Руби Уэкс.

Укроти свой мозг! Как забить на стресс и стать счастливым в нашем безумном мире



скачать книгу бесплатно

Все это самосовершенствование украдено у Уолта Диснея. Он был отцом Нью Эйдж[9]9
  «Религии нового века» – общее название совокупности различных мистических течений и движений, в основном оккультного, эзотерического и синкретического характера (прим. пер.).


[Закрыть]
: «Насвистывайте радостный мотив. Если вы верите в фей – похлопайте в ладоши». Из этой философии выросли «Русалочка», «Белоснежка», а немного раньше – «Микки Маус». Уолт знал секрет счастья. К сожалению, он закован в лед[10]10
  Существует распространенная легенда о том, что мультипликатор заморожен в криогенной камере в надежде на то, что наука найдет метод разморозить его организм в далеком будущем (прим. пер.).


[Закрыть]
. Нам нужно разморозить этого парня, чтобы выжать из него немного мудрости. Уолт знал, когда уйти со сцены.

Вечная занятость

Это метод, который мы изобрели, чтобы отвлекать себя от более значимых и глубоких вопросов. Мы маниакально поддерживаем свою занятость. У нас нет времени, чтобы успокоиться и подумать о том, что на самом деле надо сделать в то ограниченное время, которое отведено нам на Земле. Я никого не критикую, я такая же одержимая, как и все. Я почти дошла до сути, когда начала рожать во время съемок телешоу. Помощник режиссера дает мне отсчет: «Пять-четыре-три-два», кто-то перерезает пуповину, и раздается крик «Мотор, начали!».

Ганди сказал: «В жизни есть много другого, помимо ее скорости»[11]11
  У нас цитируется как «Жизнь богаче, если не увеличивать ее скорость» (прим. пер.).


[Закрыть]
. К несчастью, он не сказал, чего именно, он просто оставил нас в полном неведении, а сам ушел с важным видом в своем подгузнике.

Чтобы компенсировать эту скрытую бесполезность, мы притворяемся, что ужасно важны и можем что-то дать этому миру. Именно для этого есть Твиттер, где можно проверить, сколько у нас подписчиков. Сто или тысяча людей, которых вы никогда не встречали, рассказывают вам, что они ели на обед, обнаружив, что вы существуете. Так мы понимаем собственную значимость. Мы, как птенцы, только что вылупившиеся из яиц, ходим, «твит, твит, твит», ищем крохи внимания, крохи любви, возможно, даже червячка – все что угодно годится, лишь бы нас заметили.

На деле мы все подлежим утилизации, как восковые фигуры.

Как только вы теряете свою работу, красоту или статус – что со временем обязательно происходит, – вас расплавляют и используют, чтобы изготовить очередную важную персону. Я была в музее у мадам Тюссо, и там Чарли Чаплин стоял рядом с сортиром, а Николь Кидман вообще расплавили и сделали 150 свечей. Сегодня ты икона, завтра – свечка. Джерри Холл[12]12
  Англ. Jerry Hall – американская модель и актриса, бывшая жена Мика Джаггера (прим. пер.).


[Закрыть]
, должно быть, сейчас на чьем-то именинном пироге.

Мы бежим, потому что не хотим заглянуть внутрь себя и, возможно, увидеть, что там нет ничего, что поиск смысла – пустая трата эфирного времени. Мы вечно заняты, поэтому нам некогда подумать о том, насколько бесплоден весь этот бег. Как жуки-скарабеи, которые строят из навоза свой круглый дом и не останавливаются, чтобы подумать: «Э, а куда он катится?»


В выходной день я просыпаюсь и подпрыгиваю в панике от того, что у меня может не быть никаких сколько-нибудь важных занятий. Возможно, именно поэтому я и подобные мне люди составляют бесконечные списки «необходимых дел». Для нас занятость делами – это Бог, мы поклоняемся ей. Люди спрашивают, занята ли я, и я отвечаю им: «Я так загружена, что у меня уже было два инфаркта». Они поздравляют меня с этим достижением.

