Руня.

Чудеса, случайтесь! Сказки для всей семьи



скачать книгу бесплатно

© Руня, 2016


ISBN 978-5-4483-2723-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Радуга сияет и переливается над площадью. Одна радужная нога упирается в Малиновую башню, вторая – в берег реки. Пройдешь сквозь Радугу, на лице и одежде надолго останется сияющий семицветный след.

Во время грибного дождя в четверг под Радугу ставят ведра, лоханки, корыта и бочонки. Теплые струи дождя ласково поливают Радугу со всех сторон. Радужные краски стекают вниз цветными лентами. Ленты раскладывают по цвету. Заливают родниковой водой и добавляют порошок фиалки, толченый корень крупеницы алой и лепестки василька.

Радужной краской красят ткани и игрушки. Рисуют картины и раскрашивают стены домов. Радужную краску на любую поверхность наносят всего лишь один раз, со временем живой цвет обновляется сам. Представляешь? Ни одной блеклой игрушки, ни одной облезлой стены. Только яркие и глубокие, сияющие живые цвета. Алые, голубые, розовые и оранжевые крыши. Изумрудные и белоснежные дома. Разноцветные одежды и шапочки. Золотые и красные башмачки.

Я с радостью каждое утро надеваю красные башмачки и бегу здороваться с Радугой. Встречаю Рассвет вместе с любимым щенком и родным котом. Пойдем со мной, мой милый друг.

Глава 1

1.1. Брюх Логрыз

– Цок, цок, цок. – Стучат копыта по мостовой. Маленькая лошадка везет тележку с корзинами.

– Динь. Динь. Динь-динь. – Звенят колокольчики на яркой попоне.

В корзинах – сдобные ароматные булочки. Аромат ванили и корицы витает вокруг и манит, манит. Пышные теплые булочки с хрустящей корочкой так и просятся в рот.

– Как сладко пахнет! – Оборачиваются вслед прохожие.

Лошадка доезжает до первой булочной, и румяная булочница снимает часть корзин. Тут же выстраивается очередь. Почтенный отец семейства покупает сразу дюжину булочек и ребятишки расхватывают их и уплетают прямо на ходу. А вот рыжий клоун на ходулях раскланивается с булочницей и «алле-гоп» спрыгнув с ходулей, кувыркается в воздухе. Получив свои булочки, клоун осыпает очередь разноцветным конфетти и, покачиваясь на длинных ходулях, уходит. Булочки вот-вот закончатся.

– Оставьте для Травинки. – Напоминает улыбчивый Зелюк в остроконечной серебряной шапочке.

– А может, и для Соринки, и для Пылинки оставить? – Рассерженно ворчит толстушка в сером платье. – Она их все равно котам и собакам скормит, а мы должны без булочек оставаться? И почему все вокруг так носятся с этой старухой? Ах, Полынка! Ах, Травинка! Противно.

– Да потому что мы ее любим.

– Потому что, позвольте вам напомнить, именно после ее появления все безымянные и никакущие стали Зелюками.

– И у каждого теперь есть имя.

– Я Владимир.

– Я Георгий.

– Пелагея, Катя, Ксения, Валерий, Матвей, Марк, Юрий…

Имена сыплются на женщину в сером платье со всех сторон как град. Вжав голову в плечи, жена бывшего главного Серла, бросается бежать, но сталкивается с Полынкой Травинкой.

Старушка только что подошла и заняла очередь, но все расступились перед ней.

– Ведьма, принесло же тебя на нашу голову. – Злобно прошептала женщина.

Но, тут же, испуганно замолчала и отвела глаза в сторону, поймав на себе чистый и добрый взгляд старушки. Все Серлы в королевстве знали, с Травинкой шутки плохи. Можно вдруг подобреть, забыть темные времена и самое ужасное, – можно даже вспомнить свое настоящее имя и полюбить.

Послышался страшный грохот, словно табун коней скакал по мостовой. Колокол Малиновой башни забил тревогу. Побледнела Радуга. Очередь бросилась врассыпную.

– А-а-а, так вам и надо. – Обрадовалась толстуха.

– Спасайтесь, кто может! Дрях Морес и Брюх Логрыз.

Брюх Логрыз, подпрыгивая на ножках-табуреточках, катил впереди себя коляску. Словно заботливая нянечка Брюх то и дело поправлял занавеску, размером с хорошую простыню. Коляска на большущих деревянных колесах, сделанная из огромной бочки, выглядела чудовищной, как и сама почти трехметровая «нянечка».

Прыг-прыг, прыг-скок. Прыгая по улицам, Брюх засовывал свои длинные уши в окна домов и вытягивал оттуда все, что мог проглотить.

Голос у Брюх Логрыза тоненький, писклявый. На розовом лбу всегда морщинки. Кажется, что Брюх обдумывает что-то важное. Широкий курносый нос-пятачок еле виден из-за толстых и круглых мясистых щек. Это единственное толстое место Брюха. Туловище и руки – тощие. Толстым брюхо Брюха становится лишь после того, когда он наглотается всего, что под уши попадет. Уши гибкие, сильные, словно хобот у слона. Резиново-тянучие, могут растягиваться на десятки метров. Брюх умело пользуется ушами и запихивает себе в рот съедобное и несъедобное.



Поедать людей Брюх Логрыз перестал давно. Случилось это после того, как обжора впопыхах проглотил девочку на Рябиновой улице. Девочка отважно брыкалась в огромном животе Брюх Логрыза. Так, что у того выступили слезы. Брюх Логрыз тогда лежал на городской площади и скулил как щенок. Серлы привезли доктора, иностранца. Тот аккуратно, чтобы не задеть малышку, просунул в рот Брюх Логрыза большущий зонд, потом лесенку и девочка выбралась. Зонд и лесенку Брюх Логрыз все-таки проглотил. И еще долго маялся животом. Но доктор наотрез отказался его лечить и тогда Брюх Логрыз в отместку съел все медицинские инструменты и лекарства, привезенные доктором.

1.2. Дрях Морес

Допрыгав до центральной площади, Брюх картинно и немного торжественно поднял занавеску и наклонил коляску вперед.

– Ваше Дряхлейшество.

Из бочки вывалилась серо-зеленая бесформенная масса, напоминающая желе.

– Хрым. Хрым. Серосырь вам в голову. – Захрипело желе, сотрясая улицу громоподобным голосом. Казалось, одновременно орет дюжина прокуренных пиратов.

– Серосырь вам. – Подобострастно запищал Брюх Логрыз, прыгая вокруг и сгребая желе в кучу.



Дрях и Брюх биотрансформеры. Если у Брюха трансформируются только уши, растягиваясь на десятки метров, Дрях Морес трансформируется весь. Пока перед бочкой все еще лежала бесформенная масса. Но вот постепенно показались ослиные уши, низкий лоб, переходящий в крупный нос, глаза, безгубый большой рот, длинный шейный вырост и короткая мощная щея. Последними появились руки и ступня.

Дрях Морес – серо-зеленый, гладкий и склизкий на ощупь, как улитка, размером с хорошую корову. Особые приметы – коричневые пятна на теле, сбоку на шее татуировка – иероглиф.

Внимание сразу приковывают руки Дрях Мореса. Словно кто-то решил пошутить и пристроил к чудовищу руки прекрасного принца. Длинные гибкие пальцы с ухоженными ногтями идеальной формы унизаны кольцами. Дрях знает, где красив и всячески это подчеркивает. Внизу туловище переходит в массивную ступню.

Вот это зрелище! Завораживает, как удав кролика. Наблюдать можно долго. Да только аттракцион опасен. Дрях Морес лишь делает вид, что беспечно охорашивается. В это время чудищ выискивает первые жертвы. Но и Зелюков теперь трудно застать врасплох. Все вооружены прочными широкими зонтиками. На головах серебряные шлемы.

1.3. Серая сырь

Дрях Морес напыжился, коричневые пятна покраснели.

– Тьфу. Тьфу. Гаркл. Смыркл. – Ядовитые слюни полетели во все стороны.

– Защищайтесь, серая сырь! Стена зонтов. – Командуют Зелюки.

Зонтики сомкнулись. Откуда ни возьмись, прямо под ноги Дрях Моресу выскочил котенок. Зелюки ахнули. А Брюх уже протянул к малышу свои уши. Вот-вот проглотит.

Полынка Травинка выбежала вперед и выхватила котенка прямо из-под ушей Брюха. Дрях Морес и Брюх Логрыз бросились на нее. Но Полынка спокойно протянула руку вперед. В руке старушка держала веточку с темно-синими колючками.

– Вокруг меня костяная стена, огненная река.

Сикусь-накось, выкось, брысь, Хырла-Мырла, берегись.

Дрях Морес и Брюх Логрыз зашипели и попятились назад. Ах, как хочется стереть эту убогую с лица земли. Да только «убогая» им не по зубам. В Серлии они были сильны, в Зелии все против них. Каждое растение здесь – друг Зелюков и Полынки Травинки. Деревья больно дерутся ветками. Цветы выпускают шипы. А корни то тут, то там подставляют подножки. Птицы и звери шпионят на каждом шагу и все доносят Зелюкам. Никакой жизни.

Дрях Морес, заскрипел зубами, захрипел и принялся плеваться еще сильнее. Но силы убывали, а туловище теряло форму. Дрях Морес таял, как снеговик и все сильнее оседал на землю. Брюх запищал, засуетился.

– Пора в коляску, ваше Дряхломорство.

Дрях еле забрался. Окинул площадь злобным взглядом и прохрипел.

– Серосырь вам в голову, мы скоро вернемся.

Зелюки осторожно выглянули. Серая сырь стекала с зонтиков и поражала все живое. Раньше это считалось смертным приговором. Но теперь, даже если вдруг на кого-то по неосторожности и попадала серая сырь, больного сразу везли к доктору. Доктора и целители Зелии, с помощью Полынки Травинки, давно научились лечить серую болезнь. Но все равно очень неприятно, когда по тебе, как плесень, расползается серая сырость. Пока от нее избавишься, чувствуешь себя как протухшая селедка в банке.

– Серосырь им в голову. – Хрипел Дряхломор в берлоге, ворочаясь с боку на бок. Досада и злость мешали уснуть.

– Ваше Дряхломорство… – Подлизывался Брюх Логрыз, обжоре опять захотелось есть.

– Чего тебе. – Рявкнул Дрях Морес так, что Брюх Логрыз отлетел к противоположной стене.

– Может, выйдем, прогуляемся? Жрать охота.

– Ненасыть. Серосырь тебе в голову. Отстань, я в злобе. Коплю силы и яд на этих тварей.

– Да сколько можно? У вас этого предостаточно.

Глава 2

2.1. Зелия. День Радости

А в это время Зелюки праздновали День Радости, приходившийся на каждый понедельник недели. Каждый день в Зелии теперь был похож на День Радости. Алые маки приветливо кланялись Зелюкам. Ясени, клены, стройные березы и нарядные рябины щедро дарили прохладу. Могучие дубы богатыри охраняли и защищали королевство. Ранним утром появлялась Радуга, целый день сияла и красиво таяла на закате. У радужных ног сидели фазаны и следили за порядком. Каждый охотник желает знать, где сидит фазан? Где? Конечно же, в Зелии – фазаны и важные павлины, нежные косули и робкие зайцы, премудрые лисы и проворные мыши. Птицы, звери, жучки и паучки, бабочки и мотыльки – все веселы, счастливы и здоровы. Деревья улыбаются. Цветы – дарят радость. Если на востоке и севере королевства наступала весна, то на запад и юг приходило лето. Зимы не было.



Каждый желающий мог полюбоваться на эту красоту. В Зелию приезжали жители соседних королевств. Приплывали на кораблях иностранцы из-за тридевяти морей. Радужную, прекрасную, зеленую и вечно цветущую Зелию рисовали. Под Радугой радовались и влюблялись. Композиторы, вдохновленные красотой Зелии писали такую проникновенную и вдохновенную музыку, что слышавшие ее становились светлее и добрее. Поэты слагали стихи, сочиняли легенды и баллады.

В День Радости на Радужной площади разворачивался цирк. Барабанщики били в барабаны. Трубачи трубили в трубы. Танцоры, жонглеры, клоуны на ходулях. Лошадки и карусели. Павлины и фазаны. Ученые коты и собаки-читаки. Мороженщики раздавали ванильное и шоколадное мороженое в кокосовых скорлупках. Лимонадники разливали лимонад из огромных бутылок, похожих на самовары с краниками. Все дарили друг другу подарки. Наряжались в маски и чудесные костюмы, и начинался карнавал. Радуга потягивалась во всю свою длину и причудливо изгибалась.

– Хоп-ля-ля! Чем тебе не американские горки?

– Что ты? Гораздо лучше! Зелюковские радужные.

Зелюки тащили к радуге разноцветные зуоки. Зуоки – большие плетеные шары с крышечками. Во время плетения, в зуоки вплетали как можно больше ярких веревочек, лент и лоскутков. Чем ярче – тем лучше. Внутри, по окружности – удобные сиденья. Зелюки карабкались на радугу по приставным лесенкам, устанавливали зуоки и забирались внутрь.

– Пристегнуть ремни!

Радуга радостно вибрировала и, в конце концов, превращалась в сплошную скользящую ленту. Зуоки скользили по радужной ленте все быстрее и на крутых виражах издавали звук, похожий на свист. То тут, то там, раздавалось веселое: «Фьюить. Фьюить». Слышался радостный смех и визг.

Зелюки веселились от души и работали на славу. Художники и музыканты, строители и земледельцы, инженеры и доктора, повара и портные, учителя и ученые, скульпторы и писатели. Все, за что они брались, приносило пользу и радость. Вскоре Зелия стала самым процветающим королевством. А Зелюки и природа Зелии – единым целым. Каждый листочек, каждая травинка, каждый зверь и птица, каждый камешек и капелька воды – верные друзья и защитники.

Серлы, глядя на это веселье, красоту и радость, завидовали страшной завистью.

– Кто бы мог подумать, это те самые безымянные и никакущие, что питались нашими объедками. – Злобно шептались они в своих больших пыльных серых домах.

Серлы вынашивали коварные планы мести и сочинили злобную поговорку: «Хочешь убить Зелюка, вначале убей его собаку. Сожги поле и лес вокруг. Вытопчи сад и расстреляй всех птиц». Они прекрасно понимали, что природа Зелии хранит и оберегает Зелюков лучше любой армии.

Зелюки с любовью возделывали земли Зелии. Каждое растение расцветало и росло во всем своем великолепии. Цветы, деревья, травы – трепетно прекрасны. Вкуснейшие плоды и овощи созревали в изобилии. Птицы, животные, насекомые – здоровы и счастливы. Казалось, что солнце, цветы, деревья, дождь, Радуга и радость жили здесь всегда.

2.2. Серлия. Горюшное поле

Но самые древние жители города: Медный Фонарь на городской площади и Колокол Малиновой Башни помнили темные времена Серлии. В темные времена по улицам ходили серые, голодные безымянные и никакущие. Месили грязь на серых темных улицах. Бросали прямо под ноги мусор и ворчали, ворчали, ворчали. Безымянные выполняли для злобных и жадных Серлов самые грязные и тяжелые работы. Плакали на Горюшном поле, вымаливая чужими молитвами жалкую жизнь. За подачки и объедки отдавали все – и жизнь, и свободу.



Ни травиночки, ни былиночки, какие уж там цветы и деревья. Бр-р-р. Тускло. Грязно. Серо. Собаки и облезлые коты, жались к грязным стенам домов. Если какой-нибудь кот или щенок, случайно попадались на глаза прохожим, – не жди пощады. На них сыпались удары и проклятья: «Дармоеды, уроды, прочь отсюда, самим есть нечего».

Но самое страшное для зверей и птиц – фургон Дядьки Никогда. Дядька Никогда появлялся сразу, стоило лишь сказать его имя вслух. А звучало оно часто.

– Наш город никогда не будет чистым. – Ныли безымянные.

– В нашем городе никогда не будут расти цветы и деревья.

– У нас никогда не будет хорошей погоды. Мы никогда не увидим солнца.

– Мы всегда будем нищими и жадными, безымянными и никакущими.

– Ни цветочка, ни листочка.

– Хлеб черствый. Каша пресная.

– Зажрались. – Кричали на горожан Суклы и Сварлы, помощники Серлов.

И кидали им прямо под ноги черствый хлеб и миски с серой похлебкой.

– Скажите спасибо, что каждый день у вас есть еда и крыша над головой.

– Брям, брям, – уныло и глухо бряцал Колокол Серо-Бурой Башни. Тускло светил грязный Медный Фонарь на городской площади. Чтобы держать безымянных в вечном страхе, Серлы натравливали на подданных чудовищ – Дрях Мореса и Брюх Логреса. Дрях Морес заражал всех подряд серой сыростью. Безымянные, пораженные серосырью со временем превращались в серую липкую грязь.

– Быдло. – Называли эту грязь Серлы.

Из липкой серой грязи, оставшиеся в живых, скатывали грязевые шары, расширяли и удлиняли стену вокруг Серлии. Грязевые шары быстро склеивались. Засыхая, становились крепче каменных. Стена росла вверх и вширь. Никто не мог войти или выйти из Серого города. Вход и выход был лишь у Серлов, через тоннель под Серой стеной.

Глубоко под землей безымянные добывали алмазы и золото. На золото и алмазы Серлы выменивали в других королевствах все, что им требовалось: продукты, инструменты, одежду, животных. Зачем возделывать землю, обучать земледельцев и других мастеров, если все можно купить, отобрать, украсть?

Самое лучшее, вкусное и красивое Серлы забирали себе. Всем остальным доставались лишь объедки и обноски.

– Этим бездельникам и лентяям надо давать ровно столько, чтобы они не умерли с голода. – Смеялись между собой Серлы.

А дядька Никогда ловил тем временем птиц, зверей, котов и собак в свой фургон, и все они исчезали бесследно. Город окружало непроходимое топкое болото, даже лягушек в нем не водилось.

Глава 3

3.1. Девушка с большими ушами

Однажды, в городе появилась чужестранка, такая странная, что Колокол на Серо-бурой Башне от неожиданных чувств зазвенел как горный хрусталь. А тусклый Медный фонарь заискрился ярким золотым светом. Появление незнакомки совпало с чудом, на Горюшном поле появились маленькие зеленые всходы.

Горюшное поле – серая, вытоптанная, голая, сухая земля, простиравшаяся на десятки километров. Посредине поля – огромная статуя и множество статуй вокруг поменьше. Если долго стоять перед статуями на коленях, плакать и просить, то можно было что-нибудь выпросить для себя.

Пока все безымянные и никакущие ныли, клянчили и просили, одна девушка принялась рыхлить землю. Но земля была такой твердой, что она обломала все палочки, которые только смогла найти. Рядом с семьей девушки всегда молился безымянный, работавший в алмазной шахте. Тайком он вынес для девушки из шахты большой алмаз. С алмазом дело пошло быстрее. Правда, твердые и острые грани алмаза резали руки в кровь, но она все рыхлила и рыхлила.

Мать девушки отругала дочь.

– Уродилась уродиной, еще и делаешь, что попало. Прекрати там ковыряться, лучше уши спрячь.



Девушка с трудом спрятала большие уши под густые длинные волосы. Ее дразнили все и свои, и чужие. Серлюки с удовольствием устраивали на нее облаву и, загнав в какой-нибудь тупик, таскали за уши, сталкивали в помойную яму и забрасывали грязью.

Мальчишки часто бегали вслед за ней по улицам, смеялись и швырялись, чем под руку попадет.

– Смотрите, большеухая обезьяна вышла на прогулку. Обезьяна, обезьяна без кармана. Обезьяна, хочешь банан?

Девушка продолжала украдкой рыхлить кусочек земли на Горюшном поле, поливая его своими слезами и кровью. Руки покрылись шрамами. Однажды, припав к земле, она почувствовала еле слышные толчки, словно где-то билось сердце.

– Я вспомнила. Я вспомнила. – Радостно вскрикнула она и побежала к матери. – Мама, я вспомнила, как меня зовут. Меня зовут Полина, Поля, Полюшка.

Но, мать неистово отбивала поклоны, ничего вокруг не слышала и не видела, как и остальные. А Полюшка каждый день спешила на Горюшное поле и с надеждой поливала свой возделанный кусочек сэкономленной водой. Серлы выдавали жителям Серлии очень мало воды. Чистая вода могла переносить информацию и Серлы боялись, что безымянные, овладев магией воды, станут сильнее.

3.2. Полынка Травинка

Однажды из земли показался тоненький серебристо-зеленый росток.

– Травинка. – Прошептала Полина и заплакала от радости. – Травинушка-Полынушка, родненькая. Я знала, знала, что ты придешь. Как же долго я тебя ждала.



Тут-то она и появилась. Старушка в шляпе с семицветной лентой, шла по Горюшному полю и У-Л-Ы-Б-А-Л-А-С-Ь! Улыбались глаза и губы старушки, улыбались складки чистенькой юбки. Улыбалась белоснежная блузка и кофточка, красные башмачки и коричневый саквояж. Серебристые волосы отливали легкой зеленью, словно веточки полыни. А что самое интересное, вслед за улыбчивой незнакомкой заулыбались все, даже каменные статуи.

Маленький глупый котенок не успел спрятаться. Убегая, запутался в собственных лапах, и скатился прямо к ногам старушки. Малыш съежился от страха и зажмурился, ожидая по привычке пинков и проклятий, которыми безымянные щедро осыпали его соплеменников. Но вместо этого вдруг всем тельцем ощутил невыразимо прекрасное прикосновение любящего человека. И чуть не умер от счастья, когда его взяли на руки и прижали прямо к сердцу.

– Какие у нее глаза? – Шептались безымянные и никакущие, которые пришли просить и плакать на Горюшное поле.

– Синие-синие.

– Тощая?

– Худая.

– Бледная?

– На щеках румянец.

– А волосы?

– Серебристые.

– Миленькая?

– Чудная какая-то.

3.3. Болото и Дядька Никогда

А старушка просто шла и пришла к заброшенному дому, стоящему прямо на краю топкого болота. Болото по привычке надулось, насупилось и приготовилось кидаться грязью, засасывать и топить. Так же, как и Дрях Морес, болото обожало серую сырость и грязь.

– Здравствуйте, Болото, – вежливо поздоровалась незнакомка. – Почему Вы такое серое, топкое и грязное?

Болото растерялось, с вежливыми словами к нему обратились впервые.

– А разве болото может быть другим? Мне так положено.

– Кем положено?

– А действительно, кем? – Впервые в жизни задумалось Болото.

– Давайте мы Вас почистим, – вдруг предложила Полынка Травинка.

Из-за холмиков и чахлых кустиков опасливо выглядывали коты и собаки. Все это время звери шли по следам старушки, с трудом растягивая мордочки в странные гримасы, похожие на улыбки. Полынка Травинка предложила: «Хватит прятаться. Выходите и помогите, пожалуйста. Надо найти ведра, лопаты, тазики. Будем чистить Болото».

– Да мы же никогда его не сможем вычистить. – Пискнул маленький котенок.

Лишь только малыш это произнес, как тут же, на горизонте появился грозный фургон Дядьки Никогда. Из фургона выскочил злобный верзила с длинными предлинными усами. Нос крючком, волосы торчком. Сюртук сикось-накось. Из огромных карманов торчат цепи, рогатки и плетки. Дядька кинулся ловить и засовывать в мешок котов, собак, зайцев, хомячков и всех, кто попадался под руку.

Травинка задумчиво произнесла: «Никогда не говори никогда». И вдруг запела.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное