Сара Маас.

Королевство гнева и тумана



скачать книгу бесплатно

– Уже скоро, – прошептал он, и его пальцы застыли у меня на талии. – Скоро ты станешь моей женой, и все будет замечательно. А прошлое мы навсегда оставим позади.

Я выгнула спину, умоляя, чтобы его рука опустилась ниже. Тамлин ответил грубоватым смешком, но его пальцы подчинились моему мысленному приказу. Он снова надавил мне на пупок, а потом прильнул губами к другому соску.

– А как меня тогда будут называть? – вдруг спросила я.

Вопрос вырвался сам собой, без моего участия.

В ответ Тамлин пробурчал что-то невразумительное, но один только звук его голоса снова меня возбудил.

– И все-таки как меня станут называть после свадьбы? Женой Тамлина? Или я получу какой-то… титул?

Тамлин приподнял голову и посмотрел на меня:

– Тебе хочется титула?

Прежде чем я успела ответить, он слегка укусил мой сосок, затем облизал грудь. Его пальцы наконец-то оказались у меня между ног. И там его ласки были неторопливыми и ленивыми.

– В общем-то, нет, – прошептала я. – Но я не хочу, чтобы люди… – Чтоб мне свариться в Котле! Его пальцы… – Не знаю, выдержу ли я, если меня начнут называть верховной правительницей.

Его пальцы опять скользнули внутрь меня, где снова было влажно.

– Не начнут, – возразил Тамлин, вновь нависая надо мною и покрывая мое тело поцелуями. – Такого титула, как верховная правительница, не существует.

Обхватив мои бедра, Тамлин пошире раздвинул мне ноги, наклонился и…

– Подожди. Как это – не существует?

Мой вопрос погасил волну его страсти. Но когда он поднял голову и взглянул на меня, от одного его взгляда я едва не достигла оргазма. И тем не менее мой мозг продолжал работать. Как понимать его слова?

– У верховных правителей есть жены. Их супруги. Никаких верховных правительниц нет и никогда не было, – пояснил Тамлин, успевая целовать меня вокруг лона.

– Но мать Ласэна…

– Она именуется госпожой Двора осени, а не верховной правительницей. Ты станешь госпожой Двора весны. К тебе будут обращаться так же, как к ней. И уважать, как уважают ее.

– Так, значит, мать Ласэна…

– По-моему, в постели тебе вполне достаточно меня, и нечего тащить сюда еще кого-то. Даже на словах, – прорычал Тамлин, склоняясь надо мной.

Первые прикосновения его языка заставили меня прекратить все споры.

Глава 3

Должно быть, Тамлин все же понял, что я не могу довольствоваться поместьем и окрестностями. Более того, он почувствовал себя виноватым по отношению ко мне. Сам он уехал рано утром, меня же дождался Ласэн и предложил навестить близлежащую деревню и посмотреть, как она возрождается к жизни.

Я не была там больше месяца. По правде говоря, уже забыла, когда в последний раз куда-то выезжала. Кое-кого из жителей деревни я встретила на празднике зимнего солнцестояния, но из-за обилия гостей смогла лишь поздороваться с ними.

Возле конюшни я увидела оседланных лошадей и, сама не знаю зачем, пересчитала караульных. Четверо стояли возле дальних ворот, по двое – на каждом углу дома.

Сад, через который я шла сюда, тоже охранялся двумя караульными. Все они стояли молча, внимательно наблюдая за мной.

Ласэн уже собирался забраться в седло пятнистой кобылы, но я пихнула его плечом и спросила:

– Никак ты свалился с этой милой лошадки?

Ласэн попятился, лошадь тревожно заржала. Я взглянула на свою протянутую руку и посочувствовала караульным. Тем оставалось только догадываться, каким будет мой следующий шаг.

– Почему ты соврал мне насчет нагов?

Ласэн скрестил руки. Его металлический глаз сощурился. Он тряхнул головой, откидывая с лица рыжие волосы.

