Руслан Бирюшев.

Ветер с Востока



скачать книгу бесплатно

Глава 1

– Что там происходит? – поинтересовался капитан Николай Дронов, привставая в стременах. Его отряд возвращался в Пишпек с запада, садящееся солнце било в спину, но разглядеть, что за кутерьма образовалась в воротах крепости, все равно не выходило.

– Да поди пойми, Николай Петрович, – отозвался один из спутников капитана – унтер Керченский, худой узкоплечий москвич, на котором нелепо сидел драгунский мундир. Кроме унтера Николая сопровождали семеро рядовых драгун и трое местных воинов-киргизов из племени бугу. Именно старший воин, Джантай, уверенно заявил:

– Застряло что-то. Ругаются.

– Доедем – посмотрим, – хмыкнул капитан, ни на секунду, впрочем, не сомневаясь в правоте бугинца. Тот обладал феноменально острым зрением и отличался гибким умом, что делало его превосходным разведчиком.

Остаток пути смешанный отряд преодолел за четверть часа, пустив уставших лошадей шагом. Дронов покачивался в седле, зевал и разглядывал приближающиеся стены Пишпека. Закатные лучи окрасили их в багрянец, и издалека могло показаться, что крепость кирпичная, будто московский Кремль. Но верить глазам не стоило – вся она, от внешних контрфорсов до самой цитадели, была возведена, по сути, из глины. Возведена, однако, умело и на совесть, явно при помощи военных инженеров из Арабского Халифата, а то и из Англии. Если бы еще бравые вояки хокандского хана, которому крепость принадлежала раньше, умели сперва целиться, а только потом стрелять…

– Ты смотри, – без особого удивления буркнул Керченский, когда они по откидному мосту пересекли крепостной ров. – Опять угадал, а?..

В распахнутых воротах стояла, занимая половину проема, огромная повозка-арба, запряженная двумя волами и с верхом груженная кожами. Но причиной затора служила не она. Чуть дальше, уже полностью перегораживая проезд, торчал заглохший броневоз – покрытая копотью стальная коробка на гусеницах, с короткой дымовой трубой позади квадратной рубки. Подобные машины предназначались для уличных боев и штурма полевых укреплений, однако, по сути, были просто бронированными паровыми тракторами. И после того как боевые действия завершились, а Пишпек из недавнего трофея превратился в постоянную базу российских войск, их стали использовать именно в таком качестве – как вспомогательную технику. Благо на многочисленных стройках вокруг крепости помощь машин требовалась постоянно. Разумеется, штурмовые лестницы и прочее сугубо боевое оборудование с паровиков давно сняли, однако в размерах от этого они не особо уменьшились.

– Да-а… – в тон унтеру протянул Дронов, устало наклоняясь к гриве коня. – Я-то надеялся отчитаться – и домой…

Проехать затор верхом не было никакой возможности – между стеной и броневозом едва протиснулся бы пеший, а собравшаяся вокруг машины толпа еще больше стесняла движение. Кого здесь только не было – мелькали мундиры, костюмы европейского покроя, традиционные местные наряды разных мастей… Помимо военных из гарнизона, имперских чиновников и их семей, в крепости и вокруг нее жили также киргизы-кочевники, осевшие под защитой стен или прибывшие по делу из своих стойбищ, хокандцы-крестьяне, бежавшие к русским от непосильных ханских налогов, бухарские и хивинские купцы, явившиеся за фабричными товарами из России… И представители всех этих групп сейчас дружно, в едином порыве, орали на несчастного машиниста, который вместе с кочегаром пытался завести свое железное чудовище.

– Николай Петрович? – Дронова вдруг потянули за полу мундира.

– А? – Он опустил взгляд и увидел молодого ефрейтора – кажется, из канцелярии коменданта. – Да?

– Вас просят срочно в канцелярию подойти, на третий этаж.

Я тут уже второй час торчу, вас жду…

– Ох… – Капитан сдвинул выцветшую фуражку на затылок и потер лоб. – Да мне самому коменданту отчет надо бы сдать, по результатам разведки. Не то чтобы срочный, но важный… А что случилось-то?

– Мне не сообщили, – пожал плечами ефрейтор. – Разве что… Как вы утром уехали, прилетел курьерский дирижабль. Да причалил не у складов, а в самой цитадели. Улетел почти сразу, и часа не провисел. Может, и связано…

Дронов несколько секунд смотрел на собеседника с очень странным выражением лица, потом сморгнул:

– Что-то у меня, как французы говорят, дежавю… Двухгодичной давности… Тогда тоже так начиналось.

– Что, господин капитан? – не понял ефрейтор.

– Не так важно… – Николай вновь потер лоб. – Ладно уж, веди.

Он спешился и кинул поводья одному из драгун:

– Простите, братцы, что бросаю… До казарм уж без меня доберетесь.

– Тогда мы внутрь не поедем, – коротко сказал Джантай, и оба его товарища закивали, соглашаясь. – К себе поедем.

– Конечно. – Капитан мысленно усмехнулся – киргизский воин посредственно владел русским языком, однако умело это скрывал, говоря рублеными фразами, избегая сложных слов. – Но завтра пришли человека в крепость, вы можете понадобиться.

Распрощавшись с товарищами, Дронов последовал за ефрейтором. Тот повел его в обход столпотворения, через караулку, что было кстати. Задержавшись немного, Николай выпросил у дежурного офицера карандаш и клочок бумаги, на котором коряво вывел сообщение коменданту:

«Утренние сведения частично подтвердились. В сорока километрах к югу от Пишпека, где пастухи видели всадников в ханских мундирах, нашел следы подков, какие носят строевые лошади Хоканда. Нужно уточнять. Дронов».

– Третий этаж… Третий этаж… – кряхтел под нос Николай, поднимаясь по крутой лестнице. Канцелярия коменданта делилась на две части – военную и с недавних пор еще и цивильную. Военная канцелярия с первых недель размещалась в одном из старых зданий цитадели, а вот для гражданской рядом возвели отдельное, новое. Благо цитадель занимала половину Пишпека, так что свободное место нашлось. Строение вид имело отнюдь не азиатский – прямоугольное, аж в три этажа, что по местным меркам очень много, беленое, с застекленными окнами… Особенно же его выделяли новенькие, блестящие на солнце серебром металлические трубы пневмопочты, «подпоясывающие» каждый из трех этажей на уровне пола. Множество отростков ныряло внутрь стен, к установленным в кабинетах терминалам приема. Позади здания поднимался дымок – там, ближе к крепостной стене, пыхтела маломощным котлом крошечная станция подкачки, позволяющая сохранять давление в трубах на этом финальном участке почтовой сети. Возможно единственная в регионе, обеспечивала она лишь цивильную канцелярию и отдельный терминал срочной связи при штабе.

Таким образом, прибежище бюрократии на фоне военных построек выглядело вполне впечатляюще, однако чем в крепости занимались гражданские чиновники, все равно не до конца было понятно остальному ее населению – судя по всему, они готовили почву для превращения сугубо военной фортеции в полноценный город, хотя бы на бумаге. Российская империя только-только утвердилась в Чуйской и Иссык-Кульской долинах, но новым землям уже требовалась столица.

– Третий этаж… – еще раз повторил капитан, перешагивая последнюю ступеньку. – Пятая дверь…

В коридоре было темно – единственное окно выходило на восток, а солнечный диск как раз коснулся горизонта на западе. Зато отыскать среди непронумерованных дверей пятую оказалось просто – из-под нее пробивалась полоска теплого желтого света. Внутри горел химический фонарь, и значит, там кто-то был. Остальные помещения, очевидно, пустовали, что не удивительно – гражданскому штату первого этажа пока хватало с лихвой.

– Ладно… – Дронов перевел дух и толкнул створку. Немедля шагнул внутрь, готовый вытянуться во фрунт и отдать честь, если в кабинете окажется какая-то важная персона, – ведь не зря же молчал посыльный…

– Ну здравствуйте, Николай Петрович. – Молодая женщина поднялась из-за письменного стола, на котором ровно горел золотистый светильник, и улыбнулась – случайный человек сказал бы, что весьма зловеще.

– Здравствуйте… Настя, – ответил Дронов, чувствуя, как губы словно сами по себе расплываются в ответной улыбке. Персона и в самом деле важная… Дежавю, говорите?

Полтора года назад, когда русские войска еще только шли на Пишпек, сыскной агент Третьего отделения Анастасия Егоровна Агафьева вела в Чуйской долине тайное расследование, и Николай вместе со своими людьми обеспечивал ее безопасность. По окончании работы расстались они очень тепло, девушка обещала присылать весточки при возможности, но увидеть ее вновь Дронов не особо рассчитывал. Хотя спустя пару месяцев и признался себе с непонятным удовлетворением, что искренне скучает по этой эксцентричной особе, которую и знал-то считаные дни. А теперь – пожалуйста… Вот она, Настя, стоит перед ним, знакомо усмехаясь. И не изменилась ни капли. По-прежнему стройная и поджарая до легкой худобы. Густые темные волосы по-прежнему собраны в два низких хвостика, перетянутых на уровне шеи, и только длинные прямые пряди спадают на виски. Усмешка та же самая, совсем не девичья, вызывающая острое желание проверить карманы – на месте ли кошелек и часы? А главное – малахитово-зеленые глаза тоже прежние, вечно улыбающиеся за линзами овальных очков в тонкой серебряной оправе. И привычка одеваться по-мужски никуда не делась: сейчас на сыскном агенте были черные брюки навыпуск, туго подпоясанные офицерским ремнем с литой пряжкой, серая рубашка с жестким воротником и легкая жилетка, едва прикрывающая лопатки. Вообще местные девушки часто носили узорчатые жилеты с платьями, но эта была именно от мужского европейского костюма. Не удержавшись, Николай бросил взгляд на вешалку в углу – как и следовало ожидать, на ее крючках висели шляпа с узкими полями и коротенькая летная курточка. Следы от споротых знаков различия на воротнике и рукавах последней давно изгладились, однако Дронов побился бы об заклад, что это та самая куртка, в которой Настя была при их первой встрече. И шляпа та же, хоть перо уже не серое, а, в тон самой шляпе и куртке, светло-коричневое…

– Ну как, шок прошел? – осведомилась девушка. – Говорить можете?

– Ага. – Николай спохватился, что молчит уже добрую минуту, и постарался поддержать полушутливый тон хозяйки кабинета. – И даже хочу, хоть и устал страшно. Сколько мы не виделись?

– Хм… – Агафьева отступила на шаг и почесала кончик носа в деланой задумчивости. – Сейчас у нас апрель четырнадцатого, тогда был август двенадцатого… Двадцать месяцев, выходит, знакомы. Ровно двадцать. – Она чуть наклонила голову и хитро глянула на него поверх овальных линз. – Немало, а? Может, уже перейдем на «ты»?

Капитан открыл было рот, чтобы уточнить: они не двадцать месяцев знакомы, а были знакомы двадцать месяцев назад, разница велика… И приличные люди с девушкой так просто на «ты» не переходят, даже если она служит в тайной полиции государя… Но вместо этого хмыкнул:

– Договорились. – И после новой паузы опять улыбнулся: – Я… рад тебя видеть, Настя. Честно.

– И я тебя. Хочешь верь, хочешь не верь… – Анастасия Егоровна вернулась за стол и сделала приглашающий жест. – Садись, побеседуем.

– Так, значит, это ты меня вызвала? – Дронов послушно опустился на предложенный табурет.

– Я, – ответила Настя, дописывая что-то на лежащем перед ней листе. Закончив, протянула бумагу мужчине. – Поставь подпись.

– А что это? – Капитан принял листок, прочел заголовок. Удивленно вскинул брови.

– Да, – кивнула девушка. – Подписка о неразглашении. Всего, что ты можешь узнать, работая вместе со мной.

– Так… ты опять что-то у нас расследуешь? – догадался Николай, пробегая взглядом ровные строчки на желтоватой бумаге: даже при плохом освещении агент писала очень мелко и убористо.

– Хуже. – Настя облокотилась о столешницу, сплетая пальцы перед лицом. Очки сверкнули, на миг потеряв прозрачность. – Я теперь здесь работаю на постоянной основе.

– То есть?

– С сегодняшнего дня в Пишпеке открыт филиал Особой экспедиции Третьего отделения, – пояснила девушка. – И мне поручено его возглавить.

– Ух ты! Поздравляю, – искренне сказал Дронов, отрываясь от чтения. – Так ты теперь не простой сыскарь, а большая начальница?

– Ну, как большая… – не меняя позы, пожала она плечами. – Видишь эту комнату? Все имущество филиала находится в ней.

Николай еще раз огляделся. Стол, светильник, прежде замеченная вешалка, табурет, стул, на котором сидит Настя, грубо сколоченный шкаф, протертый до дыр войлочный ковер на полу, заклепанный обрубок трубы, торчащий в углу вместо почтового терминала… И голые стены.

– Негусто, – признал он.

– Более того. Перед тобой сейчас ровно половина личного состава отдела. – Она прижала ладони к груди, как бы представляясь. – Помимо кабинета, в моем распоряжении аж целых пятьсот казенных рублей и один сотрудник.

– Телохранитель?

– Если бы. Ученица-стажерка. Навесили перед отправлением… Сейчас она в архиве коменданта, позже познакомлю.

– Тоже ведь неплохо. – Офицер все же сдержал улыбку, пощадив чувства собеседницы. – Раз тебе поручают воспитывать стажеров – значит, признают твои опыт и мудрость.

– Угу… – Настя прокашлялась в кулак и вдруг произнесла незнакомым мужским голосом: – «Она такая же бестолочь, какой была ты десять лет назад. Вы поладите».

Дронов видел этот трюк прежде, когда при первой встрече агент виртуозно воспроизвела речь полковника Эйммермана, корпусного командира. Потому в ответ он лишь сочувственно кивнул:

– Ясно тогда, зачем я тебе понадобился…

– Надеюсь на всестороннее сотрудничество, – подмигнула Настя, откидываясь на жесткую спинку. – В прошлый раз вроде неплохо получилось, а?

– Неплохо, так что можешь на меня рассчитывать. – Дронов наконец взял перо и поставил подпись внизу документа о неразглашении.

– Этого достаточно, – улыбнулась девушка, не разжимая губ. Вышло почти мило. Николай уже успел привыкнуть к тому, что обычная улыбка Анастасии Егоровны больше подходит опереточному злодею, однако каждый раз, видя ее, все равно ощущал на спине холодные мурашки. – Поговорим о деталях завтра?

– Почему же, – поднялся капитан. – Можно и сейчас. Только, с твоего дозволения, в другом месте. Более приятном…


– Потрясающе, – выдохнула Настя, придерживая наброшенную на плечи курточку. Солнце уже скрылось, оставив на западе золотую полоску вдоль горизонта, и в глиняном Пишпеке было прохладно. – Вот уж чего не ожидала увидеть в крепости…

Персики и абрикосы цвели вовсю, и маленький пруд, вокруг которого они росли, был густо усыпан опавшими лепестками – белыми, розовыми… Легкий ночной ветерок, всегда поднимающийся после заката, качал их на едва заметных волнах… А между тем располагалось это чудо в двух шагах от торговых рядов, вплотную примыкающих к воротам. До внешней стены было рукой подать.

– Хокандцы – жители Ферганы, привыкшие к фруктовым садам, – сказал Николай, косясь на девушку. Хоть по женским меркам Настя и была довольно высокой, драгунский капитан превосходил ее ростом на целую голову. – Кусочек этих садов они принесли с собой… Ну а мы оставили все как есть.

С минуту они молчали, стоя плечом к плечу и слушая, как журчит канальчик, питающий пруд свежей водой. На стенах перекликались часовые, зажигались сторожевые огни, а в темнеющем небе проблескивали первые звезды. Со стороны купеческих лавок доносились голоса и скрип тележных колес – торговцы закрывали свои заведения на ночь.

– Ладно, – не без сожаления вздохнул Дронов. – Пора и к делу.

– Как скажешь. – Девушка сошла с земляной площадки, на которой они стояли, и присела на ее край, вытянув ноги к воде. Николай, не колеблясь, опустился рядом.

– Так какой помощи ты от меня ждешь? – поинтересовался он. – Конкретно?

– Ну уж не филерской, – хмыкнула Настя. – Охрана и консультация по местным вопросам. Если мне потребуется иметь дело с местными жителями или арестовать кого-то… Ну и, может, еще что-нибудь… Пока даже и не знаю. – Агент вздохнула. – Пойми, я тут совершенно одна и не могу разорваться на десять маленьких Настенек. А стажерку сама к серьезному делу не подпущу, рано ей. Она очень хорошо умеет влипать в неприятности, не хуже меня. Только выбираться из них самостоятельно еще не научилась. Ты представляешь, пока сюда добиралась, поездом и дирижаблем, мне трижды приходилось ее буквально за шиворот…

– Э… Кхм… А как насчет военной контрразведки? – осторожно перебил Дронов сыщицу. – У нас же есть при штабе служба, неплохо налаженная, с агентурой.

Девушка медленно сняла очки и, держа их за дужку, близоруко щурясь, глянула офицеру прямо в глаза. Спросила скептически:

– Как, по-твоему, в армейских службах относятся к Третьему отделению?

Дронов промедлил с ответом – он рассматривал тонкий шрамик на правой скуле Насти. Белесая полоска шла от крыла носа к уху, аккурат под нижним краем очков. Эту отметку девушка заработала в прошлое их совместное приключение – и отнеслась к ней с поразительным пренебрежением. Тогда она уверяла, что шрам затянется без следа, но, очевидно, ошиблась…

– Эй!

– Ох, прости. – Отогнав несвоевременные воспоминания, капитан собрался с мыслями и хлопнул себя по лбу. – Ну я и дурак…

– Вот именно, – кивнула Анастасия, надевая очки. – Это лично ты со мной давно знаком, а вообще в армии нас не любят. С разведслужбой же и вовсе прямая конкуренция… Формально они должны мне помогать, но мне-то помощь будет нужна реальная. К тому же мы вряд ли будем с ними часто пересекаться. Напомню – мне здесь велено создать не просто филиал Третьего отделения, а конкретно – Особой экспедиции.

– Ага, и значит…

– Значит, войсковая контрразведка может и дальше ловить шпионов и дезертиров. Меня же интересуют в первую очередь… пришельцы с той стороны зеркала. – Девушка запрокинула голову, чтобы посмотреть на звезды, и линзы ее очков ярко сверкнули.

Над крепостью серебряной ханской монетой висела полная луна…

Глава 2

– Итак, господа, прошу любить и жаловать – Саша. Моя ученица и, можно сказать, протеже. – Анастасия Егоровна, улыбаясь, приобняла за плечи стоящую рядом с ней крошечную сероглазую блондинку. Настолько маленькую и тоненькую, что даже возле хрупкой Насти она казалась миниатюрной. Примерно как сама Настя – на фоне здоровяка Дронова.

– Польщен знакомством, – кивнул Николай, глядя на начинающую сыщицу с высоты своих двухсот двух сантиметров. На вид ей было лет семнадцать. Метра полтора ростом, золотые волосы стрижены под каре. Одета в дамский охотничий костюм темно-коричневой замши, на ногах сапожки из тонкой дорогой кожи, на поясе – щегольская кобура, подвешенная у бедра, а не у талии. Аскетичных замашек наставницы стажерка явно не разделяла. – Я – капитан Дронов, Николай Петрович. Можно просто – Николай. А вы, значит, Александра?..

– Александровна. – Девушка попыталась высвободиться, но Агафьева лишь крепче ухватила ее и притянула к себе, прижав к боку. – Анастасия Егоровна, прекратите!

– Это ты прекрати. – Госпожа сыскной агент с усмешкой похлопала стажерку по плечу. – Если я здесь Настя, то и ты будешь Саша. Иначе глупо выйдет, верно? Я же старше.

– Верно. – Девушка понурилась.

– К тому же я хочу, чтобы вы с Николаем и его людьми подружились. Так намного проще будет работать.

– Ну, я уверен, проблем не будет в любом случае, – заверил Дронов, и собранные им для выезда солдаты одобрительно загудели. Учитывая, что большинству из них Саша как раз годилась в дочери, а паре новобранцев – в невесты… Интересно, в штабе Третьего отделения рассчитывали на такой эффект, когда посылали основывать филиал двух девушек?..


После вечернего разговора они с Настей расстались далеко не сразу. Несмотря на усталость, капитан вызвался проводить гостью до апартаментов – не столь из галантности, сколь из желания подольше быть рядом с ней. Еще с первой их встречи, такой недолгой и давней, сыщица вызывала у Николая какое-то удивительно теплое чувство, совершенно не похожее на банальную увлеченность. Общаться с Настей было просто… приятно, иначе и не скажешь. Так что офицер искренне обрадовался, когда она согласилась.

А идти оказалось неблизко. Приезжей сыщице выделили глинобитный домик аж за крепостной стеной, в ремесленном поселке, где жили в основном кузнецы, гончары и немногочисленные местные землепашцы. Они мало участия принимали в готовящихся грандиозных стройках, затеянных пришлыми военными, потому жизнь на кривых улочках текла несуетливая и размеренная, не то что в самой крепости. Наверное, комендант Пишпека пытался таким образом хоть на ночь убрать служащую охранки из своих владений, чтобы не вертелась поблизости. Домик, впрочем, был добротным и просторным, даже обставленным кое-какой мебелью – в центре единственной большой комнаты стояли круглый дощатый стол и три глубоких плетеных кресла, у стены высился пустой стеллаж. К этой комнате примыкали кухня, прихожая и закуток с кроватью, снабженный занавеской. Не хватало разве что ванной комнаты, но, учитывая отсутствие в Пишпеке водопровода, это не удивляло – для поддержания чистоты при гарнизоне имелись бани, а в кухне Дронов приметил большущий умывальник. На опрятно застеленной кровати валялись не разобранные пока вещи хозяйки – всего-то пара седельных сумок да солдатский заплечный мешок. Вряд ли Насте требовалась помощь, чтобы их разобрать, однако выгонять капитана сразу она не стала – усадила его в кресло, зажгла на столе свечи и скрылась на кухне, пообещав заварить чаю, если найдет дрова и воду. Ожидая ее, Дронов на мгновение смежил веки…

Когда он вновь открыл глаза, Настя сидела напротив, закинув ногу на ногу и сложив ладони на колене. И улыбалась. От неожиданности Николай вздрогнул:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7