Роман Углев.

Тайны Кремлевской Либерии



скачать книгу бесплатно

Глава 3

Приказ под номером 28

Петру Ивановичу Читарю

Все книги и рукописи, поступившие от отца Георгия, кроме еврейских, находящихся в отдельном мешке коричневого света с красным ремешком и печатью самого отца Георгия, составить опись, и поместить вместе с описью в новый сухой мех для хранения жидкости, и запечатать в сундук под номером 11 в хранилище для документов в государственную кладовую под номером три. А вышеупомянутые еврейские рукописи с частично сделанным переводом отдать Филарету для ознакомления и проверки, поскольку эти тексты могут оказаться ценным евангельским материалом.

Воевода Артемий Карачаевский.


Евгений Лавров был человеком жестким и волевым. Подполковник по званию, он уже давно мог бы стать генералом, если бы не его прямота, с коей он порой высказывал своему начальству все, что он о них думал. При этом он оставался вполне корректным и не использовал в своем лексиконе грубых слов, что было редким качеством для военного, особенно в это непонятное для страны время – недавней смены идеологии и полной неясности в отношении дальнейшего будущего России.

Еще лет так двадцать назад Союз «Свободных Республик» казался таким стабильным и нерушимым. Ничто будто бы не предвещало никаких серьезных изменений. Генеральные секретари меняли друг друга, доживая до старости, и идеология страны была такой прочной. Кто бы мог подумать, что эта страна вдруг неожиданно для всех развалится, как карточный домик, а Россию, объявившую себя приемником этого некогда огромного государства, станет лихорадить так, что люди будут просто «сходить с ума».

Экономику трясло, заводы закрывались и продавались, что называется «с молотка», разумеется, покупали их «избранные», стремясь растащить, разграбить все что можно в погоне за сиюминутной наживой. Да что там… недавно избранный президент – надежда будущего страны, мог позволить себе появиться в пьяном виде перед иностранными послами. Как в этой обстановке можно было служить Родине и исполнять свой долг перед Отечеством, для многих было совершенно неясно? Однако, несмотря на все это, Лавров продолжать быть военным офицером в полном смысле этого слова, и был человеком исключительно дисциплинированным и, как ни странно, порядочным.

В свои 52 года он уже изрядно поседел, но при этом не облысел. Волосы у него были все еще густыми и изрядно непослушными, хотя об этом знал только он сам, так как стригся Лавров коротко и аккуратно, как и положено офицеру. Орлиный взор серых с голубизной глаз смотрел на собеседника всегда внимательно и пронизывающе. Рост 181 см, вес 86 кг, отличная выправка и физическая подготовка, если бы не седина, он выглядел бы значительно моложе своих лет.

Три года назад подполковник пережил серьезную потерю – его молодая (38 лет) жена, красавица с его любимой восемнадцати летней дочкой, копией матери в ее юности, погибли в автокатастрофе. Неопытный таксист не справился с управлением на трассе в гололед, и машина, вылетев на встречную полосу, столкнулась лоб в лоб с тяжеловесной фурой.

Дочь умерла мгновенно.

Жена и злосчастный водитель умерли почти одновременно в реанимации, не приходя в сознание.

Стоя над могилой, Евгений не проронил ни слова, и даже не прослезился, но дома подушка его жены была мокрой по утрам в течение двух недель, хотя об этом не знал никто.

После этого случая на его лице появились две суровые на вид складки возле губ, и морщины на лбу стали значительно глубже, но заметили это лишь самые близкие его сослуживцы. Лавров, как правило, идеально владел своим характером в любых обстоятельствах так, что никто и никогда не знал его чувств.

Сейчас подполковника вызвал его начальник – генерал Снежин. Когда Евгений вошел в кабинет и подошел к столу, генерал положил перед ним старую потрепанную картонную папку с ленточкой и, раскрыв ее, показал ему на чертеж.

– Товарищ подполковник, надеюсь, Вы знаете, что это за чертеж?

Лавров внимательно посмотрел на чертеж, ища подвоха, но ничего не обнаружив, ответил:

– Это план первого, …хотя нет, цокольного этажа 2-й башни Кремля.

– Ага…, хм, правильно.

Снежин какое-то время смотрел на чертеж, о чем-то думая. Затем, чуть растягивая слова, он спросил.

– А вам известно, что означает вот этот …элемент? – генерал ткнул пальцем в угол чертежа, где на пожелтевшей от времени бумаге был явно виден некий контур, обозначенный пунктиром.

Лавров склонился чуть ниже, и какое время изучал изображение.

– Никак нет, – он отрицательно мотнул головой.

