Сергей Семипядный.

Зона сквозного действия



скачать книгу бесплатно

Антиэльфы, которых не существует

Роман давно предполагал, а теперь, можно сказать, уже и знал, что в районе озера всё не так, как на остальной площади Земли, достаточно хорошо освоенной и даже немножко скучной. В непосредственной близости от озера, по меньшей мере. Это понятно даже и без проведения эксперимента, на осуществлении которого он настаивал столь бескомпромиссно, что поссорился с Матвеем.

Да, всё не так. Но не настолько же! Тем более и не у озера, а у реки, на расстоянии километра, а возможно, и полутора от озера. Похоже, конечно, что в том месте река особенно близко прижимается к овальному периметру аномального, по всей видимости, водоёма. Но если пространство этой излучины реки, обтесавшей уступ берега до упрятанной когда-то в земную кору скалы, ныне безобразно растрескавшейся, включено в сферу влияния того необъяснимого… А необъяснимые эти проявления уже довелось наблюдать. В общем, можно предположить… Всякое, одним словом, можно вообразить.

Роман карабкался на высокую скалистую гору (таковой ему представлялся этот скалистый склон прибрежного холма), как вдруг случилось невообразимое. Да, он уже был близок к вершине, когда один из уступов, на который он только что поставил правую ногу, оказался ненадёжным. Очень и очень ненадёжным, как впоследствии выяснилось.

Но сначала всего лишь из-под ноги Романа вырвался камень. Совсем маленький камешек. На такие обычно и внимания-то никто не обращает. Однако Роман утратил равновесие. Он попытался за что-нибудь ухватиться свободной рукой, вцепиться судорожными пальцами во что-то неподвижное и не склонное двигаться ни вверх, ни, тем более, вниз! Такая вот неожиданная прихоть – обрести дополнительную точку опоры!

Но все попытки оказались безуспешными, и вот уже Роман, больно ударившись несколько раз обо что-то неумолимо жёсткое, скатывается вниз, почти к самой воде. Придя в себя, он, постанывая, поднимается на ноги.

– Ох! О-хо-хо! – с трудом выдыхая воздух, произносит он и ощупывает шишку на лбу. – Словно с дюжиной диких индейцев поскандалил.

Скоро дыхание восстанавливается почти полностью, и Роман, прихрамывая, направляется вдоль кромки воды, высматривая приемлемой пологости склон. Затем поднимается наверх, к тропинке, петляющей среди кустов.

– Но откуда здесь могут быть дикийе индейцы? – вслух рассуждает Роман. – Эльфы – этта запросто. Добрыйе и хорошийе. Впроччим, там, где эльфы, там, канешна, и антиэльфы. Которыйи злыйи и коварныйи. Попадись я им, анни миня так атделали ба… Ох! Да, именно так и атделали ба.

Он, испачканный глиной бурого цвета, бредёт, опустив голову, и не замечает идущего ему навстречу Матвея. Матвей первым обнаруживает Романа и пугается его вида.

– Ромка, что с тобой? Такое впечатление…

– Такойе впечатленийе, будта на миня напала толпа злыих и коварныйих антиэльфов, ты хотел сказать?

– Типа, да, – соглашается Матвей, настораживаясь.

– Ты угадал. Антиэльфы объявили мне войну. А я – им, в качестви ответнай меры.

И Роман широко поводит рукой слева направо.

Матвей растерянно оглядывается по сторонам. И ему кажется, что всё вокруг изменилось и стало не таким, как обычно. Какое-то всё не очень подвижное. Даже листья на деревьях.

А затем обнаруживается отсутствие Романа.

– Ромка, ты где? Ромка! Роман, вылезай! Пошутил и будет.

Роман, возвратившись к прибрежному уступу, вновь начал взбираться по скалистому его склону, и скоро оказался на том самом месте, откуда он совсем недавно сорвался. Мелькнула мысль: «Зачем?» И скалолаз не без удивления осмотрелся. Впрочем, сначала выбраться наверх, а потом – всё остальное. Висеть над, можно сказать, пропастью и плести цепочки умозаключений не каждому по силам. Роман начинает осторожный подъём.

И снова из-под его ноги вырывается камешек, после чего Роман утрачивает равновесие и устремляется к подножию крутого склона, больно ударяясь об уже знакомые бокам его камни и корни деревьев. Слегка оклемавшись, Роман вновь выбирается на тропинку и направляется в сторону посёлка, хромая пуще прежнего. В голове звон и сплошь неразборчивые мысли.

Матвей, растерянно обшаривающий кусты, опять обнаруживает Романа первым. И бросается навстречу.

– Ты куда пропал?! – кричит он.

Роман останавливается, раздумывает, а затем делает вид, что всматривается в окружающий лес.

– Да показалось, что один тут крутился. Хотел его в плен взять.

– Кто крутился? Кого в плен?..

– Антиэльф. Парламентёром сделать.

– Антиэльфа? Парламентёром? – на всякий случай переспрашивает Матвей, в существование антиэльфов не верящий.

– Да. На случай предстоящего заключенийя мира, – произносит Роман. – Все жы войны миром заканчиваются, как ты знайишь. Поэтому споймать его… Да, надо снять вопросы. А ну-ка, вон там…

Роман взмахивает рукой, словно указывая на кого-то, прячущегося в кустах. Матвей бросает взгляд в том же направлении, однако никого там не обнаруживает. Обыкновенные заросли кустов и деревьев, преобладающий цвет которых – зелёный. Но взгляд приковывают. Когда Матвей решает продолжить разговор с Романом, то обнаруживает, что тот отсутствует. Романа нет ни на тропинке, ни рядом с нею. Матвей растерянно смотрит по сторонам, затем осторожно сходит с тропинки и опять осматривается.

– Роман! Ромка! – выдавливает из себя Матвей, не веря, в общем-то, что Роман его слышит.

Происшедшее не похоже на похищение. Это… Да, если говорить прямо, это – исчезновение. Обыкновенное исчезновение. Если допустить, что обыкновенные исчезновения бывают. Хотя, по большому счёту, они и могут быть только сказочными, мистическими, паранормальными…

На эту тему, конечно, стоит порассуждать. Но не сейчас. А пока надо решить, что можно сделать, чтобы спасти… Хотя, может, необходимости спасать Романа и нет в данный момент. В первый же раз он тоже, кажется, именно исчез, пропал или испарился. Правда, чтобы превратить в пар несколько десятков килограммов довольно твёрдого вещества в течение двух или трёх мгновений или секунд, а потребовалось именно столько времени, необходима сумасшедшая температура. Да весь лес бы сгорел.

А появился он… Да, после первого исчезновения Роман пришёл с западной стороны, двигаясь в сторону посёлка вдоль течения реки. И Матвей бросается бежать по тропинке в сторону незаметно приближающегося к верхушкам деревьев солнца в надежде поскорее увидеть Романа.

А Романа снова постигла неудача. Добравшись до знакомого выступа, дважды его подводившего, он опустил взгляд и долго смотрел на скопленьице коварных камешков. Он даже ногу к нему поднёс, однако, секунду подумав, опустил её на соседнюю выпуклость крутого склона. И полетел вниз, потому что и эта опора оказалась ненадёжной.

Полежав некоторое время, он не без труда поднялся. Синяков и ссадин у него наверняка прибавилось. Роман подобрал сучковатую палку и, тяжело на неё опираясь, начал движение.

Наверх Роман поднялся уже после того, как Матвей пробежал мимо, куда-то туда, где десятки ручейков родниковой, в недавнем прошлом, воды объединяются – не особенно охотно – и становятся рекой. Пойти домой? Да, надо лечить ушибы. Вот именно – домой, домой и только домой. Хоть маршрут иной выбирай, чтобы не рвануть обратно, на тот проклятый склон-предатель непокорённой вершины. Но для этого придётся удалиться от берега реки, углубившись в лес, меж деревьев и кустов которого потом и продираться, бередя полученные раны. И Роман сошёл с тропинки и отправился домой лесом. Может, так быстрее будет.

Кстати, спешить сообщать старикам о случившемся не следует. Да вообще никому пока не говорить. Сколько уж раз его язык подводил, то есть его, языка, образно выражаясь, длина и гибкость. Болтун – находка для… Для всех находка и подарок. Как выражается дед Фёдор, молчи – за умного сойдёшь. Победа достаётся тому, кто вытерпит на полчаса больше, чем его соперник, как говорит баба Саша.

Вытерпел Роман недолго. Да как встретился с Матвеем, так почти сразу, едва прожевавшись, всё ему и рассказал.

Но прежде случилось следующее. Матвей вернулся с поисков Романа, поисков исключительно безуспешных, следует отметить, и поднял панику. Его, несущегося с пригорка, первыми заметили Арина и Лариса, раскрашивавшие ступени крыльца. Точнее, Лариса.

– За ним гонятся! – с некоторой тревогой проговорила она. – Смотри, сестра, как он мчится!

Арина посмотрела на бегуна и поморщилась.

– Не очень эстетично бежит.

– Во-первых, с горки, во-вторых, за ним кто-то гонится! Говорю же!

Подбежав, Матвей остановился и выдохнул:

– Беда!

– Пожар? Извержение вулкана? Где дым и пепел? – вскинула брови Арина.

– Да что случилось-то? – кричит Лариса.

– Романа похитили! То есть он пропал! Я его встретил… Два раза! Сначала просто исчез, потом… Потом тоже исчез.

Теперь встревожена и Арина. И не меньше, чем Лариса.

– Кто похитил?! Как это исчез?!

– Антиэльфы похитили! Ну, он так сказал!

– Анти… Антиэльфы? – переспросила Арина.

– Я их не видел. Хотя один… Но я его тоже не видел. Просто – хоп, и нету! И во второй раз – то же самое!

– Два раза похитили? – попробовала уточнить Арина.

– Тебе же сказали! – возмутилась Лариса.

– Похитили, вернули и опять похитили? – занудствует Арина.

– Он сам пришёл. А потом уже я побежал ему навстречу…

– И что? Ты побежал… – поторопила Лариса.

– Потом обратно.

Дыхание уже восстановилось, но что ещё сказать, Матвей не знал. Однако под напором сестёр похищенного друга всё же попытался припомнить всё, что ему было известно, все слова и фразы Романа.

А тут и баба Саша и дед Фёдор, привлечённые взволнованными голосами детей, оставили прополку грядок, явились и примкнули. И этим примкнувшим общими усилиями взволнованная компания попыталась объяснить, что ничего страшного не произошло, а если и произошло, то пока нет уверенности, что произошло и остаётся надежда, что не произошло. Сказано было и про антиэльфов, которых Матвей сам не видел. Даже того, которого увидел Роман, когда они с Матвеем встретились, и которого Роман, опять же с его слов, пытался поймать, чтобы сделать парламентёром.

И вот уже Матвей – в окружении двух взволнованных людей более чем зрелого возраста, что-то кричащих излишне громко. Впрочем, если прислушаться, то некоторые фразы станут понятны.

– Так что всё-таки произошло?! Матвей! Как его похитили?! Кто?! Где Роман?! Какие ещё антиэльфы, которых не бывает?! – кричали они. Как бы каждый по отдельности, но, получалось, – оба вместе.

– Ромка хотел поймать его, чтобы сделать парламентёром, – сказала Лариса Арине. – Значит, война. Ромка принял их вызов. Значит, с этой минуты мы все на военном положении.

Арина решительно кивнула.

– Когда наши в беде, мы все мобилизованы и призваны.

Потом мобилизованные и призванные принялись вырабатывать план поисков Романа, его похитителей и, если поступят печальные известия… Но на этом разработку плана временно приостановили и скорым шагом, периодически сбиваясь на бег, отправились на пригорок, чтобы с него уже бежать к лесу, а там, оглашая окрестности криками, – по лесной тропинке к истоку реки.

