Сергей Майдуков.

Гонка с преследованием



скачать книгу бесплатно

– А где твои родители? – удивился Мошков, заглянув в гостиную и не обнаружив там никого, кроме Вари, забравшейся с ногами на диван.

Ее гладкие колени заманчиво блестели.

– Поехали на дачу, – сказала она. – И Николку захватили.

Варя не стала пояснять, что это была ее инициатива. Сын и родители были сейчас лишними. Когда хочешь подчинить мужчину своему влиянию, нужно принимать его не за семейным столом, а в постели. Да и вообще сводить Мошкова с родителями было совершенно незачем. Варе он нравился, но она даже не думала о том, чтобы связать с ним дальнейшую жизнь. Ведь сейчас, по существу, она строила козни за его спиной. Как же можно будет потом глядеть в глаза человеку, которого обманываешь? Как говорить с ним о любви, когда всю себя Варя отдать Мошкову не могла. Ладно бы речь шла исключительно о сердце. Но тело, тело… Оно принадлежало другому, и тот, другой, обращался с ним похабно, втаптывал в грязь. Будучи такой грязной, Варя не имела права на чистые отношения. И она приказала себе не влюбляться в Мошкова. Пусть это будет только игра!

Откинувшись на спинку дивана, Варя изменила положение. Она предполагала, что Мошков проследит за этим действом, но ошиблась. Он смотрел ей в глаза.

– Так внезапно? – спросил он.

– Почему внезапно? – Варя пожала плечами, позволив бретельке маечки соскользнуть на руку. – Они по выходным почти всегда на дачу ездят. Сейчас ведь сентябрь, урожай пора собирать.

Мошков продолжал смотреть ей в глаза.

– Разве ты не предупредила их о моем визите?

– Слушай, я не помню, – сказала Варя. – Какая разница, а? В другой раз познакомитесь. А сейчас поставь бутылку в холодильник и расслабься. Ты не рад, что мы побудем вдвоем?

Ничего не ответив, Мошков отправился в кухню. Шампанское сунул в холодильник, а цветы небрежно бросил на стол, решив не ставить в воду. Он в этом доме не хозяин. Он тут вообще никто. Варя ясно дала ему это понять. Он видел по ее глазам, что она лжет. Не собиралась она садить его за один стол со своей семьей. Рылом дальнобойщик Мошков не вышел. Разведенный, отсидевший… Зачем Варе такой? Она позабавится с ним в свое удовольствие и бросит. А он, доверчивый болван, губы раскатал. Может быть, он Варе только затем и понадобился, чтобы прокатиться в Литву бесплатно.

Злой и мрачный, Мошков вернулся в комнату и сказал, что, пожалуй, уйдет.

– Как хочешь…

Варя снова пожала плечами, уронив вторую бретельку. Маечка теперь держалась на ней лишь благодаря паре природных полушарий.

Потоптавшись на месте, Мошков спросил, куда поставить пионы. Варя сказала, что займется цветами сама, вскочила и едва не потеряла свою маечку. Мошков отправился за ней в кухню. Он не собирался этого делать, вот уж нет. Но ноги шагали сами, против его воли. Они перенесли его в кухню и остановились за спиной Вари. Тут в движение пришли руки Мошкова, тоже сделавшиеся своевольными. Они обхватили ее поперек туловища и потянули на себя.

– Нет! – поспешно воскликнула она, обернувшись. – Так не надо!

– Как? – удивился Мошков.

Она покраснела: некрасиво, неровными пятнами, затронувшими не только щеки, но и лоб.

– Забудь.

Это я так просто.

– С тобой все в порядке? – спросил Мошков, пытаясь заглянуть ей в глаза.

Чтобы помешать этому, она опустила голову.

– Варя…

– Пойдем в мою комнату.

– Твои не вернутся?

– До послезавтра квартира в нашем полном распоряжении. Душ примешь?

– Обязательно, – кивнул Мошков, направился в сторону ванной комнаты, но обернулся. – Послезавтра отъезд, – сказал он.

– Отлично! Наконец-то!

Варя по-детски подпрыгнула, отчего ее майка съехала по рукам на талию и осталась там. Ее грудь тоже подпрыгнула, и Мошкову стало трудно дышать. Ему хотелось прижать Варю к себе, но он сдержался. Нельзя было использовать ее хорошее настроение в своих эгоистических интересах. Это было бы нечестно.

– Да, послезавтра, – тупо повторил Мошков, не зная, как приступить к главному.

– Мне на сборы много времени не понадобится, – заверила его Варя. – Я вещей мало возьму. Главное – ящик.

– Какой ящик?

– Дедушкин. Вернее, сам ящик не дедушкин, а вот вещи… – Запутавшись, она махнула рукой, схватила Мошкова за ремень и потащила за собой.

Он упирался, хотя делать это ему совсем не хотелось.

– Какой ящик? – повторил он на полпути к спальне.

– Понимаешь, – сказала она, глядя не то чтобы ему в глаза, а чуть левее и выше, – мой дедушка живет в Каунасе. Он совсем старенький, я его очень люблю и ни в чем не могу отказать.

– Так, – кивнул Мошков, тщетно пытаясь постигнуть смысл услышанного.

– Короче говоря, – продолжала Варя, колупая ногтем какую-то точку на обоях коридора, – дедушка умоляет меня привезти его любимые иконы. Особой ценности они не представляют, но если везти легально, то понадобится целая куча всяких справок и заключений. Кроме того, это обойдется недешево.

– Вот теперь понятно, – сказал Мошков, от лица которого отхлынула кровь.

– Что тебе понятно?

– Все, Варя. У тебя есть дедушка в Литве. Поэтому ты случайно познакомилась со мной в чужом районе и просишь меня провезти контрабанду для любимого дедушки.

Она покраснела, на этот раз вся разом – от ушей до шеи.

– Ты подозреваешь меня в умысле?

– Конечно, нет. – Мошков протянул руки, взялся за сползшую майку и возвратил ее на место. – Я не следователь и не пограничник. Зачем мне тебя подозревать?

Варя отвернулась, кусая губу.

– Поможешь мне, Володя? – спросила она тихо. – Мне это нужно. Очень.

– Я это уже понял, – сказал Мошков.

– И?..

– Я не смогу тебе помочь.

Она медленно повернула голову и посмотрела на него:

– Почему?

– Помнишь моего напарника?

– Мишу? У него еще фамилия такая потешная…

– Фамилия у него обычная, – произнес Мошков голосом смертельно уставшего человека. – Перченков.

– И что Перченков? – спросила Варя.

– Он отказался брать тебя в рейс. Наотрез. Не знаю, чем ты так ему не угодила, но он заявил, что, если я тебя подсажу, он никуда не поедет и доложит руководству.

– Черт! – Она ударила себя кулаком по бедру. – Черт, черт!

Мошков нахмурился:

– Расстроилась?

– Расстроилась? – Варя неестественно расхохоталась. – Нет, Володя. Я не расстроилась. Это слишком мягко сказано. Я в отчаянии.

Она отвернулась и зажмурилась. Из темноты под веками выплыла зловеще перекошенная рожа Лозового. Ее сменила перепуганная мордашка Николки, потом встревоженные лица родителей.

Мошков смущенно переступил с ноги на ногу.

– Слушай, – сказал он. – Я придумал. Ты не поедешь, а твой ящик я возьму. Доставлю дедуле в целости и сохранности. Идет?

Варя почувствовала, что вот-вот разрыдается. Или истерически расхохочется, что, в общем-то, было одно и то же. Она прекрасно знала, что такой вариант Лозового не устроит. Не доверит он алмазы незнакомому человеку. Варя у него на крючке, не сорвется. А вот Мошков… Мало ли что он выкинет?

Варя поморщилась и махнула рукой:

– Ладно, давай закроем эту тему. Нет так нет.

– Я же предложил выход, – напомнил Мошков.

– Меня он не устраивает, – отрезала Варя.

Ей перехотелось вести его в свою комнату и заниматься сексом. Нужно было срочно что-то придумывать. Мошков мешал Варе сосредоточиться. Но как его выпроводить? Какой благовидный предлог придумать?

– Пойдем в кино, – предложила Варя.

– Что? – Мошков опешил. – Как в кино?

– Спилберг новый фильм выпустил, давно хотела посмотреть. – Она направилась к себе, раздеваясь на ходу. – Шампанское не пропадет. В другой раз откупорим, ладно?

Зная, что она его не видит, Мошков горько улыбнулся:

– Ладно.

Его не очень удивило, когда на полпути в кинотеатр Варя придралась к какому-то пустяку, затеяла ссору, а затем холодно попрощалась и пошла обратно. Догонять ее Мошков не стал. Его новая знакомая преследовала какой-то корыстный умысел и, не добившись цели, охладела к нему. Что ж, так тому и быть.

Когда Мошков принял такое решение, его лицо было абсолютно бесстрастным. И никто понятия не имел, что творится у него в душе.

Глава 7
Своя среди чужих

По пути домой Варя расплакалась. Это были редкие, но очень едкие и горькие слезы, угрожающие размыть тушь на ресницах. Пришлось посидеть на бульваре, притворяясь поглощенной содержимым своего мобильника. Уставившись невидящим взглядом в экран, Варя думала о том, какая она несчастная. Проклятый Лозовой лишил ее всех радостей жизни. Попав в зависимость от этого подонка, она больше не жила, а отбывала наказание. И этот постоянный страх: за себя, за сынишку, за родителей… Сколько так может продолжаться?

– Девушка, с вами все в порядке?

Подняв глаза, Варя увидела молодого мужчину в желтой водолазке. Не слишком выразительное лицо, обрамленное бакенбардами. Волосы красивые, с золотистыми прядями. Взгляд участливый. Парфюмерия дешевая.

– Спасибо, со мной все хорошо, – вежливо и сухо ответила Варя, прежде чем уставиться в дисплей телефона.

Всем своим видом она словно говорила: «Проходите мимо, я не в настроении и заводить уличные знакомства не собираюсь». Мужчина, как это чаще всего и бывает, мимическое послание не воспринял. Сел рядом, вытянул руку вдоль спинки скамьи.

– Вас как зовут? – спросил.

Варя встала и решительно зашагала по аллее. Бедрами старалась раскачивать не слишком энергично, но это не помогло. Мужчина пристроился справа и сообщил, что в городе проездом и хотел бы ознакомиться с его достопримечательностями.

– Хотя главную я уже увидел, – произнес он многозначительно.

Это был комплимент, естественно. Не самый оригинальный, но заслуживающий хотя бы короткой реплики.

– Вы напрасно теряете время, – сказала Варя.

– Мне так не кажется, – заявил непрошеный кавалер.

Откуда у него такое самомнение? Варя скосила взгляд, чтобы еще раз оценить своего спутника, и увидела…

– Да, ты не ошиблась, – сказал он совсем другим тоном. – Это пистолет. Пикнешь – пристрелю, сука. Поворачивай налево.

Был ранний вечер, людей на бульваре собралось много, но никто не обращал внимания на мужчину и женщину, которые, пройдя по аллее, свернули к проезжей части. Пистолет был прикрыт журналом. Варя его видела, а окружающие – нет. Им казалось, что они просто прогуливаются. Никому и в голову не пришло, что на виду у всех происходит похищение.

– В машину! – скомандовал мужчина.

Вплотную к тротуару подкатила белая «шкода». Задняя дверца приоткрылась.

– Я никуда не поеду, – покачала головой Варя.

Не замахиваясь, похититель ударил по почкам с такой силой, что она задохнулась и, обессилев, не смогла оказать сопротивление, когда мужчина втолкнул ее в салон. Там сидели еще двое: один важный, усатый, второй длинный, с плохой кожей. Они молча наблюдали, как мужчина с бакенбардами бьет Варю кулаками в живот, чтобы окончательно отбить у нее желание звать на помощь.

Скрутившись от боли, она упала грудью на колени, и ее вывернуло прямо на пол.

– Перестарался, Витя, – с досадой сказал усатый.

– Машина прокатная, Валера, – заметил обладатель золотистых бакенбард.

– Меньше болтай. – Усатый, сидевший на переднем сиденье, повернулся к водителю. – Трогай, Жора. Нам еще много надо успеть.

– Вы кто? – спросила Варя, с трудом проталкивая слова сквозь слипшуюся гортань.

– А ты не догадываешься? – насмешливо осведомился ее похититель.

– Нет.

Варя покачала головой. Тягучая слюна, свесившаяся изо рта до пола, никак не хотела обрываться. Усатый обернулся и протянул ей салфетку. Водитель открыл окна, чтобы проветрить салон. Ворвавшийся ветер взлохматил волосы пассажиров.

Машина попетляла по городским улицам и взяла курс на заходящее солнце.

– Куда вы меня везете?

Варя думала, что ее вопрос останется без ответа, но ошиблась.

– За город, – сказал усатый. – Побеседуем немного с глазу на глаз. Мне кажется, ты уже поняла, кто мы такие.

– Вы от Емельяновых?

– Значит, слышала мою фамилию?

– Да, – призналась Варя. – От Лозового. Вы за алмазами приехали?

– Вот видишь, какое у нас взаимопонимание складывается, – усмехнулся Емельянов, разглядывая Варю, которая наконец села и убрала волосы, прилипшие к влажным губам. – Я Валерий. Это мои помощники. Будешь с нами откровенна, ничего плохого с тобой не случится.

– Кроме того, что мне ваш придурок все внутренности отбил.

– Не все, – осклабился Витек по фамилии Мануйлов. – Там еще много чего осталось. Скоро сама в этом убедишься.

– Не стращай девушку! – прикрикнул Емельянов. – Сдается мне, она не только симпатичная, но и умная. Я прав, Варя?

Она ему нравилась, и это был шанс. План дальнейших действий выстроился в Вариной голове так быстро, словно она обдумывала его не один день. На самом деле это подсознание, используя имеющуюся в мозгу информацию, приняло решение.

– Была бы умная, – сказала Варя, – не сидела бы сейчас тут. Я должна была предвидеть, что вы появитесь в нашем городе. Он ведь вас обманул. Кинул, как выражаются в ваших кругах.

– Ты о Лозовом? – спросил Емельянов, шевеля ноздрями, словно для того, чтобы понюхать свои усы. – Почему ты говоришь так, словно вы не заодно?

– Вы считаете меня его сообщницей?

Машина вырвалась на открытое пространство и понеслась по узкой дороге посреди бескрайнего поля подсолнухов. Привычный мир людей с их радостями и заботами пропал. Трое мужчин и женщина словно перенеслись в иную реальность, где действовали совсем другие законы и правила.

– А кем мы тебя должны считать, ты, шлюха? – рявкнул Мануйлов, занося руку для удара. – Ты к Лозовому каждый день бегаешь.

Его рука, перехваченная Емельяновым, застыла в воздухе.

– Сидеть! – прошипел тот таким страшным шепотом, что Белый отвлекся от вождения и машина вильнула в сторону. – Тебя не спрашивают. – Отбросив обмякшую руку помощника с таким видом, словно это была дохлая крыса, Емельянов уставился Варе в глаза. – А разве это не так? – спросил он.

– Я его должница, – сказала она, опустив подрагивающие ресницы. – Отрабатываю долг с процентами. В постели и по работе. Лозовой угрожает убить моего сына, если я откажусь. Но я не его сообщница. Я его ненавижу. Знали бы вы, как сильно я его ненавижу!

Выражение мужских лиц изменилось. Мануйлов яростно подергал себя за растительность на лице, Белый досадливо крякнул, Емельянов нахмурился.

– А мужик твой что? – спросил он.

– У меня нет мужа, – ответила Варя. – Я одинокая, вот и приходится выкручиваться.

– А этот… водила, с которым ты встречаешься?

– Лозовой заставил. Неужели не ясно?

– Теперь ясно. – Емельянов кивнул. – Тормози, Жора. Здесь побеседуем.

– Тут до реки километра полтора осталось…

– Тормози, тебе говорят!

«Шкода» остановилась так резко, что Варю бросило на спинку переднего сиденья. Емельянов предупредительно придержал ее за плечо.

– Осторожнее, – сказал он.

– Стараюсь, – слабо улыбнулась Варя.

Она затеяла самую опасную в своей жизни игру. На кону было не только ее собственное будущее. Мама, папа, Николка – все они зависели теперь от сообразительности и изворотливости Вари.

Все четверо выбрались из машины и оказались на меже недавно убранного поля. Желтое, покрытое щетинистой стерней, оно убегало к голубому горизонту, на котором расплывалась облачная рябь. Восточная часть небосвода была оранжевой. В воздухе пищали невидимые пичуги.

– Вы меня собирались к реке везти, чтобы…

Не договорив, Варя посмотрела на Емельянова. Он неохотно двинул широкими округлыми плечами.

– Ты хоть представляешь себе, сколько стоят эти камушки? Но дело не только в деньгах. Я должен вернуть похищенное. Иначе нас с братом перестанут уважать.

– Я помогу тебе, – сказала Варя.

Она внутренне сжалась, опасаясь, что Емельянову может не понравиться ее фамильярность. Но он этого даже не заметил, тоже перейдя на «ты».

– Как ты собираешься мне помочь?

В его глазах вспыхнули искорки интереса.

– Сейчас объясню… Воды можно?

– Витя, принеси даме попить.

Глотая теплую газировку, Варя в очередной раз проверяла безупречность задуманной авантюры. Если все выгорит, она навсегда вырвется из долгового рабства и начнет все сначала. В принципе, другого пути не осталось. Первые шаги по нему были уже сделаны. Поворачивать поздно. Сибиряки не оставят ее в живых, если не поверят, что она готова сотрудничать с ними.

– Спасибо, – сказала Варя, возвращая бутылку. – Лозовой отправляет алмазы в Литву. Контрабандой. Он поручил мне спрятать их среди остального груза в фуре.

Емельянов кивнул:

– Примерно так я и предполагал.

– Я сообщу вам маршрут и время выезда, – продолжала Варя, поочередно глядя в глаза мужчинам. – Вы будете незаметно следовать за нашим грузовиком. Во время стоянки я напою обоих водителей чаем со снотворным или чем-то в этом роде. Покажу, где спрятаны камушки. Вы их заберете… и поделитесь со мной за помощь.

Длинная физиономия Белого вытянулась еще сильнее. Мануйлов выпучил глаза, как будто ему отвесили затрещину. Лишь Емельянов сохранял спокойствие и внешнюю невозмутимость.

– Почему ты решила, что мы тебе заплатим? – спросил он.

– Потому что я никакого отношения к ограблению не имела, – быстро проговорила Варя. – И потом, по-моему, мы стали партнерами, а партнеры должны делиться прибылью.

– У меня не прибыль, а сплошные убытки, Варя.

– Ты приобретаешь уважение. Оно дорого стоит, ведь так? Ты сам сказал, что дело не только в деньгах.

Емельянов ухмыльнулся:

– Но и деньги важны.

– Для меня тоже, – сказала Варя. – Я хочу снова начать бизнес, иметь машину, хорошую квартиру, отдать сына в нормальную школу.

– И сколько ты хочешь? – не выдержал Мануйлов, проигнорировав испепеляющий взгляд хозяина.

– Десять процентов от стоимости алмазов, – ответила Варя. – Это справедливая цена. Вам почти ничего не придется делать самим. Вы получите алмазы на блюдечке с голубой каемочкой.

Произнося эти слова и глядя на Емельянова честными глазами, Варя не отбрасывала вариант, согласно которому забирала весь товар себе, оставив сибиряков и Лозового с носом. Для этого пришлось бы срочно увозить родных из города, но с деньгами сделать это было легко. Вопрос лишь в том, удастся ли реализовать алмазы? Ведь охотников завладеть ими найдется немало.

– Что скажешь? – спросила Варя, не сводя глаз с Емельянова.

– Скажу, что десяти процентов ты не получишь, – ответил он. – Но на два можешь рассчитывать. Это большие деньги.

Переглянувшись, Мануйлов и Белый одновременно подумали, что лично им никто не заплатит за работу даже половины процента. Они рискуют жизнью и здоровьем за зарплату, а какая-то шлюха сорвет куш только за то, что прокатится в кабине с двумя дальнобойщиками. Вопиющая несправедливость! Неужели хозяин этого не понимает?

Мысли Емельянова были заняты другим. Например, ему хотелось как можно быстрее овладеть женщиной, стоящей перед ним. А еще он был не прочь увезти ее с собой в Якутск, почему бы и нет? Но для этого она не должна быть слишком богатой и независимой.

– Сто тысяч, – соврал Емельянов.

– Я хочу двести, – сказала Варя.

– Мало ли чего ты хочешь! – возмутился Мануйлов.

Не оборачиваясь, Емельянов ткнул его локтем в солнечное сплетение.

– Сто тысяч и твоя жизнь в придачу, – сказал он.

– Хорошо, – согласилась Варя, – но у меня будет условие.

– Не переборщи, – предупредил Емельянов.

– Два условия.

Мануйлов, к которому вернулась способность дышать, сплюнул. Белый ковырял землю носком туфли и казался всецело поглощенным этим занятием. Емельянов подвигал усами и предложил:

– Давай свои условия.

– Первое, – сказала Варя. – Лозовой должен умереть.

– Принято, – согласился Емельянов. – Второе?

– Вы должны помочь мне попасть на рейс.

– Что?

– Попасть на рейс, – невозмутимо повторила Варя. – Сегодня мне было отказано.

– Она издевается, – буркнул Белый. Он стоял на безопасном расстоянии от Емельянова, но на всякий случай сделал еще шаг назад. – Если эта девка не едет, то зачем она нам?

– Если я не поеду, то вам до алмазов не добраться, – парировала Варя. – Лозовой воспользуется другим каналом, вот и все. Я вам нужна, господа. Без меня вам не обойтись.

Сделав это короткое вступление, она поведала им о трудностях, возникших при общении с напарником Володи Мошкова.

– И как ты намереваешься переубедить Перченкова? – поинтересовался Емельянов, когда она закончила.

– Никак, – беззаботно ответила Варя. – Вместо него в кабину сядет другой, более сговорчивый…

Выслушав ее инструкции, сибиряки обменялись быстрыми взглядами.

– Сделаем, – сказал Емельянов. – Доставай мобильник. Внесешь в память наши номера, чтобы можно было поддерживать постоянную связь.

Варя так и сделала. В этот момент она казалась себе неотразимой и удачливой. Игра складывалась в ее пользу. Как будто это действительно была всего лишь игра…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5