Саша Слова.

Опасность заводит 3



скачать книгу бесплатно

В оформлении обложки использованы фотографии с https://pixabay.com/ по лицензии CC0.

Глава 1. Закономерное начало

Он ударил ее. Смачно и наотмашь. И во рту появился металлический неприятный привкус, который бархатной волной заполонил полость рта. Анна коснулась своих губ и поняла, что не драматизирует. Перепачканные в собственной крови пальцы она обтерла об край белоснежной шелковой блузки и посмотрела ему в глаза. Марк замер и, кажется, пытался свыкнуться с произошедшим так же, как и она.

– Еще? – поинтересовалась она с грустной улыбкой. – Лучше сразу, Марк.

– Ты говоришь и говоришь…

– А ты не слушаешь и не слушаешь.

Она шагнула в сторону, чтобы закончить с этой сценой, но натолкнулась на его железные запястья. Мужские ладони сцепились чуть выше локтя и заставили остаться в комнате.

– Прекращай, Анна, – он не стал прятать угрозу.

Или она теперь обречена слышать ее в каждом его слове?

– Хорошо.

– Я серьезно.

– Ты очень серьезно, – Анна вонзилась в его пальцы и попыталась расцепить хватку, но тщетно.

Марк не уступил ни миллиметра и не шелохнулся, только перевел взгляд, опустив глаза и наблюдая за ее занимательной слабостью.

– Я хочу умыться, – сказала она, – меня тошнит от…

Он вдруг натолкнул ее на себя и потянулся к губам, Анне пришлось отворачиваться и выставлять плечо преградой между ними. Но он решил добиться своего, смял подбородок между пальцами и подставил ее лицо для поцелуя. Губы Марка надавили и смяли.

– Открой рот, – его горячее дыхание обожгло кожу и принесло новую дозу болезненных ощущений.

Она мотнула головой.

– Я сказал, открой рот.

– Я не хочу.

– Я хочу.

Его губы вернулись, и он давил, не давая глотнуть воздуха, пока она не сдалась. И тогда она почувствовала его настырный язык… Его желание, его напор, его власть. Тошнотворный вкус выступившей от жестокой пощечины крови никуда не подевался, а только усилился…

Анна вынырнула из сна прямиком в тесные объятия похмелья. Хотя она не пила, но уже привыкла к закономерным ощущениям. Странно, она думала, ее хватит на дольше, думала, что сильнее и выносливее, что сможет, черт возьми. Может быть, ее тошнит от самой себя?

Подхватив халат со спинки красного кресла, которое старательно копировало изящную красоту из музея Ахматовой, она ощутила тяжесть и нащупала в кармане сотовый. И пальцы вдруг сами нашли буквы, и не самые умные буквы, теперь она точно драматизирует. Так или иначе она быстро набрала SOS и швырнула телефон на большую кровать, правая сторона которой привычно пустовала. Побрела к ванной комнате, из нее лился мягкий свет, что прочертил прямую тропинку для стоп по паркету спальни, отвоевав у ночных часов клочок пространства. Анна всегда оставляла подсветку над позолоченным зеркалом и не закрывала дверь до щелчка.

Она совершенно разучилась спать в темноте и в одиночество. Что-то одно еще можно вытерпеть, но не оптом.

Прохладная вода успокоила, забрав судорогу из пальцев и приглушив другие симптомы.

Хотя, конечно, ничего не ушло, но стало легче на полвыдоха. Она переключила на теплую и вновь умылась, стараясь разогнать туман из онемения и серых оттенков на любой вкус. Да хотя бы пальцы согреть, тоже дело. Она вновь постоянно мерзла, как тогда, после потери брата…

– Анна?

Мужской голос выскользнул из спальни. И ей пришлось резко разворачиваться и идти назад. Как она и думала, подоспела охрана и похвально быстро, только вот писала она Марку.

– Что-то случилось? – вновь подал голос тот, что повыше.

Второй боец остался в холле, поглядывая на коридор через приоткрытую дверь.