Поиски результатов не дали, и все, уже почти что в сумерках, вернулись на стартовую позицию. Сначала Матвей, который и обратный путь преодолел преимущественно бегом. Недолго подумав у крыльца «Александрии», Матвей решил наведаться в комнату Романа. Вбежав в дом, он услышал некие металлические звуки, доносившиеся со стороны кухни-столовой. Там же никого не должно быть! Но в кухне находился… Роман. Он сидел у распахнувшего дверцу холодильника, прямо на полу, и, позвякивая ложкой, ел из кастрюли рожки с тушёнкой.

– Ну! – крикнул Матвей. – Что?!

– Проголодался, – ответил Роман, не без труда проглатывая очередной комок холодной пищи.

По истечении одной минуты жизни Матвея, очень нелёгкой, Роман, постанывая, поднялся, засунул кастрюлю обратно в холодильник, присел на табуретку и поведал о своих злоключениях.

А потом спросил:

– Что скажешь?

Матвей вздохнул.

– Что тут сказать? Необходимо всё самым тщательным образом… А пофантазировать ты в детстве…

– Попали мы. Вот так! – перебил его Роман. – Хуже нет, когда собой не руководишь.

– Мы тебя искали. Сейчас все прибегут.

– Ты рассказал?! – дёрнулся Роман и поморщился от боли.

– Я был в таком состоянии! – Матвей почувствовал себя виноватым.

– Про антиэльфов, надеюсь, не трепался? – Роман поднялся, подошёл к окну и выглянул. – Про антиэльфов, говорю, ничего не говорил?

– И про них сказал. Но ты же сам…

– Ладно-ладно, сам так сам. Буду выкручиваться. Да просто скажу, что разыграл тебя. Что не знал, что ты такой… Что ты так всё воспримешь.

– Не думаю, что это верное решение.

– А вот и родственнички! – объявил Роман, в очередной раз глянув в окно. Идём встречать. Хотя нет, мы выходим, и ты сваливаешь. Без тебя уж…

Напрямую – бесконечными кругами

Арина сидела на крыльце дома и с грустным видом наблюдала за плывущими по небу облаками. Вышедший из дома Роман проследил за её взглядом, но ничего интересного не обнаружил.

– Скучаешь?

– Нет. Но объяснять своё состояние не буду.

– Почему?

– Потому.

– Матвея не было?

– А это не он шлёпает? – Арина взмахом руки указала на приближающегося Матвея. – Кстати, у него виноватая походка.

– Не говори глупостей. Виноватых походок не бывает.

Матвей остановился, не дойдя нескольких шагов до крыльца.

– Может, и виноватых лиц не бывает? – язвительно произнесла Арина.

Роман всмотрелся в Матвея, а потом закричал:

– Только не говори мне, что сегодня опять всё сорвётся!

– Метеовышкой папа заниматься планирует. Ему человек внизу нужен. Если хочешь, присоединяйся. Он сейчас вылетает.

– Он пригонит самолёт?! – Роман готов был подпрыгнуть.

– Вот, говорю, сигнала по рации жду. Видишь? – Матвей продемонстрировал зажатую в руке рацию. – Правда, все сроки вышли.

– Идём к нему! – Роман, кажется, не просто идти, а бежать готов.

– Ждать будем, – ответил Матвей.

– Не буду из принципа! – заявил Роман. – И весь день буду думать: наша дружба – дружба или не дружба! Друг ты мне или не друг! В огонь и в воду? А может, на лавочке посидеть!

И демонстративно отвернулся. Матвей стоял и не знал, что делать. Плохим другом быть ему не хотелось. А вот, получается, оказался.

Дверь открылась, и на крыльцо вышла Лариса. Она окинула всех троих внимательным взглядом и спросила:

– Кого хороним? Впрочем, эти двое, – последовал небрежный жест в направлении Матвея и Романа, – меня не особенно интересуют. А ты, сестрища, почему такая мрачная?

– А если бы к тебе с просьбой обратились? – обречённо произнёс Матвей.

– С какой просьбой? – спросила Лариса. – Просьба обязательному исполнению не подлежит.

– Если бы ко мне с просьбой… – начал Роман.

– Вот я и обращаюсь к тебе с просьбой! – выкрикнул Матвей и убежал.

Роман растерялся. По крайней мере, вид у него был растерянный.

