Сергей Иосич.

Свет времени. Сборник фантастических произведений



скачать книгу бесплатно

Вождь грифов начал говорить, превозмогая дикую боль:

– Могучий Катул! Духи покровительствуют тебе в делах жизненных и ратных. Я ухожу в пернатые небеса и прошу тебя жениться на моей дочери и стать вождем племени грифов. От этого союза может возродиться и славное племя черепах, а мой народ будет под надежной защитой…

Катул не стал лживо убеждать смертельно раненого отца своей возлюбленной, что к этому вопросу можно вернуться после его выздоровления. Обман был не в чести у племени черепах, да и мудрый вождь прекрасно знал о своем состоянии и лишь умоляюще смотрел на юношу и теребил его за большой блестящий медальон, висевший на груди.

Катул взял его слабеющую руку в свою, успокаивающе заявляя, что воля великого вождя будет исполнена. Оставив рыдающую Кими подле умирающего повелителя сынов грифа, юный вождь поманил за собой именитых воинов племени и вслед за ним они вышли из хижины.

Пленных не пришлось подгонять ударами палок. Они добросовестно восстанавливали сгоревшие хижины, гнули спины на маисовых полях, рубили сахарный тростник, выдавливая из сочных стеблей сладкую жидкость в глиняные кувшины, строили большие и малые пироги, ловили в реке аллигаторов, а в море рыбу и кормились тем, что сами добывали. Их вождь работал наравне со всеми, но Катул чувствовал, что его слово является законом для воинов племени аллигаторов. При появлении Катула людоеды падали на колени и склоняли головы.

Тело великого вождя племени грифов, украшенное головным убором из перьев хищной птицы, туго обернутое в белоснежную хлопковую ткань, торжественно пронесли к огромной пирамиде из дров и бережно уложили на расстеленные циновки на ее вершине. Семь отобранных, связанных по рукам и ногам пленных каннибалов привязали к столбам и обложили плавником. К их ногам уложили трупы павших воинов грифов.

Племя неподвижно стояло в ожидании, и каждый держал в руках глиняный кувшин и лопатку для сбора пепла. Вечернее солнце брызнуло последними алыми лучами на скорбящих людей и скрылось за оранжевыми горами. Из глоток сотен людей племени вырвался зов к духам смерти с просьбой не мучить душу почившего вождя: «Тимукуа! Каан!». Забили барабаны, и фигура танцующего жреца заметалась у поленниц, поджигая их факелом. Пламя метнулось к звездному небу, и Катул ощутил все тот же страшный запах печеного мяса, который преследовал его даже во сне. Треск барабанов не мог заглушить вопли несчастных пленных людоедов, ноги которых уже пожирало жадное пламя.

Молодой вождь с повязкой вокруг головы, богато украшенной перьями, обратил взор на неподвижно стоящих женщин. Его глаза, отражающие пляшущие огоньки ритуальных костров, увидели стройную красавицу Кими, освещенную светом гудящего пламени, и он ощутил всю боль утраты в душе любимой женщины. Понимая, что приблизиться, обнять и утешить ее не в обычаях племени, он лишь молча стоял чуть впереди своих воинов, скрестив мускулистые руки на груди.

До глубокой ночи бушевало погребальное пламя и лишь когда все костры догорели, люди собрали пепел в глиняные кувшинчики и понесли на вытянутых руках к обрывистому берегу моря.

С высоких скал в черную воду на лунную дорожку полетели сотни кувшинчиков под нескончаемую барабанную дробь. Так племя грифов попрощалось со своим погибшим вождем и павшими воинами.

После проведения ритуала самые могучие мужи племени направились к Катулу и предложили позволить им истребить всех каннибалов до единого. Но молодой вождь не внял их просьбам и повелел на следующий день отпустить пленных.

Увидев недовольство среди столпившихся воинов, Катул поклялся вспороть живот каждому, кто осмелится не выполнить его волю, а самого ретивого в ярости огрел посохом так, что хрустнули кости на его плече и выкрикнул:

– Трусы! На колени! Вы хороши драться только с безоружными! Великого вождя не смогли защитить своими телами, а в его смерти осмелились винить более умелых и храбрых воинов племени аллигаторов? С зарею всем с луками, копьями и щитами повелеваю быть на песчаном пляже и тренироваться в мастерстве ведения боя: беге, метании копья и стрельбе из лука. Нерадивые и ленивые будут наказаны палками. Ты и ты – малые вожди и отвечаете за боевую подготовку. Я все сказал!