– Случилось, – шепнула Анна и кивнула.

Он услышал и нахмурился, вновь придирчиво огляделся по сторонам, не забыв напрячься всем телом, словно уже ждал удара. Его черная одежда, рубашка да джинсы, и худое лицо из обыденных черт не оставляли малейшей надежды, что она запомнит хоть крупицу из его внешности. Невыносимый шаблон.

– Как тебя зовут?

Как его запомнить? Именно его?

– Стас, – он не отрывал взгляда от соседней комнаты, к которой шагнул, мягко по-кошачьи перенеся вес на другую ногу. Следом он достал оружие из-за пояса и выставил руку в ее сторону, чтобы она не двигалась.

– Стас, – проснулась Анна. – Такое имя уже было.

Он сделал еще осторожный шаг. И видно, принял ее глупую болтовню за отвлекающий маневр.

– Стас мертв, Марк застрелил его, – продолжила она, завороженно наблюдая за его крадущимся танцем. – И знаешь, всё могло сложиться точно наоборот. Марку откровенно повезло.

Напряжение бойца передалось ей, как и покалывающее адреналином ожидание скорой развязки, на секунду почудилось, что за дверью и правда скрывается причина ее панической sms, и что эту самую причину можно изрешетить пулями… Так легко и действенно. Если бы так легко и действенно.

Мужчина, наконец, коснулся ручки и рывком потянул на себя, одновременно сделав шаг внутрь. Стойка стрелка и шумный злой выдох… и стопор, удивление.

– Там никого нет, – устало произнесла Анна. – Я одна в номере.

Он посмотрел на нее тем взглядом, на который не имел права.

– Убери оружие, – указала она. – Спрячь, надоело.

– Но мне сообщили…

– Сообщи, что меня напугал шорох и что все в порядке.

Он кивнул, все-таки справившись с собой и спрятав недобрую гримасу подальше, и шагнул к арке, выводящей в холл.

– Куда? – поинтересовалась Анна.

– В нас нет необходимости.

– В нем нет, не люблю толпу. А ты останешься.

Новая эмоция. Как в детстве, можно было клеить очередной стикер-удачу в альбом. Она добилась его замешательства и следом своим наглым взглядом с вызовом страха.

– Я… мне нужно…

Она отвернулась, не желая терпеть объяснения, и услышала, как за спиной хлопнула дверь. Второй свалил, пока была возможность.

– Откуда ты? – Анна наклонилась и открыла дверцу мини-бара. – Где вырос?

– Липецк.

Он не знал куда деть крупные руки, не знал куда деть всего крупного себя и смотрел на нее так, будто это у нее за мускулистой спиной был припрятан огнестрел. Да, такие задачки он решать не выучен. Анна мягко улыбнулась и наполнила два квадратных стакана… чертов скотч, она знала, что он зверски обожжет внутренности и встанет гадкой горечью в горле.

Девушка развернулась и направилась к мужчине уверенной поступью.

– Боишься? – прямо спросила она. – Вы все меня… ладно не боитесь, но опасаетесь. И смотрите косо.

– Вам показалось, – выдавил он из себя.

– Потому что я многое могу. Через Марка, конечно.

Боец завис окончательно.

– Кивни хотя бы, – усмехнулась Анна. – И выпей уже. Смотри, это легко.

Она опрокинула свой стакан, скривившись от многотонной крепости, но кашель утопленника сдержала, а потом втиснула второй в мужскую ладонь. И принялась сверлить охранника тяжелым взглядом, ожидая его послушания.

– Стас, – протянула она задумчиво, когда ожидание увенчалось успехом. – У тебя острый взгляд, ты не так глуп…

Как остальные. Интеллект всегда в глазах, его не спрятать и не нанести румянами. Либо есть, либо нет, тут не смухлевать. И из его заостренных черт складывалась вполне приятная картина, она даже взяла первое поспешное мнение назад. А следом вклеила в альбом стикер с его паникой, когда коснулась ладонью его лица, а второй рукой поймала отступающий маневр, ухватившись за локоть и смяв мягкую безумно приятную на ощупь рубашку. Под ней угадывалась теплая плоть… теплое железо, которое шло на излом.

– И тонкие губы, – продолжила Анна, не удержав умиротворенную улыбку, спиртное неожиданно тоже принесло тепло, а не раскаленную лавину, – четкий контур и родинка над уголком. Русые волосы, ты стрижешь их слишком коротко, тебе пойдет челка, до сюда.

Она отметила тягучим прикосновением полоску на его лбу. И еще подумала, что на измученный организм даже небольшая доза алкоголя действует решительно.

– Ты новенький.

– Как все.

– Да, новая команда.

И вы дети. Она умела читать их повадки и взгляды, и называла их про себя «бойцами» лишь по старой привычке. Нет, это были другие люди, обычная охрана, которая вряд ли когда-то стреляла на поражение. Да, вокруг Марка теперь были другие люди. И в первый месяц она успокаивала себя мыслью, что это хорошо, это как надежный барьер от прошлого, но потом она перестала обманываться и строить защитные иллюзии. Нет, это плохо, дьявольски плохо. Прошлое придет со всеми непогашенными счетами, если захочет, а вокруг Марка дети.

Опять эти мысли. Она боится за него. На повторе.

– Черт, – выдохнула Анна и резко потянулась вперед.

Стас не успел отреагировать, и ей удалось довольно ловко сцепить руки вокруг его корпуса, заключив в тесные объятия. Чужой мужской запах и ощущение неправильного тела разлилось по коже, но хоть что-то она взяла. Как раз на полвыдоха.

– У меня был роман с охранником Марка, – Анна запрокинула голову, уткнувшись подбородком в грудь мужчины и натолкнувшись на его испуганный взгляд. – Его тоже убили. Не Марк и не из-за романа.

– Вы хотите, чтобы меня пристрелили? Мы близко…

– Я хочу поговорить. Я любила его, всем сердцем, я это поняла, когда он умер у меня на руках. Так я любила своего брата.

Если есть продолжение, есть и последствия. Жизнь не закрывает книгу на счастливой странице, где льется солнечный свет и в воздухе стоят обещания исключительно прекрасного, нет, жизнь любит постоянно припоминать другие главы, где ломали, крушили, стирали в пыль.

– Мне жаль, – сухо отреагировал Стас.

Он немного осмелел и завел руки за спину, нащупал ее тонкие запястья и потянул в стороны.

– Я прошу, – добавил он, подобрав правильный тон, просьба уверенным прохладным голосом. – Это плохая игра.

– Когда страшно, начинаешь вспоминать все моменты, когда страх был прав.

– Анна.

– Прости.

Она, наконец, отпустила его и шагнула в сторону, пятясь спиной.

– Марк скоро приедет, – успокоил охранник.

Или предупредил, чтобы не отбиваться от нового штурма.

– Мне приснилось, что он ударил меня. Сильно, до крови. Он не способен на такое, я знаю, его воспитала мать, так что женщина для него неприкасаема, но во сне… Так четко, осязаемо…

Анна резко развернулась и нацелилась на столик, где стояла початая бутылка.

– Не пейте, – его голос стал совсем бархатным.

– Не буду. Я скорее свихнусь, чем сопьюсь.

Глава 2. Уже всегда

Охранник не соврал, Марк и правда приехал удивительно скоро. Анна успела лишь в десятый раз придирчиво оглядеть светлый номер, отметив пыльный карниз, и распахнуть тяжелые шторы. Из раскрытого окна крался теплый морской воздух, и, как оказалось, к этой роскоши до обидного быстро привыкаешь и перестаешь счастливо улыбаться. Курорт и курорт, и черт с ним.

И уже четвертый город-курорт на черноморском побережье. Целая вереница подстраховочных переездов и безликих номеров отелей трех звезд. Она едва вдавалась в легенду, но заметила, что брони всегда сделаны на чужое имя, а последние две гостиницы явно принадлежали Марку. Чувствовалась вольность охраны, массивные ребята часто попадались на глаза в коридорах, отмечая встречи короткими кивками в знак приветствия и то и дело сворачивали к служебным дверям. Они не боялись камер видеонаблюдения или лишних вопросов персонала. Их старательно не замечали.

Анна не решилась выйти на балкон, хотя подобные мелочи были разрешены. В таком настроении лучше не показываться из коробки. Она не помнила точный момент, всё произошло само-собой, по нарастающей, от легкого сомнения к режущей тревоге, но она забыла, как любоваться открыточным простором и вместо этого каждый раз скользила напряженным взглядом по асфальту, по парковочным карманам… Чужие машины, случайные люди. Ведь случайные? Или на прошлой неделе она видела как раз этот зеленый седан? И почему двое мужчин так долго сидят в салоне?

Она не умела не замечать.

– Я успел?

Его вопрос разбудил ее и застал врасплох. Она совершенно не ждала его этой ночью.

– Даже раньше, – кивнула Анна и развернулась.

Марк остановился в центре гостиной, сжимая в ладони сотовый, который светился экраном вызова. Кто-то упорно названивал, но звук и вибро Марк вырубил. И по его карим глазам она поняла, что ему сообщили обо всем в деталях. Стас от греха подальше описал каждую секунду и каждый жест или, пожалуй, разыграл моноспектакль для наглядности. И теперь в карих глазах горело беспокойство. Да, она беспокоила его, и еще сильнее то, что он не знал, как помочь.

– У тебя звонок, – Анна облокотилась на полукруглый приоконный столик, подвинув рамки с пейзажными зарисовками.

– Ты спала?

– Немного.

Он кинул телефон в карман серого пиджака, а потом стянул его с плеч и бросил под ноги. Белая рубашка была застегнута через пуговицу… Он торопился, когда одевался. Или переодевался.

– Ела?

– Марк.

– На тебе лица нет, и ты таешь на глазах.

– Я всегда «таю» на отдыхе.

– Мы не на отдыхе.

– А где мы?

Черт.

Он подошел вплотную и положил ладонь на плечо. Приятная родная тяжесть, Анна прикрыла глаза и забылась на мгновение.

– Малыш…

– Прости, я сама не знаю, что говорю… и что пишу в sms.

Лучше было найти силы и сдержаться тогда. Не тревожить его и не заставлять вести мучительный разговор. Ей самой становилось противно, когда понимала, что неумолимо превращается в истеричку, которая придумывает поводы для беспокойства из воздуха. Буквально срывает, как налитые плоды, и потом подолгу рассматривает, изучает. И еще изводит тех, кто рядом.

– От тебя пахнет сигаретами, – кинула она невпопад, после чего встала на носочки, уткнувшись лбом ему в висок, и вновь втянула горьковатый запах табака, – весь пропах.

– Не закрывайся от меня.

– Я тут.

– Да, Стас тебя заметил, а я вот как со стеной.

Марк наклонился и нежным прикосновением подцепил подбородок, чтобы заглянуть в ее глаза. И в его плавных непривычно осторожных жестах она с легкостью читала слова Стаса.

– У парнишки отличная память, – выдохнула Анна.

Марк нахмурился, собрав морщины на высоком лбу. Он не понял намека, но определенно успел найти объяснение для ее сна. И плевать, что ложное. Анна чувствовала это по его рукам. Он едва касался ее, словно она была чужой или покалеченной. Так держатся за верно умирающих, боясь навредить.

– Сцена ревности планируется? – спросила она с легкой улыбкой, чтобы перевести тему.

– А ты ждешь? – Марк благодарно принял щедрую подачу. – Не боишься, что я…

Он осекся. Взгляд потускнел, и он на мгновение провалился глубоко-глубоко в свои размышления.

– Марк, заканчивай, это невыносимо.

Он по-прежнему не понимал.

– Всего лишь сон, – добавила Анна, – глупый сон из ничего. Ты ни в чем не виноват.

– Я перебрал на прошлой неделе.

– Ах, вот в чем дело. Ты и правда перебрал и ни черта не помнишь.

– Я помню, как ты вскрикнула.

– Ты утянул меня за собой, когда потерял равновесие. Извини, но это не считается за домашнее насилие, уж никак.

– Тебе было больно.

– Неприятно.

И Анна обняла Марка, отвоевав его плоть у белой ткани, она выдернула рубашку из-за пояса и плавно провела ладонями по мужской спине. Он все же поддался и натолкнулся на нее, смяв крепким телом.

– Сколько у тебя времени?

– Полчаса, – выдохнул Марк. – Слишком мало…

– Смотря для чего.

– Я вижу, что с тобой происходит…

– Со мной ничего не происходит.

– Ты боишься, – надавил он. – Хорошо, не меня, но ты боишься.

– Я боюсь за тебя.

Быть может, это чистый эгоизм, но ей было страшно даже на секунду представить реальность без него. И это чувство только обострялось. Вдруг с ним что-то случится, что-то определенное, учитывая промелькнувшие перед глазами жизни, так глупо и неумолимо оборванные? Вдруг судьбе надоело раз за разом смотреть на довольную улыбку на его красивом лице… Та и так забрала всех остальных, кого-то навсегда, а от кого-то вынудила отказаться, подтерев все до единого мостики к старой жизни. Анна давно как дома в выстуженных номерах и в этом зыбком болоте ожидания.

Ведь так было всегда. Уже всегда. Переезжаешь, оглядываешься и тревожишься. И с первой встречи всё время несло куда-то вперед…

Хотя он хотел остановиться. Но как? Ему все равно нужна сила, хотя бы деньги и некоторые связи. Хотя бы первый защитный барьер. Из других вариантов только бегство, не вереница, а калейдоскоп переездов, но Марк не из тех, кто будет скитаться по съемным квартирам или бедным странам. Первый же разговор на пробу открыл, что он ненавидит Таиланд и считает недоумками всех, кто внушает себе, что в таком климате можно отдыхать, а не подыхать. «Чтобы там выжить, надо быть тощим маломерком, что привык глотать тонны специй, чтобы не отравиться жратвой с душком».

Исчерпывающе.

И, кажется, она хотела помочь ему. Она помнила собственные обещания в глубине души, помнила, что собиралась найти для него силы пережить произошедшее… Она невозможно льстила себе, их попросту не нашлось, она иссякла и сдалась первой. И Марк, почуяв ее перемену, закрылся и начал старательно изображать из себя каменную кладку без изъяна, на которую можно смело опереться. Со своими проблемами он разбирался в одиночку. Как по графику. Раз в две недели он крепко напивался и обычно не показывался пару-тройку дней, а, если приезжал, то прятал лицо и разбитые руки в карманах брюк.

Он ничуть не изменился, но гибель Севера сильно подкосила его. Он, наверное, сам не ожидал… И иногда так странно и мучительно смотрел на нее, словно боялся даже дышать в ее сторону. Он тоже проводил параллели и тоже боялся, только глубоко в себе и натянув непробиваемый панцирь из легковесных улыбок и самоуверенных ухмылок. Он врал тому, кто видит его насквозь. И делал вид, что не понимает, что она понимает.

– Все чего-то боятся, – шепнула Анна, уговаривая то ли себя, то ли его. – Болезней, аварий… В любой жизни.

Она нежно коснулась его лица, проведя пальцами по щетине. Он стал баловаться пижонской бородкой и стричься совсем коротко.

– Именно. А я бессмертный везунчик, помнишь? – он нашел «подходящий» момент для глупой шутки.

– Зачем тебе тогда Нечетный? – неожиданно для себя призналась Анна.

– Ах, вот в чем дело.

– Он в городе, я услышала обрывок разговора и догадалась.

Марк ответил коротким кивком.

– Я никак не решу, хорошо это или плохо.

– Его приезд не означает…

Она поцеловала его в губы, чтобы заглушить слова. Почему-то захотелось остановить его и не дать пообещать лишнего.

Глава 3. Отвернись и веди

Утро началось с его улыбки. Марк сидел на краю матраса, смяв простыни, и рассматривал ее сонное лицо.

– Давно ты тут?

Анна перекатилась на другой бок и оказалась у его бедра, напрашиваясь на ласку. На что Марк криво усмехнулся и медленно провел ладонью по ее длинным и спутанным волосам, в которые намертво вонзилась черная заколка.

– Секунды три. Кто-то чутко спит, – ответил Марк.

Анна поднялась, устроившись рядом, и положила голову на его плечо. Ладонями же она оплела мужские руки и не смогла сдержать легкой улыбки. Вечно горячие руки, можно было не касаться плоти, чтобы чувствовать его тепло.

– А кто-то прибежал, чтобы я не просыпалась одна.

Вчера он все-таки уложил ее, укачав монотонным перечислением проблем на последнем объекте, начиная с потрескавшейся напольной плитки. Он завалил ее скучной рутиной, чтобы отвлечь и убедить в переменах. Вот они, смотри. Чертова напольная плитка! Куда еще… Но она так и не уснула, а притворилась и лежала, не шелохнувшись, пока, наконец, его уверенные шаги не добрели до выхода. Следом хлопнула тяжелая дверь, а Анна ворочалась еще час.

– Решил заскочить.

– «Заскочить» – повторила она нараспев. – Это значит, что ты вот-вот встанешь и поедешь на очередную встречу.

– С Нечетным. Я с ним еще не разговаривал.

Честность и внимание. Значит, такие выводы он сделал из вчерашнего разговора.

– Кто кого нашел? – спросила Анна.

– Он меня.

– Тебя легко найти?

– Нет, Анна, – он стоически сохранял расслабленный тон. – Но для Нечетного я оставил лазейку.

– Хорошо, – она кивнула и вытянула ноги, нащупав обувь, Марк же подал ей шелковый халат, который валялся вместе с кремовым покрывалом на полу.

– Хочешь поговорить с ним?

Анна не ожидала такого предложения и с удивлением посмотрела на Марка.

– А можно? – выдавила она из себя.

– Конечно, можно. Вы все-таки не чужие.

Он вновь улыбался и смотрел внимательно, уже откровенно веселясь ее вопросам.

– Я поеду с тобой?

– Нет, лучше к вечеру. Нам сперва нужно обсудить дела, и я хочу показать ему всё, что успел. Придется покататься.

– Значит вечером, – Анна скривилась, пытаясь отвоевать заколку у локонов. – Я пока просмотрю анкеты… Кстати ты видел эти брошюры?

И она ткнула пальцем в тумбочку, на которой красовался корпоративный глянец от отеля.

– Нет, не видел.

– Там большие проблемы с русским языком.

– Ты редактор, я помню.

– Нужно переписать.

– Перепиши, – он поднялся вслед за ней и крепко обнял со спины. – Из тебя выйдет отличный управляющий.

– Не с таким боссом.

– Да? И что не так с боссом?

– Он слишком давит, – и Анна, смеясь, повела плечами, на что Марк сдавил еще сильнее, обернувшись вокруг тугим объятием, – он невозможно настойчив и самоуверен.

– Это плохо?

– От этого кружится голова.

Марк поцеловал ее, медленно и нежно, подтвердив последние слова. К счастью, крепкие руки остались на ее теле и надежно держали.

– До вечера, – произнес он на прощание.

И до вечера Анна старательно примерялась к должности управляющего. Она свернула в подсобки вслед за охранником и поплутала по служебным комнатам. Кабинеты, подсобки, кухня… И она впервые подумала, что это может стать работой. Той самой, что отвлекает. Мешало только напрашивающееся сравнение, ведь она уже ходила по внутренним коридорам клубов и по подземным парковкам, где красные таблички обозначали проход для персонала.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5