А мне на мгновение померещилось другое лицо.

Я отвела взгляд… Что за наваждение? Ласэн ничуть не похож на Амаранту. У нее были черные волосы, а кожа отличалась фарфоровой белизной и ничем не напоминала сегодняшний бронзовый загар Ласэна.

Но сейчас я разглядывала не его загар, а конюшню у него за спиной – просторную, с большими, широкими дверями. И безлюдную – все конюхи ушли в соседнее здание. Я редко бывала в конюшне. Только особая скука могла заставить меня отправиться глазеть на лошадей. Конюшню, как и все прочие строения, я рассматривала на предмет места, где можно укрыться. Пространства тут хватало. Да и стены не ощущались слишком уж… прочными.

А вот в кухне потолки низкие, стены толстые и окошки узкие – не пролезешь. И из кабинета не очень-то выберешься. С окнами там вообще туго. В голове у меня хранился целый список различных уголков поместья, где в случае чего можно или нельзя продержаться. Я составила его еще в той, смертной жизни, когда намеревалась бежать из поместья.

– Я не соврал, – с видимым напряжением произнес Ласэн. – Я действительно упал с лошади. После того, как наг меня сбросил, – добавил он, поглаживая лошадиный бок.

Я до сих пор не могла привыкнуть к фэйской манере вранья.

– Как это случилось? – спросила я.

Ласэн плотно закрыл рот.

– Как? – повторила я.

Ласэн повернулся к своей терпеливой кобыле. Но я успела заметить странное выражение, мелькнувшее в его настоящем глазу. Что-то похожее на… сожаление.

– А давай отправимся туда пешком, – предложила я.

– До деревни – больше лиги, – возразил Ласэн, снова поворачиваясь ко мне.

– Это расстояние ты можешь пробежать за считаные минуты. Хочу проверить, сумею ли я бежать столь же быстро.

Металлический глаз Ласэна закрутился. Я уже знала, что? услышу в ответ.

– Успокойся, я пошутила, – сказала я и села на свою белую кобылу – весьма милую лошадку, только немного ленивую и избалованную.

Ласэн не пытался возражать и оправдываться. Мы выехали за пределы поместья и оказались на лесной дороге. Весна была в самом разгаре – вечная весна и всегда в полном цветении. Воздух пах сиренью. В густых кустах, окружавших дорогу, шелестела, жужжала и чирикала жизнь. И никакого намека на богге, нагов и иных тварей, от которых в лесу устанавливалась мертвая тишина.

– Не надо мне твоих сожалений, – сказала я, нарушив молчание.

– Это не сожаление. Тамлин не велел тебе говорить, – сообщил Ласэн и поежился.

– Я – не статуэтка из тончайшего стекла. Если на тебя напали наги, я тоже должна об этом знать. По-моему, я заслужила такое право.

– Тамлин – мой верховный правитель. Он приказывает, я выполняю приказ.

– Помнится, когда-то ты рассуждал по-другому. Ты спокойно нарушил его приказы и отправил меня на поиски суриеля.

Та прогулка в западные леса едва не стоила мне жизни.

– Я тогда был охвачен отчаянием. И не только я. Все мы были не в лучшем состоянии. Но сейчас, Фейра, мы нуждаемся в порядке. Нам нужны правила, иерархия и умение подчиняться приказам. Иначе нам не возродить жизнь на нашей земле. Слова Тамлина не должны оставаться пустым звуком. Я – первый, на кого смотрят остальные. Я являю собой пример для других. И не проси меня рисковать устойчивостью нашего двора. Мы еще не настолько крепки, как хотелось бы. Потом положение изменится. Тамлин и так дает тебе столько свободы, сколько возможно.

Мне сжало легкие. Я заставила себя сделать несколько глубоких успокоительных вдохов.

– Ты хоть и отказываешься общаться с Иантой, но во многом рассуждаешь, как она.

