Розалия Карибова.

До свиданья, Пятигорск! Воспоминания маленькой девочки о жизни в послевоенном городе



скачать книгу бесплатно

© Розалия Степановна Карибова, 2016

© Георгий Геннадьевич Карибов, фотографии, 2016


Редактор Георгий Геннадьевич Карибов

Корректор Георгий Геннадьевич Карибов


Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Храните книги хорошо и бережно, ибо

книга – это душа и жизнь человека.

Надпись на армянской рукописной
книге, датированной 1433 годом.


Блажен, кто предков с чистым сердцем чтит.

Иоганн Волфганг Гёте.

Пишу затем, чтобы мои внуки и правнуки (до появления которых надеюсь обязательно дожить) не росли «Иванами, не помнящими родства». Я очень хочу, чтобы они с уважением относились к своим предкам. Чтобы знали о том, откуда они родом, как жили, о чем мечтали, что сумели сделать, что не завершили и почему. Ибо, как справедливо заметил А. С. Пушкин: «Неуважение к предкам есть первый признак дикости и безнравственности».

К сожалению, сама не так уж много имею сведений о жизни моих ближайших родственников – представителей старших поколений. Разные события ХХ и первые десятилетия ХХI века разбросали их по Российской империи, а затем по необъятным просторам Советского Союза, России. Документов у меня мало. Из общения с бабушкой в памяти остались крупицы её рассказов, которыми располагаю, многим воспоминаниям я обязана только маме. Многие имена и даты позабыты, что приводит только, к большому сожалению.

Итак, мои, надеюсь любознательные сын, племянники, внуки и будущие правнуки я начинаю своё повествование.

Искренне надеюсь на то, что вы в бурном море повседневных хлопот и суеты найдёте немного свободного времени и посвятите его чтению плодов моих раздумий.

Сейчас – Карибова Розалия Степановна, а раньше, как в этой книжке – шустрая черноглазая девочка, Розочка Шихлярова.

Будённовск, 2004 год.

Будённовск, 30 ноября 2005 года. Розалия. Работа над книгой «До свиданья, Пятигорск!» завершена, идёт работа над книгой «Диана»

Первые впечатления

Жизнь – не те дни, что прожил,

а те, что запомнились.

П. А. Павленко


Воспоминание – это единственный рай,

Из которого мы не можем быть изгнаны.

Иоган-Пауль Рихтер

Пятигорск, 1951-й год…

На улицу выскочила трёхлетняя черноглазая девочка с косичками, заплетёнными атласной лентой.

Пробежав до угла улицы, она остановилась и стала наблюдать за пешеходами, проезжающими машинами, за всем, что творилось на оживлённой улице. Ей очень хотелось быть самостоятельной и, как взрослой, ходить по улице, заходить в магазины, делать покупки.

Постоянно снующие машины проезжали по дороге, а пешеходы ловили момент, чтобы быстро перейти оживлённую дорогу. У девочки постоянно возникала мысль попробовать также самостоятельно, как взрослые, перейти оживлённую шоссейную дорогу. Мысль вскоре прерывалась так, как к ней подходила мама, как обычно в очередной раз её ругала, чтобы одна не убегала на улицу, а ждала её во дворе. Мама брала дочь за руку, и они переходили дорогу, направляясь в детский сад.

Любопытство ребёнка тянуло на оживленную улицу Калинина. Улучив момент, когда за ней не было бдительного наблюдения, она выбегала на угол своей улицы. Там было совсем не так как на её улице Энгельса, где находился дом, в котором она жила.

***

Улица Энгельса была тихой, располагалась по правую сторону реки Подкумок. Местом расположения улицы являлся посёлок Свободы, так как по левую сторону реки это был уже город Пятигорск. Жизнь там текла намного живее, чем в посёлке. Шоссейная дорога на улице Калинина соединяла посёлок с городом, естественно, улица была оживлена.

Когда всё же удавалось девочке выбегать на оживлённую улицу, она с любопытством наблюдала за всем, что там происходит. Она всматривалась в прохожих, которые вечно торопились. Некоторые из них иногда заговаривали с ней и спрашивали: «Почему такая маленькая и одна?». Ей интересно было наблюдать, как люди входили в парикмахерскую, и, когда выходили из неё, при этом сильно пахли одеколоном «Красная Москва» или «Шипр». Как, в основном, мужчины покупали газеты в киоске. Как женщина в белой курточке продавала мороженое, расхваливая свой товар, чем обращала на себя внимание. Она предлагала купить мороженое только у неё. Как бабушка у киоска молча продавала семечки. С какими покупками выходят люди из магазинов. Не раз она видела, как на большой дороге, где ездит много машин, строевым шагом, вытягивая ногу, красиво идут солдаты. Иногда впереди их строя шли военные музыканты и играли.