Мы почитаем тех, у кого самый плотный график. Чем больше вы заняты, тем выше ваш статус как человеческого существа. Те из нас, кто страдает от этого феномена, разгоняются до безумного количества «необходимых дел», доводя себя до болезни. И все это ради того, чтобы не смотреть внутрь себя и не замечать, что в нас, возможно, нет вообще никакого смысла. Так кто же в конечном итоге побеждает? Занятые, вечно бегущие люди? Или, может быть, тот, кто сидит целый день на камне и рыбачит, у кого есть время ощутить дыхание ветра на своем лице? Кто настоящий победитель? Господи, прошу тебя, только не рыбак!


Вот пара типичных ответов на вопрос: «Вы заняты?»

«Я сбиваюсь с ног» (представьте себе, что кто-то где-то достиг такой скорости, что действительно спотыкается, но продолжает бежать).

«Кручусь как белка в колесе» (кто-то, с разгону попав в колесо, бежит по ободу, и так уже пять лет, потому что обод не кончается).

Если вы используете одно из этих двух выражений, то вы, вероятно, в списке лучших из тех, кто «живет полной жизнью», – хотя вы слишком заняты, чтобы у вас была хоть какая-то жизнь.

В Лондоне у меня есть соседки, которым не надо зарабатывать на жизнь, и они заняты по полной программе. Они занимаются пилатесом пять раз в неделю, чтобы их тазовое дно могло выдержать несколько кубометров воды. Их можно было бы использовать вместо водонапорной башни. Затем они переходят к шопингу со своим личным шопинг-консультантом (это занимает несколько часов), сушат волосы феном (еще час), ланч (четырехчасовое наполнение). Потом им нужно забрать детей из школы, сделать за них домашнюю работу, и тут уже пора одеваться, чтобы успеть к началу благотворительной акции. Вы знаете, что это значит? Они идут в роскошный отель и платят 2000 фунтов за блюдо, чтобы спасти тунца.

А им все мало

Эти женщины Пилатеса жалуются, что их мужья работают до полуночи и им самим приходится водить своих отпрысков в детский сад, куда принимают детей только с шестизначным IQ. Я пыталась (тщетно) сказать им, что брак – это «договорная сделка». Я даже делала для них небольшую раскладку, чтобы они могли смотреть на вещи шире. Я говорила им: «Если ваш муж зарабатывает более 150 000 фунтов стерлингов в год плюс бонусы, у вас как у жены нет никаких прав. Вы заботитесь о доме и о детях. Вы должны обеспечивать ему секс, где бы и когда бы он этого ни захотел, и оставаться молодой и стройной, пока смерть не разлучит вас».

«Если ваш муж получает около 75 000 фунтов в год, вы по-прежнему заботитесь о доме и о детях, но можете отбить у него 27 часов в неделю на ваших подруг. Если он не помогает вам по выходным, возможно отказать ему в сексе».

«Если он зарабатывает меньше 10 000, вы имеете право послать дом и детей к черту».

Это все касается ситуаций, когда муж один зарабатывает деньги в семье. Если все деньги зарабатывает жена и получает, скажем, 150 000 в год, что эквивалентно 575 000 в «Мужской Валюте», она все равно должна делать все остальное, поскольку эволюция не дала мужчинам глаз, чтобы видеть такие мелочи, как отпечаток копыта на ковре. Но мужчина выполняет очень важную функцию: он должен стоять и смотреть в сторону горизонта, чтобы убедиться, что там нет диких зверей.


Шопинг – это наш поиск любви

Потребность иметь все больше и больше заражает не только жен футболистов или больших шишек из крупных организаций. Все мы, по-своему, никогда не перестаем «хотеть», вот почему нам нужны 6000 метров торгового комплекса. Скопления небольших магазинчиков недостаточно, чтобы удовлетворить нас. Шопинг никогда не прекращается, бренд говорит все. Наша самооценка заставляет нас покупать дизайнерскую сумочку, цена которой равна валовому национальному продукту Хорватии. Именно поэтому не имеющие денег люди тратят свой последний шекель на «Dolce and Gabbana» или 300 фунтов стерлингов на пару «Nike»-ов. Если на вашей дамской сумочке есть бирка «СС»[13]13
  Вероятно, речь идет о сумочках фирмы «CC Skye» (прим. пер.).


