Сатья Наделла.

Обновить страницу. О трансформации Microsoft и технологиях будущего от первого лица



скачать книгу бесплатно

Научный редактор Антон Хоренко

Издано с разрешения Microsoft Corporation, c/o Levine Greenberg Rostan Literary Agency и литературного агентства Synopsis


Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.


© Satya Nadella, 2016.

Foreword copyright © 2017 Bill Gates. All rights reserved. This edition published by arrangement with Levine Greenberg Rostan Literary Agency and Synopsis Literary Agency

© Перевод, издание на русском языке, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2018

* * *

При участии Грега Шоу и Джилл Трейси Николс



Двум семьям, определившим мою жизнь: Ану, нашим родителям и детям и моей семье Microsoft



Предисловие Билла Гейтса

Я знаком с Сатьей Наделлой более двадцати лет. Мы познакомились в середине 90-х, когда я был главой Microsoft, а он разрабатывал серверное программное обеспечение, которое мы как раз тогда запускали. Мы приняли на вооружение долговременный подход к построению бизнеса, имевший два преимущества: компания получала, во-первых, еще один драйвер роста, а во-вторых, целое поколение новых лидеров, которые сегодня руководят Microsoft, и Сатья – один из них.

Позже мне довелось активно сотрудничать с Сатьей, когда он возглавил наш проект по разработке поискового движка мирового класса. Мы отставали от Google, наша первая исследовательская команда распалась. Сатья вошел в новую команду, перед которой стояла задача изменить положение вещей. Это был скромный и дальновидный прагматик, задававший толковые вопросы по поводу корпоративной стратегии. Он хорошо сработался с нашими упрямыми инженерами. Поэтому неудивительно, что, став CEO Microsoft, Сатья оставил заметный след в жизни компании. Как следует из названия книги, он не полностью порвал с прошлым – ведь, когда вы нажимаете в своем браузере кнопку «Обновить», часть содержания страницы остается прежним. Но Microsoft под руководством Сатьи сумела отказаться от подхода, когда все вращалось вокруг Windows. То, что компания приняла на вооружение амбициозную новую миссию, – его заслуга. Он постоянно налаживает контакты, общаясь с клиентами, ведущими исследователями и руководителями высшего звена. Но важнее всего то, что он не боится ставить по-крупному на очерченный круг ключевых технологий, таких как искусственный интеллект и облачные вычисления, в которых Microsoft способна показать себя с наилучшей стороны.

Это очень толковый подход – и не только для Microsoft, но для любой компании, желающей преуспеть в цифровой век. Компьютерная индустрия никогда не отличалась такой сложностью, как сегодня, когда многие крупные компании, в том числе Microsoft, активно занимаются инновациями.

Среди них Google, Apple, Facebook, Amazon и другие. Продвинутые юзеры живут по всему миру, а не только в США. Персональный компьютер – уже не единственное и даже не главное вычислительное устройство, с которым взаимодействует большинство пользователей.

Несмотря на стремительные изменения в компьютерной индустрии, мы переживаем лишь самое начало цифровой революции. Возьмем, к примеру, искусственный интеллект – ИИ. Только подумайте, сколько мы тратим времени, чтобы вручную организовывать и осуществлять самые рутинные дела – от планирования встреч до оплаты счетов! Но в будущем ваш цифровой помощник узнает, когда у вас в течение рабочего дня случится десятиминутное окошко, и поможет выполнить какое-нибудь важное дело из составленного списка. ИИ уже готовится сделать нашу жизнь неизмеримо более продуктивной и креативной.

Инновации улучшат нашу жизнь в самых разных ее аспектах. Это важнейшая часть моей работы в Фонде Гейтса, цель которого заключается в устранении несправедливости и неравенства во всем мире. Цифровые инструменты отслеживания и генетическое секвенирование[1]1
  Секвенирование (лат. sequencing) – общее название методов, которые позволяют установить последовательность нуклеотидов в молекуле ДНК. Здесь и далее, если не указано иное, прим. ред.


[Закрыть]
вплотную подводят нас к полному искоренению полиомиелита – это будет всего лишь вторая болезнь в истории человечества, которую удастся полностью победить. В Кении, Танзании и других странах электронные деньги позволяют пользователям с низкими доходами делать накопления, брать взаймы и переводить средства. Раньше подобной возможности у них не было. Персонализированное обучающее программное обеспечение, установленное в американских школах, дает ученикам возможность продвигаться в освоении программы собственными темпами, концентрируясь именно на тех навыках, которые следует подтянуть.

Конечно, любая новая технология – это новые вызовы. Как помочь людям, работу которых теперь могут выполнять роботы и помощники с ИИ? Захотят ли пользователи доверять все свои личные данные искусственному разуму? И пожелаете ли вы, чтобы помощник с ИИ указывал вам, как нужно работать?

Именно это определяет высокую ценность таких книг, как «Обновить страницу». Сатья взял курс на максимальное использование преимуществ, которые дает нам технология, и одновременно – на противостояние брошенным ею вызовам. А еще он рассказывает свою удивительную историю, щедро делится цитатами из литературных произведений – и даже уроками игры в свой любимый крикет.

Мы должны с оптимизмом смотреть в грядущее. Мир становится лучше, а прогресс ступает семимильными шагами. Эта книга – ваш мудрый проводник по удивительному, полному вызовов миру будущего.

Глава 1. От Хайдарабада[2]2
  Город в Южной Индии на реке Муси, административный центр штата Телангана, со 2 июня 2014 года минимум на десять лет продолжает оставаться столицей штата Андхра-Прадеш, частью которого ранее был регион Телангана.


[Закрыть]
до Редмонда[3]3
  Город в округе Кинг, штат Вашингтон в США, расположен в 16 милях к востоку от Сиэтла. В городе находятся штаб-квартиры компании Microsoft, где занято 30 тысяч сотрудников.


[Закрыть]

Как Карл Маркс, специалист по санскриту и герой крикета повлияли на мои детские годы


Я пришел в Microsoft в 1992 году, потому что хотел работать в компании, где люди верят, что их миссия – изменить мир. Прошло двадцать пять лет, и я ни разу не пожалел о своем решении. Microsoft породила компьютерную революцию, добившись поистине легендарного успеха. Из корпораций предыдущего поколения сравниться с ней способна, возможно, лишь IBM. Но после многих лет доминирования над конкурентами ситуация стала меняться, и вовсе не в лучшую сторону. Бюрократия начала вытеснять инновации, а подковерные игры – командную работу. Мы начали отставать.

В самый разгар наших проблем некий художник-мультипликатор изобразил организационную структуру Microsoft в виде мафиозных разборок, где каждая группировка наставляет на другую стволы. На это юмористическое послание нельзя было просто махнуть рукой. Как ветерана Microsoft с четвертьвековым стажем и ее преданного сотрудника карикатура задела меня за живое. Но еще больше меня огорчило, что мои коллеги просто приняли ее как должное. Разумеется, работая в компании на разных должностях, я не раз сталкивался с проявлениями дисгармонии. Но я никогда не считал, что проблемы невозможно решить. Поэтому, став в феврале 2014 года третьим по счету CEO Microsoft, я объявил сотрудникам, что мой наиглавнейший приоритет – обновление корпоративной культуры. Я сказал им, что буду безжалостно уничтожать препятствия, мешающие инновациям, чтобы мы все вернулись к тому делу, ради которого пришли в компанию, – изменять окружающий мир. Microsoft всегда добивалась максимального результата, когда удавалось использовать личный энтузиазм для достижения высокой цели. Windows, Office, Xbox, Surface, наши серверы и Microsoft Cloud – все эти продукты стали цифровыми платформами, с помощью которых организации и отдельные люди могли реализовать свои мечты. Это были замечательные достижения, но я знал, что мы способны на большее, и сверх того – наши сотрудники жаждут добиться большего. Именно эти побуждения и ценности я хотел взять за основу культуры Microsoft.

