Сергей Шиповник.

Маша и Комдив



скачать книгу бесплатно

Часть 1. Маша и Комдив. Романтическая комедия в стихах

(I)

Как-то надевая портупею,


Маша удивилась: “Ёшкин кот,


Почему я в талии худею,


Ну а грудь растет всё, да растет?!”



Падают прям навзничь офицеры,


Генералитет теряет речь,


А сержанты, словно пионеры


Прыгают в костер, и даже в печь!



Надо с этой грудью что-то делать!


Деморализация к чему?


Пишет Маша раппорт между делом


Главному Командующему.



У меня от вашей портупеи


Талия, как трость из камыша…


Так-то так, но я вздохнуть не смею:


Китель из ПэШа, плюс ПэПэШа…



Вы там разберитесь, тары-бары,


Если вам конечно же не лень:


Сделать на резинке шаровары,


Ну и на бретельках, чтоб ремень!

(Il)

Раппорт принесли с утра Комдиву,


Тот его обнюхал на духи…


Пригласить сюда бы эту диву


И хлебнуть на речке с ней ухи…



Шеф, как на права, сдает экзамен:


“Строго, Марь Васильна, не суди,


Приезжай увидеть всё глазами,


И артподготовку, здесь, пройди.



Тут у нас в штабном учебном центре


Курсы по подгонке портупей,


Вот… а без натуры мы не петрим,


Мыслим без натуры мы тупей.



Мы тебя научим: рыть окопы,


Прятаться от бомб тире гранат,


Штык-ножом подштанники, как штопать,


Как из фляжки пить, чтоб не в умат;



Как до блеска ядерную кнопку


Драить, и случайно не нажать;


Взвесить фронтовую обстановку,


Если вдруг предвидится рожать…”



Маша в шоке! Что он позволяет?


Крыс штабных бумажный крысолов!


Он и службы толком-то не знает,


Бред, и у меня внутри нет слов!

(III)

Машу потрясло слегка-немножко,


Думает: а фигля мне терять?


Сунула в сапог стальную ложку,


Если что – в лобешник, и линять.



С грудью этой надо что-то делать?!


Гибнет на плацу гвардейский полк.


Сзади рой десантников умелых,


Где-то на опушке воет волк.



Села в бронепоезд наша Маша


В роще на перроне запасном,


В полночь заступила третья стража,


И уснула Маша сладким сном…



И приснился ангел ей, хранитель -


Статный молодой Кавалергард,


Девичьих сердечек обольститель,


В блеске аксельбантов и кокард:



“Нам, Машуля, пофиг все комдивы,


Разные комбриги, и тэдэ.


Мы вдвоем умчимся на Мальдивы


Там есть: и джакузи, и биде.



Там, где ты вздохнешь открытой грудью


В блузке с v-образным декольте,


Там, где про войну ты позабудешь


И тэпэ, Машуля, и тэдэ…”

(IV)

Утром, на перроне в Беларуси


С музычкой встречал ее Комдив,


Честью поприветствовал Марусю,


Выставил: табак, аперитив.



– Но я не курю герцеговину,


Я предпочитаю беломор…


– Это мы исправим, а к почину


Вот тебе герцеговина-флор.



– Да, но я не пью киндзмараули…


– Вот как? Это тоже пустяки,


Выстоишь с недельку в карауле,


Блажь всю эту сдует, как с руки!



Маша поняла: броню стальную


Носиком курносым не пробьешь!


– Что ж, аперитивчика хлебну я,


Да и беломор – как в горле нож.



Только я по части портупеи…


– Знаю, я Маруся, не спеши,


Я с утра при девушках робею,


Я люблю под вечер камыши.



Господи, на что он намекает?!


И проверив ложку в сапоге,


Выпила вино до дна от края,


Маша с папироскою в руке…

(V)

Речка в голубых аквамаринах,


Небо в перламутре жемчугов;


Тут же у костра сидит Мария;


Тут лежит Комдив, он варит плов.



– Я тебе скажу к примеру, Маша,


В свой блокнот запишешь, или нет?


В мире нет смелей, чем Раша наша,


Ведь ее боится целый свет!



Негры, папуасы и малайцы,


Весь брюссельско-натовский пакет,


Разные мумбайцы и дубайцы…


В рашен всех тудэй, и весь секрет!



Маша усомнилась, аж привстала:


– Странно, а когда же миру мир?


– Что ты с этим миром всё пристала?


Слаще нам – победы пиру пир!..



