Сергей Плотников.

Пропавшая



скачать книгу бесплатно

Я подшагнул к сыну и крепко прижал к себе. Для этого даже не так уж сильно пришлось наклоняться, он вымахал уже. Явно выше меня ростом будет, когда вырастет. Я постарался не подать виду, что заметил тихий всхлип. Маленький мужчина терпеть не мог плакать. Как, кстати, и Василиса. Удивительно, но младшенькая старалась никогда не показывать слёз. Честно. Я и сам был не слишком спокоен, потеря Наты для нашей дружной семьи была сродни катастрофе. Не знаю, как бы мы смогли это перенести, если бы не её заранее подготовленное послание. Я обнимал детей, которые наконец смогли выпустить всё своё горе и страхи в облегчающих душу слезах, и сам чувствовал, как меня отпускает. Наверное, несмотря на «не-голограмму» и однозначное послание, я никак не мог поверить в то, что мы найдём возможность переместиться куда-то. Даже летающая тарелка не убедила. Подспудная уверенность, что чудес не бывает, не давала мне до конца принять происходившее. И только сейчас, после рассказа детей, после очередной записи я наконец проникся. Да, моя жена из другого мира. Да, туда можно попасть. И да, мы, чёрт возьми, так и сделаем, перевернём там всё, если потребуется, чтобы найти Нату!

– Ну-ка, спиногрызищи, всем немедленно приободриться, мы летим в гости к родственникам мамы, – максимально уверенным тоном произнёс я. Дети, на лицах которых сквозь лёгкую припухлость носов и век проступило нешуточное удивление, подняли на меня глаза. – Слышали же, отец и дядя нашей Наты какие-то армейские шишки. Нужно будет показать им, что мы на нашей «отсталой» Земле тоже не лыком шиты и мама вас прекрасно обучила. Готовы?

– Ещё как! – Егорка взмахнул руками, и во все стороны ударила слабенькая воздушная волна. Судя по немедленно округлившимся глазам отпрысков, такого у них ещё не получалось.

– Так держать! – Я всеми силами старался добиться, чтобы улыбка на моём лице не вышла кривой. – А теперь – собирать вещи и на борт. Наша капсула отходит в иную Вселенную сегодня же.

4

Я понял, почему тарелку Ната называла «капсулой». Круглая штука с кристаллом в качестве двигателя кораблём могла быть в той же мере, что и лифт поездом. Никаких функций полёта, что в целом логично, раз даже ремней безопасности нет, никаких возможностей управлять. Грубо говоря, капсула содержала только псионический аналог кнопки «нажми для старта», и всё. Это мы выяснили уже внутри, пока дети медитировали на камень-двигатель, из-за размеров к нему можно было даже не прикасаться. Они осторожно пытались найти другие ярлыки для управления, может быть, записи или инструкцию по эксплуатации. Ничего. Реально – капсула. Жми – и понеслась. Что ж, осталось только нажать.


– Дети, никто не хочет выйти напоследок? – намекнул я, чувствуя себя этаким папашей всегда-на-работе, не заметившим, как выросли чада. Судя по тому, как дружно фыркнули дети, им пришло в голову то же сравнение. – Между прочим, я серьёзно. Мы не знаем, сколько продлится полёт, я уверен, что люк в моторный отсек не крышка унитаза.

Брат и сестра посмотрели друг на друга, на меня.

На их лицах я прочёл что-то вроде опаски пополам с уважением. Типа, ну, батя задвинул. Они бы до такого… гхм.

– Ну как?

– Н-не. – Егор выглядел чуть неуверенно, я понимал почему, сам бы тоже, выходя один, думал нечто вроде «а вдруг она случайно стартует без меня, сама?». Ощущение сродни тому, что испытываешь, когда корабль вот-вот отойдёт от причала, и земля, такая вроде близкая, окончательно останется вне досягаемости, навалилось на нас многократно умноженным. «Билет в один конец» был только один на троих. И да чего тянуть? Все вещи внутри, мы тоже.

– Тогда, Лиса, вперёд! Стартуем.