– Вам приходилось раньше видеть этот чертеж, подполковник?

– Нет, товарищ генерал, – ответил Лавров уверенным и спокойным тоном.

– Как нет? Ведь Вы же должны быть основательно ознакомлены с этими помещениями.

– Совершенно точно, товарищ генерал. Мне знаком чертеж, как таковой, но я уверен, что не именно этот чертеж. Я не мог не обратить внимания на такую серьезную деталь, как эта.

– Вы уверены.

– Абсолютно.

Можно было бы усомниться в такого рода заявлении, если бы оно звучало из уст какого-нибудь другого человека, но не Лаврова. Подполковник был известен, как исключительно честный человек. Поэтому генерал Снежин, чуть вздохнув, спросил:

– А что находится в этом углу?

– Ничего, товарищ генерал. Паркетный пол.

– Хм…, – генерал потер ладонью широкий лоб и какое-то время задумчиво молчал.

– Ну, и что вы думаете? Что это должно быть такое? – наконец спросил он после продолжительной паузы.

– Судя по изображению, это должен быть вход в подпол или погреб. Позвольте взглянуть.

Подполковник снова наклонился над чертежом, глядя в его нижний правый угол.

– Я уверен, что этот документ мне не встречался ни разу. Самый ранний документ, который мне приходилось исследовать, был датирован как минимум двадцатью пятью годами позже.

– Мм…, ага. Тогда, взгляните так же и на это.

Генерал положил перед Лавровым еще один чертеж, на котором была видна лишь та часть цокольного этажа, где начинался пунктирный контур. Далее на чертеже было показано продолжение этого контура.

– А, ну, теперь ясно. Это явно подземный ход, – уверено сказал Лавров.

– То есть, Вы хотите сказать, что под паркетным полом есть подземный ход.

– Нет, этого я не хочу сказать, – совершенно невозмутимо ответил Лавров. Некоторых раздражала такая его прямота, но Снежину она наоборот нравилась. Ему с подполковником было легко, так как он всегда говорил только то, что он думал.

– Тогда, объясните мне, что именно Вы хотите сказать?

– Только то, что на данном чертеже изображен подземный ход протяженностью, судя по монтажу, в пару десятков метров.

– А что может быть там сейчас? – Снежин внимательно прищурился.

– Все что угодно. Чертежу почти сто лет. За это время этот ход могли засыпать уже несколько раз.

– Да, но об этом нет никаких упоминаний в документации по этой башне, – поднял брови генерал.

Лавров пожал плечами.

– Времена были смутными, товарищ генерал.

– Хм…, – Снежин какое-то время хмуро размышлял над сказанным. Лавров терпеливо ждал.

Наконец генерал потер лицо ладонями, и устало сказал:

– Мне бы хотелось, чтоб Вы проверили, что там есть, подполковник.

– Потребуется специальное разрешение, товарищ генерал. Это, все-таки, вторая башня.

– Я помню об этом, – Снежин понимающе кивнул. – Думаю, в существующей нестабильной обстановке мне не составит труда получить разрешение.


Стена оказалась двойной. Это было странно. Андрей такую встречал впервые. Обычно, если в тоннеле встречалась перегородка, то она была сложена в полкирпича, или же, максимум, в кирпич, но эта стеночка была исключением. Она была сложена в полтора кирпича, и это делало еще более удивительным тот факт, что от простого удара ноги в стене образовалась сквозная брешь.

Конечно, они и не пытались разобрать всю стену, а лишь проделали в ней достаточно большое отверстие, чтобы через него можно было при необходимости пробежать в полный рост, не пригибаясь.

«Видимо потому ее так и сложили, что вместо раствора они использовали простую глину», – думал Андрей, вытаскивая из кладки очередной кирпич.

Однако то, что буквально через 10 метров после этой перегородки они натолкнулись на следующую точно такую же, вызвало у него еще большее удивление, хотя он и постарался не подать виду, чтобы «не упасть в грязь лицом» перед ребятами. Повернуть назад после всей проделанной работы по разборке первой стены казалось совершенно неприемлемым, поэтому, когда Андрей увидел вторую перегородку, он уверенно подошел к ней и ковырнул небольшой монтировкой ближайший кирпич, внутренне надеясь, что и в этот раз кладка окажется такой же некрепкой, как и в предыдущий.

Он оказался прав. Кирпич легко поддался, и выпал из кладки.

Не говоря ни слова, ребята подошли и присоединились к нему.

Вскоре и во второй перегородке образовалось большое отверстие неправильной формы, а рядом с ним – внушительная гора кирпичей, далеко не такая аккуратная, как от предыдущей стеночки.

