Сергей Майдуков.

Гонка с преследованием



скачать книгу бесплатно

© Майдуков С. Г., 2016

© DepositРhotos.com / coolfonk, cokacoka, обложка, 2017

© Shutterstock.com / lithian, обложка, 2017

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», издание на русском языке, 2017

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», художественное оформление, 2017

Глава 1
Небо в алмазах

Всякий раз, когда в купе заглядывал проводник или какой-нибудь заблудившийся пассажир, Егор Мултусов был готов отразить нападение – для этого достаточно запустить руку под штанину и коснуться ножен, закрепленных на правой икре. Костяная ручка, хищно изогнутое, чуть выпуклое лезвие… Егор мастерски управлялся с ножом. Ему приходилось резать оленей, приходилось резать людей. Вид крови его совершенно не пугал. Ни чужой, ни собственной.

За час до прибытия в Волчевск вагон заметно опустел и Егор остался в купе один. Но не расслабился: в его бордовом чемодане на колесиках хранилось пятнадцать килограммов алмазов стоимостью восемь миллионов долларов. Он отвечал за них головой. В буквальном смысле. Прежнему курьеру, решившему прикарманить парочку якутских алмазов, перерезали горло стальной струной от пианино. Это было проделано в присутствии Егора, чтобы он в полной мере осознал свою ответственность. Понятная, хотя и излишняя мера предосторожности.

Егор был предан братьям Емельяновым как пес. Это они снабжали лекарствами его больную мать. Они дали денег на похороны спившегося отца. Они платили Егору зарплату, позволявшую не только хорошо питаться и одеваться, но и водить домой женщин.

Благодаря безбедной, сытой жизни он отличался той приятной, радующей глаз полнотой, которая сразу указывала на солидное положение. Он обзавелся дорогим арабским костюмом с отливом, бросил пить и курить, вставил десяток зубов и уже совсем не походил на того Егора Мултусова, который однажды явился к Емельяновым в поисках работы. Начинал обычной «шестеркой» на побегушках, а дорос до перевозчика больших партий алмазов. И это не предел!

Когда поезд начал замедлять ход, Егор встал, застегнул пиджак на все пуговицы и пригладил топорщащийся ежик: густые волосы он стриг коротко, отчего они торчали надо лбом жесткой черной щеткой. Выглянув в коридор и не заметив ничего подозрительного, Егор выкатил чемодан из купе. Сентябрьское солнце лилось в окна вагона, высвечивая на стеклах все пятна, царапины и надписи. Прочитав забавное выражение, он едва не прыснул, но сдержался, чтобы не привлекать к себе внимание пассажиров, тоже выходящих в Волчевске.

Их было пятеро: три женщины и двое мужчин. Один из них был преклонного возраста и явно не спешил, но Егор, замешкавшись возле расписания, пропустил его вперед, чтобы не оставлять никого за своей спиной. Он был осторожен и хитер, как песец, однажды угодивший в капкан, но вырвавшийся оттуда. За пять суток пути Егор не выпил ни глотка пива и спал вполглаза. Отправляясь в туалет, он захватывал с собой сумку с алмазами, прикрытыми бельем и туалетными принадлежностями.

Чтобы сократить эти походы, приходилось ограничивать себя в еде и воде. Голод грыз Егора подобно леммингу, проникшему в желудок.

Вежливо попрощавшись с нетрезвой проводницей, Егор спустился на перрон и покатил чемодан к зданию вокзала. Таксистов, предлагавших свои услуги, он попросту игнорировал. Такси мог подослать кто угодно, оно могло завезти куда угодно. Тише едешь, дальше будешь.

Выйдя на привокзальную площадь и избавившись от навязчивого внимания таксистов, Егор достал телефон и набрал нужный номер.

– Алло, – сказал он в трубку. – Юрий Эдуардович? Это Мултусов говорит… Да, на месте. Нет, не надо машину. Я своим ходом доберусь. Не беспокойтесь, Юрий Эдуардович.

