Сергей Усков.

Сто первый мужчина. Роман



скачать книгу бесплатно

– Ну бывает, просчиталась: хапнула лишка. Ладненько, я же не против. Просто раньше об этом разговору не было. А я вот считаю, что половину нашего порошка, мыла, туалетной бумаги, что по нормам нам положено, забирает завхоз. У него семья больше чем у меня, и друзей, говорит, не меряно. У кого бы узнать, сколько вообще нам положено? Может быть, у главврача поинтересоваться? А вообще, давайте ему нажалуемся на завхоза. Порошком нас не обеспечивает, тряпки гнилые. Мы их шьем, шьем – он говорит чаи распиваем, лодыря гоняем.

– Точно! Я напишу в объяснительной: опоздала, потому что зашла купить стирального порошка, которым не обеспечивает нас завхоз. А без порошка качественно и производительно сделать уборку затруднительно. Такую объяснительную намалюю, что завхозу придётся объясняться! Ха-Ха-Ха!


Глава 2. Чистая прибыль в пересчете на здравый смысл

Игорь Михайлович, главный врач стоматологической клиники, просматривал прайс-листы на медицинское оборудование, прикидывал в уме, какую сумму в долларах следует запросить у единственного инвестора частной клиники и, одновременно, её незадачливого владельца.

Прикидывал в уме и на пальцах, потому что прежде предстояло убедить хозяина стать действительно хозяином: крепким, основательным, просвещенным. Не гнаться за высокой прибылью, но иметь устойчивый, хорошо налаженный бизнес. Иметь лицо, равно репутацию, ответственного коммерсанта среднего класса. Так подготовив собственника, предоставить полный расклад: сколько, как и когда.

Пока они, их бизнес платной медицинской услуги, на плаву. Расположены на бойком месте: в двух шагах центра, рядом транспортные и пешеходные развязки, одна из городских площадей, обилие магазинов, как-то разом бок о бок выросших. Любому любопытствующему, утомленного шопингом, сплоченная медицинская команда готова реально и конкретно продемонстрировать преимущества платной медицины, как самое верное и надежное капитальное вложение в собственное здоровье.

Это здание изначально выстроено как поликлиника. Налицо четкая преемственность традиций: эпохи меняются, но миссия врачей неизменна. Лечить, снимать боль, помогать содержать в исправном состоянии физическое тело, как залог приумножения радостей и добра в жизни – это неизменяемо и при царе, и при социализме, и при капитализме.

Клиника – двухэтажное кирпичное сооружение, построенное с немецкой основательностью. Как гласит история города, это одно из зданий, выстроенных немецкими военнопленными – солдатами гитлеровского вермахта, вознамерившихся перестроить мир. И перестраивали город под дулом сталинских чекистов.

Торцом здание выходило на оживленный центральный проспект и метров на сто простиралось в тенистый переулок с полувековыми высоченными рябинами и стройными липами.

В окно кабинета Игоря Михайловича заглядывали ветви рябины. Зеленые листья похожи на сильно прореженную гроздь винограда сорта дамские пальчики.

Круглый год эти ветви радовали глаза. Ранней весной, когда солнце мощным потоком встряхивала оцепенение, смуглые почки выбрасывали нежнейшую вуаль зелени. Тонкие жгутики роста сгущали зелень и разбивали в резную длань листа и пушистую кисть цветков. С приходом полноценного лета листва темнела, сквозь которую уже просвечивала нежная зелень тугих гроздьев ягод.

Осень оставляла на долгую зиму светлую печаль сгорающих листьев, которые порой один за другим как в сказочном сне переносили разрисованный точно акварелью наряд на остывающую землю. Оставались рубиновые гроздья сладко-горьких ягод. По мере укрепления стужи из лесов перекочевывали стайки снегирей. Эти добрые птички долгую зиму изумляли Игоря Михайловича. Округлые, пушистые, неторопливые, грациозные – они словно скакали в мелодичном посвисте в целебном настрое тихой радости. Быстрыми взмахами маленьких крыльев перелетали с ветки на ветку, перекликаясь на приятных нотах. Порой алели на заснеженных рябинах, как новогодние шары на праздничной елке.

Есть люди, которые только своим присутствием преображают окружающее к лучшему. И как будто ничего не привнесено ими из реальных предметов: все тоже, но установлено чуть не так, в какой-то неуловимой взаимосвязи с высшей красотой. Неизъяснимое тепло легкой волной плещется вокруг. Каждый входящий в этот, всё-таки, особенный мир на мгновение застывает пораженный чем-то новым, чему не находит слов.

