Сергей Вольнов.

Зона Посещения. Живая легенда



скачать книгу бесплатно

Ходили слухи, что там находится зловещий Колодец, в буквальном смысле бездонный, пронзающий толщу планеты и уводящий в мистическое запределье… А над ним узкой аркой перекинуто нечто вроде горбатого мостика. Вокруг раскинулись руины бывшего города Межреченска, единственного крупного населённого пункта, попавшего в эту Зону Посещения и разрушенного чужеродным вторжением. Количество небольших городов, сёл и деревень исчислялось десятками, если не сотнями, но от многих из них сейчас уже остались в лучшем случае развалины, в худшем – вообще ничего, только названия на старых картах времён СССР. Уже и страны той нет, с роковой даты Посещения миновал не один десяток лет.

Но в общем-то эпицентральный Колодец, как и покорёженные дома призрачного Межреченска, – всего лишь одна из версий. А так чего только не болтают, за всё время существования абнормальная реальность Зоны обросла множеством мифов и легенд… Как только появляется что-то новое, доселе невиданное, так сразу находятся болтуны, которые наплодят «сущностей сверх необходимого» почём зря, – закономерность, давно проверенная.

Захват можно было хоть как-то прогнозировать, если загодя зафиксировать зарождение постепенно усиливающихся «притягивающих» биоволн. По их мощности и скорости возрастания примерно рассчитать, сколько осталось до Мгновения Икс. Прогноз появлялся в локальной внутризонной сети; да и многие опытные, с развитой чуйкой сталкеры могли ощутить на собственных шкурах приближение.

Хуже всего тот факт, что Захваты случались не через равные промежутки времени, а варьированно и с разной интенсивностью. И несмотря на все прогнозы, иногда амба подкрадывалась непредвиденно, вроде не было никакого прогноза, не возникло нехороших предощущений, и вдруг ка-а-ак начиналось!.. Хорошо ещё, полный абзац случался не одномоментно, и пока утягивающая мощь раскочегаривалась, при определённом везении можно было успеть укрыться. Спрятаться на поверхности, в уцелевшем строении, или схорониться в известном убежище под землёй и там переждать. На худой конец, найти валун и экстренно выкопать под ним норку. Главное, чтобы между человеком и эпицентром находилось что-нибудь такое, способное задержать, не позволить улететь…

Наконец-то добрался. Над головой Жива стометровой стеной вздымался вверх отвесный перепад между вторым и первым кругами. Там, у самого подножия скалы, сидел Тигр. Он расположился на корточках, спиной к приближающемуся коллеге, но Жив был уверен, что каждое его движение и настроение чуется легендарным бродягой.

– Принёс? – не здороваясь, лаконично спросил сидящий сталкер.

Жив одной рукой опустил «калаш», другой полез за пазуху. Вытащил пригревшийся на сердце свёрток; держа завёрнутое в лист чёрного гибкого пластика перед собой на вытянутой руке, аккуратно приблизился к Тигру.

– То, что он просил передать, – также не поздоровавшись и столь же лаконично прокомментировал.

Уткнувшийся в скалу чуть ли не лицом Тигр, не оборачиваясь, поднял левую руку над своим плечом, и Жив вложил в пальцы принесённое.

Свёрток исчез за пазухой Тигра. Только после этого коллега поднялся, обернулся к Живу и, смотря куда-то сквозь него рассеянным, несфокусированным взглядом, коротко одобрил:

– Ты не опоздал.

Жив медленно, заторможенно опустил и поднял подбородок, согласно кивнув. Сейчас он будто впал в транс, и ведь не впервые. В подобное состояние его всегда ввергало общение с Тигром. Он испытывал необъяснимый трепет, какую-то неуверенную робость рядом с этим легендарным зонным ветераном, о котором сталкеры с восхищением говорили, что он никогда не спит. Не в переносном смысле (все сталкеры отсыпались по-настоящему только от случая к случаю), а в прямом. Хотя Жив, и сам далеко не новичок, только вчера заявившийся в Зону, давно заматерел и вроде как мог бы ощущать себя с Тигром наравне…

Всего лишь МОГ БЫ! Дичайший визг, с тыла появляется что-то смазанное… Когтистая кошка, мутированная, с горящими глазами… Жив почувствовал её затылком или каким-то шестым «задним» зрением, успел понять, что она где-то поблизости… но с какого перепугу решила напасть, ведь сталкеры не проявляли к ней никакой агрессии… Одна короткая прицельная очередь оборвала визг, упокоила зверюгу. Жив смотрел на Тигра, опускающего автомат, из которого застрелил тварь. Повернулся, узрел распростёршееся, с изрешечённой пулями головой тело в считаных метрах от себя, опять обернулся… и не увидел Тигра. Тот исчез.

Вот так вот, значит. Что ж, к этому Жив привык. Тигр тоже одиночка, всегда уходит и приходит когда захочет… Ещё один бродяга из тех, кто «гуляет сам по себе». А его, Жива, по-прежнему живого, теперь ждут подъём и болезненный эффект перехода в первый круг. Отсюда на самый внешний уровень ещё можно подняться без специального альпинистского снаряжения, просто цепляясь за выступы и выемки…

Ещё один, очередной «обычный» день в Троте.

Жив продолжает ходку. Потому что – живой.

* * *

…Эта локация отчуждённой территории, внутри которой сталкер сейчас находился, располагалась в одном из сегментов круглой российской Зоны Посещения.

Следы явления, названного Посещением, появились на Земле более полувека назад, где-то в шестидесятых годах двадцатого столетия. Ненормальные, чуждые земной природе процессы, теперь именуемые совокупно Посещением, собственно, и привели к возникновению этих самых следов, отметин, очагов или Зон, как чаще всего звались отчуждёнки.

Только этот факт и удалось про них установить определённо. За столько-то лет. Всё остальное толковалось по-разному и комментарии вызывало самые разноречивые.

В соответствии с наиболее популярной теорией затронутые чужеродными изменениями нормальной природы территории, различные по площадям, деталям и специфике внутреннего устройства, – нечто вроде плацдармов, занятых инопланетными силами на Земле. Это шрамы, нанесённые прямым соприкосновением с иными сущностями. Будто бы некие «гости» из системы Денеба в созвездии Лебедя или откуда-то там заглянули на третью планету системы Солнца и предположительно останавливались здесь ненадолго. Этакий привал по пути устроили, «передохнули». А потом отправились дальше.

Но после этого их «пикника» на обочине дороги затронутые места безвозвратно изменились; на нескольких территориях остался выброшенный, забытый (или специально оставленный?) проезжими-пролётными «мусор». Сами космические «пришельцы» уже отвалили своей дорогой (по крайней мере лучше уж придерживаться убеждения, что их в Зонах нет, тогда не так страшно), однако последствия пребывания и пагубное воздействие, оказанное на несколько регионов, никуда не делись. Наоборот, с течением времени лишь усугубляются…

Потому-то настолько и привлекают к себе эти отчуждённые Зоны. Ведь в них при должном желании и знании, как этого достичь, можно отыскать абнормальные артефакты. Предметы изначально вполне «земного» происхождения, необратимо изменившиеся под влиянием ненормальных сил воздействия, либо, что гораздо реже, настоящие ИО, инопланетные объекты, совершенно чужие земной природе образования, родом «откуда-то оттуда»… Люди, охотящиеся за такими предметами силы, в этой Зоне, когда она была ещё советской, звались бредунами. Получилась как бы помесь слов «бредут» и «бред», что в равной степени относилось к их авантюрным ходкам в Зону и тем невозможным, уму непредставимым штуковинам, которые из неё выносились.

Со временем, постепенно, и в этой Зоне охотников за добычей тоже начали звать сталкерами. Как во всех остальных странах. От английского глагола «to stalk», что в первом значении переводится на русский как «преследовать крадучись». А ещё в одном значении слово «stalker» переводится с английского как «ловчий». Это уже потом оно было занесено в словари как «человек, обладающий знанием территорий или сооружений, по каким-либо причинам являющихся малоизвестными или запретными»…

Конечно, не всё в отметинах Посещения было так уж просто и однозначно. Если бы Зоны являлись типа как выставками ИО, каждый желающий мог бы попасть в них и заполучить то, чем ему, возможно, и не следовало бы обладать. Но так не получалось и не получится. Потому что, находясь в Зоне, человек сам становится чужаком для абнормальной природы. Вторженцем, непрошеным и нежелательным. Со всеми вытекающими последствиями. По этой причине любой, кто туда осмелится сунуться, практически всё время подвержен смертельной опасности.

Пришедший извне попадает в совершенно чужой «монастырь» с иными правилами. Человеку на этих территориях больше не рады. Там свои обитатели и свои законы бытия.

В первую голову, конечно, мутанты животного происхождения всех видов, мастей и калибров. От сравнительно безобидных до почти непобедимых. Причём чем дальше в глубь Зон, тем они мощней, изощрённей и многочисленней. Отдельная статья – мутированные потомки людей, сохранившие разум, но по облику и строению зачастую уже мало похожие на предков. Опаснее этих тварей никого нет… В российской Зоне их прозвали чмошниками, название получилось из аббревиатуры ЧМО, «человек морально опущенный», и по смыслу подошло точней некуда.

Растения также не были обделены «вниманием» чужеродности, и в результате абнормального воздействия флора Ареалов Визита (так было принято звать плацдармы вторжения за пределами России) превратилась в тот ещё «парк ужасных развлечений»…

Но основной проблемой, затрудняющей передвижение, являлись локальные области ИФП – изменённого физического пространства. Маленькие и не очень по площади и объёму участки, обладающие ненормальными, убийственными для человека свойствами. Что самое досадное, многие из них внешне ничем не выделялись из нормального пейзажа. Но стоило наступить или вдвинуться в него, и живое существо подвергалось воздействию: или сжигалось тысячеградусной температурой, или в буквальном смысле проваливалось сквозь землю, или размазывалось о поверхность гравитационным прессом, или разрывалось на части, кромсалось, шинковалось, сжигалось кислотными испарениями, пронзалось энергетическими импульсами… и так далее, и тому подобное.

Чуждая среда оказалась очень изобретательной на способы уничтожения живого. Вдобавок, кроме «стационарных», она порождала и такие локальные ИФП, которые передвигались, меняя координаты расположения. За что были прозваны «неверными».

Локалок бесчисленное множество, они рассредоточены по всем отчуждённым территориям, причём, опять же, чем дальше вглубь, тем абнормальные изменения чаще встречались и опаснее становились.

Правда, существенно облегчало людям жизнь в Зонах то обстоятельство, что в определённых условиях «изменёнки» всё же выдавали своё присутствие. Опосредованно, по некоторым нетипичным внешним признакам, но эти проявления ещё тоже нужно было ухитриться вовремя заметить и сделать правильные выводы, а это умение давалось не каждому и не сразу. Поэтому очень многие из малоопытных или не слишком смелых сталкеров далеко в Зоны и не пытались уходить. Они ограничивались близкими к внешним периметрам локациями, искали хабар там, где почти все локальные ИФП «попроще» и заметны невооружённым глазом, слышны невооружёнными ушами, в общем, вполне ощущаются обычными органами чувств.

Всё это плюс ещё набор всяческих «но» – опасные излучения, «игры» с пространством и временем, периодически случающиеся периоды тотальной активности – где-то названные Захватами, где-то Расширениями, у каждой отчуждёнки свои особенности, – превращали Зоны в территории, недоступные для прохождения и изучения неподготовленными людьми. Электронные сканирующие локаторы и всякие датчики определения, конечно, помогали, но надеяться лишь на них – себе дороже.

Только опытные, ухитрившиеся долго ходить в чужой природе сталкеры, которые на собственной шкуре испытали прелести зонных «чудес» и не сдались, не сгинули в пасти инородности, рано или поздно получали шанс научиться выживать на абнормальных территориях…

Как и в других Зонах, имевших уникальные, единственные в своём роде параметры, в российской Зоне Посещения также имелась своя специфика. Неспроста же её назвали Трот. Из-за террасной, ступенчатой формы громадного котлована, вдавленного в толщу планеты на несколько километров.

Ещё в советское время в народе эта отчуждёнка была прозвана так. Позднее название стало официальным. Гораздо реже использовалось ещё одно прозвище, «Недоад» (потому что кругов пять, а не девять), и общеупотребимым оно не стало, хотя очень адекватно отражало не внешнюю форму, а внутреннюю суть.

«Трот» произошло от слова «торт», но только наоборот. Действительно, если посмотреть сверху, с орбиты, по общей форме этот след Посещения разительно напоминает перевёрнутый и вдавленный в толщу планеты пятиярусный свадебный торт. Почти стокилометрового диаметра ямина, разделённая на пять уровней, пять «кругов ада». Четыре вставленных друг в друга концентрических кольца, или «цилиндра», вокруг стержня, маленького кружочка эпицентра.

Он находится на глубине нескольких километров, а сам диаметром не больше расстояния, которое пешеход может пройти за полчаса. Каждая последующая терраса расположена выше предыдущей, и между уровнями – отвесные «перепады». С преодолением вертикалей тоже связаны нюансы, присущие только образу жизни сталкеров Трота.

В остальных Ареалах Визита иначе. Совсем по-другому, начиная от формы рельефов, заканчивая разновидностями локальных ловушек, монстров и иноземных предметов. Общее только одно – неведомая, необъяснённая чужеродная суть, которой подвластно всё, что творится в пределах Зон. А может быть, и что-то вне их пределов… Никто из землян не знает наверняка, зачем эти отчуждёнки появились, и почти никто не осознаёт во всей полноте, какое влияние они оказали на человечество и на «нормальную» природу планеты Земля, во многом являющуюся антиподом той, что нежданно-негаданно вторглась и внесла «заразу» в организм планеты, испещрив её поверхность очагами инфекции… Никто не смог бы даже гарантировать, что человечеству известно точное количество плацдармов вторжения.

Когда-то, при Советском Союзе, Трот находился «за семью замками и печатями», и людей в нём ходило очень мало. В основном экспедиции научных институтов. Ну и гэбисты с военными спецназерами, само собой. Чтобы «держать и не пущать», даже возвели исполинское ограждение, опоясывающее всю Зону, и оснастили его настоящей пограничной стражей по полной программе.

С падением «железного занавеса» пал и режим тотальной секретности. Постепенно, уже в двадцать первом веке, доступ в российскую Зону стал практически свободным. То есть любой желающий, ну или почти любой, мог получить у властей легальную лицензию и совершать вход и выход через Периметр, тот самый огромный бетонный вал, воздвигнутый ещё при Союзе для защиты внешнего мира от чуждых порождений. Все найденные Инопланетные Объекты можно было в отличие от времён СССР вполне легально сбывать и получать за них деньги.

Годные зонники обладали абсолютно фантастическими свойствами и потому всегда оставались востребованными. При определённом везении кому-то сразу удавалось найти и добыть, кому-то нет – у человека имелся шанс остаться живым и принести «хабар», как ещё прозывали зонную добычу, разного рода и вида артефакты.

Но такова уж натура человеческая. Многие ходили в обход системы, нелегально, «дикарями». Это если у них раньше имелись проблемы с законом, не позволяющие получить лицензию, или противопоказания по здоровью. Ну или просто не хотелось плясать под бюрократическую дудку.

Военные, которые служили на Периметре, почти без исключений были готовы за определённую мзду помочь желающим соприкоснуться с загадочной необъяснимостью, свалившейся с небес, встретиться лицом к лицу с инопланетной реальностью. С обратным проходом было уже не так просто, но тоже находились пути. После распада Союза наступил период, когда государство уже не могло полностью контролировать действия граждан. Или не хотело, находя в этом «попущении» определённую выгоду.

В итоге внутри Трота кто только не шастал – научники, патрульные, спецслужбисты, просто индивидуумы, которым больше некуда было податься, свихнутые экстремалы, уголовники, разномастные искатели приключений… Хватало и женщин, хотя в процентном соотношении значительно меньше, чем представителей сильного пола. Но не так уж и мало находилось таких отважных покорительниц ненормальных территорий, возникших на Земле невесть как, невесть зачем и невесть с какой целью продолжающих существовать.

Существовали и другие гипотезы, кроме самой популярной теории, делающей попытку объяснить необъяснимое, прозванной «Радиантом Пильмана». От фамилии лауреата Нобелевской премии по физике, вроде бы первым обратившего внимание, что местонахождения обнаруженных Ареалов Визита, если их соединить линией, образуют плавную кривую. В точности такая могла бы появиться на вращающемся глобусе, если его расстрелять, выпустив из одной точки подряд несколько пуль.

Другие ответы утверждали, например, что это некие сверхсущности из глубин космоса. Осуждённые высшими силами по каким-то, лишь им ведомым причинам и сосланные на Землю; посаженные в «тюремные камеры», коими и являются Зоны. Космические зэки теперь пытаются выбраться из узилищ, при этом между собой попеременно то враждуя, то сотрудничая.

А может, эти «пассажиры» просто отстали от своего «поезда» и теперь бесятся на «забытом полустанке», в качестве которого, понятное дело, воспринимают какую-то несчастную планетку… Впрочем, любое из подобных толкований было слишком «человеческим», основывалось исключительно на представлениях землян о строении мироздания и могло не иметь ни малейшего отношения к истинной причине случившегося Посещения [2]2
  Примечание № 2 – см. в конце книги «Список рекомендаций и напоминаний».


[Закрыть]
.

Поэтому в массе своей люди придерживались популярного предположения о «пикнике на обочине» и рассыпанном инопланетном мусоре. Потому что уж очень стрёмно осознавать, что для неких сущностей твоя родная планета – просто темница, и, как все заключённые, они стремятся к тому, чтобы освободиться, даже если при этом понадобится разнести тюрьму на куски.

«Отставшие от рейса» тоже не слишком привлекательный для спокойствия ума ответ. Ведь тогда придётся допустить самое страшное – что эти чёртовы пришельцы никуда не убрались после окончания своего пикника. Они всё ещё здесь, вперемежку со всеми «отходами», что накидали, и ждать от них можно всего чего угодно.

По сравнению с чем «привычные» Зоны, уже полстолетия как ставшие суровой реальностью на Земле, покажутся досадной, но не такой уж масштабной проблемой. Со следами Посещения человечество и планета как-то смирились, приспособились к ним, даже свою выгоду научились извлекать. А как быть, если иные захотят превратить весь мир в одну сплошную ЗОНУ?..

01: Слав (Отправной мир)

Для человеческой души ход времени измеряется не минутами, часами и сутками, а переменами, случающимися в ней…

Вывод, отражающий разность масштабов между телом и душой человека

«Счастье для всех, даром…»

Туман редел, таял, рассасывался, освобождая улицу и открывая перспективу. Сонную, сырую улицу обычного провинциального города.

Таких полным-полно на просторах европейской части Содружества, в украинских степях и горах, в центральных российских областях и республиках или в белорусских лесах и полях. Не мегаполисы и даже не полумиллионники, а что-то среднее между сельской местностью и населённым пунктом, по-настоящему урбанизированным.

Разновеликими «коробками» с обеих сторон тянулись здания. Слав брёл по утреннему городу, зевая и рассеянно поглядывая по сторонам и перед собой. Одет он был в джинсы и чёрную демисезонную куртку, в руке держал небольшой портфель, не школьный, а офисный, для бумажных документов. Запястье этой же руки охватывал браслет с часами – недорогой марки, строгого дизайна; по их виду сразу понятно, что нужны они владельцу для того, чтобы узнавать, сколько времени, а не в качестве статусного аксессуара.

Поневоле Слав думал о том, будет сегодня ещё дождь или нет. Судя по виду, погодные условия вокруг не обещали ясности, хотя по прогнозу осадков днём не предполагалось. Зонт он с собой не взял, незачем таскать лишнее, если точно неизвестно, пригодится оно или нет. Поэтому высокий молодой человек, уже не юноша, ближе к двадцати пяти годам, русоволосый и кареглазый, шагал и лениво размышлял о том, промокнет или нет… Его подбородок покрывала трёхдневная щетина, под ней острым уголком выступал кадык. Куртка была застёгнута не под горло, и ниже щетины проглядывал край тёплого клетчатого свитера.

Парень завернул за угол, к остановке. Под навесом стояли человек пять, машины проезжали мимо, слегка подсвечивая влажную асфальтовую поверхность огнями фар либо дневных ходовых огней, у кого они имелись в комплектации. И кто, спрашивается, придумал дурацкий закон, по которому нужно ездить днём с включённым светом? Где-то один дурак сделал – другой повторил.

Уныло вздохнув, Слав прислонился плечом к стальной опоре остановки. Интуиция подсказывала, что автобус ждать придётся ещё минут восемь. Он посмотрел на товарищей по ожиданию. Молодая девушка, блондинка в розовом, полностью застёгнутом пальтишке, на него не обращала никакого внимания. Сухонькая старушка сидела на скамейке, рядом с ней толстая женщина с изнурённым детьми и заботами лицом, на краю примостился дедушка с большой хозяйственной сумкой. И мужчина лет сорока, частично просматриваемый за розовой блондинкой…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8