Ласэн даже зашипел, словно мои слова обжигали.

– А ты даже не представляешь, как тяжело Тамлину решиться отпустить тебя за пределы поместья. На него давят со всех сторон. Тебе и невдомек, каково ему сейчас.

– Я прекрасно знаю, каково ему сейчас. Я лишь не знала, что стала узницей.

– Ты вовсе не узница. – Ласэн стиснул зубы. – Тебе есть с чем сравнивать.

– Почему-то раньше, когда я была смертной человеческой женщиной, Тамлин свободно отпускал меня охотиться и бродить по полям и лесам. А границы в те дни были куда опаснее.

– Прежде он и заботился о тебе по-другому. Совсем не так, как сейчас. После всего, что произошло в Подгорье…

Слова Ласэна потоком камней влетали в мою голову и шумно сталкивались на лету. От его слов у меня почему-то напряглись все мускулы.

– Пойми, Фейра: он страшится. Страшится увидеть тебя в руках врагов. Они это прекрасно знают. Чтобы помыкать Тамлином, им достаточно захватить тебя в плен.

– Думаешь, я этого не знаю? Но неужели Тамлин всерьез рассчитывает, что я сотни лет буду сидеть в поместье, командуя слугами? Или он думает, что красивые наряды заменят мне все остальное?

Ласэн смотрел на вечно юный весенний лес.

– А разве не об этом мечтают человеческие женщины? Выйти замуж за знатного, обаятельного фэйри и потом до конца жизни купаться в богатстве.

Я с силой натянула поводья, отчего моя кобыла замотала головой.

– Приятно сознавать, Ласэн, что никакие испытания не лишили тебя придурочности.

– Тамлин – верховный правитель, – в который раз напомнил мне Ласэн, щуря металлический глаз. – Скоро ты станешь его женой. Есть традиции и ожидания, с которыми ты должна считаться. И не только ты. Все мы. Это необходимо, чтобы окрепнуть после ужасов правления Амаранты и уничтожить врагов, которые так просто не откажутся от попыток вернуть себе власть.

Примерно те же слова я слышала вчера от Ианты.

– Близится десятина, – качая головой, продолжал Ласэн. – Первая, назначенная Тамлином со времен… ее проклятия.

Ласэна передернуло.

– Тамлин дал своим подданным три месяца на приведение дел в порядок. Он хотел дождаться начала нового года, однако уже в будущем месяце потребует уплаты десятины. По мнению Ианты, пора. Народ готов.

Ласэн умолк. Мне хотелось плюнуть ему в физиономию, поскольку он знал, что я и понятия не имела ни о какой десятине. Ему хотелось, чтобы я вслух это признала.

– Это еще что такое? – сердито спросила я.

– Дважды в год, обычно незадолго до дней летнего и зимнего солнцестояния, каждый подданный Двора весны, от знати до самых низших сословий, обязан платить десятину. Ее размер устанавливается сообразно доходам и положению каждого плательщика. Это дает нам средства на содержание поместья, на жалованье слугам и караульным, на покупку съестных припасов. Тамлин, в свою очередь, защищает плательщиков, правит ими и помогает, чем может. Правила достаточно гибкие. В нынешнем году Тамлин отодвинул время уплаты десятины на месяц. Это тоже забота о подданных. Он не хотел никого лишать праздника и дал дополнительное время на сбор денег. Но очень скоро в поместье устремятся посланники сословий, кланов и деревень. Они привезут собранные десятины. Согласно этикету, жена верховного правителя должна в это время находиться рядом с мужем. Если же кто-то не сможет уплатить десятину… Ты и в этом случае должна будешь присутствовать, пока Тамлин вершит суд и определяет меру наказания. Зрелище бывает весьма неприглядным. Я веду подробный учет приехавших и отсутствующих. Те, кто приехал, должны заявить о своих неплательщиках, если таковые у них есть. Официальные правила обязывают Тамлина предоставить каждому неплательщику еще три дня для уплаты. Если же и тогда не внесут десятину, те же правила обязывают Тамлина отыскать неплательщика. Это сродни охоты. Верховные жрицы… в данном случае Ианта… дарует Тамлину особые охотничьи права.

