Сергей Панченко.

Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Брат во Христе



скачать книгу бесплатно

Они миновали небольшую деревушку, обойдя ее верхами. Пират прибавил шагу и шепнул, что в этом месте задерживаться не стоит. Мол, здешний председатель колхоза в одиночку умял всех жителей и теперь рыщет по окрестностям в поисках новой еды. Рэб так и не понял, насколько серьезен был его спутник.

– А коров и свиней тоже он подъел? – спросил Рэб.

– Их здесь не было, это же плодопитомник. Вон, сады в низине.

Рэбу представился мутировавший председатель колхоза – обязательно с животом, горькими слезами умывающийся, но лопающий яблоки и груши от безысходности.

Отойдя от колхоза на пять километров, Пират облегченно вздохнул.

– Не люблю это место.

– А что если обойти его большим крюком?

– Пробовал, но там еще хуже. Справа – трасса, там внешники катаются, слева – река широкая, и там столько прикормленной гадости бегает, что лучше одного председателя миновать, чем сотню голодных тварей.

– Пират, а можно спросить тебя, как у бывалого? Есть теория происхождения Улья?

– Есть, полно всяких. Каждый фантазирует в меру своих умственных способностей. Кто-то думает, что это кара Божья…, – Пират многозначительно посмотрел в глаза Рэбу. – Кто-то считает, что Улей сварен из кусков аномальных зон, существующих на планете. Кто-то считает Улей делом рук инопланетян или самих землян, но из далекого будущего.

– А ты сам за какую теорию?

– Ты читал «Град обреченный» Стругацких?

– Нет, я вообще, не питаю слабости к чтению.

– А я питаю. Так вот, там тоже было общество, непонятно каким образом собравшееся в непонятном месте. Они называли это Эксперимент. Пытались приспособиться, работали, устраивали революции и все такое, и все время задавались вопросом, а с какого перепугу они здесь, и что это вообще такое. И вот я дочитал до конца эту книгу.

– И?

– И так ни хрена не понял, где они оказались и кто проводил этот Эксперимент. Так и с Ульем я считаю. Мы никогда не узнаем, кто его устроил для нас: инопланетяне, Господь или славные потомки. Так и похрен, на самом деле. Я заметил, что в Улье дольше живет тот, кто меньше задает вопросов, не касающихся собственно выживания. Мой тебе совет: не держи в голове ненужную информацию, не помогающую выжить. Послушаешься – мы с тобой еще не раз встретимся, а нет… – Пират замер на полуслове, остановился и уставился в одну сторону.

Рэб пригнулся к земле, поняв, что опытный товарищ что-то увидел. Он попытался разглядеть что-нибудь в той стороне, куда смотрел Пират, но ничего, кроме редких кустов и лесополосы, разделяющей поля, не увидел.

– Засада, – шепнул Пират.

– Где?

– Справа, вон там, в прогале между деревьями, где дорога проходит, мужики с оружием сидят.

– На кого охотятся?

– Хрен его знает, но проверять не хочется. Хорошие люди на такой дороге не ищут наживы, только уголовники.

– И здесь в тюрьмы сажают?

– Ну, бывает, конечно, и здесь сажают, но эти, в основном, в том мире по тюрьмам сидели.

Мы их мурами называем. Самый поганый слой в Улье, ненавижу их больше мутантов.

– Беспредельничают?

– Не то слово! Моральные уроды, каких свет не видывал! Они на побегушках у внешников. Те их не трогают… почти.

– Обойдем стороной? – Рэб не хотел, чтобы их заметили муры.

– Обойдем, седьмой дорогой, – успокоил его Пират. – Странно только, что они засели на такой безлюдной дороге. Если они из города ждали рейдеров, так рано еще. Дня через два самое то было бы. Думаю, инфу им слили. Давай, Рэб, посидим пару часиков, подождем, чем кончится.

– Не горю желанием, но если для дела это нужно, готов подождать. – На самом деле Рэбу было тяжко от мысли, что на его глазах может случиться убийство.

Пират достал сухари из своего запаса и предложил их Рэбу, чтобы скоротать ожидание. Минут через пятнадцать послышался звук моторов справа. По проселку между полями гречихи и проса катились два броневика и один военный грузовик.

– Кто это? – спросил Рэб. – Внешники?

– Нет, военные, наши. Внешники в масках все, бояться заразиться, а эти с открытыми лицами.

– Может, предупредить их?

– Ага, попробуй! Они сразу тебя рубанут очередью, а потом спросят, кто такой и откуда.

– Куда они?

– Куда и мы, в город. Со стаба, скорее всего, военного едут. Материальное и продовольственное обеспечение пополнить.

– Они тебе чего-нибудь плохого делали? – спросил Рэб у напарника.

– Нет, конечно. Я даже отлеживался в их госпитале пару раз.

– И ты вот так позволишь им попасть в ловушку?

– Слушай, Рэб, усвой местные законы: дольше и счастливее всех живет тот, кто заботится в первую очередь о себе.

– Счастливее – вряд ли. – Рэб вынул из-за спины свой самодельный крест.

– Что ты задумал? – удивился Пират.

– Проехаться на попутке. Сиди здесь, я тебя не выдам.

Сам не понимая, откуда у него взялась смелость, Рэб поднял над головой крест и пошел в сторону колонны военных. Пират за его спиной покрутил пальцем у виска. Первый броневик, с пулеметной турелью на крыше, развернул пулемет в сторону приближающегося Рэба. Солнце играло на лезвии ножа, притороченного к кресту. Колонна остановилась. Второй пулемет, с другого броневика, тоже смотрел в сторону Рэба. Грудь ломило от предчувствия свинцового дождя, разрывающего ее на куски. Пулеметы молчали. Из кабины грузовика выскочил человек с автоматом наперевес и пошел навстречу Рэбу.

Через минуту они сошлись. Военный был в камуфляже с капитанскими погонами.

– Ты кто такой, бесстрашный? – спросил он, ненавязчиво наведя ствол автомата на бывшего священника.

– Меня зовут Рэб. Я хочу предупредить вас, что впереди засада. Вон там, между деревьями.

– Откуда знаешь?

– Не все ли равно?

– Так-то оно так. Если, правда, помог, а не позволил ее организовать.

– В смысле? – Рэб был уверен, что помощь его очевидна.

– Вдруг ты – отвлекающий маневр, чтобы дружки твои смогли окружить нас и пострелять.

– Дурак ты, человек, хоть и капитан!

– Да умных тут давно не видели. Реально, что ли, засада?

– Мы с другом шли, он глазастый, далеко видит, как в бинокль. Он и увидел. Помогать вам побоялся и мне не советовал.

– Ты новенький?

– Да.

– Друг твой прав был: если бы не крест над головой, срезали бы без вопросов.

– А потом бы и вас постреляли.

– Ладно, прости. Вижу, что правду говоришь. Придется в объезд идти. Вы куда шли?

– В город.

– Можем с собой взять. Поедет твой друг с нами, не побоится?

– Не знаю. – Рэб развернулся и помахал рукой в сторону, откуда пришел.

Пират появился над травой, поднял руки вверх и пошел навстречу колонне.

Метров за триста от засады подкорректированные глазастым Пиратом пулеметчики сделали по десять коротких очередей в лесные заросли. Трассеры разлетелись красными шарами в небо. Из леса попытались огрызнуться, но пущенная в их сторону длинная очередь из пулеметов и одного автоматического гранатомета заставила их замолчать.

Дорога до города прошла с относительным комфортом – в тентованном кузове грузовика, вместе с десятью мужиками в военной форме. Пирату не сиделось на месте. Он то и дело отодвигал уголок тента и пытался высмотреть опасность.

– Я не привык в автомобиле, чувствую себя, как в ловушке, – поделился он с Рэбом.