– Мы планировали… – пробормотал он.

– Иди! – крикнула Арина. – С медведем, который в тот раз Лариску обрызгал, ты всё равно не подружишься. А животное ты – общественное!

– Две сестры, а обе… – Роман пытался подыскать подходящие слова. – А ты, Арина, ещё и стихи сочиняешь! – выкрикнул в отчаянии.

– Иди уже, – усмехнулась Лариса.

И Роман убежал.

– А ветер дул и расплетал нам кудри и распрямлял извилины в мозгу, – продекламировала Арина.

– Умеешь ты сказать, Аринка! – вслух позавидовала Лариса. – Хотя у Ромки и нет кудрей. И мне кажется, даже когда мне будет двенадцать…

– В двенадцать ты будешь… Хотя нет. Ты просто в размерах увеличишься.

Лариса возмущена.

– А, просто в размерах! Спасибо. Вот будешь старухой, а я ещё не очень… Ладно, если что, не обижайся.

– Поэты ходят пятками по лезвию ножа и режут в кровь свои босые души! – провозгласила Арина. – Поэт-долгожитель – это давай не будем. Тоже Высоцкий. Кстати, вот у меня, например, такое, и не менее, я бы сказала… Ладно, слушай. Поэтов топчут бутцами с шипами и жмут в тисках обыденности серой…

– Да слышала я! – перебила Лариса.

– Ну и ступай! – обиделась Арина. – Ты кто? Что нас связывает? Родственные узы – это самое непрочное и никакое.

– Да ладно. Чего ты? – Лариса присела рядом с Ариной. – Я тут думала про вчерашнее.

– И что?

– Матвей – исчезновения, антиэльфы, прочее такое, а Ромка – пошутил, мол, говорит.

– Ромка пошутить не мог?

Лариса посмотрела на сестру и усмехнулась. Так посмотрела и таким образом усмехнулась, что, как выразилась минуту назад Арина, увеличь Ларису в размерах и прибавь ей морщинок, пришлось бы долго разбираться, кто тут старшая сестра.

– Мог. Ромка мог пошутить. А вот Матвей… – Лариса многозначительно помолчала. – Я знаю, когда он шутит, я знаю, когда он печалится.

– Да ты вообще в него влюблена. Напишу как-нибудь стих про любовь малолетки к… Про любовь малолетки к малолетке.

– Знаешь что!.. – Лариса резко развернулась в сторону старшей сестры.

– Да ладно, не обижайся, – примирительно произнесла Арина. – Просто я считаю, что любовь – это потом. Ну, когда начнётся скука, как у взрослых, и делать нечего, кроме работы.

Роман и Матвей, между тем, сидели на лавочке около дома Макарыча и дулись друг на друга. Молча дулись.

Потом Роман проворчал:

– Долго ещё ждать будем?

– Давно уже должен был… Я же говорю. Хотя бы на связь… – дрогнувшим голосом ответил Матвей и приблизил рацию к своему лицу. – Ветер, ветер, я база. Ветер, ответь базе. Приём.

– Мы будем сидеть, а самолёт так и останется у озера, Матвейка.

– Не останется.

– Да Макарыч, поди, кораблики запускает или ракушки да цветные камешки собирает.

– Нет-нет, не может быть! – испугался Матвей.

Роман вскочил на ноги.

– Да они знали! Откуда они знали? На себе не испытали бы, не предупреждали бы нас!

– Нет-нет! – замотал головой Матвей.

– Делать что будем? – холодно произнёс Роман. – Возьмём памперсы, слюнявчик и пойдём за ним?

– Будем ждать. Подождём ещё.

– Ладно.

– Слушай, – заговорил Матвей после паузы, – а ты заметил, как ты говорил?

– Когда?

– Про антиэльфов. А мы всё озеро да озеро. А уж эти твои кульбиты. Думаешь, правильно, что не рассказали?

Роман с яростью глянул на Матвея.

– Чтобы меня сегодня же в тележку тракторную и – на Большую Землю?

– Кажется, мы вовремя, – послышался голос Арины. – Будут драться.