Ей нравилось смотреть, как они одновременно все вместе поднимали ноги и, взмахивая руками, маршировали по улице. Стоя на месте, она тоже шагала. Подражая им, она, размахивала руками и подымала ноги до уровня пояса. Так легко и просто, думала она, и у неё все получается. Но ей очень хотелось присоединиться к солдатам и шагать с ними рядом. Шагать также красиво, поднимать ноги и взмахивать руками. Она была уверена, что стоит ей стать с ними в ряд и всё получится. Тогда никто больше не будет говорить, что она маленькая.

***

В один из весенних дней ей это удалось. Выбежав в очередной раз на улицу, она увидела солдат, шагавших по улице по шесть человек в ряду, а впереди шёл оркестр. Колонна приближались к перекрёстку. Девочка побежала к дороге, в это время солдаты поравнялись с ней, и она, не раздумывая, подбирая ногу, присоединилась к строю. Размахивая руками и поднимая ноги, старалась не отставать.

Шагать было трудно, так как всё время нужно было бежать за колонной, а не шагать, чтобы не отстать. Бежать по обочине ей было не легко, а солдаты спокойно шли по асфальту. Она старалась им подражать, но шаг трёхлетнего ребенка и солдата, не сравнить. Как не старалась, она всё время отставала, потом бежала вперёд, и все начиналось сначала.

Торопившиеся люди улыбались ребёнку, некоторые останавливались, наблюдая, чем это все кончится. Девочка прилагала большое старание шагать не отставая. Но как она не старалась, сколько бы ни прилагала усилий, хотя очень хотелось делать, как солдаты, ничего не выходило. Она всё время отставала от них.

В голове путались мысли: почему она отстаёт, хотя делает всё правильно. Что же нужно сделать, чтобы, не напрягаясь шагать красиво, как они, а не бежать?

От напряжения становилось жарко, но сдаваться она не собиралась. Моментально, остановившись на одной возникшей мысли и, долго не думая, так как времени на обдумывание не было совсем, она вбежала в середину колонны. Став между солдатами, она старалась продолжить свой марш. Ужас охватил её в первые секунды, когда она оказалась между большими, поднимающимися вверх с её рост чёрными сапогами. Казалось, что между этих ног ей нет места, так плотно они шли. Преодолев страх, она была уверена, что на неё никто не наступит. Если раньше, когда она шагала по обочине, солдаты улыбались ей, то в середине колонны они стали сбиваться в шаге, чтобы нечаянно не сбить ребенка. Ей было тоже не удобно среди поочерёдно поднимающихся больших мужских ног. Ей показалось, что у солдат уж очень большие ноги, раньше она этого не замечала.

Солдаты шли плотно друг к другу, и места для шагавшего ребенка среди них почти не было. Отталкиваясь от поднимающихся черных сапог, она старалась бежать перед ними, а не рядом. Пристроившись за впереди идущими солдатами, она с опаской поглядывала на следом идущих солдат, которые вынуждены были придерживать шаг, чтоб не наступить на ребёнка. Пугаясь больших поднимающихся ног, которые могли, как мяч отбросить её в сторону, она перебегала от одного солдата к другому, ища для себя удобное место.

Уже у моста сбой в колонне заметил командир и остановил солдат, которые доложили ему, что в строй вбежал и шагает с ними ребёнок. Командир приказал одному из солдат отнести девочку на то место, откуда она к ним присоединилась, и вернутся в строй. Но не тут-то было! Девочка всячески упиралась. Она просила оставить её, несмотря на перенесённый страх, пыталась плакать. Она думала, что если командир разрешит и выделит ей место в строю, то она ему покажет, как хорошо у неё всё получается, но командир решения своего не изменил.

Солдат взял девочку на руки и понёс к перекрёстку на хорошо знакомое ей место. Она быстро растёрла кулачками мокрые от слёз глаза, обхватила солдата за шею и стала оглядываться по сторонам. Ей не приходилось видеть детей на руках у военного человека, а её вот несут и все это видят! Счастью маленького человечка не было предела. Сидеть на руках у солдата гораздо лучше, чем находиться между поднимающимися сапогами, от которых даже ветер шёл. Подойдя к перекрёстку дороги с её улицей, она сказала солдату, что сейчас должна придти за ней мама, что она её здесь всегда ждёт. Солдат поставил девочку на землю и попросил её никуда не уходить, пока не придёт мама. Он поднял руку под козырёк и побежал догонять свою колонну. Девочка тоже подняла руку к голове и пообещала больше не убегать.

