Сергей Тармашев.

Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание



скачать книгу бесплатно

– Всё, – бессильно выдохнул он. – Парень умер, упокой, господи, его светлую душу!

– Он… – Майк невольно отодвинулся от покойника, глядящего на него широко открытыми, остекленевшими глазами. – Он потерял много крови? Или з… замерз?

– Всё сразу. – Андерс болезненно закрыл глаза. – Зверье разодрало ему ноги, но я надеялся, что их удастся сохранить хотя бы до колен… Парень потерял много крови, обогрев вышел из строя, снаряжение разорвано в лохмотья… Переохлаждение его добило. Молодой совсем… неопытный. Нет никакой адаптации к Холоду, а тут ещё кровотечение… Не выдержал, бедняга. Жаль. Сердце у него было горячее. Хороший человек ушел. Настоящий.

Несколько секунд Андерс молчал, после чего вернулся к Пересу и попытался закрыть покойному глаза. Но заледеневшие веки не поддавались, перчатка соскальзывала по лицу, и старый полярник прекратил попытки.

– Присмотри за ним, – велел он Майку. – Он тебя спас. – С этими словами Андерс натянул мертвецу капюшон поглубже на голову, закрывая лицо, и ушел к остальным.

К Реактору вышли со стороны северных ворот. Радиоантенну на вездеходе Майка выломали медведи, но, по всей видимости, вторая машина сохранила связь, и её пассажиры сообщили на базу о произошедшей трагедии. За воротами растерзанную экспедицию ожидало полдюжины оборудованных пулеметными турелями вездеходов и аэросаней, и, едва поврежденный вездеход оказался в зоне видимости, наглухо запечатанные проходы через нити начали отпирать. Но бесившееся вокруг Завесы зверье первым заметило приближающуюся машину. Визжащие и рычащие стаи устремились ей навстречу, словно грязно-белая река, стремительно несущаяся по обледенелому насту. Со стороны Реактора загремели пулеметные очереди, почти сразу позади полуживого вездехода показался второй уцелевший транспорт, издали открывая огонь, и атакующее зверье бросилось врассыпную, спешно зарываясь в снег.

– Они разбегаются! – Майк вытянул шею, стараясь рассмотреть через окно, что происходит снаружи. – Эти уродливые твари прячутся! – Он нервно засмеялся: – Они испугались!

– Их слишком много. – Андерс настороженно оглядывался по сторонам, глядя в окна разных бортов. – Когда эти проклятые мутанты сбиваются в такие стаи, они ничего не боятся! Не нравится мне это! Слишком странно!

– Их отстреливают третьи сутки, – болезненно скривился полярник, подпиравший плечами тюк. – Зверье просто нажралось телами расстрелянных соплеменников настолько, что не хочет лезть под перекрестный огонь. Хитрые твари, чтоб им…

В этот момент под днищем вездехода раздался короткий хруст, с громким звоном ударил металл о металл, и машину резко занесло, закручивая вокруг своей оси. Полярники не смогли удержать человека, подпирающего импровизированную заглушку из палатки, он отлетел и рухнул на сиденья, ругаясь от боли. Тюк вывалился из дыры, глухо ударившись о залепленный кровавыми ледышками пол, и в открывшееся отверстие вновь ворвался ветер. Но на этот раз всё обошлось. Водитель быстро остановил вездеход и обернулся:

– Всё, приехали! Рулевое развалилось к дьяволу, мать его! Не дотянули полсотни метров всего! Дальше придется пешком! – Он распахнул водительскую дверь и выпрыгнул на снег.

– Выходим, выходим! – заявил Андерс. – Пока дождемся транспорта, задница льдом покроется! Проще на своих двоих добежать! – Он обернулся к Майку: – Давай, Батлер, вылезай и бегом к бункеру! Тебе сейчас пробежка только на пользу!

Полярники один за другим выскакивали из машины, и Майк поспешил за ними.

Он не хотел оставаться здесь и лишней секунды, на сегодня с него хватит подвигов. Поломанным вездеходом, трупом Переса и всем остальным пускай занимаются спасательные команды. Оказавшись снаружи, Майк невольно остановился. Их вездеход сломался у самых ворот Завесы, всё пространство перед которой было густо перепахано следами лап, отпечатками кувыркавшихся по снегу тел и бороздами от клыков, хватавших заледеневшие капли крови. Повсюду валялись гроздья мелких ледяных пузырей, и он узнал застывшую пену, брызжущую из пастей мутантов. Тварь, что едва не отхватила ему пятку, выплевывала вместе с яростным визгом точно такую же. Если бы не Перес, она не остановилась, пока не прикончила его. Майк бросил взгляд внутрь замершей машины, на прислоненное к углу неподвижное тело, и торопливо поковылял к зданию базы.

– Батлер, приятель, бегом, бегом! – Андерс схватил его за руку и побежал, увлекая за собой. – Разгоняй кровоток! Через полминуты будем в тепле, отогреемся, медики тебя осмотрят! Ногу чувствуешь?

– Да, сэр. – Бежать было тяжело. Лишившийся наста снег оказался довольно глубоким, и ноги утопали в нем до половины голени. – Немного холодно, но с ней все в порядке!

– Тогда двигай сам, а я позабочусь о Пересе! – Старый полярник отпустил его руку и повернул назад. – Эй, там! – раздался позади его голос. – Помогите мне! В нашем вездеходе тело погибшего!

Ему что-то ответили, но Майк не расслышал. До входа в бункер оставалось метров тридцать, вокруг кипела суета, ремонтные команды спешили взять на прицеп сломавшийся вездеход, спасатели разворачивали носилки, кто-то что-то кричал о тяжелораненых, находящихся во второй машине, из дверей бункера Майку уже призывно махал рукой бригадир Уокер.

Кто-то тихим шепотом, невнятным и едва слышным, окликнул Майка сзади. В первую секунду ему показалось, что это Перес бесшумно бежит следом за ним и глухо шепчет: «Торопишься, трус?» Майк оторопел от неожиданности и замер, словно вкопанный. Он резко обернулся, сжимая кулаки, но позади никого не оказалось, зато теперь шептали с другой стороны, и ещё тише. Майк дернулся назад, впиваясь взглядом в Уокера, и недоуменно нахмурился. Бригадир стоял у входа в бункер, сняв капюшон и стянув лицевую маску. Он напряженно прислушивался к чему-то, испуганно косясь на термометр. Майк невольно последовал его примеру и увидел указатель, застывший на отметке в минус пятьдесят градусов по Цельсию. Внезапно он понял, что абсолютно все вокруг не двигаются и замерли подобно Уокеру. В наступившей тишине мягко шелестел почти неуловимый для слуха шепот.

– Батлер! Сюда! Бегом! – крикнул Уокер, торопливо натягивая лицевую маску. – Быстрее!

Майк непонимающе пожал плечами и сделал пару шагов, переходя на бег, как вдруг за его спиной раздался отчаянный, полный ужаса, истошный вопль:

– Воронка!!!

Мгновенно взревели моторы, зазвучали крики, находившиеся у входа в бункер люди, бросая на небо панические взгляды, бросились внутрь. Майк поднял голову и увидел, как чистое небо над базой стремительно мутнеет, словно гигантское марево, и исполинский океан дрожащего воздуха мгновенно складывается в колоссальный до бесконечности торнадо, протянувшийся далеко в небо. Острый приступ первобытного страха словно кипящим железом ошпарил нервы, бросая тело вперед, и Майк что есть силы рванулся к бункеру. Он был уже в двадцати шагах, когда Уокер заорал, тыча рукой в ближайший страховочный трос, соединяющий бункер с ближайшим ангаром:

– Поздно!!! К канату!!! Пристегнись!!! – и прыжком скрылся за дверью.

– Стой!!! – закричал Майк, ринувшись следом. – Не закры…

В следующее мгновение раздался оглушительный вой, и всё вокруг вздыбилось океаном снега. Невидимый таран врезался в Майка, словно многотонный грузовик в пушинку, и его с огромной скоростью швырнуло куда-то в серую снежную мглу. Мощным ударом из легких выбило воздух, он, словно оказавшаяся на суше рыба, судорожно пытался сделать вдох, размахивая в полете руками и ногами, как вдруг поперек груди его хлестнула острая жгучая боль, словно перерезая тело пополам. В мозг словно впилась бензопила, лишенные воздуха легкие свело судорогой, и Майк на несколько секунд потерял сознание. Очнулся он почти сразу от болезненных ударов по голове. Оказалось, что он висит на страховочном тросе, словно тряпка, сложившись почти пополам, и ужасающие порывы урагана бьют его о слежавшийся снег, проламывая тонкую корку наста. Грудь пылала болью, дыхание давалось с трудом, пошевелиться не удавалось.

«Пристегнуться!» – Мысль пришла с очередной вспышкой боли, сопровождающей удары о снег. Если его сорвет с троса, он умрет! Майк с хрипом подтянул руки к животу, нащупывая страховочный карабин. Оказалось, что пальцы одеревенели от холода и слушаются плохо. – «Я замерзаю! Скоро откажет обогрев! Надо добраться до здания, до любого! Иначе смерть!» – Вспышка страха придала ему сил, и он сумел защелкнуть на тросе проскальзывающий в окоченевших руках поясной карабин.

Теперь нужно ползти по снегу на спине, подтягиваясь на руках и отталкиваясь от земли ногами, как учили на тренировках! Только так у него есть шанс добраться до строения, любой трос заканчивается прямо у входной двери! Он попытался разогнуться и понял, что почти не чувствует правой ноги. Она словно превратилась в обрубок, распухшее полено, вмороженное в лед и отказывающееся подчиняться. Перед глазами вспыхнул образ Джеймса, ковыляющего на протезе по утлому офису, и зловеще жужжащая пластиковая кисть эксперта из Полярного Бюро. Майк забился в панике, схватился непослушными руками за трос и что есть силы рванул его на себя, пытаясь перевернуться на спину. Но едва он зашевелился, как яростно ревущий воздушный поток сорвал его с троса и с размаху вбил в заснеженную землю. Грудь снова обожгло режущей болью, дыхание перехватило, тело затряслось, словно в огромном шейкере, конечности начали быстро коченеть от нестерпимого холода. Тело начало бить крупной дрожью, обшитые теплоизолятором очки раскалились от мороза, накаляя воздушную прослойку перед заслезившимися глазами, и мгновенно застывающие капли слез ледяными иглами впивались в кожу. Тупая студеная боль, словно токсичная оболочка, внезапно оказавшаяся на теле вместо кожи, один за другим отключала рецепторы, погружая человека в одеревеневшую неподвижность.

Майк с трудом развернул бьющуюся о снег голову и попытался оглядеться. Вокруг безумствовало серо-снежное месиво, заслонившее собою весь мир, и он не смог увидеть даже собственных ног. Его тело трепыхалось по изломанному насту на ураганном ветру, пристегнутое к страховочному тросу, и взбешенный воздушный поток стремился во что бы то ни стало оторвать человека от страховки и растереть о ледяную бесконечность, словно тесто о поверхность стола. Надо ползти по канату! Надо ползти! Иначе смерть! Правой ноги уже словно нет, руки жжет нестерпимая ледяная боль, пальцы сгибаются с трудом, и каждый вдох обжигает носоглотку жестоким холодом, как будто её раздирает множеством острых мелких крючьев. Погруженная в ледяную купель кожа перестала чувствовать одежду, и Майк понял, что начинает замерзать насмерть. Он закричал, но вместо вопля из потерявших подвижность губ раздался лишь надсадный хрип, утонувший в неистовом завывании бушующего урагана.

Собрав остатки сил, Майк ухватился за трос. В какую сторону ползти?! Кругом снежное месиво! Он понял, что не знает, где находится. Быстрее! Быстрее! Куда угодно, лишь бы выжить! Ползти по канату ещё быстрее, но ползет он или нет?! Потерявшие чувствительность пальцы не ощущали ничего, и Майк напряг шею, насколько мог, чтобы разглядеть происходящее. Старый Джеймс, когда попал в Воронку, тоже не чувствовал рук и потому смотрел на них, чтобы быть уверенным, что действительно стучит в запертую дверь бункера. Значит, и ему нужно не спускать глаз с пальцев, вяло перебирающих трос. Майк подтянулся на негнущихся руках, но понял, что они больше не слушаются его, ледяная боль в конечностях прошла вместе с ощущением наличия самих конечностей, словно теперь у него уже нет ни рук, ни ног. Обожженные холодом глаза потеряли четкость зрения, заполнившее всё вокруг снежное месиво начало расплываться, и бьющееся в паническом ужасе сознание вдруг выдало до безумия спокойную мысль: Джеймс как-то говорил, что если ты, замерзая, вдруг почувствуешь, как становится тепло и хочется спать, – значит, всё. Холод пришел за тобой.

Что-то уткнулось ему в окоченевшее тело, но понять, что это было, Майк не смог. Он почти не чувствовал себя, и такой толчок с одинаковым успехом мог означать и очередной удар об землю, и то, что его проткнуло чем-то насквозь. Мутная снежная пелена перед глазами, дергаясь и подпрыгивая, поползла куда-то в сторону, ураган сорвал с троса непослушные руки, словно пустые тряпичные рукава, но дерганье не прекращалось. Превратившееся в промерзшее бревно тело, трепыхающееся на земле под беснующимися воздушными потоками, короткими рывками ползло спиной вперед куда-то в снежную мглу. Майк понял, что его тащат вдоль страховочного троса за спинной карабин, назад, в противоположную от направления его движения сторону. Снова что-то ткнулось в спину, или это окоченевшая спина уткнулась во что-то… понять точно он уже не мог. Внезапно бескрайняя снежная круговерть вокруг сменилась дрожащим электрическим светом, и Майк увидел вверху над собой потолок бункера, по которому бегут осветительные плафоны.

– Держись, Батлер! – Лицо бригадира Уокера в залепленном снегом снаряжении закрыло собой череду плафонов. – Мы тебя вытащили! Через минуту будешь в госпитале! Не засыпай! Держись!

Бригадир исчез, и плафоны замелькали вновь. Потом мимо побежали лестничные перила, дверные проемы, и к нему потянулся целый лес рук. В тело снова уткнулось нечто, беготня плафонов по потолку продолжилась, и кто-то сорвал с него очки и лицевую маску.

– Дорогу!!! – раздался громкий крик. И сразу за ним второй: – Быстрее толкай! Ещё быстрее!!!

Мутное зрение выхватило чью-то голову, застывшую сверху как-то вверх ногами, знакомо загремели пластиковые колеса, и Майк понял, что его везут в госпиталь на передвижной медицинской платформе. Тот, кого он видит, толкает её сзади, значит, это его только что подгонял недовольный крик человека, который тянет платформу спереди… Всепоглощающая жажда жизни вспыхнула в мозгу с новой силой, и всю оставшуюся дорогу Майк, не в силах шевелить потерявшими гибкость губами, желал только одного: пусть он толкает быстрее!!! Ещё быстрее!!! Ну почему же он бежит так медленно!!!


Глава пятая

– Так, теперь проверим чувствительность пятки! Ну как? – Врач несильно уколол Майка ланцетом и усмехнулся, глядя, как тот невольно отдергивает ногу. – Вижу, всё о’кей! Рецепторы в норме!

Майк спрятал ногу под больничное одеяло и закутался в него сильнее. Полчаса назад, когда он пришел в себя в больничной палате, его не так морозило, как сейчас. Несколько часов он чувствовал себя изможденным и разбитым, словно выжатый лимон, но по крайней мере не было холодно.

– Повезло тебе, парень! – констатировал доктор. – Уокер тебя быстро нашел и зацепил. Вовремя вытащили. Ты пробыл под Воронкой меньше минуты, но аккумуляторы термопластыря уже были разряжены. Ещё несколько секунд, и ногу пришлось бы ампутировать.

– Меньше минуты? – опешил Майк. – Мне казалось, я там час провалялся! Я самого себя не чувствовал, руки-ноги не двигаются, пальцы не сгибаются, и не понять, держишься за трос или нет…

– Это Холод, сынок, – без тени иронии ответил врач. – Он убивает человека медленно, вытягивая из него жизнь вместе с теплом. В какой-то момент заледеневшая плоть перестает подчиняться хозяину, но мозг его всё ещё жив, и свои последние секунды ты проводишь запертый в собственном теле, словно в утлом карцере для смертников.

– Как же бригадир Уокер смог меня вытащить? – Майк вспомнил всепоглощающий ледяной саван, облепивший жгучей болью быстро теряющее чувствительность тело, и невольно съёжился. Движение немедленно отозвалось болью в груди и пояснице. – Ххх! – выдохнул он, скривившись.

– Постарайся не делать резких движений, – порекомендовал доктор. – У тебя сломаны два нижних ребра и сильное растяжение мышц спины. Ерунда на самом деле. За пару недель пройдет, но двое суток полежишь у нас. К тому же здесь сейчас самое теплое место на всей базе. А Уокер – Уокер у нас лучший спасатель-тросовик во всем Бюро! У его команды огромный опыт, они вытаскивают людей из Воронок седьмой год. Поэтому всех новичков руководство ставит в одну вахту с Уокером. На всякий случай. Как видишь, не зря! Ты отдыхай пока, торопиться некуда, снаружи Воронка не утихает.

К обеду к нему в палату заявилось не меньше дюжины сослуживцев во главе с Уокером.

– Глядите-ка! Наш счастливчик уже оклемался! – провозгласил улыбающийся бригадир. – Везучий ты сукин сын, Батлер! И как только ты успел пристегнуться, тебе же до троса оставалось метров пять, когда Воронка ударила!

– Меня бросило прямо на него. – Майк болезненно потер поясницу. – Надело на трос, как простыню на бельевую веревку! Я чувствую, как бьюсь головой о снег, открываю глаза – и вижу собственные колени! Хорошо, в колледже спортом занимался, так бы это была проблема!

Уокер под дружный смех полярников осторожно хлопнул его по плечу и поставил около кровати объемистую сумку для транспортировки снаряжения. Кто-то бросил рядом вторую такую же.

– Молодец, что сумел пристегнуться! – похвалил бригадир. – Воронка уносит людей за сотни километров. Иногда ураганы приносят заледеневшие тела обратно через десятки лет. В секторе ХААРП не раз находили трупы после бурана. Ты зачем в другую сторону от бункера полз? Ориентацию потерял?

– Да, – признался Майк. – Я от удара потерялся, потом, когда опомнился, вокруг одно месиво из бурлящего снега, даже ног не видно. Полз наугад. Как вы меня нашли, сэр?

– Как обычно. – Уокер пожал плечами. – По рывкам и углу натяжения троса. Так мы определяем, есть на тросе кто-нибудь или нет. С тобой, к счастью, оказалось проще, чем с другими. Я наткнулся на тебя, как только выполз из бункера, в трех метрах от входа. Зацепил, и парни тебя вытащили. Думаю, тебя швырнуло на трос довольно далеко отсюда, но после того, как ты пристегнулся и слез с него, подтащило по тросу прямо ко входу. Ветер в тот момент был точно в нашу сторону, и снаряжение твое сильно ободрано. Вот, – он кивнул на ближайшую сумку, – мы выписали для тебя всё новое. Обогрев работает отлично, и аккумуляторы новые, сам проверял.

– Спасибо, сэр! – Майк плотнее закутался в одеяло. – Многих удалось спасти? Кроме меня на улице в тот момент было полно людей…

– На момент вашего возвращения из Могильника на улице работало больше половины вахты: строительные бригады вели ремонт АЭС, встречать вас вышли спасательные команды, охрана была задействована возле Завесы, чтобы отогнать мутантов, вся техника вышла наружу. Но зверьё тогда попряталось не из-за пулеметов, оно почувствовало приближение Воронки. Этого никто не понял… – удрученно ответил Уокер, на мгновение закрывая глаза. – Воронка застала нас врасплох. Мы ведь ждали её гораздо раньше, сразу после того, как мощность ХААРПа пришлось резко понизить. Но тогда отдачи не случилось, и все решили, что всё обошлось, такое иногда бывает, а Барбекю надо было срочно восстанавливать… В общем, не все успели пристегнуться. Но даже если и успели…

Бригадир секунду молчал, после чего с тяжёлым вздохом продолжил:

– Два троса, те, что ведут от ворот внутренней нитки Завесы, мы нашли оборванными. Вероятно, на них повисло слишком много человек, крепления не выдержали нагрузки. Ещё один натянут, как струна, несмотря на ураган, и уходит с понижением. Мы думаем, его придавило перевернутым вездеходом. Работать на нем было нельзя, он мог лопнуть в любую секунду. С остальных тросов сняли всех, кого успели за четыре минуты, но этого времени слишком мало… – Бригадир болезненно поморщился: – Кто-то должен был успеть доползти до других строений. Как ураган закончится, будем разбираться. А ты пока выздоравливай. И надень комбинезон, лежи в постели прямо в нем, медики не будут против. В бункере введен режим экономии энергии.

– Что случилось? Произошла авария на последнем энергоблоке?! – Майк вспомнил руины теплообменника Барбекю. Её же ещё не восстановили, работы только начались! – АЭС не работает?!

– Если бы Барбекю не работала, мы б тут без снаряги не сидели! – успокоил его кто-то из полярников. – Резервная подстанция сдохла. Нагрузки за последние две недели было слишком много, не хватало энергии на подзарядку, так что теперь в ёмкостях пусто.

– Это так, – поморщился Уокер. – Две Воронки подряд – слишком много для единственного энергоблока, переведенного на минимальную мощность. Сектор ХААРП пришлось перевести в режим минимальной активности, он сейчас работает в автоматическом режиме. Этого хватит ненадолго, да и то лишь благодаря тому, что сейчас лето. Необходимо срочно восстанавливать до штатной работоспособность хотя бы одного энергоблока. Иначе заморозим Новую Америку. Так что, Батлер, отогревайся пока что здесь. Тут плюс восемнадцать. У нас в спальном помещении пятнадцать, на лестничных тамбурах двенадцать. А на первом уровне вообще плюс пять, его сильно выморозило, пока проводили спасательную операцию, тепловые завесы сейчас еле справляются, питания не хватает. В общем, как только установится штиль, работы у всех будет выше головы!

Посетители ушли, и Майк первым делом надел комбинезон. В одежде под одеялом стало гораздо приятнее, и от нахлынувшего на озябшее тело тепла стало клонить в сон. Он уснул, но долго проспать не смог, ему постоянно снился залитый кровью Перес, с покрытыми льдом глазами. Он медленно брел к Майку через бушующую Воронку и тихо шептал: «Батлер! Помоги!» – и его едва слышный шепот звенел в ушах, отдаваясь болью в барабанных перепонках. Пристегнутый к тросу Майк судорожно перебирал руками, пытаясь уползти от него, но пальцы не слушались и отказывались сжимать трос, из-за чего руки проскальзывали по нему, будто по скользкому ледяному канату. В итоге пришлось попросить у медиков успокоительного.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24