Подойдя, Арина и Лариса встали напротив Матвея и Романа. Матвей вскочил и отошёл от скамейки.

– Присаживайтесь.

Арина приняла предложение, а Лариса осталась стоять напротив Романа, сверля его взглядом.

– Чего уставилась? – вскинулся Роман.

– Что вчера произошло? Кто тебя избил? – прокурорским тоном заговорила Лариса. – Правду и только правду!

– Так с обрыва же!.. – вскричал Роман.

– Ладно. И кто – с обрыва тебя? Говори! Мы все в одной лодке.

– А пускай Матвей расскажет, – предложила Арина. – Он когда врёт – это всегда видно.

Лариса посмотрела на Матвея.

– Если он в курсе.

– Сама говорила, они друг другу всё рассказывают.

Роман пожал плечами.

– Я вам расскажу, а вы мне не поверите. И что мне тогда? Мамой клясться, землю есть? Или червяка жевать, как в тот раз?

– Да мы по-о-омним, – протянула Лариса. – Ел червяка, а потом выяснилось, что всё равно наврал.

– Могу руку на отсечение, но кто рубить будет?

– Живя сегодня не по лжи, мы беззащитны против лжи! – провозгласила Арина. – Не по лжи, против лжи… Нет, надо по-другому.

Арина потянулась рукой к заднему карману джинсов.

– Алё! Эй, там, на Парнасе! – воззвала Лариса.

– Не-не! – Арина продемонстрировала ладони рук с растопыренными пальцами. – Чисто механически.

– Вообще-то, у нас дела, – сказал Роман. – Матвей, пора.

Роман поднялся и смотрел на переминающегося с ноги на ногу Матвея. Арина и Лариса обратили взоры на него же. Потом Лариса тронула ногой ногу Арины.

– Вставай, Аринка! Куда они – туда и мы.

Роман собирался идти к озеру, Матвей не хотел идти к озеру, а Лариса и Арина теперь вот собрались следовать за Романом и Матвеем, куда бы они ни отправились. И что же делать? Этот вопрос с потрясающей синхронностью звучал в эту минуту в головах Матвея и Романа.

– Теперь ты со мной согласишься, что… – обращаясь к Роману, начал Матвей.

– Да пускай идут. Подумаешь! – Роман обернулся к сёстрам. – Мы на озеро. Вы с нами?

Арина и Лариса переглянулись. И обе увидели в глазах друг друга почти одно и то же. Лариса поняла, что Арина очень не хочет оказаться у озера, а Арина обнаружила, что Лариса очень-очень не желает говорить на данную тему.

– Потом расскажете, – принимает решение Лариса, и, ухватив старшую сестру за предплечье, уводит её.

– Они собирались про эльфов… – напоминает Арина.

– Тоже – потом. Не хочу! – нервничает Лариса, ускоряя шаг. – Дурдом же. А в дурдоме должны быть не только психи. Иначе…

– Ладно, тогда, может быть… – Арина сделала паузу. – Они – вокруг, с безумными глазами, а я одна стою на…

– Лучше – двое, – перебивает Лариса. – Надёжнее. Бабуля где, не знаешь?

Лариса отходит от Арины и поднимается на крыльцо «Александрии».

– Про дурдом – хорошая тема, – бормочет Арина. – Пойду к речке.

– Где она, не знаешь? – повторяет вопрос Лариса.

– Кто? Нет, лучше наверх, в замкнутое пространство, где шорохи – не звуки, не свист, а тишина. И прочая фигня.

Арина также поднимается на крыльцо, а затем убегает в дом.

– Свист и тишина. И прочая фигня, – ворчит Лариса. – Свихнётся со своими стишатами.

Она усаживается на крыльце и наблюдает за Романом и Матвеем, которые о чём-то горячо спорят.

Это для Ларисы «о чём-то» – ей слов не слышно. Идти на озеро или воздержаться, они решают. И если отправляться туда, то немедленно, на чём настаивает Роман, или подготовиться должным образом, как предлагает Матвей, надеясь на появление возможности уклониться от данного мероприятия совершенно. Минута или две, и они поссорятся.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6