– Что, прямо так? – Девочка внезапно растерялась. – Просто… просто так?

– Пристегнуться некуда и не за что, даже присаживаться на дорожку смысла нет, уже сидим. – Я оглядел детей и подмигнул сыну: – Могу сказать «поехали», хочешь?

– Хочу! – Разумеется, он хотел. – А можно я скажу?

– Нет, пусть папа, – внезапно серьёзно попросила дочь. – И, может, рукой махнуть?

– Ха! – Егор улыбнулся. – Молчу-молчу.

– Приготовились. – Я поднял руку, заодно пытаясь понять, почему у меня лёгкое чувство чего-то не сделанного. Не дома же я утюг забыл? А-а, к чёрту! – Поехали!

Василиса зажмурилась, и свет-без-лампочек в капсуле чуть изменил оттенок.

«Не закрыли стену в ангаре!» – понял я. Тут сиденье подо мной натуральным образом провалилось.


Ездили в скоростном лифте? Тогда вам наверняка знакомо ощущение лёгкости и одновременно поднимающегося к горлу желудка. Разумеется, провалилось не сиденье, сама капсула начала свободно падать вниз. По счастью, невысоко. Кто бы ни разрабатывал машину, гм, машины перемещения между Вселенными, тарелкообразную форму он выбрал не зря и одновременно зря. С одной стороны, плоскости корпуса сыграли роль крыла-парашюта, с другой стороны, круглая хреновина без стабилизаторов начала заваливаться на бок! По счастью, я оказался с той стороны, что задралась вверх, и потому остался на месте, а вот дети буквально воспарили к центру капсулы вместе с вещами. Их я успел притянуть к себе в самый последний момент, они помогли, рефлекторно вцепляясь в подставленные руки. И тут наша посудина достигла, так сказать, пола.

Удар!


Двояковыпуклый диск – отличная форма, если предмету нужно перераспределить кинетическую энергию, запасённую при падении с высоты. Ткнувшись одним бортом, капсула, как монета, немедленно перекатилась через днище, задирая противоположный борт. Проблема в том, что не закреплённый груз в лице, собственно, груза и пассажиров в этот момент летел через моторное возвышение каюты в другую стенку. Каким чудом вместо головы мне удалось подставить спину, не понимаю. И ещё нас всех впечатало всё в тот же диван. И тут проклятая тарелка покатилась. Ну, не совсем покатилась, скорее, завертелась, как упавший и быстро останавливающийся волчок со всеми «спецэффектами» для тех, кто оказался внутри. Возможно, примерно так тренируют космонавтов на центрифуге, раскручивая с ускорением, потом с замедлением, но чего в тренажёре нет, так это рюкзаков! Повезло, что детские были совсем лёгкими, а мой, тяжёлый, удалось кое-как прижать ногами. Хорошо ещё свет не погас, и никто не налетел глазом или виском на что-то твёрдое. Правда, испугаться за детей я не успел, всё происходило слишком быстро. Несколько секунд, и лодка, то есть капсула, встала «на ровный киль».


– Все целы? – Я с некоторым трудом разжал руки. Наверняка у Гора и Лиссы останутся синяки на руках, а у меня на груди и спине. Чудо, что не сломал себе ничего. Мир продолжал крутиться мимо. Давно забытое ощущение после долгого кружения на карусели. Ну и тошнило, разумеется, после «аттракциона», а судя по тупой боли, затылком я всё-таки ударился.

– Вроде, – похоже, старшенький хотел сказать что-то другое, отнюдь не столь безобидное, но достаточно пришёл в себя и сдержался, – надо наружу.

– Ой. – Дочь отодвинулась от меня, что-то рассматривая на моей куртке. – Кровь носом пошла, прости, пап. И голова кружится. И душно.

– Да ничего, ничего. – Я нащупал салфетки, одну взял себе, остальные протянул девочке. – Егор, можешь открыть люк?

– Да. – Сын уже добрался до выхода. – Сейчас.


Раздалось отчётливое шипение, начал меркнуть свет, правда, взамен разгоняя темноту за пределами капсулы. Я обругал себя последними словами, кинувшись мимо Васи к люку, сам не знаю зачем. Не было бы за бортом воздуха, мы бы его весь уже выпустили. Видно, просто разница в давлении…

– Ого! – Егор уже спустился и потрясённо глядел куда-то вверх. Пришлось срочно выбираться за ним.

– Ого!

Аналогичная реакция была у меня. Мы находились в ангаре. Опять. Точнее, в ангаре, наверное. Огромное помещение – до потолка добрых двадцать метров, как восьмиэтажный дом – еле-еле освещённое, судя по всему, от кристалла капсулы. Тот же самый серый бетон, пол, потолок, стены. И абсолютно пусто, только у одной из стен угадываются контуры огромных, но кажущихся маленькими по масштабу с помещением ворот. Закрытых ворот. И, судя по внушительным колесам замочных кремальер, очень, ну очень прочных защищённых ворот. И все. Ах да, ещё пыль на полу. Тоненький такой слой. Интересно, когда люди были здесь последний раз?! Вот тебе и тёплый родственный приём.

5

– Ну что? – спросил я детей, застывших у ворот в одинаковых позах.

– Ничего, пап. – Жмурящийся Егорка открыл глаза. – Тут нет кристаллов, кроме наших.

– Василиса?

Девочка в ответ только покачала головой. В руке у неё был зажат наш домашний камень, но мне всё равно пришлось достать из рюкзака фонарь. Почему-то здесь пси-освещение словно растворялось в объёме гигантского ангара, фонарик не работал. К тому, что большинство наших вещей в процессе подготовки к поездке скупались второпях, не очень глядя на цену, и далеко не все нормально перенесут посадку капсулы, я был готов. Однако, когда не заработал второй фонарь и запасной, стало неприятным сюрпризом. Сотовым, что ли, себе подсветить? Ага, и мобильникам, несмотря на противоударный контейнер, тоже каюк. Уже ни на что не надеясь, я достал практически со дна разворошённого рюкзака ещё один фонарь, взятый из дому довольно старый «varta» с большим рефлектором и обычной лампой накаливания. Именно он заработал. Просто чудесно – сохранилось именно то, что настоятельно рекомендовалось беречь от ударов. Обожаю теорию вероятности.

– Пап! – Егор отвлёк меня от мысли, что неработающее, пожалуй, стоит оставить здесь. – Рации тоже не работают. Даже не включаются.

Ну да, надеяться на сотовую связь в тайге глупо, и я купил три туристических мобильных рации. Как мне обещали, в условиях леса связь будет, чуть ли не на десять километров. Так и не воспользовались, как, впрочем, и палаткой, и компактным примусом, и ещё много чем.

– И приёмник – даже не шипит. – Василиса раскопала у себя в вещах рекомое устройство. Уже предполагая, что увижу, я попытался включить туристический навигатор. Бесполезно. Ни одной надписи на дисплее, никакой реакции на нажатие кнопок. Похоже, переход в другую Вселенную не пережила только электроника.

– Вот что. Оставим перед воротами всё, что не работает. Не знаю, что за дверью, но тащить сломанное на себе – точно плохая идея. Проверяем и выгружаем прямо на пол. – Я подал пример, складывая рядом с «умершими» фонарями телефоны, рацию и навигатор. – Давайте, давайте, и я попробую открыть дверь вручную.

Дочь послушно выполнила распоряжение, к вещам отправилась электронная книга. А вот сын замешкался, как-то виновато посмотрел на нас и вытащил портативную игровую консоль. Н-да. Дети – иногда такие дети. Просил же не брать лишний вес.

– Я подумал, мы навсегда уходим, как мама сказала. – Щёки сына отчётливо покраснели. – Вот я и… Это подарок. Кто ж знал.

Не то чтобы Егор фанател по компьютерным играм, на самом деле вещица была скорее статусной. Крутые мобильники у всех есть, а вот мобильную приставку можно увидеть (или выпросить поиграть) только у него и немногих счастливчиков, кому родители купили такую «бесполезную вещь». Собственно, из-за того, что мальчик честно озвучил именно этот аргумент, мы с Натой разорились на этот недешёвый подарок, конечно, с условием, что результаты учёбы не «просядут». В общем, ценность у пластиковой мыльницы с кнопками и экраном в глазах отпрыска была немалая, неудивительно, что он потащил консоль с собой.

– Ничего страшного. – Я попытался приободрить старшенького. – Мама обещала нам мир будущего с космическими кораблями. Представляешь, какие тут игры?

– Да уж! – Дети, похоже, уже забыли, глядя на неприветливую обстановку, что именно нас должно ждать по ту сторону броневорот. Надеюсь, не вакуум. И ведь не проверить никак. В любом случае брат и сестра ощутимо приободрились, даже в глазах появилось этакое предвкушение. – Но, может, всё-таки не будем оставлять на полу? Жалко.

– Сложи у стеночки, – фыркнула Вася. – Кто их тут возьмёт?

– Ну, мало ли. Мы же сюда попали. О! Тут люк в стене!

Серая крышка технического люка почти сливалась по цвету с материалом стены. Технического потому, что размеры у него метр на метр. Явно не под человека сделаны. Как выяснилось, даже конструкция была аналогичной земной: петли, магнитная защёлка, удерживающая крышку в закрытом состоянии. А внутри…

– Кажется, здесь не всегда было так пусто, – глубокомысленно резюмировал Егор.

Почти весь объём технологического канала за люком занимали кабели. Толстый-толстый пук кабелей, аккуратно перерезанных так, чтобы ничего не торчало снаружи. В свете фонаря блестел на срезах металл одних коммуникаций, мелкими искорками вспыхивали тысячи маленьких отражений лампы на незнакомом стеклянистом веществе других, третьи вообще содержали внутри оплётки что-то вроде керамики. Я не рискну говорить за незнакомых мне инопланетян, но если смотреть с точки зрения родной Земли, то в зале некогда находилось серьёзное оборудование, требующее, как минимум, электропитания, остальные коммуникации вполне могли служить для передачи потоков данных или дистанционного управления. Проверяя свою гипотезу, я повёл лучом фонаря вдоль стены и быстро обнаружил ещё один такой же люк. Скудная подсветка сыграла с нами злую шутку. Вдаль свет фонаря тоже быстро рассеивался, но и на полу я смог найти пропущенное отверстие, аккуратно забранное круглой крышкой. Да, не похоже, что помещение заброшено. Скорее, его законсервировали. Как когда-то ненужные ракетные шахты у нас в России, например.


Плохо. Плохо-плохо. Если зал действительно часть военного объекта, а так оно, скорее всего, и есть, Нату отправили на Землю приказом по службе, а значит, родственники жены, как минимум, не смогли добиться организации хотя бы инструментального наблюдения за местом, куда должна была вернуться их дочь. Следовательно, они или настолько потеряли влияние, или… лучше об этом не думать. С другой стороны, может быть, потому они сами Нату и забрали, зная, что здесь её некому встретить? Разумеется, она рассказала про детей, но быстро вернуться по каким-то причинам не смогла. Тогда нас должны ждать здесь или снаружи от объекта.

Пришлось усиленно помотать головой, вытряхивая лишние мысли. Тяну. Я просто тяну время, боясь открывать чёртовы ворота. Вдруг они не откроются. И… Короче, я, косясь на то, как хозяйственный Егор с сестрой заталкивают вышедшую из строя электронику в люк технологического канала, взялся за штурвал. Усилие – не идёт. А в другую сторону? Кремальера под моими руками неожиданно легко поддалась. Крутить, правда, приходилось с заметным усилием, видимо, внутри створок скрывался передаточный механизм. Поворот, поворот, поворот. После пяти минут кручения колеса створка дрогнула и ме-е-едленно начала откатываться вбок. Я проморгался, кристалл в руке Василисы неожиданно будто мигнул и прибавил в яркости, и вроде как световой круг вокруг капсулы увеличился.

Видимо, запорный механизм дверей был одновременно и механизмом открытия. Створка отошла в сторону примерно на полтора метра и застыла. Разогнав темноту фонарём, я увидел всё те же серые стены, пол и потолок. Такой же пустой, как и зал-ангар, коридор во всю ширину врат. Ну, хоть что-то, по крайней мере, понятно, куда идти.

6

Всё-таки «собери рюкзак по рекомендациям в Интернете» никогда не заменит собственного опыта. Часы. Банальные ручные механические часы на случай, если откажет электроника (например, путём длительного погружения в воду). Впрочем, скорее всего, часы бы я тоже угробил, не из-за перехода капсулы между Вселенными, а сам во время приземления. «Закон подлости» – рабочее приложение теории вероятностей. А, ладно.

Итак, мы бродили по законсервированной базе несколько часов. Субъективно, потому что объективно померить время не имелось возможности. Скорее всего, весь комплекс построек был тупо подземным, по крайней мере, ни одного окна так и не встретилось. Зато дверей в избытке. Двери обычные, открывающиеся поворотом на петлях. Двери сдвижные. Ворота сдвижные и подъёмные. В толще бетона (или материала, похожего на бетон – не строитель я) прятался целый комплекс из переходов, больших и малых залов, комнат проходных, комнат тупиковых. Всё это, благо, находилось на одном уровне, иначе мы бы точно заблудились в трёхмерном лабиринте на раз-два. И так догадались зарисовывать только после первых двух развилок.

В целом, через энное время и два привала плюс несколько раз перерисованный в условном масштабе маршрут, логика неведомых строителей стала более-менее понятна. Зал, где материализовалась тарелка, располагался где-то в центре сооружения. Вокруг широким кольцом, правда прямоугольным (да, да, я знаю, как это звучит), группировались другие помещения. По счастью, создатели комплекса не парились с геометрией, и все углы были абсолютно прямыми, так что мы и без компаса могли примерно прикинуть, где находимся. Замкнутый коридор пронизывал кольцо и образовывал, э-э-э, ступенчатый квадрат. В общем, вёл не абсолютно прямо, а петлял прямоугольными изгибами, то и дело упираясь в очередные врата. Далеко не такие серьёзные, но каждый раз приходилось тратить время, отыскивая возможность открыть преграду вручную, потому что приводы отсутствовали везде. Что не помешало проклятым демонтажникам педантично закрыть нам выход столько раз, сколько это вообще возможно.

По счастью, то ли из-за размеров коридоров, то ли из-за всё-таки работавшей в пассивном режиме вентиляции, дышать было можно везде, однако воздух ощутимо отдавал затхлым. Надо ли говорить, что, встретив в конце концов ещё одни ворота, копия самых первых бронестворок, мы обрадовались и насторожились.

– Переход на следующий уровень, – уверенно провозгласил Егор, осмотрев преграду.

– Или ещё один тупик. – Василиса порядком утомилась, но держалась и упорно старалась показать, что она ещё ого-го сколько пройдёт. На самом деле протопали мы не так и много, но уж больно давило окружающее. Я бы успел напрочь разрядить единственный работающий источник света, если бы не светящийся домашний кристалл у дочери.

– Не тупик. – Старшенький постучал по металлу преграды. – Тут даже надписи есть, а на той не было.

– Надписи?!

Мы с Лиссой немедленно подскочили к указанному месту, я включил фонарь.

– Ты уверен, что это надпись? – Девочка высказалась и за меня. – Больше похоже на штрихкод.

– Клинопись! У нас в учебнике в прошлом году была большая картинка про Древний Египет. Вы ещё не проходили.

– Ну, вот ещё! – Лисса надулась. – Они картинками рисовали слова. И-е-роглифами, вот.

– Это только жрецы, остальные себе мозги не ломали, писали чёрточками и точками, – снисходительно пояснил Гор.

У меня закралось смутное подозрение, что ребёнок что-то перепутал[3]3
  Клинопись вообще-то шумерское изобретение, тут Михаил прав. Егор же запутался. С одной стороны, небезызвестные «законы Хаммурапи», благодаря которым была проведена первоначальная расшифровка египетской иероглифики, действительно были записаны на стеле, найденной на раскопках в Междуречье рек Тигр и Евфрат, в трёх вариантах, включая иероглифы и клинопись. Вероятно, это был своеобразный «договор о едином законодательном пространстве», было даже выдвинуто предположение, что шумерский в Древнем Египте был своего рода «бизнес-языком» для международной торговли, как сейчас английский. С другой стороны, у древних египтян два варианта записи – культовый и бытовой, второй, грубо говоря, скоропись.


[Закрыть]
, но память отчаянно сопротивлялась. Да и какое это имеет отношение? Все равно прочесть не можем. Шрифт Брайля[4]4
  Шрифт Брайля – запись, доступная для слепых, читать её можно, касаясь текста рукой. Принцип разработан Луи Брайлем в 1824 г. и используется до сих пор.


[Закрыть]
. Эх, надеюсь, тут написано не предупреждение вроде «не открывать – ядовитая атмосфера». Плохо. Опять придётся проверять на себе.

После пяти минут однообразной работы руками створка послушно поползла в сторону, и кристалл в руке Васи опять отреагировал: разгорелся ярче, будто даже замерцал. Я уже открыл рот, чтобы спросить, но осёкся – зажмурившаяся дочь широко распахнула глаза и неуверенно махнула рукой во тьму за воротами:

– Пап, там и правда выход. Я чувствую. Егор?

– Что-то такое… не уверен.

Я выглянул в проход и, не удержавшись, хмыкнул. Коридор, ровный и прямой, в первый раз за время блужданий под небольшим углом поднимался вверх, причём дальний конец терялся в темноте. Неужели почти выбрались?

Монотонный подъём оказался коварен – вроде совсем не сильно в горку, но ноги у меня загудели уже через пару десятков минут. Ещё через десять минут я уже был готов объявить очередной привал, однако дети шагали и шагали как ни в чём не бывало, даже не много обогнав меня. Неужели дело в рюкзаке? Совсем недавно брат с сестрой ощутимо притормаживали движение, а теперь в балласте я? Вот ведь, старость не радость. Хотя я как-то не ожидал «поймать» старость до тридцати пяти. Да и не в такой уж я плохой форме! Я…

– Папа, у тебя ноги болят? – Вася внезапно остановилась, встревоженно разглядывая меня. – Ой, и спина тоже?

– Э-э-э… – Вот так сознаваться в своей слабости перед собственными детьми мне не хотелось, но младшенькая даже не стала дожидаться, пока я что-нибудь скажу.

– Пап, я знаю, что делать! Садись на рюкзак. Егорка, что стоишь как чурбан? Помогай!

– О! – Парень отвис и метнулся следом за сестрой.

У меня на языке так и крутилось «а может, не стоит?», но показывать, что сомневаюсь в своих детях? Хрена с два! В крайнем случае, просто посижу, ускорять процесс заживления ран и снимать усталость у отпрысков всё равно нормально никогда не получа…

– Ауч! – Хорошо, что от мата при детях я рефлекторно сдержался. В правую икру как раскалённую спицу всадили.

– Егор! Косорукая жаба! – До того внимательно ощупывающая мою левую икру через ткань штанов, дочь толкнула брата, тот отлетел, будто ему со всей силы «зарядил» в плечо взрослый человек. – Ой.

Я вскочил, в два прыжка долетел до сына, лежащего на спине и удивлённо лупающего глазами. Судя по лицу, ему даже больно не было.

– Гор! В порядке?!

– Д-да. – Старшенький ухватился за мою руку и легко встал. – Даже не больно.

– Извини, пожалуйста. – Младшая выглядела потрясённой. – Я… ты… никогда от простого «усиления»… прости!

– Да и я никогда. – Дети переглянулись и вдруг замолчали. А до меня внезапно дошло: ноги больше не болят. Ни одна, ни другая.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22