Сергей Страшнов.

Актуальные медиапонятия: опыт словаря сочетаемости



скачать книгу бесплатно

Глокализация

Современные средства массовой коммуникации и современные тенденции их распространения по миру таковы, что можно уверенно говорить о глобализации медиапространства. Совсем недавние как будто бы заманчивые проекты всемирных газет так и оставались недовоплощенными, зато теперь расстояния минимизируются, границы разрушаются под натиском новых технологий: это радио для всех говорящих на каком-то из особенно распространенных языков, спутниковое телевидение, Интернет, мобильная телефония. В результате становятся возможными парадоксальные суждения – подобные тому, что медиа лишают нас чувства места (Дж. Мейровиц).

Чаще предполагалось как раз обратное, а именно: человек благодаря СМИ укореняется в данном ему пространстве и времени, осваивает их и адаптируется к ним. Однако в ходе общепланетной экспансии масс-медиа, растворения человека в человечестве, вовлечения людей в гигантские всемирные катаклизмы действительно происходит или намечается отрыв индивида от окружающего, отчуждение его от реальности. Как замечает американский журналист Д. Николс, рассказ «о далеких происшествиях или преступлениях передается как сообщение из соседнего города, и наоборот. Картина мира становится неузнаваемой и неуловимой».

Но если уж из сферы действия глобальных СМИ вырваться практически невероятно, тогда и речь, стало быть, следует вести не о том, как им успешнее противостоять, а о том, чем их разумнее дополнять. Подобные попытки и обозначаются особым понятием «глокализация», которое запустил в оборот английский специалист Р. Робертсон. Необычная сочетаемость, как и в последующих случаях с квалоидом или инфотейнментом, заложена внутри самого этого термина, созданного путем изящного наложения слова «глобализация» (от фр. global – общий) с заменой одной буквы на воспроизведенное полностью слово «локализация» (от лат. localis – местный), либо так: путем простого, но остроумного добавления к последнему первой буквы другого понятия.

Получается, что очевидные как будто бы параметры – такие как ареал, то есть площадь распространения издания или диапазон действия канала – не только не теряют своего значения, но и заявляют о себе с новой силой в качестве территориального (административно-территориального) фактора журналистики. При этом учитываются технические (длина волны, например), экономические (объемы средств на выпуск) и социально-политические условия.

Можно заметить: введенное Робертсоном понятие звучит как девиз, призывающий к примирению, рвущийся ему навстречу. Употребляющие термин аналитики тревожно соглашаются с тем, что в результате только еще развертывающейся глобализации под угрозой оказались национально-культурные интересы даже многих густонаселенных стран. Что же тогда и говорить об аудитории областей, штатов, департаментов, округов и районов? Подмечено, что преобладающие на трех федеральных телеканалах московские тусовочно-политические новости жителями глубинки воспринимаются в виде чего-то мутного или сказочно-нереального, не имеющего к их обыденной жизни ни малейшего отношения.

Но ведь почти ничего иного СМИ общероссийские, то есть по идее (а разве не ТВ сегодня – единственный, хотя и явно паллиативный вариант национальной идеи?) как раз интегрирующие, своим зрителям не дают.

В таком пренебрежении потребностями простого человека сквозит подчас неприкрытый цинизм – как выразился один из деятелей шоу-бизнеса, «пипл все схавает». Однако не оттого ли нарастает как раз и реакция протестная: на протяжении двух последних десятилетий, когда популярность столичной прессы существенно ослабла, подписка на издания локальные (причем не только в провинции, но даже и в Москве) продолжала оставаться относительно стабильной, а плотность ее – высокой. Сходные тенденции отмечаются на радио, причем современные изобретения этому не только мешают, но и способствуют: так, например, цифровые технологии стимулировали в Японии и Сингапуре развитие местных радиостанций. В крупных городах всего мира неуклонно расширяется сеть так называемого узкого, кабельного телевидения. Более того, встречаются сообщения о собственных передачах, изготовленных и демонстрируемых то в воронежском селе, а то и на «зоне».