Отряхнув, наконец, руки от пыли, Андрей расправил плечи, сделал пару наклонов туда-сюда, покрутил в разные стороны головой, разминая шею, потянулся как следует и предложил:

– Может быть, сейчас как раз самое время пообедать? Никто не проголодался?

– Я тоже только что об этом подумал, – в тон ему ответил Игорь, потирая свой живот. – Это было бы весьма кстати.

– Присоединяюсь к предыдущему оратору, – поддержала их Лена, с готовностью раскрывая свой рюкзак и доставая продукты.

Андрей внезапно ощутил сильнейший голод, и решил, все-таки, понять, почему у него остановились часы, и сколько сейчас предположительно времени.

Заметив его жест, вторая девушка по имени Тамара тут же задрала рукав комбинезона на левой руке, взглянула на светящийся циферблат каких-то навороченных часов, и присвистнула.

– Да уже давно пора ужинать, а не обедать! Время 18:38.

– Не может быть! – это был Влад, невысокий но, похоже, очень крепкий парнишка. Его туго накачанные плечи и бицепсы легко угадывались сквозь комбинезон. Неужели мы пробыли здесь почти целый день?

– Обычное явление под землей. Время летит незаметно, – подал с видом знатока реплику Андрей, разглядывая свои часы в свете фонарика. Конечно, он никому не сказал, что часы встали.

Глава 4

Донесение

Спешу сообщить вам, уважаемый отец Георгий, что состояние моего пациента Филарета ухудшилось, и улучшений не наблюдается. Рассудок несчастного окончательно помутился, и в связи с этим гнетущее душевное состояние усугубилось еще больше. Пищу Филарет не принимает, а то, что дается насильно, выташнивается, в связи с чем пациент потерял весу уже 25 килограммов. Я предложил ему исповедаться, поскольку предчувствую его скорую кончину, но он не проявил никакого интереса. Понял ли он смысл предложенного мною, или же слова здравые не достигли до его помутненного разума, сказать затрудняюсь. Думаю, что ваша помощь в очищении души очень надобна.

Месье Жоннер

Лекарь Государев


Голос, богатый средними частотами, тем не менее, был четко различим.

«Мне бы хотелось, чтоб Вы проверили, что там есть, подполковник».

«Потребуется специальное разрешение, товарищ генерал. Это, все-таки, вторая башня».

«Я помню об этом, подполковник…».

– Смотри-ка, они решили разгадать нашу тайну, – с добродушной улыбкой сказал коренастый человек в домашнем ярком расписном халате, сидя в кресле с небольшим смешным пуделем на руках. Судя по всему, его слова были обращены к собаке. – Как удачно я установил датчик. Всего за день до этого разговора.

Пудель, виляя радостно хвостом, преданно попытался лизнуть его в лицо, однако хозяин держал собаку на безопасном расстоянии так, чтобы та не могла достать его языком.

– Ну-ну, не нужно мне здесь твоих собачьих нежностей, – он ласково потрепал собаку за ухом, и выключил прослушивающее устройство, поскольку звуковая дорожка на нем закончилась. – Так, что скажешь? Дадим им попасть в тайник, или нет?

Пудель «сказал» в ответ что-то вроде: «хмпф!», и снова радостно повилял хвостом.

– Вот и я говорю, пусть себе, копают. Все равно, даже если они войдут в подземный ход, им еще ой как далеко до того, что мы там прячем, правильно?

– Хмф-иуу! – ответил пудель, кивнув головой и, преданно глядя на хозяина, еще активней виляя хвостом.

– Да, именно так. С решением мы можем потянуть. Ведь, это так легко сделать в нашей бюрократической стране.

Неожиданно собака соскочила с его колен и, подбежав к длинному плоскому экрану на стене, стала лаять, глядя то на экран, то на хозяина.

– Что там, что ты так разошлась, Жуля? – Он нехотя поднялся и подошел к экрану. – Смотри-ка, а ты умница!

На экране на какой-то светящейся схеме длинных параллельных линий были отчетливо видны пять движущихся точек.

– Скажи, а как ты узнаешь, не глядя на экран, когда на нем что-то есть? Может быть, в этот миг появляется звук, который ты слышишь, а мы люди нет? – задумчиво спросил он пуделя.


– Ты слышал?

Симпатичная Лена застыла с куском печенья возле рта, глядя на Андрея, хотя по выражению ее больших внимательных глаз было видно, что она вся обращена в слух.

«Красивые глаза», – подумал он, а вслух спросил.

– Что слышал?

Она не ответила, продолжая смотреть «сквозь него».

Остальные ребята тоже перестали жевать и прислушались.

В тоннеле на какое-то время воцарилась гробовая тишина, да такая, что у Андрея зазвенело в ушах и, похоже, не только у него одного.

– Я слышал, что звон в ушах, который мы слышим, это, в действительности, шум крови в наших кровеносных сосудах. А если все эти сосуды сложить в одну линию, то получится речка длинной в сколько-то там тысяч миль, – философским тоном заявил крепыш Влад.

– Тсс, тихо! – Прервала его Лена, приложив палец к губам. – Послушай!

Она все еще смотрела на Андрея, как бы спрашивая его глазами: – «Ты слышишь?»

– Я ничего не слышу, – сказал Игорь, второй парень. Кажется, его раздражала сама мысль о том, что здесь что-то можно услышать.

«Боится!» – подумал Андрей.

– Подожди-ка! – коснувшись локтя Игорь, сказала Тамара, его подруга. – Кажется, где-то течет вода.

В этот момент Андрей тоже услышал едва различимое журчание.

– Не-а, – Лена отрицательно мотнула головой. – Я слышу голоса.

– Голоса? – С недоверием в голосе спросил Влад.

– Тсс! – это снова была Лена. Палец к губам, взгляд на Андрея. – Послушайте!

В этот раз Андрей действительно услышал некий гул, похожий на отдаленные человеческие голоса, как это иногда бывает в домах с плохой звукоизоляцией, когда кто-то из соседей начинает громко разговаривать среди ночи, не думая, что его может слышать весь дом.

Андрей подлил в чашку чая из термоса и нарочито громко потянул его губами и причмокнул.

– Предлагаю всем продолжить трапезу, – с видом знатока сказал он, когда все на него обернулись.

– Что это было? – В голосе Лены звучало удивление.

– Голоса, – спокойно ответил он.

– Голоса? Здесь?

– Да, – он недоуменно пожал плечами, мол: «что тут такого?» и, глотнув чаю, пояснил, – видимо где-то высоко над нами жилое помещение, и звук доходит.

– Так глубоко? – С недоверием спросила Тамара.

– А почему нет? По какой-нибудь трубе звук может распространяться очень далеко.

– Я слышала еще какой-то шорох, – сказала Лена.

«Ну и слух у этой девчонки!» – подумал он.

– Здесь могут быть крысы? – с беспокойством спросила Тамара.

– Да, конечно, крысы могут быть везде, – усмехнулся он.

– Брр, – поморщилась Лена. – А это не опасно?

– Для одного усталого измученного человека стая крыс может представлять опасность, особенно, если он спит, а для группы бравых молодчиков, вряд ли.

– А как насчет гигантских крыс. Я смотрел передачу про них. Твари преомерзительнейшие.

– Для этих тварей у нас есть оружие, не так ли? На меткость и на скорость стрелять приходилось? – спросил Андрей, обведя взглядом всех. Он сразу заметил, что Игорь отвел глаза, а Влад наоборот гордо приподнял подбородок.

– Я специально проходила снайперские курсы и стрельбу на скорость. Могу выбить сорок из пятидесяти по быстродвижущимся целям. Так что, думаю, справлюсь, – уверено сказала Лена.

– У-у! Это даже круче чем у меня, – сказал Андрей. – Хотя, скажу честно. Я про гигантских крыс слышал, но не видел. А в таких тоннелях, как этот я вообще крыс не встречал. И тем более, гигантских. Они в основном бывают там, где для них есть пища. А здесь только стены.

– Я тоже неплохо стреляю, но только не надо про крыс, – попросила Тамара. – А то я не смогу доесть свой обед.

– Да, пожалуй, она права, – в тон ей сказал Игорь. Он взял кусок битого кирпича и метнул им в темную глубину тоннеля.

Не успел обломок коснуться земли, как по тоннелю пронесся негромкий, но отчетливый, высокий и протяжный звук похожий, то ли на крик какого-нибудь животного, то ли на вопль трех-четырех годовалого ребенка, то ли на ржание лошади, то ли на затяжной скрип двери. Звук возник столь неожиданно, что заставил вздрогнуть Андрея и, наверное, всех остальных с ним, причем, обе девушки тут же в страхе завизжали почти так же высоко и протяжно, как и неведомо откуда взявшийся звук.

– Тсс, тихо! – здесь уже палец к губам приложил Андрей.

– Что это было? – дрожащим голосом почти хором спросили его обе девушки и Игорь.

– Да, тихо вы, – шикнул на них уже Влад, и взялся за охотничий нож, который был удобно прикреплен у него на ноге в качественно сделанных ножнах.

– У меня есть пушка, если что, – сказал Андрей как можно тише. – Убить не может, а парализовать минут на двадцать легко.

Он постарался придать своему голосу уверенный тон, но, признаться, ему тоже стало жутковато. Ничего подобного он за всю свою практику диггерства не слышал.

– Я думаю, вести себя тихо нет смысла, – в полголоса, но твердо сказал Влад. – Благодаря дамам, о нашем существовании подземный мир наверняка уже оповещен, так что, скрываться смысла нет. Я предлагаю, взять себя в руки и продолжать путь. Мы же не верим в сказки о подземных чудовищах.

– А может, пойдем отсюда, пока не поздно? – дрогнувшим голосом попросила Тамара, но ей, почему-то никто не ответил, и в тоннеле на какое-то время воцарилась тишина.

Глава 5

Из дневника отца Георгия.

Беседовал с Филаретом.

На какое-то время он пришел в себя и ответил на мои вопросы, …не на все,

после чего снова погрузился в свое безумное удрученное состояние.

Мое мнение, бедняга на пути в погибель.

Если возможно, спаси его, Господи.

То, что я от него услышал, очень плачевно. В Спасителя он больше не верит. В Божью милость и благодать, соответственно, тоже. Причину такой странной и резкой перемены в человеке я пока не увидел, так как исповедоваться он не стал.


Нужно ли говорить, что все это время пока Ахи разговаривал с Первосвященником, Юда сидел в небольшой специально оборудованной комнате в другом крыле дома, ожидая новых инструкций. Ахи знал, о цели своего визита к Первосвященнику. Тот имел обыкновение, пригласив воина на ужин обсудить с ним дела, причем, иногда так и не предложив собеседнику трапезу. Но Ахи никогда бы не стал тем, кем он стал, если бы заранее не предвидел, о чем пойдет речь, и не подготовился.

В доме было много таких комнат, скромная обстановка, только стол и пара лавок и окно под самым потолком, более похожее на бойницу. При желании это помещение можно было использовать как тюремную камеру, если поставить кровать и организовать отхожее место. Обычно эти комнаты использовались для встречи с агентом, как, например, в этот раз. Еще вчера к Юде пришел гонец с приказом завтра к вечеру явиться к Ахи. Это могло означать только одно: новое задание, а, значит и новая возможность заработать.

Теперь Ахи шел в потайную комнату, где Юда уже давно его ждал с радостным предвкушением. Ахи это знал, и ничуть не беспокоился по этому поводу.

В сущности, Юда был одним из множества соглядатаев, которые с радостью соглашались на любую возможность заработать лишний серебряник или два, а, если конечно повезет, то и гораздо больше. Вот и сейчас Юду не столько беспокоил вопрос: «Когда придет Ахи?» Сколько, размер вознаграждения и что именно ему придется сделать, чтобы оное получить.

Нужно заметить, что в свои сорок с небольшим лет, Юда выглядел гораздо старше. Он был очень седым, и седеть он начал еще в шестнадцать лет. Родители говорили, что такое уже случалось у него в роду. Кроме того, Юда был очень худой и с кривыми ногами, которые всегда старался прятать под длинными полами одежды, а его лицо было обезображено заячьей губой, делая внешность еще более отталкивающей. Неприглядный облик и бедность отталкивали от него самое для него желанное – женщин. А надо ли говорить, что недоступное более всего и привлекало его. Он понимал, что у него нет или очень мало шансов, привлечь женщину своей внешностью, а поэтому у него оставался только один способ – деньги, а деньги давались ему с трудом.

После смерти родителей Юда продал все то не многое, что ему досталось и все спустил на блудниц, близ Ирушалайма. Ленивый по природе Юда даже не мог надеяться заработать много. Нет, на жизнь ему еще хватало случайных заработков, но вот на женщин. Поэтому, когда Ахи предложил ему доносить за деньги, он не долго раздумывал. Надо отдать должное, стукачом он был превосходным. Его внешность вызывала жалость у мужчин и, а умение слушать не редко, располагало собеседника к длинным беседам. Еще одним достоинством Юды было то, что отец обучил его грамоте, а, значит, он мог писать отчеты и доносы. Кроме того, Юда был терпелив. С детства, когда над ним издевались другие дети, он не мог им ответить тем же. Для драки он был слишком слаб. Родители же твердили, что нужно терпеть и смиряться. Вот он и научился терпеть, правда, не совсем так, как его учили родители. Юда, терпя, не смирялся, а затаивался и ожидал того момента, когда сможет нанести ответный удар – удар в спину, удар исподтишка, часто чужими руками. Его хитрый ум не имел себе равных по изобретению изощренной мести.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8