***

День был тёплый. На улице висело много красочных плакатов. Пели птички. На деревьях уже были молодые зелёные листочки. Люди вокруг торопились по своим делам. Лица у них почему-то были сегодня приветливы. А она сразу этого всего не заметила, увлёкшись строевым маршем. Как хорошо вокруг, думала девочка. Подошла мама, взяла её за руку, и они вместе пошли в сад.

В детском саду, как всегда, всё одно и то же. Мало кто рассказывал из детей интересные истории, которые она очень любила слушать. А вот ей есть, что сегодня рассказать…


Пятигорск, 1951 год. Азниф Мисаковна (Валентина Михайловна) Шихлярова со старшей дочерью Розалией

Таинственная покупка

Счастлив тот, кто устроил

свое существование так, что

оно соответствует

особенностям его характера.

Гегель Георг Вильгельм Фридрих

Дом, в котором жила девочка, был шестым от угла, куда она так любила выбегать. Двор, где располагался дом, был квадратный. По обе стороны, справа и слева, были постройки. С левой стороны жили квартиранты. Это была маленькая комнатка с небольшими сенями. Раньше, когда ещё не было сестрёнки, а потом она родилась, они жили в этой комнате. С правой стороны жила она с папой, мамой и младшей сестрёнкой Галиной.

Их дом состоял из одной большой комнаты и сеней. В сенях стоял стол с примусом, где мама готовила обед, и узкая кровать, под которой была яма типа подвала для хранения картошки. В комнате было одно большое окно, две кровати, стол и печка, которую топили зимой. Напротив ворот был большой деревянный забор.

***

Однажды, когда мама забрала в очередной раз дочку из сада, она сообщила ей о новом приобретении для дома. Они с папой купили новую вещь, и она уже стоит в комнате. Дочке нужно постараться и угадать, что за новая вещь появилась в доме. Воодушевлённый ребёнок всю дорогу перечислял всё то, что ей хотелось бы, чтобы у них было, но мама отвечала: «Нет». В таком ритме она не заметила, как оказалась уже у двери комнаты, где находилась новая покупка. «Приготовься», – сказала мама, открывая дверь. Она включила свет. Воодушевлённый ребёнок почему-то усердно стал рассматривать всё, что находиться на полу. Она не понимала, о какой новой покупке говорила мама, если она уже несколько раз осмотрела всё на полу и ничего не увидела. «Что ты ищешь на полу?», – сказала мама улыбаясь: «Посмотри вверх». Глаза девочки от изумления округлились. В углу комнаты, у кровати, где спали папа и мама, стоял красивый большой деревянный шкаф, наполовину зеркальный.

Мама объяснила, что это шкаф называется шифоньером и он им нужен всем так, как теперь все будем свои вещи вешать и складывать в этом шкафу. «Вот хорошо!», – радовался ребенок: «У нас теперь будет очень большое зеркало, жаль только, что оно очень высоко». Мама поставила табуретку, подняла на неё дочь и она увидела себя в зеркале. Всю сразу! На всю комнату раздался визг! Радуясь, она визжала от удовольствия, ведь не у каждого в семье был такой новый, красивый, с большим зеркалом шкаф. Подставляя табуретку и, вскарабкиваясь на неё, можно теперь смотреть на себя в зеркале! Интересная вещь это зеркало, думал ребёнок, можно рассматривать себя со стороны как будто второй такой же человек стоит напротив и повторяет все твои движения.


Пятигорск, 1951 год. Мама Валентина (Азниф), папа Степан, дочери: старшая Розалия, младшая Галина

Утёнок

Что спрячешь, то пропало,

Что ты отдал, то твоё.

Что отдашь – твоим пребудет,

Что оставишь – пропадёт.

Что припрячешь – то погубишь,

Что раздашь – вернётся вновь.

Шота Руставели

Придя с работы вечером, мама преподнесла дочкам игрушку. Это была большая целлулоидная, красивая жёлтая уточка, чему они была очень довольны. Утром, по дороге в сад, дочь просила маму разрешения пригласить кого-либо из детей, чтобы они тоже посмотрели на уточку, которую ей вчера она купила. Уточка была очень яркой. Ей не терпелось показать эту красоту детям, чтобы они увидели, как она плавает. Мама ей разрешила.

Девочка рассказала в саду детям об уточке, которую ей купили, что её можно опускать в воду поплавать. Она сказала, что желающие могут прийти посмотреть и поиграть. Двое детей – мальчик и девочка, которые жили с ней на одной улице и всегда проходили мимо её дома, с готовностью согласились зайти и поиграть. Они договорились вместе вечером идти домой, когда за ними придут родители.

После полдника в сад стали приходить родители и забирать своих детей. За девочкой в садик пришли мама с младшей сестрёнкой. И они все, вместе с приглашёнными детьми и их родителями, отправились домой. Родители приглашенных детей довели их до дома и обещали через час забрать. Мама вытащила большой таз, наполнила его водой. Девочка вынесла из комнаты свою красивую уточку, показала детям. Им она тоже понравилась. Радости у всех четверых не было придела! Все плескались, закатив рукава до локтей, делая волны в чашке для перемещения уточки. Дети и не заметили, как прошло время и пришли обещавшие вернуться родители. Они забрали гостей, которым не хотелось уходить.

***

Мама рассказывала дочке одну историю. Когда она была еще меньше, у них во дворе были живые утята. Маленькие утята бегали по двору вместе с мамой уткой. За семейством утят она любила наблюдать. Однажды, когда мама взяла вёдра и ушла за водой, девочка осталась во дворе. Сидя на солнышке, и наблюдая за бегающими пушистыми комочками, ей показалось, что один утёнок больше других кричал. Мама утка не обращает на него внимания, или он уже спать хочет, подумала она. Девочка быстренько его поймала, закутала в подвернувшую тряпочку, напевая колыбельную, стала его укачивать спать.

За всей этой церемонией наблюдала соседка через щель в деревянном заборе. С таким усердием девочка укладывала утёнка спать, повторяя все слова и жесты взрослых, что соседка решила досмотреть до конца, чем это всё кончится.

Девочка пела колыбельную песенку, качала и похлопывала утёнка. Ей удалось укачать, слишком крикливого, на её взгляд, утёнка. Пришла мама, с полными вёдрами воды. Довольная дочка побежала к ней навстречу с радостным известием: «Утя бай!» Она протягивала матери завёрнутого утёнка и захлебываясь объясняла маме, что утя теперь не кричит. «Утя бай!» Это она смогла её уложить спать, и теперь утя спит и не плачет. Опустив вёдра с водой, мама остолбенела, а соседка через забор просила: «Валя не бей и не ругай ребёнка»!


Пятигорск, 1949 год. Розалия

Тётя Поля

Без жертв, без усилий и лишений нельзя жить на свете:

Жизнь – это сад, в котором растут только цветы.

И. А. Гончаров

Галине тоже очень хотелось, вместе со старшей сестрой, ходить в садик, но ей не было еще трёх лет. Она была крепышом и шустрой девочкой. Когда она приходила в сад за старшей сестрой вместе с мамой, то старалась всех детей обнять и остаться с ними играть. Ей не хотелось отставать от старшей сестры, она во всем старалась ей подражать. Галина была общительной девочкой и очень нравилась воспитателям. Маме разрешили её также приводить в сад, за несколько месяцев до наступления требуемого возраста. Девочки вдвоём ходили каждый день в сад в одну группу, и младшая сестра была очень довольна.

***

Старшую сестру всё же не покидала мысль самостоятельно перейти оживлённую дорогу, через которую они переходили, когда шли в сад.

Детский сад находился на той же улице, где и жили девочки, на противоположной стороне через два квартала от их дома.

Здание сада одноэтажное, небольшое. Во дворе росли деревья и кустарники. Каждую осень туда завозили подсолнечную шелуху на растопку печи для обогрева помещения. В дальнем углу двора эта куча была вровень с забором. Детей предупредили, чтоб они к ней не подходили, так как семечек они там не найдут. Но черноглазой девчонке было интересно подходить к большой горе шелухи смотреть на неё и удивляться, кто же смог столько семечек сгрызть и так аккуратно в целую гору сложить, что вокруг не валялось ни одной шкорочки от семечек.

***

У здания сада было большое красивое раскидистое дерево, на котором росли маленькие райские яблочки. Детям они очень нравились. И когда детей выводили на прогулку перед приходом родителей, многие толпились у роскошной яблони. Сорвать яблочки им не удавалось, и они довольствовались тем, что подбирали с земли упавшие яблочки.