Объяснить все перечисленные процессы трафаретно – одной лишь низкой платежеспособностью населения, видимо, уже невозможно. Скорее (или дополнительно) стоит учитывать тягу людей к децентрализации сообщений и их индивидуализации. По сравнению, скажем, с периодом перестройки наметился явный поворот отечественной аудитории к собственным житейским проблемам. Вполне понятно: таким способом личность сознательно или инстинктивно защищает и отстаивает свою неповторимость. И местные СМИ, как никакие другие, способны в этом помочь.

Общемировые бренды, в том числе в медийном своем выражении, непосредственно посягают на уникальность небольших городов, поселений, местечек. Между тем последние все еще продолжают держать оборону, поскольку погружение в собственные заботы, самоидентификация – столь же неискоренимая потребность человека, как и желание отвлечься. Именно поэтому падение тиражей локальной прессы – на фоне всех прочих изданий – происходит сравнительно замедленно. Человеку необходимо ориентироваться в окружающем, поэтому он и нуждается в оперативных, адекватных региональных новостях, и в этом смысле название одного из шуйских изданий – «Местный спрос» – выглядит едва ли не символически. Локальная идентичность, соответственно, помимо самоосознаваемой – гордо или с сожалением – особой ментальности («я – пермяк, костромич, пучежанин» и т. д.), означает осведомленность в происходящем поблизости. И кто, если не здешние СМИ, способны наделять земляков подобной информированностью? Компактный ареал, конкретность целевой аудитории и ее повышенная мотивированность позволяют журналистам работать наиболее адресно и оперативно, одомашнивать выпуски, делать их теплее и проникновеннее.

Персонификация противостоит мистификациям. Читателю, слушателю, зрителю приятно узнавать в персонажах СМИ своих родственников и знакомых, а уж упоминание о нем самом явно поднимает градус личного самоуважения. И если бы, скажем, фотографии аборигенов появлялись здесь чаще, чем лица официальные, популярность локальной прессы могла бы и повышаться. Как справедливо заметила редактор районной газеты, «федеральные и региональные издания покупают для того, чтобы узнать о других», а «районные и городские газеты – для того, чтобы прочитать о себе». В последних неуместна слишком узкая специализация, такие газеты тяготеют к универсальной, семейной проблематике, склонны поддерживать культурно-исторические и, как правило, спокойны по тону. К ним больше доверия хотя бы потому, что репортеры неплохо представляют себе степень осведомленности людей и сами дорожат фактической точностью. Все это, безусловно, повышает шансы местных СМИ в соотношении с остальными.

Более спорным является креативный их потенциал, хотя кое-кто на него надеется. Тед Тернер, например, уверен, что малые независимые средства массовой информации, подобно малым предприятиям в промышленности, являются движителем инноваций. С их утратой мы, как подчеркнул он в интервью «Вашингтон пост», «теряем большие идеи. Крупные корпорации, как правило, ориентированы на прибыль и вовсе не любят рисковать». Зато рекламные перспективы региональной прессы выглядят уже совершенно сомнительными, несмотря даже на такие доводы, что она ближе не только к аудитории, но и к местным производителям. Во-первых, их просто мало, а, во-вторых, СМИ и глобализировались, вполне возможно и прежде всего, в угоду рекламе: чтобы предпочтение кока-коле, «сникерсу» и «блендамету» отдавалось по всему свету. Знаменитый французский беллетрист Ф. Бегбедер предрекает: «Скоро государства сменятся фирмами. И мы перестанем быть гражданами той или иной страны, мы будем жить в торговых марках – Майкрософтии или Макдоналдии – и зваться келвинкляйнитянами или ивсенлоранцами». И примерно о том же тотальном клонировании пишет в романе «Бренд» наш соотечественник О. Сивун.

При всей нежелательности подобной перспективы именно здесь располагается едва ли не самое уязвимое (оно же центральное) звено локальной журналистики в сложившемся противостоянии с глобальной – собственная финансовая несостоятельность. В большинстве случаев такие СМИ существуют сегодня за счет дотаций – особенно в регионах, которые сами являются дотационными. Многие газеты в субъектах Федерации России стали частью администраций, бюллетенями властей. Работники редакций попадают в зависимость от официальных источников информации. Здравые предложения о том, что хорошо было бы придать местной прессе – по примеру районных судов и прокуратуры – федеральный статус с соответствующим финансированием из федерального же бюджета, сейчас, в период экономического спада, вызывают лишь горький скепсис.

Неудивительно, что локальные СМИ по-прежнему выглядят в глазах значительной части аудитории необъективными, несвободными, консервативными. Больше всего, разумеется, в глазах молодежи, на которую, впрочем, местная пресса почти и не рассчитывает, самостоятельно лишая себя будущего. Но ведь и полностью обособиться, изолируя заодно даже самого верного своего собеседника от всемирных катастрофических новостей, в нынешних условиях попросту нелепо – хотя бы пару каналов бабушкин «Рекорд» принимает и в самой глухой деревеньке, и многие выписывают недорогую районную газету – будем откровенны – прежде всего ради телепрограммы. Поэтому, как показывает практика, в выигрыше оказываются не те региональные издания и каналы, которые, затаив обиду, умиляются мнимой бесконфликтностью вблизи себя, но те, что осознают скромное и вместе с тем неповторимое место «малой» родины в масштабах Вселенной.

Для современного журналиста чрезвычайно важно не терять ощущения значимости происходящего. Однажды редактор газеты «Хронометр-Иваново» А. Никитин гордо подчеркнул несоизмеримую популярность своего издания по сравнению со столичными, причем самыми востребованными (а оно и по последним подсчетам превосходит их в Ивановской области в семь и более раз). На что ему очень достойно, на мой взгляд, ответил ведущий тогда сотрудник «Известий» А. Архангельский: «Региональная пресса, которая пишет о своем, близком, сиюминутном, всегда будет иметь некоторое тиражное преимущество перед федеральной, которая обсуждает проблемы общие. Одно уточнение – в своей области, в своем городе. Попробуйте выйти за четко очерченные пределы региона – много ли подписчиков окажется у „Хронометра-Иваново“? Для того и существуют общенациональные газеты, к которым „Известия“, постепенно, но неуклонно наращивая тираж, себя относят, чтобы человек в любом регионе чувствовал себя причастным к единому пространству единого государства».

Процесс глобализации СМИ дальновидные наблюдатели рассматривают не только как ловушку для информационно бедных стран и краев, но и как открытое окно в большой мир. К тому же трудно спорить, что есть еще и исторические колебания, действуют еще и социальные факторы, в соответствии с которыми «во времена политического затишья людей интересуют местные новости, а в период катаклизмов – информация, которую они могут получить только из Москвы». Об этом, причем как раз в дни до сих пор памятных взрывов домов осенью 1999 года, напомнил известный социолог массмедиа В. Вильчек.

Иными словами, важно развитое чувство контекста. В одном из исследований читаем: «На смену региональному изданию, посвященному прежде всего местным проблемам, должны прийти такие типы изданий, которые, делая основной акцент на проблемах края, области, республики, могли бы вместе с тем активно освещать участие своего территориального образования в решении общероссийских проблем, способствовать приобщению региональной аудитории к событиям и процессам общероссийского и международного характера». Это позволяет не скатываться к провинциальности, завышенным самооценкам, как у первого парня на деревне. С другой стороны, и столичным СМИ не стоит забывать, чей центр они представляют, то есть не ограничивать свой кругозор одной светской хроникой. Резкая конфронтация или хотя бы спокойное позиционирование, огораживание конкретного средства массовой информации – отнюдь не обязательное условие его успеха на современном медиарынке. Напрашивается мысль о движениях встречных: о мирном существовании не только детских, молодежных, «пенсионных» передач и публикаций (в рамках семейных каналов и изданий), о компромиссах и конвергенции культуры и прессы не только качественных и массовых (допустим, в виде просветительских публикаций и программ), но также и как раз глобальных и локальных.

Искомая глокализация осуществляется, в частности, в организации региональных информационных агентств – «Урал-акцент», СибИА, «Regions. Ru» и, наконец, «Вся Россия». Последнее формулирует свое кредо следующим образом: «Главным побудительным мотивом для нас стало осознание необходимости разработки консолидирующих усилий региональных изданий по качественному улучшению информационного обмена с федеральным центром». В аспекте заявленной темы хотелось бы подчеркнуть: обзаведясь сейчас сайтами, собственными группами в социальных сетях, региональные агентства, газеты и телеканалы получили шанс обращаться не только к своим, но получать и самый широкий резонанс. Известно уже немало примеров, когда именно интернет-версии локальных СМИ оказывались источниками эксклюзивной информации для федеральных телеканалов и информационных агентств. Правда, предпочтение при этом, как правило, отдается курьезам, но усилия целенаправленные позволяют осуществлять и другое – допустим, формировать и продвигать имидж уникальных территорий.

И поэтому понятие «региональный Интернет», тезис о локализации глобальных сетей выглядят не только как оксюморонные, но и как синтезирующие. Показательно такое наблюдение Я. Н. Засурского: «Если в момент появления Интернета и глобального телевидения возникла опасность англосаксонизации культуры, то сейчас мы говорим о возможности сохранения тысячи языков мира благодаря глобализации, а не вопреки ей. И самые малые языки, используя Интернет, сохраняют свою аудиторию, ибо они не ограничиваются только средой массового обитания владельцев языка, а рассчитывают на всю диаспору данного языка в мире, которая поддерживает эти языки». Издания весьма немногочисленных народов, попав в сетевое пространство, потенциально тоже стали всесветными, окликающими разбросанных по планете сородичей.

Прочие интеграционные варианты – это национально адаптированные выпуски глобальных MTV и «Космополитен», это СМИ межобластные и межреспубликанские (например, «Северный Кавказ», московские «Версты» или сибирская газета «Честное слово», а также некоторые окружные телекомпании и радиостанции и т. п., обладающие – в силу экстерриториальности – большими возможностями в проведении журналистских расследований, критике мэров и губернаторов), это региональные вкладыши популярных газет («Аргументов и фактов», «Российской газеты», «Московского комсомольца» и других), это местные информационные выпуски, подверстываемые к столичным (такова политика телеканала «Россия-1» и многих FM-радиостанций).

С другой стороны, редакции провинциальных газет, зная о том, что для читателей их издание, вполне вероятно, единственно доступное по цене, практикуют публикацию дайжестов окружной, федеральной и зарубежной прессы, совершенствуются в искусстве подачи глобальных новостей для местной аудитории. Хотя, к сожалению, до сих пор страницы иногда заполняются случайными выдержками из Сети, никак не интегрированным с местными реалиями. А ведь образцы продуктивных подходов существуют: например, по словам коллег из провинциальной норвежской газеты, «о катастрофе общенационального масштаба они могут написать только в том случае, если в ней пострадал кто-то из земляков или в ликвидации последствий катастрофы участвовали местные спасатели».

Впрочем, не стоит, видимо, долго доказывать, насколько для общества важно, чтобы, сохраняя лицо, его не отворачивали от других. И наоборот – чтобы «всемирная отзывчивость» не угрожала суверенитету. Регионализация (локализация) – ответная реакция на глобализацию. Подлинно демократический диалог снимает напряжение в обществе, способствует принятию обоюдовыгодных согласованных решений. Глокализация, то есть объединение и взаимодействие информации локальной и глобальной, – непременное условие объемной и нормальной идентификации современного индивидуума.


Список рекомендуемой литературы


Засурский Я. Н. Искушение свободой: российская журналистика: 1990—2007. М., 2007.

Землянова Л. М. Журналистика и коммуникативистика: концептуализация медийных процессов в современной зарубежной науке. М., 2012.

Лазутина Г. В. Глобальные проблемы современности и журналистика // Журналистика и современность. М., 2000.

Медиасистема России. М., 2015.

Рантанен Т. Глобальное и национальное: масс-медиа и коммуникация в посткоммунистической России. М., 2004.

Стяжкин В. Е. Региональная и локальная периодика. М., 1996.

Демассификация

Короткая приставка «де-» – из разряда тех («а-», «не-», «дез-», «дис-», «анти-», «контр-» и др.), которые, означая отмену, отделение, удаление, по преимуществу переиначивают прежний исходный смысл, превращают понятие в собственную противоположность: такова ее семантика в словах «деблокирование», «демобилизованный», «демонтаж» и т. п. В кругу подобных терминов и сравнительно новый – «демассификация», применяемый для характеристики процессов, обратных омассовлению, массовизации, в том числе в коммуникативной сфере.

ХХ век вошел в историю человечества под названием «восстание масс» (Х. Ортега-и-Гассет). Как никогда прежде, многочисленными и унифицированными предстали общественные движения, производство, культура, да и журналистика определенно превратилась в средства массовой информации тоже только тогда. Все это было замечено, признано и осмыслено уже в ходе столетия. На рубеже тысячелетий тезис получает характерное резюме: столь гигантскими, как в те недавние годы, ни демонстрации, ни заводы, ни газетные тиражи больше уже никогда не станут. Подобные прогнозы как будто бы опровергаются едиными для всей планеты тенденциями: промышленные корпорации и художественные направления, новости и моды легко и мгновенно расходятся поверх государственных границ, игнорируя, подавляя собой национальные интересы и традиции. Однако вопреки логике, согласно которой глобализация должна лишь способствовать широте охвата, массовости приобщения к информационному процессу, наступление Интернета с его обильными тематическими сайтами, популярность социальных сетей, триумф мобильной телефонии как самого индивидуального средства межличностных связей, а в целом – беспрецедентное расширение спектра коммуникативных каналов приводит глобализацию к своей альтернативе – заметному разобщению совокупной аудитории, ее сегментации, атомизации или демассификации. Общую аудиторию теряет даже телевидение, в области которого вещание эфирное вытесняется более адресным: кабельным и спутниковым.

Первым обозначаемый процесс описал Э. Тоффлер в книге «Третья волна». «Средства массовой информации» как обобщающее, устойчивое выражение, СМИ как незыблемое понятие, которое еще недавно многих исследователей вполне устраивало, все чаще кажется теперь отвлеченным, обезличенным, неточным, не отвечающим сегодняшним реалиям. В сердцевине привычного термина появляются новые заглавные буквы: «М» вытесняется «Г» и даже «П» (или вторым «И»), при этом подразумеваются такие непривычные сочетания, как СГИ – средства групповой информации и СПИ (СИИ) – средства персональной (индивидуальной) информации. А кое-кто и вовсе уже отказывается от прилагательных напрочь и пользуется укороченным – «средства информации» (СИ). Развертывается настоящая война аббревиатур.

Теория массовых коммуникаций сейчас вообще испытывает заметные потрясения. Пока (дабы не уходить далеко от обозначенного предмета обсуждения) отметим дополнительно только такое из них: фигурирующий почти во всех определениях журналистики термин «аудитория неограниченная» все чаще заменяется «аудиторией целевой» (или «дробно-целевой» и даже во множественном числе: «сфокусированных аудиториях»), участие в субкультурах рассматривается как удаление от массово-информационных процессов. Соответственно, сомнению подвергается и ключевое, институциональное понятие массовой информации. Последняя предполагает быть доступной, общезначимой и общеинтересной, а в новых условиях отпадает необходимость обязательно упрощать и подлаживаться. Причем демассификация заявляет о себе не только на выходе к потребителю, но и на входе, в процессе создания: в любительских фото– и видеосъемках и особенно в блогах, которые уже проходят регистрацию в качестве СМИ, воскрешается персональный журнализм. Техническая модернизация позволила существенно расширить ассортимент периодики, организовывать флешмобы, открывать небольшие, но устойчивые нишевые каналы и активнее распространять ввиду этого контекстную рекламу, заводить личные сайты и заполнять их (среди прочего, конечно) журналистскими материалами.

С сообщениями, способными вызывать широкий резонанс, конкурирует рассчитанное на спрос неповторимый, культивируются различия. Успехи блогов заставляют и некоторые традиционные печатные издания все чаще публиковать теперь рассказы о частной жизни, подчеркивая тем самым ее, а не общественной деятельности верховенство в сегодняшних обстоятельствах. Разумеется, это не исключает образования новых объединений вокруг определенных профилей в социальных сетях или субкультурных журналов, но в том-то и особенность, что они обеспечивают удовлетворение сравнительно узких интересов (в так называемых комьюнити), сплачивают близких по духу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7