Сергей Плотников.

Пропавшая



скачать книгу бесплатно

– Несомненно, круто. Так и должно быть на крутой тайной инопланетной базе. – Пришлось покивать с серьёзным видом, подтверждая рабочую гипотезу ребёнка, и тем же тоном продолжить: – Дети, наденьте куртки, всё-таки лето осталось наверху.

Штормовки спиногрызов были мгновенно извлечены из рюкзаков и, не глядя, напялены, после чего дети опять прилипли к стене. Время шло, камень Наты в ручке Василисы странным образом продолжал заливать помещение подпола мягким светом без теней, а замаскированный вход, как я и подозревал, всё не находился. Почему подозревал? Потому что Омуты пусть не военная, а исследовательская, но база. Форпост. Так что, некий шанс, что это место в конце концов об наружат посторонние, даже с учётом барьера страха, оставался. Мало ли, человек попадётся совсем уж нечуткий, или ещё что. Логично предположить, что дверь должна открываться при помощи всё той же пси, но никак не реагировать на людей или обстукивание преграды. Детям я, правда, подсказывать не спешил, если догадались с кристаллом дома, тут и подавно ответ ясен. А раз всё-таки открыть не могут, значит, не всё так просто. Так зачем очевидные факты под руку говорить? Нет уж. Не хотелось ночевать в таком месте, конечно, но это гораздо безопаснее, чем ночёвка в обычном доме в тайге или просто в палатке, к которой мы готовились, уезжая из Москвы. Хорошо бы колодцы окончательно не засыпало, тогда вообще полный комфорт будет…


– ДА-А-А!!! – От вопля сына я едва не свалился с рюкзака, на который присел. – Ха-ха, а ты даже не догадалась!

– Я догадалась даже быстрее тебя, но говорить не хотела, чтобы ты не расстроился! – Вася не осталась в долгу, выказав значительные достижения в деле демонстрации языка идеологическому противнику.

– А я и не догадался. – Егор попытался состроить невозмутимое личико, но проиграл своим эмоциям. На лице стремительно расползалась широкая довольная лыба. – Это папка догадался! Сразу! Только ты его подсказку не поняла.

– Всё я поняла, а что за подсказка? – Признавать ошибки младшенькая умела, но очень не любила, даже освоила некоторые фишки из чисто женского арсенала манипуляций противоположным полом. Сколько Ната ни билась, пытаясь объяснить, что так делать, мягко скажем, нехорошо, по крайней мере по отношению к родным, ничуть не помогало. Влияние школы. Увы, там дети проводили времени не меньше, чем дома, а дурной пример маленьким человеком впитывается куда проще хорошего. Если для Егора я оставался авторитетом номер один, всё ещё выигрывая у сенсея по айкидо, то юная красавица предпочитала не ограничиваться одной стратегией из каких-то там не очень понятных ей принципов «честно-не честно». Она же не заставляет, верно? Повёлся – сам дурак. Жена, обладавшая прямым и открытым характером, только диву давалась. Что касается подсказок, была у нас такая, гм, не игра, а скорее тренировка для ума. Видели бы вы, сколько гордости сверкало в родных глазёнках, когда сложную «взрослую» логику удавалось разгадать правильно. Собственно, теперь подобные ситуации случались всё реже и реже.

При наличии Интернета, поисковых систем и Википедии на многие вопросы ответ можно найти самим.

– И что за подсказка? – Вася картинно свела бровки – на её личике это смотрелось одновременно умилительно и очень смешно – и покосилась на меня.

– Папа сказал, база «крутая».

– Зашибись подсказка! – Дочка изобразила так понравившийся когда-то жест «фейспалм», который ей удавалось изобразить с очень взрослым и усталым видом. Сын тоже так баловался – подростки в определённом возрасте имеют неодолимую тягу к копированию красивых жестов – пока как-то во время тренировки с Натой не заехал сам себе рукой с «усилением». – Ну, крутая, и что?

