Самира Магомедова.

Украденная



скачать книгу бесплатно

Предисловие

Жизнь – это мораль, дисциплина, требующая безоговорочности, терпения, силы воли и упорства от тех, кто когда-либо осмеливался ее освоить. К слабым она жестока, что те в итоге мирятся с обстоятельствами, придаются им, и не стремятся что-то изменить в себе и в окружении. А к сильным она проявляет симпатию, дает им больше привилегий овладения собой; лавры, красота, власть, шик, авторитет, эти и другие «блага» быта подчинены им…. Эхх, ведь таким образом размышляют подавляющее большинство, которое изжило себя от безысходности и осознания своей ничтожности. День, изо дня размышляя заунывные думы и повторяя однообразный режим дня: работа, еда, бумаги, прожорливая семья, сон. «А смысл, а смысл» – твердят вокруг, когда некто приходит к уразумению, что он есть человек рациональный, рассудительный, обладающий правами, обязательствами и их необходимо отстоять…

Да кто вообще придумал, что жизнь делит нас на сильных и слабых, на везучих и лузеров, на тиранов и притесненных, на героев и злодеев мира сего?! Творец разобщает нас на; мужчины и женщины, старики и дети, умалишенные и здравомыслящие, больной и здоровый и никак иначе. Остальные расхождения лишь придуманные оправдания нашим слабостям. ЖИЗНЬ – это возможность, вероятность проявить себя, представить качества, совершать поступки, кои мы оставим после себя, и пребудут на нашем имени не стираемым отпечатком. Быть разумным и сильным добродетелям или же надломленным потешником, увлекшимся игривой, лживой, лелеющей притягательностью жизни на земле – выбирать каждому. При этом важно заметить, что СМЕРТЬ - жестока, она не предоставляет никаких реалий!

Покуда, есть шанс, поразмыслим порой, какими строками о нас будут вспоминать, какие деяния мы оставим, чтобы быть образцом для подрастающего поколения.

Глава 1

Сабина училась на 2-м курсе Педагогического факультета в славной Махачкале. Девушка родилась и выросла в селе, окончила там среднюю школу и приехала в столицу за высшим профессиональным образованием (вернее, так решили родители).

– Здравствуйте, – поздоровалась она с соседкой, спускаясь вниз со второго этажа и не дождавшись ответа, шагами быстрой лани вышла из подъезда. Она, уверенна, ступала в сторону трассы, чтобы поймать маршрутку рейсом по улице М.Ярагского. Не смотря на осеннюю, солнечную погоду, на пути буянил сильный ветер, он ударял в лицо и беспорядочно колыхал черные, отутюженные волосы в разные стороны. В этом районе города под названием Сепараторной, ветер завсегдатай. Он словно бесчинный вольничает средь девятиэтажных зданий и созидает все, что вознамериться на своем пути: обрезывает электропровода, раскидывает сухие сучья по дворам, вздымает темные пакеты от мусора и развешивает ими местные деревья, от которых последние выглядят, будто бы на них бессменно сидят стаи чернящих воронов.

Девушка села на маршрутку №77. Полчаса езды от съемной квартиры до места учебы были самые излюбленные и безмятежные минуты из всего, что ей доводилось совершать за день.

Сабина любила наблюдать из окна машины за проходящими земляками, вершащимися событиями, неподвижными зданиями жилых домов, кафе, магазин, аптек, это отвлекало от равномерного порядка дня, успокаивало разум.

– Остановите здесь! – громко произнес мальчик лет 8-9 с огромным портфелем на спине и скоропостижно покинул салон, отбросив в след слова:

– Спасибо большое!

Сразу после него в машину вошли две взрослые дамы, одна из них уселась на освободившееся место впереди, а вторая оглядывалась, где бы присесть.

– Девушка, возьмите ребенка на колени, – упрекнул таксист молодой особе, чадо которой занимало сидение рядом.

– Я за это место заплачу, – раздосадовано вымолвила мама, и брюзгливо отвела взор на окно.

Ничего не ответив, таксист продолжил путь. А кто-то совестливый впереди, поделился своим местом с пассажиркой. Взрослая женщина лишь молча, разочарованно покосилась на высокомерную особу и неудобно уселась на краешек одолженного места.

Маршрутка завернула на тесную, но очень оживленную улицу М. Ярагского. Здесь бок обок расположились рестораны, разные салоны, магазины, торговые помещения, клубы, спа-салоны. Пожалуй, одна из самых оживотворенных и выгодных предпринимательскому ремеслу улиц города. Сабина разглядывала здания, прочитывала вывески, рекламные щиты сквозь стекло авто. «Визаж», ALLURE, D&G бутики итальянской одежды, где цены на одни маячки соответствуют среднему зажиточному минимуму в республике. Девушка сознавала что, не может позволить себе заходить в магазины с дорогим одеянием, потому что не располагала средствами, к тому же жалела родителей, которые выполняли работу. А тратить их труд на облачение себя, она не смела. Одевалась она исключительно в масс-маркете, как и подавляющее большинство населения края, и сей факт ничуть не смущал ее.

– Здесь тормози, – резко возгласил рядом сидячий парень, подав деньги, он сошел с машины. Сабина вышла следом, обходя памятник В.И. Ленина, студенты вошли в здание ДГПУ.

На проспекте имени Имама Шамиля в одном из известных ресторанов, трое молодых людей спорили и вели напряженную беседу.

– Не нравиться мне все это, если предки узнают, что я в этом участвовал, мне не жить, – заявил Мурад, самый длинный и худой из них.

– Расслабься, тебе же объясняют, договорились они между собой, – негодующе промолвил Тагир, он преподнёс чашку к своему сломанному, кривому носу, вдохнул аромат травяного чая и запил напиток алжирским фиником.

– В начале, шумиха будет конечно, – в разговор вмешался Али, упитанный парень со спокойным выражением лица, – а потом все успокоятся, и все наладиться, как положено.

– Почему нельзя цивилизованно? У нас все должно выходить за рамки устоев, дикие обычаи предков вспомнили! – снова возмущался Мурад.

– Что ты ноешь, как баба? – досадно проговорил Тагир, – кому здесь достанется, так только Адилю от пахана, ты исполняешь, а ему с этим жить.

– Исполняю незаконный акт, то есть совершаю преступление, – уточнил Мурад, он работал помощником прокурора Советского района в городском округе.

– Брат, ты, кажется, засиделся на судах, не пара ли в отпуск? Мозги обычную речь уже не воспринимают, – насмешливым тоном сказал Тагир, почесывая щетину, что покрывало почти все его лицо.

– А кто тогда твою шкуру от судимости спасать будет? Ты ж брат у нас борец и любитель набить морду …

– Пацаны, вы знаете, где расположен этот салон? – надуманно спросил Али, чтоб отвлечь друзей.

– На Советского, рядом с ЦУМом, – уточнил Мурад, – Алишка? А ее ты видел хоть?

– Конечно, и не раз.

– Девушка, – Тагир позвал официантку в конце зала.

– Я вас слушаю, – подошла обслуживающая.

– Сюда повтори-ка, – передал он свою опустошённую чашку, и закинул в рот мятной конфеты. Вазочки с леденцами стояли на каждом столе, подарок посетителям от заведения.

К ресторану пафосно и с визгом тормозящих шин, подъехал внедорожник Lexus. Из автомобиля чванно вылез молодой человек в солнечных очках, он аккуратно поставил ноги на щебень, глянец черных туфель сверкал на солнце. Парень поправил воротник белой рубашки и зашел во внутрь помещения.

– Ас салам алейкум! – юноши пожали друг другу руки.

– Что мы здесь собрались? Поедем в Первуху на шашлыки, – меж тем предложил Тагир.

– Шашлык потом, – начал темноволосый парень, – мы только созванивались, в 16:30 у салона «Мадонна», то ли «Мадина». Короче, Али адрес знает. Я ему скинул на Ваццап. Друзья, наступает важный момент в моей судьбе, который когда-нибудь мы все осуществим. А кто-то уже, да брат? – взглянул он на Тагира.

– Адиль, брат ты меня знаешь, в любое время дня и ночи можешь на меня положиться, – угодливо произнес, недавно негодующий Мурад. Тагир ухмыльнулся подхалимству друга.

– Я на работу к отцу заскачу, чтоб быть там на виду и рассеять опасения бати, а то он подозревает о моих умыслах, – он откинулся на спинку стула, причем, одной рукой придерживал его, а другая была на столе. Адиль постукивал пальцами и обратил на приятелей пренебрежительный взгляд. Парень подозревал о своем превосходстве пред собеседниками и порой дозволял себе циничности в поведении, но это не было наигранностью, таков был его нрав.

Адиль, видный парень, среднего роста приходился сыном крупного чиновника, имеющим касательство к начальству города. Юноша давно осмыслил, что нет неразрешимых обстоятельств, папа скроет все его похождения и с легкостью извлечет, из каких ни есть, передряг.

Он обвык быть очагом внимания, к льстивым взглядам зависти и симпатии. Адиль учился на пятом курсе одного из престижных ВУЗов Махачкалы. Разумеется, ему предоставлялась вероятность уехать и обучиться за пределами родимого края в Питере, в Москве, в Европе или в Новом Свете, как-никак отец располагал средствами и блатом. Но, ведая бесперспективность сынка, которому, по его мнению, несвойственны понятия трудиться, усердствовать, учиться, (ведь парень свыкнулся к безропотному существованию, где все подносилось в отделанном, заготовленном образе: сессия досрочно закрывалась, нарушения ДТП не фиксировались, прихоти реализовывались, желания материализовывались). Мустафа Сабирович и мысли не допускал, оставлять любимое дитя без отцовской опеки и родного тыла в случае безрассудных недоразумений со стороны младшего. Он решительно замыслил не отпускать отпрыска за пределы надзора своего ока.

В последний год, начальник прибегнул к мысли, что настало время образумить подросшее дитя, принимать меры отказа и наказания, в целях перевоспитания. Очевидно, первопричина недееспособности сына – это сам родитель, который непомерно опекал, покровительствовал и распустил чадо. Адиль два года как встречался с Маржаной, наследницей крупного мебельного салона «Pаrаdise». Молодая пара надумала сочетаться браком, но Мустафа Сабирович вынес строгое отцовское несогласия, ссылаясь на некомпетентность сына, что серьезно обидело, задело за живое несостоявшегося жениха.

– Поехали! – возгласил Тагир, допивая чай на ходу, – вечером еще в Чечню заеду. У Абдуразака сегодня решающий бой, надо поддержать земляка. На моей машине покатим, у зятя одолжил, стекла тонированы, номера я снял.

Во дворе ребята снова обменялись рукопожатием.

– Али, на Редукторный отвезете, там Альбина поджидает, сестра моя. Не подведите, – проронил Адиль своим приятелям.

Вторая пара наискучнейшей лекции по языковедению подходило к концу. Ее вела круглая, на вид вредная женщина с лютым взглядом. Она апатично, без объяснений, без эмоций читала записи на бумагах. Несколько студентов усердствовали, занося терминологии в конспекты, не поднимая головы, было нелегко успевать под быструю диктовку лекторши. Предмет этой нахмуренной дамы не вызывал никакого интереса у обучающихся, к тому же «доброжелатели» со старших курсов, оповестили что, сия преподавательница любит «лапу» и всем надобно заплатить за оценку.

– Сабина, лекцию декана дай списать, завтра занесу, – попросила Динара, поправляя рыжие накрашенные волосы.

– Держи, – девушка подала ей тетрадь в цветном переплете, – на физкультуре кто-нибудь был сегодня?

– Лишь Наида и Айна, наши самые умные активистки, – быстро и громко, по обыкновению возгласила Динара.

Девушки не посещали пары по физической культуре. Занятия проходили под пристальными взорами «быдло» со спортивного факультета. Молодые люди освистывали, насмехались и пялились на бегающих и занимающихся молодых девушек. Их нежелательное присутствие смущало студенток, и те в итоге отказывались пребывать на данной дисциплине.

– Мы давно не были в кино, может, сходим завтра, – предложила Барият, низенькая из подруг, она выделялась средь девушек тем, что была увешена золотом, это свидетельствовало о ее сватовстве. По просьбе будущей свекрови, молодая невеста носила все что, недавно преподнесли ей на помолвке.

– Завтра мы пойдем в Республиканскую Библиотеку, реферат надо докончить и сдать, – тихо напомнила Сабина.

– Ох, как же скучно, – досадливо заявила Шуайнат, – вчера в ГУМе атасные сапоги видела за восемь штук, вот мама зарплату получит на днях, обязательно приобрету их, – воодушевилась своим планом она.

– Не жалеешь ты мать свою, – произнесла Динара уткнувшись в телефон, – то шмотки, то сессия, теперь вот сапоги….

– А тебе то что? Ты как будто сама все сдаешь, и ни на что не тратишься.

– Моя мама по выходным отдыхает, я торгую на рынке вместо нее, а вырученные деньги остаются мне. Я работаю, дорогая, в отличие от тебя, -заметила Динара, все еще не отвлекшись от телефона.

– Так я тоже подрабатываю. Может, поможешь продвижению моих дел?!, – она достала журнал и подала подружке, – закажи что-нибудь.

Девушка взглянула на каталог:

– Ерундой ты занимаешься, дельное что-нибудь промышляй, обязательно помогу.

– Без твоих указаний обойдусь, – произнесла обиженная Шуайнат. Она повернулась к Сабине, – вчера Шамиль говорит, что, хочет с моим братом повидаться, еле как убедила его, не совершать такой неосмысленный шаг.

–Почему? – поинтересовалась из вежливости Сабина.

–Ты чтоо! Мой брат не должен знать, что я с кем-то в отношениях, он мне голову снесет.

Девушка встречалась с ровесником из родного района, парень всячески строил из себя крутого, с хорошими знакомствами, располагающий уважение и боязнь окружающих. А на деле просто врун, балабол, вылетевший с универа еще на первом курсе. Он упорно продолжал вешать лапшу родным, которые были слепо убеждены, что сын блестяще учиться в Махачкале и скоро станет выдающимся историком. Сабина лишний раз убеждалась, что парень ее подруги придурок, и умышленное знакомство с братом, очередное преувеличение, пыль в глаза, чтоб показать девушке искренность своих намерений. Ведь на факте Шамиль нагло пользовался наивной студенткой, которая тратилась на еду и подарки для него. Шуайнат была из тех девушек, кто стремится к совершенству внешнего вида, и желала, чтоб заработанная красота не блуждала одна, а в сопровождении кавалера, кем бы он ни был. К сожалению, девушка зависела от мнения окружающих и угоднических отзывов о себе.

– Я в «Мадонну» записалась к Патиматке, – затем она минут 10 рассказывала о прическах и о том, что хочет мелировать волосы, – в 16:30 мы должны быть там.

– Успеем Ин ша Аллах, еще четырех нету.

Сабина впервые слышала про хваленную Патимат, но не падала виду. Зазвенел звонок, Шуайнат быстро соскочила с места, прихватила сумочку и потащила за собой подругу. Девушки спешно выбрались из толпы сокурсников, ринувшихся к выходу поскорее на волю.

– Сядем на такси, на маршрутке не успеем, – впопыхах проговорила Шуайнат. Она остановила первую же машину с желтым плафоном на крыше. Сабина волей-неволей села в авто. Она вовсе не рассчитывала мотать уйму времени с занудливой подружкой, кто помимо модных новинок и обличии, ни о чем более не рассуждала. Таксист повернул авто на проспект им. Р. Гамзатова, посреди которого расположилась озелененная и мило оформленная аллея – одна из главных и любимых улиц горожан. Здесь наличествуют здания культуры, театров, досуга, архитектуры, памятники, площадь, резиденция главы Республики и палаты министерств. К сожалению, ни в одном из данных просвещенных сооружений, Сабине еще не доводилось побывать, но девушка восхищалась ими и высоко ценила их наличие. Республиканская Библиотека – царство тишины и разумения. Она возведена изысканно и наружно и внутренне. Обелиски страж знаний завораживают, узорчатые фрески радуют глаз. Просторные, светлые холлы благодетельствуют на умиротворение, можно удобно усесться на софу за любимой книгой или же за столом в случае писанины научной работы. Русский театр – почитатели живой игры актеров наведывают его порог, облачившись в лучшие наряды. Дома поэзии и литературы – подтверждение наличия в горном крае славных поэтов, воспевающих высокие атрибуты: мужество, честь, отвага, добро, отчий дом, красота родных земель. Средь заведений культуры, политики и торговли уместились лавки с серебряными изделиями – память о древних предках. Посуда, монеты и укрощения есть свидетельства оригинального, особенного житья горянок; кинжалы, ножи – подтверждение суровости, войн, храбрости и мужества неустрашимых горцев. Много нашествий претерпел сей регион. Берега Каспийского моря, полноводные, бурлящие реки, высоченные горы, зеленные луга заманивали чужеземцев в разные века, каждый из которых оставлял свой след в истории и обычаях местности да народа.

Машина свернула от строений управления, где члены местной власти управляли населением верша их участь. Далее она проехала по Дахадаева, оставив позади свадебные салоны, бутики с золотом. Затем такси направилась по Советской и притормозила у торгового центр. Второй этаж здания занимал салон красоты «Мадонна». Девушки сошли с «девятки». Пахло свежими булочками из соседней выпечки, неподалёку находился оптово-продуктовый рынок, это объясняло чрезмерную оживленность в этом районе столицы. Подруги поднялись по мраморной лестнице, Сабина обратила взгляд на рядом спускающуюся эффектную даму с длинными, черными волосами и в голубой кофте, схожее с той, что было в тот день надета на ней. Девушка встала у зеркала на стене. Сабина тоже приостановилась.

–Ты поднимись, а я в булочную зайду, – она играючи сошла, еще раз оглянув мимолетным взглядом особу у зеркальца. Студентка вышла из помещения и шагнула в сторону пекарни. Совсем близко перед ней у трассы приостановила темно-серебристая «Toyota Camry», из нее вылезли два парня, один из которых ухватил ее за руку, от чего барышня испугалась и резко высвободилась, а другой сзади подставил салфетку к лицу, и она свалилась без чувств. Юноши затащили девушку без сознания в авто и тронулись.

– Эй! – возгласил, недалеко стоящий взрослый человек, – вы что делаете?

Все осуществилось очень быстро, что более никто ни о чем не заподозрил.

– Это что? Эфир?!! – спросил смятенно Али.

– На всякий случай прихватил! – импульсивно замолвил Мурад, – я представлял все иначе! Вы же твердили, что девушка сядет сама, без принуждения! Почему тогда она сопротивлялась?!

Тагир был за рулем, его нервное состояние препятствовало вождению, машина то сворачивала, то ездила зигзагом, то чуть не ударило в капот впереди ездящую «семерку». Сабину уместили на заднем сидение, ее волосы закрывали лицо. Али тоже находился сзади на корточках, ухватившись за передние места. Таким манером, похитители прибыли до одного элитного, жилого здания. Дом был новый, целиком не заселенный, на это указывали отсутствие соседей, куча щебени и песка во дворе, кое-где запачканные известью окна. Молодые люди зашли в подъезд. Али позвонил в одну из квартир под номером 8, на втором этаже. Дверь открыла дама лет 30, в свободной домашней одежде, ее волосы были собраны на самой макушке в пучок. Парни завели Сабину в первую же комнату от входных дверей, аккуратно уложили на кровать и сразу же вышли, закрыв за собой дверь.

– Хорошая хата! Сколько комнат? Три? – Тагир оглядывал квартиру. В жилище был хороший, свежий ремонт, дорогая мебель, обширный коридор увешен огромным зеркалом, на потолках висели хрустальные люстры, также наличествовали два балкона, один с выходом во двор, другой на проспект Насрутдинова. Дом был расположен прямиком возле трассы. Альбина вопрошающе задержала взгляд на гостей, скрестив руки на груди, затем приотворила двери спальни и через мгновение обратилась со словами:

–Это кто?!

Парни в смятении переглянулись, одним духом рванулись к дверям опочивальни, задев, стоящую возле комнаты, хозяйку. Они поглядели на лежащую без чувств Сабину.

– Как кто? Невестка ваша, в 16:30 на Советского, возле парикмахерской, – беспокойно объяснялся Мурад.

– Ха-ха-ха, смешно! Ооочень удачная, злая шутка, я даже вспотел от волнения, – Тагир бросил взгляд на сестру друга, рассчитывая увидеть ухмылку, и что она взаправду пошутила.

– Что-то не так Альбина? – Али старался вызнать суть обстоятельства. Девушке позвонили. Она ответила на вызов.

– Салам Адиль,– позвонивший явно импульсивно голосил, – успокойся! Я ничего не поняла! Ты что кричишь!? Ты сюда приезжай лучше! Что? Уже доезжаешь! Славно, вот и разберетесь. Я тут причем. Твой телефон отключен? – спросила она у Али, нажав на сбой вызова.

– Не знаю даже. Разрядился видимо. Эта не ваша невестка? Я ее всего пару раз видел, вроде такая же была…

– Ну вы и натворили ребята, какое безрассудство!!!

– Стойте, стойте, – несдержанно вмешался Мурад, махая руками, – если эта не невеста Адиля, давайте просто вывезем ее отсюда подальше, пока она без сознания, какая проблема?

Альбина поглядела на него ошеломленно.

– Кто еще предложит более циничный вариант, – ребята безмолвствовали. – Ну!? Убить и закопать может?

– Вот гнида! – произнес Тагир, упершись в стену, и постукивал кулаком по ней.

– Не понял? Это ты меня обозвал? – накинулся разъяренный Мурад.

Али в одно мгновение встал между ними:

– Возьмите себя в руки! Мурад, ты же человек закона, не ведись на провокацию, – он старался сдержать друга, который медленными, тяжелыми шагами и хищным взглядом, держа руки в кулак, направлялся на обидчика.

– У Тагира может более разумное суждение, – направился он к нему, – давай брат, что на ум приходит кроме потасовки?

– Зачем вы усложняете положение? Я тут заморочки не зрею, жених есть, невеста есть. Свою задачу я выполнил, доставил невесту по адресу.

– Ой, Тагир. Лучше бы замолчал. Он на Маржане хочет жениться, а эта вообще другой человек, – сказала Альбина.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2