Одной нянечке, тёте Поле жалко было смотреть на детей, которые с жадностью смотрели вверх, попрыгивали и, понурив свои головки, высматривали на земле недавно упавшие маленькие яблочки. Тётя Поля, когда это видела, всегда выходила к ним на помощь, когда располагала временем. Она трясла ветки или срывала яблочки и раздавала ребятишкам. Дети радовались, хвалились друг перед другом приобретенными яблочками и благодарили любимую нянечку. Со временем трудно стало доставать яблочки с дерева и тёте Поле. Ей приходилось становиться на случайные предметы находящиеся вблизи. Однажды ей пришлось встать на стол, который был рядом – в углу у стены под деревом складировалась списанная поломанная мебель.

Стоя на столе, она пригоршнями срывала яблочки детям, которые выстроились в очередь. Никто не заметил надвигавшуюся угрозу, так как все были увлечены. Оглушительный треск фанеры и крик тёти Поли привёл детей в оцепенение. Став на протёртую поверхность фанерного стола, тётя Поля одной ногой провалилась под крышку стола. Куски разломанной фанеры рассекли всю ногу от ступни до паха и врезались в тело женщины. Кровь залила стол и землю. От боли женщина не могла пошевелиться, кричать боялась – не хотела пугать детей. Она плакала, теребя волосы на голове, и не могла пошевелить ногой. Дети на какое-то время превратились в статуи, оцепенев, они не знали, что им делать, некоторые стали плакать. На шум прибежали другие дети и взрослые. Одни бросились к пострадавшей и стали освобождать ногу женщины, другие уводить плачущих детей в другое место. Приехала скорая помощь, и нянечку увезли в больницу. Другие нянечки стали смывать кровь и потихоньку бранить детей, из-за которых это случилось.

После этого случая никто из детей не просил, чтобы ему сорвали райских яблочек. Под яблоней никто не бегал. Если кто из детей и приходил, то стоял недалеко от дерева и молча смотрел на него, думая о своём. Конечно, думали в основном о тёте Поле, которой нет с ними, и которой так им всем не хватало.

Все лето дети интересовались, когда же придёт любимая нянечка, а им отвечали, что она ещё в больнице. Зимой тётя Поля тоже не вышла на работу. Добрая женщина, стараясь порадовать ребятишек, нарушила правила техники безопасности и стала калекой. В сад она уже не вернулась.

Первая кукла

Средь наших дней

И всякой пошлости и прозы

Одни я в мире подсмотрел

Святые, искренние слезы-

То слезы бедных матерей!

Им не забыть своих детей.

Погибших на кровавой ниве,

Как не поднять плакучей иве

Своих поникнувших ветвей..

Н. А. Некрасов

Однажды утром мама уже не застала свою дочь, стоящей на углу улицы, в её ожидании. Обеспокоившись, она расспрашивала людей о маленькой девочке, может, кто из них её видел. Женщина, продававшая мороженное, сказала, что маленькая девочка была здесь. Она подошла к дороге, посмотрела налево, потом направо, быстро перебежала дорогу и пошла прямо по улице. «Это она», – подумала мама: «Она самостоятельно пошла в сад!». Поблагодарив женщину и крепко взяв за руку младшую дочь, она тоже пошла в сад. Действительно, старшая дочь, как ни в чём небывало играла с детьми…

***

В один из летних дней мама привела дочерей из сада, подвела к двери и сказала, что их ждёт сюрприз. Когда открыли дверь, дети увидели на кровати две сшитые большие куклы. У кукол была голова, руки, ноги, как и у «настоящих» кукол. Девочки удивились и очень обрадовались. До этого ведь у них ничего подобного не было. Девочки собирали всевозможные лоскутки, но они были совсем маленькие, чтоб самим смастерить себе куколку, которую им так хотелось иметь. Имитируя куклу, они сматывали кусок ватки в белую тряпочку, конец которой сматывали в трубочку. Тряпочное подобие куклы пеленали. На открытом от пелёнок белом тампоне – лице рисовали глаза и рот. Это подобие куклы они и качали как свое дитя. Куколки были маленькие, величиной с палец взрослого человека. А сейчас перед ними были куклы, аккуратно сшитые мамой! На лицах кукол мама нарисовала глаза, нос и рот химическим карандашом, сшила куклам одежду. На них были трусики, платьице и косыночка. Это был самый дорогой подарок, хотя у некоторых детей уже были настоящие «магазинные» куклы с целлулоидной или гипсовой головкой. Некоторые куклы даже имели волосы на голове. Мама улыбалась, смотря на довольных дочек. А они живо рассматривали свои новые игрушки, и каждая подбирала имя для своей куклы. Дети были довольны. Очень приятно, что теперь есть личная кукла и играть с ней можно в любое время. Теперь можно играть в дочки – матери, качать, укладывать спать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное