Сергей Ходарев.

Проект «Страж»



скачать книгу бесплатно

Пролог


– Да, я по объявлению. Какие требования по данной вакансии? Опыт? Нет, конечно ещё нет… Да? Жаль. До свидания!

Таких диалогов за два месяца я проговорил немало. К сожалению, специалисты вроде меня – с широким набором способностей, жаждой работать и отсутствием опыта – никому не требовались. Летнее настроение улетучивалось, как и запасы денег, которые мне удалось подкопить на «первое время».

Время уже давно было десятое, денег не прибавлялось. Жаль, мне их не хватало так, будто они были моими самыми любимыми родственниками. К чёрту все! Пойду работать грузчиком, а потом уеду, куда глаза глядят.

На душе было тяжело, сердце сдавливала тоска и нечто похожее на кризис самоопределения. Мне двадцать три, а я ничего ещё в этой жизни не достиг. Больше всего задевали чужие успехи, «вот они уже, а я…». В общем, сплошной удар по самолюбию и кошельку. Ещё и в армию меня не взяли. Мрак, в общем.

Какая погода! Сказка. Так и шепчет: «Гуляй, пошли все к рогатому и иди на улицу!». Нет, дорогая, так не пойдет. Мне нужна работа, и я ее получу.

Солнце закатывалось за горизонт, пора было ложиться спать. Тратить драгоценные часы жизни на убогую имитацию смерти. Совесть моя была чиста: резюме я разместил везде, где только мог, номера моего телефона не было разве что в самой захудалой турфирме.

Дело в том, что я умудрился поступить на факультет, где изучали европейские языки. И это при том, что родился я в регионе, где китайцев больше, чем деревьев! Зачем? А чтоб азиаты от досады локти кусали, они ведь такого ценного сотрудника упустили. Чувство юмора никогда не было моей сильной стороной, признаю. Повезло ещё, что моя девушка, на чьей нежной шейке я сидел, меня до сих пор не бросила.

Проснулся я от телефонного звонка. Неизвестному звонившему явно было плевать на то, что утренний сон – самый сладкий, поэтому телефон возвестил о своем присутствии громогласным панковским кличем. Да, современная эстрада меня не радовала своим творчеством.

Откашлявшись, я попытался придать голосу бодрости – мол, кто спит, я спит? Как вы могли подумать? – и взял деловитый тон:

– Сергей? – Трубка низко завибрировала мужским голосом. Такой один раз услышишь, с другим не перепутаешь, словно кто-то задел струны бас гитары.

– Да, это я.

– Вас беспокоят с фирмы Н.. Вы резюме размещали?

– Да, размещал.

– Работу для себя ищете?

– Да, конечно, для себя, – ответил я, про себя подумав: «Нет, я её для соседки искал, тёти Зины, а свою фотку для секретности поставил, чтоб никто не догадался».

– Приходите по адресу Н-ская улица, дом 34. Пароль – три пятерки, скажете, что к Максиму Андреевичу. Не опаздывайте, вас будут ждать ровно в пятнадцать часов, – в трубке раздались короткие гудки, а потом телефон замолчал.

Как категорично. Интересно, они там у себя что, производством секретного оборудования занимаются? Или это гэбэшники? Пароль ещё выдали. Ладно, на месте разберусь, не в первый раз на собеседование иду.

Со сборами не было никаких сложностей, я же почти люмпен, времени у меня – вагон и маленькая тележка, хоть в аренду его сдавай.

Аппетита не было, значит, зарядку можно было сделать спокойно, без обвинений в садизме со стороны желудка.

Попотев над мешком и отжиманиями, я отправился в душ, а потом стал одеваться. Вторая половинка к этому времени, конечно, уже ушла на работу. Как они всё успевают? И на работе, и по дому… Вопрос, который мучает меня почти так же сильно, как священное «Откуда берутся дети?» в детстве. Только на последний худо-бедно могли ответить более продвинутые друзья, а тут… Накорми, убери, с подружкой поболтай. Лично меня хватало только на мытье посуды и пылесос.

За размышлениями я не заметил, как настало время выдвигаться из дома. Вперёд!


Глава 1 Собеседование


Путь был недолгим – городок у нас маленький, за день пешком вдоль и поперёк можно исходить. Но мы ж не дикари, мы на автобусе, да с ветерком прокатимся.

И вот этот дом.

Вас никогда не посещали такие мысли при поиске работы, мол «Мне любую, я согласен, только бы платили хорошо»? А когда вот оно, бери, нет-нет, да прокрадётся трусливое: «Может, не эту? Давайте любую другую, только не эту?».

