Сергей Богачев.

Проклятие Митридата



скачать книгу бесплатно

По истечении некоторого времени дым сделал свое дело, и пифия окончательно вошла в транс. Куда девалась нежная красота молодой женщины?! Ее лицо было искажено гримасой то ли боли, то ли злости. Одной рукой она впилась в треножник, чтобы не потерять равновесия, другой – держала ветвь священного лавра. Поток слов полился из одурманенного сознания прорицательницы. Сначала они были неразборчивы, грубы и перемежались с рычанием и стонами, как будто ее устами говорил кто-то посторонний. Потом голос жрицы стал низким и резким, словно мужским.

Профеты приблизились. Они должны были запомнить слова, которые скажет предсказательница, пребывая в экстазе. Каждое слово, произнесенное сквозь стоны и крики овладевших ею потусторонних сил, похоже, имело огромное значение. И ничего, что порой они не несли определенного смысла. В следующие три дня, когда после изнуряющего обряда пифия приходила в себя, жрецы растолковали сказанное ею, и родилось пророчество: «Царевич подчинит себе многие земли и в мощи своей превзойдет отца. Во всем мире не будет правителя, который бы не считался с ним. Но следует остерегаться скифов. Те, кто не может противостоять силой, будут противостоять ему хитростью. Спина всегда должна находиться под защитой».

Глава 7
Адреналиновая полоса

18 июля 2013 года


После смерти Полины Беляковой прошла ровно неделя, но, по сведениям всезнающего Заборского, в поиске ее убийц следствие практически не продвинулось. Капитан Сидорченко встретился со своими осведомителями, однако никто из них о преступниках ничего не знал. Все сходились во мнении, что это дело рук залетных, свои бы на такое не пошли. Разве они сумасшедшие, чтобы поднимать руку на жену Степы Белого? И это было похоже на правду.

Белякову Иван дозвонился только с третьего раза.

– Слушаю вас, – прозвучало в трубке.

Голос Степана Степановича был более сиплым, чем обычно. Вряд ли его охриплость объяснялась тем, что за последние дни ему пришлось провести немало переговоров. Это могло означать только одно: Степаныч снова вернулся к тесному общению с алкоголем.

– Здорово, Иван! – прохрипел Беляков. – С утра собирался тебе позвонить, ты меня опередил. Знаю, что скажешь, но соболезнования потом. Сейчас нет времени долго разговаривать. Давай поступим так. Подъезжай ко мне домой часикам к семи вечера, не раньше и не позже, такое возможно?

– Конечно, – отозвался несколько обескураженный таким поворотом разговора Иван. – Заодно привезу фильм о вашем юбилейном вечере. Он уже смонтирован.

– Все, договорились. Встретимся – обсудим наши дела подробнее.

В телефонной трубке послышались короткие гудки.

Ровно в семь Иван припарковал свою черную «тойоту» возле особняка Белякова. Как только он вышел из машины, охранник открыл калитку. Значит, в доме его уже ждали.

Степан Степанович сидел в ажурной беседке, увитой густым виноградом. На столе стояли легкие закуски, бутылки с минеральной водой и напитками покрепче – коньяком, виски, а также любимой хозяином русской водкой, которой он отдавал предпочтение еще со времен своей шальной молодости.

Сам Беляков с длинной изящной сигаретой в руке буквально утопал в глубоком кресле. Судя по заполненной окурками массивной пепельнице, дымил он давно и активно.

Заметив Черепанова, хозяин поднялся ему навстречу и крепко пожал руку.

– Еще раз здравствуй, – произнес он и указал на стол: – Угощайся! Ты же с работы, и наверняка голодный.

– Спасибо, не откажусь.

Иван положил перед Степаном Степановичем диск с обещанным фильмом. Он немного помолчал, понимая, что в их разговоре первую скрипку будет играть Беляков.

– За соболезнования спасибо, – подал голос хозяин. – По телевизору слышал. Наверное, и сейчас ты пришел с этим? Что ж, давай выпьем за помин души Полины, пусть ей будет земля пухом. Знаю, что ты за рулем, но я по чуть-чуть, всего по пять капель.

Беляков налил Ивану коньяка, себя же решил побаловать водкой.

– Не чокаясь, хорошо? И закуси плотнее, а я пока покурю, глядишь, разговор и заладится.

Черепанов выпил.

– Ты курить окончательно бросил или все же иногда балуешься? – Степан Степаныч протянул гостю пачку сигарет. – Я не искушаю. Просто с сигаретой, на мой взгляд, разговор получается душевнее.

– Пока воздержусь, а то бросаю уже в двадцать первый раз, – ответил Иван усмехаясь. – А дальше будет видно.

Беляков придвинулся ближе к столу:

– Ну так вот… Как ты, наверное, понял, я тебя пригласил не из-за фильма с моим участием. За него, конечно, спасибо, на досуге обязательно посмотрю, потом отошлю в Америку дочерям – все-таки память о матери. Вообще-то, Полина давно мечтала засветиться в телеке, спала и видела себя на экране. Наверное, в детстве метила в актрисы. Да и перед своими подругами постоянно старалась покрасоваться, демонстрировала им свою прелесть. Вот и доигралась…

Иван недоуменно поднял глаза.

В свою очередь, Степан Степанович вскинул руку:

– Вот что, Иван Сергеевич, давай не будем вокруг да около, а по-честному. Скажу правду: в связи с последними событиями мне нужна твоя помощь. Про мои минувшие дела ты немного знаешь – у тебя такая профессия, да и свою биографию я особо не скрывал. Что было, то было. Недавно и про тебя навел дополнительные справки, уж ты не обижайся, но по-иному нельзя. Хорошие отзывы о тебе, и жизнь, оказывается, непростая. Знаю и про Чернобыль, и про Кандагар, и про твою бывшую семью. Выяснил, что ты умеешь находить то, чего не могут найти другие. Благодаря собственной интуиции и толковым ребятам в твоем кругу. Даже менты с их нынешними возможностями, и те тебя нахваливают. А мне сейчас очень нужно найти одну вещь, и по некоторым причинам обратиться в милицию я не могу. Да и не особо я ментовским операм доверяю, сам знаешь, какая это порода, – усмехнулся Беляков. – Конечно, у меня есть ребята, которые тоже могут поискать, но ты же понимаешь, что это за хлопцы. Стукнуть кого-нибудь по башке всегда готовы, а вот пошевелить мозгами – тут они пас.

Черепанов несколько растерялся от неожиданного предложения:

– Ну, естественно, помочь могу, но ведь я в сыске не профессионал. Моя парафия – журналистские расследования: отыскать факты, проанализировать и довести до сведения общественности. Кстати, мой помощник Виталий Заборский тоже небольшой дока в следственном деле, хотя нюх опера у него есть. Но, я думаю, этого все же недостаточно, чтобы вести серьезное расследование. Нужны усилия большой конторы.

– Следствием пусть занимаются люди Перебейноса – это их дело. Между прочим, они растрезвонили на весь город, что найдут убийц Полины, только результата пока нет. Но и ты, как сам верно заметил, имеешь право заниматься расследованием, а как оно называется – журналистское или еще какое, все равно. Главное – результат. Для успеха дела добавлю: в финансовом плане можете себя не ограничивать, сколько потратите, столько и вернется в твою компанию. Плюс гонорар, притом, подчеркну, немалый, да еще и в иностранной валюте. Аванс, само собой, выдам сразу, идет?

От Белякова не ускользнуло, что при этих словах Черепанов слегка поморщился.

– Знаю, знаю, в деньгах ты особо не нуждаешься. Но… Я тебя по нашей прежней дружбе прошу. С другой стороны, ты ведь тоже не святым духом питаешься. Так или нет? Да и твое предприятие должно быть на плаву, платить налоги и тэ дэ и тэ пэ, а коль так, его необходимо как следует подпитывать. Само собой, люди работают, им нужно выплачивать зарплату. Да еще с премией, не так ли? Словом, что ни говори, а жизнь состоит из проблем. Поэтому твоей телекомпании, вне зависимости от результатов расследования, благотворительный взнос на покупку нового оборудования гарантирую. Видеокамеры, пульты, ПТС, шмэтээс… сам решишь, что необходимо, и предоставишь мне список, а я оплачу, договорились?

– Ну хорошо, – не стал спорить Черепанов, согласившись, что денежное вливание в родную телекомпанию никогда не бывает лишним.

– Вот и славно. Значит, выпьем еще по чуть-чуть за нашу договоренность. Как считаешь, я коней не слишком гоню? – Беляков налил в рюмки по прежней схеме. – Не боись, если что, мои ребята сядут за руль твоей тачки и доставят тебя в пункт конечного назначения.

Они снова выпили, и Степан Степаныч с наслаждением закурил очередную сигарету.

Пока он пускал дым кольцами, Иван решил перейти к делу:

– Как я понял, придется искать не только тех, кто убил Полину Георгиевну?

Пустив очередное кольцо, Беляков тяжело вздохнул.

– Придется искать и кое-что другое, хотя это взаимосвязано, – произнес он с еле заметным раздражением и на мгновение задумался. – Ладно, открою тебе историю моей последней покупки, но в дальнейшем прошу без особой надобности ее не оглашать. Только самым доверенным лицам.

– А милиции известна эта ваша история?

– Ментам как раз и не нужно об этом знать. Что посчитал важным для раскрытия убийства моей жены, я рассказал капитану, который ведет дело. Материала у него достаточно, – Беляков замолчал, глубоко затянулся и продолжил: – Ты получишь информацию о подлинной причине преступления.

– Насколько я знаю, причина гибели Полины Георгиевны – это ее драгоценности, которые убийцы унесли с собой. Я видел протокол. Или ошибаюсь?

– И да, и нет. У Полины действительно были дорогостоящие кольца с бриллиантами, но кто станет убивать человека из-за каких-то двадцати-тридцати тысяч «зелени»?

– Степан Степанович, – не слишком вежливо перебил его Черепанов, – простите, но вы очень далеки от современной жизни простого народа. Скажу вам откровенно: сегодня человека могут убить и за пятьдесят гривен. А вы называете суммы, которые для многих составляют целое состояние!

– Скорее всего, ты прав. Только я знаю, что говорю. Эти упыри искали нечто более ценное. А разные побрякушки – так, для отвода глаз. Но, в конце концов, не оставлять же их, раз сами пришли в руки, верно?

– Но, если преступники пошли на убийство не из-за этих, как вы выразились, побрякушек, почему в протоколе не упоминается ни о каких других пропавших ценностях?

– Верно, сигнал отсутствует. Так захотел я. На самом деле исчезла одна драгоценная вещь, притом очень редкая, уж поверь мне, старому коллекционеру.

– И почему же вы ее не назвали?

– Оттого, что приобрел, так сказать, неофициально, в обход существующих законов. Чтобы тебе было совсем понятно, я не имел права покупать такую вещицу. Она является собственностью государства.

Беляков снова разлил в рюмки спиртное. Они молча выпили.

– Но разве настоящий коллекционер может удержаться, если ему выпадает такой редкий шанс? Шанс, который бывает раз в жизни! Конечно же, нет! Вот и я не удержался, хотя знал, что это даром не пройдет. К тому же всем коллекционерам известно, что на таких вот реликвиях всегда лежит некая печать проклятия. Печать смерти, если угодно. Похоже, что эти байки – не пустой звук…

– Ну и причем тут проклятия? Полину Георгиевну задушили обыкновенные уголовники, которые за деньги готовы убить любого. Да и дома ваша супруга оказалась случайно. Могла ведь и в театре остаться…

– Нет, это не случайность. Все равно бы с ней что-то случилось, а если не с ней, так со мной. И все же я хочу найти и вернуть эту вещь. Надеюсь в этом на твою помощь. Ну а с остальным уж как-нибудь сам справлюсь.

– И что же это за редкая вещь, которую коллекционерам нельзя иметь, да еще такая, что несет на себе печать проклятия?

Беляков снова закурил, достал из кожаной папки, лежавшей на столике, фотографию и протянул ее Черепанову.

– Изучи, Иван Сергеевич. Золотая пектораль древних скифов – несбыточная мечта всех коллекционеров.

Иван взглянул на фото.

– Вы меня удивляете, Степан Степанович! Если мне не изменяет память, эта бесценная вещица находится в Киеве, в Музее исторических драгоценностей Украины, под стеклом и усиленной охраной. Неужели ее кто-то украл, а вы, ничего не подозревая, приобрели? Впрочем, возможно, это не оригинал, а копия?

Черепанов вопросительно смотрел на Белякова, наблюдая за его реакцией. Тот сначала потупился, а затем поднял глаза:

– Правильные вопросы задаешь, Иван Сергеевич. А ответ на них будет один: нет, нет и нет! Неужели я, коллекционер со стажем, не разобрался бы, где копия, а где оригинал? Верно, копии знаменитой скифской пекторали существуют, но какой уважающий себя собиратель станет приобретать что-то вторичное?! Да и подлинник по-прежнему находится на обозрении в музее. Все дело в том, что ты, дорогой мой товарищ и друг, ошибся. До сих пор считалось, что существует только одна золотая пектораль древних скифов – та, которую нашел в 1971 году в царском кургане Толстая Могила археолог Борис Мозолевский. Но на этой фотографии совершенно другая пектораль. Она тяжелее почти на полкилограмма. На ее фризах больше изображений, хотя они во многом схожи.

– То есть, получается, к вам в руки попала реликвия, о которой до сих пор никто не знал, так, что ли?

– Именно так! Думаю, эта пектораль датируется примерно IV веком до нашей эры, как и та, что из музея. Представляешь?! И создал ее мастер той же школы. По какой причине и с какой целью она была изготовлена, остается загадкой. Возможно, втайне от отца ее заказал какой-нибудь молодой наследник трона, стремясь превзойти своего родителя. Знакомая картина, не правда ли? – Беляков слегка усмехнулся. – Столько веков минуло, а ничего не изменилось.

– Интересно, какова же цена этой пекторали?

– Она бесценна. Теперь понимаешь, почему я не смог устоять?

– Несколько странно звучит, – заметил Иван, – с одной стороны, она бесценна, а с другой – вы ее приобрели. Значит, стоимость у нее все-таки есть?

– Конечно, есть. Цена есть всему. Эта вещь бесценна в общепринятом смысле: для культурного наследия, для искусства, для истории и так далее. Но, если говорить о приблизительной аукционной стоимости, думаю, эта цифра будет иметь много нулей.

– Представляю. Теперь понятно, почему из-за нее разгорелись такие страсти…

– О том и веду речь, – не дал ему закончить Беляков. – Эти гады, убившие Полину, лезли в дом именно за пекторалью. Чей-то заказ выполняли. Возможно, моего конкурента, который тоже хотел ее приобрести, или какого-нибудь другого заядлого коллекционера, который неплохо разбирается в раритетах и узнал, что у меня есть редкая вещь, представляющая интерес не только в нашей стране, но и за рубежом.

– А как к вам вообще пектораль попала? Или этот вопрос останется закрытым? – поинтересовался Черепанов.

– Почему же закрытым? Ответ будет, и обстоятельный. Скорее всего, он и поможет тебе выйти на след пропавшей драгоценности.

Беляков чуть помедлил, потянулся к бутерброду, но, передумав, открыл новую пачку сигарет и с удовольствием закурил.

– Примерно месяц назад, – наконец заговорил он, – на моей страничке в Facebook кто-то под супероригинальным ником «Гость» оставил мне предложение купить у него одну уникальную старинную вещь…

– Минуточку! Одно маленькое уточнение, – уважительно перебил Степана Степановича Черепанов. – Скажите, в среде коллекционеров вы человек известный?

– Еще бы! – даже обиделся Беляков. – В нашем довольно узком кругу меня давно знают. Моя коллекция золотых и серебряных украшений выставлялась в разных музеях. Так вот, вначале я на его предложение не клюнул. Да мало ли чем завлекают нашего брата! Может, мошенник. Но потом все же отозвался, сообщил, что не прочь посмотреть товар. Чтобы ты отчетливо понимал специфику нашего дела, скажу: не все экспонаты наших коллекций приобретены на официальных аукционах или специальных рынках. Иногда приходится иметь дело с «черными археологами». Слышал о таких?

Черепанов согласно кивнул головой.

– «Черные археологи», или копатели, как их называют в народе, – продолжил Беляков, – это отдельные люди или организованные группы, которые занимаются поиском исторических артефактов, не имея официального разрешения на проведение археологических работ. Они существуют, пожалуй, еще со времен Тутанхамона и есть в любой стране. А у нас их сейчас как мух в сарае.

– Что, дипломированных археологов перестали интересовать раскопки?

– У государства на это банально нет денег. Институту археологи, насколько мне известно, за последние десятилетия на эти цели выделялись из бюджета копейки. Такие работы обычно производятся за счет строителей, когда осваиваются новые территории, или же наших иностранных соседей, если в экспедициях принимают участие поляки, болгары, немцы, ну и прочие камчадалы. Иногда помогают местные меценаты. И все. Остальное – нелегальные раскопки, в результате чего многие уникальные вещи уходят за границу. А мы, приобретая находки «черных археологов», все же оставляем их в нашей стране.

– Выходит, эти «черные археологи» создали процветающую индустрию? – не без удивления заметил Иван.

– Еще какую! Когда в Верховной Раде готовился закон об охране археологического наследия, один мой коллега, довольно известный коллекционер, направил в профильный комитет письмо с предложением внести в законопроект раздел о частных коллекциях. Предлагал обнародовать их и установить такой порядок, при котором любителям древностей разрешалось бы покупать раритеты, после того как от них откажется музей или же другая государственная организация. Но его инициативу просто проигнорировали. Никто не хочет легализовывать сложившуюся систему коллекционирования, поскольку в ней не будет места «черной археологии», на которой кое-кто неплохо наживается. Впрочем, мы отвлеклись… Так вот, я откликнулся на предложение «Гостя». Мы условились, что он приедет ко мне домой, чтобы показать вещицу. Что это за предмет, продавец заранее говорить отказался. Спустя три дня мы встретились.

– Он привез фотографию или саму пектораль?

– Сначала показал фотографию. Однако я засомневался, существует ли такая пектораль вообще. На фото может быть изображено что угодно. Он тоже это понимал и тут же продемонстрировал само изделие. Причем вытащил пектораль из обыкновенного полиэтиленового пакета, будто вяленого леща с рынка принес. Сказать, что я был в шоке, – значит ничего не сказать.

– И как же он объяснил, откуда она взялась?

– Сказал, что нарыл эту пектораль в районе Великоанадолья, в окрестностях кургана Казачья Могила, известного многим специалистам.

– Он что, не представился вам?

– Нет. В подобных случаях это обычная практика. Из разговора я понял, что он всерьез занимается раскопками и отлично понимает, что именно попало к нему в руки.

– А раньше вы с ним не сталкивались?

– Никогда. И знаешь, что меня удивило? Он был совершенно не похож на копателя, а я их повидал немало.

– Отчего же? Не умел торговаться?

– Да он вообще не торговался, хотя реальную стоимость своей находки, похоже, знал. Я обратил внимание на другое: мой гость очень волновался – это было видно без микроскопа. Чего-то боялся, что ли, так мне показалось.

– Возможно, вас и остерегался? Все же вы человек непростой, мало ли что может случиться.

– Да нет. Скорее всего, его тяготила сама находка. А меня-то он как раз и не остерегался – пектораль показал сразу, без раздумий. Притом на первую встречу приехал один, без охраны, и вещь с собой привез. Серьезные продавцы так не поступают.

Беляков затянулся, пустил кольцо дыма, которое тотчас взмыло под потолок беседки.

– Короче, я его предложение выслушал, и мы быстро сошлись в цене. Я предупредил, что сначала проведу экспертизу, и, если подтвердится, что пектораль на самом деле из скифских времен, немедленно выплачу всю сумму. Так и вышло, через пару дней он получил деньги и укатил восвояси.

– Суммируя вышесказанное, представляю, какой была сумма…

– Нет, ты не представляешь. На удивление, в нашей сделке фигурировали копейки, если, конечно, исходить из реальной стоимости этой пекторали. Он назвал цену – я не торговался… Но для рядового копателя или кто он там есть, думаю, сумма предостаточная. Даже более чем. Во всяком случае, гость остался доволен сделкой и, как мне показалось, хотел только одного – как можно скорее окончить разговор и удалиться.

– И вы так и не узнали его фамилию?

– Представь себе, нет. А зачем? Мы прекрасно понимали, что так будет лучше для нас обоих: меньше знаешь – крепче спишь. По крайней мере, мне так казалось. Теперь же, после смерти Полины и исчезновения пекторали, тебе прежде всего следует выяснить, что это был за фрукт, и разузнать обо всем, что с ним связано. А там сам решишь, причастен он к этому делу или нет.

– Задача понятная. И все же мне нужна хоть какая-нибудь дополнительная информация. Пригодится любая мелочь.

Беляков задумался. Затем кивнул.

– Есть кое-что. Охрана его дважды сфотографировала – сначала на входе, а затем и в доме. Так что он запечатлен во всех ракурсах, как на фотосессии. Мои охранники всегда так делают, на всякий случай. Думаю, это фото и станет для тебя зацепкой. И снимки, и нашу переписку мой помощник сбросит тебе на почту. В этих делах я мало что понимаю, но, думается, при правильном подходе можно определить, откуда поступали письма. Короче, сам разберешься, не мне тебя учить. А в остальном поможет мой доверенный человек – Витек. Запиши его телефон, если что, он будет на подхвате. Все вопросы – к нему. Он парень толковый, не смотри, что на вид слишком грозный. Такая внешность нужна для солидности в определенных кругах, где он обычно решает сверхсложные задачи. Кстати, предупреждаю: не вздумай брыкаться и фраериться, – слегка повысил тон Беляков, заметив, как Черепанов отреагировал на Витька. – Хорошо, если выяснится, что случайные люди, пришлые, устроили у меня «мокруху», а если это была наводка от заказчика? То-то же… В общем, Витек с братками очень пригодится, тебе в разборки лезть не резон. Твоя забота думать головой, для того я тебя и подключаю, а всякие побочные проблемы решим без твоего участия, если понадобится, конечно. И по этому вопросу давай без возражений, так мне спокойнее будет, лады?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное