую композицию. И все мелодии, ритмы и слова превращались в симфонию, победно звучащую внутри, бред и дремота смешивались с реальной музыкой, накладывались, породив галлюцинации, отрывочные и не задержавшиеся в памяти…

Он посреди озера, в лодке. Там, на берегу, – Зона с артефактами и аномалиями. Он остановился и не знает, куда плыть. Сзади ничего нет. Но что-то мешает плыть вперёд. А вдруг это обман, видимость, на самом деле там нет прохода? Но он же знает, что там – Зона!.. Обязательно нужно найти тропу… Слав стряхнул наваждение, но почти сразу другая картина затмила восприятие: он, зажимая рану, ползёт в горячке, ночью, между аномалиями, по нему то ли стреляют, то ли светят прожекторами, злобно воют сирены, но ползущий их не слышит, потому что оглушён… Всё. Сон. Больше ничего нет. Музыка закончилась.

Только потом, гораздо позже, он понял, что ему очень повезло; будто находился под присмотром ангела-хранителя. Почти никто из попутчиков не пытался выдернуть его в реальный мир. Брезговали, не пытались втянуть в дорожные разговоры. В их глазах он наверняка остался каким-то наркоманом, валявшимся всю дорогу на своей полке, никого не замечая. Кажется, за всё время в пути он единственный раз, на автомате, поел утром и всего пару раз отлучался из купе в туалет. Решение взять более дорогой билет в купе было абсолютно верным. В плацкарте никакой хранитель не уберёг бы от настырных соотечественников.

Наконец и второй день поездки сошёл на убыль, и когда атмосферу снаружи уже окрасил вечерний сумрак, поезд со скрипом, грохотом и визгом тормозов, последними за этот рейс, остановился. Прибыли в Питер.

Слав отвернулся от стены, которая служила экраном для его «мультиков», подождал, пока купе опустеет, встал, поднял крышку-лежанку, достал свои вещи и вышел в коридор. На краю восприятия мелькнули лица проводниц. Он миновал проём, шагнул на перрон… Дальше-то куда? Вход в здание вокзала, внутри огромный зал, шумная толпа, все спешат. Теперь на автобус. Ехать в гостиницу. Как и куда добираться, он посмотрел перед отъездом в сети и выстроил маршрут.

Бумажку, однако, сейчас не нашёл, сколько ни рылся в рюкзаке. Листок бумаги, на котором он записал номер автобуса, направление, название гостиницы, канул бесследно среди вещей. Бывает же такое… Высыпать вещи из рюкзака на асфальт он пока не решился. Вспомнил название гостиницы. Походил, потерянно глядя на автобусы – здесь их было великое множество, он столько машин вместе и не видал раньше! – но так и не вспомнил точный номер. Поспрашивал у людей, как добраться до такой-то гостиницы, но то ли реальные питерцы не такие вежливые, как про них говорят, то ли попались приезжие, и ответа спрашивающий либо вообще не получал, либо нарывался на грубость.

Пришлось ловить такси. Деньги у него были, хотя и не так уж много. Начальство согласилось на отпуск. Несколько дней до этого Слав пахал как ломовая лошадь, к тому же фирма ему кое-что задолжала за прошлые месяцы. Шеф, конечно, мужчина строгий, но не зверь же. Уговорить его удалось.

Слав сел в авто, сказал, куда нужно ехать, и не пожалел – доехал с комфортом. По пути рассматривал усеянные вечерними огнями улицы и проспекты. Град Петра показался ему похожим на родной город – такой же архаичный, но только северный и больше размерами. Опять повезло – таксист попался не болтливый. Конечно, в прошлый раз водитель такси ему сильно помог, но сейчас разговоры с кем бы то ни было точно лишние.

Приехали, вот и перевалочный пункт. Привал на обочине тропы.

В холле гостиницы Слав зарегистрировался, поднялся в забронированный заранее номер и больше никуда не выходил. Смотрел на панораму огней из окна, покушал, доев то, что осталось с дороги, да и улёгся спать. Поиск продолжится утром.

Снов не было. Измотанный переездом организм объявил забастовку и впал в настоящую спячку.

Пробудившись, Слав глянул на часы – ого, половина одиннадцатого! – встал и опять посмотрел в окно. Дневной Питер ещё больше напомнил ему родной город… На улицу Победы предстояло добираться на метро. Перекусив в подвернувшейся кафешке, искатель направился по адресу. Сел на поезд метро нужной ветки, сориентировавшись быстро – метрополитен-то небольшой. Если специально не исхитряться, то не запутаешься.

Прибыв на нужную станцию, покинул вагон и медленно поехал вверх по эскалатору. Теперь главное – не торопиться, чтобы не натворить чего-нибудь в шажочке, как он себе представлял, от цели. Не напортачить, всё делать с чувством, с толком, с расстановкой… Втираться в доверие, просить, выведывать, вынюхивать, если угодно.

От станции по Московскому проспекту добрался до просторной площади, повернул налево, под острым углом, и двинулся почти в обратном направлении. Улица была похожа на бульвар. Слав шагал по центральной аллее, вдоль скамеек, выстроившихся по обе стороны, и шеренг деревьев, сквозь кроны которых проглядывало бледное небо. Солнце пряталось за облаками. Дождя нет, и то спасибо. В Питере, говорят, сплошные осадки…

Слав сверялся по номерам на домах – всё ближе и ближе… Вот он, справа, дом номер четыре. Путник остановился напротив, между деревьями. И посмотрел на окна.

Представил, что там, прямо сейчас, у одного из окон за шторой стоит… И видит его, замершего на аллее внизу, созерцает задумчивым взглядом из-за стёкол очков… Сердце бешено заколотилось, норовя вырваться из груди и запрыгать по траве газона, отделяющего тротуар от мостовой.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8