Руня.

Лесной приют. Сказки для всей семьи



скачать книгу бесплатно

Иллюстратор Руня


© Руня, 2017

© Руня, иллюстрации, 2017


ISBN 978-5-4483-3471-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Люди, звери, птицы, растения чаще чем вещи, нуждаются в том, чтобы их подобрали, починили, нашли им место и простили, никогда никого не выбрасывайте…»


Одри Хепберн


Берегите друг друга


– Там зайцы косят траву, доят коров и дают собакам молоко.

– Всем дают, и котам тоже.

– И кашу каждый день.

– И масло с хлебом.

– И яйца.

– И оладьи.

– И никогда никого не выбрасывают.

– Да замолчите вы или нет. – Одноухий серый пес, вожак стаи, остановился.

Печально покачал головой. Собак и кошек становилось все больше. Некоторые начинали собачиться и шипеть. Приходилось повышать голос.

– Послушайте меня, братья и сестры.

– Какие мы тебе сестры, – прошипела рыжая кошка.

Но тут же, притихла, съежившись под строгим взглядом Одноухого.

– Если мы будем ссориться, собачиться и шипеть друг на друга, мы вряд ли дойдем до Алазара.

– А хоть кто-нибудь дошел? – Пискнул хромой котенок с поломанным хвостом, плетущийся в самом конце стаи.

Котенка нашли на помойке. Люди поигрались и выбросили. Одноухого пса хозяева вывезли подальше от дома и оставили на дороге, тогда у него еще были оба уха. Каждый в этой странной стае хранил свою историю. Забытые или брошенные звери бежали от голода, человеческой жесткости и равнодушия к заветной мечте. Бежали по ночам, вдоль моря. Иначе отловят и в живодерню. На берегу звери приободрились. Тепло, живность водится. То краб, то рыбка попадется, упущенная зазевавшейся чайкой. А если повезет, можно наткнуться на остатки пиршества отдыхающих: подсохший хлеб, таранка, картошка, печенье, чипсы, конфеты и мясные сладкие косточки.

– Нас стало слишком много и мы заметны, даже ночью. – Одноухий разделил стаю на три части, в каждую назначил старшего.

– Встречаемся у Небесного перевала.

Добравшись до Небесного перевала, вожак еще долго вглядывался в ночную тьму, ожидая, может кто, отстал или заблудился. Ждал до последнего. Вдали показалась странная горбатая фигура на четырех лапах. Стая насторожилась. Фигура приблизилась, хромой котенок с поломанным хвостом ехал верхом на овчарке.

– Лайма, – спасибо. – Одноухий дружелюбно лизнул овчарку.

– К чему эти мерехлюндии, – Лайма нахмурилась, – там еще шестеро отстали, нужно за ними вернуться.

Одноухий послал самых сильных и выносливых собак.

– Главное, успеть до рассвета.

Посланцы вернулись быстро. Стая собралась на высоком крутом берегу Синего утеса. Чуть поодаль сияла Голубая гора. Звери притихли.

– Слушайте меня. – Твердо и строго пролаял Одноухий. – Когда развернется рассвет, прыгаем по моей команде.

Смотреть только в небо.

– А что будет, если посмотреть вниз?

– Что будет, что будет? Кишмиш из тебя будет. – Огрызнулась Лайма на любопытного новичка.

– Посмотрите, испугаетесь. Упадете в море и разобьетесь о камни. Понятно?

Все кивнули. Многие уже совсем отощали, кожа да кости. Хотя Одноухий и старался равномерно распределять добычу, звери голодали. Кошки ловили бабочек, мышей, находили гусениц и червяков, таскали яйца. Собакам жилось труднее. Кошки делились с собаками своей добычей, но те поначалу гордо отказывались от личинок и мышей. Но потом с благодарностью начали принимать угощение. Каждый делился, чем мог.

– О-хо-хо-нюшки. Ой, ой! Я боюсь. Мы все разобьемся. – Жалобно запищал хромой котенок и попятился назад.

– Уж лучше разбиться в полете, чем умереть на помойке. – Рыжая кошка гордо шагнула вперед и подтолкнула малыша к краю обрыва. – Смотри на небо, вверх и представляй, что у тебя есть крылья.

– Эт-т-т-то к-к-как?

– Как у воробья.

– Может, как у орла?

– Воробей для тебя пока в самый раз.

– Пора. – Пролаял Одноухий.

На рыбацком судне заметили стаю и подплыли ближе.

– Что за чудеса? – Протер глаза помощник капитана.

Люди взяли бинокли. Собаки и кошки самых разных мастей и пород, летели с крутого берега прямо на камни, выступающие из воды. Но у самых камней все вдруг растаяли, растворились в алом зареве рассвета. Ловко и бережно Вселенная подхватывала зверей небесными ладонями.

– Массовая галлюцинация. – Подытожил капитан. – После бессонной ночи, что угодно почудится.

– Но почему собаки и кошки, и именно здесь? Именно сейчас, в это же время и на этом же месте? – Бормотал себе под нос помощник капитана.

– Что вы там шепчете, Сергей? Молитесь, что ли?

– Олег Максимович, дед рассказывал, как видел примерно в этом месте, в это время и в этот день, то же самое, только шестьдесят лет назад. Я еще посмеялся над ним.

– То есть двадцать пятого апреля на рассвете?

– Совершенно верно.

– И ты хочешь сказать, что собаки и кошки приходят сюда со всей страны специально, чтобы попрыгать с обрыва?

– Да ну, вас. Вам бы все шутки шутить.

– А вам бы все сказки сочинять. Идите лучше, проверьте состояние судна.

1. Алазар

«Тайна любви к человеку, Земле, природе, зверю или птице, цветку, дереву, самому малому жучку или бабочке начинается в тот момент, когда мы смотрим

на них без желания ими обладать,

без желания над ними властвовать,

без желания, каким бы то ни было

образом воспользоваться,

– только глядим и изумляемся

той красоте, что нам открылась».

Митрополит Сурожский Антоний


Все звери уже через несколько мгновений стояли у чудесного прозрачного лесного озера. Колоски подорожника в высоком разнотравье тихо качались у берега. Дивные рыбы поднимались из глубины поглазеть на Белый свет и новых пришельцев.



Лесное озеро в обрамлении высоких деревьев – драгоценный камень Алазара. На зеленых берегах время остановилось и превратилось в янтарный мед, густой и тягучий. И плавно течет, струится, лишь в одном ему ведомом измерении. В озере – солнце и небо, и рыбы, как диковинные птицы, плещут плавниками-крыльями.

Изумрудная зелень леса. Высоченные стройные сосны и ели, подобно корабельным мачтам устремляются в небо. Им вдогонку тянут ветви нежные березы, кивают густыми зелеными шапками. Небо высокое и просторное, льется синевой в самую душу. Наполняет сердце удивительной свободой и щемящей, почти щенячьей нежностью. Захватывает дух, и слезы наворачиваются на глаза. Благодарность за красоту, свобода, счастье бытия на Земле – вот чем полнится сердце в Алазаре.

Алазар в обрамлении лесов и гор – дивный цветок Земли. Алазар надежно спрятан – вокруг горные кручи, покрытые лесами. За ними, чуть выше, второе кольцо охраны – гряда гор. Каменные стражи в снежных шапках строго, но с любовью смотрят на Алазар. И клубятся, клубятся туманы в вышине, сворачиваясь в облака.




 
Алазар
Цветок сокрытый в чаше горной,
Родник живительный, проворный,
Лесная чаща, солнца луч,
Цепь водопадов, горных круч.
Лесное озеро прозрачное,
Здесь все так ясно и так значимо.
Поют ветра, звенит гроза,
Сияют звезды – АЛАЗАР.
 

– Я сплю. Ущипните меня. – Лайма с удивлением озиралась по сторонам.

Воздух свеж, кристально чист, пропитан запахами трав, горных водопадов, рек и ручьев. Его хочется есть. Им трудно насытиться в первые мгновения. Зато чуть позже легкие очищаются и расправляются как крылья. И ты …летишь. Паришь над землей, вопреки законам притяжения и силе гравитации. Очень просто, шаг, еще шаг, прыжок – поле-те-е-ел. Приземлился. Опять шаг, прыжок, полетел. Можно летать дальше и выше, но страшновато поначалу. Лайма углубилась в лес, и Седой хотел быстро ее догнать. Но, сделав пару шагов, улетел совсем в другом направлении.

Звери кувыркались в воздухе. Кто-то визжал от удовольствия, а кто-то от страха. Белки от смеха посыпались с деревьев. – Эй, осторожнее. Чтобы ходить по земле, косолапьте, поверните лапы внутрь. Захотите взлететь, наоборот, лапы кнаружи и прыгайте. Управлять просто, главное —выбрать правильное направление.

В Алазаре все живут без ссор. Буйволы дружат с коровами. Зайцы с белками, а кабаны и лисы сами по себе. Беззащитные косули и доверчивые олени резвятся на лесных полянах. До чего хорошо здесь зверушкам и птицам! Травы, ягоды, грибы, чистая вкусная водица.

Снуют по своему сусличному городу суслики, меж норами и тайными ходами. Суслики караульщики стоят по стойке смирно на задних лапах и внимательно смотрят по сторонам, наблюдают и охраняют.

За сусличным поселением – березовая роща. Настоящий белоствольный храм. Стройные сильные деревья соединяют небо и землю.



Ровные стволы образуют длинные светлые, уходящие вдаль коридоры. Лазурный купол. Густой зеленый ковер, трава колышется у пояса. Птицы летают почти над головой. Ежики смешно фыркают и после ежиного приветствия разбегаются по своим делам.

Щебечут щеглы и канарейки. Заливается трелью соловей. Порхают разноцветные бабочки, жужжат шмели. Пчелы деловито собирают нектар. Чуть позже крылатые труженицы вернутся с добычей в ульи. В укромных уголках свершится пчелиномедовое таинство, сладкая алхимия и появится ароматный мед.

Из пышных зеленых зарослей показались зайцы. Длинноухие прыгали на задних лапах и несли глиняные кувшины с молоком. Их виртуозно обучили этому гуру кенгуру. Даже с полными кувшинами зайцы умудрялись зажигательно выплясывать заячью джигу-прыгу. И-и-эх! Ноги сами пускались за ними в пляс.

 
– Джига-джига. Джуска прыга.
Джига-джига, отжигай.
Лапы выше поднимай.
Харла Мурла Хримла Брай.
 

Следом скакали белки и тащили орехи. Медведи везли тележки с ароматным хлебом, булками и пряниками. У голодных зверей от запаха еды закружилась голова.

– Ешьте понемногу, а то живот заболит. – Пробасил медведь и ласково подхватил хромого котенка. – Экий, махонький.

Но тут же, брезгливо отшвырнул в сторону. Малыш кишел блохами.

– Извини, друг, но ты такой блохастый. – Растерялся косолапый.

– Поправимо. – Вперед вышел милый, хорошенький ежик в круглых очках.

Мордочка умная, интеллигентная. Иголочка к иголочке, чистенький, аккуратный. Вылитый отличник. Еж заговорил толково и складно. Все сразу притихли.

– Первым делом, в карантин.

– Слушаемся, Профессор.

Густая лесная чаща надежным кольцом окружает Лесной приют. Пьянят ароматы трав и свежескошенного сена. Алые маки яркими вспышками проглядывают сквозь густую траву.



Звезды васильков и солнечные ромашки колышутся в золотых полях. В реках и озерах отражаются лазурная синева небес и кудрявые облака. Кажется, небо спустилось на землю, а земля поднялась в небеса.

Облака озорники с большой фантазией копируют вновь прибывших. Одноухий в облачном исполнении превратился в единорога.

Бабочки притворяются цветами, цветы бабочками. Дрожит на ветру прекрасный бутон, но стоит лишь прикоснуться, лепестки разворачиваются, превращаясь в чудесные яркие крылья, и бутон взмывает в небо.

Красота красотой, а чистота на первом месте. Блохи-то совсем обнаглели. Верхом в Алазар приехали, кровь пили, по блошиному говорили. И теперь страшно воображали, строили из себя журналисток и артисток.

– А как насчет «противоблошиного» отвара из тридцати трех трав?

– Мы вас плохо «понимайт», – жеманно поводили лапками блохи.

– Может, вам еще и трап подать? Что ж, мы вас предупредили. – Ежик махнул рукой, и белки раздали «противоблошиное»средство.

Звери хорошо вымылись и натерли друг друга сильно пахнущей жидкостью.

– Подумаешь, какие чистюли. Беспредел. Порядочным девушкам жизни нет. – Возмущались блохи.

Бросали багаж, поспешно прыгали на землю и удирали в разные стороны.

– Подождите, красавицы, у нас и для вас полезные дела найдутся.

Блох собрали в банки и отправили в карантин, к муравьям на перевоспитание.

С гомоном и гамом на лужайке появились дети с луками, рогатками и самодельными копьями. Некоторые плохо ходили или ехали на инвалидных колясках. Но стоило лишь приподняться, чуть оттолкнуться от земли и словно крылья вырастали за спиной. Дети ловко подпрыгивали, зависали в воздухе и на деревьях. С наслаждением парили и выписывали самые невероятные фигуры.

Из леса выбежал табун лошадей. Дети плавно приземлились прямо им на спины. Кони явно радовались своим хозяевам и резво гарцевали. Кошки и собаки бросились в рассыпную.

– Стойте, чего испугались? Они тоже отказные. – Поднял лапы Профессор.

– Разве дети бывают отказные?

– Бывают. – Словно эхо отозвалась маленькая, худенькая девочка с мелкими шрамами на лице, приземлившись рядом с Лаймой.

– Сразу видно, от гнилой яблони яблочко. —Послышался чей-то ехидный голос.

– Кто это сказал? —Рявкнул Одноухий. – Тогда вы и все ваши хозяева такие. Ты вот, чья? – Вожак ткнул лапой в первую попавшуюся облезлую кошку.

– Мой хозяин умер.

– Ты?

– Родился в подворотне. – Гавкнул черный щенок.

Одноухий подошел к детям.

– Ты?

– У меня мать с отцом пили, я сам из дома ушел.

– Ну, вот, а сказали все отказные. А тут и беглецы есть, оказывается. – Проворчала Лайма.

– Моя мама слабой оказалась и ее обманули. – Маша решительно вышла из толпы.

– Тоже пила?

– Нет.

– Наркоманка? – Вопросы посыпались как горох.

– Нет.

– Так почему, почему она тебя бросила? Как ее звали?

– Нина.

– Кто она? Кем работала?

– Уборщицей.

– Она умерла?

– Нет.

– Расскажи, расскажи нам про Нину.

Все и дети, и звери, столпились вокруг Маши. Коней напоили и накормили.


2. Про Нину

«Мы все думаем, будто знаем, что такое любовь, и умеем любить. На самом деле очень часто мы умеем только лакомиться отношениями».

+

«…единственный способ возродить человека, единственный способ дать человеку возможность раскрыться в полноте – это его любить;

любить не за его добродетели, а, несмотря на то, что он не совершенен, любить не за что-то, а просто потому, что он человек, и потому, что человек так велик

и так прекрасен сам по себе».

Митрополит Сурожский Антоний


– Мы родом из провинции.

– Нашла чем удивить. Тут все родом из провинции.

– Тише.

– Нина родилась поздно. Роды были тяжелые. Девочке поставили при рождении диагноз умственная отсталость.

– Дурочка?

– Я ж говорил, больная.

– Или вы замолчите, или…

Звери притихли.

– Учеба давалась трудно. Мама Нины (моя бабушка) забрала ее на домашнее обучение. Когда Нине исполнилось 12лет – мама умерла. Нину приютили старшие сестры, сначала одна, потом другая. Но девочка всем мешала.

– Лишний рот.

– По углам горе мыкать, знамо дело.

– Дворняжка, одним словом.

– Молчать и слушать, если спросили. – Под строгим взглядом вожака гвалт прекратился.

– В 16 лет Нина стала жить одна в квартире мамы, доставшейся ей по наследству.

– Крыша над головой, свой угол. Здорово. – Опять одобрительно загудела толпа.

– Утроилась на работу уборщицей. Работала и жила, сама себя содержала. Кошка у нее была – Сима и собака Жулька.

– Я в Калуге жил с дворничихой, тоже хорошая женщина была. Даже сосиски мне покупала с зарплаты. —Вздохнул лохматый пес по кличке Седой. – А потом у нее сын погиб, на машине разбился. У дворничихи сердце заболело, инфаркт. На скорой увезли и все.

– Что все?

– Неделю ждал, так и не вернулась.

– Однажды Нина повстречала добрую женщину. – Продолжила Маша. – Мама всех называла «добрые люди».

– Как Иешуа, в «Мастере и Маргарите». – Вставил Седой.

Уж очень хотелось подзаборному и бездомному, беспородному псу блеснуть эрудицией, выделиться из толпы.

– И откуда мы только такие образованные? – Фыркнула Лайма.

– У меня первый хозяин студент филфака был.

– Да я гляжу, ты бывалый. Его тоже скорая увезла?

– Не-а. Женился. А жена меня выгнала.

– Бывает.

– Женщина сказала Нине, что можно продать эту квартиру и купить другую, в Москве. А в Москве, мол, все живут хорошо. У Нины в Москве где-то жила тетя. Моя мама написала доверенность на продажу квартиры. Знакомая квартиру продала, получила деньги. И сразу занялась организацией поездки.

– Дорогая моя, я тебе и в Москве во всем помогу. Только в один вагон билетов нет, едем в разных. – Объяснила маме знакомая.

– Уж точно, дорогая. —Опять заметила Лайма. – Квартиру то прикарманила. Развела по полной программе. У твоей мамы, наверное, все люди добрые и хорошие.

– По приезду в Москву мама и эта женщина договорились встретиться у памятника на вокзале. Нина прождала у памятника до вечера. Но женщина как в воду канула. Так Нина очутилась одна в чужом городе, без денег и прописки. Всю еду, какая с собой была, отдала кошке с собакой.

– Она их с собой в Москву потащила?

– Конечно. Устроилась посудомойкой в кафе. Там же и ночевала. Жулька и Симка поселились в подвале дома по соседству. Мама их кормила. Потом познакомилась с парнем, влюбилась. Парень жил с родителями. В скором времени Нина забеременела. Родители парня их выгнали. И они начали скитаться. То одни приютят, то другие, а на дворе – зима.

– А Симка и Жулька?

– С ними, с ними.

– Три зимних месяца питались мороженой картошкой и морковкой, нашли в каком-то погребе. Да кошка с собакой птиц приносили на бульон. За два месяца до родов Нину с мужем приютили алкоголики. Я родилась весной, очень слабой и маленькой. Но меня у мамы сразу забрали, в органах опеки узнали, с кем и в каких условиях живет моя мама. Мама сразу побежала в органы опеки. Но ей сказали, ребенка отдадут, только когда будет прописка. Вот и все.

– А кто тебе все это рассказал?

– Мама. Она в дом ребенка постоянно приходила.

– Ты ей веришь?

– Верю. Только она наивная очень. У нее действительно все люди добрые. Даже та тетка, что ее обманула, и жизнь искалечила. Она уверена, что с ней просто что-то случилось.

– Ну, предположим, жизнь мы сами себе калечим. Нечего было влюбляться в первого встречного и всякие там мерехлюндии разводить. Вернулась бы в свою провинцию и определилась там. Где родился, там и сгодился. Нет, всем Москву подавай. – Лайма подошла ближе. – А ты здесь как очутилась?

– Меня удочерить хотели, а я убежала.

– Ну и дурочка, жила бы, как у Христа за пазухой.

– А ты была в этой пазухе? Хорошо там, где нас нет. Меня иностранцы удочерить хотели. А это значит, я маму больше никогда не увижу. Я в России жить хочу. Здесь моя Родина. Только ты сам можешь сделать лучше и свою жизнь, и свою страну. Вот вырасту, выучусь на звериного доктора, поеду в эту Москву, и такие-е-е деньги буду зарабатывать. Сразу себе и маме квартиру трехкомнатную куплю. И машину, и одежду, и еды много вкусной.

– Ага. Только лучше сразу дом на Рублевском шоссе. Ты знаешь, девочка, сколько квадратный метр недвижимости в Москве стоит?

– Трогательная история, но солнце уже садится. Пройден долгий путь, пора и отдохнуть. – Одноухий вопросительно посмотрел на Профессора.

На ужин зайцы принесли молока и хлеба. Медведи потчевали всех чудесными пряниками, куличами и медовыми коврижками. Потом подали запеченную рыбу с травами и кореньями. Уха и шулюм в котелке, и костер до утра.



И старинный самовар на еловых шишках с длинной трубой. Дымит, пыхтит, как заправский паровоз.

Впервые после долгих дней и ночей беглецы уснули беспробудным сном.

Маша взяла Хромыша на руки. С нежностью и любовью прижала к себе, погладила.

– За что? – Вздрогнул котенок. – За что ты меня гладишь?

– Просто так. – Улыбнулась девочка. – Разве это нужно делать за что-то? Мне хорошо от того, что хорошо тебе.

– А, может, тебе что-то от меня нужно? Но у меня ничего нет. Блохи были …раньше. Но они ушли.

– Мне нужно чтобы ты успокоился и поспал.

Согревшись, котенок уснул. На рассвете Хромыш проснулся от ласкового прикосновения и тихонько замурлыкал от счастья.

– Где я? – Прошептал малыш, боясь открыть глаза.

Восхитительно пахло молоком и свежим душистым хлебом.

– Алазар, дружок. Ты в Алазаре. – Над ними стоял большой рыжий медведь и протягивал лапу. – Забирайся. Покажу тебе наши владения.

А уж, поверьте, было что показать. Бескрайние поля и леса. Сады и рощи. Ухоженные фермы и упитанные коровы. Аккуратные домики и теплые норки. И сады, сады с дивными плодами всех стран и континентов, и грядки с овощами невероятных размеров. Где из тыквы действительно можно сделать карету, а одним арбузом накормить человек пятнадцать. Помидоры размером с футбольный мяч и длиннющие огурцы в рост человека. Хурма, груши и яблоки, бананы и финики.

Ярко желтые дыни греют животы на солнце. Нежнейшие ароматные персики с розовыми щечками падают в руки. Гроздья винограда доверчиво скользят в корзины. Орехи сами сбрасывают скорлупу. И как волшебные шкатулки открываются кокосы.

По зеленым лесам и долинам текут, бегут горные реки с кристально прозрачной водой.



Вокруг камней и корней вода закручивается белыми барашками и с еще большим шумом бежит дальше.


3. Летающий водопад

А среди горных круч сияют водопады. Один из них – Летающий. Вода струится с гор и разбивается о камни в мельчайшую водяную пыль, рождая мириады искрящихся водяных брызг и радугу.





Косолапый с Хромышом топал по горной тропе. Следом карабкались дети. В гору идти трудно. Мишка развернул лапы кнаружи, подпрыгнул и взлетел. Дети подпрыгивали и тоже взлетали. Все так хорошо разогнались, что перелетели через целое стадо коров. Коровы пришли к горной реке на водопой и теперь жадно пили прохладную вкусную водицу, заедая сочной ароматной травой.

Порхая и прыгая, словно большой мохнатый шмель, медведь быстро добрался до Летающего водопада. Вздохнул, посадил малыша на камень и шагнул прямо в водяное облако.

– Всю жару и усталость как рукой снимает.

– И я, и я. Меня, меня возьми! – Завопил потрясенный Хромыш.

– И мы, и мы хотим. – Как крылатые мотыльки дети кружили над водопадами и с визгом пролетали сквозь ледяные струи.

Водопады, спускаясь с гор, устремляются в длинный, снежный туннель. Взбитая в белую пену вода безудержно ликует. Тело наполняется упругой силой. Струи воды полны пьянящей свежести.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

Поделиться ссылкой на выделенное