У меня такое бывало. Потом, правда, волосы готов был на себе рвать от досады, что отказался, но сделать-то уже ничего нельзя было. Такой гадкий у меня характер, и никак с ним не сладить даже мне самому.

Здание возвышалось, словно древняя крепость. А фасад смотрел на меня пластиковыми глазами, будто лично хотел проверить на профпригодность. Лучи солнца разбивались об это наследие прошлого века. Поспешно отвернув взгляд от отражающихся бликов, я проследовал к входной двери. Если возьмут, успею ещё насмотреться.

Что ж, наружностью я впечатлен, интересно, как дела обстоят с внутренней частью здания?

Выяснилось, что всё было отлично. Седой как лунь охранник, с прямой спиной и немигающими глазами-сканерами, спросил пароль. Цифры, очевидно, сошлись с теми, что были у него в бумажке, и меня проводили до кабинета.

Максим Андреевич оказался мужчиной среднего роста, лысым как яйцо. Говорил он тягучим басом. Едва бросив на меня взгляд, указал на стул напротив и продолжил что-то писать в тетради. Вскоре он оторвался от своего занятия и пытливо уставился на меня.

– Служили? – голос был такой силы, что стекла слегка задребезжали.

– Нет, – я придерживался мнения, что без меня там обойдутся вполне, да и я как-нибудь смогу, скрепя сердце, пережить эту разлуку.

– Жа-аль, – протянул лысый и неожиданно продолжил. – Нервы крепкие?

Я слегка озадачился:

– Наверное, не испытывал. Вообще, я стрессоустойчивый, – затянул я свою привычную волынку. – Легко обучаемый и толерантный.

Последнее слово почему-то позабавило моего будущего работодателя. Хмыкнув, он опять недоверчиво глянул на меня:

– Ну, а спортом занимаешься?

– Конечно, – пожал я плечами, как мне казалось, богатырскими.

На этом собеседование, видимо, закончилось, потому что начался инструктаж по технике безопасности. Это было что-то необычное! Нет, мне ещё в студенчестве удалось влезть на завод, где я немало наслушался всяких напутствий и разного рода предупреждений, типа, куда не втыкать пальцы и где лучше не ходить, если хочу в будущем иметь потомство. Но такого… Одному в коридорах не шарахаться, с посетителями наедине не оставаться, первому к ним не подходить, а если и общаться, то под присмотром руководителя. Не угощать ни под каким предлогом, с открытыми кровоточащими ранами на работу не являться, избегать пристального зрительного контакта с личностями из особой картотеки…

–И последнее. Всё, что ты тут увидишь, останется в этих стенах. Гонорар и твои непосредственные обязанности мы обговорим позже. Пошли что ли, студент, – и впервые за всё время разговора он улыбнулся – тепло и открыто.

И мы пошли. Коридор оказался гораздо просторнее, чем могло показаться снаружи, тут свободно можно было разъехаться на двух легковушках. С фасада это был не особо примечательный сталинский дом, внутри же можно было устраивать демонстрации. Холодный свет немигающих энергосберегающих ламп создавал какую-то зловещую обстановку, словно ты находишься в лаборатории, где ставят опыты, и из-за угла вот-вот покажется комната с кучей проводов и лежащими телами.

«Куда меня ведут? – мелькнула в голове паническая мысль. – Он ведь даже названия фирмы мне не сказал, не говоря уже о роде деятельности. Вдруг это что-то незаконное?».

По телу побежали мурашки, спина покрылась холодной испариной.

Максим Андреевич открыл дверь в конце коридора, и мы вошли. У меня просто захватило дух, а про нижнюю челюсть не стоит даже и упоминать – её и так любой мог найти в области плинтуса. Место, где мы оказались, представляло собой лабиринт из коридоров. Лифты, переходы, коридоры, ответвления, огромные и крошечные двери… Здесь ходили люди – некоторые носились с бешеной скоростью, кто-то шел не спеша, переговариваясь на ходу. Все деловые, как муравьи в муравейнике.

– Нравится? – пытливо, с оттенком затаенной гордости поинтересовался мой гид. – Это наш научный комплекс. С ним ознакомишься позже, наша цель пока ЦКИГ и его клиенты, – оповестил меня Максим Андреевич. В ответ я только смог кивнуть головой. А что ещё сказать? До сих пор я не видел ничего подобного и сейчас испытывал шок.

Какая-то женщина с кипой бумаг, шедшая нам на встречу, кивнула моему провожатому и улыбнулась:

– Новенького, Макс, ведёшь?

Тот коротко кивнул и потянул меня дальше.

«Не очень-то он вежливый, – мелькнуло у меня, – вот повезло мне с начальничком».

Мне вообще «везло» на собеседованиях: либо стервы, либо идиоты, либо просто лохотрон.

Свернув по коридору, мы попали в плохо освещенное помещение. У стен стояли клетки, внутри которых почти не было света.

– Это, собственно, и есть ЦКИГ, – ответил мой спутник. – Твоя будущая работа.

– ЦКИГ? – недоуменно переспросил я. – Что это за аббревиатура?

– Центр Контроля Иноземных Гостей, – ответил мне интеллигентный баритон из мрака клетки.

– Верд, выйди на свет, яви нам образчик Гостя, – тягуче попросил Максим Андреевич.

Вообще, я всегда считал, что мои нервы если и нельзя сравнить со стальными канатами, во всяком случае, на кисель они тоже не похожи. Но когда я увидел, как из мрака появилась тень, то отшатнулся, едва не упав. Ноги отказались слушаться, встать я смог только с третьей попытки. Штаны вроде сухими остались, и то хорошо!

Тень шагнула ближе и оказалась двухметровым массивным созданием. Тело покрывала рыжая шерсть, волчья пасть щерилась внушительными клыками, а на носу красовались очки.

– Новенького привели, Максим? – застенчиво поинтересовался новый знакомый.

– Да, он будет работать под началом Стаса. Слышал ведь, какие они с Луны–2 вернулись?

Волк кивнул и снова взглянул на меня:

– Здравствуйте, как поживаете?

– С-спасибо, бывало и лучше, – выдавил я, инстинктивно пятясь назад.

Это какой-то сюр, такого не бывает! Мозг отказывался переваривать информацию, а глаза упрямо подтверждали: да, здесь стоит то, во что ты пять минут назад не верил.

– Это оборотень. «Про его сородичей снимают фильмы, пишут романы и прочую дребедень», – сказал лысый, – а так они выглядят на самом деле. Уверяю тебя, с ними не стоит встречаться вне культурных миссий, они весьма плотоядны и плохо контролируют себя. Верд – наш старый знакомый, он не такой как все, но это исключение из общего правила.

– Почему он в клетке? – дрожащим голосом поинтересовался я.

– Задержан за хулиганство. Пойдём, я тебе всё объясню, расскажу и покажу.

Когда мы выходили, меня всё же вывернуло, голову повело и всё тело наполнилось невесомостью. Вытерев рукой горький привкус желчи с губ, я взглянул на своего будущего руководителя.

– Ничего, не ты первый, не ты последний, – издевательски ухмыльнулся Максим Андреевич.

На мгновение мне показалось, что его улыбка не уступает оскалу Верда.


Глава 2 Шеф


Существует огромное количество миров. Каждый своеобразен, в каждом своё население, религия и атмосфера. У каждого мира, точнее, у каждой земли, есть магнитное поле («или что-то в этом роде, спроси, если хочешь, у наших физиков, я в этом не разбираюсь!»), слои которого кое-где истончаются. И когда тонкие слои двух миров сталкиваются друг с другом, образуется проход.

Есть миры Большого Веера. Это изученные миры, с частью которых у нас налажен контакт. А ещё есть огромное количество неизученных миров, откуда к нам приходят гости. Именно о них в древности писали сказки, былины и мифы, в которых крупицы информации замаскированы мишурой, как новогодняя ёлка. Да, оборотни, вампиры, и прочая нечисть существует на самом деле. В основном, все они легально зарегистрированы, так как почти каждый проход можно засечь.

Только есть и такие экземпляры, которые находятся здесь незаконно. Дело в том, что точки соприкосновения полей миров расположены хаотично и их появление не всегда можно предугадать. В результате мы читаем в прессе заявления о снежном человеке, Лох-несском чудовище или жеводанском звере. А иногда и не читаем, потому что некоторые из них кусаются. Сильно.

Мне выпала честь познакомиться с непосредственным руководителем этого предприятия, «шефом», как его за глаза уважительно называли подчинённые. Максим Андреевич, Макс, был его заместителем, а еще возглавлял посольское отделение Мира Большого Веера.

Пройдя несчётное число коридоров и коридорчиков, мы подошли к двери, на которой красовалась табличка с лаконичной надписью: «ЦКИГ». Снизу виднелась приписка «Вход только по предварительной записи».

Мой будущий начальник оказался кряжистым массивным светловолосым мужчиной лет сорока, одетым в строгий костюм. Подойдя ко мне, он протянул руку и коротко представился:

– Стас, – шеф махнул рукой в сторону кресла, приказывая мне садиться. Бицепсы во время этого движения вздулись так, что пиджак жалобно затрещал.

– Полагаю, тебе уже рассказали вкратце, кто мы и чем занимаемся, – сказал он ровным голосом. – Посему мы не будем отвлекаться на детали и сразу перейдём к делу. Готов ли ты работать у нас, готов ли животом рисковать, а взамен получать лишь безызвестность? – его манера речи забавляла меня. – Денег у тебя будет в достатке, но о личной жизни, увы, забудь.

Согласен ли я? Мысли роились в голове, я не мог поверить в увиденное. Не мог осознать, что всё, что я узнал несколько минут назад – правда. Легче было поверить в то, что это розыгрыш, или что я просто свихнулся. Голова не выдержала нагрузок и решила устроить здравому смыслу отгул, а сам я прохлаждаюсь где-нибудь в палате с общеизвестным номером.

Что, если я соглашусь? Что мне нужно будет делать? Вдруг я не подойду, или нервы откажут, или ещё что-нибудь и меня выгонят? Едва ли я забуду это место.

– Я согласен, – услышал я свой голос будто со стороны, сам до конца не веря, что согласился.

Шеф встал и приглашающим жестом указал на выход.

– Ступай за мной, начнём твою подготовку.


Глава 3 На пыльных тропинках неизвестных планет


Коридор заливал кварцевый свет, гулко раздавались шаги. Отряд разномастных представителей сапиенсов вразнобой маршировал до точки отбытия на тренировочную базу. Кто-то нервно переговаривался, кто-то молчал. Я предпочитал держаться в стороне от всех, обозревал окрестности и запоминал дорогу.

Минут через десять коридор вывел нас к просторному помещению, где, огибая большую металлическую будку, сновали люди в белых халатах. Растянувшись в цепь, рядом с ней стояли вооруженные до зубов охранники. Нас разбили на пары и подвели к будке. Внутри она больше походила на лифт – ряд целых кнопок с цифрами представлял собой мечту любого дворового хулигана.

– Это воплощенное желание фантаста, – вещал мне и моему соседу провожатый. – Нуль-переход. Нажимаешь кнопку места назначения – и выходи, – с этими словами он потянулся к третьей. – Будьте осторожны, ребята. И не пугайтесь, сначала ноги вас будут плохо слушаться.

Мигнул свет, что-то щёлкнуло, будто встала на место пружина, и всё закончилось.

– Выходим! – проводник повернул ручку и толкнул дверь.

Открывшийся за дверью пейзаж поражал. Нависшие над пустынной землёй свинцовые облака, сквозь которые пробивались лучи ноябрьского солнца. Широкая пустошь, покрытая какой-то редкой растительностью серого цвета и небольшой лагерь, раскинувшийся на равнине. Издалека он казался цирком-шапито, заехавшим в безлюдные степи Техаса.

Рядом гудел крытый брезентом грузовик, возле которого курил молодой парень в футболке с надписью «Tough guy». Увидев нас, он расплылся в улыбке:

– Выходите, туристы, – и как-то медленно и с оттяжкой махнул рукой.

Мы шагнули из кабины навстречу незнакомому миру. Внезапно земля бросилась мне в лицо, и я упал навзничь, как если бы кто-то ударил меня по затылку. Словно приклеенный, я не мог оторваться от сухой почвы, пахнущей затхлостью. Судя по звуку и сдержанной ругани, мой сосед тоже облобызал землю в нежном приветствии.

Раздался скрип подошвы, чьи-то сильные руки оторвали меня от земли и, перевернув, отнесли к машине.

– Ничего, это со всеми такое, с приземлением вас, – широко улыбнулся куривший парень, и мне подумалось, что футболку он носит совсем не зря и надпись на футболке не врёт: под тканью тяжело перекатывались мускулы.

Минут через тридцать мы, лежащие на матах крытого грузовика, двинулись в путь. Говорить не хотелось, язык, похоже, прирос к нёбу и был против любого движения. Мысли текли вяло, как будто на них тоже отразилось притяжение незнакомой планеты.

Подготовка новобранца, или кадета, как нас тут называли, составляла шесть месяцев, в течение которых мы усердно старались постичь науку выживания.

Чтобы наши сердца могли перегонять кровь в экстремальных условиях и не раскрошились кости, нам кололи укрепляющие препараты. Учась нормально развиваться и двигаться в перегруженном пространстве, мы выполняли комплекс упражнений, от которых суставы хрустели, а глаза наливались кровью. Время от времени кто-то падал в обморок, и тогда им занимался отдельный врач, приводя несчастливца в чувство.

Через месяц усиленных занятий и курса передовой медицины мы смогли ходить, не опасаясь повторной встречи лица с полом.

В этот месяц мы учились владеть своим телом, пытаясь выполнять стойки на руках, подтягиваться, и отжиматься. Этого было достаточно, причём с избытком. Несмотря на то, что в нашу задачу входило всего лишь вис на турнике, далеко не с первого раза получилось оторвать ноги от земли, при этом не грянуться на мат. С каждым днём сантиметр за сантиметром сдавалось пространство до ненавистной перекладины, мускулы разрывало от зверской боли. Утро начиналось с борьбы со своим налитым свинцом телом, отказывающемся подниматься с постели.

Однако настоящий ад, настоящие тренировки ждали нас через три месяца нашего пребывания в лагере. И началось оно с обучения Ши-то-ра.


Это стиль, положивший начало многим боевым искусствам нашей Земли. В промежутках между демонстрацией приёмов и спаррингами тренер, бывший житель планеты Навва, приятный сухонький старик, рассказал нам, что в одном дальнем мире жил воинственный народ, называющий себя ацдары, который однажды сумел захватить весь мир. Они были жестоки, так что уклонение от любых повинностей для мирного населения означало одно наказание – смерть. Угнетённые страдали столетиями, они не смели и помыслить о другой жизни, ведь несколько поколений родилось и выросло в неволе. Ношение оружия допускалось только чистокровными, то есть победителями.

Идя по улице, захватчики могли убить любого нечистокровного за ничтожную провинность и не понести за это наказания. Понятие демографического кризиса им было не знакомо, потому что каждая девушка, достигнув репродуктивного возраста, была обязана родить троих детей. Недостатка в рабах они не знали. Развиваясь свою общество, ацдары не позволяли того же наввитам, оставляя их безграмотными, невежественными, ценя своих домашних животных выше любого раба.

Конечно, такие бесчинства терпели не все. В отдалённых уголках планеты, подальше от метрополий, люди стали разрабатывать тактику ведения боя без оружия. Воины-захватчики были профессионалами и владели не только оружием, но и техникой рукопашного боя, поэтому перед рабами возникла поистине трудная задача: создать что-то, что превзошло бы систему угнетателей.

Так родилось Шин-то-ра, что в переводе значит «освободительная энергия неожиданного удара». Основным принципом является использование веса соперника против него, а броски и удары проводятся под такими углами и с такой скоростью, что их невозможно увидеть невооруженным глазом. Для успешного владения Шин-то-ра надо тренировать вестибулярный аппарат, равновесие и умение смещать центр тяжести.

Ещё одним важным компонентом этого единоборства являлись удары по болевым точкам. Конечно, ударная техника со временем развивалась. Шин-то-ра в итоге стало оружием куда более грозным, неожиданным и очень эффективным. Захватывались гарнизоны, к повстанцам попали сталь и порох. То тут, то там вспыхивали восстания, города сдавались один за другим, и некогда гордая раса победителей пришла к упадку.

Позже первооснователь Шин-то-ра совершенно случайно провалился в излом и перешёл в новую землю. Он поселился в неприметном монастыре и начал обучать братьев этому искусству, немного упростив и адаптировав его. Так, ветвясь и дополняя друг друга, начали рождаться боевые искусства Земли.

Мы сразу поняли, что тяжело нам в учении будет, очень.

Разминая бешено протестующие мышцы, мы слушали истории и готовились к новым нагрузкам. После адаптации мы выстроились на татами перед учителем, невысоким жилистым человеком с тихим голосом и очень пронзительным взглядом.

– Как я понимаю, не все изучали у себя на Родине искусство поединка. Это не страшно, при должном упорстве вы научитесь. Я бы хотел, чтобы вы разбились на пары. В зале поднялся гул занимающихся, хлопки рук по татами, звуки ударов о груши. Очень скоро стало понятно, что большинство из нас в лучшем случае владеет крестьянским стилем. В худшем – многим в подворотне надавал бы по шее даже начинающий хулиган. Мы выходили по очереди на спарринг, показывая, своё умение или полное невежество, слушая указания и замечания тренера. В основном это были неуклюжие попытки людей, никогда не дравшихся, руки пролетали в стороне от лица, или попадали по плечам.

Соседняя пара увлеченно пыталась пнуть друг друга, однако, из-за гравитации, это больше походило на неуклюжий танец двух пьянчуг. Рядом с ними, один из спаррингующихся попал сопернику кулаком в глаз, и теперь извинялся перед воющим от боли товарищем.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4