К счастью, все обошлось. Колонна встала перед самой границей кисляка. Городской кластер выгружался свежими ресурсами для всего Улья. Капитан вручил Рэбу военный «калаш» с пластиковым цевьем и прикладом и одним полным магазином.

– Это знак благодарности от командования. В нашем стабе вам обязательно будут рады. Меня зовут Кузьма. Если будут задавать вопросы, зовите меня. Вы с нами пойдете на промысел?

– Не, не с вами, – предупредил Пират. – Вы слишком заметные. К вам, наверное, прицепятся сразу? Мы по-своему, незаметно.

– Часто бываешь здесь? – спросил капитан у Рэба.

– Последних четыре перезагрузки.

– Ветеран. – Кузьма уважительно покачал головой. – Как бы не перехлестнуться с вами?

– Наш район возле управления МВД. Там у меня секретная снайперская позиция. Услышите выстрелы из крупного калибра – это мы с Рэбом перфорации в мутантах делаем. Там наше все.

– Наши склады довольствия у вокзала и пороховые склады. Там будут работать ДШК и КПВТ, может быть, и с гранатометов постреляем. Туда не лезьте. Как опытный, скажи, сколько здесь длится дедлайн?

– Двое суток почти. Столько же до набега мутантов. От нас на восток скоро шумно перезагрузится кластер. Тварей магнитом туда тянет.

– Отлично! Денек погуляем, по девкам, а потом – день на восстановление.

– Ты первый раз здесь? – догадался Рэб.

– Да, предыдущая экспедиция почти полностью полегла. Вернулись на одном броневике.

– Ладно, дай Бог, чтобы у вас все прошло хорошо. Кисляк сошел, мы с Рэбом отправляемся.

– Давайте, парни! И спасибо вам!

– Сочтемся, – ответил Пират.

Глава 4

В городе начиналась суета. Автомобили замирали на границе кластера. Водители и пассажиры чесали затылки, разводили руками и матерились. Пират разобрал винтовку и убрал в рюкзак. Помог Рэбу раскрутить подаренный военными «калаш». Его тоже спрятали в рюкзак.

– Ну его, оружием светиться! Походим пока, как гражданские, окунемся хоть на сутки в прежнюю жизнь. Как я люблю это место! Мороженку хочешь?

В двух кварталах от границы кластера было спокойнее. Народ еще не успел запаниковать. Пират подвел Рэба к киоску с мороженым и постучал в закрытое окошко, на котором была приклеена написанная маркером записка: «Киоск не работает. Света нет».

– Эй, Людка! Продай мороженое! Света долго не будет, все равно все растает.

Окно открылось. Из него выглянула конопатая девчонка в очках и подозрительно посмотрела на Пирата.

– Откуда вы знаете, как меня зовут? – спросила она.

– Я у тебя тут регулярно беру, просто сегодня на охоту собрался, поэтому ты меня не узнала.

– Да? – Девчонка силилась вспомнить Пирата. – А вы откуда знаете, что света долго не будет.

– А что тут думать? На гидроэлектростанции авария, сказали, что не скоро починят, – соврал Пират. – Связи нет, ничего нет, все обесточили. Полный блэкаут.

– Ладно, пока морозилка держит. Чего хотите?

– Мне – пломбир, а другу…?

– Эскимо… с орешками.

Пока Пират рассчитывался, Рэб рассматривал двор, окруженный тремя девятиэтажками. Народ жил своей жизнью, приходил, уходил, садился в автомобили или, наоборот, выходил из них и прятался за каменными стенами. Скоро мирная жизнь превратится для них в настоящий ад.

– Держи. – Пират протянул Рэбу мороженое. – Брось, не жалей их. Я так первый раз испортил себе всю ностальгию. Мы не в силах изменить ничего, поэтому остается только расслабиться и получить удовольствие.

Пират откусил большой кусок мороженого, блаженно закрыл глаза и замычал.

– Кайф!

– Расскажешь мне как-нибудь о всей структуре Улья?

– Что, неймется? Действительно хочешь изменить его?

– Хочу понять, зачем он нужен. Должен же быть в этом смысл. Любое действие вызвано необходимостью.

– Ой, ну все, забубнил! Я тебя предупреждал, о чем здесь надо думать, если хочешь жить. Ты бы еще теологию свою приплел сюда. Расслабься!

– Ладно, я понял. Где будем расслабляться?

– Сюрприз!

Пират вразвалку пошел мимо домов. Рэб последовал за ним. Напарник вывел его на аллею, тянувшуюся вдоль широкого проспекта. Картина шумного проспекта и прогуливающихся под сенью деревьев людей была настолько мирной, что сознание Рэба тронула тайная надежда на то, что с этим кластером случится что-то из ряда вон выходящее и он не окажется в жутком Улье. Все портили замершие троллейбусы и неработающие светофоры, возле которых столпились ожесточенно сигналящие автомобили.

Пират получал настоящее удовольствие: улыбался девушкам, отпускал комментарии в их адрес, дышал глубоко и с наслаждением, закрывая глаза и смакуя рецепторами городской воздух. Рэб тоже хотел расслабиться, как и Пират, и даже понимал, что ему это нужно еще больше, но не мог. Сволочная совесть шептала ему в уши, что город скоро превратится в чистилище. Люди станут жрать друг друга, убивать, рвать на куски, кричать в предсмертном страхе. Рэб гнал от себя эти мысли, но они не хотели покидать голову.

– Ты напряженный какой-то. Присядем, тебе живца пора принять.

Они заняли первую попавшуюся свободную скамейку. Пират отвинтил пробку и сделал большой глоток. Рэб достал живец, приготовленный из кагора. Вином он почти не пах. Мимо прошел патруль, подозрительно покосившийся на них. Рэб подождал, когда они уйдут, и хлебнул напитка. Тепло сразу достигло дна желудка и, подобно всемогущему эликсиру, разбежалось по телу. Мысли прояснились, на душе полегчало. Зелень аллеи стала еще более изумрудной, девушки – красивее.

– Живец все портит здесь. Если бы не он, то погружение в прежнюю жизнь было бы полнее, – посетовал Пират.

– Представь, что это не живец. Кстати, никто не догадался закатывать его в ингаляторы, как для астматиков?

– Я слышал, что есть всякие способы. Где-то есть стабы, где кое-какая технологическая база осталась; там, вроде, живчик не только пьют, но и колют. Экстрактируют чистое вещество и пускают по вене. Слышал, что это эффективнее, но своими глазами не видел. Чистый живец – это для избранных. Всю свою жизнь кружусь на определенном пятачке. Каждый раз собираюсь сменить маршрут, но меня что-то останавливает – то ли страх, то ли привычка. Другие рейдеры вон куда заходят, вещи такие рассказывают – не поверишь.

– Это называется зона комфорта.

– Точно, так и есть. Не хочу из нее выходить.

В животе у Пирата заурчало. Он похлопал себя по нему.

– Жрать просит. Пойдем, покажу тебе здесь место на набережной. Там такой шашлык готовят! Ни в прошлой жизни, ни в этой я не ел ничего такого.

После живца у Рэба тоже проснулся аппетит.

– У тебя деньги есть?

– А как же! Не с пустыми же руками уходил я отсюда. Скоро все кассы будут в нашем распоряжении. Хождение денег как основной ценности в этом городе заканчивается. Надо успеть перевести их в дело, пока не обесценились. Идешь?

– Куда же я без тебя!

Среди пестрой городской толпы Рэб и Пират выглядели, как туристы, потерявшиеся в лесу, обносившиеся, хлебнувшие лиха. Люди косились на них, особенно на одноглазого Пирата. Тому все было нипочем. Он широко и счастливо улыбался и совсем не обращал внимания на прохожих. Рэб, напротив, разглядывал всех, всматривался в лица, пытаясь понять, кого же из них судьба пожалеет и превратит в мутанта, а кому оставит ясность ума, дабы тот увидел и пережил адские муки потери родных и близких.

С площади, окаймленной белым гипсовым парапетом, открывался вид на реку, разделявшую город на две части. Это традиционно использовалось е для романтических встреч, и там было полно народу: преимущественно молодежь, реже – родители с детьми. Пират поднялся по ступеням на возвышение. На нем находился ресторан, летняя веранда которого была выполнена в стиле зала рыцарского замка. Массивные деревянные столы и стулья, на стенах – имитация факелов, геральдические щиты.

– Хозяин – немец, – пояснил Пират.

К ним тут же подошла мадам лет сорока – полненькая, с белой косой и в переднике.

– Вам пиво? – спросила она.

– Ну почему пиво? Поставьте нам шашлыка, по две палки, мне еще колбаски свиные. Ты будешь колбаски?

– Заказывай ты, я здесь впервые.

– Хорошо, моему другу – тоже колбаски, похлебку из чечевицы для разгона и запить, чего-нибудь.

– Пиво?

– Бог с тобой! Литр водки, пока.

– Рассчитываться будете карточкой или наличными?

– Наличными.

– Покажите?

Пират усмехнулся. С видом крайнего превосходства вынул из кармана пачку пятитысячных купюр. Отсчитал три и протянул официантке.

– Возьми себе на чай.

Щеки у мадам зарделись. Она засмущалась перед богатыми гостями, выглядящими почти как бомжи.

– Хотите, музыку вам поставлю? – спросила она.

– Давай, Лепса включи.

Не успела мадам исчезнуть в дверях ресторана, как выбежала девчушка с двумя запотевшими бокалами пива и нарезкой из соленой рыбы.

– За счет заведения, – прозвенела девчушка и убежала.

– Каждый раз одно и то же! Только в прошлый раз пиво было светлое. – Пират враз осушил половину бокала, обтер лицо рукавом и довольно выдохнул. Рэб приложился к бокалу. Пиво было ароматным и тягучим. Хозяин явно готовил его самостоятельно. Легкий алкоголь действовал почти как живец. Организм принимал его с благодарностью, рассылая по телу импульсы блаженства. Не успело закончиться пиво, как мадам вынесла два больших блюда, на которых лежали коричневые запеченные колбаски в окружении жареного картофеля и винегрета из зелени и фасоли. Отдельно подала томатный соус, горчицу и майонез. Девчушка вынесла следом графин и две стопки. Водка имела слабый коричневый окрас.

– Что за водка? – спросил Пират. – В прошлый раз обычная была.

– Эта водка настояна на альпийских травах, таких же, как и бальзамы, которые производят там же. Она чуть горче, чем обычная водка, но сильнее стимулирует хороший аппетит и в целом положительно сказывается на здоровье. Это комплимент от шеф-повара. – Мадам протараторила заранее вызубренный текст.

– Передай ему комплимент от нас. – Пират вытянул еще одну пятитысячную купюру.

Мадам снова зарделась.

– Огромное спасибо. Приятного аппетита.

Она ушла. Пират разлил по стопкам водку, поднес к носу и понюхал. Рэб сделал то же самое.

– Приятно пахнет!

– Давай, за этот день, который так похож на те, которые мы не замечали, – предложил тост Пират.

– Давай.

Водка почти не обожгла горло, мягко прошла пищевод и теплом разлилась по желудку. Желудок уже молил набить его едой. Рэб на время забыл обо всем, с удовольствием уминая горячие колбаски и заедая их гарниром. Потом он откинулся на спинку стула. Пират смотрел в сторону реки, по которой плавали яркие лодки с парочками влюбленных.

– Знаешь, что мне было тяжелее всего, когда я попал сюда в первый раз?

– Что?

– После того как я выпил, мне хотелось кричать людям, чтобы они спасались, прятались, запасались оружием.

– Сейчас не так?

– Переборол себя. Понял, что так будет только хуже. Ну, давай еще!

– Давай. – Рэб представил себя, хватающего за грудки первого попавшегося и кричащего ему в лицо о приближающемся апокалипсисе. Так и до дурдома докричаться было недолго!

Рэб поставил пустую стопку на стол.

– Слушай, Пират, а у тебя, перед тем как перенестись в Улей, были какие-нибудь предчувствия или знаки? – Рэб вспомнил о своей «чертовщине», от которой после попадания в Улей не осталось и следа.

– Ты про что? – Колбаска застряла у напарника во рту.

– Ну, я не знаю; что-то необычное, необъяснимое.

– Хм… В Улье принято считать, что попадание в него есть случайный отбор и ничего другого. Хотя я не раз слышал истории от людей, говоривших, что у них были предчувствия или знамения.

– А ты сам-то как?

– Да хрен его знает! У меня столько проблем было по жизни, что я мог и не обратить внимание на это. Жил ведь, как м…ень последний, сам себе проблемы искал. Долги брал, в семье – полный кавардак, работы не было постоянной – шабашки одни. А потом – х…ак! – и в Улей загремел. И теперь у меня одна проблема: не окочуриться. – Пират наклонился к Рэбу через стол. – А у тебя, чё, знамения были?

– Да как тебе сказать… Вроде, было… чертовщина какая-то меня преследовала. Я ее вот так прямо не видел, она все время где-то сбоку мелькала, в боковом зрении. Я, если честно, думаю, что за грехи меня сюда закинуло. Поделом!

– Да брось, Рэб, ты хороший мужик! Давай еще накатим. Душа праздника просит.

– Давай.

Алкоголь в Улье брал хуже. Регенерационные способности человека-носителя многократно быстрее выводили алкоголь из организма. Если между тостами медлить, то пьянка напоминала хождение по «зебре»: то ты пьян, то трезв, то пьян, то трезв. В один из моментов, когда организм почти протрезвел, Рэб заметил, как по той стороне города пронеслись полицейские машины и два военных грузовика.

– Смотри, суетятся, – обратился он к Пирату.

– Еще бы! Сам подумай: полгорода отхренакало, за городом вообще другой пейзаж, никто ничего понять не может, без связи, без всего. Они ничего умнее не придумали, как поставить солдат по периметру. Как только стрельба начнется, знай: к нам пожаловали гости.

– А мы когда пойдем позицию занимать?

– Тс-с-с, сегодня – ни слова про это! Сегодня мы отдыхаем.

Мадам в переднике принесла шашлык. Выглядел он, как на картинке. Между кусочками жареного мяса – лук, зелень и помидоры. На втором блюде – ломти горячего хлеба собственной выпечки. Задремавший внутри Рэба отец Анатолий проснулся, чтобы получить гастрономический оргазм.

– Милая! – Пират вынул пятитысячную купюру. – Принеси нам еще своего эликсира на альпийских травах. – И нетвердой рукой попытался пристроить купюру между грудей официантки.

Мадам это не разозлило. Она хихикнула, перехватила купюру и, виляя бедрами по сложной траектории, спешно ушла. Через полминуты она принесла полный графин своего фирменного напитка. Отец Анатолий, носом Рэба прошелся по всей палке шашлыка, вдыхая безумно вкусный аромат. Снял зубами первый кусок мяса и, перекидывая с одной стороны рта на другую, с пристанываниями принялся жевать.

– Ну как тебе шашлык?

– Если на земле есть рай, то он здесь. Буду жив – через два месяца приду сюда снова. С тобой или без тебя.

– Вот и тост! Желаю, чтобы в следующий раз ты пришел со мной! – Пират закинул спиртное в себя и со стуком опустил стопку на стол.

Рэб поддержал его. Горький напиток усиливал моторику желудка, провоцируя «обжираловку». В эту минуту ему казалось, что Улей – не такое плохое место. В конце концов, каждые два месяца можно приходить в этот ресторан и устраивать себе изысканный гастрономический отдых.

На летнюю веранду ввалилась толпа молодых людей мажористого вида. Странная парочка в камуфляжах показалась им лишней.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8