Боги, сколько ужасного и жестокого было в традициях народа, к которому я теперь принадлежала. Я хотела сказать об этом Ласэну, но увидела его взгляд… Меня и так судили вдоль и поперек.

– А потому, Фейра, не торопи Тамлина, – сказал Ласэн. – Дай ему еще немного времени. Пусть пройдет свадьба, потом уплата десятины, а там… там видно будет.

– Я дала ему достаточно времени. Я не могу постоянно сидеть взаперти. Роскошная клетка все равно остается клеткой.

– Тамлин это знает. Пусть он не говорит об этом вслух, но знает. Поверь мне. Тебе следует простить его. Убийство его близких не позволяет ему излишне… вольно относиться к твоей безопасности. Слишком часто Тамлин терял тех, кто ему дорог. И не только он. Все мы.

Каждое слово Ласэна лишь подливало масла в огонь, бушевавший у меня в душе.

– Я хочу выйти замуж за Тамлина, а не за верховного правителя.

– Одно невозможно без другого. Тамлин таков, какой есть. И он всегда… понимаешь, всегда будет стремиться тебя защитить, не спрашивая, нравится тебе это или нет. Поговори с ним сама. Да, Фейра, поговори. Ты многое поймешь.

Несколько мгновений мы с Ласэном смотрели друг на друга, на его скулах заходили желваки.

– И не проси меня выбирать между вами, – добавил он.

– Но ты намеренно не рассказываешь мне обо всех событиях.

– Тамлин – мой верховный правитель. Его слово – закон. Пойми, Фейра: нам выпал единственный шанс возродить мир и сделать его таким, каким ему надлежит быть. И я не хочу вступать в новый мир, нарушая доверие Тамлина. Даже если ты…

– Даже если я… что?

Лицо Ласэна побледнело. Он рассеянно гладил переливчатую гриву своей кобылы.

– Меня заставили смотреть, как мой отец убивает мою любимую женщину. Братья держали меня, не давая отвернуть голову или закрыть глаза.

У меня сжалось сердце. Ужас пережитого и сейчас, спустя несколько веков, терзал душу Ласэна.

– Никакая магия, никакое волшебное заклинание не могли вернуть ее к жизни. И верховные правители не собирались вместе, чтобы ее воскресить. Она умирала у меня на глазах. Мне никогда не забыть мгновения, когда я перестал слышать, как бьется ее сердце.

Подступающие слезы жгли мне глаза.

– Тамлину повезло больше, чем мне, – хрипло продолжал Ласэн. – Мы все слышали, как у тебя с хрустом сломалась шея. Но тебя вернули к жизни. Сомневаюсь, что Тамлин когда-нибудь забудет этот страшный звук. И он сделает все, что в его власти, только бы оградить тебя от любых новых опасностей, пусть и ценой тайн и правил, которые тебе не по нраву. Здесь ты наткнешься на его несгибаемую волю. Так что лучше и не проси, по крайней мере сейчас.

У меня исчезли все слова. Их не осталось ни в голове, ни в сердце. Дать Тамлину время, ждать, пока он привыкнет… Это самое малое, на что я способна.

Деревню мы услышали задолго до того, как выехали из леса. К щебету птиц добавился стук молотков, визг пил, крики строителей, мычание коров и блеяние овец. Через какое-то время нашему взору предстала наполовину построенная деревня: аккуратные деревянные и каменные домики, наспех возведенные амбары и хлева. Все это – на разных стадиях завершения. Полностью завершенными оказались большой колодец на деревенской площади и строение, смахивающее на таверну.

Меня до сих пор удивляла схожесть жизни в Притиании и в мире людей. Точно так же могла выглядеть и человеческая деревня. Например, та, что отстраивалась после пожара. Конечно, деревня фэйри была куда красивее и опрятнее той, где мы прожили несколько лет. Но общий облик, главные места… Никаких различий.

Однако при всей моей симпатии к местным жителям я чувствовала себя здесь совершенно чужой. Нас с Ласэном заметили, и вся работа и торговля мигом прекратились. Жители вовсю глазели на нас.

Точнее, на меня.

Вокруг стало тихо. Непонятным образом весть о моем появлении разнеслась по всей деревне. Даже на ее окраинах затихли молотки.

– Фейра – Разрушительница проклятия, – прошептал кто-то.

Мое новое имя.

Как хорошо, что у моего костюма для верховой езды длинные рукава, а на подъезде к деревне я натянула перчатки.

Ласэн подъехал к фэйцу, который, как мне показалось, руководил постройкой дома вблизи колодца.

– Мы приехали узнать, не нужна ли вам помощь, – достаточно громко, чтобы слышали остальные, сказал Ласэн. – Можете располагать нами весь день.

Фэец почему-то побледнел.

– Благодарствуем, господин. Мы ни в чем не нуждаемся, – торопливо ответил он, поглядывая на меня широко раскрытыми глазами. – Долг выплачен.

Мои ладони стали липкими от теплого пота. Кобыла подо мной тоже чувствовала себя здесь весьма неуютно и била копытом по красноватой земле.

– Не торопись отказываться, – сказал фэйцу Ласэн, изящно поклонившись. – Мы хотим принять участие в вашей работе. Для нас это не тяготы, а честь.

– Долг выплачен, – качая головой, повторил фэец.

Те же слова мы слышали повсюду в деревне, где останавливались и предлагали свою помощь. Ласэн даже спешился. Везде нас благодарили и вежливо отказывались от непрошеных помощников.

Через двадцать минут мы вернулись в лес.

– Это была затея Тамлина? – хрипло спросила я. – Он позволил тебе свозить меня в деревню, чтобы я не приставала с предложением помочь?

– Нет, это была моя затея, но причину ты угадала верно. Они не хотят твоей помощи и не нуждаются в ней. Твое присутствие отвлекает их от работы и напоминает о том, через что они прошли.

От его слов меня передернуло.

– Но они не были пленниками Подгорья. Я не встретила ни одного знакомого лица.

Ласэн тоже вздрогнул:

– Почему же? Были. Но… в лагерях, устроенных Амарантой. К своему двору она согнала знать и тех, к кому благоволила. Простонародью полагалось работать не покладая рук, дабы обеспечивать ее двор пропитанием и всем необходимым. Тех, кого ее надсмотрщики находили недостаточно усердными, отправляли в лагеря. Под горой существовала разветвленная сеть туннелей. Тысячи фэйцев и фэйри томились там в клетушках, где не было ни света, ни воздуха. И так – пятьдесят лет.

– Но я никогда не слышала…

– Говорить об этом было строжайше запрещено. Кто-то из узников не выдерживал и лишался рассудка. Амаранта частенько «забывала» кормить узников лагерей. И тогда утратившие рассудок набрасывались на своих соплеменников и ели их. Находились и те, кто сбивался в шайки. Они пробирались в лагеря и… – Ласэн потер вспотевший лоб. – Страшные вещи творили они. Те, кто уцелел и снова увидел свет солнца, пытаются вспомнить прежнюю жизнь. Точнее, учатся жить заново.

Мое горло наполнилось желчью. Наша с Тамлином свадьба… возможно, она действительно станет началом исцеления здешних земель и их жителей.

Меня словно окутало темным покрывалом, приглушившим все звуки и притупившим все ощущения.

– Я знаю, ты искренне хотела им помочь, – сказал Ласэн. – Мне очень жаль, что так получилось.

Мне тоже было очень жаль.

Передо мною вдруг раскрылась бездна моей бессмертной жизни.

Я позволила этой бездне поглотить меня целиком.

Глава 4

За несколько дней до свадебной церемонии к нам начали стекаться гости. Я радовалась, что мне не суждено стать верховной правительницей и получить равную с Тамлином власть и ответственность.

Малая, забытая часть моей личности кричала и негодовала, но…

Как же надоели эти нескончаемые обеды, пикники, охоты.

Меня представляли все новым и новым гостям. Мое лицо болело от постоянных улыбок. Улыбаться приходилось едва ли не круглые сутки. Я уже с нетерпением ждала дня свадьбы, зная: как только пройдет церемония, я отдохну от всех этих любезностей и пустопорожних разговоров. Сколько продлится передышка? Неделю. А может, месяц. Или год.

Тамлин стойко выдерживал все торжества. Он умел затаиваться, как зверь, ничем не выдавая своего внутреннего состояния. Мне он твердил, что все эти торжества – принятый в фэйском обществе способ познакомить меня с его подданными. После стольких лет угнетения они нуждались в пышном празднестве. Тамлин уверял меня, что шумные сборища ему столь же ненавистны, как и мне, и только Ласэн чувствует себя здесь в своей тарелке, поскольку любит веселиться. Однако… я видела Тамлина улыбающимся. Да, он заслужил этот праздник. И его придворные – тоже.

И потому я терпела. Когда рядом не было Тамлина, я цеплялась за Ианту. Если же они оказывались вместе, я не мешала их разговорам и считала время до благословенной минуты, когда очередное торжество окончится и все разойдутся.

– Тебе бы стоило пойти и лечь, – сказала мне Ианта.

Мы стояли, наблюдая, как большой зал заполняется гостями. Я заприметила Ианту полчаса назад и обрадовалась предлогу вежливо покинуть компанию друзей Тамлина, с которыми приходилось поддерживать разговор. Странный разговор, надо заметить. Эти фэйцы либо пялились на меня, либо отчаянно искали темы для разговора. Самой распространенной была охота. Поговорив минуты три, гости умолкали и снова пялились на меня.

– Сейчас я не засну. Не все ли равно, где мучиться час – здесь или в кровати?

Ианта была в своем привычном одеянии. Капюшон наполовину скрывал лицо. Голубой камень ее обруча то вспыхивал, то гас, ловя свет люстр.

Мы стояли возле стены, обшитой дубовыми панелями, невдалеке от дверей зала. Фэйские мужчины, фланировавшие вокруг, поглядывали на Ианту со смешанным чувством благоговения и откровенной похоти. На меня они лишь бросали недолгие взгляды. Я знала, что это никак не связано с моим ярко-зеленым платьем, не говоря уже о внешности: на фоне Ианты я выгядела простушкой. Я вообще старалась не обращать на них внимания.

– Ну как, ты готова к завтрашней церемонии? – спросила Ианта, потягивая искристое вино. – Может, тебе нужна еще какая-то помощь?

Мое сегодняшнее платье было ее подарком. Ианта сказала, что этот оттенок зеленого – символ Двора весны. Она собственноручно няряжала меня, деликатно выпроводив Асиллу. Удивительно, что та послушно ушла без своей привычной воркотни.

– Вполне готова, – соврала я.

Я представляла, какой жалкой трусихой окажусь в глазах Ианты, если попрошу ее и после свадьбы остаться в поместье. Меня страшило расставание с нею на несколько месяцев, в которые я останусь один на один со двором Тамлина и его придворными. Ианты здесь не будет до Нинсара – второстепенного весеннего праздника, знаменующего окончание сева на полях. В это время собирают первые цветы, которые пойдут на изготовление благовоний. Подумать только: несколько месяцев без Ианты! И хотя ее храм не так уж и далеко от нашего поместья, мне казалось, что она уедет на другой конец Притиании.

Двое мужчин, успевших несколько раз пройти мимо, теперь решились приблизиться к нам. Вернее, не к нам – к Ианте.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14