Рой Викерс.

Департамент нераскрытых дел (сборник)



скачать книгу бесплатно

– Трудно поверить, мистер Мартлплаг, но все же факт остается фактом! – воскликнул Джордж. – Считается, что если происшествие случается однажды, то повториться уже не может. Я твердо в это верил, а потому поддался уговорам бедняжки Мадж покататься на лодке. И вот результат. Но к чему вспоминать то, что нельзя исправить?

– Я пришел, чтобы поговорить именно об этом, – заявил Мартлплаг. – Хочу задать несколько вопросов.

– Глубоко сожалею, – ответил Джордж, отлично понимая разницу между детективом и судьей, – но тема остается чрезвычайно болезненной и обсуждать эти события я не в состоянии. Если вас что-то не устраивает, почему бы просто не арестовать меня по обвинению в убийстве? Хотя, увы, это невозможно, потому что никаких улик нет и получить их уже нельзя.

Спешу заметить, что Джордж был совершенно прав. Прокурор сообщил Мартлплагу, что вынужден согласиться с данным утверждением.

Разумеется, с точки зрения здравого смысла не оставалось сомнений в том, что Кершо – он же Маккартни – убил Мадж, однако убийцу защищал очень простой пункт судопроизводства. Единственным основанием утверждать, что он намеренно утопил жену, служили два аналогичных, более ранних происшествия, но ни одно из них не могло считаться уликой в отношении третьего подобного события, поскольку между ними не существовало никакой иной связи, кроме предполагаемой беспроигрышной системы, сложившейся в сознании Джорджа.

Глава 6

Десять тысяч фунтов позволили мистеру Кершо оставить службу и снова организовать собственное торговое агентство. На этот раз Джордж смог развернуться на широкую ногу: в демонстрационных целях купил два автомобиля и обустроил на Тоттнем-Корт-роуд приличный выставочный зал с добротно оснащенной мастерской.

Одной из первых посетительниц нового заведения стала Малышка Полли Флиндерз, явившаяся за дорогой покупкой под руку с преуспевающим брокером из Ньюкасла. Увидев Джорджа, она приятно удивилась, а уже во время пробной поездки давний приятель сумел убедить ее оставить брокера. Развитие событий по такому сценарию означало потерю клиента, однако ради Полли стоило рискнуть, тем более что от десяти тысяч фунтов сохранилось еще больше половины.

Они сняли квартиру в немодном квартале в окрестностях Риджентс-парка, недалеко от агентства. В этот раз Полли твердо решила вести себя хорошо: для начала выступила против игры на скачках, а спустя неделю-другую запретила Джорджу дарить ей дорогие платья, кроме нескольких, которые, как она заверила, обязательно скоро окупятся. Дальше – больше. Малышка Флиндерз потребовала разумного обращения с деньгами: никаких спекуляций, только инвестиции, причем с умом, чтобы получить такую же значительную прибыль, как при спекулятивном обороте. Например, Джордж отлично разбирался в театральном деле, а потому не мог пострадать, как когда-то на скачках.

Вскоре выяснилось, что совсем недавно Полли услышала о чрезвычайно перспективной пьесе, и вот теперь с помощью одного из экономно-дорогих платьев сумела выманить у автора текст, прочитала роль, которую собралась играть в том случае, если Джордж согласится принять участие в творческом проекте.

Он признал, что пьеса производит приятное впечатление, оплатил постановку и с помощью закладной на собственное автомобильное агентство сумел целых шесть недель продержать пьесу в одном из маленьких театров Уэст-Энда.

В результате денег осталось ровно столько, чтобы отправить труппу на гастроли в провинцию – разумеется, вместе с Полли в ее очаровательной роли. Таким образом, мистер Кершо потерял сразу и деньги, и подружку, хотя Малышка Полли продолжала писать нежные письма до тех пор, пока гастроли не провалились.

Агентство тем временем приходило в упадок. Джордж любил автомобили и не боялся работы, однако продавал машины лишь одной недорогой марки, но и та вскоре исчезла с рынка. Вялая торговля в первом квартале нового года вызвала трудности с арендной платой и жалованьем для рабочих. Летом удалось немного увеличить прибыль, однако окончательно положение так и не исправилось. На поддержку агентства требовался дополнительный капитал.

Мэй Таулер Джордж встретил на улице Пикадилли, возле конторы по найму слуг. Ей было тридцать два года, из всех жен мистера Кершо она одна отличалась настоящей красотой, сумев сохранить даже изящные тонкие руки – очевидно потому, что вот уже больше десяти лет служила горничной в хороших домах.

Чтобы завоевать сердце избранницы, Джорджу пришлось пустить в ход все свои ресурсы и грубоватое очарование. Главным препятствием оказалось сопротивление родственников. Семье Мэй, обитавшей в Уилсдене, он не понравился, однако предубеждение удалось рассеять с помощью рубинового браслета, признанного очень дорогим.

В феврале 1908 года мисс Таулер перестала сомневаться и согласилась выйти замуж. Джордж убедил невесту пренебречь недовольством семьи и совершить некое подобие тайного брака, поэтому церемония состоялась в регистрационном бюро Камдена в присутствии платных свидетелей.

Возможно, таким способом Джордж пытался помешать полиции узнать о новой женитьбе. С другой стороны, не приходится сомневаться, что в этот период он относился к полицейским с нескрываемым пренебрежением, зная, что те считают его убийцей, но не могут призвать к ответу. Что ж, аферисту действительно удалось разработать безупречный сценарий, не подводивший, несмотря на множество свидетелей. Здесь мы вынуждены неохотно засчитать очко в пользу приверженцев теории наследственности: отец Джорджа совершал финансовые махинации, пользуясь собственной системой, хотя знал, что полицейские ревизоры подозревают подделку и ищут слабое звено.

Супруги оформили совместный полис страхования жизни на пятьсот фунтов. Семейная страховка вряд ли могла быть серьезной попыткой пустить пыль в глаза, так как впоследствии Джордж использовал ее для получения небольшого займа на развитие бизнеса. Оба написали завещания в пользу друг друга, а затем Мэй, по совету мужа, сама застраховалась от несчастного случая на десять тысяч фунтов, причем в другой компании.

Летом условия благоприятствовали исполнению плана, а вот зимой возникли объективные сложности. Молодожены поселились в маленькой шумной квартирке на Теобальдс-роуд. Опытная горничная оказалась посредственной кухаркой и очень плохой экономкой. Хуже того: вскоре после свадьбы она окончательно утратила интерес к жизни. Судя по всему, Джордж относился к жене достаточно снисходительно, да и сама Мэй не отличалась вздорным нравом, однако очень скучала по работе, много плакала, часто впадала в депрессию, а по некоторым сведениям, даже пристрастилась к алкоголю.

Чтобы дотянуть до щедрых летних продаж, капитала явно не хватало, а потому в период между Пасхой и Троицей Джордж пригласил жену в Северный Уэльс, в курортное местечко Колуин-Бей.

В этот раз единственным отличием в сценарии стало то, что супруги отплыли несколько дальше от берега. Когда их подобрали, о возвращении Мэй к жизни не приходилось даже думать.

Шок настиг мистера Кершо в коронерском суде. Не успел многострадальный вдовец повторить ставшую привычной небольшую речь по поводу постигшего его несчастья, как поднялся барристер, представлявший интересы полиции. Правила свидетельских показаний в Высоком суде Лондона многочисленны и разнообразны, в то время как правила свидетельских показаний в коронерском суде таковы, какими их видит коронер. Юридическое несоответствие заключается в том парадоксальном обстоятельстве, что неспециалист часто получает большую свободу действий, чем профессиональный судья. Но дело обстоит именно так! И Джорджу следовало максимально использовать сложившийся порядок.

– Ваша жена была застрахована, мистер Кершо?

– Мы получили совместный полис на пятьсот фунтов, в качестве закладной на мой бизнес.

– А другие страховые полисы у нее были?

– Не знаю. Возможно, и были.

– Не знаете. А ваша предыдущая жена была застрахована от несчастного случая на десять тысяч фунтов?

– Да.

– Разве пятнадцатого июня тысяча девятьсот шестого года в Пейнтоне с ней не произошло похожее несчастье? Я имею в виду, что вы точно так же отплыли от берега, а лодка перевернулась, хм, совершенно так же, как вы только что описали в отношении своей последней жены.

Шаг за шагом адвокат представил суду подробности гибели Мадж и Вайолет и методично сравнил их с деталями гибели Мэй.

Список из трех жертв выглядел вполне убедительным. В отношении Элси вопрос о страховке не стоял, так что упоминание о ней казалось излишним.

Убежденные критики могли бы возразить, что подобный перекрестный допрос стал определенной уловкой со стороны полицейских. Они имели право представить факты в коронерском суде, но не в Высоком суде Лондона. Однако к тому времени, когда коронерское дело получило огласку, каждый гражданин страны, который мог бы оказаться в числе присяжных заседателей, уже прочитал о данных фактах и наверняка их запомнил. Таким образом, отношение к делу было сформировано.

В данном случае коронерский суд продвинул свидетельство несколько дальше, чем предполагалось. Присяжные вынесли против Джорджа Кершо вердикт о преднамеренном убийстве, и на основании предписания коронера дело было передано по инстанции.

Высокий суд Лондона счел необходимым продолжить расследование, и в июне Джордж предстал перед судьей.

Тем временем Мартлплаг проследил жизнь Джорджа вплоть до частной школы, где тот неоднократно побеждал в соревнованиях по плаванию. В результате выяснилось, что подозреваемый с юности был отличным пловцом, а трижды повторенный рассказ насчет спасительного весла оказался далеко не невинной ложью.

И все же Джорджу удалось вывернуться.

Глава 7

От неизбежной и справедливой виселицы Джорджа Кершо спас талантливый молодой юрист, а в наши дни ставший хорошо известным королевским адвокатом сэр Эрнест Коултер.

Представитель обвинения начал свое выступление с детального описания обстоятельств, при которых Мэй встретила смерть, затем замолчал и посмотрел на судью – действие, которое можно трактовать как очень близкое к преднамеренному сигналу. Но поскольку совершено оно было по соглашению с защитой, возражений не возникло. Судья немедленно приказал присяжным удалиться и выслушал аргументы обеих сторон, касающиеся возможности принять во внимание обстоятельства смерти двух предыдущих жен. Основываясь на отсутствии денежной составляющей в гибели Элси Натли, он пришел к выводу, что произошел несчастный случай, подсказавший обвиняемому идею последующих убийств.

Представитель обвинения потребовал признать предыдущие случаи существенным доказательством и упомянул о нескольких прецедентах, однако Коултер убедительно разбил аргументацию:

– Во всех прецедентах, изложенных моим ученым коллегой, неизменно присутствовало изначальное допущение вины. Утверждаю, что в данном случае изначальное допущение вины полностью отсутствует. Вместо него имеется признание несчастного случая, которое может быть опровергнуто исключительно посредством предыдущих аналогичных событий.

Заявление весьма смелое, по умолчанию подразумевающее, что Джордж убил свою третью жену.

Судья согласился и вынес постановление, согласно которому факты аналогичной смерти предыдущих жен не могли быть приняты во внимание до тех пор, пока сторона обвинения не представит убедительных оснований для изначального допущения вины в отношении гибели Мэй. Оба адвоката остались чрезвычайно довольны принятым решением.

На ранней стадии расследования сотрудник полиции побеседовал с директором школы, в которой учился Джордж, а также с одним из учителей и двумя одноклассниками. Все эти люди подтвердили, что Джордж замечательно плавал. Сторона обвинения ликовала.

– Милорд, покойная утонула в дюжине ярдов от перевернутой лодки. Разве можно поверить, что подсудимый – отличный пловец – действительно не мог ее спасти, как утверждает он сам? Заявляю, что это и есть убедительное основание для изначального допущения вины. Прошу позволения внести другое свидетельство.

Именно этого момента дожидался честолюбивый мистер Коултер.

– Возражаю, милорд. Не имею полномочий отрицать, что клиент мог бы спасти тонущую жену, если бы хотел это сделать.

И снова отчаянно дерзкий ход! Попытка плыть против ветра с поднятыми парусами! Газеты упорно называют подобные выступления судебной сенсацией. А Коултер тем временем продолжал:

– Мой ученый коллега успел забыть больше законов, чем я когда-нибудь знал, а потому позволю себе напомнить принцип, выраженный в старинных виршах:

 
Излишне убивать, когда достаточно
Всего лишь не помочь в борьбе за жизнь.
 

Признаю, что Кершо действительно не помог жене в борьбе за жизнь. Я нахожусь здесь не для того, чтобы оправдывать его моральные устои и рассуждать о совести. Терпеливо жду, когда коллега докажет, что хотя бы одно из действий Кершо выдает его преступный замысел.

Победа снова осталась за Коултером.

Самое серьезное обвинение, которое можно было выдвинуть против Джорджа, состояло в том, что, находясь в воде с женой, он преднамеренно воздержался от спасения. Закон порой расходится с общественным мнением, но даже в этих случаях остается законом и гласит, что вовсе не обязательно спасать кого-нибудь в критической ситуации, если вы не хотите этого делать.

Данная норма позволяла стороне обвинения доказать только то, что Джордж преднамеренно перевернул лодку, – положение в силу обстоятельств недоказуемое. По рекомендации судьи коллегия присяжных заявила о невиновности Джорджа Кершо.

С огромным трудом, в плотном кольце полицейских, пробравшись сквозь недовольную толпу, Джордж отблагодарил мистера Коултера, поручив ему отсудить у страховой компании десять тысяч фунтов по случаю смерти Мэй. И снова Коултер выиграл дело.

К этому времени Джордж сумел сделать свое автомобильное агентство не только популярным, но и модным, а потому смог возобновить дело с солидным капиталом в руках и даже разыскал Полли Флиндерз. Однако, едва завидев бывшего дружка, девушка в ужасе закричала, и тот предпочел срочно ретироваться.

Можно с уверенностью утверждать, что ни один человек в стране не сомневался в виновности Джорджа Кершо. Ему пришлось снова сменить имя, однако любые неудобства с лихвой компенсировались эгоистичным восторгом по поводу того, что, зная о нескольких убийствах, полиция все же не могла его тронуть.

Глава 8

В октябре в одном из отелей Уэст-Энда поселилась супружеская пара из Соединенных Штатов – мистер и миссис Хайстефан. Миссис Хайстефан родилась и выросла в Англии, но вышла замуж за американца и покинула родину. Однажды вечером, когда она переодевалась к обеду, в спальню ворвались злоумышленники и украли драгоценности.

Пострадавшая пребывала в состоянии шока и мало что могла рассказать, однако супруг ее проявил завидное присутствие духа и даже представил полицейским отпечатанный на машинке и уже изрядно потрепанный список украшений жены.

Мистер Хайстефан счел необходимым пояснить, что принадлежит к старинному южному роду. Предки его прибыли в Америку еще до знаменитого парусника «Мейфлауэр», а все фамильные золотые изделия помечены гербом с изображением спящего льва.

Скотленд-Ярд не надеялся найти похищенные ценности: в то время в отелях процветало мошенничество, – но на всякий случай сотрудники разослали запросы и, к собственному удивлению, скоро получили ответ от владельца ломбарда в Холборне, который представил рубиновый браслет с гербом на внутренней стороне.

– Когда поступила эта вещь?

– В феврале. Заложила браслет некая миссис Кершо. Вот адрес: Теобальдс-роуд…

– В таком случае поводов для беспокойства у вас нет. Это не то, что мы ищем. Но на всякий случай оставьте нам вещь на пару дней.

На основании имени и адреса браслет должным порядком проследовал в Департамент нераскрытых дел. Ни один руководствующийся логикой детектив не стал бы тратить на него ни минуты драгоценного времени. Миссис Хайстефан приехала в Англию всего неделю назад, а ювелирное изделие было заложено в ломбард еще в феврале. К тому же герб не отличался оригинальностью.

Однако рубиновый браслет числился в списке похищенных украшений, поэтому инспектор уголовной полиции Рейсон попросил миссис Хайстефан, когда та слегка пришла в себя, посетить Скотленд-Ярд и осмотреть предмет. Леди немедленно опознала его как свой собственный, после чего рассыпалась в извинениях:

– Как досадно, что браслет доставил вам столько хлопот! Совсем забыла, что он числится в старом списке, который предъявил муж, иначе сразу же предупредила бы. Дело в том, что шесть лет назад, приехав в Англию, я его подарила. Глубоко сожалею, что бедняжке пришлось заложить подарок. Если у вас есть адрес, была бы рада помочь ей снова.

– Кому именно вы хотите помочь, миссис Хайстефан?

– Той самой девушке, которой когда-то подарила браслет, Элси Натли. Она служила у меня горничной, когда мы с мистером Хайстефаном приехали в Англию сразу после свадьбы и сняли бунгало в Кройде, неподалеку от Илфранкома, графство Девоншир. Мы наняли ее в Лондоне и взяли с собой в качестве поварихи, поскольку спланировали поездку заранее. Не хочу занимать время долгим рассказом, а если коротко, то служанка спасла мне жизнь. В таких случаях деньги не платят, не так ли? Если она переживает трудные времена, буду счастлива помочь.

– И все-таки, миссис Хайстефан, может быть, расскажете, как именно Элси Натли спасла вам жизнь?

– Это произошло во время купания. Да-да, я купалась. Течение там оказалось просто ужасным, а я об этом не знала. Заплыла далеко, а вернуться не смогла. Волны относили обратно, и силы уже подходили к концу. Муж бросился на помощь, но сделать ничего не мог, так как плохо плавал. А Элси увидела меня из окна дома, тут же выскочила, на ходу сбросив юбку и туфли, обогнала мужа, подплыла ко мне и сумела вытащить на берег. Можно сказать, девушка выросла у воды – ведь ее отец работал лодочником на реке Ли.

– Спасибо, миссис Хайстефан. Вы задержитесь в Англии еще на пару недель?

– Разумеется. Мы с мужем приехали на полгода.

Рейсон поблагодарил еще раз, попрощался и достал с полки нужную папку. Подобно трем остальным женщинам Элси Натли умерла от удушья, наступившего в результате попадания воды в легкие, то есть, попросту выражаясь, утонула.

Рейсон рассказал историю старшему инспектору уголовной полиции Карслейку, а вскоре повторил в присутствии сотрудника прокуратуры.

Разумеется, он чувствовал себя победителем, поэтому встретил молодого юриста с торжествующей улыбкой.

– Если бы вам удалось доказать, что Мэй, жена Кершо, отлично плавала, данное обстоятельство послужило бы убедительным поводом для обвинения, не так ли?

– Несомненно! Тогда мы смогли бы доказать то, что всем хорошо известно: негодяй намеренно удерживал жертву под водой, чтобы та захлебнулась! Кроме того, возникло бы убедительное изначальное допущение вины, позволяющее подключить предыдущие прецеденты.

– Так вот, неожиданно появилась некая миссис Хайстефан, которая готова доказать, что Элси Натли отлично плавала. Остаются еще Мадж и Вайолет. Поскольку в другое время поговорить о них не удастся, нелишне вспомнить имена несчастных именно сейчас.

Джорджа Маккартни повесили за убийство Элси Натли 7 декабря 1909 года.

Сноб-убийца
Глава 1

Одним из вечных сюжетов, переходящих из поколения в поколение, остается история о беспутном аристократе и прекрасной девушке из народа. Причем девушку, выражаясь современным языком, убирают, как только она надоест. По этой причине, когда подобное происшествие случилось в наши дни в Лондоне, весь мир сразу заинтересовался. Иностранцы ошибочно расценили событие как испытание для британского правосудия.

Правда заключается в том, что на каждого человека, слышавшего о графе Брендоне, приходилось не меньше тысячи тех, кто видел и успел полюбить или, напротив, осудить Нелли Хайд. Она и вправду была дочерью поденного рабочего, в то время как Брендон действительно родовитый аристократ, хотя и абсолютно нераспутный.

В то время когда скандал разгорелся в полную силу, сэр Джеймс Харидж из Скотленд-Ярда оказался почетным гостем на ленче клуба «Ротари». Свою заурядную речь он произнес, вовсе не подозревая, что убийство Нелли Хайд придало его милым банальностям потрясающую силу и острую актуальность. Сэр Джеймс заявил, что в настоящее время не бывает нераскрытых убийств, хотя постановления судей порой не позволяют вынести преступнику обвинительный приговор. Один прямолинейный торговец хлопком тут же спросил:

– Означает ли это, что судьи выносят постановления в пользу подозреваемых, если они близки к судебным кругам? Я имею в виду – поскольку случай особый, – не препятствует ли что-то осуществлению правосудия в отношении лорда Брендона за убийство бедной Нелли Хайд? Иностранцы считают нас снобами. Хотелось бы узнать, справедливо ли подобное мнение, когда речь идет о явном преступлении?

В зале поднялся шум. Торговца хлопком изгнали из клуба за оскорбление почетного гостя. Более того, торжественный ленч клуба «Ротари» хоть и является событием закрытым и привилегированным, по закону остается общественным собранием. Лорд Брендон немедленно подал иск о клевете, потребовав возмещения морального ущерба в размере одного фартинга и извинений или пятьдесят тысяч фунтов в пользу фонда помощи актерам. Униженный исключением из клуба, самолюбивый торговец хлопком в свою очередь потребовал немедленного восстановления в правах. Вопреки совету адвоката, он отказался признать клевету и извиниться, а вместо этого заявил, что добьется подтверждения собственной правоты. Проще говоря, борец за социальную справедливость фактически заключил пари на пятьдесят тысяч фунтов и заявил, что докажет виновность лорда Брендона.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42