Вскоре после вступления в должность главы компании я решил провести эксперимент на одном из самых важных совещаний под моим руководством. Раз в неделю команда высшего руководства (КВР) собирается ради мозгового штурма и обсуждения больших возможностей и трудных решений. КВР состоит из очень талантливых людей: инженеров, исследователей, менеджеров и маркетологов. Это разноплановая группа, в которую входят мужчины и женщины с самым разным образованием и опытом. Когда-то они пришли в Microsoft, потому что любят технологии и верят, что их работа способна изменить мир.

Назову имена тех, кто входил в то время в команду.

Пегги Джонсон, бывший инженер из отдела военной электроники General Electric и экс-руководитель Qualcomm, которая ныне возглавляет направление развития бизнеса. Кэтлин Хоган, бывший разработчик приложений Oracle, а теперь глава HR-департамента и мой партнер в деле культурной трансформации. Курт Делбене, ветеран руководящего звена Microsoft. Он ушел из компании в период президентства Обамы, чтобы помочь наладить работу портала Healthcare.gov, а потом вернулся и возглавил стратегическое направление. Ки Лу, который проработал десять лет в Yahoo и занимался нашими приложениями и сервисами – он зарегистрировал двадцать патентов в Соединенных Штатах. Наш главный финансовый директор Эми Худ, в прошлом специалист по банковским инвестициям в Goldman Sachs. Брэд Смит, президент компании и глава юридического департамента, бывший партнер в компании Covington and Burling. Его до сих пор помнят как первого адвоката в фирме с почти столетней историей, который в 1986 году потребовал, чтобы ему поставили на рабочий стол личный компьютер. Скотт Гатри, который принял от меня эстафету руководства облачным и корпоративным направлениями, – он пришел в Microsoft прямо из стен Университета Дьюка. Так случилось, что из этого учебного заведения вышел и Терри Майерсон, возглавляющий направление Windows и аппаратных узлов. Он основал Interse, одну из первых компаний по разработке сетевого ПО. Семья Криса Капосселы, нашего директора по маркетингу, владела итальянским рестораном на северо-востоке Бостона. Крис пришел в Microsoft прямо из Гарвардского колледжа за год до меня. Кевин Тернер, бывший глава Wal-Mart, отвечал за операционную деятельность и продажи за пределами США. Гарри Шам, руководитель прославленного направления искусственного интеллекта (ИИ) и исследований Microsoft, получил докторскую степень по робототехнике в Университете Карнеги-Меллон. Он один из признанных мировых авторитетов в области компьютерного зрения[4]4
  Компьютерное (иначе техническое) зрение – теория и технология создания машин, которые могут производить обнаружение, отслеживание и классификацию объектов.


[Закрыть]
и графики.

Я сам входил в КВР в эпоху Стива Балмера. Хотя я и восхищался всеми членами команды, однако все же чувствовал, что нам необходимо научиться лучше понимать друг друга, разобраться, в чем для каждого из нас заключается смысл существования, и увязать личные философские представления с деятельностью на посту лидеров корпорации. Я знал, что если мы опустим наши пресловутые стволы и направим коллективный интеллект и энергию на реализацию обновленной миссии, то снова увидим на горизонте мечту, о которой говорили Билл и Пол[5]5
  Пол Аллен – соучредитель компании Microsoft. Прим. перев.


[Закрыть]
, – мечту о демократизации передовых компьютерных технологий.

Как раз перед тем как меня назначили CEO, местная футбольная команда «Сиэтл Сихокс»[6]6
  «Сиэтл Сихокс» (Seattle Seahawks, «Сиэтлские Морские Ястребы») – профессиональный клуб по американскому футболу из Сиэтла. Команда была основана в 1976 году и сейчас выступает в Национальной футбольной лиге. Владелец клуба – Пол Аллен.


[Закрыть]
выиграла Супербоул, что послужило для многих из нас источником вдохновения. Мое внимание привлекло решение тренера «морских ястребов» Пита Кэрролла пригласить на работу психолога Майкла Джервейза, специализирующегося на тренингах по психологической вовлеченности в процесс для достижения высоких результатов. Возможно, кому-то это покажется очередным новомодным шарлатанством, но, уверяю вас, это далеко не так. Доктор Джервейз построил работу с командой таким образом, чтобы добиться полной ментальной вовлеченности игроков и тренеров в процесс и в итоге достичь идеальных результатов на поле и за его пределами. Подобно спортсменам, мы участвуем в игре с высокими ставками. Вот я и подумал, что нашей команде стоит кое-чему поучиться у доктора Джервейза.

КВР собралась на встречу в пятницу рано утром, только в этот раз не в нашем пафосном зале для заседаний высокого руководства. Мы оказались в более непринужденной обстановке, встретившись в дальней части кампуса, которую облюбовали разработчики игр и программного обеспечения. Это было открытое, просторное место, безо всяких претензий. Никаких привычных столов и кресел. Никаких компьютеров и мониторов, чтобы не зарываться в бесконечный поток электронной почты и новостных лент. Телефоны мы спрятали в карманы, сумки и рюкзаки и уселись на удобные кушетки, расставленные по кругу – спрятаться было некуда.

Я открыл встречу, попросив всех не высказывать скоропалительных суждений и постараться сосредоточиться на происходящем. Я был полон надежд – и волнений.

В качестве первого упражнения доктор Джервейз спросил, хотим ли мы получить ни с чем не сравнимый личный опыт. Все кивнули. Тогда он попросил встать кого-нибудь из добровольцев. В первый момент никто не откликнулся – стояла гробоая тишина, всем было неловко. Потом поднялась наша финансовый директор Эми Худ – и получила задание произнести вслух алфавит, перемежая каждую букву цифрой: A1, B2, C3 и так далее. Но доктор Джервейз полюбопытствовал: а почему не все поднялись с мест? Разве не предполагается, что это группа людей с высочайшими деловыми качествами? Разве не все мы заявили, что хотим совершить нечто необычное?

Не имея возможности уставиться в экран телефона или компьютера, мы старательно рассматривали свои ботинки или нервно улыбались коллегам. Озвучить ответ было нелегко, хотя он лежал прямо на поверхности – страх. Страх, что над тобой посмеются, что ты потерпишь неудачу или будешь выглядеть не самым крутым из присутствующих. И еще самомнение: «Я слишком важная персона, чтобы играть в эти игры. Что за глупый вопрос?»

Доктор Джервейз подбодрил нас. Присутствующие, вздохнув с облегчением, начали смущенно посмеиваться. Снаружи утренняя серость сменилась яркими красками летнего дня, и мы потихоньку разговорились.

Мы начали рассказывать друг другу о личных пристрастиях и философских установках. Доктор попросил нас поразмышлять, кто же мы такие – в частной жизни и на работе. Как наша «рабочая» личность связана с «частной» личностью? Люди говорили о духовности, о своих католических корнях, об изучении конфуцианства, делились проблемами в отношениях с детьми, рассказывали о настойчивом стремлении создавать продукты, которые люди полюбят и станут использовать для работы и развлечения. Слушая коллег, я осознал, что в первый раз за годы, проведенные в Microsoft, наблюдаю, как они разговаривают друг с другом не только о работе. Оглядывая комнату, я даже видел слезы на глазах.

Когда подошла моя очередь, я зачерпнул полной мерой из колодца эмоций и заговорил. Я размышлял о своей жизни: о родителях, о жене и детях, о работе. Чтобы оказаться в том месте, где я находился в этот момент, мне пришлось проделать долгий путь. Мысли вернулись в прошлое: вот я ребенок и живу в Индии; вот я молодой человек, эмигрирующий в США; вот – муж, отец ребенка с особыми потребностями; инженер, разработчик технологий, которыми пользуются миллиарды людей по всему миру; и – да, яростный фанат игры в крикет, давным-давно мечтавший сделать карьеру профессионального игрока. Все эти частицы моего «я» собрались воедино, создав нового человека, у которого теперь новая роль – роль, способная дать выход моим пристрастиям, умениям и ценностям. Этот вызов был брошен всем нам, собравшимся в этой комнате, и всем остальным сотрудникам Microsoft.

Я сказал, что мы проводим на работе уйму времени, которое можно было бы потратить с большим смыслом. Если мы сумеем увязать свои индивидуальные качества с возможностями этой компании, то нам любое дело по плечу! Потому что, сколько я себя помню, я всегда питал особую страсть к обучению и извлекал урок из всего – будь то строка стихотворения, разговор с другом или наставление учителя. Моя личная философия, формировавшиеся в течение долгого времени в результате столкновения с разнообразными жизненными ситуациями, заключается в объединении новых идей и растущем чувстве сопереживания другим. Идеи меня возбуждают. Сопереживание дает опору, помогая прочно стоять на земле.

По иронии судьбы, двадцать лет назад, когда я еще был молод, именно неумение сопереживать чуть не стоило мне возможности работать в Microsoft. Я помню, как на собеседовании после целого дня общения с разными руководителями инжинирингового направления, которые испытывали мою стойкость и проверяли интеллектуальные качества, я познакомился с Ричардом Тэйтом – подающим большие надежды менеджером, который впоследствии изобрел игры Cranium. Ричард не стал меня просить решить на доске инженерные задачи или обсуждать со мной сложные сценарии кодирования. Он не пытал меня насчет предыдущего опыта работы или образования. Он задал один простой вопрос:

– Представь, что ты видишь малыша, который лежит посреди улицы и плачет. Твои действия?

– Позвоню в службу 911, – ответил я, не задумавшись.

Ричард проводил меня до дверей кабинета, обнял за плечи и сказал:

– Тебе недостает умения сопереживать, парень. Если малыш лежит на улице и плачет – подними его.

Работу я получил, но слова Ричарда помню по сей день. Тогда я не знал, что вскоре на собственном опыте и в полной мере научусь сопереживать.

Через несколько быстро пролетевших лет родился Зейн, наш первенец. Мы с моей женой Ану – единственные дети у своих родителей, так что можете себе представить, как мы волновались перед рождением Зейна. Ану при участии своей матери снабдила дом всем необходимым для здорового и счастливого малыша. Мы больше думали о том, как скоро Ану сможет выйти из декретного отпуска и продолжить карьеру архитектора. Как любые родители, мы представляли, как после рождения ребенка изменятся наши выходные и отпуска.

Однажды поздним вечером, на 36-й неделе беременности, Ану заметила, что ребенок шевелится не так интенсивно, как обычно. Мы обратились в отделение неотложной помощи местной больницы в Белвью, думая, что нас ждет всего лишь обычная проверка – из тех, что помогают будущим родителям унять беспокойство. Помню свое раздражение по поводу того, что нам пришлось так долго ждать в приемной. Обследовав Ану, встревоженные доктора назначили экстренное кесарево сечение. Зейн родился в 11 часов 29 минут вечера 13 августа 1996 года. При рождении он весил менее полутора килограммов. И не плакал.

Его перевезли из больницы Белвью через озеро Вашингтон в детскую больницу Сиэтла, в современное отделение неонатальной интенсивной терапии. Ану начала приходить в себя после трудных родов. Я провел ночь в больнице рядом с ней, а на следующее утро отправился повидать сына. В тот момент я даже не представлял, как сильно изменится наша жизнь. В течение следующих двух лет мы многое узнали о том, какой вред наносит плоду асфиксия. Выяснилось, что из-за детского церебрального паралича Зейн будет прикован к инвалидному креслу, а нам придется делать для него буквально все. Я был раздавлен. Больше всего я сетовал на то, что это произошло со мной и Ану. К счастью, Ану помогла мне понять, что дело вовсе не в этом. Куда важнее было по-настоящему осознать, что случилось с Зейном, научиться сопереживать его боли и обстоятельствам, в которых он очутился, а также принять на себя родительскую ответственность.

Роль мужа и отца стала для меня настоящим эмоциональным испытанием. Это помогло мне глубже понять людей с разными возможностями и осознать, на что способны любовь и человеческий гений.

Проходя через это испытание, я открыл для себя учение величайшего из сынов Индии – Гаутамы Будды. Я не особенно религиозен, но мне стало интересно, почему среди индийцев так мало последователей Будды, несмотря на то что учение зародилось в Индии. Я узнал, что Будда вовсе не намеревался основать религию мирового масштаба. Он лишь хотел понять, почему люди страдают. Я узнал, что, лишь пережив взлеты и падения на жизненном пути, возможно обрести умение сопереживать. Чтобы избавиться от страданий или, по крайней мере, уменьшить их, нужно принять непостоянство жизни. Я отчетливо помню, как сильно «постоянство» состояния Зейна давило на меня в первые годы его жизни. Однако со временем все меняется. Сумев по-настоящему понять суть непостоянства, вы обретете душевное равновесие. Превратности судьбы перестанут будоражить вас так сильно. И только тогда вы будете готовы к тому, чтобы развить в себе глубокое чувство сопереживания и сострадания ко всему, что вас окружает. В общем, мой внутренний программист был рад получить такую сжатую жизненную инструкцию.

Не поймите меня неправильно. Я не святой, и уж конечно, мне далеко до просветления или нирваны. Я просто хочу сказать, что жизненный опыт помог мне ощутить сопереживание в отношении постоянно расширяющегося круга людей. Я сопереживаю тем, чьи возможности ограничены. Тем, кто пытается выживать в бедных кварталах, в Ржавом поясе США[7]7
  Ржавый пояс (англ. Rust Belt), известен также как Индустриальный, или Фабричный, – часть Среднего Запада и Восточного побережья США, где с начала промышленной революции и до 1970-х годов были сосредоточены сталелитейное производство и другие отрасли американской тяжелой промышленности.


[Закрыть]
, в развивающихся странах Азии, Африки и Латинской Америки. Я сопереживаю мелким предпринимателям, работающим в поте лица, чтобы добиться успеха. Я сопереживаю любому, кто становится жертвой насилия и ненависти из-за цвета кожи, убеждений или ориентации. Я мечтаю сделать сопереживание главной составляющей всего, чем я занимаюсь, – от продуктов, которые выпускает наша компания, и новых рынков, где мы появляемся, до сотрудников, клиентов и партнеров, с которыми мы работаем.

Как специалист по технологиям я, конечно, видел, что компьютеры могут сыграть важную роль в повышении качества жизни. Логопед Зейна вместе с тремя старшеклассниками разработал приложение для Windows, чтобы Зейн мог самостоятельно слушать музыку. Он любит музыку, ему нравятся самые разнообразные эпохи, жанры и исполнители – от Леонарда Коэна до ABBA и Нусрата Фатеха Али Хана[8]8
  Нусрат Фатех Али Хан (1948–1997) – пакистанский певец, в основном исполнявший музыку в суфийском стиле каввали. Прим. перев.


[Закрыть]
. Зейну хотелось иметь возможность самостоятельно переключать композиции, чтобы слушать музыку, которая ему по душе именно в данный момент. Проблема заключалась в том, что работать с переключением он сам не мог. Приходилось ждать, пока кто-нибудь ему поможет. Это расстраивало и его, и нас. Три старшеклассника, изучавших вычислительную технику, услышали о проблеме и решили помочь. Теперь к инвалидному креслу Зейна приделано сенсорное устройство. Он может с легкостью выбирать треки из своей музыкальной коллекции касанием головы. Вы бы знали, сколько свободы и счастья принесло моему сыну сопереживание этих подростков!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3