Катул пнул ногой корчащегося воина со сломанной ключицей и направился в свою хижину. В полутьме рассвета у круглого тростникового жилья вождь увидел темную фигурку Кими. Он протянул руки для объятий, но женщина их оттолкнула и напомнила:

– Ныне ты стал великим вождем сыновей грифов и должен жить по нашим обычаям. Разве тебе не говорили, что скорбь по умершему вождю должна продолжаться не менее двух лун? Смирись и жди. Пусть духи удачи реют над твоей головой.

Утро обещало быть погожим. Горы отбросили лиловые тени на леса, долину широкой реки и солнце осветило дальние скалы, сверкающие золотом. Катулу не удалось даже вздремнуть, и он быстрым шагом направился навстречу заре на широкий песчаный пляж. Малые вожди Вихо и Кичи гордо стояли впереди воинов, опираясь на свои копья в ожидании великого вождя.

Подойдя к построенным мужам, Катул приказал Вихо послать гонца за пленными. Самый юный воин стрелой понесся к хижинам каннибалов, и скоро две плотные колонны во главе с могучим касиком красиво, нога в ногу, примчались на белоснежный пляж и опустились на колени перед великим вождем племени грифов.

Высоко оценив слаженные действия пленных, Катул подозвал их вождя и спросил:

– Скажи мне Аскук, что твои воины сделали с женщинами и детьми моего племени черепах?

Касик каннибалов встал с колен, чтобы ответить любимцу духов:

– Не в обычаях моего племени пожирать тела беззащитных. Мы едим лишь мясо мужчин, которые пали в победили в честном бою, чтобы их сила и мудрость перешли в наши тела. А на женщинах побежденных племен мы женимся и воспитываем захваченных детей по заветам предков нашего племени и воле духов.

Услышав эти слова, Катул в душе возблагодарил небо за спасение женщин и детей родного племени и еще более уверился в своем мудром решении отпустить пленных, взяв с них клятву никогда не нападать на племя грифов. А пока он повелел своим воинам и чужакам приготовиться к состязаниям в священном воинском мастерстве.

Великий вождь потребовал, чтобы его воины сложили оружие и приготовились к бегу. По его повелению и пленные каннибалы стали в одну линию, чтобы соперничать с воинами племени грифов. Указав на далекие розовые скалы, сверкающие золотыми искрами и венчающие белоснежный пляж, он огласил свою волю:

– Победившим племенем считается то, которое достигнет самой высокой скалы и первым принесет мне розовые камни с золотыми прожилками с ее вершины.

По взмаху посоха Катула, полторы сотни воинов понеслись к теряющимся в дымке скалам. Подле себя великий вождь грифов оставил лишь касика каннибалов.

Наблюдая за бегущими, Катул обратился к Аскуку:

– Касик аллигаторов! Где ваша племенная деревня? Почему вы не рассказали о своих женах и детях?

Пристально глядя на Катула, Аскук поведал:

– Великий белый вождь – любимец духов! Земли нашего племени лежат на много дней пути в стороне самой яркой звезды. Мы жили в двух больших деревнях у впадения большой реки в море. Это место даровало нам в изобилии еду и все необходимое для сладкой жизни. Наш великий вождь Кватоко, которого ты победил в честном бою, требовал от нас часто совершать набеги на соседние племена и вкушать мясо павших врагов. Он говорил, что это делать ему советуют всемогущие духи. Однажды мы напали на могучее племя ягуаров, деревни которых были расположены выше по реке. Потеряв много воинов в яростной битве, мы все же победили, но о дальнейшей войне с грозным племенем лесных людей уже не мыслили. Когда мы вернулись, увидели, что наши деревни сожжены, а воины, женщины и дети валялись убитыми не стрелами и копьями, а продолговатыми кусками тяжелого блестящего мягкого серого камня. Некоторые деревья и родовые столбы были разнесены в щепки страшным оружием неведомых врагов, а на утоптанной земле мы увидели множество ям, а подле них разорванные на куски тела. Так мы лишились части наших воинов и всех жен и детей. После сожжения тел погибших, Кватоко повелел нам отправиться в дальний путь по морю на далекий остров. Победив ваших воинов, мы обрели новых жен и детей. Но остров оказался небольшим и не мог прокормить много народа. Поэтому часть наших воинов направилась к этим берегам, и вступила в бой с племенем грифов, чтобы обрести новую землю. Мы надеялись, что таинственные чудовища, уничтожившие наши деревни, не доберутся до этих далеких земель. О, великий вождь! Мои воины благодарят тебя за то, что ты даровал им жизни и готовы выполнить любое твое повеление.

Катул внимательно слушал рассказ касика и на него нахлынули давно забытые воспоминания: огромная пирога странной неуклюжей формы с обломанной мачтой среди бушующего моря, стремительно несущаяся на грозные скалы, гигантская волна и горько – соленая вода в носу и во рту.

Стряхнув наваждение, юный вождь вновь спросил Аскука:

– Скажи мне касик, если я твоих воинов отпущу, куда вы уйдете?

Вождь каннибалов умоляюще взглянул на вождя племени грифов и ответил:

– С твоего разрешения, мои воины решили остаться в этих плодородных местах. На склонах гор здесь прекрасно растет маис, у реки земля щедро дарит большие клубни картофеля, а озеро в лесной чаще кипит от рыбы и птицы. Горячие местные девушки многим из нас очень приглянулись и мы готовы взять в жены вдов погибших от наших рук воинов. Других жен мы готовы добыть в честном сражении на островах у впадения великой реки духов. Там живут племена яйцеголовых. Они платят дань маисом, картофелем, золотом, плодами и жертвенными людьми великому касику страны рукотворных гор, каменных зданий, дорог, храмов, дворцов, широких полей, садов, рудников и свирепых воинов. Слово этого властелина священно, а власть – безгранична. Он потомок пернатого змея – повелителя всего живущего в нашем мире и имя ему Монтесума.

Глядя на бегущих воинов, Катул призадумался. С одной стороны, смешивать племена с абсолютно чуждыми обычаями, религиозными взглядами, понятиями о добре и зле было рискованно, с другой – усиление боевой мощи племени грифов за счет дисциплинированных, трудолюбивых и искусных воинов – аллигаторов сулило его народу хорошие перспективы победы над любыми пришлыми врагами.

Вот и на этот раз, каннибалы прибежали первыми и положили у ног вождей розоватые камни, сверкающие прожилками золота. В состязаниях по стрельбе из лука, метанию копья и единоборствам воинам Аскука не было равных. Некоторое беспокойство у молодого верховного вождя вызвали планы сынов аллигатора произвести набег на яйцеголовых и захватить их женщин и детей. Не захочет ли Монтесума наказать племя Катула за набег на данников?

Солнце уже близилось к зениту, когда Катул огласил свое решение, разрешающее племени аллигаторов остаться и строить свою деревню. Криками ликования встретили слова верховного вождя объединенных племен бронзовотелые бывшие враги, и тревожным молчанием ответили воины племени грифов. Однако Катул строго предупредил новых соплеменников о табу есть человечину, и пригрозил смертью каждому, жаждующему вкусить плоть врага.

Верховный вождь объединенных племен в сопровождении Аскука отправился осматривать поля маиса и картофеля. Маис уже успел подняться до колен и поля представляли собой густые зеленые заросли, любовно политые потом воинов племени аллигаторов. Посадки картофеля у реки тоже обещали богатый урожай. В низине, у самой воды, бывшие пленные посадили множество саженцев деревьев какао и азимины. Увиденное привело в восторг Катула. На острове племени черепах люди не могли даже мечтать о столь ухоженных и щедрых землях. Молодой вождь не мог понять, почему когда-то племя черепах покинуло эти благословенные духами места и переселилось на более суровый и скупой остров среди бескрайних морских далей.

Возвратившись к своей хижине, Катул встретил женщину, которую любил и желал. Запрет на любовную связь лишь раззадорил его, и он с вожделением смотрел на ее прекрасное лицо, налитые груди, осиную талию и широкие бедра, скрытые короткой юбочкой. Увидев состояние своего возлюбленного, Кими положила свои нежные руки на его плечи и тихо сказала:

– Милый! Потерпи. Ведь я тоже испытываю те же чувства, что и ты, но табу есть табу. Не надо гневить духов. А сейчас я хочу тебя накормить маисовыми лепешками и мясом дикой утки. Пойдем в хижину, и вкуси мою стряпню. После трапезы я покажу тебе подводную пещеру, которой нет конца и края. И там обитают демоны, страшнее которых нет в нашем мире. Мы отделили ту часть подземелья, в которой укрываемся при нападении врагов глухой стеной. Многие мужчины погибли от щупалец, зубов и когтей чудовищ, пока возводили эту толстую каменную стену. Порой мы слышали жуткие завывания, от которых кровь стыла в жилах. Хорошо, что демоны боятся света и никогда не выходят на поверхность. А еще там спрятано много слитков золота, крупный жемчуг и сверкающие прозрачные камни, тверже которых нет. Все это богатство добыто в горах и со дна моря нашими славными предками.

Жутко было смотреть с высоты скалы на бушующие волны, пенящиеся далеко внизу. Кими ободряюще взглянула на белокожего спутника, предупредила, чтобы он набрал побольше воздуха в легкие, и ласточкой прыгнула вниз. Катул взвился в воздух и вслед за любимой нырнул в синеющую пучину. Плыть под водой пришлось долго, и молодой вождь едва сдерживался, чтобы не хлебнуть горько-соленой воды. Его легкие кричали о недостатке воздуха, но тень любимой женщины звала за собой, и его мозг все еще заставлял руки и ноги энергично двигаться. Наконец тело любимой скользнуло в узкую расщелину и стало подниматься с темной глубины. Молодой вождь судорожно устремился вслед за любимой, вынырнул и с хрипом вдохнул живительного воздуха. Привыкнуть к полной темноте было непросто, но он плыл за Кими, касаясь ладонями ее тела. Выбравшись на пологий берег, Катул упал на колючий коралловый песок, отдыхая от безумного ныряния. В это время вспыхнул факел и осветил громадный зал подводной пещеры. Потрясающая игра искр света в полупрозрачных сталактитах изумила и восхитила молодого белого вождя. Такой сверкающей красоты он не видел никогда в своей короткой жизни. Кими высоко держала факел в вытянутой руке и была похожа на искусно высеченную золотую скульптуру.

– Иди за мной! – поманила милого возлюбленная. Катул поднялся и направился вслед Кими, любуясь ее кошачьими движениями. Воздух в пещере был влажным, но удивительно чистым. Справа показались ниши, искусно выбитые в глухой скале. На них громоздилось множество больших, наглухо запечатанных глиняных сосудов.

– Это запас маиса, воды и сухой рыбы на случай длительного пребывания в этом убежище. А дальше в плетеных из молодого бамбука корзинах находятся ценности племени. Осмотри эти богатства, мой вождь. Они могут пригодиться в трудный момент – продолжала рассказывать красавица, увлекая за руку Катула.

Прямоугольные корзины были аккуратно поставлены в высеченные в скале ниши. Тут же свисали связки туго скрученных в рулоны циновок. Справа высилась каменная скульптура, изображающая неведомое безглазое существо с огромной головой, мощным, почти человеческим телом, длинными, перевитыми венами конечностями, заканчивающимися когтистыми пальцами и длинным зазубренным хвостом.

– Это дух подземелья. Убить его сложно, ибо он движется гораздо быстрее, чем люди и может бегать по стенам и потолку так же, как мы по полу пещеры. Устрашающий вид, не правда – ли? Множество воинов рискнувших пройти вглубь пещеры, не вернулось, но привлекательность подводного убежища оказалась выше страха. Наши предки закрыли проход из глубин пещеры тяжелыми каменными блоками, скрепленными песчано – известковым составом. Смотри!

После каменной скульптуры следовала глухая стена, сложенная из громадных прямоугольных блоков. Катул подивился огромному объему строительных работ, выполненных славными предками Кими. Он направился к нише с ценностями племени и приоткрыл крышку. Корзина была доверху наполнена золотыми слитками, а сверху сверкали крупные алмазы, изумруды и рубины. Связки крупных жемчужин свисали с верхней ниши, и казалось, светились изнутри таинственным колдовским светом. Катул пока не понимал всю великую ценность сокровищ племени грифов. Это понимание к нему придет позже, когда из-за океана в новооткрытые земли устремятся тысячи кораблей белых пришельцев. А пока его рука, набравшая полную горсть золотых слитков, ощущала лишь их холод.

Кими озабоченно торопила вождя:

– Милый! Надо скорее выплыть из пещеры. Начинается шторм, и я его чувствую по глухим ударам волн. Если не поторопимся, вода нас может разбить о скалы.

Путь вверх оказался куда легче, чем вниз. Вынырнув из пучины, Катул почувствовал, как яростная волна подхватила и понесла его тело к острым рифам. Даже такому хорошему пловцу из племени черепах было трудно преодолеть расстояние до спасительного песчаного пляжа.

Красавица Кими уже ждала его на берегу, и выдохшийся Катул подивился ее удивительной выносливости. Даже рыбы могли бы позавидовать быстроте и изяществу, с которыми женщина скользила в воде. Последняя прибрежная волна швырнула тело молодого вождя далеко на песчаную отмель. Глядя на распластанное тело любимого, Кими звонко рассмеялась, и это задело самолюбие Катула. Он вскочил, подхватил тело красавицы и, шутя, отшлепал ее по упругим ягодицам. Кими яростно отбивалась, царапаясь своими отточенными ноготками, но вскоре затихла, широко раскрытыми глазами глядя на бушующее море. Катул обернулся, и страшные детские воспоминания всплыли в его голове.

Глава вторая. Пришельцы

Там, из мрачных клубящихся туч и огромных волн выползала невиданная пирога с несколькими мачтами. В темном грозовом небе сверкали молнии, освещая мертвенным светом грозное плавучее чудовище. Вот на борту такой же громадной пироги он был в далеком детстве, и нежные руки матери испугано сжимали его тельце. Бородатое лицо человека, орущего на суетящихся людей, Катул запомнил смутно. А еще в далеких воспоминаниях мелькнул момент, когда белая женщина, скорее всего мать, торопится надеть на его шею крест на цепочке и медальон. Затем последовал страшный удар, треск и свирепая соленая волна подхватывает его маленькое тело и швыряет на скалы. Потом его подняли мускулистые руки вождя племени черепах, и он стал приемным сыном касика.

Между тем, огромная пирога, гонимая яростными волнами устремилась к устью реки. Спрятавшись в зарослях, Катул стал наблюдать за суетящимися пришельцами и почувствовал грозную опасность. Рядом во все глаза смотрела пораженная зрелищем Кими. Люди на гигантской пироге были одеты в странные одежды. Торсы некоторых закрывала блестящая броня. Человек на носу странного судна, измеряя веревкой с грузом глубину моря, что-то кричал богато одетому человеку с черной бородой и широкополой шляпе с пышным пером. Тот стоял у деревянного колеса с ручками и постоянно его крутил.

Вождь грифов наморщил лоб и вспомнил полузабытые детские видения. Точно на такой пироге с высоченными бортами его когда-то обнимала мать.

Неуклюжее судно вырвалось из объятий бешенных морских волн и стало медленно подниматься по спокойной воде устья могучей реки. Наконец, сбросив невиданный груз на цепи, громадина пироги остановилась. Теперь буря и волны не были страшны пришельцам. В черном небе вспыхнули яркие молнии, и раскаты грома потрясли землю. Катул послал Кими в деревню, чтобы воины племени скрытно подготовились к встрече возможных врагов. У реки им надлежало спрятаться в густых зарослях и наблюдать за пришельцами. Об эвакуации женщин и детей в подводную пещеру не могло быть и речи. Уши вождя слышали яростный грохот прибоя, доносившегося с прибрежных скал, и кидаться женщинам и детям в кипящие воды прибоя было крайне опасно.

Вскоре воины объединенных племен грифов и аллигаторов заняли свои места подле вождя в густых прибрежных зарослях и приготовили луки и копья к возможной битве с пришельцами. Кими принесла Катулу лук со стрелами, смазанные ядом кураре и копье вождя.

Пока люди на невиданной пироге не пытались добраться до берега. Ветер был сильный и мог снести их неуклюжие пироги, спущенные с дощатой палубы на воду. Катул понял, что до утра пришельцы не двинутся к берегу. Подползший Аскук предложил вождю атаковать злых духов немедленно, погрузив воинов на все имеющиеся у племени пироги, благо этому благоприятствовал попутный ветер. Но молодой вождь объединенных племен отверг это предложение по следующим соображениям: во – первых, борта огромной пироги пришельцев были высоки и за ними могли надежно укрыться множество лучников; во – вторых, у него еще теплилась надежда, что переждав бурю судно уйдет в море; в – третьих, истинные намерения пришельцев были не ясны, и пока считать их врагами было преждевременно. Единственное обстоятельство, которое тревожило Катула было то, что деревня племени грифов хорошо просматривалась с пироги пришельцев. Поэтому он повелел предупредить женщин с детьми, чтобы уходили в горную сельву, а воинам – оставаться на местах до рассвета и не разжигать костров.

Если бы Катул знал наперед, какой катастрофой обернется его план встретить врагов во всеоружии, он бы принял решение его воинам уйти в лес, вслед за женщинами и детьми.

Всю ночь бушевала буря, а к утру на землю обрушился страшный ливень. Промокшие воины дрожали от холода, но привычка стойко переносить трудности жизни была у них в крови. С рассветом ливень прекратился, тучи умчались, и заря окрасила небо, горы и море в кровавый цвет.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

сообщить о нарушении