Таков Игорь Михайлович. Его рабочий кабинет, мог бы стать пособием по некоему подобию фэншую, когда умение организовать личное пространство – развитая способность, талант, отличительное качество. Каждый сотрудник, переступив порог кабинета главврача, чуть по-другому начинал мыслить. Даже владелец клиники с обостренным вниманием пробовал постигнуть иную реальность, обосновавшуюся в его стенах.

Игорь Михайлович никогда не готовился к встрече хозяина: никаких подтасовок, никакого замыливание глаз – строго по существу и в том виде, как оно есть. Строгий самоконтроль и осознанное чувство ответственности отличали Игоря Михайловича.


В полдень массив Георгия Вадимовича, хозяина клиники, ввалился в кабинет Игоря Михайловича. От избытка плотских удовольствий шея хозяина сравнялась с головой, скулы расширились, рельефно обозначив всегда напряженные желваки. Щеки раздулись, как у гигантского хомяка; голова превратилась в усеченный конус. Словно напрочь снесло мозги, словно произведена тотальная чистка, усекновение ненужного. В глазах почившего советского человека, обращенного наплывом денег в барчука Георгия Вадимовича, устаканилось дремучее выражение первобытного человекоподобного чудища, с огромной физической массой и куцей черепной коробкой, с погонялом Патрон.

Короткое рукопожатие смахивало на запрещенный приём в силовой борьбе, осаждающего партнера без слов на колени. Но силы в руках Игоря Михайловича всегда оказывалось больше, приём не срабатывал.

– Ты чё, все еще лыжами занимаешься? Никак не могу до боли сжать твою руку… Хоть бы поддался, ведь я – твой босс, патрон, начальник! – сказал Георгий Вадимович, потирая руку, словно вырванную из железного клещей.

– Лыжами, как и прочей физрой, занимаюсь и поныне. Ты же спрашивал, не далее как позавчера? – ответил Игорь Михайлович.

– Может быть, и спрашивал, всё не упомнишь. Знакомься, – хозяин кивнул в сторону спутницы. – Моя новая секретарша Неля.

Игорь Михайлович скользнул взглядом по длинноногой красавице, выказал на лице любезную улыбку. Неля ответила тем же. Сколько этих нель-маш-свет у Патрона промелькнуло – не счесть. Как, быть может, и у неё, подобных денежных мешков.

– На этот раз взял в помощники секретаршу с двумя высшими образованиями. Магистр! Во как!

– «Магистр ордена куртизанок?» – хотелось спросить, но сказал из вежливости:

– У тебя хороший вкус.

– Она у меня многофункциональна. И секретарь и пресс-атташе, массажист, диетолог и телохранитель в смысле телообожатель

– Дальше говорить не надо. Короче говоря, универсал… Разрешишь перейти сразу к делу?

– Валяй! – Патрон плюхнулся в кресло, закинул ногу за ногу. Неля как веселая птичка примостилась рядышком, не преминув сверкнуть красивыми ногами.

– Понимаешь, Георгий Вадимович, – словно прощупывая настроение Патрона, главврач приступил к оглашению задуманного, – конкуренты начинают наступать на пятки. Появляются компактные зубоврачебные кабинеты, оснащенные новейшим оборудованием. Пока у них лечение несколько дороже. Но качество на порядок выше. Что у нас может сделать высококлассный врач, заложено в конструкцию новейшего стоматологического оборудования.

– Хочешь сказать, не справляешься, теряешь клиентов и пора назначить топ-менеджера. Например, Нелю приставлю здесь коммерческим директором. А, что, идея! Секретарь сделает сногсшибательную карьеру! Ты, Неля, шибко губу не раскатывай, но чего не бывает в наше время. А ты, Игорёк, помни, что колоду тусую я. Ты же не один у меня такой исполняшка. Но спец по зубам – один. В этом твоя фишка.

– Я хотел сказать другое. Мы уже говорили: необходимо начать техническое перевооружение, реконструкцию клиники. У нас есть огромное преимущество – в этом здании испокон была зубоврачебная клиника и можно создать непотопляемый бренд. Не упустить момент, и всё сделать вовремя.

– Это точно, момент упускать нельзя. – Георгий Вадимович на миг задумался, глянул на Нелю, которая тут же поправила прическу, извлекла из сумочки элегантный планшет, служивший и записной книжкой и мультиустройством с функциями электронного делопроизводителя.

– В принципе мне необходимо одно, – сказал Игорь Михайлович. – Чтобы ты озвучил согласие взяться за техперевооружение. Подробную пояснительную записку предоставлю. Приложением к записке будут прайсы, ведомость затрат, условия и сроки реализации. Конечно, на данном этапе необходимо вложить деньги. Потратиться весьма существенно.

– Ты это предлагаешь сделать мне?

– Странный вопрос. Ты единственный владелец этой клиники. Какие могут быть варианты?

– Вариантов много. От ничего не делать до поиска заёмных средств.

– Решать вам. Делать – не делать, и где брать деньги. Мне крайне важно знать ваше конкретное мнение. Я полагаю так: вкладывать деньги в реальный проект гораздо выгоднее, практичнее, целесообразнее, чем хранить их в зарубежном банке, который может лопнуть, и на которой могут наложить санкции. Тратиться на роскошь – такое же безумие.

– Ну, это ты так считаешь. Есть и другие мнения.

– Мне нужно твоё мнение.

– Я повторяю: ты классный врач. Я бы сказал супер! Ты бессеребник – это тоже установлено. Ты хочешь в заштатном городке обосновать европейскую клинику?! А скажи, где возьмешь людей, персонал? Также выпишешь с оборудованием? И кого будешь лечить масштабно? Это народное быдло? Да им достаточно вышибалы для бесплатного удаления гнилых зубов.

– Про народ ты загнул уж лишка! – Игорь Михайлович поморщился. – Беспардонный выпад относительно народа не соответствует реалиям. Про персонал – вопрос уместный. Действительно, где взять компетентных и правильно мотивированных работников?

– Ты мне сперва сам ответь на этот вопрос. Купим оборудование, а кто будет работать? От одного вида наших врачей заболеть можно.

– Организация работы должна также поменяться. Это целая система мотивации и прочего и прочего.




– Ты представляешь, сколько надо сделать, чтобы всё стало на цивилизованном уровне? Всё у тебя: должно, обязаны, будет. Когда-то, что-то, где-то… – тьфу! Я понимаю конкретные вещи!

– Конкретику предоставлю.

– Да ладно, меня парить! Не хочу, и смотреть и слушать. В холле грязь: уборку как следует сделать не могут, а ты говоришь, работа ведется. Не вижу. На этот счет я завхоза счас отметелю. Деньги за что ему плачу?!

– Вопрос интересный. По-моему человеку просто дают доработать до пенсии, – проронил Игорь Михайлович. – Скорее не доработать, а досидеть.

– Счас я ему дам выволочку! У меня, что тут богадельня?! Он не знает, что целью моего предприятия является получение прибыли?!

– Неправильно, – с ходу возразил Игорь Михайлович. – Целью должно быть удовлетворенность клиента. На этом всё и должно строиться, в том числе и бизнес. В уставе ни одной продвинутой фирмы не найти подобной формулировки. Именно в этом ракурсе завхоз заслуживает порицания!

– Ты меня учить собрался? Ты живешь как будто не в России.

– Я живу в красивом городе, в котором родился и вырос. Живу среди людей, которых донимают беды и несчастья, дурость и безответственность, саднит боль душевная и физическая. И я не хочу и не могу, хоть чем-то усугубить ситуацию, где все встали задом, как друг другу, так и к самому пониманию человеческого.

Георгий Вадимович икнул, повернулся к Неле:

– Ты что-нибудь поняла?

Неля передернула плечиками, подумала: «Почему у симпатичных мужчин столько непонятной хрени в голове? Чего не скажешь про Патрона: гадкий, отвратительный, но прогнозируемый!»

– Врачи, приступая к самостоятельной работе дают клятву Гиппократа. В ней что-то и на этот счет есть. Слово еще такое есть, на Г начинается… – сказала Неля.

– Говно? Поменьше говна?

– Нет, этого как раз должно быть больше!

– Говна?! – Георгий Вадимович округлил глаза.

– Пардон, шеф… Гуманизма! Или гуманности! Какое из них правильнее, решать вам.

– Афанареть! На передаче «Выиграть миллион» такое не загадывают! Короче, Склифосовский, кого лечить будем: тебя, меня, обчество?

– Давайте начнем с прикладного варианта. То есть качественно лечить от зубной боли, делать людям белоснежные зубы, чтобы они почаще улыбались и говорили побольше добрых слов. Тогда и глобалистика не повернется задом.

– По мне так лучше задом, – сказал Патрон, заржав ретивым жеребцом. Неля заелозила попкой в кресле. Игорь Михайлович нахмурился: не покидало ощущение, что говорит в пустоту.

– Ты начинай о своем прикладном варианте, – указал хозяин. – Мы с Нелей послушаем, вспомним и подумаем, отчего «великий и могучий русский язык» так богат на слова, смысла и подсмыслы.

– Хорошо. Постараюсь уложиться в 10 минут, чтобы не насиловать ваше внимание. Готовы?

Патрон кивнул, положив руку на ножку Нели.

– Итак, изначально лечение от зубной боли было сущим кошмаром для любого. Поэтому всячески старались отстрочить визит к стоматологу, пока не распухнет щека и не свернет голову от дикой боли. Вследствие чего зубная полость катастрофически быстро превращается в гнилостную помойку со всеми вытекающими отвратительными последствиями, как-то вонь изо рта, токсическое отравление, постоянно действующий источник инфекции и первый очаг грядущего истощения и дряхления…

У Георгия Вадимовича и Нели непроизвольно заныли зубы. Угадав этот момент, Игорь Михайлович быстро переключился на позитив:

– Современные подходы кардинально меняют ситуацию. Лечение без боли и становится сродни визиту в косметический салон, где только один высочайший уровень сервиса добавляет самосознание собственной ценности, соответственно, красоты, обаяния, шарма. Кстати, в современной стоматологии предусматриваются и релаксирующие процедуры. Представляете, мы можем на наших площадях открыть и диагностический центр, и, собственно, пролечивающий, профилактический, косметический. Всё в одном месте. Красота белоснежной улыбки основывается на ясном сознании, очищенном от пагубы стрессов. И многое можно сделать в этих стенах. Здесь, конечно, не будет сумасшедших дивидендов, но будет репутация долговременного бизнеса, позволяющего как рядовым работникам, врачам, так и владельцу вести достойную жизнь. Жизнь, обеспеченную собственным трудом, с качественной работой и качественным отдыхом.

– Во сколько обойдется это удовольствие мне? Какова сумма и доля моего участия? – оборвал босс.

– Девять миллионов девятьсот девяносто девять тысяч, – ответил Игорь Михайлович.

– Шуткуешь?!

– Именно столько. Как раз под эту сумму подгонял. Дадите больше – сделаем больше.

– Я разве тебе говорил, что готов потратиться. Ты не думаешь, что элементарно нет бабла в наличии.

– Кредит под инвестиционную программу с минимальными процентами разве не вариант?

– Дак ты и бери этот кредит. Сделаю тебя полноценным исполнительным директором с соответствующими правами и полномочиями. Что, боишься рискнуть?

– Как-то не задумывался на этот счет.

– А ты задумайся. Расти будешь во всех отношениях. В командировку езжай, детально изучи вопрос о выборе оборудования. Куда лучше ехать: Германия, Израиль? Поедешь не как главврач, но директор. ДИРЕКТОР, япона мать! Думай-думай. Даю два дня. Пошли-ка, Неля, к завхозу зайдем. Я ему счас конец света устрою, ядрена лядь.


Игорь Михайлович остался ошарашенным внезапным предложением хозяина о повышении личного статуса, подразумевающего дополнительное бремя забот, а также дополнительные возможности.

Неужели, удалось убедить Патрона выделить деньги, как раньше выбивал деньги заведующий клиники в областных структурах власти? И можно вплотную приступить к осуществлению заветной мечты?! Важно к цели разработать внятную программу её достижения. Разбить техническое перевооружение вверенного хозяйства на несколько этапов, чтобы не прекращать прием нуждающихся в стоматологическом лечении, и каждый отчетный финансовый период заканчивать с установленной прибылью. Требуемый процент прибыли устанавливал хозяин клиники.

Для Игоря Михайловича осталось за кадром, почему хозяин, по сути барышник и биржевой игрок, купил именно стоматологическую клинику? А не мясокомбинат, не бензоколонку? Поддавшись редкому благому порыву, вознамерился подтянуть убогую больничку к мировым стандартам? Скорее всего, купил, что досталось, что не оттяпали другие ему подобные. Вложил чумовые деньги в нечто более существенное, чем в съедаемые скачущей инфляцией денежные знаки.

Прежнее начальство клиники немедленно уволил по понятным причинам и поставил во главе лучшего специалиста-практика, добросовестного и ответственного, не пустослова, создающего лишь видимость серьезной работы. Выбор пал на Игоря Михайловича, и было это 13 лет назад.

Хозяин клиники словесно делегировал Игорю Михайловичу многие права исполнительного директора и удалился в далекое графство Люксембург по другим, не связанным с клиникой, делам, развивать другое (основное) направление бизнеса и, как повелось у новых русских, кутить и гулять по старушке Европе, шокируя местные нравы роскошью, блудом и пьянством.

Так в одночасье рядовой врач стал единовластным администратором клиники. Он ратовал за политику постепенных и тщательно обдуманных реформ, принципа постоянных улучшений. Игорь Михайлович уверен, что заблуждения и ошибки, иной раз стоят того прозрения, что за ними следует, если голова в порядке и совесть не пропита и не продана.

Основную ставку Игорь Михайлович сделал на техническое переоснащение клиники. Вместе с новым оборудованием появится новый подход к работе, новые формы ее организации и оплаты в несопоставимо большем размере. Также существенно повысятся требования к квалификации врача, к его умению качественно и производительно работать. В итоге сформируется новый тип работника. В полном соответствии с давней доктриной: «бытиё определят сознание».

Из года в год клиника стала преображаться, как всегда бывает, когда в доме появляется настоящий хозяин. Росла репутация, как медицинского заведения, качественно и недорого оказывающего Услугу по освобождению от боли. Появились очереди – основание и необходимость расширения как базы, так и спектра Услуги.

Игорь Михайлович совсем недавно отметил сорокапятилетний рубеж. Впереди, казалось бы, целая жизнь, быть может, еще столько же лет. И сам он крепкий, здоровый, спортивного вида мужчина, так же казалось бы, полон нерастраченных сил. Однако за эти тринадцать лет его импозантная шевелюра слегка вьющихся русых волос резко посветлела серебром седины.

Он внушал себе: дабы что-то весомое и ценное состоялось, следует безжалостно отмести лишнее, невразумительное, поверхностное, наносное. А что осталось – с величайшим усердием двигать вперед, развивать, усовершенствовать. Подчинить себя высочайшей самодисциплине, иметь в голове четкий идеал и хранить его как талисман.

 
***
 

Солнечные лучи легкой позолотой тронули обсыпанные снегом ветви рябин с промерзшими насквозь почками. Засверкали в белоснежных дланях дерев кристалликами магического света. Фантазию света добавляли скачущие алые шары. Это красавцы-снегири прыгали с ветку на ветку с тихим мелодичным жуканием.

Игорь Михайлович глянул на термометр, закрепленный на наружной стороне оконной рамы. Четырнадцать градусов ниже нуля – это тепло. Таким воздухом, выстоянном на легком морозе, дышится легко. Взять лыжи и покататься часок-другой? Покататься по хорошо проторенной лыжне в лесопарковой окраине города, освещаемой в сумерках. В прошлое воскресенье с женушкой Ольгой так чудесно прошлись на лыжах по заснеженному лесу.

С Ольгой они ровесники. Познакомились в институте; учились на разных факультетах. С тех пор вместе. Все происходило как само собой разумеющееся. В институте дружили, после окончания поженились, потому что дружба была настолько сильна и прочна, что случившаяся близость интимная стала гармоничным следствием здорового интереса друг к другу.

Для Ольги, с её всесторонней чистоплотностью, природной стыдливостью и развитым интеллектом, одно сокращение дистанции поднимало бурю чувств. И это уже служило той самой подготовкой партнерши, о которой твердят пособия по сексуальной жизни. У развращенной пустышки только тёртый партнер способен изыскать и точку Q, и сеть эрогенных зон. И затем точно фокусник задействовать все точки и зоны. Тем самым привести партнершу в чувство, пробудить, дойти до развязки в форме взрывного оргазма. Интеллект подразумевает развитый внутренний мир, что силами собственной души поднимает на уровень эйфории, оставляя последний штрих подлинному другу. Это одно из толкований любви.


После зимнего солнцестояния, когда пройдена ежегодная веха кончины года, когда Земля повернулась к Солнцу, с благостным почином начинается каждый божий день. Трескучие морозы ослабевают; зимний лес превращается в сказочные декорации.

Лыжня проложена широкая, состоявшая из трех полос: две для обычного лыжного хода, третья – для бега «елочкой». Игорь Михайлович и супруга вышли на лыжню рука об руку, улыбаясь от предвкушения удовольствия здоровой физической разрядки. Неразлучные счастливые супруги!

Ольга с виду не выделялась ни ростом, ни фигурой, ни чертами лица – не сногсшибательная красавица и не уродина. Но грациозные движения, дивный голос, живой взгляд умных глаз, звонкий смех, мягкость в обращении с кем бы ни было – Ольга исподволь притягивала обаянием душевной красоты. Полное отсутствие у супруги пороков, душевных изъянов порой озадачивало Игоря. И он находил этому феномену объяснение: они по-настоящему любили друг друга и никогда об этом не говорили напрямую; тонкая связь оттачивала душевные качества. Как-то стыдно делать, что не соответствовало их возвышенному уровню взаимоотношений.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Поделиться ссылкой на выделенное