Фамилия собеседника была Лозовой. Крупный волчевский бизнесмен, человек уважаемый и, похоже, надежный. Братья Емельяновы уже толкнули ему одну партию камушков – небольшую, пробную. Лозовой расплатился честно и при реализации товара нигде не засветился. Правда, это не означало, что теперь ему можно полностью доверять.

– Координаты помните?

– Само собой, – с достоинством ответил Егор. – Улица Первомайская, два. Офис «Вест Инвест».

– Машина точно не нужна?

– Точно. Все в порядке.

В некоторых случаях передвигаться общественным транспортом куда безопаснее, чем в бронированном лимузине. Наличие людей вокруг охраняет надежнее любой службы безопасности. Кроме того, такая тактика не позволяла отследить маршрут курьера и устроить засаду.

– Что ж, как знаете, – сказал Лозовой. – Когда вас ждать?

Вопрос был естественным, но в то же время настораживающим. Егор не хотел назначать точное время. Это опасно.

– Скоро, – сказал он. – Деньги готовы?

– Лежат, дожидаются. Поторопитесь, пожалуйста. У меня плотный график.

– Я постараюсь.

Плевать ему было на график Лозового. Сделав пару петель по площади, Егор постоял немного в очереди на первую попавшуюся маршрутку, потом переместился на другую платформу. В прошлый раз сюда приезжал другой курьер, так что среди толпы Егор чувствовал себя невидимкой. Тем не менее он предпочитал соблюдать меры предосторожности. И это работало.

Люди Лозового, которым предстояло вычислить курьера, пока что не могли сделать это наверняка. Сигнал мобильника, пойманный во время звонка, позволял лишь примерно определить его местонахождение. Туда уже стянулись все сотрудники службы безопасности «Вест Инвест». Действия координировал их начальник, Порохов, сидевший в машине с раскрытым ноутбуком на коленях. Но то, что виделось как зеленая точка на электронной карте, на самом деле представляло собой круг диаметром в пятьдесят метров, где в данный момент толклось по меньшей мере две сотни человек. Как выявить среди них обладателя «засветившегося» телефона?

Недолго думая, Порохов взял в руку собственный мобильник.

Он был кряжистым мужчиной с массивной головой, крохотными глазками и одутловатой физиономией. Одни принимали его за мента, другие угадывали в нем алкоголика. И те и другие были правы: временами Петр Алексеевич Порохов крепко пил, а в недавнем прошлом носил на широких плечах погоны подполковника полиции. Несмотря на сонный взгляд и нездоровые мешки под глазами, это был дьявольски умный, проницательный и хитрый человек. Он с самого начала предвидел, что курьер откажется от машины, и стянул все силы к железнодорожному вокзалу. Теперь оставалось захлопнуть ловушку.

– Перезвоните ему, Юрий Эдуардович, – произнес он в трубку. – Прямо сейчас. Пусть обнаружит себя.

– И что я ему скажу? – спросил Лозовой.

– Что вы ненадолго отъедете. Минут на тридцать. Если Мултусов доберется раньше, пусть подождет.

– Успеете его засечь?

– Он под контролем. Небольшое уточнение координат.

– Добро, – сказал Лозовой и отключил связь.

– Все слышали? – бросил Порохов в микрофон, соединяющий его со всеми участниками операции. – Наблюдаем, парни. Клиент сейчас ответит на звонок.

Через минуту к машине подскочил проворный крепыш Сережа Беспалов, проговорил половиной рта:

– Нашли, Петр Алексеевич. Мужчина с темно-красным чемоданом на третьей платформе. Назвал по мобильному имя шефа. Маршрутку ждет. Узбек или таджик, я в них не очень разбираюсь.

– Якут, – определил Порохов. – Ты, Сережа, на подхвате у Гужева. Слыхал, Гуж? На выход! Скорее, пока автобус не подошел.

Дима Гужев, верзила с вытянутым лицом и крупными зубами, очнулся от летаргического сна, в котором пребывал на заднем сиденье автомобиля, и выбрался наружу. Беспалов показал ему Мултусова и затерялся в толпе. Гужев запустил руку в карман, где хранился одноразовый шприц с лошадиной дозой этиленгликоля. Один укол – и уноси готовенького. Летальному исходу предшествует реакция, напоминающая сильное алкогольное опьянение.

Провожая Гужева взглядом, Порохов закурил. Он не сомневался в успехе, но руки слегка дрожали. Охотничий азарт, бодрящее ощущение… Глубоко затянувшись, Порохов выпустил дым в открытое окно.

Между тем вокзальная площадь жила своей жизнью. Среди озабоченных пассажиров лениво сновали карманники и цыганки. Нетрезвый дядька в камуфляже пел под гитару про очаг, уток и последнюю осень. Отъезжающие накуривались впрок и запасались пивом в дорогу. Прибывшие понуро ждали автобусы и трамваи.

Мултусов старался ничем не отличаться от них. Чемодан он держал крепко, но как бы с ленцой, чтобы не выдать, что очень дорожит содержимым. По сторонам не глазел, маскируясь под местного. Когда подкатил желтый автобус с матерной надписью на грязном борту, Егор мысленно пересчитал стоящихся впереди. Получалось, что места ему хватит. Это хорошо. Сидя удобнее следить за чемоданом.

Что-то кольнуло его в правое бедро. Повернув голову, Мултусов увидел долговязого парня, голова которого напоминала по форме кабачок. Он не отрываясь смотрел на распахнутую дверь маршрутки.

– Куда без очереди прешься? – вызверилась на парня тетка в блузке со стразами.

– Я с корешем, – ответил тот, не поворачивая головы.

Егор хотел сказать, что видит парня впервые, но сумел выдавить из себя лишь невнятное мычание. Ослабевшие ноги так и норовили подогнуться. Все вдруг стало безразлично.

– Нажрался, стервец, – весело объявил парень публике. – На пять минут одного оставил, и все, в хлам. – Он тряхнул обмякшего Егора. – Алкаш ты, алкаш… Договаривались же, до дома ни капли!

Выговаривая Мултусову, он выдернул его из очереди и, не позволяя присесть на асфальт, потащил к Г-образной скамейке под навесом. Место в очереди было тотчас занято другими, а об их существовании забыли.

Все, на что был способен Егор, – это вцепиться мертвой хваткой в ручку чемодана. В глазах у него потемнело, окружающие превратились в безликие силуэты. Он почувствовал, как его усадили на скамью, избавили от мобильника и похлопали по плечу.

– Держись, братан, сейчас я тебе газировки подгоню.

Голос принадлежал все тому же парню, но доносился из полной, непроглядной темноты. Чужие сильные пальцы разжали кулак Мултусова. С усилием сфокусировав зрение, он увидел спину низкорослого накачанного человека, забравшего чемодан. Потом поле зрения заполнило длинное лицо с крупными зубами.

– Ты, главное, сиди, не падай, – сказало лицо. – Вот, на столбик плечиком обопрись. Дамочка, присмотрите за корешем, я за водичкой сбегаю. Эк его развезло на солнцепеке… Не спи, кореш! Я мигом.

Других слов Мултусов в этой жизни уже не услышал. И света в конце тоннеля не увидел. Был мрак, мрак и остался. Навеки.

Глава 2
Будем знакомы

В прихожей Максимка уперся и заявил, что гулять в коричневых шортах не пойдет, только в зеленых.

– Это почему же так? – присев на корточки, осведомился Мошков.

– Зеленый цвет военный, а коричневый – какашечный, – заявил сын.

И смотрел нахально, с вызовом. Думал, отец не найдет, что на это возразить. Ошибался пятилетний интриган. Володя Мошков никогда за словом в карман не лез, не тот у него был характер.

– Хорошо, так и постановим, – согласился он. – Только впредь никакого шоколада и эскимо. Они же коричневые. И бублики твои любимые… У них тоже цвет подозрительный.

– Ладно, могу и в этих. – Максимка критическим взглядом окинул свои короткие штанишки. – Они не так чтобы очень коричневые…

Мать, украдкой наблюдавшая за ними из гостиной, одобрительно улыбнулась. Ей нравилась манера общения сына и внука. Ее Володя никогда не давил на Максика и не заискивал перед ним. Они были почти на равных: два друга – один постарше, другой поменьше. Маргарита Николаевна полагала, что это самая удачная модель из всех возможных. Ее муж, Никанор Кузьмич, был с этим согласен, хотя в свое время проводил в семье линию жесткой диктатуры. Старость смягчила его, сделала добрее. Они неплохо уживались вчетвером.

Когда-то у Мошкова была жена, но она бросила его после того, как он, сбив автомобилем человека, угодил в колонию за неумышленное причинение тяжких телесных повреждений. Вернувшись из заключения, он узнал, что Элла недолго была матерью-одиночкой. Однажды она оставила Максимку переночевать у родителей, да так и не объявилась больше. Звонила пару раз, обещая приехать, и голос ее звучал не вполне трезво. Мошков вычеркнул ее из своей памяти. Жил с отцом и матерью, растил сына, крутил баранку. Он работал дальнобойщиком, поэтому не мог позволить себе самостоятельную жизнь. Кто-то должен был присматривать за Максимкой во время рейсов. С этим прекрасно справлялись отец и мать Мошкова.

Он был привлекательным мужчиной – черноволосый, поджарый, острый на язык, временами дерзкий и всегда бесстрашный. Многие женщины с радостью вышли бы за него замуж, но в этом вопросе Мошков был крайне разборчив. Он не хотел своему сыну традиционной мачехи из сказок и искал жену, которая бы полюбила Максимку не меньше, чем его самого. Пока что такая на жизненном пути Мошкову не попадалась. Одни чрезмерно сюсюкали, другие высокомерно косились. Он расставался с ними без сожаления. Максимка нуждался в настоящей любви, в настоящей материнской заботе. Подсовывать ему суррогатную мать не годилось.

Когда они гуляли вдвоем, женщины нередко бросали в их сторону заинтересованные взгляды, пытаясь определить, есть ли у них шансы. Черные глаза Мошкова и блуждающая на губах улыбка манили их, как огонь бабочек. Максимка уже научился различать такие взгляды и, столкнувшись с ними, дергал отца за руку, чтобы тот уделял ему все внимание.

Так мальчик поступил и на этот раз.

Они сидели в сквере на скамейке неподалеку от фонтана, наполняющего теплый сентябрьский воздух водной пылью. У их ног бубнили и толкались ненасытные голуби.

– Папа, – сказал Максимка, – у меня глаза какие – серые и зеленые?

Это был банальный ход. Услышав вопрос, Мошков понял, что поблизости находится интересная женщина. К некрасивым Максимка не ревновал. Похоже, успел изучить отцовский вкус.

– Глаза у тебя серо-зеленые, – определил Мошков. – Ну-ка, посмотри выше… еще выше…

У него тоже имелись собственные маленькие хитрости. Пока сынишка таращился в небо, Мошков успел рассмотреть незнакомку. Она сидела напротив, предусмотрительно сдвинув гладкие круглые колени. Босоножки и загорелые ноги казались одним неразрывным целым. На женщине был желтый сарафан, подобно желтому глазу светофора гласивший: «Внимание! Приготовиться!» А дальше – «зеленая улица» или «стоп», это уж как она сама решит.

Незнакомка была хороша собой: отличная фигура, правильное лицо, русые волосы, собранные на макушке. Точно такие волосы были у ее сына, мальчугана лет четырех, занятого раскопками посреди газона. Незнакомка слегка улыбнулась, как бы говоря: «Вот какие у нас замечательные сыновья, и примерно одинакового возраста, так что между нами есть кое-что общее. Привет!»

Мошков вежливо улыбнулся в ответ и переключил внимание на сына.

– Глаза у тебя не просто серо-зеленые, а с искоркой, – сообщил он. – Важно сохранить их на всю жизнь.

– Глаза?

– Искорки.

– Зачем? – спросил Максимка.

– Потому что без них взгляд потухнет и перестанет различать волшебство, – с серьезным видом пояснил Мошков.

– А оно разве существует? – усомнился Максимка.

– Если замечать, то да.

Заинтригованный Максим отправился на поиски волшебства, но задержался возле газона, на котором возился сын незнакомки. И неудивительно. При раскопках использовался красный грузовик с настоящей буровой установкой. Как тут пройти мимо? Максимка и не прошел. Постоял в пяти метрах от мальчика… в трех… в одном шаге…

Закончилось это, как чаще всего случается в человеческом обществе, борьбой за сферы влияния и попыткой передела собственности. Короче говоря, Максимка захотел поуправлять чудо-грузовиком. Законный владелец делиться не пожелал. В результате Мошков и женщина в желтом вынуждены были покинуть зрительские места, чтобы вмешаться в конфликт.

Мальчику по имени Николка внушалось, что с ближними нужно делиться. Максимка выслушал короткую, но доходчивую лекцию о том, что брать чужое без спроса нехорошо. Закончилось все примирением, и мальчишки углубились в игру, подключив к раскопкам бульдозер Максимки. Родители улыбнулись друг другу, обменялись несколькими ничего не значащими фразами и уселись на одну скамейку.

Молодую женщину звали Варей. Вблизи она понравилась Мошкову еще больше. От нее хорошо пахло, у нее были красивые глаза, приятный голос и ухоженные руки. Они поговорили о погоде, политике, пристрастиях и переключились на сыновей.

– У вас один? – спросила Варя.

За этим очевидным, высказанным вслух вопросом крылось множество других: «Женаты ли вы? Счастливы ли в браке? Считаете ли себя хорошим отцом? А мужчиной? Сколько зарабатываете? Я вам нравлюсь? Хотели бы вы за мной приударить? Что было бы, если допустить – только на минутку! – что я ответила на ваши ухаживания?»

– У Максима нет ни брата, ни сестры, – сказал Мошков. – Так что приходится уделять ему много времени. В садик не отдали, за ним мои родители присматривают, когда я в отъезде. Мы вместе живем.

Что означало приблизительно следующее: «Жены у меня нет. Так что я в свободном полете. Привык заботиться о сыне сам. Работа имеется. Я вообще положительный. И в жизни, и в постели. Не желаете проверить?»

– С родителями? – обрадовалась Варя. – Я тоже. У вас квартира большая? Своя комната у мальчика есть?

«Она будет моей», – подумал Мошков. Варю многое интересовало, хотя о себе она рассказывала скупо, отделываясь общими фразами. Это только возбуждало любопытство.

– Вы где-то поблизости живете? – небрежно поинтересовался Мошков. – Раньше я вас не замечал.

– А что, я такая заметная? – улыбнулась Варя.

Похоже, это была не ложная скромность, а предложение сделать комплимент. Так Мошков и поступил.

– Если бы я вас хоть раз увидел, то уже не забыл бы, – заверил он. А потом, дав ей время насладиться лестью, добавил: – Такое яркое платье. Сразу в глаза бросается.

– А что, без этого сарафана вы меня не узнаете?

Варины глаза были чистыми и невинными, как у девочки, ничего не слышавшей о капусте, аистах и прочих птичках-пчелках. Она знала толк в флирте, и Мошков это оценил.

– Узнаю, – ответил он. – Хоть в сарафане, хоть без него.

Получилось грубовато, но не со всеми женщинами нужна деликатность. Им подавай остренького, терпкого, будоражащего.

– Переходите в наступление? – Варина улыбка дрогнула. – Сейчас предложите перейти на «ты»…

– А я еще не предложил? – удивился Мошков. – Спасибо, что напомнила, Варя. Можно я тоже тебе кое-что напомню?

Показалось ему или нет? Действительно ли в чистых глазах Вари мелькнул страх, а улыбка на секунду превратилась в оскал?

– Что? – спросила она.

– Ты не ответила на мой вопрос, – пояснил Мошков. – Я спросил, где ты живешь. Где-нибудь поблизости?

– Нет, – сказала Варя, покачав головой. – Мы из Кировского района. Я подругу навещала. А вообще редко здесь бываю. Раз в год, не чаще.

– Тогда мне повезло.

– Что? – Она нахмурилась. – В каком смысле?

Улыбаясь, Мошков пояснил свою мысль:

– Если бы мы жили по соседству, мне пришлось бы бродить по округе в ожидании новой встречи. А так я могу просто попросить у тебя номер телефона. Это многое упрощает, согласна?

– Конечно. – Варя облегченно рассмеялась. – Но стоит ли искать простых, проторенных путей?

– Стоит, – кивнул Мошков. – Это поможет сэкономить силы для более важных и интересных дел.

– Ты не торопишься, Володя?

– Привычка, Варя. Я водитель. Дальнобойщик. Времени даром не теряю.

Они помолчали, наблюдая за сыновьями. Мальчики явно нашли общий язык. Яма была уже таких размеров, что должна была казаться обоим бездонной пропастью. Удел людей – жить иллюзиями. С ранних лет до глубокой старости. Мошков старался быть реалистом. Если Господь создал мужчину и женщину такими, какие они есть, то зачем все усложнять? Флиртовать приятно, но самое увлекательное начинается потом, когда паутина намеков, недомолвок и условностей разорвана.

– Заметно, – произнесла Варя, посмотрев ему в глаза. – Любишь, чтобы все быстро получалось.

– Не все, – возразил он.

Она усмехнулась и, отведя взгляд, спросила:

– И куда ты ездишь, Володя? Далеко или не очень?

– Зависит от настроения. Иногда три дня пути как один пролетают. Иногда тянутся, как целая неделя или даже месяц. Я сейчас в Литву гоняю.

– Да? – обрадовалась Варя. – Не шутишь?

– Что тут смешного, не понимаю. – Он пожал плечами.

– Но мне очень надо в Литву! А тут ты… Даже не верится, что такие совпадения бывают.

– Я же не пассажиров вожу, – осторожно пояснил Мошков. – Грузы. Дальнобойщик. Это значит…

– Я знаю, что это значит, – перебила Варя.

Он недоверчиво хмыкнул. Что может знать посторонний человек, тем более женщина, о его профессии?

Это благодаря ему, дальнобойщику, сограждане получают свое пиво, замороженную рыбу и миллионы тонн других вещей, вплоть до мыла. Суровые, немногословные работяги развозят все это по миру примерно за тысячу баксов в месяц. Они могут позволить себе спиртное только в перерывах между рейсами, не страдают бессонницей, обладают крепкими нервами и умеют преодолевать препятствия без скулежа и перекладывания ответственности на других.

Профессия водителя грузовиков связана с определенными рисками. Он подобно моряку, уходящему в плавание, вынужден надолго оставлять семью. Ему приходится собственноручно устранять поломки своего механического чудовища, отвечать за сохранность груза, мириться с массой бытовых неудобств, преодолевать сонливость во время долгих перегонов, быть готовым отразить нападение дорожных грабителей всех мастей. Все это с лихвой окупается высокими заработками, уверенностью в завтрашнем дне, романтикой дальних дорог, наличием верных друзей.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5