[Закрыть]
, вы можете получить уважительный кивок от каждого, кто проходит мимо, даже будь вы бомжом. В Майами я однажды видела бродягу, который вез свои пожитки в тележке, украденной им из «Bloomingdale’s»[14]14
  Американская сеть дорогих супермаркетов (прим. пер.).


[Закрыть]
. Он был одет в газету, а на голове у него была кепка с надписью «Born to Shop» («Рожден, чтобы покупать»).

То, что мы надеваем на себя, служит нашим новым средством самоидентификации. Люди, которые носят «Prada», обычно тусуются с такими же прадарианцами. То же самое с другими брендами. Люди ищут себе подобных, свое племя. Представьте себе: целая стая Гуччей у водопоя и несколько Праймарков[15]15
  Бренды «Gucci» и «Primark» (прим. пер.).


[Закрыть]
в стороне обгладывают скелет.

P. S. Доказательство нашего безумия – то, что мы покупаем угги. Откуда в нашем мозге потребность выглядеть как эскимосы, у которых вообще нет представления о моде?

«Доза» счастья

Некоторые люди думают, что для достижения состояния радости надо всю жизнь провести где-нибудь на вершине горы, завернутым в простыни и с точкой на лбу. Другие растят кристаллы, едят землю, молятся, поют псалмы и танцуют с волками. Возможно, они даже получают удовлетворение… Я уверена, что достаточно сидеть на скамейке и кормить белку, не впадая в нервозность. Но проблема в том, что нам все время хочется большего. Мы лучшие из всех существ, живущих на планете, поэтому мы ищем Священный Грааль – счастье.

Я тоже была сумасшедшей американкой, считавшей, что все мы имеем право стремиться к счастью. Именно поэтому они каждое утро со своей белозубой улыбкой требуют двойной латте карамель маччиато, перед тем как чирикнуть «хорошего дня». Не так много людей ощущают счастье, когда смотрят на облака или идут по прибрежному песку. Большинство ловят особый болеутоляющий кайф, только когда покупают, побеждают, достигают, добывают или выбивают что-то. В этом случае мозг дает нам дозу дофамина, который заставляет нас испытывать приятные ощущения. Нам не нужна химия, мы сами по себе производим наркотики.

Проблема в том, что доза счастья обычно действует не дольше сигареты, поэтому мы постоянно ищем следующую дозу. Как будто у нас нет тормозов, есть только крушения. Шутка Матери-Природы над нами состоит в том, что изначальный предмет желания не доставляет удовольствия после того, как мы его уже получили. Поэтому если мы не будем каждый раз поднимать ставки, то не получим того внутреннего фейерверка, которое называем счастьем. Большинство животных просто наедается досыта и уходит. Но не мы. Мы продолжаем насыщать себя, хотя следующий кусок никогда не бывает таким же вкусным, как первый.


Иерархия Западных Потребностей (по моей теории)

• Еда и/или вода

• Матрас

• Крыша

• Дом

• Нормальная машина

• Второй дом

• Бассейн

• «Порше»

• Полеты в эконом-классе

• Бизнес-класс

• Первый класс

• Личный самолет

• Личный самолет с джакузи

• Встреча с Опрой


Невозможность получить то, чего мы хотим, доводит нас до состояния перманентного желания. Журналы знают, что они заставляют нас истекать слюной по недостижимому – погоня лучше, чем убийство. Люди, коллекционирующие предметы искусства, платят 15 миллионов фунтов за пятно спермы на крекере и перестают замечать его сразу, как только повесили на свою стену. Они возвращаются к облизыванию страниц каталога «Сотби» в поисках того, что они будут хотеть дальше.

Если мы не хотим, то мы ждем. Ждем, сами не знаем чего, но оно должно случиться скоро. Ждем, что будет принят наш сценарий про клоуна, влюбившегося в белку, а затем решившего стать продавцом машин. Ждем, когда на нас свалятся деньги за идею изобрести суп в твердой форме. Все произойдет на следующей неделе, в будущем году, неважно когда, пока мы находимся в подвешенном состоянии хотения.

Новый феномен, возникший из наших ненасытных аппетитов, – это чувство, что все нам должны. Каждый думает, что он заслужил победу. Поэтому многие люди с полным отсутствием чувства стыда и голосом как у жабы, но с изрядной смелостью пытаются участвовать в «X-Factor»[16]16
  Телешоу, конкурс непрофессиональных вокалистов (прим. пер.).


[Закрыть]
. Книги по самосовершенствованию расскажут вам, что единственная преграда, стоящая у вас на пути, – вы сами. «Вы можете быть красивой, если думаете, что вы красивы», – говорят они. Поэтому самонадеянные дамы украшают свои кроваво-красные накладные ногти размером с Тибет крошечными бриллиантами.

Негативное мышление

Когда человеческое существо получает все необходимое для выживания (то есть пищу, воду и тушь для ресниц), ему стоит, наверное, упасть на колени и целовать землю в благодарность за нашу живучесть, за то, что мы способны видеть глазами, слышать ушами и, самое главное, есть. Давайте замолчим на мгновение и поблагодарим Большой взрыв, который дал нам возможность со временем почувствовать вкус мороженного «Бен-энд-Джеррис-Чанки-Манки»[17]17
  «Ben & Jerry’s Chunky Monkey», банановое мороженое в форме банана с кусочками шоколада или карамели и грецкими орехами (прим. пер.).


[Закрыть]
. Но и при всех этих чудесах мы продолжаем страдать из-за нашего негативного мышления.

У животных нет негативных мыслей, они отлично проводят время, качаясь на ветках и спариваясь практически с каждым, кто появляется у них за спиной. А мы? Мы пережевываем свои мысли, беспокоимся, сожалеем, раскаиваемся – и как вы думаете, кому выпадет решка? Мало того, мы можем заглянуть в будущее и узнать, что со временем мы станем выглядеть хуже и, я рискну сказать это… умрем.

Вы замечали, что на дне коробки с печеньем порой лежит граната? Это так похоже на историю моей жизни: всякий раз, когда мне удавалось какое-нибудь небольшое достижение и я получала похвалу, за этим следовал резкий пинок от моей кармы. Чем больше у вас есть (красоты, денег, славы), тем сильнее вы страдаете, потеряв это. За все приходится платить.

К счастью, такие люди, как Лайза Минелли, обладают счастливым даром неведения, поэтому, когда они покрываются морщинами и теряют память, то узнают об этом последними. Они продолжают выделывать коленца на старом добром Бродвее, даже когда вы уже слышите, как трещат от усилий их артритные суставы. (Пока это все, вероятно, звучит весьма критично, но я буду исправляться по ходу книги, так что сейчас просто потерпите меня.)

Те из нас, кто не находится на грани истощения, гибели или жизни в нищете, обречены на беспокойство о пустяках. Все покатилось под откос, когда мы выбрались из джунглей. Мы просто не знаем, о чем еще думать после удовлетворения наших основных потребностей. Поэтому мы делаем ремонт в своей кухне. У моих соседей все кухонные поверхности покрыты полированным серебристым металлом, напоминающим о том, что вас ждет в морге. Страшно открыть ящик – вдруг покажется большой палец ноги, на котором висит бирка. Теперь все выкапывают под кухнями подземные этажи, пока не достигнут твердых пород. У некоторых есть плавательные бассейны, хотя они не умеют плавать. Я знаю человека, который строит подпольный виноградник.

Величие санузлов

У меня есть теория: можно судить о том, насколько психически неуравновешен человек, взглянув на его санузел. Если он уверен, что ему там необходима люстра, ванна из итальянского мрамора и унитаз, выполняющий более трех функций (сейчас некоторые из них играют Рахманинова, когда вы поднимаете крышку, и брызгают в вас сиреневыми духами после того, как вы помочились), то это нездоровая личность, далеко отклонившаяся от нормального психического состояния.

Фрейд должен был придумать психотерапию, где пациента расспрашивают о том, как он представляет себе декор своего санузла, вместо того чтобы спрашивать его о сексе. Секс ничего подобного не скажет. Ваше представление о том, как должен выглядеть ваш туалет, открывает дверь в подсознание. Это место, где не нужны внешний образ и манеры, там вы такой, как есть. Там нет места для нарциссизма, там все равны, поскольку это просто туалет. Запомните это, и вы далеко пойдете.

Наша потребность быть особенными

Наш статус долго строился на родословной, будь вы Принцессой или Горошиной (см. «Битва Спермы»[18]18
  Англ. Battle of the Sperm – соответствующий научный термин звучит как «война сперм» («sperm wars») (прим. пер.).


[Закрыть]
). Теперь мы определяем ценность человека вопросом: «Чем ты занимаешься?» Если ты скажешь «ничем», люди шарахнутся от тебя, как от зомби. Наша идентификация – на визитных карточках; каждый год появляются новые титулы и все более абстрактные роли. Работа, описываемая как «консультирование», допускает двусмысленное толкование (если все вокруг консультанты, то кому нужны консультации?). Сегодня «лекторы-мотиваторы» также считаются важными людьми. Мы путаем храбрость с дуростью. Я видела, как в серьезные фирмы приглашали лекторов-мотиваторов, чтобы они рассказали о ком-то, кто пересек Атлантический океан с одной рукой. Чем это может помочь фирме? Тот человек не смельчак, он псих. А эти лекторы соревнуются друг с другом, и, кажется, кто-то уже заявил, что забрался на гору Эверест, пользуясь только ноздрями.

Каждый из нас предполагает, что у него есть некое предназначение, которое мы рискуем не угадать и не выполнить. Когда-то давно у нас не было этого экзистенциального страха. Мы были охотниками или собирателями. Охотники охотились, собиратели собирали. В те времена не было такой вещи, как индивидуальность, и вы не могли отличить «себя» от кого-либо другого, разве что вы носили шляпу или у вас было больше волос, но в основном мы все были одинаковыми: набивающими и опорожняющими животы.

В те дни никому не нужен был учебник. Вы рождались, водили волов по полю, размножались и умирали. Никто не жаловался, эпидемии приходили и уходили – чума, оспа, инфлюэнца и прочие, только открой рот, и ты уже заражен – и все одинаково относились к этому: «Бывает…» Сейчас это кажется оскорблением: «Как смеет вирус уничтожать нас? Он знает, кто мы? Мы – высшие существа, сливки сливок всего, что живет и дышит, верхнее звено пищевой цепочки».

Все пошло наперекосяк, когда какой-то плохо информированный оптимист написал: «Все люди созданы равными». Очевидно, что это не так: некоторые люди – неудачники. Он даже не дожил до того, чтобы увидеть, какой ящик Пандоры открыл. Он просто подписался под этими словами и запустил хаос (я готова назвать вещи своими именами – это был Томас Джефферсон[19]19
  3-й президент США, 1801–1809 годы (прим. пер.).


[Закрыть]
, еще один американец).

Большая команда – счастливые дни

Самыми счастливыми мы были, когда водили по полю своих волов с ярмом на шее. Мы работали все вместе как большое племя, как команда. Да, это было тяжело, но в тех суровых условиях мы порой смеялись. Нам нужно было сформировать племя, чтобы отбиваться от соседних племен, которые пытались украсть наших волов, а без животных ты – ничто. Потом количество людей в племени уменьшилось, поскольку появился пистолет, и достаточно было одного человека с крепким указательным пальцем. Вот почему у нас больше нет этого чувства командной работы. Мы поодиночке прячемся по углам, щелкая своим оружием.

Мы испытываем чувство принадлежности к племени, только когда сталкиваемся с катастрофой вроде урагана, Годзиллы или войны. В Великобритании единственное время всеобщего объединения – это воспоминания о Второй мировой войне. Люди наполняются духом блицкрига, начинают дружно плакать и петь песни вроде «We’ll Meet Again»[20]20
  «Мы встретимся снова», 1939 год, авторы Росс Паркер и Хью Чарльз, исполнительница Вера Линн. Одна из самых известных мелодий времен Второй мировой войны (прим. пер.).


[Закрыть]
, которые они слушали по транзисторам. На каждое Рождество родители моего мужа наряжались пилотами Люфтваффе и Роял Эр Форс[21]21
  ВВС фашистской Германии и Великобритании (прим. пер.).


[Закрыть]
и бегали по гостиной с криками: «Мы должны победить их на берегу!», пока не врезались в телевизор с возгласом «Мы никогда не сдаемся!».

На мой взгляд, мы начали свою деградацию, когда стали думать о себе как об «индивидуумах». Я прочла где-то – не спрашивайте где, – что сотни лет назад слова «Я» не было. Было только слово «мы». В то время никто не был одинок. Неприятности начались, когда на сцену вышли индивидуумы. Вспомните, как миллионы лет назад мы изобрели колесо! Мы не знаем, кто это сделал. Тогда не было колеса «от Шанель». Помните, как мы вместе старались добыть огонь? Неизвестно, кто высек первую искру – это был просто какой-то парень, и ему не нужно было рекламировать свое имя. Сейчас приходится задействовать агентов и менеджеров и подмазывать 20 %-ные сливки общества, только чтобы оказаться среди них.

Удача досталась животным. Они по-прежнему наслаждаются коллективным трудом, принадлежностью к стае, стаду, рою. Гусь в последнем ряду летящего строя? Он горд просто быть там. Он переполнен радостью. Это его жизненная задача – но уже не наша. Наш самый древний инстинкт заставляет нас сближаться друг с другом и социализироваться, сама наша ДНК дает нам указания, как смешиваться. Естественный отбор – как конкурс красоты: никто не помнит, кому досталось второе место. Природа безжалостна: одна маленькая слабость, крошечный дефект, ласта вместо руки – и вы выбываете из борьбы… исчезаете.

Знаете, кого я в этом обвиняю? Фрейда. Если бы он не упомянул эго, у нас никогда бы его не было. Из-за него со мной все это случилось. Со мной, которой нужно стоять рядом с Кейт Мосс. Со мной, которая должна управлять Virgin[22]22
  Virgin Group – международный конгломерат компаний, действующих в области звукозаписи, авиаперевозок, сотовой связи, кабельного телевидения, радио и пр. (прим. пер.).


[Закрыть]
. Со мной, которой просто необходимо быть героиней «Hello»[23]23
  Британский журнал, посвященный жизни знаменитостей (прим. пер.).


[Закрыть]
, и я сделаю все, чтобы попасть на телевидение. «Вы хотите, чтобы я съела свою свекровь? Порубите ее на шашлык».

Состояние человечества сегодня таково: мы живем дольше, растем выше и находимся на расстоянии нажатия кнопки от любого другого человека на планете. Но мы по-прежнему не знаем, как управлять собой. Возможно, нам не надо этого знать, и когда мы закончим заполнять мир парковочными местами, пончиковыми магазинами и «Старбаксами», наше предназначение на Земле будет исполнено и большой катаклизм сотрет нас с ее лица.

Миллионы лет естественного отбора – и вот к чему мы пришли. Мы хотим быть самыми знаменитыми, самыми богатыми, самыми худыми и самыми занятыми. Дарвин наложил бы в штаны.

Проблема с изменениями

Я уже сообщила вам хорошую новость: МЫ МОЖЕМ ИЗМЕНИТЬСЯ. Но нужно оговориться, поскольку речь идет о жизни в современном мире. Когда вы будете меняться, окружающим это не понравится. Люди не захотят расставаться с вашим образом, который они себе создали, даже если вы полностью перестроили свое внутреннее Я. Они захотят, чтобы вы оставались таким же, как раньше, чтобы они сами могли чувствовать, что тоже ничуть не изменились и по-прежнему ослепительно молоды.

Именно поэтому мы не любим смотреть на стареющую кинозвезду – она заставляет нас думать о собственной смертности. Иногда «пожилую» женщину (немного за 50!) берут на роль, но тогда она обязательно должна на полпути умереть от чего-то неизлечимого. Никто не хочет видеть на экране стареющее лицо, особенно в HD[24]24
  Высокое разрешение (прим. пер.).


[Закрыть]
(я однажды видела себя в HD – я выглядела как слон при сильном увеличении). Мы бежим к докторам, чтобы отвоевать у г-жи Гравитации еще один год, но это безнадежно. Мы должны сказать себе: «Рождественская елка уже мертва, прекрати попытки украсить ее пестрыми блестками, это не поможет».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5