В штабе, получи свою награду -


Орден всех доступных степеней.


– Ой, да что Вы, может быть не надо?


Я и так за рашен, за тудэй…



– Только за тудэй чтоб натурально,


А не в скайпе, или по ватсап.


– По ватсап?! Нет, не оригинально, -


Молвит Маша сквозь Комдива храп.

(VI)

В целом никакой он и не страшный


(Маша рассуждала у костра),


Просто ошалел от дел бумажных,


Вот и зол: от клюва до хвоста.



Надо постирать ему портянки,


«Хуго боссом» голову полить,


Вытрезвить от беспробудной пьянки,


А потом уж можно полюбить…



Машу разместили в самом красном,


Красном, как калина, уголке.


Дали ей посуды всякой разной…


Тут Комдив явился налегке.



То есть: с целой флягою зубровки,


С полутушей зубра на плече.


Машу оценил по обстановке,


В смысле романтических ночей.



– Ты, Маруся, эти папиросы


И зубровку меньше потребляй,


Лучше ешь черешню, абрикосы…


И недолго вечером гуляй.



Тут у нас такие зубры, Маша!..


Только протрубит горнист отбой -


Девушек крадут, и эта кража


Может получиться и с тобой.



Что за жуть он на ночь нагоняет?


Выдворить его? Но он Комдив;


Девушка игрульки продолжает,


Ложку за бюстгальтер заложив…

(VII)

Хоть “Кавалергарда век недолог…”,


Ночью появился он опять,


Клялся и божился через полог,


Только Маше было что терять:



Там Комдив храпит на раскладушке,


Если он проснется – ей пипец!


Но влекли мальдивские ватрушки,


С перспективой в Ниццу, под венец.



– Кто там у тебя под балдахином? -


Зубром прорычал во сне Комдив…


Чья-то тень мелькнула за гардину,


Ядерный конфликт предотвратив.



– Чудится поди, рассвет уж близок,


Спи, чуть свет лететь тебе в генштаб.


Тот пробормотал, а голос низок:


– Баобаб-без-бабы-баобаб…



Только он заткнулся, как в постели


Рядом уж лежит Кавалергард.


– Кто позволил Вам!? Как Вы посмели?!


Это что за чёрт в колоде карт?!



И очам своим она не верит:


Рядом с ней теперь и вправду Чёрт!


Чёрт с рогами, и с хвостищем зверя,


И с лицом страшней бандитских морд.



Чёрт Марусю тесно прижимает,


Лезет нагло, без обиняков,


Маша ложку мигом вынимает…


Затрезвонил звон промеж рогов!..



Утром сквозь туман аэродрома,


С шишкой турмалиновой во лбу,


Как после цусимского разгрома,


К трапу шел Комдив: “Бо-баба-бу…”

(VIII)

–Господи, Комдив, а что с тобою?!

В небе повстречался мессершмитт?

–Где там! Бао-бабы мне порою

Ночью снятся, вот и лоб болит.


-Странно… а вот мне приснился дьявол,

Девственность подлец хотел украсть,

Змеем лез ко мне под одеяло,

Только не на ту поставил масть.


Сядь-ка, приложу к ушибу водку,

Или ложку меда – в миг пройдет.

–Ложку? Может сразу сковородку?

(Дальше – нецензурный оборот).


-Ладно, позабыли,– молвит Маша, -

На войне война, как на войне,

Ешь с бизоном гречневую кашу,

Не таи, обид, Комдив, по мне.


-Я откуда знал что ты девица? -

Почесал комдив опухший лоб, -

Ежели чего – могу жениться…

–Так женись! А подарить жар-птицу,

Чтоб летать по небу в колеснице,

Как, Комдив, надеюсь не слабО?

(IX)

В штабе у Комдива в секретаршах

Девочка смазливая была -

Юля, и не менее, чем Маша,

Службу многотрудную несла.


Пару раз соперницы схлестнусь

На рапирах острых язычков,

Были со смещенным центром пули,

Доходило и до ярлычков.


А приди решающая схватка -

Юля забеременела вдруг…

И в декрет ушла, внеся разрядку

В сложных отношениям подруг.


-Вот приказ – работать будешь в штабе, -

Строго прокомандовал Комдив,

Так мол предусмотрено по штату,

Еле на устах улыбку скрыв.


-Не могу! Не стану! Не желаю!

Пыль штабную юбкой вытирать…

Тот рассвирепел почти до лая:

–Есть приказ (в какую-то там мать)!


Маша носик смирно опустила,

Пикнешь – враз отправит на губу.

Ну, а Юлю Машенька простила,

И открыла новую главу…


(X)


Гвардии майор Виталик Жбынька,

Что из забайкальского села,

Весь ощипанный, как после линьки,

В штабе Маше втюхивал бла-бла:


-Я такой рыбак, ты не поверишь!

Омуля рукой за хвост ловлю.

Как Берлин возьмем – со мной поедешь.

Между прочим, я тебя люблю.


Маша не в восторге: – “Между прочим”?

Поясни, товарищ, это где?

Что по-забайкальски ты лопочешь?

Что за щепки у тебя в гнезде?


А Жар-птица есть в твоем селенье?

Нет?! Тогда и двигай за Байкал,

Жуй свои сибирские пельмени,

Раз Жар-птицы сроду не видал…


Тут в приемную Комдив заходит;

С Машенькой майор – “ля ля, лю лю”?

Съездил пару раз тому по морде,

Мало будет, мол еще налью.


-Что, майор, тебе в приемной надо?!

Ты не знаешь – где ты командир?..

А Виталик провалиться рад бы,

Будто перед ним ночной вампир:


-Я хотел… Нет, вовсе не хотел я,

Я принес, нет просто не донёс…

Вылетел майор, остались перья,

Хоть включай хитачи-пылесос.


Маша – в драме: ни за что на свете,

Замуж за Комдива?! Ни ногой!

Он безумен, как король в карете,

Всюду помышляющий врагов.


-Я приду сегодня? – Не желаю,

Ты ужасен, ты ревнив, ты зверь!

–На губу сошлю!..

– Хоть в Гималаи!

Я, Комдив, боюсь тебя теперь…

(XI)

В среду намечаются маневры…

У Комдива Маша – адъютант.

–Почему замешкались минёры?

Почему на нас несется танк?!


Почему-чему-му-му, и присно,

И во веки, почему, веков?

–Я тебе, Комдив, что ль дочь танкиста?

Иль сестра минёров-дураков?


Сам тут маневрируй, я – в отгуле!

У меня критические дни!

У Комдива в глотке словно пуля:

–Чем мешают воевать они?


Стой, куда пошла? Враги, бандиты!..

Можешь получить кон-ту-зи-Ю!

Маша отмахнулась: – Да иди ты…

Я тут от маневров устаю.


И пошла по выжженному полю

Кромкой леса, пуль всех поперек,

А за ней Комдив бежит и молит:

–Ты пригнись, а то ведь не дай бог!

(XII)

Жбынька не дает проходу Маше:

Только улетит Комдив в генштаб,

Тот в приемной крутится и даже

Был готов ее на речке ждать.


Как-то спрыгнул он с мозгов немножко,

И погладил Машу по спине..

Не сберег бедняга лоб от ложки -

На войне, майор, как на войне.


Ты, Машутка, часом не схренела?!

Что уж и погладить прям нельзя?

Между прочим, я пришел по делу,

Я принес копченого язя.


Вынул из штанов язя в газетке,

Запах – как в порядочной пивной,

А Марусе рыбка – что конфетки,

Аж язык намылился слюной.


-Мне? Язя?! Принес еще бы пива!

Ты, Виталик, штаб хоть не смеши;

От твоих студенческих приливов

У тебя на лбу теперь ушиб.


Не могу принять.

Комдив узнает -

Тут же сдаст тебя под трибунал,

А язя ногами запинает,

Он язей уж стаю запинал.


-Что же делать? Грызть, что ль в одиночку?

Может быть, пока он не узнал,

Ты подаришь мне хотя бы ночку?

Ну а утром, хоть под трибунал!


-Не могу, майор, я непорочна,

Знает ведь в дивизии любой.

Хочешь, так люби меня заочно,

Если есть в тебе твоя любовь.


(XIII)


“… Мама, ты себе не представляешь,

Как приноровилась я стрелять!

Хлопнешь бронебойным – вспоминаешь:

Как свою, так и чужую мать.


А Комдив (за ним такая должность)

Мне цветочки всякие дарИт.

Только отношенья наши сложны -

Он без нормы хлещет самгорит…


Мамочка, мне замуж неохота…

Неохота так, аж невтерпеж!

Сохнет вся дивизия, не рота,

Сохнут, но они женаты сплошь…


Ты язей в речушке нашей помнишь?

Так представь себе, ведь их коптят!

Только тех, которые чуть больше

Среднестатистических котят.


Помнишь родила на Пасху Фроська

Девять или десять разных штук?

Умещались все сперва в авоську,

А потом в чулан не влезли вдруг…


Мама, приближается Победа,

Ну а я не знаю, что надеть?

Там как раз в Берлине будет лето -

Нужно до Победы похудеть!


Да, а то встречаются дорогой

Жирные копченые язьки…

Мамочка, целую, будь здорова,

Не грусти,

За всё меня прости!

(XIV)

–Маша, я прошу тебя, не мучай

Этот долбовогнутый лэптоп!

Не найдешь модели нашей круче,

Не пробей себе, Маруся, лоб.


Я вернусь примерно в понедельник,

Но не знаю – в этот или в тот.

В богородицу или в сочельник,

Глянь, полазай, пошерсти лэптоп…


Если этот рыбный мастер снова

Здесь еще объявится хоть раз -

Голову сверну на полвторого,

Так и передай ему сейчас…


Тут должно прийти к нам пополненье -

Генеральноштабовский лимит

(Ставь на пятой гласной ударенье,

У меня язык уже скрипит),


Так примите всех, расквартируйте:

Тех в курятник, остальных в амбар,

И с утра до ночи маршируйте,

Маршируем все, кто млад и стар!


Скоро на Берлин, а там – на Вену,

А затем пойдем на Амстердам,

Будут и в Брюсселе перемены,

А когда? Да я не знаю сам!


-Слышь, Комдив, а сможешь мне чулочки,

И там колготочки купить?

Деньги я отдам если не срочно,

Чтобы ты не смог их там пропить…

(XV)

Шла однажды Маша по грибочки

Лугом, полем, да через лесок.

С хреном их солила в погребочке

В бочке из березовых досок.


А навстречу ей походным маршем

Следует красавчик Партизан.

Мигом оценил он нашу Машу,

Облизнувшись, как на пармезан.


Он заводит с Машенькой беседу

Про амуров всё, да о любви…

Оказался он почти соседом,

Тут же жил в лесу, где соловьи.


Приглашает девушку в землянку -

Там у партизан был тайный штаб -

Спел, сплясал, затем сыграл морзянку,

И решился делать, а не ждать.


А Маруся ложку позабыла

Дома, там, в солдатском котелке,

В том, в котором суп харчо варила

В кухне на весеннем ветерке.


Ну а Партизан, как бойкий мальчик,

Лезет – по губе слюна бежит

Словно сок березовый в стаканчик,

Тут ему Маруся говорит:


-Слушай, Партизан, а есть ли ложки?

Или пусть похожий инструмент?

Я проголодалась тут немножко

И любовь не селится в уме.


-Хватит тебе, Маша, о житейском,

Лучше помечтай о внеземном.

С ложками сейчас не канителься,

И давай уснем любовным сном…


Маша вмиг смекнула, как на деле

Хитрого врага перебороть,

И ему с пристрастием надела

На уши помойное ведро!

(XVI)

Маше предстоит командировка

В Ригу – в мать балтийских городов.

Дали ей говядины с перловкой,

Форму всех парадов и родов.


-Ты лети на срочных крыльях, Маня,

И пробей нам шпротный там паштет,

Очень нужен он на поле брани,

Лучше, чем паштет – на поле нет!


Привези два ящика бальзама,

Водки рижской – вот тебе баллон,

Кильки сто четыре килограмма,

Тонну итальянских макарон…


Маша пробуждалась в полшестого,

В семь ее везли в аэропорт,

Дали ей Пилота холостого,

И отправили секретный борт…


В первый раз красавица летала -

Было всё впервые, будто сон.

Три часа Маруся наблюдала

Передислокации колонн…


Маша заявилась к Военпроду,

Тот прочел заявку, закурил…

–Водку подвезут к новому году,

А паштет закончился, но был.


Макароны, прочее-другое

Мы не получали целый год…

Есть дрова… – Дрова?! Они на кой мне?

Ты шевелишь рогом, Военпрод?


Я к тебе за сотни километров!..

Жизнью рисковала молодой!..

В непогоду мчалась, против ветра;

Ты же предлагаешь мне отстой?!


Ну-ка, отворяй складов ворота,

Кильку выноси во двор, бальзам,

Водку и паштет – там ждет пехота,

Или воевать поедешь сам!

(XVII)

С кем же ты, Маруся? Я в печали!

Где ты приютилась, есть ли дом?

Или может в самом вы начале

Дернули с Пилотом за кордон?


Ты ведь намекала на Мальдивы,

На очарованья райских мест,

Тех, где нет гиен и крокодилов

И куда везут чужих невест…


… А Маруся с раненым Пилотом

Лесом пробирается густым,

Через топи разные, болота.

С раненым Пилотом холостым.


-Брось меня, по-моему мне крышка,

То есть окончательно – кранты…

–Меньше разговорчиков, мальчишка,

Нужен Родине еще, товарищ, ты!


“Юнкерс” был слабей, но мы патрон-то

Взяли дураки, лишь три ведра…

Килька, да бальзам, да макароны…

Эх, найти б деревню до утра!..


-Хенде хох! – Раздался голос грубый.

Маша, испугавшись прям всерьез,

Тут, как закричит на всю округу,

Ветки аж посыпались с берез:


-Нихт стреляйт! Есть раненый зольдатен,

Он дер кранке, болен, красный крест! -

Смотрит – там стоит без автомата

Дед седой, как только что воскрес,


В ватнике прожженном, здесь же посох,

Шапка, борода и сапоги,

Лыбится, с огрызком папиросы…

–Что смешного?! Лучше помоги!


Разве ты не видишь – летчик ранен?!

Кровь бежит ручьями на траву!..

Сплавила Пилота тут же Маня:

–На, неси, иначе зареву…


… И пришли они в деревню Дача,

С бульбой замутили суп-бульон:

Машенька с Пилотом, а в придачу

Дед Будан – лесной их компаньон.

(XVIII)

В звании “товарищ подполковник”,

С орденом прекрасных степеней -

Машенька в генштабе, а Чиновник

Тут же увивается за ней:


-Ты когда войдешь, Мария, сразу

Честь свою служебную отдай.

–Честь моя не пачкана ни разу,

Честь моя – не медная медаль…


-Так-то так, но любит генеральный,

Чтоб не прекословили ему,

Он ведь генерально-уникальный,

Он ведь подчинен аж самому!..


-Ладно, разберемся, – молвит Маша,

Входит в цвета хаки кабинет,

На нее глядит не очень страшный,

Даже симпатичненький брюнет:


-А, Маруся?! Здравствуй дорогуша,

Знаю, и наслышан о тебе…

Угощайся – персики, вот груши,

Хочешь по бокалу каберне?


-Здравия желаю, та-рищ маршал

Всех немыслимых родов и войск!..

–Успокойся ты, расслабься, Маша,

Ты сегодня, Машенька, мой гость.


Вечером театр, а ночью танцы,

Бал устроим, значит, в твою честь,

Будет высший свет и иностранцы,

А уж генералов – тех не счесть…


-Ой, да что Вы! В чем моя заслуга?

–А заслуга девица вся в том,

Что в беде не бросила ты друга

И для Родины, что не потерян он!

(XIX)

Маша так расчувствовалась, даже

Слёзку проронила на капот

Опеля трофейного, на пляже.

С Маршалом прощалась, и – на фронт.


-Ты такой любезный, та-рищ Маршал -

Слов моих не хватит описать.

–Ну тогда и оставайся, Маша,

Будешь мемуары мне писать…


-Не могу, поверь, нужна я в части,

Я своих бойцов не предаю,

Сердце разрывается на части,

Вспомню, как дивизию свою.


Там Комдив теперь уже в запое,

Он ведь любит бедненький меня…

Боже, Маршал, что это с тобою?

Ты бледнее белого коня!


Может вызвать срочно неотложку?

А быть может лучше эМ-Че-эС?

–Нет, Маруся, просто лоб от ложки

От твоей чуть-чуть, бы и облез.


-Ну прости, такая уж привычка

Бить прицельно, чтоб наверняка,

Многие мне жалуются в личку,

Что моя тяжелая рука.


Заживет… До свадьбы… Есть невеста?..

Маршал опустил в песок глаза:

–Нет, не встретил до Москвы от Бреста,

И обратно тоже, так сказать.


И видать не встречу, ты такая…

Ты с такою ангельской душой…

Я, Мария, девушки не знаю,

Чтобы было с ней так хорошо!..

(XX)

–Ходят всюду слухов тени, Маша,

Будто ты в генштабе там того,

Мол крутила с генеральным шашни…

–Есть ещё? – Нет, больше ничего…


-Ты мне разве муж, Комдив, ты спятил?

Шашни я кручу с кем захочу,

Если пожелаю переспать с ним

Позвоню ему, и полечу.


Разве ты Комдив еще не понял,

Что к ТЕБЕ вернулась я сюда?

По своей, по доброй то есть воле,

Не нужны мне эти господа.


Как посмел меня ты заподозрить,

Мыслями дурными осквернить?

Может ты решил, что маюсь возле?

Если так, то в полк меня верни;


Что ты как старуха собираешь

Сплетен паутину по углам?

Разве ты забыл как у костра я

Сердце тебе, душу отдала?


-Ладно, ладно, что ты распыхтелась,

Как на полустанке паровоз!

Просто убедиться захотелось…

–Убедился? – Да, закрыт вопрос;


Завтра наступление, ты в курсе?

Будет непростой, нелегкий бой,

Многие полягут в Беларуси…

–Я с тобой! – Нельзя тебе со мной!


Будешь мне в тылу – начальник штаба,

На тебЕ: горючее, еда…

–Я тебе, Комдив, тут что-ли баба?

Я – пойду! А ты сиди тогда…


-Маша, ведь тебя там могут ранить,

А еще ведь могут и… -Убить?

Странный ты, Комдив, ей богу, странный -

Воевать, брат, не зубровку пить!

(XXI)

… Лес в пожаре: зубры, лоси, волки,

Лошади бегут спасая жизнь,

Люди, автоматы и винтовки,

Пушки, самолеты… Всё, кажись.


Маша впереди трех батальонов,

Знамя красноцветное в руках,

А за ней страна в сто миллионов

В разных автономных округах,


А за нею – Родина Россия,

Всех Россий любимей и милей,

А над Машей нашей сам МессИя -

Солидарно он сияет ей.


-Где Комдив?! – Докладывают: “Ранен,

Рваное отверстие в плече,

С красной он повязкою на ране,

А погибших столько, что не счесть!”


-Вы мне там Комдива берегите,

Наш Комдив – он нам отец родной!

Правым флангом реку перейдите,

И ударьте огненной волной…


В жизни Маша так не уставала,

Как в смертельном праведном бою,

Но зато и землю отстояла,

Отстояла Родину свою…


-Что, Комдив? Болит? Ну, будь героем,

Не рисуй печали по лицу,

Воевать, Комдив, не то что строем

Чиркать сапогами по плацу.

(XXII)

А пока Комдив лечил свой кризис -

Парился в Москвах-госпиталях,

Маршал всех родов и всех дивизий

Машеньке нашептывал ля-ля:


-Если даже выживет (что врядли) -

Сто пудов он станет – инвалид.

Брось его – жить будешь как в театре,

Главной маршальезой! Статус, вид…


-Маршал, ты не каркай, как ворона!

Я схожу к гадалке, там решу…

А пока езжай к аэродрому,

Не забудь в дорогу парашют.


И не приплетай сюда, ты больше,

Мне здесь новых званий не ищи…

Всё, ступай, да сделай взгляд построже -

Веселишься, как хлебавши щи…


У цыганки Шанты, на атласе

Ровно пятьдесят и два листа,

Скляночка наливочки в запасе…

Эх, судьба-злодейка не проста!..


-Вот король, а рядом туз, но дама…

Рыжему тропинку перейдет,

Я конечно же не Нострадамус,

Но в игру вмешался черный кот.


-Шанточка, что это означает?

Не томи, цыганка, отвечай!

–Рок недобрый девице вещает

Тайные утехи при свечах…


-Боже, мой! – разбитая в осколки,

Маша возвращается в свой лес, -

В этой ворожбе нюансов ско-ль-ко… -

А в руке ее – нательный крест.

(XXIII)

Завздрависполнительный начальник -

Всех госпиталей бубновый туз -

Кипятил в микроволновке чайник,

Ковыряя квашеный арбуз.


Тут увидел генерал-полковник

Чудных глаз лазурь-голубизну

Рядом с кабинетом, на балконе

Олицетворяющем весну.


-Кто ты, божье милое создание -

Ангел медицины и врачей?

Как проникла ты к нам в это здание?

И чего желаешь ты вообще?


-Я жена товарища Комдива

Из восьмой палаты, корпус два.

Не хотите ли, живого пива?

Есть еще язи, и есть плотва.


Лекарь ах-фигел от предложений,

Словно он всю жизнь о них мечтал:

–Разве я давал распоряжение?! -

Впрочем, и отказывать не стал....


… – Да, но он ходить едва ли сможет!

А не то, что с немцем воевать.

Могут осложнения быть тоже…-

Маша продолжала подливать:


-Ну товарищ генерал, ну Вы поймите -



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

сообщить о нарушении