– У Крутой Базы не будет секретной двери. – Егор с превосходством оглядел Василису. – У Крутой Базы сдвигается вся стена! Джеймса Бонда смотрела?

На этом месте ладонь к лицу захотелось приложить уже мне. Сыну от матери характер достался в полной мере: прямой, честный и, в изрядной степени, благородный. В секцию боевых искусств нам пришлось его устраивать после случая, когда девятилетний Гор решил вступиться за девочку-первоклашку, на которую у ворот школы набросилась собака. Защитил. После усиленного удара по черепу дворняга уже не встала. Проблема в том, что брехливая тварь оказалась «чейной», но тут не сплоховала уже Вася, завопившая «он ударил собачку, а потом братика!». В общем, обошлось, но установку «я решаю проблему кулаком» пришлось корректировать. Разумеется, не проповедями типа «подставь другую щёку» или запретом на применение способностей, урок парка я запомнил накрепко. Айкидо, где большая часть боя проходит на отводах и захватах противника, показалось нам с Натой хорошим компромиссом, чтобы поставить безопасные для сына рефлексы. С прошлого года в секцию пошла и дочь.

* * *

– Всё ты врёшь! Ничего она не отодвигается. – Лисса буравила стену взглядом с натуральной ненавистью. – Тут просто нечем её двигать. Ты ошибся!

– Де-евчонки. – С видом полного превосходства старшенький упёрся руками в стену и действительно неожиданно легко сдвинул её влево, а потом просто пошёл, открывая-откатывая каменную створку.

– Ой. – Младшая хотела сказать что-то ехидное в ответ, да так и застыла, оглядывая так же освещённый из невидимых источников зал. Точнее, ангар. В просторном прямоугольном подземном бункере стояла натуральная летающая тарелка.

– Ну, логично, – констатировал сын, оставив в покое сдвижную стену. – Инопланетная база, инопланетный корабль, ага.

2

– Как-то у них тут бедновато, – неуверенно резюмировал нашу общую мысль сын. Действительно, от ангара с летающей тарелкой ожидаешь наличия оборудования, предназначенного для её обслуживания, а тут ничего. То есть совсем ничего! Такое впечатление, что капсулу сюда поставили захватчики-земляне, причём ещё в процессе строительства. Потолок бункера выглядел монолитной бетонной плитой. Нет, возможно, он тоже сдвигался вбок, но тогда земля сверху неминуемо должна засыпать метровым слоем всё помещение.


– Люк! – На этот раз отличилась Вася. В отличие от меня, мучающегося дурацкими вопросами, и брата, восхищённо пускавшего слюни на «тарелку». Держу пари, парень решал, что лучше: сгонять на Луну или сначала в Москву к школьным приятелям, похвастаться; прагматичная дочь продолжала вслушиваться в работу пресловутых кристаллов. И небезрезультатно. – Да-а, внутри тоже что-то не густо с обстановкой.

– А ну, дай глянуть! – Старшенький пулей унёсся к противоположному борту космического – эм, все-ленностного? – корабля прежде, чем я успел среагировать. Так, надо собраться, сейчас это особенно важно. Хотя Ната и сказала, что здесь ничего опасного для нас нет, но…

– Вот это хре-ень! – Голос сына из люка донёс целый букет эмоций. Люк, кстати, выглядел один в один как трап какого-нибудь бизнес-джета из кино. В откинутом состоянии вполне обычные ступеньки. Внутри маленькая круглая каюта без иллюминаторов, зато с диваном, охватывающим невысокое возвышение в центре разорванным кольцом. Крышка возвышения оказалась откинута, а из отверстия торчали, да, две детские любопытные задницы.

– Гор. Лисса. – Не знаю почему, но именно эти сокращения от имён наших детей больше всего нравились моей супруге, именно их она особо твёрдым голосом чеканила, если хотела показать недовольство нашими замечательными отпрысками. Сработало. Соответствующие части тел вздрогнули, детки соизволили вылезти и вернуться в положение, более подходящее прямоходящему виду разумных существ. Внутри тарелки-капсулы сразу стало тесно. – Что там?

– Камень, то есть кристалл! Огромный! – Егор немедленно забыл, что его собираются отругать, и едва не подпрыгивал на месте. – Он такой тёплый и… и…

– Это двигатель, – авторитетно заявила Вася и нехотя добавила: – Очень сложная штука. Ничего не поняла, но, кажется, знаю, как запустить.

– И не сказала?! Покажь скорее! – Брат вознамерился немедленно залезть в моторный, как выяснилось, отсек, теперь, судя по энтузиазму, целиком.

– Стоять! – Словами я не ограничился, сгребая мелких в охапку. – Это билет в один конец, помните? Капсула настроена на переход к маме на родину. Сложим вещи, сядем сами, только потом будем пробовать.

Улыбки детей разом потускнели. Проклятье! А что ещё оставалось делать? Всё серьёзно, как никогда. То, что инопланетяне живут где-то в другом слое реальности и генетически такие же люди, как и мы, вовсе не отменяет нашего присутствия на их базе, пусть и законсервированной. Даже на самой банальной автобазе какого-нибудь сонного провинциального городка можно найти кучу опасных вещей, от топлива до сварочного аппарата, что уж говорить о фактически космодроме? Или как там, вселеннодроме?

– Первая задача. Прежде чем лететь, надо найти мамину запись. Ту, которую она оставила, попав к нам на Землю. Это где-то здесь, и, кроме вас, её никто не найдёт, – напомнил я и, не удержавшись, заглянул в двигательный отсек, полюбовался на слегка мерцающие грани огромного кристалла – штука больше метра диаметром! – и, подпустив в голос просительной интонации, добавил: – Давайте закроем капот. А то я помню, как вы «помогли» мне с машиной пять лет назад.

Дети дружно фыркнули, переглянулись и засмеялись. Кто считает, что детские ручки слабые и не способны на деструктивные действия особой мощности, пусть так не думает. Минута. Ровно минута, пока я забирал из багажника провода для «прикуривания» от аккумулятора, потребовалась детям, чтобы вывести из строя систему зажигания, шлейф от контрольных датчиков и – не поверите! – повредить проводку к правой фаре. Последнее стало для меня особенной загадкой. Но как?! Можно, конечно, сослаться на пси-обучение… если бы не мои собственные подвиги в пять лет, когда, вооружившись пластиковой игрушечной отвёрткой, я разобрал монументальный отцовский ламповый радиоприёмник! Потом, уже в более вменяемом возрасте, я разглядывал блокирующие тяжёлую металлическую крышку винты и тоже задавался вопросом: «Но как?!» Не иначе, меня настигло кармическое воздаяние.

– Ладно, хватит, хватит. – Я проследил, как крышка плавно становится на место, и слегка выдохнул. Что можно сломать в кристалле-двигателе? Даже знать не хочу! – Сначала ищем запись. Есть идеи, где?


Найти дневник оказалось несложно. Логика такова: Ната сначала остановилась где-то, гм, пожить, а потом стала вскрывать инструкции. Нужно найти дом с признаками того, что в нём жили, ну а дальше дело Василисы. Пока мы осматривали постройки, я уточнил у Егора, насколько точно он может чувствовать и определять кристаллы. В ответ сын сначала замялся, потом нехотя признал, что тут Васька его обошла.

– Зато она не может так! – Извлечённая из кармана куртки увесистая шишка (и когда он успел её подобрать) со свистом стартовала из ладони. Он даже не попытался её кинуть, просто разжал пальцы. – Круто?

– Впечатляет. – Я проследил, как, пусть и опознанный, тем не менее противоестественно летающий объект приземляется в заросли на краю поляны. – Ты же раньше так не мог?

– Да ему камни в земле помогают, пап! – Младшая немедленно разоблачила брата. – Они как бы создают зону другого этого коэффициента затухания пси-воздействия. Вот. Немножко совсем вроде от других мест отличается. Не знаю, как объяснить.

– Ага, и объяснить не можешь, и бросить, как я! – Егор надулся от гордости.

Ответ последовал незамедлительно:

– Ой-ой-ой! А кто тебе предложил попробовать? Не я, скажешь? Так бы и ходил, как лох!

– Дети, – я потёр лоб, – вы оба молодцы. Может, объясните, что с этими камнями-кристаллами такое?

– Мы, когда возвращались домой из школы, словно в другое место попадали, так хорошо становилось! Будто уже отдыхали два часа и полны сил, – поведал Гор. – Оказалось, это мамин камень так работает, я тоже разобрался. А тут их много, и получается такая аномалия. Как в том ужастике, ну, где коровы терялись, а потом прямо из земли полезло…

– З-заткнись! – Вася сделала движение, будто хотела зажать уши. – Ты же знаешь, я терпеть не могу всякое такое!

– Но мы как раз в центре…

– Вот именно! Нашёл, где рассказывать!

– Извини. – Егор не поленился подойти к сестре и взять за руку. – Просто тут всё будто насквозь чувствовать можно, вот я и не подумал. Ну, ты чего?

– Ладно, проехали. – Насупившаяся Василиса шмыгнула носом и махнула рукой. – Пошли уже.

И двинулась к дальнему дому, который мы должны были осмотреть одним из последних.

– Вася, – я догнал дочь, – почему туда?

– Так мамин дневник… ой. – До неё дошло.

– Кр-руто. – Егор попытался сделать одухотворённое лицо, видимо, концентрировался на ощущениях, и покачал головой. – Ничего не чувствую. Знаешь, даже завидно.

– Прогиб засчитан, – снисходительно оповестила маленькая манипуляторша, знавшая, что более всего брат терпеть не может того, что у неё вызывает страх. Именно так она, кстати, и отучила Егора смотреть фильмы ужасов. – И ты, кстати, прав, тут, в центре, всё ощущается гораздо лучше, а мы кругами по деревне ходили.

Н-да. Косяк. Причём мой. Мне сначала тут было очень не по себе, а уж выйти на середину открытого места и вовсе казалось плохой идеей почему-то. Видно, я тоже отчасти чувствую пси, только совсем не так, как те, кто могут ею управлять. А что будет во Вселенной-один с её низким затуханием? Впрочем, туда ещё предстоит попасть.


Кристалл гордо лежал посреди стола небольшой и какой-то уютной комнаты, такой же пустой, как и в доме над ангаром, но чем-то неуловимо отличавшейся. По крайней мере, здесь сохранялось жилое ощущение, или я просто стал привыкать к воздействию? Кроваво-красный кристалл, по сравнению с булыжником из нашего дома, казался маленьким. Размером чуть больше крайней фаланги мизинца, но от него исходило некое ощущение, нет, не угрозы. Кристалл словно спрашивал: «Ты точно хочешь взять меня в руки?» Почувствовал это не только я, дети остановились, не дойдя до стола одного шага, переглянулись, и камень решительно взял Егор. Повертел в руках, удивленно вскинул брови. Ощущение давления пропало как отрезанное!

– Дай мне, – тут же потребовала дочь и, заполучив просимое, застыла, зажмурившись. Несколько секунд ничего не происходило, старшенький начал как-то подозрительно переминаться. Вовремя я отвлёк его от двигателя тарелки!


– Ага! Явились-таки. – Звонкий голос Наты заставил дёрнуться и меня, и сына, только Вася осталась неподвижной. Я крутанулся на звук, и, да, в юной девушке мгновенно узнал свою любимую и одновременно не узнал. Короткая стрижка – ладно, но волосы красного цвета?! Впрочем, волосы это ещё что, выражение «я тут королева, а вы все смерды», которого я у супруги даже представить не мог, украшало личико, гм, инопланетянки. По крайней мере, на эту мысль наводила одежда, представляющая собой красный бесшовный комбинезон, облегающий тело, одновременно и одежда, и обувь. Отдельные утолщения наводили на мысли о встроенном компактном оборудовании и защитных элементах, как в «черепахах» байкеров. Девушка стояла и молчала, как живая, демонстрируя предполагаемым собеседникам степень недовольства. Немного портило картину «гордый профиль и чёткий шаг»[2]2
  Михаил намекает на строчки из поэмы «Про Федота-стрельца, удалого молодца» Леонида Филатова:
Гордый профиль, твёрдый шаг,Со спины – дак чистый шах!Только сдвинь корону набок,Чтоб не висла на ушах!

[Закрыть]
отчётливо слышимое раздражённое сопение, по моему мнению сводящее на нет весь эффект и вызывающее только умиление. До Дарта Вейдера Нате было далеко. Видно, она и сама это сообразила. Фигура «неголограмма» поменяла позу и обратилась к нам с обличительной речью:

– Дядя! И папа! Вы не охренели совсем уже? – От обвинительной, откровенно детско-обиженной интонации я аж закашлялся от неожиданности. Судя по широко раскрытым глазам, Егор тоже словил нехилый когнитивный диссонанс от такой мамы. – Я понимаю – тренировка. Я понимаю – дождаться, когда вы решите проблемы. Но как минимум пятнадцать лет! Я же… я же старой стану!!! Ну, не старой, но я ж здесь со скуки помру! Вы вообще видели, что тут вокруг? Джунгли! Дикие! С кусачими летучими тварями! Я на двадцать метров от периметра отошла, меня чуть не сожрали! Какой тут на хрен университет?! Тут вообще репульсорный подвес изобрели или, как древние варвары, на лошадях ездят верхом? Ну, удружили. Р-родственнички. Вот от вас я такого не ожидала! – Девушка сделала несколько энергичных вдохов и выдохов и уже другим, заметно более спокойным голосом сообщила: – Вы меня пытаетесь защитить, я понимаю, но в этот раз вы перегнули палку. Я ознакомлюсь с инструкциями на кристалле Хранителя и поступлю, как вы мне сказали. Но это последний раз! Мне до благородного совершеннолетия оставалось меньше года, а вы! Да, долг семье священен, я помню. Я всегда – всегда! – выполняла то, что вы мне говорили. Особенно ты, дядюшка. Ну, извини, что я попала в «тупой красноголовый десант». Я понимаю, ты разочарован, но я сделала это не намеренно, меня сюда продвинули по результатам приёмного тестирования. И учти, вернувшись, я намерена отдать долг родине до конца. Никто не скажет, что семья Воля пренебрегает имперскими законами и традициями своего славного рода! Вы в своих штабах, верно, забыли, что у тех, у кого низкое звание, может быть своя воля и своя честь? Н-да, и что я воздух сотрясаю, верно? Интересно, вы и вправду считаете, что на планете с пси-коэффициентом «четыре» мне безопаснее, чем в расположении части? Единственное, что меня останавливает от того, чтобы реактивировать капсулу, – я всё-таки солдат, а вы, как ни крути, мои командиры. Я выполню ваше хреновое задание, пусть оно и заключается в не нужной никому разведке отсталого мирка неизвестно где, ах, за пятнадцать последних лет с тех пор, как отозвали наблюдателя, тут столько могло измениться, ужас-ужас. Тьфу! И я буду КАЖДЫЙ день тренироваться, раз уж вы меня этим заманили. Когда вернусь, у меня будут не только вопросы, но и силы их вытрясти, те самые силы, на нехватку которых вы сослались, засовывая меня сюда. До встречи. Кристалл оставляю на видном месте, остальные записи буду вести в камень Хранителя. Все ваши секретные распоряжения я перед этим потерла, можете не переживать. Всё. Офицер Натана Воля. Запись окончена.


Проекция исчезла, Василиса открыла глаза и немного дрожащей рукой стёрла выступивший на лбу пот. Мы молчали, сказать было нечего. Офицер? Десант? Нату отправили сюда от войны? С другой стороны, понятно, почему её сообщение на кристалле Хранителя (наверняка это наш домашний камень) такое расплывчатое. Любимая открылась мне с совершенно неожиданной стороны. Дела! Большой вопрос, безопасно ли лезть в мир Наты. Раз родственники её сюда закинули, дело закрутилось нешуточное. А жена у меня хороша. Аж целый элитный боец, десантник… «Меня папа научил». Ага, ага!

– Пап, у меня вопрос. – Егор внезапно вмешался в ход моих мыслей. – Мама… она оставила эту запись для своих родственников, так?

– Ну да. – Я посмотрел на неожиданно серьёзного сына, что-то усиленно обдумывающего.

– Тогда почему мы её понимали?

Резонный вопрос. И вот это интересно.

3

Дети попробовали мне объяснить принцип действия кристаллов. Дети. Мне. То, что сами не понимают, но «так чувствуют». Н-да, ладно. Если объединить плод их совместного креатива в жанре «описать неописуемое» и элементарную логику, получалось примерно следующее: прозрачный гранёный псионический камень – это что-то вроде флешки со встроенным плеером или плеера со встроенной флешкой. Понятно, короче. Причём хранить на такой флешке можно что угодно, а воспроизводить она может только звуки, то есть некий вариант воздействия. Наша домашняя стекляшка была настроена на локальное изменение (насколько это вообще возможно) коэффициента пси-затухания и на создание приятной атмосферы в квартире. Кристаллы, обеспечивающие периметр базы, собственно, работали так же, только вместо позитивного ощущения создавали у людей и животных негатив, заставляя покидать территорию деревни Омуты. Откуда бралась энергия для работы этих функций – ещё один интересный, но не актуальный вопрос. Во-первых, узнать неоткуда, во-вторых, было кое-что более важно-срочное.

– То есть ты хочешь сказать, что вот эта штука, – показал я на красный камень в руках младшенькой, – использует твой мозг для проигрывания записей?

Василиса неуверенно кивнула. Похоже, ей такая мысль не особо нравилась, но другого объяснения не было.

– Получается, раз мама не учила тебя работать с кристаллами, носитель использует твою нервную систему самостоятельно?

У кого я это спросил – у дочери или сам у себя. Лисса, услышав такую замечательную новость, аккуратно положила красный камень на стол и быстро-быстро отошла к дальней стене. Молодец, напугал единственного доступного оператора. С другой стороны, скрывать свои выводы от дочери я никогда и ни за что не стал бы. Это не просто подло, это мерзко!

– Нет, неправильно. – Егор, тоже задумавшийся над моими словами, поднял на нас глаза. – Мама учила нас чувствовать друг друга. С обычными людьми так никогда не получалось, но между собой можно даже передать какую-нибудь простую мысль: слово или образ. Нужен только прямой контакт и очень-очень сосредоточиться на том, что хочешь, а у мамы даже по два-три получалось! Образа.

Сын, вспомнив про Нату, приуныл, да и то, что собирался рассказать дальше, его, похоже, не слишком радовало. Я нашёл глазами Васю, та, наоборот, теперь хмуро смотрела в пол.

– Мы пытались позвать маму, – совсем уже тихо закончил Гор. – Вместе. Одновременно. Так должно действовать сильнее. На пределе сил, – за пределами. И когда начали, сразу почувствовали в комоде отклик. Как блик, отражённый от зеркала. У Васьки передавать всегда получалось лучше, вот она и схватилась за камень. Мы думали, может, это что-то вроде сотового, только под наши способности. Сестра позвала, и мама появилась, только это была та запись.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22